Стоя на балконе, облокотившись на перила и подперев руками подбородок, думала о чем-то своем, сокровенном.
Вчера сдала последний экзамен. Ну наконец-то всё, так надоело уже зубрить, особенно когда голова была занята совсем другим.
Впереди целых два месяца лета, а что дальше? Куда подавать документы, вообще не было ни мыслей, ни желания. Просто какой-то ступор.
О, Ленка что ли топает, точно ко мне. Лицо озабоченное, гм, случилось что-то?
— Ленок, привет, ты ко мне? Поднимешься или мне спуститься?
— Ты меня ждёшь или принца на белом коне? Как там тебе видно коня? — раздался Ленкин смех. — Давай спускайся, неохота подниматься на второй этаж. Есть дело, тут на лавочке обсудим.
— Я мигом. Лен, мама пирожков напекла, тебе захватить?
— Какие пирожки, иди сюда, не до них.
Подружайка моя была по современным меркам слегка упитана, хотя, на мой взгляд, лёгкая полнота ей очень даже шла. Но она всё время сидела на какой-то диете, то в журнале вычитает, то кто-нибудь посоветует. Да толку от этого было ноль. От чего иногда была совершенно несносной и раздраженной. Вот и сейчас снова чем-то недовольна.
По ступенькам мигом я слетела вниз. Фу, ну и жарища тут. А на балкон падала тень от деревьев, и не так палило, как здесь, возле подъезда.
— Пошли в тенек, под сосенки, там лавочка есть. Ты чего такая взъерошенная, случилось что-то? — чмокнув Ленку в щеку, не оглядываясь, пошла в тень.
— Да как сказать, не случилось, но есть предложение к тебе.
— Ну давай, предлагай, — со смехом посмотрела на подругу.
— Оль, ну вот ты всё время так, не ерничай, дело серьёзное.
— Не томи уже, серьёзное дело у неё, колись уже, с чем пожаловала.
— Ты куда собралась поступать? Мы же всё, школа-то позади.
— Это твое серьезное дело такое? А подождать выпускного нельзя?
— Понимаешь, вчера родители насели на меня, что вот поедешь в областной город, будешь учиться. А мне так не хочется одной, может, ты тоже со мной.
Не, ну а че, вместе веселей. Город-то большой, одной страшновато как-то.
Смотрела на Лену и не понимала, она серьёзно предлагает или просто не знает, как ей быть с родительским предложением.
Мы с ней учились так себе, не хорошо и не плохо. В принципе, можно было бы попробовать подготовиться и сделать попытку в техникум.
Но так надоели все эти конспекты. Ну вот совершенно нет никакого желания. И мы с ней были в этом солидарны.
— Куда предлагают? На кого?
— Техническое училище. Понятное дело, без экзаменов, документы сдал и всё. А главное, специальность-то какая, чертежник-конструктор! Прикинь.
— Ого, звучит многообещающе. Только ты же черчение терпеть не можешь. — усмехнулась в ответ.
— Ну мало ли. Вдруг в процессе полюблю. — Тут уж её разобрал смех. Видимо, представила, как она черчение начнёт любить.
— Подумать нужно. Хотя знаешь, а давай, черчение мне всегда нравилось. Кубы, сферы прикольно было рисовать, — согласилась я.
— Ура! — радостно запрыгала подруга. — Тогда решено? Я своим говорю, что согласна? Ну каждый день пилят, решила или нет. Вот и вчера: надумала учиться или на нашей шеи сидеть будешь? Как хорошо, что мы вдвоём в одном училище, в одной группе будем.
— И как долго? Год, два?
— Два года. Практика вообще отпад. На военном заводе, прикинь. Это же круто. А ещё, — тут она сделала такую загадочную мину, — там стипендия!
— Так в принципе стипендию везде платят, чему ты так удивляешься?
— Ты не понимаешь, там стипендия восемьдесят два рубля! Это же целое состояние!
— Да не ври, столько много? Быть того не может!
— Ты чего, я серьёзно, без вранья!
— Тогда мои точно против не будут, хотя мне кажется, им всё равно, где я буду учиться. Дома даже разговоров на эту тему нет.
— Олька, я так рада, что ты согласилась. — И она давай меня кружить и при этом смеяться, вот же полоумная.
