Интенция. Посланница Селектиона

Глава 1. Вторжение

Алан Строун терпеливо ждал своего друга на пороге университета. Летнее солнце приятно грело кожу. После успешно сданных экзаменов ему не терпелось хорошенько отдохнуть где-нибудь подальше от города.

Каникулы у студентов длились два месяца, но у него свободной оставалась всего неделя: Алан был наследником одной из богатейших семей мира, и уже в старших классах отец начал привлекать его к управлению компанией. Так что теперь, в свои девятнадцать он уже был заместителем президента «Строун-групп» и хорошо понимал, какая ответственность на нем лежит.

Справа от Алана стояла Джулия, хищно озираясь по сторонам. Алану иногда казалось, что она высматривает себе жертву, которую могла бы пронзить взглядом. Джулия была редкой красоты девушка: низко посаженные брови, карие глаза, острые фактурные черты лица, длинные прямые черные волосы, стройная фигура. Но репутацию она при этом имела скандальную. В университете ее знали как эффектную, но склочную студентку. Она любила привлекать к себе внимание и была готова сцепиться по мелочам с кем угодно, даже с преподавателями. Алан встречался с ней уже около года, а к ее выходкам привык еще с раннего детства.

И в старших классах, и на первом курсе молодой наследник часто менял спутниц, пытаясь найти свою любовь, но настоящего счастья он так и не испытал. В итоге он пришел к выводу, что это только отвлекает от дел и учебы. Но год назад Джулия предложила ему встречаться с ней. Он знал ее очень давно и относился к ней скорее, как к сестре, чем как к любимой девушке. Поразмыслив, он нашел в ее предложении много плюсов. Присутствие Джулии избавляло его от назойливых фанаток, к тому же, она пообещала не давить на него и не мешать, если появится та, которую он по-настоящему полюбит. А пока что он мог бы приятно проводить с ней время. Джулия же, в свою очередь, делала это небескорыстно: она рассчитывала постепенно стать частью семьи Строун.

Входная дверь отворилась, и из-за нее показался невысокий худощавый паренек с русыми волосами и с очень вдумчивым выражением лица.

— Ну наконец-то. Ты там студентов не заморил? — с легкой издевкой спросил Алан.

— Привет, Алан, — улыбнулся Реан. И добавил, повернувшись к Джулии, — Вы меня давно ждете?

— Нет, просто надоело уже здесь торчать, тошнит уже от этого гнезда занудства, — ответила Джулия.

Она любила называть так их университет, что очень не нравилось Реану.

Троица стала спускаться по ведущим ко входу в университет мраморным ступеням, приковывая к себе взгляды окружающих.

Алан с детства не страдал от недостатка внимания: многим было известно его происхождение. Но дело было не только в нем: окружающие обращали внимание на его золотистые волосы, большие карие глаза и идеально правильные черты лица. В подростковом возрасте эти черты стали мужественнее, так что Алан не знал отбоя от девушек. Сейчас на нём была белая футболка поло, облегавшая его спортивную фигуру, а бежевые брюки, сшитые точно под его размер, подчеркивали крепкие и стройные ноги.

Слева от Алана, придерживаясь за него рукой и уверенно ступая по мраморной лестнице лакированными черными туфлями, шла Джулия в ярко-красном платье. Она не могла устоять перед желанием удивлять окружающих эффектными нарядами, хотя ей уже не раз влетало за это от администрации университета. Джулия никогда не стеснялась одежды, которую большинство людей сочли бы чересчур открытой.

Справа от Алана спокойным шагом шел Реан, самый молодой и многообещающий преподаватель вуза. Светло-синяя рубашка в сочетании с галстуком и очками делали его похожим на подростка. В школьные годы Алан пытался конкурировать с ним в учебе, но, хотя он тоже был отличником и имел предостаточно средств на репетиторов, Реан всё сильнее уходил вперед, так что смог окончить школу на три года раньше. Однако тот не был силен в спорте, в то время как Алан приносил со спортивных состязаний одну медаль за другой. Окружающие, видя эту троицу, безуспешно ломали голову над тем, что вообще может их объединять.

