Ирреалист 3

Ирреалист 3

История Первая

Ши Ан Bру, безмолвная гробница древнего народа, некогда живущего в Ирландии, стояла на вершине холма (1). Никто не знал, когда и кем она была построена. Даже река Бойн обходила стороной это место, как бы показывая уважение к ее обитателям, хотя они уже давно растворились во времени.

Энгус, друид местной общности, уже давно собирался подняться на вершину этого странного холма, и вот сегодня он взял с собой несколько самых верных ему людей и отправился туда.

Подойдя к подножью холма, он почувствовал какое-то чужое духовное присутствие. Энгус, естественно, не боялся врага, потому что перерождался уже два раза и сейчас жил третьей земной жизнью. Он словно слышал какой-то далекий звук с вершины холма.

-Это не наша духовная практика, - подумал Энгус, - кто там мог быть ?

Идти было недалеко, и уже через полчаса друид и его помощники стояли перед входом в гробницу.

Это было невероятное зрелище. Перед вымощенной камнями тропинкой возвышалось странное покрытое сооружение, построенное из громадных валунов в виде круга.

Два больших камня закрывали вход, но Энгус со своими спутниками легко отодвинул их и вошел в узкий коридор.

Друид уверенно свернул влево и вошел в помещение, на полу которого находилось множество костей людей и животных.

Энгус сел в удобную позу, расслабился и снова услышал странный звук. Он вспомнил песнопения великого барда Амергина (2), закрыл глаза и представил себе это чужое духовное присутствие в виде ворона, сидящего на одном из валунов гробницы.

Вдруг в помещение влетел черный ворон, который сел напротив Энгуса и стал, не шевелясь, смотреть на друида.

Прошло несколько минут, ворон встрепенулся и улетел из гробницы.

Энгус тоже вышел наружу, собрал своих людей и сказал:

-Ши Ан Вру будет местом поклонения Матери-Природы.

Он начертал на земле „трискел“ (3) и приказал своим людям высечь этот символ на камнях у входа в гробницу.

Примечания:

.

История Вторая

Карета равномерно качалась от сильного ветра, но Уильям не обращал на это никакого внимания и с интересом смотрел по сторонам. Он уже проехал пол-пути от Лондона до Стратфорда, пересек старинный город Банбери и оставшиеся 40 миль ему казались совсем недолгими.

Уильям вспомнил об интересной истории Банбери. Этот небольшой городок когда-то был сильной англо-саксонской крепостью, воевавшей с кельтами.

Из окна кареты он вдруг увидел летящего ворона, который приблизился к окошку и не отрываясь, смотрел на него.

-Богиня Мориган (1) всегда кружилась над полем сражений в облике ворона, - вспомнил Уильям прочитанную недавно книгу о кельтах. - Она знала исход всех битв и всегда облетала над будущими победителями.

-Кельты, - мысленно произнес Уильям, - гордые народы с красивыми легендами, которые так нравятся зрителям.

Уильям писал пьесы и был актером в некоторых из них. Со сцены он видел, как оживают зрители, когда дочь кельтского короля и ее супруг с горестью смотрят на своих заколдованных детей в пьесе „Король Лир“. Он уже не раз обращался к кельтским легендам и знал, что это всегда приносит успех спектаклю.

-Да, это так, - ответил сам себе Уильям, - надо придумать что-нибудь кельтское в следующий раз.

- Мы приехали в Стратфорд, сэр, - громко обьявил кучер.

Уильям расплатился и сразу увидел своего зятя Джона Хола. Тот подъехал на своей карете и погрузил в нее багаж Уильяма.

Уильям уже хорошо зарабатывал, и они могли себе позволить небольшую двухместную карету, которая отвезла их в семейный дом “New Place”.

Сьюзан, дочь Уильяма встретила их у парадных ворот. Вся семья собралась в большой гостиной на ужин. Говорили о Лондоне, о местных новостях. После ужина подали любимое вино всей семьи, сладкое испанское „Canary“. Уильяму оно так нравилось, что он даже описал устами своих героев „Двенадцатой ночи“ „Canary“ как „чудесное, искусительное вино, от которого так благоухает кровь, что человек задается вопросом: „Что это?“.

После окончания ужина Уильям пригласил зятя в свой кабинет.

Он сделал несколько глотков вина и сказал:

-Джон, ты хороший доктор. У меня появилась проблема.

Джон удивленно посмотрел на своего тестя и спросил:

-Что у Вас болит ?

-Ничего не болит, - с улыбкой ответил Уильям. – В последние два года я почти не пишу. С большим трудом закончил пьесу „Перикл“ и уже несколько месяцев не написал ни строчки.

Джон сосредоточенно молчал, но вдруг он оживился и, словно вспомнив о чем-то загадочном, с некоторой опаской сказал:

-Хочу предложить Вам необычное лечение, взятое от кельтов.

-Кельтов ? – вздрогнул от неожиданности Уильям, - а я как раз о них вспоминал, когда проезжал Банбери.

-Об этом мне рассказал мой знакомый, который занимается древней историей, - ответил Джон и продолжил, - в старых ирландских сводах законов, придуманых еще друидами, которые сегодня называют Senchus Mór (2), есть интересный текст, точнее поэма. Ее приписывают легендарному кельтскому барду Амергину, она называется „О поэзии“.

Уильям заинтригованно слушал, не говоря ни слова.

-В этой поэме написана своеобразная инструкция для людей искусств, - продолжил Джон, - В ней говорится, что у человека есть три „котелка“, которые нужно активировать, чтобы успешно творить.

-Первый котелок – „warming cauldron“, котелок жизненой энергии или тепла находится в животе или утробе. Он дает мыслям творца необходимую энергию и находится в вертикальном положении.