— Ну всё, хорош кружиться, тогда, как соберёмся, документы, то, сё, ты сообщи мне, когда поедем. Кстати, а на чем твои предлагают, своим ходом или автобусом?
— Не переживай, с этим всё норм, мама договорилась с нашим дядей, на «Ниве». Как только будем готовы, так и помчим.
— Тогда вообще без вопросов. Слушай, а ваш класс решил, куда пойдёте рассвет встречать?
— Да пацаны мутят, что-то предлагают, родаки против их вариантов. Скорее всего, не мы будем выбирать. А мне и без разницы. Только бы быстрее всё это закончилось.
— Наши предложили на пруд с палаткой, прикинь, пешком топать. Это же просто кошмар, далеко же. Может, организуют транспорт.
Родаки согласились, а наши в пляс. Типа рыбы наловят, уха и всё такое. Кто ночью рыбу будет ловить? В костюмчиках с удочкой?
— Везёт вам, может, и наши туда же? Вместе интереснее, — вздохнула подруга.
Вот так незаметно подошёл выпускной бал. Нашему выпуску, как всегда, не повезло, где-то в районе, в одном из посёлков, выпускной прошёл на день раньше и не без происшествия со смертельным исходом.
Там в драке убили школьника-выпускника. И всё, нам запретили шампанское, никакого алкоголя вообще, только компот и лимонад.
А так хотелось попробовать. Но не повезло, так не повезло. Родители мои не разрешали и на Новый год даже глоточка сделать. Строгих правил были.
Рассвет встречать ходили на пруд, как и было заранее запланировано. Всё прошло отлично. Никто не подрался. Хотя парни тайком винишко пили.
Ничего такого из ряда вон не происходило. Ночевали в палатках. Вот единственное, что не понравилось, так это ночёвка.
Через две недели мы с Леной, её мамой и дядей отправились в областной город подавать документы. Город оказался на самом деле очень большим.
Но его размеры меня совершенно не пугали. Наоборот, сидела и во все глаза рассматривала его красоты.
Поездка была удачной, сдали документы, нас зачислили. Дали адреса, где можно снять жилье на время учёбы. И да, как оказалось, стипендия на самом деле восемьдесят два рубля.
Лена была равнодушна к зачислению, а я, напротив, была очень довольна, что так удачно получилось, и профессия была что надо.
Лето пролетело очень быстро, и незаметно подошло время, когда пора уже отправляться на место нашей учёбы.
Но вот тут-то моя подруга меня и подвела. Как оказалось, она забрала свои документы и не знаю куда умчалась из посёлка. И всё это молча.
Злилась на неё недолго. Города не боялась, одна ехать тоже не мандражировала. Да и специальность мне подходила, и большим бонусом — стипендия.
На этот раз добиралась одна. Родители на работе, да они и не пытались отпроситься, чтобы поехать со мной. Закончила школу, всё, сама, всё сама, вперёд и с песней.
Что я и сделала. Собрала вещи на первое время. Говорили, что неделю отучимся, а там в колхоз, на полевые работы.
Практически как в школе, недели две с первого сентября учёба, а потом в поле, то кукурузу собирать после комбайна, потери, так сказать, то тыкву. А то ещё и на ток отправят чистить ту самую кукурузу.
В общем, всё привычное, ничего нового в этом не было. Да и с досугом тоже всё было понятно. Будут тематические вечера с танцами.
Не знаю, от кого из родителей досталась самостоятельность, но в городе одна быстро сориентировалась. Нашла квартиру по адресу, что дали в первый приезд. Заселилась.
Квартира — громко сказано. Частный сектор, у хозяйки дом кирпичный, ну а в глубине двора стоит флигель. Вот там и поселили нас.
Да, именно нас, потому что за двадцать рублей — койко-место, а нас там было шесть девчонок. Круглый стол посредине, два шкафа и кровати вдоль стен.
Получилось так, что мы оказались из одной группы. Что в принципе даже очень хорошо.
Прошло две недели, и, как было нам сказано, в колхоз, на работы полевые. Собрали студентов, загрузили в автобусы и повезли. Долго ехали, часа три, если не больше.
Приехали в какой-то огромный лагерь. Честно признаться, очень стрёмный. Не корпуса, а чисто бараки с огромными комнатами, где поместилась вся наша группа. Кстати, в группе были одни девчонки.
И таких браков было очень много. Тут практику полевую проходили даже москвичи. Что очень удивило.
