Истинная для Тёмного наследника

Глава 1. Шпионка для чудовища

В день, когда Лиану Эверт должны были продать за долги, её вместо этого купили для измены.

Она стояла в холодной гостиной старого дома, где когда-то устраивали балы, а теперь экономили даже на дровах, и смотрела, как на стол между пустой чернильницей и треснувшей вазой ложится тяжёлый кожаный кошель.

Монеты внутри звякнули глухо.
Слишком весомо.
Слишком страшно.

Её дядя сглотнул так заметно, что Лиане захотелось отвернуться.

Не от стыда — к нему она давно привыкла.
От омерзения.

— Этого хватит, чтобы закрыть часть долга, — произнёс человек в тёмном плаще.

Он сидел спиной к окну, и зимний свет делал его лицо резче. Ничего особенного в нём не было: не стар, не молод, не уродлив, не красив. Самое опасное лицо на свете — лицо человека, которого невозможно запомнить.

— Только часть? — жадно переспросил дядя Арман.

Лиана стиснула зубы.

Конечно.
Вот оно.
Не “моя племянница”.
Не “девушка из достойного рода”.
Не “Лиана”.

Часть долга.

С тех пор как её отец умер, а брат ввязался в проигранную драку с людьми герцога, всё в этом доме мерили только так: сколько стоит мебель, сколько стоит земля, сколько стоит молчание, сколько стоит женское будущее.

Оказалось, её — тоже.

— Остальное зависит от того, насколько хорошо ваша племянница умеет слушаться, — ответил человек в плаще.

Лиана перевела на него взгляд.

— Может, хватит обсуждать меня так, будто я уже вышла из комнаты?

Мужчина медленно повернул голову.

Глаза у него были серые.
Слишком спокойные.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда обсудим при вас.

Дядя заёрзал в кресле.

— Лиана, не надо в таком тоне. Господин пришёл помочь…

— Помочь? — Она тихо рассмеялась. — Это теперь так называется?

Арман вспыхнул.

— Ты вообще понимаешь, в каком мы положении?

— Прекрасно понимаю. Особенно после того, как вы два дня назад пытались выдать меня за жирного торговца зерном.

— Он был состоятельным человеком!

— И старше меня на тридцать лет.

— У него не было жены!

— Какое удивительное достоинство.

— Лиана! — рявкнул дядя.

Но человек в плаще вдруг едва заметно усмехнулся.

— У вашей племянницы острый язык.

— Это пройдёт, — поспешно сказал Арман.

— Не уверена, — холодно отозвалась Лиана. — Он у меня врождённый.

Мужчина смотрел на неё с тем самым лёгким интересом, который бывает у людей, выбирающих между двумя ножами и ещё не решивших, который удобнее.

— Тогда слушайте внимательно, леди Эверт, — сказал он. — У вас есть два пути.

Лиана скрестила руки на груди.

— Как щедро.

— Первый: ваш дядя берёт этот кошель, а вас действительно продают туда, где вы, вероятно, проживёте долго, скучно и очень тихо.

Арман закивал так быстро, будто речь шла не о её судьбе, а о выгодной сделке на муку.

— Второй путь? — спросила Лиана.

Человек чуть подался вперёд.

— Вы едете в столицу.

Сердце в груди дрогнуло.

Столица.
Императорский двор.
Место, где людей вроде неё либо забывают в дальних коридорах, либо используют до кости.

— И зачем я там? — спросила она.

— Ради одного мужчины.

Лиана почти не изменилась в лице.
Почти.

Но внутри всё уже напряглось.

— Продолжайте.

— Вам нужно приблизиться к тёмному наследнику.

Тишина в комнате стала плотной, как лёд.

Даже дядя замер, перестав дышать так шумно.

Лиана медленно произнесла:

— Вы шутите.

— Нет.

— Тогда вы безумны.

Человек в плаще положил ладони на стол.

— Возможно. Но вам всё равно придётся выслушать.

Тёмный наследник.

Рейнар Вельт.

Имя, которое при дворе произносили осторожно. Мужчина, которого в народе уже называли будущим чудовищем на троне. Старший сын императора от второй жены. Наследник, которого то приближали к власти, то отодвигали от неё, будто и сам двор не мог решить, бояться его или использовать.

