Императрица хочет ребенка от мужа изменщика

Пролог

- Мирослава Сергеевна, нам звонят из заповедника, загоны с мишками застряли на дороге. На дворе +36°, ветренары бьют тревогу - задохнуться.

- Звони Ярмолову, пускай своих драконов пошлет. ГАИ они или кто?

- Сделаем.

- Мирослава Сергеевна, вы просили вам планерку реставрации городского парка принести. Вот смета.

Заглядываю в карту, попутно читая ответы и сверяя цифры. Возмущение рвет глотку при виде изобилия нулей в конечной сумме.

- Вы, млять, там все что ли обкурились? Миллион угрохать на тротуар? Он из золота что ли?! Уфимцева, набери! Срочно!

- Делаю.

- Мирослава Сергеевна, линейка в пятом лицеи через десять минут.

Оповещает меня Ольга, хлопаю своего водителя по плечу.

- Петр Андреевич, успеем?

Пожилой мужчина дарит мне легкую улыбку.

- Успеем, Мирослава Сергеевна.

Машина ощутимо ускоряеться. Кидаю взгляд на своего зама - Матвея.

- Саныч, премириальные для детей подготовил?

- Обижайте, Мирослава Сергеевна, - хмыкает тот, демонструпя в распахнутым кейсе стройный ряд конвертов. - Всё как велели, по пять тысяч олимпиадникам, а московским лаурятам еще выше на двадцать процентов. Эх... - любовно поглаживает кейс. - Разоримся мы так, Сергеевна. В этом году на двадцать больше конвертов вышло. Аж семь всероссийский лаурятов по разным Олимпиадам.

- Не жадничай, Саныч, - журю своего зама, попутно подписывая нужные бумаги, что мне преподносит Ольга. - Город нуждаеться в специалистах. Дети - вложения. Вот кто там выйграл всероссийскую Олимпиаду?

- Ну вот Александр Шевцов - 10 класс, физика, второе место.

- Воот, - тяжело вздыхаю, ни черта ночью не спала, опять кошмары замучали. Невролог говорит, мне нужно в первую очередь снизить стресс. Ага, на пенсии, если доживу. - Это сейчас он Саша Шевцов десятиклассник. А через пять, а то и десять лет вернется сюда и завод построит. Знаешь, сколько людей зарплатой обечпечит?

- Я-то знаю, Мирослава Сергеевна. Но это когда будет-то? А нам сейчас деньги нужны, из Москвы опять пособия задерживаю.

- Не ной! - шикаю на него. - Прорвремся. Где наши пропадали? Кто там еще, читай дальше.

Я привыкла с «светлыми головами» молодежи общаться сама. Вот и слушаю, что да как.

- Арина Сомова, третье место по биологии. Одинадцатый класс.

Помню Аришу, хорошая деваха, уже третий год ходит на олимпиаду. Третье место держит за нашим городом. Умничка.

- Вот, а Ариша станет врачом. Педиатром, - вспоминаю наш с ней прошлогодний разговор, она тогда меня поблагодарила за премию и по секрету сказала, что за эти деньги смогла себе купить планшет. Она из среднестатистической семьи. Только с мамой, та не успевает. - Вернется сюда. Детишек будет лечить. Слейдущего давай.

- Максим Плетнев, одинадцатый Б. Французкий язык - второе место. Мирослава Сергеевна, а французкий язык-то нам на кой, я извиняюсь, хрен?

- Не смей мне ребенка ущемлять. - грозно фырчу на него. - Максим, между прочим, полиглот. - вспоминаю харизматичного парнишку с светлой улыбкой. - Откроет отель у нас или ресторан, будет туристов водить. Окультуримся.

- Окультурились уже. - фырчит рядом Ольга, да тычит взглядом на звонящий телефон. - От «тудова» звонят.

Показывает глазами на потолок.

М-да, и три года не прошло. Но оно было ожидаемо. Беру у нее телефон и смело нажимаю «принять».

Первой начинаю разговор.

- Платон Генадичь, добрый день. Что-то случилось?

- Мира, мать твою, ты что там совсем берега попутала?!

Орет зам министра здравохранения.

Отвожу телефон от уха, давая мужчине откричаться.

Тот от русского переходит на искомо-русский, не таясь в выражениях.

- Это что еще за директива?! Сказано тебе, старая больница переходит под снос! Хрена лысого ты полезла со своим грантом?!

- Мне больница нужна. - спокойно говорю. - На наше поселение одной мало. Матери с грудничками сидят в очереди у педиатра рядом с эпидимиологом. Это уже никуда не годиться.

- Да построим мы тебе новую! Слышишь?!

- Слышу, но не вижу?! Я уже пять лет эту сказку слышу. Не надо мне лапшу на уши вешать. Я ничего не просила! Сама грант выиграла, сама и отстрою. Или мне баб рожать заставлять у себя в приемной?!

- Мира, млять, угомонись! - переходит на «ты» начальство. - Под тебя уже капают. Ты это понимаешь?! Понимаешь аль нет?! Не просто турнут дуру такую, а чего похуже сделают. Отдай постройку демонтажникам, земля там уже почти куплена.

- Ой, Платон Генадичи, связь нет... Потом поговорим.

Отключаюсь. Возвращаю телефон Ольги и тут же инструктирую Матвея.

- Звони Пирогову, пускай своих строителей туда поставит. Чтобы работа кипела и день и ночь.

- Попадет же, Сергеевна.

- Попадет. - киваю головой. - Но с новой больницей не так обидно будет. Арбайт, ребята. Арбайт!

Выхожу из машины, когда она паркуеться возле школы. Улыбаюсь и здороваюсь с родителями, учителями и учениками. Сегодня душно, и я, сидя возле директрисы на линейки, то и дело поправляю ворот платья. На груди будто положили пудовую гирю. Тяжело дышать, и ноги будто ватные. Говорю поздравительную речь. Поздравляю выпускников, желаю им светлого будущего и напоминаю, что для них у администрации подарок - прогулка по реке на теплоходе для всех ребят.

К концу линейки мне становиться всё хуже. Ольга первая ко мне подбегает и тут же протягивает таблетку нитроглицерина. Держу ее под языком. Но лучше не становиться.

Перед глазами все расплываеться. Замечаю девочку, подбегающию ко мне с букетом нежно розовых гладиулосов. И мерешиться мне личико моей Анечке.

Она протягивает мне букет.

Совсем крошка, как я ее запомнила в ее четыре годика, только с рюкзачком на спине.

С бантами на макушке. Она не успела пойти в первый класс. Авария отобрала ее у меня. Она умерла. А теперь стоит предо мной и протягивает этот букетик.