Игры Свободной Воли

ПРОЛОГ.

ДРАЙБУРГСКИЕ НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИГРЫ СВОБОДНОЙ,

РАВНОЙ И БРАТСКОЙ ДОЛИ.

'Игра на сцене - не игра,

Театр не жизнь, но жизнь - театр

Герои мечутся... Ура! -

- Любовники стреляют в амфитеатр!

В партере драка, топора

Взмах разрушает генератор,

И гаснет свет, и аллигатор

Проснулся в зрителе... Пора.'

'Поэма о Бонни и Клайде',

Кристофер Марло, ок. !588г.

ПРОЛОГ.

Высоко-высоко в голубых небесах над этой частью Земли медленно плыла в небесах черная жирная клякса. Это полугрузовой супертранспорт типа «Замрия» дожидался на орбите своих пассажиров. Вот уже два сезона, то есть два полета «Замрии» на промышленную планету «Олеся-18», называемую теперь по имени разросшегося столичного - и одного-единственного, - города под искусственным колпаком биозоны, Драйбургом, как Службой Всеобщей Безбедности были разрешены экскурсии землян.

И рекламные агенты надрывались: «Посетить Драйбург, - вопили электронные голоса и били по глазам электронные плакаты-зазывалы, - это все равно, что осуществить путешествие во времени!' 'Вы увидите, что представляла собой Земля в эпоху так называемой Дикой Демократии, то есть попадете на планету, где еще идет борьба между политическими партиями и царит прекрасная простота нравов двадцатого - двадцать первого веков! Решайтесь, супертранспорт «Замрия» бывает на планете лишь раз в году, но долетает до Драйбурга меньше, чем в десять дней!»

Здесь, невдалеке от посадочной площадки челночных конвертопланов типа «Буран-Орленок», их, решившихся на инопланетную экскурсию, осталось уже немного. Человек двадцать. Последний «Орленок», снующий между Землей и плывущей на высокой орбите «Замрией», вскоре подберет и их. Все они обвешаны миниатюрными видеогаджетами последних обновлений, все имеют слегка напуганный вид, каждого из них окружает небольшая толпа провожающих. Однако, если присмотреться внимательней, то вокруг одного из них, рослого курносого парня, толпа каждый миг не одна и та же.

Хотя её численность пытаются удержать на среднестатистическом уровне, если всё же приглядеться ОЧЕНЬ ВНИМАТЕЛЬНО, то можно заметить, что, ТОЛЬКО В ЭТОЙ СУМЯТИЦЕ ПРОВОДОВ стоит одному человеку пожать руку парню и пробормотать ему несколько слов, как он тут же отходит - или к личному левитану, или смешивается с толпой, провожающей других туристов, или просто перемещается к зевакам, ожидающим последнего легкого приземления и стремительного взлета «Орленка» уже с этими пассажирами на борту. А на место покинувшего окружение этого туриста тут же подходит кто-либо другой, дождавшись разрешающего кивка от самого парня или двух его наиболее близких провожающих, всё время кружащих вокруг него. Вот подходит полная дама:

- Валю Озгрейна отыщи, сынок, привет ему от товарищей по историческому обществу, пусть на землю попытается хоть цифровой код его нынешнего фото передать, - она всхлипывает и, после сочувственного кивка парня, быстро семенит на другой конец поля, где, уже с абсолютно просохшими глазами начинает громко выспрашивать видеодисплей о подробностях, цене и дате нового тура на Драйбург.

А на её место, быстро раздвигая локтями толпу, проходит властный молодой человек невысокого роста на высоких каблуках с прыгательными антигравитационными пружинами в них. Однако его гордое и умное лицо бесстрастно, когда он, в свою очередь подойдя к будущему туристу выпаливает быстрой скороговоркой:

- Если сможешь, отыщи ТАМ Чавеза, такие надежды подавал, привет от всего клуба дзюдо и философского общества ложи Миранды. И, конечно, если сможешь, доставь на Землю одну из его последних работ ОТТУДА.

- Не знаю, как и обещать, - глядя в другую сторону и стараясь не шевелить губами, так же быстро отвечает парень, - и так, ужас, что творится, как бы меня с рейса не сняли, я и не предполагал, что столько «провожающих» у меня будет. Как бы они меня не демаскировали перед Службой. Но если на борт попаду, на Драйбурге сойду, то без никаких, Володя, поищу Чавеза, и попытаюсь весточку обратно доставить, - парень нервно усмехается, - если меня полностью не раскроют и самого ТАМ не оставят...

Названый Володя так же споро отходит, по пути подавая знаки, всем, кто окружает парня или ждет своей очереди. Видимо, он пользуется каким-то влиянием, ибо уже через несколько секунд вокруг этого туриста остается самая обычная кучка провожающих.