О нём ходило слишком много слухов.

Что он владеет тёмной магией рода.
Что убил собственного наставника.
Что во время гнева у него чернеют глаза.
Что он не терпит лжи.
Что женщины рядом с ним долго не задерживаются.
Что он уже начал избавляться от тех, кто однажды встанет между ним и короной.

Лиана не знала, что из этого правда.
Но знала другое:
человека с такой репутацией не шпионят просто так.
Туда посылают только тех, кого не жалко.

— Зачем? — спросила она.

— Потому что у наследника появились амбиции, которые могут стоить империи слишком дорого.

— И вы, разумеется, действуете ради всеобщего блага?

— Разумеется, нет, — сказал мужчина.

Лиана моргнула.

Не такого ответа она ждала.

— Тогда ради чего?

— Ради равновесия сил.

— То есть ради власти.

— Обычно это одно и то же.

Дядя нервно кашлянул.

— Господин… может, не стоит так прямо…

— Стоит, — ответил незнакомец, не сводя глаз с Лианы. — Я предпочитаю вербовать тех, кто понимает, в какой грязи придётся стоять.

Лиана медленно выдохнула.

Да.
Это уже походило на правду.

Не красивую.
Зато правду.

— И что я должна делать? — спросила она.

— Войти ко двору под новым именем и новой ролью. Сначала — как компаньонка леди Мирель Тассо. Она недавно овдовела и ищет молодую воспитанницу для сопровождения в столице.

— И вы считаете, что это даст мне доступ к наследнику?

— Со временем.

— А если нет?

— Тогда вы бесполезны.

Лиана чуть склонила голову.

— Как бодро вы говорите о моей возможной смерти.

— Я ничего не говорил о смерти.

— Вам и не нужно. Она уже сидит на соседнем стуле.

Дядя Арман в отчаянии всплеснул руками.

— Лиана, перестань! Это шанс!

Она повернула к нему лицо.

Глава 2. Двор, где пахнет опасностью

Столица встретила Лиану дождём.

Не тем честным ливнем, после которого мир становится чище, а мелкой серой моросью, оседающей на лицах, перчатках, колёсах карет и крышах так, будто сам город заранее предупреждал: здесь всё проникает под кожу медленно.

Она сидела в карете леди Мирель Тассо уже шестой час подряд и смотрела в окно, за которым тянулись окраины Элариона — сначала склады, потом каменные дома богачей, потом мостовые, широкие улицы и башни, вспарывающие низкое небо.

Столица была красивой.
И чужой.

Слишком много белого камня.
Слишком много золота на шпилях.
Слишком много людей, которые умеют улыбаться, не показывая настоящих зубов.

— Не советую так смотреть, дитя, — лениво произнесла леди Мирель, не поднимая глаз от веера. — У вас лицо человека, который либо боится, либо хочет кого-то зарезать.

Лиана перевела на неё взгляд.

— А если и то и другое?

Пожилая вдова наконец улыбнулась.

Мирель Тассо было около пятидесяти, но в её лице жило столько ума, холода и тщательно отточенной светской мягкости, что возраст уже не имел значения. Она была красива когда-то опасной, запоминающейся красотой и до сих пор умела производить впечатление одной поднятой бровью.

Именно под её именем Лиана теперь ехала во дворец.

Именно ей человек в плаще передал её, словно дорогую вещь.
Именно эта женщина теперь называла её Лиорой Вейн и ни разу не ошиблась.

— Во дворце, — сказала Мирель, — лучше скрывать оба состояния. Особенно первое.

— А второе?

— Второе иногда полезно. Но только если вы умеете улыбаться в процессе.

Лиана отвернулась к окну.

Три дня назад она ещё спала в холодной комнате дома Эвертов.
Три дня назад у неё было старое платье, больной гнев на дядю и кольцо брата в кулаке.
Теперь же на ней была дорогая тёмно-зелёная дорожная накидка, новые перчатки, новое имя и ложь, которую требовалось носить так, будто она родилась с ней.

Лиора Вейн.
Воспитанница дальних родственников.
Тихая, образованная, небогатая девушка.
Подходящая для роли незаметной тени рядом с влиятельной вдовой.

