Истинная на одну ночь

Глава 1

Глава 1

- Матушка, умоляю вас, не делайте этого! – не выдержав, я упала на колени на пол кареты и вцепилась в пышную юбку Ариссы. Мой поступок вызвал у нее приступ раздражения. Маска равнодушия на лице дрогнула, показав ее истинные эмоции. Мачеха без труда оторвала мои руки от своего наряда и со злостью оттолкнула меня от себя.

- Немедленно прекрати истерику! – она повысила голос, что делает очень редко. – Ты ведешь себя непозволительно глупо, Анна-Лиза! Можно подумать, я везу тебя в публичный дом! Что за вопли?! Светлая Матерь, это всего лишь праздник! От тебя всего-то и требуется, что станцевать для вернувшихся с войны воинов! Что в этом страшного?!

- Это неприлично! – всхлипываю я, не в силах успокоиться. Я отнюдь не наивная девочка. На празднике будут взрослые мужчины, офицеры, с победой вернувшиеся с долгой войны. Они несколько лет не видели женщин, ибо женскому полу запрещено приближаться к зонам, на которых ведется война. Вряд ли их заинтересуют балетные танцы. Нет, меня везут на этот праздник совсем для другого. Я еще не понимаю до конца, для чего именно, но эта затея не сулит мне ничего хорошего. – Закрытый праздник в публичном доме! Моя репутация…

- Ха-ха-ха! – Арисса перебила меня громким смехом. – Репутация! Какая у тебя может быть репутация, куколка моя? – она вернула себе самообладание и посмотрела на меня с сочувствующей улыбкой. Даже коснулась рукой моего лица, будто любуясь им, но я-то знаю: она наслаждается моими страданиями и своим триумфом. – Ты – незаконнорожденное дитя, плод греха твоей распутной матери и слабости твоего отца, - напомнила она мне елейным голоском. – Хоть мой покойный супруг и взял тебя в свой дом, он не признал тебя своей дочерью, девочка моя. Ты всего лишь приживалка, моя дорогая. Ни одного приличного мужчину не заинтересует незаконнорожденная служка. Так что забудь это слово, Анна-Лиза. Репутация есть лишь у законнорожденных аристократок, к которым ты не относишься.

Я плотно сжала челюсти и заставила себя прикусить язык. Я знаю, что отец дал мне все тоже, что и своим законнорожденным детям. Я получила хорошее домашнее образование, мне привили хорошие манеры, мой магический дар развивали учителя, выписанные из столицы. Отец ни в чем не обделял меня, никогда не обижал и не напоминал о том, что я рождена вне брака. Однажды я спросила отца, почему он не признает меня своей официально, но он лишь слабо улыбнулся и сказал, что я пойму, когда вырасту.

А через несколько месяцев его не стало. Однажды утром он упал замертво в своем кабинете, в присутствии слуги. Ничего не предвещало столь внезапной смерти, мой отец был здоров и полон сил. Но его больше нет, а я даже не могу претендовать на свою часть наследства, ибо по бумагам не являюсь его дочерью.

- Ты слишком много о себе думаешь, эгоистка, - продолжила мачеха, отстраненно глядя в окно кареты. Что она там разглядывает? Солнце давно село, на улице ночь. Все люди спят в своих постелях, а мы едем по проселочной дороге бог весть куда. – Забыла, какие долги оставил нам твой отец?

Забыла. У отца никогда не было крупных долгов. Он мог занимать мелкие суммы, если доход от виноградных угодий не покрывал расходы. Но на седьмой день после его смерти на пороге нашего особняка появились кредиторы и стали требовать с наследников три тысячи золотых! Это деньги, которые приносят виноградники за три года, и то, если все будет хорошо. Нам удалось договориться о рассрочке, но теперь абсолютно все деньги семьи уходят на погашение займа, который, согласно документам, отец взял год назад.

Глава 1-2

Отец всегда говорил, что найдет мне хорошего мужа и обеспечит приданным. Да, он не сможет выдать меня за родовитого аристократа, но и среди купцов много порядочных мужчин. Все планы пошли прахом после его смерти.

Неожиданно карета остановилась. Мы приехали.

Кучер распахнул дверь, и я увидела большой трехэтажный особняк, окруженный кованым забором. Почему-то мы подъехали не к парадному входу, а к запасному. Невооруженным глазом видно, что дом окружен мощной магической защитой. Да уж, в этом доме явно собрались отнюдь не скромные бояре. Элита – вот, кто сегодня съезжается в это место. Все гости заходят с противоположной от нас стороны, а нас намеренно провезли так, чтобы не попались на глаза приличным людям. От магии буквально искрится воздух. Я читала, что такое происходит, когда сильные маги собираются в одном месте. Их сила начинает резонировать между собой, и наблюдаются подобные эффекты.

Стоило нам выбраться из кареты, как к ней тут же подскочил странного вида мужчина. На вид совершенно обычный, но его взгляд – липкий, колючий, хитрый – сразу мне не понравился. Едва взглянув на меня, он неприятно прищурился и начал придирчиво рассматривать. Я ощутила себя голой, хотя на мне надето наглухо закрытое платье. Мужчина усмехнулся, словно ему понравилось то, что он во мне увидел.

- Дора Арисса, - осклабился он в приветственной улыбке, но глаза от меня не отводит. – Рад видеть вас.

- Что скажете? – мачеха сразу перешла к делу, не желая тратить время на церемонии. – Она вам подходит?

- Надо посмотреть, что она умеет, – покачал головой незнакомец, но я чувствую: он уже принял решение и сейчас играет в какую-то свою игру.

- Девочка занималась танцами около четырех лет, - Арисса даже меня удивила столь точными познаниями моей биографии. – Она умеет очень многое.

- Как же я могу верить вам на слово? – лукаво улыбнулся мужчина. Я начала догадываться, что именно он занимается организацией сего…кхм…праздника. В любом случае, девушек «добывает» именно он.

- Вам придется, потому что, если вы попытаетесь сбить цену, мы немедленно разворачиваемся и уходим, - строго отрезала мачеха. – Десять золотых и ни медяком меньше.

Мужчина наконец-то оторвал от меня свой хищный взгляд и соизволил посмотреть на Ариссу. Он таращился на нее около минуты, но надо отдать должное мачехе – на ее лице не дрогнул ни один мускул. Уж что-то, а торговаться она умеет.

- Десять так десять, - вздохнул распорядитель, а у меня внутри что-то оборвалось. Где-то в глубине души я надеялась, что эти двое не сойдутся в цене, разругаются, и мы с Ариссой уедем подобру-поздорову. Не тут-то было. – Девочку я забираю. Верну ее завтра утром в целости и сохранности, - он попытался пошутить, но по лицу мачехи видно, что даже если бы ей вернули меня через месяц, она бы не сильно расстроилась.

Мужчина протянул ей мешочек с монетами. Арисса высыпала их на ладонь, пересчитала и удовлетворенно кивнула. Я ощутила себя козой, которую продали на скотном базаре.

Глава 1-1

Не понимаю, зачем ему потребовалась столь большая сумма? Куда отец потратил ее? Ведь ни на виноградниках, ни в особняке не произошло никаких обновлений. Отец не был любителем азартных игр, никогда не посещал публичные дома и не участвовал в мутных схемах торговли. Но по документам получается, что он получил на руки крупную сумму денег, которая бесследно исчезла. На расписке о получении золота стоит его подпись.

- Твоему брату нужно жениться, а это дело недешевое, - продолжила говорить мачеха. - Мне приходится собирать сына на столичные балы. Ты знаешь, сколько стоят услуги приличных портных? Очень больших денег, Анна-Лиза. Если мой мальчик удачно женится, мы сможем расплатиться с долгами. А там и тебя куда-нибудь пристроим, - мягче добавила она. – Конечно, на брак с аристократом ты можешь не рассчитывать, но статус любовницы может дать тебе очень многое. Будь ты умной девушкой, сразу сообразила бы, что этот праздник – твой шанс! Там будет много богатых офицеров, они изголодались по женщинам. Уж постарайся отхватить себе состоятельного любовника! Ты красивая девочка, этого не отнять. Давно могла бы устроить свою жизнь, но ты не желаешь оторваться от своих дурацких книг! Целыми днями сидишь и читаешь, хотя с твоей внешностью и способностями к танцам ты могла бы…

- Я не желаю участвовать в этом позоре! – отчаянно прошептала я, не в силах больше слушать этот бред. – Прошу вас…

- Довольно! – отрезала Арисса, подняв ладонь в знак того, чтобы я замолчала. – Я не желаю слушать твою истерику. Ты даже не представляешь, какие связи мне пришлось задействовать, чтобы добыть тебе место на этом мероприятии!

Я не удержалась и фыркнула. Да уж, боюсь представить, к кому нужно обратиться, чтобы поставить танцовщиц на закрытый мужской праздник. Элитный особняк за городом. Девушек для танцев и развлечений мужчин набирают путем сомнительных «связей». Это значит, что ни одна приличная девушка даже не приглашена на этот праздник похоти и разврата.

- Матушка… - у меня в рту пересохло. – Скажите, ведь… Мне ведь не придется… - слова застряли в горле. Никак не получается озвучить тот вопрос, который волнует меня больше всего.

- Спать с мужчинами? – поняла меня Арисса и противно улыбнулась. Она стала похожа на жабу. – Нет, этого от тебя не требуется, - она вновь отвернулась к окну. – Только танцы. Ты долго занималась с учителями, которым твой отец платил немалые деньги, - припомнила мне мачеха. – Должен же быть хоть какой-то толк от этих занятий. Ты станцуешь пару танцев и уйдешь оттуда.

- Я не хочу в этом участвовать! – напомнила я.

- Мне плевать, чего ты хочешь, Анна-Лиза. Мне абсолютно все равно, - холодно и равнодушно бросила Арисса, не отрываясь от пейзажа за окном.

Возник огромный соблазн наплевать на все, распахнуть дверь кареты и убежать… Но куда? У меня нет денег, нет родственников, нет ничего. Раньше меня содержал отец, а сейчас я полностью завишу от Ариссы. Если я сбегу сейчас, это приведет мачеху в ярость. Она и так попрекает меня каждым куском хлебом и каждым медяком, который приходится тратить на мое содержание. По большому счету, я ей никто. Даже отец не признал меня, а уж мачеха и вовсе имеет полное право выставить меня за порог без средств к существованию. Куда я пойду в таком случае? В приют для сирот? В бордель? Или на рынок невест, где будущих жен покупают и продают, словно домашний скот?

Глава 1-3

- И помните наш уговор, - многозначительно добавила Арисса, послав распорядителю строгий взгляд.

- Конечно, - фальшиво улыбнулся тот. Он молча проследил, как мачеха уселась обратно в карету и укатилась прочь отсюда, оставив меня один на один со скользким типом. – Как твое имя? – когда карета скрылась за поворотом, тот мгновенно стер с лица неискреннюю улыбку.

- Анна-Лиза, - ответила я негромко. Мужчина выше меня на голову, одет в расшитый золотой нитью сюртук, выглядит вполне прилично. Встретишь его на улице и даже не подумаешь, что он скупает молодых женщин, словно коров на вязку. И все-таки, есть в нем что-то такое, что заставляет меня съеживаться в его присутствии.

- Красивое имя. И ты тоже красивая, - произнес он спокойно и мягко, однако, у меня мурашки побежали по коже.

- Я не хочу заниматься…ничем неприличным, - выдавила я из себя, не зная, куда девать глаза.

- Неприличным? – мужчина округлил глаза. – Что ты! У нас все всегда очень прилично. Кстати, зови меня Орес. Я здесь главный. С любыми вопросами – ко мне. Знаешь, зачем тебя сюда привели?

- Для танцев? – спросила я неуверенно.

- Правильно, умница, - по-отечески улыбнулся он и сделал небольшой шаг ко мне. Его присутствие давит, заставляет нервничать. – Танцевать ты умеешь, это я уже понял. А теперь скажи мне, есть ли у тебя магия? – вкрадчиво поинтересовался Орес. Он разговаривает со мной, словно с маленьким ребенком, хотя мне уже двадцать лет.

- Е-есть, - неуверенно промямлила я.

- Какая? – он склонил голову набок.

- Целительская.

- Целительская? - заинтересованно вскинул брови Орес. – Это редкая магия. Ты умеешь ею пользоваться?

- Немного, - я солгала, не желая озвучивать, что отец постарался развить мои способности так широко, как это было возможно в домашних условиях.

- Это очень хорошо, - распорядитель остался доволен. – Анна-Лиза, ты очень нервничаешь, - проникновенно заметил он, рассматривая меня, будто диковинную зверушку. – Успокойся. Здесь никто не причинит тебе вреда, я обещаю, - что-то в его голосе заставило дрогнуть струны моей души. Я рассеянно кивнула, и мое волнение и вправду начало утихать. Мысли успокоились, стук сердца перестал заглушать мысли. Стало легче. – Вот, я же сказал, ты настоящая умница, - Орес улыбнулся и указал на ворота особняка. – Идем. Тебя надо подготовить.

И я пошла. Прежде думала, что не смогу заставить себя переступить порог этого порочного дома, но после слов Ореса сделала это довольно легко.

Глава 2

- Ничего не бойся и не переживай, - продолжил говорить распорядитель, заводя меня через неприметную заднюю дверь большого дома. Мне стоило бы разволноваться и испугаться, но после слов этого мужчины на душе возникло неожиданное спокойствие. В коридорах оказалось чисто. Где-то наверху слышится музыка и шум. Должно быть, сам праздник уже давно идет. – Все, что от тебя требуется – всего лишь красиво танцевать, - с этими словами Орес предложил мне присесть.

Мы вошли в небольшую комнату, в которой почти все свободное пространство оказалось заполнено странными нарядами. Короткие юбки, открытые корсеты, полупрозрачные платья, юбки из перьев павлина.

– Нравится? – Орес сразу заметил мой интерес. Нет, я бы не сказала, что мне нравится все происходящее. – Не переживай, подберем тебе что-нибудь.

Я хотела возразить. Первым порывом было отказаться, сказать, что ничего из этого карнавального вороха я не надену, но…

- Надень это, Аннализа, - произнес Орес, на первый взгляд, мягко и спокойно, но все сомнения мгновенно отпали. Я не хотела надевать откровенное платье в виде корсета с пришитой к нему юбкой? Не помню, почему? Нужно надеть.