После невысокого Володи к парню успел подойти только какой-то религиозный деятель в чалме, маске Гая Фоксе и хиджабе на ней, пробормотав сопрано:

─ Абрахама Кармыш-улы найди там, передай: «свобода действий неверных да не обольщает тебя»!

И тут же медленно вращая плоскостью крыла, с небес опускается конвертоплан, туристы проходят внутрь... В том числе и высокий курносый парень. Однако он не знает, что предпринятые им в последний момент меры предосторожности уже напрасны, что на него обратили внимание  ─ не только - по нашей подсказке, - читатели, но и те, кому это положено по долгу службы. И между Землей, взлетающим «Орленком» и супертранспортом уже несколько долгих секунд идет интенсивный обмен компактными выстрелами информационных блоков, на тех волнах, которыми пользуются полевые агенты Службы Безбедности:

- Земля-«Орлятам», молодой человек, предпоследним вошел, все смотрим, все ли у него в порядке с билетом, ответь, передай на «Замрию». Что-то с ним не так.

- «Орленок-4»-Земле, билет в норме, документы соответствуют, место на супертранспорте «Эр-Ы-7394-бис», ведет себя адекватно.

ГЛАВА ПЕРВАЯ : ЗАСЕДАНИЕ ОРГКОМИТЕТА

ГЛАВА ПЕРВАЯ

(месяц спустя по абсолютному времени, Драйбург)

ЗАСЕДАНИЕ ОРГКОМИТЕТА.

Заседали в одном из тех, самых неожиданных мест, в каких и устраиваются обычно подобные тайные заседания.

- Кривая преступности опять достигла уровня «Z минус один», - сказал человек кавказской национальности с рыхлым лицом аналитика и прикурил о встроенного в мизинец лазера сигару, превосходящую по свей токсичности мифическую «кубинскую» с Земли-матушки. От лазеров, встроенных в указательные пальцы рук этого субъекта плавились огнеупорные конструкции, включая и композитную броню танков на воздушной подушке на расстоянии до пятидесяти метров.

И ничего странного в этом никто не находил: при занимаемой им должности начальника Службы Безбедности Драйбургской промышленной зоны.

Его коллега, с пышным пристанищем для микробов в пушистых седых усах (вот такой атавизм!), лицом херувима и вечно крайне херовым настроением, шеф Службы Безбедности Драйбургского Купола или, иначе, Драйбургской биозоны, мрачно вынул изо рта изогнутую трубку для курения измельченной коры пенициллиновой ивы, и угрюмо добавил:

- Подтверждаю о достижении уровня «Зет минус один». В красном квартале собирают пульсаторы, в синем - ищут электромагниты с такими характеристиками, что из них можно будет собирать стволы плазменных пушек, а над мэрией вчера взорвали левитан с гвоздями и стальным ломом.

- Все окна повыбили, негодяи, - неоправданно оживленно прокомментировал этот факт лорд-мэр-протектор Драйбурга, или Тригорода, или Труавиля - по разному называли эту искусственную биозону на мертвой планете с богатейшими залежами хрома, бэта-хрома и хрома-сома, но никогда - на английский лад, так как на самом распространенном из земных языков, образовавших сначала на Земле а потом и на Планетах Космоса «земной общий», своего рода новый «лингва-франка». Ведь название «Сриберг» отдавало двусмыслицей.

Лорд-мэр-протектор города обладал большими ушами, длинным носом, а, главное, устойчивостью к ядам и экземам. Поэтому он всегда являлся на службу - да и на тайные совещания тоже, -  с запасом никотинового яда высшей пробы, значком со знаменитой лошадью и персональным озонатором. И потому, единственный из всех собравшихся, мог дымить «Драйбургскими спортивными», курительными палочками без фильтра. И он докуривал их почти до конца, кокетливо держа мелкоскопичекий горячий окурочек миниатюрными платиновыми щипчиками, подаренными ему на второй год избрания благодарными жителями города.

- Кажется, пора готовиться к очередным Играм четырехлетия, - продолжил мэр, - если присутствующие не возражают, здание мэрии - наиболее подходящее для того, чтоб я лично возжег там священное пламя наших традиционных национальных Игр Свободной воли, Братской и Равной доли, - затем, конечно, следует передать это пламя и всем другим присутствующим здесь... э... олимпийцам, - совершенно неуместно захихикав, мэр (в каждой из трех частей города занимающего эту роковую выборную должность называли по-своему, отсюда и длина титула, но мы, если вдруг нам еще доведется как-то обозначить эту веселящуюся персону, будем использовать именно этот, из трех букв, самый короткий из его титулов).