Алан собирался отвезти друзей в свой загородный домик. Ему не терпелось отдохнуть и забыть о делах. Однако в этой компании не хватало еще одного важного для них человека.

— Где он? Ты точно ему все передала? – осматривался по сторонам Алан.

— Да точно, у него сегодня сборы, он может задержаться, — недовольно ответила Джулия.

— Я, кажется, его вижу, — указал в сторону дороги Реан.

К ним шел коротко стриженный высокий парень крепкого телосложения, одетый в темную военную форму.

— Нет, ну вы только на него посмотрите, просто мачо, — игриво произнесла Джулия.

Алан пожал руку другу и приобнял его. Мидо был братом Джулии, старше ее почти на год. С детства он, словно огромная тень, следовал за сестрой по пятам, исполняя любые ее капризы. В их компании он предпочитал больше молчать, но, если нужно было приложить силу, включался в дело самым первым. Четко очерченные скулы придавали Мидо брутальный вид, но зеленые глаза смотрели внимательно и заботливо.

— Ну что, двинули ко мне! – скомандовал Алан.

В это время Реан заметил, что люди вокруг замерли, встревоженно переговариваясь и рассматривая что-то в небе.

— Эй, ребята, постойте! Посмотрите наверх, я такого еще не видел! — обеспокоенно произнес Реан.

Алан посмотрел наверх. Из-под облаков показались острые концы каких-то летающих объектов. Они медленно опустились ниже, и стало заметно, что по форме они похожи на перевернутые пирамиды темно-коричневого цвета. Алан прикинул, что высотой они примерно метров пятнадцать, но точно определить он не мог — они зависли так высоко, что сравнить их размер было не с чем.

Глава 2. Переделка по пути

На следующее утро друзья отправились в путь, как и собирались. Реан не стал брать с собой ничего лишнего, надеясь уже к вечеру вернуться домой. По его расчетам, дорога отнимала не больше четырех часов — в это время пробок обычно не было.

По пути Джулия и Алан не умолкали, наперебой делясь друг с другом всем, что случилось с ними за последние несколько дней. Реан всегда удивлялся, как у кого-то в жизни может быть столько разных приключений. Его дни проходили куда спокойнее — за книгами и за исследованиями.

Любуясь видами из окна автомобиля, он постепенно уходил в свои мысли. Путь человечества ему казался настолько непредсказуемым, что он уже не понимал, к чему вообще все идет и чем закончится. Сто лет назад их прадеды, жители планеты двадцать первого века, считали, что через век наука и технологии вознесут их на новый уровень. Как бы не так. После того, как разразившаяся в 2040 году ядерная война уничтожила большую часть населения планеты, выжившие стали расселяться на немногочисленные незараженные территории. Страны исчезли — им на смену пришли крупные автономные города. И последние десятилетия человечество пыталось восстановить ту цивилизацию, которую построили предшественники.

Мерцающий голубым светом гигантский купол, показавшийся из-за деревьев, вырвал Реана из потока мыслей. Скрытое за светящимся заслоном место было огромной загадкой для человечества. За пять лет до начала ядерной войны какие-то смельчаки, считавшие себя избранными, захватили целый город, возведя вокруг него купол неизвестной природы с помощью какой-то новой технологии. Власти городов объявили их террористами. Ни одна из попыток пробить купол, чтобы вызволить оттуда людей, не увенчалась успехом. Даже ядерная война не нанесла ему никакого вреда. Что происходило за защитным барьером, до сих пор никто не знал. По периметру купол охраняли объединенные силы городов, держась от него на безопасном расстоянии. Выехав на открытую дорогу, не загораживаемую лесом и деревьями, Реан смог увидеть купол более детально. Вообще, он редко выбирался за пределы города, поэтому ему не часто доводилось видеть Селектион — так теперь называлось это место — с близкого расстояния.

— Вот это красота, он будто светится! — прервала ход его мыслей Джулия.

— Так до сих пор и неизвестно, из чего он? — поинтересовался Алан.

— Никто не знает. Вещество, из которого он состоит, такое прочное, что даже пробы взять не удается.

Насколько было известно, наземный диаметр купола был около семидесяти километров, а высота его доходила до четырех километров. Реан завороженно разглядывал Селектион, словно в нем была какая-то магия. Ему очень захотелось проникнуть за его поле и посмотреть, что там.