Меня отправили за ширму, через которую передавали наряды, один интереснее другого. Шелковые юбки, изящные кружевные корсеты, затейливые пояса с золотой вышивкой. Наряды, хоть и странные, но очень дорогие. Я примеряла их без посторонней помощи, но Орес заглядывал за ширму и все их безжалостно отметал, заставляя меня влезать в очередной карнавальный наряд. Никогда прежде я не носила ничего подобного.

С верхних этажей до нас доносится музыка и восторженные улюлюканья, исключительно мужские. Там веселится толпа, но эти звуки проносятся мимо моего сознания. Я воспринимаю их также, как шум ветра или хлопанье дверей. Это странно. Я осознаю, что что-то не так, но ничего не могу с этим поделать.

- Хм… - нахмурился Орес, когда я примерила десятое платье с «хвостом» из павлиньих перьев. Я вижу по выражению его лица, что и это платье ему не нравится. – А что, если… - идея вспыхнула в хитрых глазах. Ничего не объясняя, Орес направился к сейфу, запертому на магический замок. Я видела, как мужчина уколол собственный палец и приложил к ярко-красному артефакту, запирающему дверцу сейфа. Кровь впиталась, и дверь послушно отворилась. Орес принялся искать что-то в сейфе.

К моему удивлению, он вытащил оттуда очередное платье. Даже из-за ширмы я успела увидеть, что ткань не простая и расшита множеством сверкающих камней.

- Вот оно, - довольно улыбнулся мужчина, расправляя вещицу. – Подарок от моего клиента из южных земель. Даосский шелк и бриллианты. Королевская роскошь. Как считаешь, Аннализа, ты достойна такого богатства? – вопрос показался мне странным.

- Нет, - ответила я уверенно.

- А вот и проверим, - на губах распорядителя появилась озорная улыбка, как у мальчишки, задумавшего шалость. – Надевай! – последовал властный приказ, после которого на ширме появилось то самое королевское платье. Оно отличается от предыдущих. Чувствуется более дорогая ткань, более качественные швы, а уж драгоценные камни, вшитые в полотно – выше всяких похвал. Я надела роскошное платье и вышла из-за ширмы.

Глаза Ореса изумленно расширились при взгляде на меня. Вот теперь, глядя на него, я ясно вижу: ему не просто нравится мой наряд, он в восхищении от него!

- Изумительно! – ахнул распорядитель праздника. – Прекрасно! Шедеврально! Впервые вижу, чтобы это платье так шло женщине! – сжав руками мои плечи, Орес поставил меня напротив напольного зеркала. Я смогла увидеть, что же так его восхитило. А посмотреть есть, на что.

Открытый корсет без рукавов и ворота, едва прикрывающий грудь. Сверху – шелковая оторочка из крупных складок блестящей ткани, придающая образу нежность и хрупкость. Белоснежная ткань корсета, который Орес утянул так, что я теперь с трудом дышу. Зато моя талия стала настолько тонкой, что мужчина легко мог бы обхватить ее руками, соединив указательные пальцы.

Чуть ниже талии начинается полупрозрачная шелковая юбка, на которую пришиты сотни, а может, и тысячи мелких бриллиантов. Боюсь представить, сколько труда и времени вложено в эту юбку, но выглядит она по-настоящему сказочно. Длиной доходит мне до щиколоток, но чужому взору открыты ноги по всей длине и даже ягодицы. Юбка абсолютно ничего не скрывает, а скорее даже наоборот.

- Идеально! – констатировал Орес, любуясь мной. – Но еще есть, с чем поработать, - с этими словами он встал за моей спиной и распустил мои волосы, вынув из пучка заколку. Золотистые волосы водопадом упали мне на спину. – Прекрасные локоны! – искренне восхитился распорядитель. – Зачем ты прятала такую красоту в невзрачном пучке? – в его голосе послышался упрек. Я не нашлась, что ответить, но не думаю, что ему вообще требуется от меня какой-то ответ.

Глава 2-1

Орес расчесал мою шевелюру по всей длине и принялся закалывать волосы маленькими шпильками, постепенно создавая нежную прическу из распущенных локонов. В довершение, Орес украсил мои локоны маленькими заколками со стеклянными цветами

- Богиня, - довольно улыбнулся он.

Я смотрю на свое отражение в зеркале и не знаю, что думать. Во-первых, я и вправду красива, даже слишком. Нет больше приличной во всех отношениях Аннализы. Передо мной воздушная нимфа, легкая и прекрасная. А во-вторых, есть во всем этом что-то глубоко неправильное и тревожное. Я все пытаюсь вспомнить, что именно, но мысли убегают, как испуганные мотыльки.

- Ты будешь прекрасно выглядеть в танце, - заявил Орес, и вот тут-то я и вспомнила!

- Нет, я не хочу танцевать! – заявила я, отчаянно хватаясь за эту мысль и изо всех сил пытаясь удержать ее в голове. Я не хочу танцевать. Больше всего на свете не хочу никому показываться на глаза в этом прекрасном платье. – Не хочу… Не буду… - я замотала головой из стороны в сторону и отшатнулась от зеркала, но неожиданно мое плечо сильно сдавила мужская рука.

- Будешь, Аннализа! – прошипел Орес мне в ухо, и я сразу осознала – буду. Обязательно буду. – Ты выйдешь в зал и станцуешь так хорошо, как только умеешь. Ты знаешь, что такое танец хейсе, Аннализа?

- Я… Я слышала о нем, но никогда не видела, - запинаясь, призналась я, глядя на свое отражение в зеркале.

- Это очень красивый танец, - произнес Орес, и я почувствовала, как он прикасается к моему лицу чем-то влажным. Дернулась, но меня осадили: - Не двигайся! Я наношу тебе макияж, - не принялся что-то втирать в мои веки, а я застыла, словно статуя, не в силах пошевелиться и прекратить это. – Этот танец танцуют женщины, чтобы разжечь в мужчине страсть. Поверь моему опыту, Аннализа, ты создана для этого танца, - несколько минут Орес порхал вокруг меня, рисуя что-то на моем лице. Когда мне наконец-то разрешили открыть глаза, я не узнала в отражении себя.

На меня смотрит невероятно красивая незнакомка. Бело-голубые тени на веках визуально расширяют их, делая лицо более беззащитным и нежным. Аккуратный румянец на щеках подчеркивает правильные черты. Нежный блеск на губах придает всему образу эстетичность.

И все-таки, это не мое лицо.

- Ты прекрасна, Аннализа, - произнес Орес, любуясь своим творением. – А теперь разучим основные движения танца. Не бойся, в нем нет ничего сложного. От тебя требуется лишь грациозность и плавность движений. Повторяй за мной. Правую руку вот сюда, ноги в четвертой позиции. Начинай двигаться…

***

Глава 3

Леонард

- Зря я сюда пришел, - вздохнул Леонард, со скучающим видом наблюдая за праздником.

Многолетняя война на севере завершилась победой Империи драконов. Лео присутствовал на ней долгих четыре года. Командовал войсками, лично участвовал в крупных сражениях. Генерал северной армии, опытный стратег, отважный воин. Его войско торжественно вернулось в столицу, но членам правящей семьи показалось мало устроить городские гуляния и наградить всех офицеров. Они устроили закрытое празднество с музыкой, выпивкой и десятками прекрасных женщины, согласных на всё. Большинство приглашенных в восторге от такого подарка, но Леонард не любитель подобных развлечений.

- Прекрати, дружище, - ответил ему друг и полковник северной армии. – Чем ты недоволен? Посмотри, какие красавицы для нас танцуют, - Ардан смотрит в центр комнаты, где под музыку извиваются молоденькие девчонки. На лице друга написан такой восторг, словно к ребенку в гости пришли сказочные герои.

- Красавицы, но разве это достойное занятие? – протянул Леонард. – Я не люблю доступных женщин, ты же знаешь.

Лео заставил себя прикусить язык и не озвучивать свои мысли. Куда смотрят отцы и братья этих девушек? Как они допустили, чтобы дочери выставляли свои прелести на всеобщее обозрение? Полупрозрачные платья, непозволительно короткие юбки, декольте, которые практически ничего не скрывают. И все это – на глазах у десятков мужчин.

- Знаю, но я твой друг. Те, кто совсем тебя не знают, всерьез предполагают, что генерал Бельмонт не интересуется женщинами, предпочитая…кхм…мужское общество.

- Языки бы им укоротить, - лениво бросил Леонард. Его никогда не интересовали сплетни, а отказывать императорской семье – невежливо. Поэтому он здесь, скучает и ждет, когда все это закончится. – Еда здесь вполне достойная, - сменил тему дракон, уплетая мясное рагу.

- Тебе лишь бы пожрать, - рассмеялся Ардан. – Женщины, вино – все меркнет перед тарелкой хорошо прожаренного мяса.

- Женщин я люблю, но не тех, на ком пробу ставить негде, - усмехнулся Леонард, мазнув взглядом по танцовщице, стреляющей глазками в его сторону. – Бросаться на объедки – не моё, - скривился он.

- Ты слишком привередлив, - Ардан даже не отрывает взгляда от красоток. – Лучше один раз надкусить и насладиться вкусом, зато каждый день пробовать новое блюдо. Так интереснее, - он проводил взглядом красоток. Отплясав свое, те ушли со сцены, но Рейв заметил, как вслед за ними направились и гости. Девушки здесь отнюдь не для любования. Любую понравившуюся можно снять на час или два и уединиться в уютной спальне этажом выше.

- Смотри, как бы потом не пришлось лечить свои столовые приборы, - полушутливо предостерег друга Леонард.

- Я же не побираюсь по помойкам! – нервно отозвался Ардан.

- Распутные женщины рано или поздно наградят тебя чем-нибудь, и это будут отнюдь не медали и звания, - рассмеялся Лео.

Леонард смотрит на все это со странным чувством. Он никогда не понимал, как можно платить женщине за близость? Знать, что она готова лечь с тобой в постели только после того, как видит горсть монет? Это же унизительно для мужчины, в конце концов.

Тем не менее, местные барышни пользуются популярностью. Гости периодически встают с мягких диванов и с горящими глазами удаляются вслед за красавицами, чтобы через некоторое время вернуться обратно и продолжить. Многие готовы платить за то, чтобы удовлетворить свою страсть, но не Леонард.

- А теперь гвоздь программы! Специально для наших гостей – прекрасная нимфа Лиззи с танцем хейсе!

Нимфа? Леонард напрягся. Настоящая…? Он застыл и вытянул шею, вглядываясь в происходящее. Кто-то притушил свет, образовался полумрак. Лишь один софит освещает импровизированную сцену в центре комнаты.

А в следующую секунду появилась она – нимфа. Выпорхнула из ниоткуда, словно видение. Белоснежное платье, хоть и достает почти до пола, не скрывает ничего. Будто в насмешку, волосы украшает легкая фата – символ невинности. Леонард сразу отметил ее стройные ноги и широкие бедра, которые совсем не прикрывает длинная юбка. Нежные тонкие руки застыли в изящной танцевальной позе. Лицо – прекрасно, но нещадно размалевано краской.

Зазвучала тихая медленная музыка. «Нимфа» начала двигаться в такт, взмахивая руками, будто крыльями. Бедра призывно закачались, словно намекая, что также ритмично могут двигаться не только в танце.

Дракон сидел, не в силах ни пошевелиться, ни отвести взгляд. По нервам будто ударили, как по струнам гитары, натянули, отпустили, и теперь по всему телу растекается неизвестная ем прежде сила.

«Моя» - услышал он внутренний голос дракона. Вторая ипостась подняла голову, и теперь Леонард смотрит на мир глазами зверя.

«Моя!» - рыкнул тот рванулся вперед. Человеку пришлось задействовать все свои силы, чтобы удержать зверя в узде. Тело успело дернуться, но Лео перехватил контроль и закрыл глаза, изо всех сил стараясь взять себя в руки. Сердце бешено стучит, в ушах шум, мысли бегут одна вперед другой, а эта прелестница грациозно двигается в такт музыке, выгибает спину и сводит дракона с ума своим соблазнительным танцем.

Истинная… Триединый, Леонард только что нашел свою истинную! Вслед за этой окрыляющей мыслью обухом по голове ударила другая: истинная оказалась работницей борделя. Дракон застыл, как громом пораженный. В душе забурлил целый коктейль эмоций: радость и восторг, смешанные с негодованием и яростью. Блудницу в истинные? Триединый, да где же он так нагрешил, что его, наследника великого дома Бельмонтов, наградили подобным…даром?!

Глава 3-1

А девушка тем временем исполняет откровенный танец, и делает это великолепно. Уж что-то, а красиво двигаться она умеет. Даже слишком красиво. Нежные, плавные, мягкие движения и взмахи. Их даже не назовешь неприличными. Никакой похабщины, ничего отталкивающего и грубого. Лишь игривое кокетство и женственность, приправленные откровенным нарядом.

Нос игриво щекочет ее призрачный запах, разлитый в воздухе. Поначалу Леонард принял его за духи, но стоило ей взмахнуть рукой в его сторону, и стало понятно: это ее природный запах. Сладкий, с ноткой ванили и розы. Дракон вдохнул полной грудью, стараясь вобрать в себя как можно больше воздуха, но девушка, будто назло, ушла от него на два шага. Запах стал почти неощутимым.

Эта прелестница кажется невинной девой, которая не познала даже мужских поцелуев. Даже ее лицо не обезображено ни жадностью, ни злобой, ни огромным количеством мужчин, которых она через себя пропустила. Она выделяется на фоне остальных девушек, которых он видел в этом заведении за этот вечер. Чистая. Леонард не первый день живет на свете. Он давно заметил, что лицо человека может очень много рассказать о нем без единого слова. Если бы Лео не знал, что его истинная танцует в борделе для десятков богатых мужчин, то по ее лицу сказал бы, что она скромная, неопытная, но умная девушка. Кроткая, даже пугливая.

Последние два качества удивили и рассмешили дракона. Внешность обманчива. Разве кроткая девушка стала бы так крутить бедрами, приковывая к себе взгляды всех самцов. Леонард заставил себя оторвать взгляд от истинной и оглядеться. Оценив обстановку, сжал руки в кулаки. Абсолютно все мужчины смотрят на нее, как голодные хищники на кусок сочного мяса. У каждого в глазах застыла животная похоть, желание овладеть этим белокурым созданием здесь и сейчас.