- Я попросил бы серьезнее! - взвизгнул один из двух самых богатейших граждан Драйбурга, выбранный жребием в представители ненавистной народу олигархии на этом сверхтайном совете.

Его породистые ноздри нервно затрепетали:

- У меня вопрос к вам, сэр! - он закашлялся и пристукнул стульчаком, на котором сидел, - нет, два вопроса! Во-первых, почему здесь так накурено?

Действительно, привыкшему к кондиционерам человеку могло показаться странным, что в его чувствительные ноздри все время лезет ядовитый дым.

- Сэ-эр, - с ленивой медлительность проговорил человек со слишком уж неприметной внешностью, чтоб в нем нельзя было не узнать агента Службы Всеобщей Безбедности того или иного ранга, службы занимавшей в Космосе то же место, что и Планетарная Безбедность - на Земле, то есть, единственно первое, - сэ-эр, здесь накурено, потому что то помещение с кондиционерами, где мы встретились для того, чтоб гарантировать всех собравшихся от различных мелких неприятностей, еще и окружено нашими техниками мощным силовым полем. Ведь, если бы кондиционеры смогли пропускать сквозь него дым наших курительных трав, то и фанатики, хоть диггеры из вашего же сектора, могли бы запустить кое-какой дым, - сомневаюсь, что безобидный, - к нам сюда, снаружи.

Встреча происходила в облицованном плиткой из кайфеля, местного огнеупорного материала, мужском туалете харчевни «Свободомыслящий Инд...». Об истинном названии конспиративной харчевни много спорили: «Индус», «Индекс» или даже «Яндекс» хотя на самом деле в её названии имелась в виду основавшая сеть харчевен фирма «...Энд Корпорейшен». Однако вывеска её еще больше запутывала дело, представляя собой украшенную фригийским колпаком супницу.

- Позволю себе предвосхитить ваш второй вопрос, сударь, - уже серьезней проговорил представитель Службы Всеобщей Безбедности, обращаясь к тому же олигарху и обводя присутствующих тем ничего не выражающим взглядом, под котором съежились все, даже его «провинциальные» коллеги из местной Службы, - наш глубокоуважаемый мэр, конечно же, оговорился, сказав «пора начинать готовиться». Под руководством специальных агентов Службы Безбедности, подготовка была начата еще неделю назад, когда политическая агрессивность в вашем обществе достигла уровня «Зет минус восемь», а уровень информационной свободы и самовыражения превысил прошлый рекорд альтернативности и деструктивности. Все активы наиболее состоятельных граждан переведены на офшорные планеты, зарезервированы каналы для получения вами возможной страховки после окончания Игр. Что же касается персональной эвакуации, она должна начаться на рассвете дня «Зет». То есть, через шесть часов. И прошу не волноваться. За вашу безопасность в зоне эвакуации «База» буду отвечать лично я, Специальный агент Службы Всеобщей Безбедности Герберт Хил, с приданными мне исключительно для этой операции полевыми агентами, а в городе за ходом Игр присмотрит другой Специальный агент, его имени, как вы понимаете, я вам раскрыть не могу; причем подчиненные ему полевые агенты уже заняли позиции во всех трех муниципальных секторах. Итак; - специально неприметную, чересчур уж стандартную физиономию специального агента осветила специально осветила особая, предназначавшаяся только для только для собравшихся, нестандартная улыбка:

ГЛАВА ВТОРАЯ БЕЗЗАБОТНЫЙ ТУРИСТ.

ГЛАВА ВТОРАЯ

БЕЗЗАБОТНЫЙ ТУРИСТ.

'Ведь я простой,

я - молодой,

нет на меня ошейника!

Дела верчу,

как захочу,

и вовсе не мошенник я!'

'Драйбургские народные песни', сб., 2378 г.,

приписывается Антону Яковлеву и 'Перевалу'.

Я не стану называть своего настоящего имени, так как его разглашение может обернуться против меня и повредить мне как целостной личности. О, я вовсе не хочу сказать, что мне угрожает промывка мозгов... то есть гуманное лечение Профилактических Инженеров Здравоохранения. Но если я сам до сих пор не очень-то понимаю, каким образом мне удалось увернуться от беседы с психологами из Службы Безбедности, то дальше лучше проявлять осторожность, да?

Тем более, что совсем недавно, я не блистал осмотрительностью. К примеру, когда решил встретиться кое-с кем на промышленной планете класса «Олеся» и взял на одно из своих имен билет на сверхпространственный звездолет класса «Замрия». И, особенно, когда сошел на эту планету с борта конвертоплана типа «Орленок» курсировавшего между оставшейся на двухсоткилометровой орбите гигантской «Замрией» и космо-аэропортом доброго города Драйбурга.