Между куполом и дорогой тянулись руины, огромные груды обломков камня, кирпича и бетона. Реану сложно было поверить, что сейчас в мире есть какая-то сила, способная превратить целый город в каменную свалку.

Ближе к обеду машина подъехала к небольшой деревушке. Внимательнее присмотревшись к экрану навигатора, Алан предположил, что до дома той самой Хелен уже недалеко.

Когда до пункта назначения оставалось уже меньше получаса, им пришлось остановиться — проезжую часть перегородила группа из двадцати молодых людей. Алан, уверенный, что знает, как с такими разговаривать, спешно вышел из машины:

— Сейчас разберусь, подождите.

— Не надо, от них ничего хорошего не стоит ждать, жми на газ и объезжай их, — с тревогой в голосе обратился к нему Реан.

— Не бойся, дай нам по-мужски разобраться. Не хватало еще из-за них машину по кочкам царапать — похлопал его по плечу Мидо.

Сделав несколько шагов вперед, Алан обратился к молодым людям:

— Что случилось, какие-то проблемы?

Первым вызвался ответить на его вопрос глава шайки. Алан сразу обратил на него внимание: спортивная одежда, выпирающее пузо, наглое круглое лицо, челюсть похожая на зубчатый ковш экскаватора.

— Мы вас в первый раз видим, вы новенькие? — сделал шаг вперед главный.

— Мы вам ничего не должны объяснять. Ушли с дороги, а то придавим ненароком, — жестко перебил Мидо.

— Эй, Шеф, им нужно объяснить здешние правила, а то они не понимают по ходу, — ехидно произнес стоящий справа от главаря парень, лицом похожий на гиену. Алан очень удивился наглости этого отброса. В Капелле молодого наследника знал практически каждый житель города, потому что его лицо украшало билборды и обложки известных журналов. Никто никогда не смел ему перечить, даже преподаватели. А эта шпана открыто шла против него.

— Ах ты...— сказал Мидо и шагнул прямо на этого нахала. Алан удержал друга, положив руку ему на плечо. Реан и Джулия тоже вышли из машины.

— Сели обратно, сказал же разберусь, — упрямо процедил Алан, но друзья его не послушались.

— К старой ведьме едете что ли? — поинтересовался главарь.

Алана удивился осведомленности этого отморозка.

— К ней можно попасть только через нас. И в этом месяце она никого не принимает, — нагло отчеканил главарь.

— Алан и Мидо, уходим, — встревоженно предложил Реан.

Алан и вовсе не стал отвечать на наглый выпад вожака, посчитав это ниже своего достоинства. Развернувшись, он направился обратно к машине. В это время главарь подал сигнал, и его подручные, как стая собак, ринулись на Алана и остальных.

Глава 3. У Хелен

Машина подъехала к небольшому старому домику, одиноко стоящему на холме. Дверь им открыла доброжелательная женщина средних лет с завязанными в пучок темными волосами и приятными ровными чертами лица. При виде гостей ее глаза засияли. Реану показалось, что она им рада. А может, дневной свет так играл на ее зрачках. Переступив порог, гости принялись осматриваться в доме. Внимание Реана привлекли репродукции картин художников девятнадцатого и двадцатого века, развешанные на стенах. В углу комнаты красовался рояль из благородного темного дерева.

Алан сопоставил размер музыкального инструмента и всего помещения и сделал выводы о том, что хозяйка совершенно нерационально использует доступную площадь. Снаружи дом выглядел потрепанным, и Алану показалось, будто его хозяйка потратила все средства не на решение насущных проблем, а на то, чтобы обзавестись этими красивыми, старинными, пусть и не слишком полезными вещами.

Вдоль стены выстроились шкафы с длинными рядами книжных полок, на вид тоже довольно старые. Судя по названиям — в основном труды по философии. Реан постеснялся спросить, где Хелен смогла их раздобыть.

Алану же все это казалось странным, так как занятия искусством и философией в его кругу считались бесполезной тратой времени, не ведущей ни к процветанию общества, ни к всеобщему материальному благу. «Не зря ее считают странной», — подумал он.