Собственные инстинкты дракона взбунтовались. Захотелось укрыть эту непутевую танцовщицу от всех на свете, запереть, спрятать, умыть и долго и вдумчиво выяснять, как она встала на этот скользкий путь.

Чарующий танец длился еще несколько минут, в течение которых Лео рассматривал подарок судьбы. Молода, хороша собой, умеет танцевать и явно многое умеет в постели, раз уж работает здесь. И все же, никак не получается отделаться от мерзкого чувства, будто ему подсунули порченный товар.

Перед глазами Леонарда всегда был пример его родителей – истинной пары, благословленной богами. Матушка были гораздо ниже отца по происхождению, но тот никогда этого не стеснялся. Леонард лишь робко мечтал однажды встретить истинную пару и был уверен, что примет ее любую: бедную, низкого происхождения, со взбалмошным характером, даже без магии. Дракон был готов простить ей многое, но ему и в голову не приходило, что истинная может оказаться блудницей.

Триединый, за что ему это?

Восторг от обретения истинной сменился серьезными размышлениями. Огромным усилием воли Леонард заставил зверя умолкнуть и сосредоточился на планировании. Как он представит истинную родителям? Высшему свету? Императорской семье? Друзьям? Отец быстро выяснит, кто такая эта нимфа, и чем она занимается. Рано или поздно все его окружение узнает, что Леонард Бельмонт встретил истинную-жрицу любви. А ведь многие в его окружении посещают этот бордель. Вполне вероятно, что знакомые Леонарда пользовались услугами этой «нимфы»…

Дракону стало не по себе. Он никогда не отличался хрупкой психикой, но прежде перед ним никогда не маячила перспектива столь неслыханного позора. Старший сын дома Бельмонтов, генерал северной армии, один из сильнейших драконов из ныне живущих связал себя узами брака с блудницей.

Триединый… Да он же не отмоется от этого позора до конца дней своих! Леонард будет обречен до самого конца слышать смешки за своей спиной. Бездна… Он же из дуэлей вылезать не будет.

Из тяжких мыслей его отвлек танец истинной. Девушка сделала пируэт вокруг своей оси, и в этот момент в ее ауре промелькнуло что-то…невозможное. То, чего быть просто не может. Снова поворот, полный искренних чувств и эмоций. Темп музыки ускорился. Девушка вложила душу в танец, открылась навстречу музыке, и ее аура приоткрылась вместе с ней. И вновь на ней мелькнуло тоже, что и в прошлый раз – след драконьей сущности.

«Драконица» - наконец, признался себе в этом Леонард и всерьез усомнился в собственной вменяемости. Из того, что он успел увидеть, можно смело констатировать: полукровка. Не представлена роду, а потому сила все еще спит.

Леонард с подозрением покосился на вино, которого успех отхлебнуть пару глотков из бокала. Не могли ли ему подмешать какой-нибудь дурманящей ерунды? Все происходящее мало походит на реальность.

Ладно – истинная. Ею может оказаться любая. Но чтобы драконица оказалась танцовщицей в публичном доме? Да ни один, даже самый захудалый драконий род не допустит подобного! Это…невозможно.

Девочки, рожденные в семьях драконов, оберегаются, как зеница ока. У него самого есть младшая сестренка Адель. Да отец всегда над ней коршуном летал! Заодно и они с братом ее охраняли, отгоняя всех женихов, коих было немало. Мужа подбирали тщательно, и выдали за самого достойного.

Глава 3-2

Бастарды крайне редко встречаются среди драконов, а уж незаконнорожденные девочки - практически никогда. Дочери слишком ценны для его народа. Они не наследуют власть, не претендуют на силу, но именно от дочерей драконов рождаются самые сильные воины. За девочку можно получить хороший выкуп, и речь не только о золоте. Должности, поместья, земли, титулы – за дочь-драконицу можно получить очень много. Кто же в своем уме откажется от столь ценного ребенка?

Ответ очевиден – никто. Так как же могло получиться, чтобы столь ценная самочка оказалась в этой дыре?

Пока дракон пытался осмыслить свое новое положение, танец закончился, и музыка стихла. Нимфочка застыла в чувственной позе, нежно сложив руки на груди.

Впервые за весь вечер зал наполнился аплодисментами. Много красивых девушек танцевало здесь сегодня, демонстрируя свои прелести, но только его истинная удостоилась искреннего восхищения зрителей.

Он тоже похлопал, обведя присутствующих мужчин подозрительным взглядом. Заметил ли еще кто-то едва уловимый отпечаток на ауре? Девушка приоткрыла ее всего на долю секунды, скорее всего, в порыве эмоций. Чтобы разглядеть в ней драконью природу, нужно обладать немаленьким магическим резервом и знать, что именно ты видишь. Есть ли здесь такие же опытные, как он сам?

Леонард сжал кулаки, когда понял, что абсолютно все мужчины в зале не сводят своих похабных взглядов с его истинной. Даже если никто ничего не заметил, нимфочка вызвала всеобщий интерес. В душе мерзкой змеей заворочалась ревность. Лео испытал огромное желание подняться на ноги от отдать громкий приказ: «Всем отвернуться! Закрыть глаза и рты, все лицами к стене!»

Прикрыв глаза, он понял, что это желания зверя пробиваются сквозь броню самоконтроля. Вторая ипостась требует забрать истинную, укрыть ото всех и овладеть ею.

Леонард прикрыл глаза и медленно выдохнул.

- Лео, ты чего? – обратился к нему Ардан, про которого дракон напрочь забыл. – Хмурый такой, будто тебе яблочный салат подсунули вместо стейка, - друг попытался пошутить, но Леонард не слушал его.

Нимфа сделала несколько прощальных жестов и упорхнула из зала.

Куда?!

Все случилось буквально за секунду: раз – и исчезла! А он сидит, как придурок, и пялится на пустую сцену. Лео вскочил на ноги, не сводя взгляда с той двери, за которой скрылась его истинная.

- Эй, ты чего?! – встрепенулся Ардан.

- Куда она делась?! – рыкнул Лео.

- Кто? Девчонка? – догадался друг и скривился, будто речь о какой-то ерунде. - Да ушла к распорядителю, он же ей клиентов поставляет…

Леонард грязно выругался и чуть не опрометью бросился к той самой двери, оттолкнув от нее особого ретивого оборотня. Руки зачесались врезать этому любителю нимф, но времени нет.

За дверью оказался длинный коридор. Пустой.

- Бездна! – зашипел Леонард и распахнул первую попавшуюся дверь. Снова пусто. Вторую. Третью. Никого. Ни нимфы, ни кикиморы, ни захудалого гнома. За первым коридором оказался второй. За ним третий. И уже там, когда он чуть не снес очередную дверь, его окликнул мужской голос.

Да куда же она пропала?!

- Уважаемый! Вы что-то хотели?

Леонард обернулся. Откуда-то к нему выскочил с иголочки одетый мужчина, одного взгляда на которого хватало, чтобы понять – скользкий тип.

- Где девушка?! – рявкнул на него Лео.

- Какая именно? – усмехнулся тот. – У нас их много.

Дракон сжал челюсти и постарался успокоиться.

- Нимфа, которая только что танцевала в зале, - произнес он с расстановкой.

- Нимфа? – этот слизняк задумался, но Лео прекрасно видит, что это игра. Он сразу понял, о ком говорит дракон. – В синем платье?

- В белом, - отрезал дракон, интонацией давая понять, что его терпение на исходе. Играть в игры с этим странным типом он не намерен. Надо отдать должное: слизняк оказался совсем не дураком.

- А, - тот сделал вид, что вспомнил. – Эта нимфа. Сожалею, но девушку уже сняли на ближайшие три часа. Желаете записаться на четвертый час?

Одним богам известно, каких усилий стоило Леонарду сдержаться и не убить эту услужливую падаль на месте. Остановило холодное понимание, что в случае скандала его выставят отсюда, а истинная пойдет по рукам. Конечно, Лео отыщет ее. Если потребуется, разберет этот публичный дом по кирпичам, но что с ней произойдет за то время, пока дракон ищет девушку? Три часа уже оплачены…

Глава 3-3

- Я хочу купить все ее часы! – отрезал Леонард и приготовился драться. Казалось, сейчас этот шакал с зализанными волосами рассмеется и откажет ему, но тот заинтересованно приподнял брови.

- Все? – крякнул тот, явно не ожидая подобного поворота. – Вы хотите сказать, хотите снять ее на всю ночь? Это будет стоить очень дорого, - он окинул генерала таким взглядом, словно засомневался, располагает ли тот таким количеством золота.

Леонард не стал наряжаться на столь сомнительное мероприятие. Надел самую простую одежду, в какой обычно выходит в город.

- Сколько? – глухо рыкнул Лео.

- У столь популярной девушки час стоит три золотых, - протянул распорядитель. – Но так как вы готовы платить за срочность, плюс придется отказать другим клиентам, поэтому ее час будет стоить семь золотых, - назвав цену, тот замолчал, будто ждет, что дракон испугается и отступит. Но Леонард и ухом не повел. Если бы эта падаль сказала «сто золотых в минуту» - дракон и на это согласился бы без раздумий. Что угодно, лишь бы заполучить истинную. – Ночь длится шесть часов, плюс комиссия за эксклюзивность, значит с вас шестьдесят золотых, - озвучил он окончательный ценник его истинной.

Шестьдесят золотых. На эти деньги можно спокойно жить пару месяцев даже такому обеспеченному мужчине, как Леонард Бельмонт.

- По рукам, - с этими словами дракон достал из внутреннего кармана чековую книжку. Вписав туда сумму в сто золотых, поставил личную подпись и оторвал листок. Распорядитель с любопытством принял документ, но, прочитав фамилию, изменился в лице.

- Полагаю, вы понимаете, что я требую полной анонимности за эти деньги? – деловым тоном произнес Леонард. – Нас никто не должен беспокоить. Никто не должен знать, что эта девушка была со мной.

- Ко-конечно, - шакал растерялся. – Как вам будет угодно.

- Где девушка?! – нетерпеливо вопросил Леонард.

- Ее готовят, - заверил его распорядитель, еще раз пробежавшись глазами по чеку. – Она будет доставлена в ваш номер через несколько минут. Идемте, я вас провожу, - он вновь натянул на лицо вежливую улыбку.

Леонард не стал спорить, хоть зверь внутри него и требовал, чтобы его отвели к истинной немедленно. Нет, нельзя идти на поводу у второй ипостаси. Зверь не понимает, что такое репутация, ему нет дела до сложностей человеческих взаимоотношений.

- Меня зовут Орес, - представился распорядитель, открывая перед Леонардом дверь просторного номера. – Если что-то потребуется, обращайтесь.

Лео вошел внутрь. Чисто. Горят свечи. В воздухе витает аромат моющего средства и стирального мыла. Белье на постели свежее. Должно быть, сменили после…кхм…предыдущих постояльцев.

Бельмонт скривился. Как же мерзко здесь находиться! Он и в юности не был любителем подобных заведений, а уж в зрелом возрасте и подавно. Леонард содержит пару любовниц в столице, каждую навещая раз в неделю, если есть возможность. Как только замечает, что женщины проявляют к нему чувства, немедленно разрывает отношения. Выплачивает девушкам щедрые отступные и отпускает. Для новых претенденток критериев не много: девственность, магический дар, пусть даже слабый, красивая внешность и кроткий нрав.

Теперь у него появится истинная. Дар богов, благословение Триединого. Девушка, которая за ночь обслуживала несколько мужчин…

Дракон встал у окна, пытаясь понять, что ждет его дальше. Еще час назад у него были четкие планы на жизнь, а теперь Лео не знает, что будет через десять минут. Кто она, эта нимфа? Какой у нее характер? Как так получилось, что она очутилась здесь?

Раздался стук в дверь.

Пришла.

Леонард кожей почувствовал, что истинная стоит за дверью.

Не теряя ни секунды, он направился к двери. Распахнул ее и едва успел поймать упавшую ему в руки нимфу. Дракон четко увидел, как ее втолкнули внутрь с такой силой, что она легко упала бы, не поймай ее Лео.

- Приятной ночи! – с крокодильей улыбкой пожелал Орес и захлопнул дверь перед носом дракона.

Леонард высказал бы этому шакалу все, что думает о нем, но, во-первых, не хочется пугать истинную в первую минуту знакомства, а во-вторых, нос защекотал ее умопомрачительный запах. На этот раз не легкий, едва уловимый флёр, а концентрированный густой аромат. Леонард вдохнул его полной грудью и на несколько секунд забыл себя.

Глава 4

Сладкий, нежный, затмевающий собой всё запах. Ваниль, роза и капля гвоздики и…что-то еще. Сбитый с толку, дракон не сразу понял, что это за странная примесь.

Он опустил голову, но увидел лишь златовласую макушку истинной. Она такая маленькая. Ниже него на две головы. Его руки сжимают хрупкие плечи. На ней все тоже полупрозрачное белое платье, волосы венчает легкая фата.

Два удара сердца истинная практически лежала на нем, а затем очнулась. Подняла на него глаза, и Лео утонул в их синеве. Вблизи девушка оказалась еще красивее, чем в полумраке общего зала. Такая нежная, милая, притягательная. Ее запах опьянил дракона не хуже вина. Леонард хотел поговорить с ней, спросить хотя бы имя истинной, но внезапно все слова выветрились из головы.

Его очаровательное лицо все ближе. Дракон и сам не понял, кто к кому первым потянулся. Мгновение – и его губы накрыли ее. В первую секунду Леонард утонул в удовольствии от обладания истинной, но в следующую его язык обжег чужеродный вкус.

«Дурман-трава» - дракон без труда определил зелье, которое совсем недавно пила истинная.

Его будто ледяной водой окатили. Леонард распахнул глаза и разорвал поцелуй. Все очарование от встречи с истинной развеялось, будто его ветром сдуло. Он посмотрел на нее трезвыми глазами и обомлел оттого, что не заметил тревожные знаки сразу.

Затуманенный взгляд, в котором нет ни капли сознания.

- Да ты же не в себе! – изумился дракон.

Истинная не сказала ни слова. Вместо ответа на ее губах расплылась странная улыбка, от которой Лео стало не по себе. Дурман-трава действует опьяняюще, снимает все внутренние запреты и барьеры. Ее используют, чтобы расслабиться, но в больших количествах она токсична, вызывает нарушение сознания и потерю памяти.