Отличный план.
Если не думать о том, что конечная цель этого плана — тёмный наследник.

— Ещё не поздно сбежать, — сказала Мирель, складывая веер.

Лиана нахмурилась.

— Простите?

— Вы смотрите в окно так, будто мысленно прикидываете, с какой стороны карета перевернётся быстрее.

— Это вы так развлекаетесь?

— Это я наблюдаю. — Мирель склонила голову. — Вы не похожи на девиц, мечтающих попасть ко двору.

— Возможно, потому что я не из их числа.

— Хороший ответ. Но опасный.

Лиана помолчала.

Потом всё же спросила:

— Зачем вы мне помогаете?

Леди Мирель долго не отвечала. Только смотрела на стекло, по которому медленно стекали дождевые капли.

— Вы всё ещё думаете, что в столице кто-то что-то делает из доброты? — спросила она наконец.

— Нет.

— Прекрасно. Значит, мы не потратим время на лишние иллюзии.

— И всё же.

Мирель сложила руки на коленях.

— Потому что мне выгодно, чтобы рядом с наследником появилась новая фигура.

— И только?

— Этого недостаточно?

— Для правды — нет.

Вдова улыбнулась краешком губ.

— Вы очень плохо устроены для тихой придворной жизни, Лиора.

— Меня не спрашивали.

— Никого из нас не спрашивали. Но умные женщины быстро учатся использовать даже чужой выбор как собственный.

Карета качнулась, поворачивая к высоким воротам внешнего дворцового круга.

Стража в чёрно-серебряной форме пропустила их не сразу. Один из воинов заглянул внутрь, увидел леди Мирель, наклонил голову, потом слишком внимательно посмотрел на Лиану.

Она выдержала взгляд спокойно.

Новый урок:
никогда не первой отводить глаза.

Стражник отступил. Ворота открылись.

Карета въехала внутрь.

Лиана сжала пальцы на подоле.

Императорский дворец Элариона был огромен.

Не только красив — подавляющ. Многоуровневые галереи, арки, лестницы, высокие башни, крытые переходы, дворы внутри дворов. Белый камень с тёмной отделкой, золотые стяги, стекло, в котором отражалось серое небо. Здесь можно было не только жить, здесь можно было пропасть.

Очень удобно для тех, кому есть что скрывать.
И есть кого убирать.

— Запомните главное, — тихо сказала Мирель, пока карета катилась по внутреннему двору. — У двора два закона. Первый: все улыбаются. Второй: все помнят, кто и как однажды оступился.

— Обнадёживает.

— И ещё один совет.

— Я вся внимание.

Мирель впервые посмотрела на неё совсем серьёзно.

— Не привлекайте к себе наследника раньше времени.

Сердце неприятно дёрнулось.

— Все так боятся, что я внезапно начну штурмовать его покои?

— Нет. — Мирель медленно покачала головой. — Я боюсь другого. Что он сам вас заметит.

Лиана внимательно посмотрела на неё.

— И что в этом страшного?

Мирель отвела взгляд.

— Если бы я знала точный ответ, давно была бы спокойнее.

Карета остановилась.

Слуга открыл дверцу. Влажный столичный воздух пах камнем, дождём и чем-то ещё — пряным, металлическим, тревожным.

Дворец.

Лиана вышла вслед за Мирель и сразу почувствовала на себе чужие взгляды.

Слуги.
Стража.
Придворные, идущие через галерею.
Две дамы у лестницы, которые вели слишком вежливую беседу и слишком быстро замолчали.

Вот оно.
Место, где люди сначала оценивают платье, лицо и походку, а потом уже решают, достойна ли ты быть использованной.

— Спину ровнее, — почти не шевеля губами сказала Мирель. — Выглядите так, будто приехали сюда не по милости, а по праву.

— Легко сказать.

— Легко сказать — да. Делать сложнее. Но выбора у вас всё равно нет.

Как и всегда.

Они вошли во дворец через боковой парадный вход. Внутри было тепло, ярко и слишком красиво. На мраморном полу отражались светильники. Вдоль стен стояли высокие вазы с белыми зимними цветами. По коридорам скользили мягкие шаги слуг и тихий шёпот.