Ну, прежде всего Драйбургом, или Тригородом (реже Труавилем), называется и сама планета и город под гигантским колпаком биозоны на ней. Так уж прозвали сами поселенцы единственный, разместившийся под куполом биозоны город. А город назвали так потому, что в нем одном существует как бы три города. Или, как они тут выражаются, сектора: красный, синий и желтый. Сложно, да? Непросто! Но это было все, что я знал о планете и городе - ах да, раз в четыре года там проводились какие-то необыкновенные Игры, которые не видел еще ни один инопланетник.

Еще Драйбург - преимущественно биозона с городом, а не остальная мертвая планета, где только шахтеры в гигантских скафандрах или защитных костюмах, не знаю уж, как вернее назвать, добывали абсолютно все виды хрома, которые и не снились Менделееву. Особенно часто встречались редчайшие в освоенном космосе хромо-йот и хромо-сома. Это привлекало промышленников и инвесторов. А собственно биозона с городом, по мысли рекламных агентов, должны были просто притягивать - с силой, превышающей здешнее, близкое к земному, тяготение, - самых различных туристов.

«Посетить Драйбург - все равно что совершить путешествие во времени!» - распинались они в электронных буклетах, на видеоплакатах, из мегафонов, по нейроволоконке и по эмовидению. Этот же призыв они художественно писали желтым на снегу.

Драйбург, наверное, действительно слегка напоминал Землю двадцать первого - двадцать второго веков, наверняка я сказать вам не могу, сами понимаете, в те времена я на Земле не жил, и, возможно, и впрямь был интересен с исторической точки зрения. Во всяком случае, здесь не было никаких ограничений насчет рекламы - со стен домов били разноцветные призывы типа:

   «Вам не кажется, что в вашем городе маловато зеленых насаждений? - Обратитесь в КосМОССАД!» (организация, во временя космической экспансии выросшая из скромного управления Московских парковых садов, МОССАДа, сокращенно) или «Вы чувствуете себя подавленными - Профилактический Институт Здравоохранения к вашим услугам!». Конечно, я бы и в жутчайшей депрессии не сунулся бы в ПРИЗДру - эта зловещую организацию по промывке мозгов при Службе Безбедности, - но вот ловким ребятам из «КОСМОССАДА» мог бы заказать садик вокруг своего дома, там, на Земле.

Еще один признак прошлого вообще-то бросался в глаза. Но я заметил его только после того, как мои глаза остановились на невозможном (не говорю – «на Земле», там с рекламой вообще очень строго, а имею в виду «невозможном с точки зрения здравого смысла») рекламном призыве: '

«ЛУЧШИЙ В МИРЕ ПЛАЗМОБОЙ! ЗАЩИТИ СВОЙ ДОМ РОДНОЙ!»

Это была реклама ОРУЖЕЙНОГО супербазара. На Земле, конечно, оружие тоже можно купить - спортивное - луки, арбалеты, пороховые пистолеты калибра меньше чем 4,5 миллиметра (причем пользоваться всем этим можно только на стрельбищах, в присутствии инструктора из Службы Безбедности) - или что-нибудь для самообороны, шокер, акустический или световой импульсник, пульверизаторы с газом. Но тут продавали - я присмотрелся, - действительно БОЕВОЕ ОРУЖИЕ! Лазеры, пульсаторы, плазменные ружья (плазмобои) что-то очень похожее на... ручные минометы. И дикие минометы...

- Это я от удивления, в смысле, мне показалось, что в огромной бетонной коробке с массой залов под призывом «ЗАЩИТИТЬ СВОЙ ДОМ РОДНОЙ», продавали не только ручное, но и стационарное оружие.

Да! Лишь ошеломленно замерев у этого огромного крытого базара (как позже выяснилось - одного из многих, и далеко не самой крупного), я понял, почему многие туристы из нашей пешеходной экскурсии давно уже охают, ахают и гудят видеосъемочными камерами и более хитрыми приборчиками, чуть ли не подпрыгивая вокруг аборигенов Драйбурга. Мне говорили, что в девятнадцатом - двадцать первом веке личное оружие было широко распространено, но не настолько же!

А между тем, достойные аборигены славного города Драйбурга невозмутимо проходили мимо, и чуть ли не у каждого второго мужчины на шее или за плечом висел плазмобой или лучевик. Мужчин, правда, было немного, все же большинство жителей планеты - шахтеры и работали они неделями за пределами биозоны, в недрах мертвой планеты. Зато концентрация личного боевого, не полицейского даже, вроде парализаторов или игольников, а именно боевого оружия ну очень впечатляла.

Может и впрямь, «путешествие в прошлое»? Неужели века назад у гражданского населения, горожан, на руках было так много боевого оружия!?