Императорская Академия Колдовства. Выпускной курс

Глава I. НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ ПРОНИКНОВЕНИЕ НА КЛАДБИЩЕНСКУЮ ТЕРРИТОРИЮ

– Они точно не проснутся? Это стопроцентная информация? – с весомой долей скепсиса поинтересовалась Карина Третьякова, через окошко наблюдая за сторожами местного кладбища.

Те, сидя на повидавшем не один десяток жизней диванчике, припали друг к другу плечом к плечу, мирно посапывая. На столике рядом стояла полупустая бутылка сомнительного мутновато-белого содержимого. Возле – банка огурцов, один из которых выпал изо рта внезапно уснувшего и теперь покоился на выступающем животе, покачиваясь в такт дыхания. На фоне шумел телевизор, то и дело теряя сигнал. Под потолком сторожки грустно висела простенькая антенна, прилепленная к нему синей изолентой.

– Точно. Я эту настойку лично у пятикурсника из зельеделов за свои кровные приобрела. – просопела возникшая рядом макушка Вики Салтыковой.

– А самогон где взяла? – не успокаивалась Третьякова, сверля бутыль взглядом. – Плохо, что не допили.

– Да там же и взяла! – перешла на тон выше её собеседница. – И вообще, если бы хотела сделать иначе – сделала бы сама. А я на эту авантюру по собственной воле не подписывалась!

Карина лишь недоверчиво хмыкнула в ответ на её реплику и выпрямилась, оглядывая приунывшую калитку – на хлипеньких воротах висела цепь с заржавевшим замком. И не с одним, а… Тремя. От порывов ветра та покачивалась и издавала противный лязг, который больше напоминал мольбу о помощи. Единственное желание, возникающее при взгляде на эту картину – добить, чтобы не мучилась.

– Нечего было спорить. Долг платежом красен, – наконец разжилась Третьякова.

В ответ на эту реплику Вика молча повела плечами и вздохнула. Если бы она только знала, к чему приведёт шуточный спор на одном из их общих зачётов – ни за что бы в него не ввязалась. Или ввязалась бы, но только в денежном эквиваленте.

Салтыкову и Третьякову нельзя было назвать подругами. Приятельницами и то с большой натяжкой. Единственное, что их связывало – альма-матер и студенческий поток. Обе девушки перешли на последний, пятый курс специалитета факультета Тёмных Искусств самого большого и престижного учебного заведения для колдунов в современной России – Императорской Академии Колдовства. Разница лишь в том, что Карина работала непосредственно со смертью во всех её проявлениях, в том числе и физических – как и полагается порядочному некроманту. Вика же предпочитала держаться от могильников и склепов подальше, правда, получалось далеко не всегда. Общаться с духами или дивным народом куда спокойнее – первые уже умерли и вставать не планироваи, а со вторыми всегда был шанс договориться. Поэтому мертвяки – не по её части.

Карина же при всём своём недюжинном таланте и упорстве умудрилась завалить последний летний экзамен. И всё бы ничего, не будь он профильным по её специализации и не принимай его декан факультета, а по совместительству проректор Академии.

Германарих Варфоломеевич Коршунов или же Кощей, как привыкли называть его за глаза студенты и преподаватели, имел натуру, полностью совпадающую со своим фольклорным тёзкой – единственное, что над златом на чах, да и это не точно. Кто знает, чем по ночам, в перерывах между походами на кладбище, занимается его склочная душонка?

На самом деле, хоть и лютовал он на экзаменах жутко, но вся Академия Кощея уважала и немного побаивалась. Тот костьми мог лечь, но своих студентов и ученое заведение перед другими отстаивал до последнего. Энное количество нервных срывов, которые традиционно возникали из-за него же, это, конечно, не оправдывало.

Теперь обе студентки с одинаково задумчивым видом стояли напротив калитки, решая, как лучше поступить. Вариантов была масса и большинство из них – варварские.

– Сможешь аккуратно открыть? – спросила Карина. – Они такие хлипкие, что я боюсь раскрошить – потом не соберём.

– Взломать замки – меньшая из наших проблем. Слушай, а почему их всё-таки три? – не удержалась от вопроса её собеседница. – Нет, я, конечно, понимаю, что у нас исторически всё непроизвольно к тройке подходит, но как-то это странно. Обычный сельский погост. Их не то что на три замка закрывать не должны – здесь ворота в принципе не предусмотрены. Ты напрягла бы свою некромантскую чуйку.

Село и правда было самым обычным – если в нём колдуны и жили, то никак себя не проявляли. В остальном всё как полагается: райцентр, школа, садик, даже какое-то аграрное училище неподалёку засунули. И уж сколько бы не старались его жителей переселить, те не соглашалась. Так и осталось оно единственным немагическим оплотом в нескольких часах по лесу от Академии. И, более того, за глаза слыло аномальной зоной – интересно, почему?

– Да кладбище как кладбище. Нет здесь больше ничего, – спустя минуту заминки произнесла колдунья. – Всё, хватит болтать, пошли уже.

Едва девушка сделала шаг по направлению злосчастных ворот, все три замка поочерёдно оказались сбиты с жутким грохотом – шум такой силы имел шансы перебудить округу, но, благо, в радиусе пятисот метров все спали мёртвым сном. Кроме сторожей, конечно. Они – магическим.

– Чтоб тебе пусто было, Орловский! – взвизгнув, отпрыгнула в сторону Салтыкова.

Карина была менее разборчива в выражениях и вполне справедливо крыла внезапно появившегося знакомого самыми отборными ругательствами, на которые только была способна. Ей-богу, за ней бы записывать.

– У кротов есть какой-то отдельный курс красноречия? Как покрыть умертвение отборным русским матом и ни разу не повториться? – парень, перекинув через правое плечо лопату, которой и были сбиты замки, деловито покивал. – Вольных слушателей пускают? Я бы сходил.

Блондин перевёл лукавый взгляд с одной девушки на другую и растянулся в весёлой улыбке, которая – к бабке не ходи! – никогда не предвещала ничего хорошего.

Елисей Орловский – один из немногих оставшихся потомков княжеского рода и единственный прямой наследник. И если среди обычных людей титулы давно ничего не решали, собственно, как и мнимые сословия, то среди колдунов это всё еще был отличительный признак. И не только семей состоятельных и приближённых к власти, но и имеющих значительный магический потенциал.