На Джулию обстановка в доме навевала скуку. Ей хотелось поскорее выяснить, будет ли от этой женщины какая-то польза.

Хелен, которая всё это время с интересом рассматривала гостей, опередила ее и первой задала вопрос.

— Что привело вас ко мне?

— Я оказалась в списке, вы понимаете, о чем речь? — напрямую ответила Джулия.

— Почему вы думаете, что я смогу вам помочь? — иронично ответила Хелен.

Джулии не понравился этот тон — она всем своим нутром чувствовала, что эта женщина что-то знает.

— Но мне ведь в детстве вы помогли спастись, помните? Я сын Лауры, она обращалась к вам когда-то, — вмешался Реан.

Хелен задумалась, словно вспоминая.

— Это было другое.

Некоторое время она осматривала ребят, а потом произнесла:

— Я помогу вам понять причину.

После этих слов Хелен принесла из соседней комнаты какую-то плиту светло-серого цвета:

— Знаете ли вы, что это?

Когда Реан увидел этот квадрат из монолитного материала с вмонтированным в верхней части небольшим экраном, у него загорелись глаза.

— Ничего себе! Это же «частотная плита». Не думал, что они где-то сохранились!

— А наши профессора говорят, что это лженаука, — скептически посмотрел на устройство Алан.

Джулия была того же мнения и не могла дождаться, когда Хелен уберет этот бесполезный кусок камня и предложит что-то более убедительное.

Реан принялся воодушевленно объяснять друзьям, словно пересказывая параграф из учебника:

— Эти плиты изобрела группа ученых во главе с профессором Кирияном. Они выполнены из высокочувствительного материала, формула которого до сих пор держится в секрете. Он реагирует на биополя людей, а специальные датчики собирают данные и выводят показатели на экран.

Алан всегда болезненно реагировал на какие-то непонятные изобретения или сверхъестественные вещи, поэтому тут же возразил:

— А вот меня учили, что Кириян руководил кучкой сумасшедших ученых, которые хотели разделить людей на классы, ограничив в правах большую часть населения земли.

И тут заговорила Хелен, и голос ее звучал максимально серьезно, так что остальным пришлось замолчать:

— Так вот, теперь забудьте то, чему вас учили, и слушайте меня внимательно.

Хелен поведала им историю о том, как ученые открыли частотные биополя. Она рассказывала, что все в природе имеет свою частоту колебаний. Высокие и низкие частоты по-разному влияют на всё живое; низкие — разрушительны и губительны.

После того, как эти исследования были опубликованы, появились организации, объединения и даже секты, призывающие людей коренным образом менять образ жизни, повышать частоту своего биополя, что в итоге должно было привести к созданию совершенно нового мира. Тогда и была разработана частотная плита. Приложив к ней руку, любой желающий мог оценить состояние своего биополя.

Первыми для эксперимента вызвались видные политические деятели, которые рассчитывали за счет этого повысить свою популярность. Все действо планировали показать по телевидению, но в последний момент передачу отменили. Однако, через несколько дней в сеть просочились видео каких-то очевидцев, которые смогли незаметно заснять процесс измерения частоты биополя политиков. У всех до одного показатель оказался низким, что вызвало волну насмешек и недовольных комментариев.

Чтобы избежать общественных волнений, сильные мира сего потребовали объявить эти теории недоказуемыми и запретить изготовление частотных плит. Ученых, которые были не прочь выслужиться перед государством, нашлось немало, и они принялись усердно опровергать эту теорию. А сами же плиты были изъяты и уничтожены.

Сторонники идеи создания нового мира поняли, что человечество свернуло на путь, ведущий его к гибели. Люди, которым была присуща высокая частота, стали отыскивать друг друга и объединяться. Нашлись спонсоры, которые помогли высокочастотным скупить землю вокруг исследовательского института, где раньше работала группа Кирияна, и поселиться там. Лет десять было тихо, хотя ходили слухи про какие-то тайные исследования. Но однажды, неожиданно для всех, город оброс голубым куполом, за которым не было видно ничего. Люди надеялись, что со временем те, кто остались за барьером, выйдут с ними на связь, однако проходили годы и десятилетия, а оттуда не было никаких известий.