Глава 3. Его слабость — моя смерть

Галерея опустела не сразу.

Сначала повисла тяжёлая пауза — та самая дворцовая, в которой все уже всё понимают, но ещё надеются, что кто-нибудь другой первым решит, будто ослышался. Потом советник наследника склонился, Мирель слишком плавно закрыла веер, фрейлина у окна буквально втянула голову в плечи, и только тогда люди начали расходиться.

Быстро.
Тихо.
Слишком дисциплинированно для случайности.

Лиана стояла на месте.

Пальцы всё ещё сжимали спинку узкой мраморной скамьи. Под ладонью был холодный камень. В груди — жар, который не имел ничего общего ни со страхом, ни с придворной неловкостью. Он жил где-то глубже, под кожей, в крови, словно её тело уже знало то, что разум отказывался даже допускать.

Мирель проходила мимо последней.

На миг она задержалась рядом с Лианой, не поднимая глаз, и очень тихо сказала:

— Ничего не обещайте.

И ушла.

Рейнар Вельт остался в нескольких шагах от неё.

Высокий.
Непозволительно спокойный.
Опасный той тишиной, которая редко бывает у мужчин слабее своих слухов.

Когда они остались одни, галерея вдруг стала казаться слишком длинной и узкой одновременно. Свет от высоких окон ложился на мрамор полосами. За стеклом по-прежнему моросил дождь. Где-то далеко эхом отзывались шаги слуг.

Но всё это было уже неважно.

Потому что тёмный наследник смотрел только на неё.

— Кто вы? — спросил он.

Без приветствия.
Без вежливой игры.
Сразу в суть.

Лиана заставила себя выпрямиться окончательно.

— Лиора Вейн, ваше высочество.

— Это имя я уже услышал.

Его голос был низким, ровным, но в нём чувствовалось что-то ещё. Не гнев. Не недоверие даже. Напряжённый интерес, от которого по спине прошёл холодок.

— Тогда, возможно, вам стоит уточнить вопрос, — сказала она.

Одна бровь Рейнара едва заметно приподнялась.

— Вы дерзки для женщины, которая впервые заходит во дворец.

— А вы прямолинейны для мужчины, которого при дворе принято бояться.

Это вырвалось раньше, чем она успела остановиться.

Блестяще.
Просто великолепно.
Начать шпионскую миссию с дерзости в лицо тёмному наследнику.
Теон бы оценил.
Если выживет.

Но Рейнар не разозлился.

Он сделал ещё один шаг ближе.

Лиана не отступила.
Хотя очень хотелось.

— Вас кто-то учил так отвечать мужчинам выше вас по положению? — спросил он.

— Жизнь, — сказала она.

На этот раз его лицо изменилось.
Совсем чуть-чуть.
Как будто ответ задел что-то, чего она не видела.

Тишина затянулась.

Лиана чувствовала, как жар внутри то усиливается, то отступает волнами. С каждой секундой становилось труднее понять, что пугает сильнее: он сам или странная, неправильная реакция собственного тела на его присутствие.

Нельзя.
Нельзя так смотреть.
Нельзя так дышать.
Нельзя замечать, как на фоне белого мрамора его чёрная одежда делает его ещё опаснее.
Нельзя чувствовать, что между ними в воздухе будто натянута невидимая струна.

Рейнар скользнул взглядом по её лицу.
По волосам.
По шее.
На миг задержался на вороте платья, там, где под тканью висело на цепочке кольцо Теона.

Лиана инстинктивно прикрыла это место ладонью.

Он сразу заметил.

Конечно, заметил.

— Вы боитесь меня? — спросил он.

Она подняла голову.

— Разве мне позволено ответить честно?

— Я не люблю ложь.

— Это вы так говорите.

— Это я так предупреждаю.

По коже пробежала дрожь.
Проклятый мужчина даже угрозы произносил так, будто это разновидность вежливости.

— Тогда да, — сказала Лиана. — Боюсь.

Он не улыбнулся.
Но что-то в его глазах стало темнее.

— Хорошо.

— Хорошо? — переспросила она.

— Обычно люди врут на этом вопросе.