Все прелести цивилизации были на улице. Буквально всё: и душ, и умывальник, всё под открытым небом. Ну понятно, что душ кабинками.
С утра нас вывозили в поле собирать помидоры в огромные деревянные контейнера. Никогда не видела столько помидор, просто огромнейшее поле.
После обеда водные, обед и тихий час. Вот это для меня было дико, какой тихий час? Мы же не дети. Но правила есть правила.
А вечером танцы. Музыка на всю округу, огромная толпа молодёжи, к которой присоединялись и местные.
Однажды что-то пошло не так, может, девчонку не поделили, кто-то кому-то дорогу перешёл, причины нам не озвучивали, и такое началось.
Две огромные толпы стоят друг против друга и кидают штакетник. Это было что-то. С одной стороны и с противоположной навстречу летело такое количество, что непонятно, где они столько всего взяли.
В самом лагере начался кипишь, преподы всех стали загонять по комнатам. Никто ничего не знал, что происходит. Окна приказали завесить или заложить матрасами.
Страху нагнали такого, что мама не горюй. Мы сидели ниже травы, тише воды. Свет не включали.
А утром всё стало на свои места. Видимо, милиция со всеми быстро разобралась, и нам больше ничего не угрожало. Правда, были комнаты, где окна всё-таки повыбили.
Время в лагере летело быстро. Не успели оглянуться, а уже пора и возвращаться к учёбе.
Учёба давалась легко. А тем более дома все вместе делали конспекты и друг другу помогали. С девчонками жили дружно.
Хозяйка строго-настрого запретила приводить гостей и особенно парней. Ей неприятности не нужны, никаких пьянок и гулянок.
Ну а мы-то, девчули, молодые, общаться-то хочется, как без этого. Вот и приходилось нам с девчонками дружить за периметром.
После колхоза нам выдали первую стипендию, держать в руках такую сумму денег, ох, это что-то.
Со своей стипендии заплатила за квартиру, как, впрочем, и все девчонки.
Каждая из нас старалась на выходные съездить домой. Там же друзья, знакомые, и вообще танцы в клубе намного интереснее, чем в училище.
Отучились октябрь. На носу ноябрьский праздник, и нам дали целых три дня выходных.
Как не поехать, конечно, только домой, не оставаться же в городе.
Придя после пар из училища, решила смотаться на вокзал в предварительную кассу за билетом. Вдруг повезёт.
Зайдя в вокзал, поникла, очередь была просто огромной. Понимала, что с билетом точно не получится ничего.
Так и вышло. Расстроилась, жуть. Но тут же объявление, что есть свободные места на автобус на мой маршрут на вечер.
Не долго думая, купила. По времени успевала съездить на квартиру за вещами. Ехать, правда, было далековато, но всё-таки рискнула.
Обратно доехала быстро, ура, успеваю. Собрала вещи, с девчонками попрощалась и бегом успеть на вокзал.
И вот с этого момента мне перестало везти. Долго ждала трамвая, смотрю на часы, а время-то тикает.
Тут же не отходя решила ловить такси. Но и такси пролетали, всё занято и занято.
Стала нервничать, что же это такое. Подошёл трамвай, села, не стала уже надеяться на такси.
Нервничала просто ужас, ну не успеваю же, каких-то пару минут. Так и вышло, только и увидела хвост уезжающего автобуса.
Сдала билет, мне вернули часть денег. Что делать, так не хочется оставаться одной на все праздники в городе, девчонки все разъедутся.
Тут слышу, есть билет на сегодня, на рейс чуть позже. Е моё, а у меня денег в обрез, не хватает чисто одного рубля, чтобы хватило на билет.
Что делать? Есть шанс уехать, а воспользоваться опять не могу, там опоздала, а тут денег не хватает на билет.
Сама себе не поверила, что решилась попросить у прохожих. Такой стыд испытывала, просто жесть.
Раз спросила, два, три, попытки были нулевыми. Всё, нахрен, не буду больше позориться.
Вышла из вокзала на улицу, стою, опершись на перила, задумалась. Вот так, очень-очень нужна помощь, но где её взять?
Неужели придётся сейчас вернуться на квартиру и просидеть все дни в городе одной?
Недалеко от меня стоит мужчина. Просматривает в мою сторону. Что ему от меня нужно, зачем так пялиться откровенно.