Тем временем, истинная потянулась к его губам за новым поцелуем. В первое мгновение Леонард хотел было отстраниться, но не успел. Что-то остановило его, заставив замереть и ощутить на своих губах неумелый девичий поцелуй.

М-да, обольстительница из нее своеобразная.

Леонард попытался мягко отстраниться, но не тут-то было! Девчонка, почувствовав сопротивление, прильнула к нему еще сильнее и попыталась углубить поцелуй. Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет! Он ведь не железный, может и соблазниться, если все зайдет слишком далеко. Но провести ночь с истинной означает принять дар богов. После этого отказаться от девушки уже не получится…

Сжав плечи девушки, Леонард практически насильно оторвал ее от себя. Она и на этот раз не сдалась! Обвила руки вокруг его шеи и попыталась вновь наброситься с поцелуями, но дракон выпрямился и увернулся. Девчонка подпрыгнула, но все равно не достала до его губ.

- Я отбиваюсь от истинной! Боги смеются надо мной, – буркнул он себе под нос и выдохнул, вскинув голову к потолку. –Эй, успокойся! – Лео слегка встряхнул девчонку, пытаясь привести ту в чувство. – Слышишь меня? Как твое имя? Как тебя зовут?! – он намеренно повысил голос и вплел в него каплю магии.

Леонард никогда не обладал способностями к ментальной магии, но его брат владеет ею в совершенстве. Лео кое-чему научился у младшего.

Но это не сработало. В голубых глазах истинной на мгновение вспыхнул огонек разума, но тут же погас.

- Проклятье, - негромко ругнулся дракон. – Это бесполезно. Кто же тебя так опоил, а? А главное, зачем? – задал он вопрос и тут же получил на него ответ, когда девушка снова атаковала его страстью и полезла целоваться.

Леонард отметил, что она активизировалась тогда, когда взгляд ее задержался на его губах. Должно быть, он вызывает у истинной искренние эмоции, потому что дурман-трава для того и нужна, чтобы подавлять внутренние запреты.

Будь он настоящим клиентом этого заведения, то провел бы интересную ночь с готовой на все нимфой. В таком состоянии с ней можно сделать абсолютно все, что угодно. Буквально. Даже вздумай Леонард снять с нее кожу, одурманенная девушка не в состоянии возражать и сопротивляться.

- Уроды, - устало выдохнул дракон и крепко прижал истинную к своей груди, лишив ее возможности двигаться. Он устал отбиваться от ее попыток повиснуть на нем и прижаться к губам. Заманчиво, конечно, и можно было бы поиграть в эту игру подольше, но Лео нужно привести мысли в порядок. Он тоже не железный. Дракон мечется внутри и требует овладеть истинной здесь и сейчас, да и сам Леонард не то, чтобы против… - Ляг, полежи, - не приказал – попросил он, укладывая нимфу в постель. Пусть она отдохнет, проспится, и тогда они поговорят.

Лежащая в постели в соблазнительном платье, с разметавшимися по подушке волосами и нежным румянцем на щеках, истинная будит в нем самые жаркие желания.

А может, наплевать на все и взять ее безо всяких церемоний…?

Леонард тряхнул головой и мысленно «придавил» вторую ипостась. Нет, нельзя идти на поводу у зверя.

Леонард вновь опустил взгляд и заметил неладное. Девушке трудно дышать. Грудь с трудом вздымается, но тугой корсет сдавливает ребра.

- Харги бы побрали эту моду! – выругался дракон и неумелыми движениями начал расшнуровывать платье.

Глава 4-1

Уж сколько бесчисленных часов ему пришлось провести на балах, и каждый раз две-три девицы падали в обмороки от нехватки воздуха. Что в головах у этих женщин?! Сдавить свое тело до потери сознания, чтобы выглядеть чуть красивее? Да если бы Леонарду предложили надеть неудобный, но модный камзол, он бы расквасил нос предложившему это. Одежда должна быть удобной!

Но истинная восприняла его попытки освободить ее как ласки. Ее тонкие руки мгновенно обвили шею дракона. Он уперся коленом в матрас и согнулся, пытаясь снять с нее это орудие пытки, а она… Почувствовав поцелуй в шею, Леонард окаменел. На несколько секунд он застыл, чувствуя, что находится на грани.

Чтобы отвлечься от возбуждения, дракон сосредоточился на этой треклятой шнуровке. Робкие, чувственные, осторожные поцелуи в шею, от которых бегут мурашки. В штанах стало тесно.

«Она не в себе!» - рявкнул он сам на себя, когда его собственные руки начали мягко обнимать податливое женское тело.

В этот момент он понял, что действовать нужно радикально. Одним рывком дракон разорвал шнуровку. Так-то лучше!

– Кто вас, женщин, поймет? Вздумали же сами себя зажимать до такой степени, что легкие не могут работать, - ворча, как дед, Леонард опрокинул истинную обратно на подушку.

Но это не помогло. Он с удивлением понял, что платье само по себе настолько тугое, что дышать полной грудью у девушки не получится. Кому пришло в голову затянуть корсет на платье, которое и так сжимает свою хозяйку, словно голодная змея?!

Недолго думая, Леонард достал небольшой н кинжал из голенища сапога. А что? Он всегда носит с собой оружие. Осторожно надрезав платье, он дернул его вниз и обомлел. Дракон был уверен, что под одеждой у девушки будет нижнее белье, но его там не оказалось. Совсем. Вообще никакого белья.

Он так и застыл над истинной, глядя на прекрасное девичье тело. Юное, нежное, без единого изъяна. Кожа чистая, будто фарфоровая. Фигура песочные часы, ей и корсет не нужен. Леонард видел немало обнаженных женщин, но только эта нимфа вызвала у него приступ животной похоти.

Сердце в груди забилось чаще, руки похолодели, в горле пересохло. Да что же это такое? Леонард ощутил себя юнцом, впервые увидевшем обнаженную женщину. Впрочем, даже в глубокой юности он не реагировал на свою первую женщину так, как сейчас на обнаженную истинную.

Девчонка вновь потянулась к нему. Привстала на локтях, вытянула свою лебединую шею и потянулась к нему за поцелуем.

Нет. Только не это.

Леонард понял, что не хочет отстраняться. Готов наплевать на все и отдаться охватившей его страсти. Она молода, сказочно красива и готова на всё. Почему он должен отказываться?! Дракон имеет полное право провести с истинной ночь, а на утро забрать ее к себе, запереть и ждать наследника.

- Спи! – приказал дракон, коснувшись лба девушки указательным и средним пальцем.

Синие глаза, в которых и так не было ни капли сознания, закатились. Девушка упала обратно на подушки, а Леонард не стал задерживаться возле нее ни одной лишней секунды. Он находится на грани. Резко отпрянув от спящей красотки, дракон стремительно приблизился к столику в углу. На нем стоит наполненный до краев графин. Лео схватил его и попытался налить воды в стакан. Расплескав половину жидкости, дракон выругался себе под нос и начал хлебать прямо из графина. Когда напился, то решил закрепить эффект и умылся прямо над столом.

Боги потешаются над ним.

Сердце все также бешено стучит в висках, мысли путаются, голова идет кругом. Зверь беснуется, человек сопротивляется, и вот результат. А ведь это не только вторая ипостась потеряла голову и требует взять свое. Леонард прекрасно справляется с драконом и контролирует его, так что тут дело в другом. Он и сам чувствует тягу к истинной. Не магическую, не наведенную, а вполне естественную тягу мужчины к женщине. Соединяясь с инстинктами зверя, этот коктейль дает убийственный эффект.

Харг его побери.

В детстве Леонард пережил тяжелое отравление. Его, пятилетнего ребенка, пытались убить враги семьи. Он выжил, но дракон пострадал. Такой оказалась цена жизни – слабый зверь. Будь дракон в полной силе, то ради истинной он бы сумел подавить человека. Но Леонард даже оборот совершает с трудом и болью. Война обошлась им дорого, зверь потратил на нее все свои силы и теперь тяжело восстанавливается, тратя на это все свои силы. Появление истинной дестабилизировало хрупкую систему.

Чувствуя новый приступ помутнения сознания, Леонард вылил остатки воды себе на голову.

Освежился.

Постепенно сердцебиение замедлилось до нормальной частоты, мысли сделались яснее. Это не истинная, а издевательство какое-то. Он даже имени ее узнать не успел, а она уже из него всю душу вытрясла.

Леонард обтер лицо полотенцем.

Как отец прожил с матерью так долго, если его также выламывало? Они вместе уже больше тридцати лет. Даже посторонним людям заметно, что глава рода Бельмонт готов на все для своей истинной. Рядом с ней он становится мягче, а уж все домашние давно знают, что отец ради мамы сделает все, что угодно. Любой каприз, любые пожелания. Отец ее боготворит.

Готов ли Леонард повторить его судьбу и отдать свое сердце этой странной девчонке? Дракон с сомнением глянул на спящую истинную. Как бы он ни пытался бежать от этой мысль, но она упорно стучится в голову: еще не поздно отречься от истинной. Боги всегда дают выбор. Девушка даже не запомнила его лица. Строго говоря, они даже не знакомы. Готов ли он принять в жены блудницу?

«Нет» - ответил он сам себе.

Глава 4-2

«Нет» - ответил он сам себе.

Истинная – это, конечно, прекрасно, но не все подарки богов следует принимать. Леонард – сильный дракон, наследник рода. Еще в детстве ему нашли невесту, от которой он точно получит сильное потомство. Да, истинная – это благословение богов, но у них своеобразное чувство юмора. Лео легко может развернуться и уйти, сделать вид, что никакую истинную не встречал, а эту девицу видит впервые.

Зверь внутри яростно взревел. Ему такой расклад не по душе. Зверю нужна истинная. Встретив ее однажды, он нуждается в ней, как в воздухе. Ему бесполезно объяснять, что эта нимфочка опозорит весь род Бельмонтов на две сотни лет вперед.

«В конце концов, мы можем навещать ее периодически» - предложил Леонард, чтобы хоть как-то успокоить дракона. Ему больно. Дракон не собирается отказываться от истинной, но воля человека сильнее зверя.

Немного успокоившись, Леонард решился вновь приблизиться к истинной. Стараясь не смотреть на нее, накрыл девушку одеялом. Один вид этой нимфы лишает его самообладания. Откровенно говоря, это пугает. Леонард никогда не теряет контроль над собой, но рядом с истинной сам не свой.

В дальнем углу комнаты стоит кресло. Лео опустился в него. Темное тихое место, где можно все спокойно обдумать. У него целая ночь впереди, чтобы принять решение. Но, как назло, с этого места открывается прекрасный вид на истинную.

«А может, завернуть ее в одеяло и вынести отсюда?» - мелькнула шальная мысль.

Леонард представил, как это будет выглядеть: он со свертком на плече, из которого торчат женские стопы. Увидь он сам такую картину, то первой мыслью было бы, что посетитель публичного дома в порыве страсти задушил очередную несчастную нимфу. Под этой крышей всякое случается, Леонард о многом наслышан.

Но его могут поймать с такой заметной ношей, и наверняка поймают. Он еще в зале заметил множество тревожных сигналок и артефактов для наблюдения. Этой ночью здесь полно драконов и его, Леонарда, сослуживцев. Что они скажут, когда его поймают с бесчувственной девушкой на плече?

«Леонард Бельмонт пытался похитить шлюху из дома утех» - представил он главную сплетню месяца. И как ему потом объясняться? Как смотреть в глаза отцу, который потребует объяснений? Нет, Лео не готов рисковать. Уж лучше переждать ночь здесь, спокойно все обдумать, а утром договориться с девушкой. Дракон уже придумал, как это сделать.

Учитывая ее род занятий, эта нимфочка наверняка любит золото. Леонард не раз слышал жалобы своих знакомых, что после ночи любви прекрасные жрицы любви обчищали их брюки до последнего медяка. Что ж, он готов дать понять этой кукле, что у него много денег, которыми дракон готов щедро делиться.

Он бы без труда принял твердое решение отказаться от истинной, если бы не одно «но» - драконий след на ее ауре. Сейчас Леонард полностью уверен в том, что ему не показалось. Пока нимфа находится в невменяемом состоянии, проверить ее ауру не представляется возможным. Необходимо, чтобы она пришла в себя и позволила обследовать собственную сущность.

Драконица… Как же такое возможно? Нужно разобраться во всем. Может, это какая-то выходка или ошибка, но если и вправду у драконьего рода пропала малышка, то ее необходимо вернуть. Ей быстро найдут жениха, и уже он пусть несет на себе пятно позора.

Не Бельмонт.

Решено. Леонард решит эту проблему.

***

Глава 5

Анна-Лиза. Накануне.

- Танцуй от души и не думай о хорошем! – пожелал мне Орес, буквально выталкивая на сцену. Мои ноги стали ватными и отказывались двигаться. Как же я буду танцевать с такими ногами? Но стоило распорядителю произнести мне на ухо напутствие, как все волнение вмиг испарилось. Движения стали свободными и легкими, и я выпорхнула в зал.

Увидев десятки молодых мужчина, я даже не замедлила шаг. Где-то на задворках сознания ютится мысль о том, что все происходящее несет мне угрозу, но я отмахнулась от нее, как от мухи.

От меня ждут танца! И я намерена исполнить его так хорошо, как только возможно.

Я вышла в центр зала. Зазвучала музыка, и я отдалась в ее власть, стала единым целым с ритмом, растворившись без остатка.

Я не танцевала - жила музыкой. На душе так хорошо и спокойно, ни капли тревоги и страха. Взмах руки, пируэт, поворот, жете на правой ноге. Зрители растворились, зал прекратился в пустую черную массу. Остались только я и ритм.

Я кружусь и взмываю. Легкая белая юбка взлетает и вновь падает, распущенные волосы танцуют свой собственный танец. Казалось, прошло не больше минуты прежде, чем музыка вдруг закончилась. Оборвалась, и я так и застыла в четвертой танцевальной позиции.

Аплодисменты обрушились лавиной. Я будто очнулась, услышав эту звуковую бомбу. Хлопали все. Куда бы я не посмотрела, везде видела восхищенные мужские лица, глаза которых горят…похотью.

Я вдруг очнулась. Наваждение, которое владело мной все это время и притупляло тревогу, страху и разум, внезапно схлынуло. Я осознала, где нахожусь и чего от меня ждут. Все эти люди вокруг меня пребывают в восторге, но у каждого в глазах читается желание раздеть меня и уложить в кровать.