— А вы обычно задаёте его женщинам, которых впервые видите?

— Обычно женщины, которых я впервые вижу, не заставляют меня остановиться посреди галереи.

Вот теперь она похолодела по-настоящему.

Не от намёка.
От прямоты.

Он сказал это так, будто сам ещё не решил, злится на случившееся или изучает его.
И Лиане совершенно не нравилось быть причиной такого внимания.

— Значит, мне стоит извиниться? — спросила она.

— Нет. Мне стоит понять, почему это произошло.

Он подошёл ещё ближе.

Между ними осталось слишком мало пространства.
Недостаточно для безопасности.
Достаточно для того, чтобы Лиана почувствовала запах его одежды — что-то холодное, древесное, с едва заметной горчинкой дыма.

— Поднимите руку, — сказал Рейнар.

Она уставилась на него.

— Простите?

— Руку.

— И вы так и не поняли, что приказы незнакомой женщине — плохой способ успокоить её?

— Я не пытаюсь вас успокоить.

— Это заметно.

Он смотрел не моргая.
Слишком спокойно.
Слишком уверенно.
Так смотрят люди, привыкшие, что мир либо делает шаг назад, либо платит за упрямство.

Лиана медленно подняла руку.

Рейнар взял её за запястье.

И мир снова вспыхнул.

Жар ударил сразу под кожу, в грудь, в горло. Лиана задохнулась и резко дёрнулась, но пальцы наследника сомкнулись крепче — не больно, железно. У неё потемнело в глазах. Сердце заколотилось так, что стало почти больно.

Он тоже замер.

Впервые.
По-настоящему.

На миг всё его ледяное самообладание треснуло. Совсем немного — но Лиане хватило. Она увидела это по тому, как резко он втянул воздух, как напряглась линия челюсти, как в тёмных глазах вспыхнуло что-то слишком древнее, слишком мужское, слишком голодное, чтобы быть просто любопытством.

Он почувствовал то же.

Значит, она не сходит с ума одна.

Это было единственным утешением.
И совершенно бесполезным.

— Отпустите, — прошептала она.

Глава 4. Двор быстро учится убивать

Рейнар отпустил её только тогда, когда советник подошёл вплотную.

Не раньше.

И даже это короткое движение — разжатые пальцы, шаг в сторону, возвращённое между ними пространство — не принесло Лиане облегчения. Наоборот. Там, где секунду назад его рука держала её локоть, кожа будто продолжала помнить жар.

Это было неправильно.
Всё было неправильно.

Императрица знает.

Двор знает.

Она приехала сюда как тень при женщине, которую едва ли замечают до второго бокала вина, а в первый же час превратилась в тему для шёпота.

И где-то там, далеко под всей этой придворной вежливостью, её брат всё ещё сидит в тюрьме.
А человек в плаще ждёт, что она выполнит свою часть сделки.

Прекрасно.
Просто прекрасно.

— Насколько широко? — спокойно спросил Рейнар советника.

Лиана почти восхитилась бы этой способностью звучать холодно, если бы ей самой сейчас не хотелось ударить кого-нибудь первым тяжёлым предметом.

— Достаточно, чтобы к вечеру об этом говорили в южном крыле, — ответил пожилой мужчина. — Возможно, и дальше. Пока как о странности. Но…

Он не договорил.
Не нужно было.

Но если тёмный наследник приказывает очистить галерею ради неизвестной девушки, странность очень быстро становится поводом для интриг.

Рейнар перевёл взгляд на Лиану.

Она бы многое отдала, чтобы не замечать, насколько этот взгляд изменился. В нём всё ещё была настороженность, всё ещё холод, всё ещё жёсткий контроль. Но теперь под этим жило другое — опасное, тянущее внимание, почти злое признание факта, который уже нельзя отменить.

Он тоже это чувствует.
Он тоже понимает.
И от этого хуже вдвойне.

— Как вас зовут? — вдруг спросил советник.

Лиана медленно повернула голову.

Вот теперь вопрос был по-настоящему страшным.

Потому что один мужчина уже видел слишком много.
А второй явно всю жизнь прожил в логове тех, кто умеет вырывать правду аккуратно и без крика.