Скажу честно, внешностью яркой не обладала. То, что не городская, а приезжая селючка, ну вот кожей чувствовала, что видно за версту.
Видимо, ещё и поэтому меня внимание этого мужика очень злило. Ну вот, идёт явно ко мне.
— Добрый вечер! Девушка, вы, смотрю, чем-то расстроены, может, смогу вам помочь?
Вот это поворот событий, никто не хотел мне пойти навстречу, а тут нате вам, помощь подоспела. И, блин, у меня язык-то развязался. Что я делаю?
— Да вот опоздала на автобус, сдала билет, вернули часть денег. И тут объявляют, что на очередной рейс есть билет, а мне не хватает одного рубля. Так обидно.
— Не расстраивайтесь так сильно. Хочу предложить вам помощь.
— Вы мне рубль добавите? — не поверила, что такое может быть.
— Нет, я предлагаю лучше, давайте догоним автобус, он же ещё даже из города не выехал, пока по улочкам проедет к мосту.
— Послушайте, но мне вам нечем заплатить, вы понимаете, у меня нет денег таких, чтобы оплатить вашу помощь.
— Вы не волнуйтесь так, мы сможем договориться.
Чем думала в тот момент, сама не знаю. Даже не вспомнила, что билета у меня на руках нет, я же его сдала, так за каким хреном автобус догонять?
Так хотела сильно домой, что мозги отшибло напрочь. Нет, я, конечно, девушка сельская, но понимала, что договор может означать «расплатись натурой».
Если бы у меня был бойкий характер, то послала бы мужика на все четыре, и всё. Так нет же, стою мямлю, намекаю, что натурой не смогу расплатиться.
Одним словом, бестолочь ещё та, нужно чётче выражать свои мысли, а то стою Б-М.
А домой-то охота, а тут типа помощь.
— Не волнуйтесь вы так, у нас всё получится, автобус быстро догоним. А я вас не обижу.
— Ну вы понимаете меня? Мне расплатиться нечем, и этим тоже.
Он словно не слышит меня, о чем говорю. Я не понимаю, понял он или нет.
— Ну хорошо, давайте догоним автобус.
У него тут недалеко были «Жигули» припаркованы. Сели и поехали. Я в предвкушении, что вот догоним автобус, ура, хоть такая помощь.
— Меня зовут Борис, мне 29 лет! А вас, молодая, интересная, как звать?
— Ольга. — Зачем он мне про возраст свой сказал, совсем не поняла.
— Я так понимаю, вы учитесь в нашем городе?
— Ну да, в техническом училище на чертежника-конструктора.
— Хорошая специальность, нравится?
— Нравится.
— А я подрабатываю по вечерам, таксую, сам инженером работаю. Семья, дети, траты, сами понимаете, немалые.
Ехали, болтали. В основном он задавал вопросы. Я вяло отвечала, мне как-то не особо интересна была жизнь Бориса.
А тем временем мы уже выехали за пределы города, проехали мост и далее через пригород, через переезд ж/д выезжали на трассу.
И тут-то наш разговор приобрёл совершенно другой поворот.
— Ну что, Оленька, может, остановимся, а потом продолжим путь?
— Зачем останавливаться? — меня накрыла паника.
— Ну как зачем, мы же договорились там, на вокзале.
Твою ж, не дура, намёк поняла. Но, блин, почему-то вместо испуга я разозлилась.
— Ничего мы не договорились, я вам намекала, что натурой расплатиться не могу.
— Девственница, что ли?
— И что такого странного в этом? Да, девственница, и что? Остановите машину, я выйду, мы с вами не договаривались, или вы меня не поняли.
Борис не останавливался, продолжал всё это время ехать, и когда я начала просить, чтобы тормознул машину, то до меня не доходило, что время-то уже пусть не позднее, но осень, темнеет рано.
Вокруг темнота, трасса междугородняя, куда ты пойдёшь, Оля? Таким вопросом даже не озадачилась.
В лесопосадке ночевать будешь или что ты делать станешь, если высадит? Чем думала?
— Ну подожди, не кипятись ты так. Давай сейчас договоримся.
— Ни о чем не будем договариваться.
— Да я тебя не то что на автобус, прямо домой отвезу. Остановимся где-нибудь. Не переживай, заливать тебя не буду. Чтобы не забеременела. Очень аккуратно всё сделаю.