Я развернулась и убежала в ту самую дверь, из которой попала в это ужасное место. Но стоило мне открыть ее, как на моей руке сжалась мертвая хватка Ореса. Все это время он ждал меня. Не успела я опомниться, как распорядитель затащил меня в ту самую «гримерную», где он обрядил меня, будто какую-то продажную девку.

- Вы обладаете даром внушения! – бросила обвинение я и попыталась вырвать свою руку, но не тут-то было. Он держит крепко и выпускать меня не собирается.

- Сама догадалась? – холодная улыбка появилась на губах Ореса. Он усадил меня на один из стульев.

- Сама. Я хочу уйти, - заявила я безапелляционно. К моему удивлению, Орес не стал спорить. Я-то думала, что просто так меня не отпустят, а он вот так просто бросил:

- Хорошо. Пить хочешь?

- Хочу, - выдохнула я с пересохшим горлом. От интенсивного танца я вся взмокла, страшно хочется пить. Я и не думала, что Орес сам предложит. Может, не такой уж он плохой, как мне показалось в начале? – Спасибо, - кивнула я, принимая стакан. Я выпила всю воду залпом. Холодная, чистая, приятная, безо всякого вкуса.

Я вернула Оресу стакан, а затем у меня вдруг закружилась голова. Сначала слегка, но затем все сильнее и сильнее.

- Мне нехорошо, - прошептала я, чувствуя, что теряю контроль над собой. Все поплыло перед глазами, чувства притупились, я потеряла ощущение собственного тела. – Что-то не так, - из последних сил смогла произнести я.

- Все так, девочка. Все так, - услышав довольный голос Ореса, я окончательно потеряла связь с реальностью. Нет, я не отключилась. Перед глазами мелькают яркие вспышки света. Желтый, розовый, синий. Странные узоры, змеями извивающиеся надо мной. Чей-то голос, звавший меня издалека. А затем короткий и четкий приказ:

- Спи! – и все исчезло.

Я очнулась на рассвете. Первое, что увидела – залитое молодыми солнечными лучами окно. Я лежу в кровати, но это точно не моя комната в родном доме. Голова болит. Чужое помещение, обставленное очень вычурно. Повернув голову, я с ужасом увидела незнакомого мужчину. Он сидит в кресле буквально через пару шагов от меня.

У меня похолодели ладони, сердце забилось в груди быстрее. Кто он такой? Я сидела и ждала от него хоть какой-то реакции, но быстро поняла, что мужчина…спит. Просто спит, чуть похрапывая.

Что он здесь делает?

А я что здесь делаю? Немного поерзав, я поняла, что укрыта одеялом. Белое платье, в которое меня обрядил Орес, бесформенной тряпкой лежит на полу. А это значит…

- Светлая Матерь! – выдохнула я, с ужасом осознав, что на мне нет одежды. Совсем. Никакой. Мне стало нехорошо. Я начала медленно осознавать суть ситуации. Если на мне нет одежды, а рядом сидит мужчина (в одежде), а мы находимся в публичном доме, то…

От вывода захотелось провалиться сквозь землю. Неужели этой ночью я потеряла невинность? С незнакомцем, имени которого даже не помню. Я, воспитанная девушка, которая никогда не желала подобной судьбы. Откровенно говоря, я не чувствую никаких изменений в теле. Ни боли, ни дискомфорта.

Я присмотрелась к тому, кто, похоже, стал моим первым мужчиной. Первая мысль, родившаяся в голове – «Взрослый». На вид ему хорошо за тридцать, взрослый мужчина. Я никогда не воспринимала людей его возраста как, собственно, мужчин. Я даже никогда с ними не общалась! Только сверстники, учителя в летах и соседские дети – вот весь мой мужской круг общения.

Его не назовешь красивым, но лицо обладает странным магнетизмом. Что-то в нем есть. Темные коротко стриженные волосы, прямой нос, большой лоб и острые скулы. В его внешности нет ни капли нежности, мягкости и доброты, но, несмотря на это, им хочется любоваться.

Тряхнув головой, я отогнала дурацкие мысли. Нужно встать и уйти отсюда, пока…

От моего вскрика незнакомый мужчина проснулся. Вздрогнул, выпрямился и сонно захлопал глазами, а я застыла, проклиная себя всеми ругательствами, какие только знает приличная воспитанная девушка.

Глава 5-1

Только не это. Я окаменела. До этой секунды у меня была призрачная надежда сбежать отсюда, пока он спит. Теперь она лопнула, как мыльный пузырь. Что сейчас будет происходить? Если между нами что-то было, то почему он не ушел? Почему заснул в кресле?

Неужели хочет продолжения…?

- Проснулась? – спросил он низким голосом. Я промолчала, боясь шевельнуться и спровоцировать его. – Хорошо. Как твое имя?

Я снова не смогла выдавить из себя ни слова. В голове лишь одна мысль: сбежать. Нужно найти способ выскочить из этой комнаты и из этого заведения. Вряд ли Орес стоит под дверью комнаты и подглядывает в глазок.

Не получив ответа, незнакомец недовольно хмыкнул.

- Я спросил, как тебя зовут, - повторил мужчина жестче.

У меня в горле встал ком. Этот мужчина явно не из простаков. Он привык повелевать и командовать, и от меня ждет подчинения. А мне все равно, чего он ждет. Я хочу уйти отсюда. Если вздумает ко мне лезть – буду отбиваться. Вон, на столике стоит увесистая на вид ваза. Вот ею и огрею по голове этого любителя продажных женщин.

- Молчишь? – незнакомец склонил голову на бок и недобро усмехнулся. – А может, тебе надо заплатить, чтобы ты заговорила? – с этими словами он приблизился, а я вжалась в подушку.

Какой же он крупный мужчина! Сейчас, когда он нависает надо мной, я особенно остро чувствую его физическую силу. Стало страшно.

Но незнакомец достал из своего кармана золотую монету, продемонстрировал мне и ухмыльнулся. Затем опустил деньги на прикроватную тумбочку и подвинул ко мне.

Что происходит?

- Как твое имя? – спросил мужчина вкрадчиво и мягко, но в глазах горит что-то темное и жуткое. Не то презрение ко мне, не то настоящая ненависть.

Я не собираюсь с ним разговаривать. Вжавшись в матрас, я изо всех сил вцепилась в одеяло. Оно – моя единственная защита от этого пугающего человека.

Поняв, что я не буду отвечать, мужчина потемнел лицом. Он смотрит на меня так, что я с испугом подумала, будто он сейчас ударит меня.

Не знаю, что произошло бы в следующую минуту, если бы не раздался странный удар в окно. Я вздрогнула, а вот мужчина не удивился. Поднял голову и стремительным шагом направился к окну. К моему удивлению, он распахнул его, впуская внутрь…почтового голубя.

Птица села на подоконник и без сопротивления позволила человеку снять со своей крошечной лапки тубус. Внутри оказался свернутый клочок бумаги. Мужчина развернул его и начал читать, бегая глазами по строчкам. Пока он отвлекся, я обернула одеяло вокруг тела и встала. Только тогда до меня дошел простой факт, что мне не во что одеться. То платье, в котором я попала в это мерзкое заведение, осталось в «гримерной» у Ореса. Неужели мне придется бежать в одном одеяле? Нет, это немыслимо!

- Мне нужно срочно уехать! – внезапно отбрил мужчина, и от его голоса я вздрогнула. Что-то изменилось. Он больше не мягкий, не вкрадчивый и не недовольный. Могу поклясться, что незнакомец чем-то напуган. – У меня нет времени на твои игры, - бросил он мне странную фразу и развернулся, возвращаясь. – Вот, возьми, - на моих глазах этот сумасшедший достал из кармана горсть золотых монет. – Это, - он указал на деньги, - мой тебе подарок. А сейчас слушай внимательно, - произнес мужчина так властно, что я вся обратилась в слух. – Хочешь получить в три раза больше этого, - указал на горсть золота. – Приди по этому адресу, - вновь запустив руку в свой бездонный карман и достал оттуда небольшую книжецу, что-то чирканул в ней, вырвал листок и протянул мне.

«Чек на выдачу золота» - гласит надпись на листке. Ниже размашистым почерком выведено короткое слово «Выдать» и сумма в двадцать золотых монет.

Это большая сумма. На эти деньги можно прожить и год, если экономить. Такими суммами не разбрасываются просто так.

- Возьмешь с собой документы и предъявишь, тогда получишь деньги. Сегодня с тобой свяжутся мои люди, пока поживешь в моем особняке в пригороде столицы. Поняла? – вопросительно глянул он на меня.

«Поживешь в моем особняке» - набатом звучит в ушах жуткая фраза.

Очевидно, что этот любитель публичных домов отнюдь не собирается держать меня в качестве мебели в своем доме. Неужели ему так понравилось, что он решил оставить меня у себя в качестве постельной игрушки? От этой мысли все внутри похолодело. Стало мерзко и грязно, безумно захотелось помыться.

Я лучше умру, чем отправлюсь в его особняк.

Вновь не дождавшись от меня ответа, мужчина внезапно вышел из себя.

- Мой брат пропал! – выпалил он и потряс передо мной письмом. Я вздрогнула от его окрика и гневного огня в глазах. – У меня нет времени с тобой возиться! – с этими словами он снял с крючка у двери камзол и накинул на свои плечи. – Увидимся! – бросил он зло, и по его тону стало понятно, что мы абсолютно точно встретимся, независимо от моего желания и мнения на этот счет.

Странный мужчина скрылся за дверью. Стоило ему уйти, как мне дышать стало легче. С плеч свалилась гора, и даже краски мира стали ярче. Ушел, хвала Светлой Матери! Под мерный стук собственного сердца я попыталась успокоиться и придумать, как мне сбежать отсюда.

Глава 5-2

Взгляд упал на небольшой шкаф возле двери. Прижимая к себе одеяло, я подошла к шкафу и распахнула его. Внутри оказалось одиноко висящее платье из тонкой ткани. Неуверенным движением я сняла его с плечиков и рассмотрела получше.

Глубокое декольте, кричаще красный цвет ткани, кружевная отделка из черного шелка. Очень дорого и очень неприлично. Такое допустимо носить только в публичном доме, а приличной девушке и в голову не придет влезть в подобный наряд.

«Но разве я теперь могу считаться приличной?» - прострелила голову острая мысль.

Пусть я не чувствую никаких изменений в теле, но очевидно, что меня опоили. Мое последнее воспоминание – гримерная, в которой Орес отпаивает меня водой. Я уверена, что он что-то подмешал туда. Судя по тому, что я ничего не помню, а голова раскалывается, то была конская доза дурман-травы. Только она способна дать такие эффекты и не имеет выраженного вкуса и запаха.

Сжав зубы, я заставила себя подавить горестные воспоминания и чувства. Плакать буду потом, а сейчас надо выбираться из западни. Наплевав на всё, я влезла в красное платье. Ну и что с того, что оно слишком открытое? Это точно лучше, чем ходить голышом.

Подойдя к маленькому зеркалу, я с удивлением обнаружила, что мне очень идет это платье. Да, откровенное, но зато какое…элегантное. Открытая шея и игриво выглядывающие из декольте холмики груди, оказывается, выглядят очень женственно. Красный цвет контрастирует со светло-золотым цветом моих волос, создавая красивое сочетание. Да и длина платья вполне приличная – чуть ниже колена. Я привыкла носить лишь длинные юбки до самого пола, но и такой вариант выглядит вполне приемлемо.

Все хорошо, кроме одного – моего лица. Вчера Орес разрисовал меня, как куклу, лишив собственного лица. И весьма качественно: после прошедшей ночи ни одна линия не стерлась. Пришлось взять полотенце, смочить его водой из графина и стереть все это безобразие.

Ну вот, теперь можно делать ноги. Причесав растрепанные волосы пальцами, я уже собралась делать ноги, но взгляд упал на горсть золотых монет на тумбе.

«А может, взять…?» - мелькнула предательская мысль.

Это очень хорошие деньги. Я не знаю, что буду делать со своей жизнью дальше, но эти золотые монеты способны существенно облегчить мою жизнь. Я могла бы снять жилье и долгое время жить, устаиваясь на новом месте.

Я поджала губы, раздумывая, что делать. Брать эти деньги мерзко и неприятно, но, в конце концов, мужчина отдал мне их сам, добровольно. Я ведь не ворую их. Ноги будто бы сами понесли меня к тумбе. Незнакомец не сможет обвинить меня в воровстве, ибо любой артефакт покажет, что он отдал мне золото добровольно. Я даже не просила его об этом! Он сам вывалил деньги и предлагал еще.

Я запоздало вспомнила о чеке, который всучил мне мой незнакомый знакомый. Смятая бумажка валяется рядом, но у меня и мысли не возникло к ней прикасаться. Нет, это слишком. К тому же, чтобы получить золото в банке, придется предъявлять документы, и тогда мужчине станет известно обо мне буквально все: настоящее полное имя, адрес, семейное положение. Я не могу пойти на такое.

Приняв решение, я взяла золотые монеты и сунула в карман платья. Я никого не обокрала, никому не сделала зла. Мне дали эти деньги, а я…решила не отказываться. Возможно, в будущем я об этом пожалею, но сейчас я выбираю сделать свою участь чуточку легче.

Я осторожно выглянула в коридор. Никого. Стараясь ступать как можно тише, начала красться в сторону выхода. Если не ошибаюсь, то он находится вон там.

Однако, стоило мне дойти на цыпочках до поворота, как я услышала приближающиеся голоса. Еще страшнее стало, когда я поняла, что один из них принадлежит Оресу.

- Все прошло отлично… - разобрала я его слова и довольную интонацию. – На нее много заявок… Думаю, мы заработаем даже больше, чем предполагали раньше…

У меня кровь отлила от лица, а сердце забилось чаще. Я кожей чувствую, что эти двое говорят обо мне. На меня много заявок…? Вспомнив похотливые лица мужчин, которые я видела вчера после танца, мне стало жутко и страшно. В голове загорелась только одна мысль – «Бежать!». Куда угодно, как можно скорее, как можно дальше. Но поблизости нет ни одной двери! Только окна.

Хм… А это мысль!

Подлетев к ближайшему окну, я легко распахнула его. Створка поддалась без сопротивления, впуская в коридор прохладный утренний воздух. От меня потребовалось лишь забраться на подоконник и с грацией коровы на льду спрыгнуть в траву.