— Лиора Вейн, — сказала она ровно.

Советник смотрел несколько мгновений.
Слишком внимательно.
Слишком будто сверял не лицо, а что-то глубже.

— Откуда вы прибыли, леди Вейн?

— Из дома моих опекунов в Риверне.

— И давно вы знакомы с леди Тассо?

— Недостаточно давно, чтобы она успела от меня устать.

Рейнар неожиданно тихо хмыкнул.

Советник бросил на него быстрый взгляд и тут же снова посмотрел на Лиану.

— Вы хорошо держитесь.

— Это комплимент или угроза?

— Пока наблюдение.

— Тогда я тоже понаблюдаю.

Одна седая бровь слегка поднялась. Лиана почти увидела, как у старика в голове меняется её первоначальная оценка с “испуганная девочка” на “возможная неприятность”.

Пусть.

Иногда недооценка полезна.
Иногда — нет.
Но жалкой она выглядеть не собиралась.

— Хватит, — сказал Рейнар.

Всего одно слово.
Но советник сразу отступил на полшага.

Интересно.

Не просто наследник.
Власть у него уже была такая, что люди сворачивали разговор на одном тоне.

— Ваше высочество, — осторожно произнёс старик, — если слух уже ушёл к императрице, вам лучше не оставаться с ней наедине.

Лиана едва не рассмеялась.
Поздно.
Немного поздно для такой рекомендации.

Рейнар же, кажется, подумал о том же.

— Мы уже наедине, Алдер.

— Я заметил.

— Тогда лучше потратьте время на то, чтобы выяснить, кто успел донести.

— Во дворце это может быть кто угодно.

— Именно поэтому я и отправляю вас.

Алдер кивнул.

Но уходить не спешил.

— А с леди Вейн что делать?

Прекрасная формулировка.
Словно она не стоит тут живая и достаточно злая, чтобы укусить.

— Спросите у леди Вейн, что она собирается делать, — сказала Лиана раньше, чем ответил Рейнар.

Оба мужчины посмотрели на неё.

— Хорошо, — сказал советник. — Что вы собираетесь делать, леди Вейн?

Лиана расправила плечи.

— Сначала — дышать. Потом — не падать в обморок ради удобства окружающих. А после этого, вероятно, попытаюсь прожить этот день.

Рейнар снова тихо хмыкнул.
Алдер — нет.

— Вы понимаете серьёзность ситуации?

— Да.

— Тогда вы должны…

— Осторожнее, — перебил Рейнар.

Лиана медленно перевела на него взгляд.

Советник же слегка нахмурился.

— Простите?

— Она никому ничего не должна, пока я сам не решил, что происходит, — сказал Рейнар.

Это должно было прозвучать успокаивающе.
Может быть, для кого-то другого даже прозвучало бы.

Для Лианы — нет.

Потому что это уже звучало как первая линия клетки.

Она сделала шаг назад.

— Очень любезно, ваше высочество. Но, боюсь, вы уже начинаете решать слишком многое без моего согласия.

Алдер замер.
Рейнар — нет.

— Возможно, — сказал он.

— “Возможно” — это не ответ.

— Тогда вот ответ: если слух уже пошёл, вы в опасности.

— И вы предлагаете мне почувствовать себя в безопасности рядом с вами?

Советник едва заметно втянул воздух.
Кажется, он всё ещё не понял, что Лиана не из тех девушек, которые при виде наследника становятся мягче воска.

Рейнар сделал шаг вперёд.

— Нет. Я предлагаю вам выбрать опасность, которую хотя бы можно контролировать.

Удар был точным.

Потому что он говорил правду.
А Лиана уже начинала ненавидеть эту его привычку так же сильно, как и собственное желание верить ей хотя бы частично.

— Ненавижу мужчин, которые делают разумные предложения в самый неподходящий момент, — сказала она.

— Взаимно, — негромко отозвался он.

Алдер посмотрел сначала на одного, потом на другую, и впервые за всё время в его глазах мелькнуло что-то похожее на тревогу, выходящую за рамки придворной проблемы.

Да.
Умный старик.
Похоже, он тоже понял, что здесь произошло что-то куда хуже простого слуха.