Боль прострелила ноги. Я не удержала равновесие и упала. Пока я приходила в себя и пыталась унять боль в костях и вжаться в стену, чтобы меня не заметили, из приоткрытого окна донесся голос Ореса.

- А что до ее родственников, думаю, пара золотых монет быстро заткнут им рты…

- Стойте! – внезапно раздался командный окрик, от которого распорядитель внезапно умолк. Если слух не обманывает меня, то он остановился у того самого окна. Я услышала шаги нескольких пар ног, одетых в сапоги. – Нам нужна девушка, которая провела ночь в номере «тридцать два»! Немедленно проводите нас к ней! – незнакомый мужчина отдает приказы командирским голосом.

Повисла странная пауза. Ни шороха, ни звука.

- Чем обязан появлению императорской стражи в моих стенах? – голос Ореса уже не звучит так гипнотически, как прежде. Могу поклясться, что слышу в нем страх и растерянность. Я его прекрасно понимаю. Императорская стража не ходит в гости просто так, попить чай.

- Приказ генерала Бельмонта! – отбрил его собеседник. – Выдайте нам девушку, и мы уйдем!

О ком идет речь? Девушка из номера тридцать два… Я так стремилась сбежать из «спальни», что мне и в голову не пришло взглянуть на ее номер.

- Но… - Оресу хватило глупости и отваги спорить с командиром императорской стражей.

- Если откажетесь, то будете задержаны! – пригрозил тот. Такой властный голос, что мне осталось только порадоваться: я не имею отношения к происходящему.

Глава 6

***

Брат пропал!

Эта новость затмила собой всё, даже встречу с истинной.

Теодор. Младший брат. Впрочем, как – младший? Он родился лишь на пару минут позже Леонарда. Тем не менее, дракон всегда чувствовал себя старшим и знал, что должен оберегать младшего. Тео всегда был слабее него. Вообще, мало кто из сверстников мог сравниться с Леонардом в силе. Боги одарили старшего брата мощным резервом, а младшему даровали ментальную магию. Тео всегда был искусным менталистом, способным читать и внушать мысли.

Утреннее письмо выбило Леонарда из колеи.

«Теодор Бельмонт пропал в горах Восточного Хребта. Отправился в экспедицию два дня назад, но вчера вечером он перестал выходить на связь. Сигнал его нагрудного артефакта все еще поступает и в неподвижности находится в труднодоступном районе Хребта. Поиски затруднены высотой, на которой находится артефакт».

Леонард прочитал записку и прикрыл глаза, стараясь взять эмоции под контроль. Раз брат перестал выходить на связь, значит, дело дрянь. Уж кто-кто, а Тео всегда был осторожен и всегда отвечал на вызовы артефакта связи. У каждого, кто отправляется в горы, на шею вешают специальный сигнальный камень, по которому всегда можно определить его местоположение, даже несмотря на плотный магический фон от залежей руды.

Тео пропал высоко в горах, а значит, далеко не все смогут туда взобраться. Чем выше, тем сложнее дышать. Только драконам хватает здоровья и мощности крыльев, чтобы взбираться на вершины гор Восточного Хребта.

Леонард сразу принял решение, что должен отправиться на поиски брата. Немедленно. Не теряя ни одной лишней секунды. Истинная… Что ж, подождет. У Лео нет времени с ней возиться, тем более, что она как воды в рот набрала.

Брат пропал!

Одна эта мысль выводит его из равновесия, и лишь усилием воли дракону удается вернуть себе самообладание. Он найдет его, обязательно найдет. Тео просто не мог погибнуть. Леонард чувствует – брат жив! Они вместе пришли в этот мир, вместе и уйдут.

Леонард поспешил покинуть публичный дом. Через артефакты связи он отдал торопливые указания, одно из которых – забрать из этой клоаки его истинную и упрятать в его особняк до возвращения дракона. У него нет времени на то, чтобы клещами тащить из нее каждое слово.

«Может, она вообще с головой не дружит?» - мелькнула в голове догадка. Этим объясняются все странности девчонки.

Леонард добрался до Восточного Хребта так быстро, как только было возможно. Обернулся крылатым ящером и долетел из столицы до Хребта. Полет занял около часа, и каждая минута казалось вечностью. Брат… Что с ним? Если не выходит на связь, значит, наверняка ранен. Серьезно ранен, но жив.

В последнем сомнений нет.

Прибыв в штаб, Леонард потребовал подробного доклада. Куда отправился брат, с кем, с какой целью.

- Зачем его харги понесли в такую высоту? – пробубнил Лео себе нос, ознакомившись со всеми данными. – В чем цель экспедиции в таком отдаленном месте?

- Мы получили данные о крупном месторождении руды. Теодор был самым крупным драконом из всех. Он изъявил желание и готовность доставить экспедицию магов на вершину горы Айр.

Странно. Но Лео решил разобраться потом. Сейчас главное – добраться до места, где пропал брат, и найти его. А уж мотивы экспедиции он выяснит потом.

Леонард отправился к той самой горе Айр. Даже в облике зверя он ощутил ледяные порывы ветра, которые вынуждали его увереннее держать крыло. В горах начинается метель. Ему с трудом удалось достичь вершины Айр. Леонард нашел пещеру и приземлился на обледеневший выступ. Уж если он, дракон, еле-еле долетел сюда, то у спасательной миссии магов нет ни малейшего шанса.

Не теряя ни секунды, он направился вглубь. Магический фон здесь и вправду мощный, но какой-то странный. Леонард много раз бывал в этих горах, но с подобным сталкивается впервые. Может, в этом причина исчезновения брата? Слишком плотный магический фон, сигнал не проходит.

В пещере оказались следы пребывания в ней людей. Лео шел вглубь совсем недолго. Он быстро наткнулся на тупик. Каменная стена, за которой чувствуется лишь мертвая скальная порода. Но сигнал идет отсюда! Леонард прищурился и всмотрелся в каменную стену. Должно же здесь быть хоть что-то!

Неожиданно он заметил странный отблеск в стене. Что-то мелькнуло в холодном камне. Леонард сделал шаг вперед и вплотную приблизился к преграде, чтобы поближе рассмотреть, что там такое. Может, какой-то след пребывания здесь брата…?

Дракон коснулся пальцами ледяного камня. Провел рукой и нащупал нечто гладкое. Что-то вмонтировано в стену. Леонард расчистил участок от ледяного налета и увидел прозрачный камень в форме отшлифованного восьмигранника.

- Какого харга…? – вырвалось у него недоуменное.

А в следующее мгновение прозрачный прежде камень налился ярко-красным цветом, словно раскалился. Леонард успел убрать руку и отскочить в сторону, но это его не спасло.

Он успел услышать взрыв. Мгновение – и все вокруг вспыхнуло алым огнем.

«Истинная» - мелькнула в голове отрывистая мысль, а затем все исчезло.

Леонард словно провалился в бездонную бездну. Он долго летел вниз, пока, наконец, не услышал голос. Женский. Он что-то говорит, рассказывает, щебечет. Лео ощутил сильную потребность откликнуться, взглянуть на ту, кто так настойчиво пытается что-то сказать ему. Ни слова не разобрать, но он не хочет, чтобы она умолкала.

Наконец, ему удалось поднять веки. Они кажутся такими тяжелыми, словно у него над глазами стальные круги. Свет робко проник в его сознание. Все расплывается, но Леонард заставил себя сосредоточиться на светлом пятне, маячившим перед ним.

Истинная. На долю секунды он увидел удивленное лицо истинной, и все вновь поглотил непроглядный мрак.

***

Глава 7

Одним богам известно, каких трудов и нервов мне стоило добраться до дома. Мимо не проехало ни одного экипажа, но это к лучшему. Еще не хватало нарваться на неприятности из-за моего внешнего вида! А ведь в кармане у меня увесистые золотые монеты.

Дорога заняла несколько часов. За это время в сторону столицы проехало несколько экипажей вчерашних посетителей публичного дома, но никто из их пассажиров не проявил ко мне ни малейшего интереса.

У меня оказалось много времени, чтобы подумать. Пищи для размышлений оказалось много, и я тщательно пережевывала я, уделяя внимание всем мелочам. Очевидно, что жизни в отцовском доме мне больше не будет. Мачеха продала меня в публичный дом. От этой мысли душа разрывается, но ничего исправить уже нельзя. Вполне возможно, что изначально Арисса не знала о том, что меня продадут посетителю этого дома. Ей могли пообещать, что больше танцев от меня не потребуют. Сейчас, вспоминая слова и поведение мачехи, я начинаю догадываться, что она намеревалась продать мою невинность. Орес оказался хитрее и проворнее.

Светлая Матерь, какое счастье, что я ничего не помню! Закрыв глаза, я возблагодарила богиню за то, что лишила меня сознания руками мерзавца Ореса. Не представляю, что было бы со мной, останься в моей памяти прошедшая ночь. Но нужно жить дальше и решать, что делать и как быть.

Мачеха вряд ли обрадуется моему появлению в доме. Я не сомневаюсь в том, что она вновь попытается продать меня. Учитывая интерес Ореса ко мне, то вполне вероятно, что ему и продаст. Он не поскупится. До сих пор я помню, с каким предвкушением и восторгом он говорил, что на меня уже «много заявок». А уж мне потом отрабатывать все затраченные средства, и на этот раз никто не лишит меня чувств.

От таких перспектив закружилась голова. Нет, я не позволю так над собой издеваться! Уж лучше сбегу и буду скитаться, чем стану обитательницей публичного дома. Есть вариант выйти замуж. На рынке невест я быстро найду законного супруга. Но какого? Крестьянина, за которого и среди равных не нашлось жены. Чаще всего это люди не молодые, в возрасте, схоронившие и вторую, и третью супругу. Сколько нас таких, незаконнорожденных бесприданниц? Даже выйдя замуж, я не буду иметь никакой защиты перед мужем.

Нет, я не готова пойти на этот шаг. Отдать себя во власть незнакомого мужчины, делить с ним постель, рожать от него детей? Уж лучше я подамся в обитель Светлой Матери. Буду служить богине, просыпаться на рассвете и ложиться после заката. Все лучше, чем быть чьей-то утехой на час.

Добравшись до городских ворот, я без труда вошла внутрь. Стража не стала останавливать меня и досматривать, потому что не увидела во мне ничего подозрительного. Мало ли женщин в ярких красных платьях пытаются попасть в столицу? Их сюда заходят сотни каждый день.

Благо, дом моего отца находится недалеко от городских ворот. Подойдя к родному двору, я с удовлетворением поняла, что мачехи и ее сына здесь нет. Нечто подобное я и предполагала. Получив вчера горсть золотых от Ореса, Арисса с первыми лучами солнца помчалась к портному и на рынок, чтобы их потратить.

Отворив калитку, я без проблем вошла на территорию родного дома. Было у меня опасение, что после всего случившегося Арисса исключит меня из числа тех, кому позволено переступать границу владений без дополнительного разрешения хозяйки. С нее станется.

Дом оказался абсолютно пуст. Арисса меняет слуг. Прежних она уволила, а новых еще не набрала. Что ж, мне это только на руку. У меня есть достаточно времени, чтобы собрать свои вещи и отправиться в обитель Светлой Матери.

Войдя в свою спальню, первым делом я сбросила с себя алое платье из публичного дома и переоделась в свое, привычное. Высокий воротник, длинные рукава, спокойный оливковый оттенок. Затем я достала дорожный саквояж и принялась заполнять его. Мы с отцом отправлялись в путешествие несколько раз, поэтому у меня есть определенный опыт поездок. Не нужно брать много, достаточно лишь самого необходимого: сменное белье, одна ночная сорочка, гребень для волос, пара платьев. Вот, собственно, и все.

Печальным взглядом окинув комнату, в которой прошло мое детство, я вышла из нее. Наверное, я больше никогда сюда не вернусь. Идя по коридору, я прошла мимо знакомой с детства двери – отцовского кабинета. Когда он был жив, мне было позволено навещать его в любое время. А после смерти отца Арисса запела дверь кабинета, и уже сама пропадала там часами. Конечно, для подруг и гостей она рассказывала сказку о том, как тоскует по мужу и пытается справиться с утратой, но я-то знала, что она день и ночь копалась в его документах.

Вот и я не смогла пройти мимо. Остановившись, некоторое время гипнотизировала взглядом дверь, а затем решилась дернуть ручку. Сама не знаю, зачем. Арисса всегда запирала дверь отцовского кабинета, но на этот раз дверь неожиданно поддалась мне и со скрипом приоткрылась.

Я застыла, не веря своим глазам.

Внутри оказался теплый спертый воздух. Арисса наглухо закрыла окна и не входила сюда, по крайне мере, пару недель. А то, что она здесь похозяйничала, очевидно: ворох бумаг на письменном столе отца, смятые клочки на полу, кругом бардак и хаос. Папа никогда не допускал подобного. Сколько я себя помню, у него в кабинете всегда царил абсолютный порядок. Все бумаги подшиты и разложены в папки, папки складываются в архив и нумеруются по годам и месяцам. Отца хватил бы удар второй раз, увидь он, в каком диком состоянии пребывает его кабинет.

Тем не менее, я прошла внутрь. Все здесь напоминает о папе. О моем добром, ласковом, таком родном папе. Он никогда не напоминал мне о том, что я – незаконнорожденная. Наоборот, всегда подчеркивал, что я его дочь, а на формальности ему наплевать. Сейчас я не могу понять, почему он так и не признал меня своей дочерью, но, наверное, у него были на то веские причины. Папа считал, что так будет лучше для меня. Мы никогда не говорили об этом прямо, но у меня всегда было стойкое ощущение, что этим не-признанием отец пытался меня защитить. Все, что он делал, было для моего блага. Я уверена в этом, хоть и все вокруг меня говорит об обратном.

Глава 7-1

Еще раз просмотрев бумаги, я оказалась вынуждена признать, что не могу ни на что повлиять. Кто я здесь? Никто, посторонний человек. По большому счету, меня и быть-то в этом доме не должно.

Я рассортировала все бумаги и спрятала одну из стопок в шкафчик под столешницей. Едва приоткрыла дверцу, как мне на глаза попались…мои собственные документы!

Должно быть, в эту часть секретера Арисса не добралась, уж не знаю, почему. Может, не хватило ума опустить взгляд? Здесь царит идеальный порядок, наведенный еще отцом. На душе потеплело от увиденного. Этот порядок будто короткий взмах руки из прошлого, добрая улыбка сквозь пелену смерти.

Папа…

Я думала, что мне придется бежать без документов, ибо Арисса сказала, что ничего подобного она не нашла. Я потеряла надежду найти именные документы, заверенные магией, но теперь, когда я нашла заветные бумаги, мне будет гораздо легче. Это и удостоверение личности, и защита от произвола, и возможность спокойно учиться и снимать жилье!

Когда мне было двенадцать, отец взял меня с собой в императорский дворец. Там вели специальный прием, заверяли наличие магического дара и вносили его в реестр вместе с данными самого носителя. У меня взяли каплю крови, смешали с чернилами на основе драконьего яда, и нанесли на именной документ, который был в двух экземплярах. Один отдали мне, а второй внесли в архив дворца.

Я в неверии вытащила бумаги. Это не подделка и не копия! Подлинный штамп императорского дворца и настоящая магическая тесьма по контуру документа.

«А ведь с этим документом можно попытаться поступить в академию» - мелькнула неожиданная мысль. Прежде я не думала в эту сторону, но теперь передо мной открылись новые перспективы. С теми деньгами, которые дал мне мужчина в публичном доме, я смогу уехать и устроить свою жизнь хотя бы на первое время.

Сложив драгоценные документы в свой дорожный саквояж, я встала и уже собралась уходить, как вдруг раздался звук открываемых входных дверей дома.

Я застыла, как вкопанная. В подтверждение снизу раздались голоса Ариссы и моего единокровного брата. Вернулись.

Что же делать? Показаться им на глаза и попрощаться по-человечески? Стоило только подумать о таком варианте, как все внутри сжалось. Нет уж! Арисса и ее сын – не те люди, которым можно доверять. Они скорее скрутят меня и самолично доставят обратно в публичный дом, чем пожелают доброй дороги.

Выйдя из кабинета, я прикрыла за собой дверь и поспешила скрыть в своей спальне. Тем временем, мачеха и брат уже поднимаются по лестнице. В последний момент я успела прикрыть дверь и скрыться в своей комнате. Благо, эти двое практически никогда сюда не заходят.

- Матушка, но я не хочу жениться! – Барри ноет, словно ребенок. А ведь парню уже восемнадцать лет!

- Ты раздражаешь меня! – бросила Арисса безо всяких церемоний. – Нам нужны деньги, Барри! Много денег! Не хочешь жениться? Тогда мы пойдем по миру! Продадим поместье и виноградники, поселимся в деревне, будем влачить жалкое существование. Ты этого хочешь, сынок?

- Нет, - недовольно пробурчал парень.

- Не переживай слишком сильно, дорогой. Жена - не навсегда. Поженитесь, ты получишь приданое, а дальше можно отослать ее, скажем, в дальнее поместье твоего отца.

- А она согласится? – все-таки, какие-то извилины в голове у братца имеются.

- А кто ее спросит? – бархатистым смехом ответила ему Арисса. – Жена должна подчиняться мужу. Главное – заключить брак, а там уже не важно, что будет. Даже если вы разведетесь, приданое мы ей не вернем.

- Матушка, но…

- Довольно, Барри! Ты утомил меня! – снова полыхнула раздражением Арисса. – Я всю ночь не спала и страшно устала! Только эту приживалку сплавила, как тут же ты решил довести мать до нервного срыва! Ты чудовище, Барри!

Даже стоя за дверью, я закатила глаза. Ариссе нужно кого-то жрать. Раз нет меня, то она не побрезгует и собственным сыном. Пока был жив отец, она не решалась задевать меня, стараясь держаться на расстоянии, но, когда его не стало, она разошлась по полной. Каждый день на меня сыпались упреки за все на свете. За съеденный ломтик хлеба за обедом. За наряды, которые мне купил отец перед смертью и потратил деньги, которые так нужны семье. За то, что смею жить с ними под одной крышей.

На самом деле, уже давно стало понятно, к чему все идет. Ни прошедшая ночь, ни мой сегодняшний побег не стали неожиданностью, которую ничто не предвещало. Мне потребовалась неделя после внезапной кончины отца, чтобы понять, что прежней жизни уже никогда не будет. Никто не желает терпеть мое присутствие в этом доме.

Что ж, избавлю их от своего присутствия.

Мачеха ушла в свою спальню. Уверена, она проспит до самого вечера. Барри слонялся по дому еще некоторое время, но затем тоже завалился спать. Не теряя ни секунды, я тихо выскользнула из комнаты и навсегда покинула дом своего отца.

Теперь мой путь лежит в обитель Светлой Матери, что стоит в восточной стороне.

***

Глава 7-2

***

Три дня спустя, обитель Светлой Матери, кабинет настоятельницы

- Значит, вы хотите стать послушницей обители Светлой Матери? – придирчиво рассматривая мои документы, спросила настоятельница.

- Я обладаю целительским даром, - напомнила я то, что и так написано в бумагах.

- Вот именно, моя дорогая, вот именно, - покачала головой женщина в возрасте, но с удивительно светлым лицом. – И со столь ценным даром вы желаете прозябать здесь, среди старых дев и разорившихся вдов? – в его голубых глазах плещутся смешинки.

Я оказалась обескуражена ее словами. Дорога до обители заняла двое суток. Я ночевала в таверне, путешествовала в повозке, меня едва не обокрали! А теперь настоятельница намекает, что не примет меня здесь?

- Я незаконнорожденная, мне светит лишь публичный дом или случайный брак бог весть с кем, - разволновавшись, я начала оправдываться и пытаться ее переубедить.

- Моя дорогая, - неожиданно женщина тепло улыбнулась и положила свою руку поверх моей, накрыв ее в покровительном жесте, - Империя уже много лет воюет, солдаты гибнут и получают тяжелые ранения. Целителей и сестер милосердия не хватает. Твой дар нужен людям, девочка, - улыбнулась она мне, а я растерялась.

- Но я не имею права лечить людей, у меня нет лицензии, - осторожно уточнила я. Мало ли, вдруг эта очаровательная женщина не знает основ имперского магического законодательства?

- Так никто и не говорит о лечении, - рассмеялась настоятельница. – В лазаретах очень не хватает сестер милосердия. Целителей отправляют на военную границу прямо из Академии, так что в них почти нет дефицита. А вот ухаживать за ранеными, делать перевязки, ставить уколы и давать им лекарства мало кто хочет. Мужчины считают такую работу непрестижной, а девушек не отпускают их семьи. Сама понимаешь, работа предполагает контакт с мужчинами, с гнойными ранами, с кровью и смертью. Далеко не все семьи готовы отпустить своих женщин на эту работу.

Да, но у меня-то нет семьи, которая стала бы переживаться.

Наверное, что-то отразилось на моем лице, потому что настоятельница сжала руку сильнее.

- Это лучше, чем прозябать здесь. Ты наберешься опыта, научишься основам целительства, заработаешь денег, а уже потом подашь документы для поступления в академию. В этом году набор студентов уже окончен, так что ты можешь попытать свои силы только следующей весной.

- Неужели меня возьмут? – покачала головой я, растерянная от открывшихся перспектив. Я ничего такого не планировала, но слова настоятельницы звучат очень заманчиво. У меня будет работа! Подумать только!

- Обязательно, - пообещала женщина. – Я договорюсь с главным врачом лазарета. Тебе предоставят спальное место и питание. Конечно, если ты согласна работать добросовестно и упорно, - ее взгляд потяжелел.

- Ко-конечно, - пробормотала я. – Все это так неожиданно, - призналась я ей.

- Боги любят удивлять смертных, - произнесла она со знанием дела и улыбнулась. – Если ты согласна, дитя, то я готова организовать тебе перевозку. Кучер обители доставит тебя прямо по назначению уже к утру.

Я выглянула в окно. Солнце уже клонится к закату, а значит, ехать придется в ночь. Прежде я всегда старалась на ночь остаться на ночевку в тавернах. Все-таки, ночью дороги империи особенно опасны.

- Не бойся, - понимающе улыбнулась настоятельница. – На кареты обители никогда не нападают разбойники. Императорский дом выделил нам лучшие защитные артефакты, которые сами по себе отпугивают всех разбойников. Ну, и богиня нас защищает, само собой, - подмигнула мне она.

- Что ж, тогда я согласна, - произнесла я и сердцем почувствовала: в этот момент моя судьба прошла особую веху. Впереди меня ждет новый этап жизни.

Настоятельница напоила меня чаем, накормила теплыми оладьями с клубничным вареньем, сунула в руки сверток со свежим хлебом и отправила в путь. Я обернуться не успела, как уже оказалась в просторном экипаже с мягкими сидениями. Настоятельница захлопнула дверь, и карета тронулась в путь.

Я даже и не надеялась на столь комфортное путешествие! Все те дни, что я добиралась из столицы до обители, мне пришлось трястись в тесных неудобных повозках, спать на соломенных матрасах, а горячего я не ела со времен последнего ужина в отцовском доме. Но в экипаже от обители без труда уместилось бы восемь человек! А уж я одна и вовсе чувствую себя королевой. Под потолком нашелся светильник, чтобы разогнать тьму. А под сидением и вовсе нашлось постельное белье и большая подушка. Я ахнула!

- Спасибо, - шепнула я, поблагодарив настоятельницу. Она видит меня впервые в жизни, но от нее столько добра и теплоты, словно сама Матерь говорит ее устами.

Ночь прошла удивительно спокойно. Кучер едет так аккуратно, что даже трясет не сильно, и ни одной колдобины нам не попалось. Я проснулась лишь тогда, когда мы уже подъезжали к лазарету. Едва выглянув в окно после пробуждения, я увидела величественный Восточный хребет – горную цепь, протянувшуюся на много тысяч верст. Кажется, будто горы подпирают небо. Красивые, строгие, молчаливые. Вокруг – ни души, ни намека на присутствие человека.

Но вот кучер свернул, и я увидела большое, но одинокое здание у подножья гор. Восьмиконечная звезда – символ целителей, висит над входом. Значит, это лазарет. Военное лечебное учреждение, куда доставляют раненых с поля боя. За Хребтом уже много лет ведется война. Она началась еще до моего появления на свет.

Драконы, которые являются элитой и кровью нашей империи, ведут борьбу за залежи магической руды в глубине Восточного хребта. Когда крылатые ящеры приступили к добыче, то обнаружилось, что местным это не нравится. Дикий народец, который издревле проживал в этих местах, вдруг стал ставить палки в колеса.

Быстро стало понятно, что сами горцы в магической руде не заинтересованы, а вот врагам драконов активность крылатых сильно не понравилась. Именно соседи снабжают горцев оружием и боевыми артефактами. В основном на Восточном хребте происходят мелкие стычки, но когда обнаруживаются новые большие залежи, то происходят крупные столкновения.

Глава 7-3

Держа в руках саквояж, я растерянно обернулась. Меня оставили одну на крыльце. Вокруг ни души, лишь сплошной лес, наползающий на трехэтажное здание лазарета. В некоторых окнах виднеется свет, а значит, там есть люди. Еще немного помявшись на пороге, я решила, что у меня нет иного варианта, кроме как подняться по высокой лестнице и войти внутрь. Никто не собирается меня встречать и нянькаться.

За тяжелой дубовой дверью оказался пустой и чистый коридор. Комнатные растения в больших вазонах, большие окна, гладкий пол, на котором легко поскользнуться. Меня окутал густой запах лекарств, который обычно царит во всех лечебницах.

Внутри – утренняя тишина. Мне пришлось самой идти по незнакомому коридору в поисках хоть кого. Удивительно, но почти сразу я набрела на кабинет с гордой надписью «Главный целитель лазарета».

Я осторожно постучала, но ничего не произошло. Я прижалась ухом к двери, чтобы понять, есть ли там кто-нибудь. Внутри никаких звуков, кроме странного… Это что, храп?

Точно, он!

Удивленная столь неожиданным открытием, я решилась толкнуть дверь. Просунув голову в скромно обставленный кабинет, я увидела милейшую картину: на небольшом диванчике спит мужчина в летах, с ночным колпаком на голове. Он храпит, и я ощутила себя ужасно неловко. Ворвалась к человеку, а он еще даже не поднялся. Я уже начала пятиться назад и прикрывать за собой дверь, когда мужчина вдруг резко хрюкнул, крякнул и подскочил на диванчике.

- Ой, - пискнула я, когда поняла, что меня заметили. Внутри все оборвалось. Сейчас начнется скандал и крики, что я посмела разбудить главного целителя. Меня выставят за дверь, и добираться обратно мне придется пешком. По дороге меня съест магическая тварь, и о существовании Аннализы мир забудет навсегда.

- Вы что-то хотели? – сонно пробормотал мужчины.

А, нет. Кажется, скандал отменяется.

- П-простите, - промямлила я. – Меня прислала настоятельница, я…

- Сестра?! – воскликнул мужчина, мгновенно проснувшись. В первое мгновение я растерялась, подумав, что целитель усмотрел между нами родственную связь. – Сестра милосердия? – уточнил он, заметив, что с растерялась. Целитель протер глаза и вылез из-под одеяла.

- Да, - подтвердила я, чувствуя себя крайне неловко.

- Отлично! Как хорошо, что вы приехали! – искренне обрадовался целитель и как был, прямо в пижаме встал и начал собирать какие-то склянки со своего стола у окна. – Нам очень нужны сестры! Людей катастрофически не хватает! Целителям приходится самим делать перевязки раненым! Вы представляете? А у них и так дел невпроворот! Бывает так, что приводят тяжелых раненых, и все целители бросаются к ним на помощь, а остальные пациенты остаются без перевязок и без уколов. Мыслимо ли такое?

- Кошмар, - покачала головой я. Почему-то возникло смутное ощущение, что мне заговаривают зубы.

- Вы готовы приступить к своим обязанностям?! – огорошил меня вопросом главный целитель.

- Сейчас? - я обомлела.

- Конечно! – он посмотрел на меня, как на дурочку. – А чего ждать? – мужчина обернулся ко мне, держа в руках стеклянные колбочки. Это же лекарственные зелья!

Действительно! Я-то ждала, что со мной проведут собеседование, узнают о моем опыте, посмотрят документы, проверят дар, дадут заполнить бумаги, затем устроят испытательный срок, а уже потом доверят больных. А мне с порога буквально пихают в руки лекарства и настаивают, чтобы я отправилась ухаживать за лекарствами.

- А вдруг я не справлюсь? – промямлила я, переминаясь с ноги на ногу.

- Уверен, настоятельница никогда не отправила бы ко мне неумеху! – безапелляционно заявил целитель. – Для начала раздайте лекарства первому отделению – у них инфекция. Во втором отделении всего десять пациентов, всем им надо сделать перевязки. В третьем отделении у нас гнойные больные, так что перед визитом туда и после всех процедур необходимо продезинфицироваться. А в четвертом отделении находятся тяжелые больные. Сейчас там всего один пациент, доставлен три дня назад. Бедолага чудом выжил. Представляете, почти сутки лежал под завалами и умудрился дождаться помощи! Шансов у него немного, но мы делаем все, что в наших силах.

- А где я буду жить? – попыталась я вставить хоть слово в стремительный поток слов.

- Жить? Ох, не беспокойтесь, голубушка, для вас выделена отдельная комната. Не хоромы, конечно, но тут ни у кого нет простора, - целитель выразительно посмотрел на свое собственное лежбище, оборудованное прямо в рабочем кабинете. – В самом конце коридора, синяя дверь. Можете оставить там вещи и скорее приступайте, - с этими словами он всучил мне все те скляночки, которые собрал со своего собственного стола.

Каким-то чудом мне удалось донести все это добро до той самой синей двери, во второй руке таща саквояж.

Вот и приехала! Даже имя мое никто не спросил, сразу загрузили работой по самое горло. Десятки пациентов, и каждого обработать, лекарство развести, еще и гнойные язвы промывать… Светлая Матерь! Да как же я все это успею?!

Но деваться некуда, пришлось приступать к работе. Склянки из кабинета целителя оказались концентратом, который необходимо развести в дистиллированной воде, каждому пациенту определенной крепости.

Сгрузив склянки на тумбу, я выдохнула и осмотрелась. Небольшое помещение, в котором не сделать и трех шагов по прямой. Что ж, зато есть большое окно с красивым видом на лес. Небольшая кровать со свежим постельным бельем, тумба, грубо сколоченный шкаф и тазик, одиноко висящий на гвоздике. Это лучше, чем ничего. По-моему, для незаконнорожденной бесприданницы, потерявшей невинность в публичном доме, я очень неплохо устроилась.

Прежде, чем приступать к обязанностям сестры милосердия, я решила привести себя в порядок. Все-таки в лечебном учреждении нужно поддерживать чистоту, а с моего дорожного платья отлетает дорожная пыль.

Набрав в таз теплой воды, я ополоснулась. Вот теперь совсем другое дело! Мне выдали форму сестры милосердия: нижнее белое платье и верхний голубой фартук с широким поясом. Очень женственная и удобная одежда. Я заплела влажные волосы в косу и решила, что полностью готова к работе. Вперед!

Глава 8

Лечебные корпуса представляют из себя разные, изолированные друг от друга «крылья» в одном здании. Вся обстановка здесь выполнена в классическом стиле: светлые стены с легкой каменной отделкой, одинаковые дубовые двери. Везде полный порядок и абсолютная чистота.

Оказывается, мне полагается тележка! Удобное устройство, на которое я выгрузила лекарства. Подойдя к первому отделению, я обнаружила у входа в него журнал со всеми назначениями напротив фамилий пациентов. Выверенная дозировка и окошко для подписи. Все четко и понятно.

Толкая вперед тележку, я вошла в отделение. Длинный коридор и около десятка палат. Вот палата номер один, пять пациентов. Открыв дверь, я громко поздоровалась:

- Всем доброе утро!

В первое мгновение все пациенты вздрогнули и с удивлением обернулись ко мне. Все мужчины лежат на койках и явно только-только проснулись. Я почувствовала себя беззащитной от пяти пристальных изумленных взглядов. Ей-богу, к ним, что, никогда сестры милосердия не заходили? Хоть я и смутилась, сумела удержать на лице улыбку и сделала вид, что ничего необычного не замечаю.

- Волларский? – назвала я первую фамилию в списке.

- Я, - неуверенно отозвался один из мужчин.

- Укол, - коротко обозначила я свои намерения, и мужчина скривился, будто ему предложили съесть кислый лимон. Ему положено внутримышечное введение средства, борющегося с инфекцией.

Разведя лекарство в специальном растворе для уколов, я набрала полный шприц и подошла к мужчине. Он застыл, глядя на меня умоляющими глазами щенка, которого собираются вышвырнуть из теплого дома на мороз. «Может, не надо?» - молит бедный пациент.

- Давайте, - решительно кивнула я, и мужчина со страдальческим видом перевернулся, подставляя под мою руку свою филейную часть. Я успела заметить его перевязанный бок.

Занеся руку над верхним правым квадрантом ягодицы, я быстрым движением вогнала иглу в мышцу. Пациент даже не вздрогнул. Когда я вводила лекарство, так и вовсе не шелохнулся.

- Вот и все, - заявила я, вытаскивая использованный шприц.

- Как – всё? – удивился тот. – Я почти ничего не почувствовал!

- Вот и хорошо, - улыбнулась я ему. – А вы бы хотели почувствовать?

- Н-нет, - промямлил он. – Но обычно эти уколы очень болючие, будто кипяток под кожу льют.

- Кошмар какой, - с сочувствием вздохнула я. – Сегодня вам повезло, так что радуйтесь. Корданский?

- Я!

- У вас лекарство, которое нужно выпить, - сообщила я и приступила к приготовлению раствора.

На пятерых пациентов первой палаты у меня ушло около десяти минут. Каждому дать лекарство. А впереди еще с десяток палат, и это только первое отделение…

В каждой палате меня встречали одинаково изумленными взглядами. Раненые мужчины самого разного возраста таращились на меня так, словно к ним в палату вошло магическое животное. У каждого в глазах читается немой вопрос: «Как это чудо сюда попало?»

На обслуживание первого отделения ушло всего полтора часа. Вышла я оттуда на ватных ногах. Каждому пациенту нужно развести лекарство в нужной концентрации, затем уговорить выпить. Даром что там взрослые мужчины. В каждой палате находится экземпляр, который, словно мальчишка, начинает выяснять у меня, какое на вкус лекарство.

- А оно не горькое? А вы сами пробовали? А можно не пить?

Во втором отделении были пациенты с ранами. Их оказалось гораздо меньше, но в каждым пришлось возиться по несколько минут. Сменить бинты, обработать раны специальной мазью, каждого опросить на предмет жалоб. На второе отделение тоже ушла пара часов. Оглянуться не успела, а время уже близится к обеду. В животе заурчало.

Хм… Интересно, а мне положен обед?

Будто услышав мои мысли, на подходе к третьему корпусу нос защекотали ароматы котлеток. Светлая Матерь, дай мне сил! Это издевательство какое-то!

Перед входом меня ждет каменный дезинфицирующий артефакт. Одно прикосновение к нему, и меня обдало теплой волной магии. Теперь я стерильна до кончиков волос.

Когда я вошла внутрь третьего корпуса, то увидела в общем коридоре раздатчицу еды. Полная женщина с лицом в форме сердца. У нее такая же тележка, как и у меня, вот только наполнена она горячей ароматной едой, а не горькими снадобьями. Каждому пациенту она наливает куриный суп и гуляш с овощами, от одного запаха которых у меня закружилась голова.

- О! А у нас новая сестричка? – проворковала женщина, завидев меня. – Садись, я и тебя накормлю. Вон, глаза от голода горят. Ты у нас тут одна, все остальные помощники разбежались по столицам и тепленьким местам. Никому не охота работать в провинции, вдали от людей, среди войны и крови.

Добрая женщина налила мне теплый обед, и я от души поела. Когда тарелки опустели, а я погрустнела, раздатчица дала мне добавки. Удивительно, но она не ушла даже после того, как всех накормила. Все говорила и говорила, перескакивая с темы на тему. Про своих сыновей, что уехали на заработки, да так и остались в городе. Про пациентов, которых огромных трудом выхаживают целители, а они снова возвращаются в горы, и оттуда их приносят с новыми ранениями.

А теперь настал через четвертого, самого тяжелого отделения, где выхаживают тех, кто завис между жизнью и смертью. Я направилась туда, намереваясь закончить с последним пациентом и уйти отдохнуть. Я очень устала, голова болит. К моему удивлению, раздатчица пошла за мной.

- Идем-идем, - сказала она мне. – Там работы много, я тебе помогу. Он тяжелый. Не только по здоровью, но и сам по себе. Мужик крупный, а ты тонкая как ниточка. Как ты его ворочать-то будешь?

Мы вошли в четвертое отделение. Нас встретила непривычная тишина. Если прежде во всех местах лазарета чувствовалось присутствие живых людей, то здесь царит мертвая атмосфера. Палат пять, но занята всего одна. Здесь, в полной тишине лежит мужчина.

«Неизвестный» - коротко гласит надпись в листе назначений.

Глава 8-1

Войдя в палату, я обомлела. Он весь с головы до ног оплетен поддерживающими заклинаниями. Рядом с койкой находятся пять (!) артефактов: для искусственного дыхания, для поддержания биения сердца, для лечения сломанных костей, для предотвращения отека мозга и для поддержания крови в нормальном состоянии.

Я посмотрела показания артефактов. М-да, дела плохи.

Увидев эту жуткую картину, мое сердце ухнуло куда-то вниз. Передо мной фактически живой труп. Этот мужчина не умер только каким-то чудом. Отключить хоть один артефакт, и он абсолютно точно погибнет.

- Бедный, - вздохнула раздатчица, пока я стояла застывшей статуей у входа. – Мы даже имени его не знаем. При нем ни документов, ни значка никакого не было. Нашли под завалами, одежда вся в клочья. Полумертвого вытащили. Чудом, что живой.

Я сглотнула и очнулась от оцепенения. В душе воцарилось тяжелое смятение. Я никогда прежде не видела людей в столь тяжелом состоянии. Его аура буквально разорвана в клочья. По ней даже невозможно определить, маг передо мной, дракон или простой крестьянин.

- Неужели после такого можно восстановиться? – прошептала я себе под нос и неожиданно получила ответ:

- Все возможно, если боги благоволят. Давай, не стой там, приступай. Ему нужно бинты сменить, лекарства вколоть, поменять белье.

Я заставила себя сдвинуться с места и приступить к делу. Лишь когда я начала читать карту назначений и готовить лекарства, заметила, что у меня трясутся руки. Что поделать, я никогда прежде не видела людей в столь тяжелом состоянии.

Но не только в этом причина моего смятения.

Я ощущаю странную щемящую боль рядом с этим безымянном мужчиной. На глаза наворачиваются слезы. Может, это усталость так сказывается? Но я весь день ухаживала за ранеными, и видела много страшных ран. У одного мужчины во втором отделении не было обеих рук, но даже он не вверг меня в то состояние, в котором я нахожусь сейчас.

Подойдя ближе, я всмотрелась в лицо раненого. Ничего не разглядеть. Вся его голова покрыта бинтами, глаза заклеены специальными накладками.

- Неужели о нем совсем ничего не известно? – спросила я у женщины.

- Ну, только то, что он огненный маг, - вздохнула та в ответ.

- А как это поняли? – нахмурилась я. Да, высокий рост и крупное телосложение намекают на то, что перед нами не крестьянин. Однако, само то, что он выжил, ярко свидетельствует об огромной силе этого мужчины, как физической, так и сущностной.

- Так на нем ни одного ожога, - хохотнула раздатчица. – Представляешь, вся одежда в пепел обратилась, камни обуглились, а на нем даже волосы не подпалились. Маг это огненный, зуб даю.

- Но его же, наверное, ищут, - нахмурилась я. Огненные маги – высшая знать. Если бы один из них пропал, об этом трубили бы на каждом шагу.

- Мы тоже так думали, да только не ищет никто мага в этих местах. Откуда он взялся тут, и кто такой – никому не ведомо. Как помрет, так и на табличке надгробной нечего написать, кроме даты смерти.

Ее слова показались мне жуткими. Раз маг, значит, у него есть имя, род и родственники, которые наверняка ищут своего драгоценного сына или отца.

В четвертом отделении все строго. Чтобы узнать назначения, я открыла специальный журнал, лежащий возле больного. Список лекарств и мероприятий занял половину страницы, при том, что у всех предыдущих пациентов – не более строчки. Сюда же нужно делать отметки о выполненных процедурах, поставить подпись и время. Открыв документ, я зацепилась взглядом за анамнез пациента, который описан здесь же, на отдельном вложенном листе.

Сломаны почти все крупные кости, множественные повреждения внутренних органов, ушиб сердца, мозга, правое легкое схлопнулось. Все это ужасно, но меня поразила следующая строчка. Точнее, полная пустота там, где должны были быть подписи и время.

- А почему вчера пациент не получил никаких лекарств? – спросила я у раздатчицы, не особо надеясь на ответ. Но она его дала:

- Так, вчера вечером поступило пятеро раненых! Все целители к ним на помощь ринулись, а на этого сил-то и не хватило. Да и не только на этого. Остальные пациенты вчера тоже остались без вечерних уколов. А что делать? Сестер-то нет, вот и работать некому, - под конец монолога ее голос зазвучал виновато.

- Но также нельзя! – воскликнула я и стала побыстрее набирать шприцы. – Он же умрет!

- Милая, - сочувственно вздохнула женщина, - он и так умрет. Уж поверь моему опыту, я тут двадцать лет работаю. Не жилец он.

Почему-то ее слова вызвали бурный протест в моей душе.

- Даже если так, это не повод не оказывать ему помощь, - ответила я как можно сдержанней. Шприцы готовы, и я начала вводить препараты. Один, второй, третий. Показания артефактов начали улучшаться на глазах! Выровнялся и снизился сердечный ритм, дыхание стало ровным, даже аура стала лучше выглядеть. – Не понимаю, как же так?! – не выдержала я, увидев все это. – Ему не дают препараты, поэтому он ухудшается!

- Так некому же, говорю тебе, дуреха! – раздатчица тоже начала нервничать.

- Неужели нельзя кого-нибудь вызвать? – предложила я. –

Женщина пробубнила в ответ нечто нечленораздельное.

Когда все положенные препараты были введены, я обнаружила, что в артефактах заканчивается магическая энергия. Никто не удосужился их зарядить! Если хоть один из них остановится свою работу, наш безымянный пациент окончательно ускользнет из мира живых. И это в горах, которые напичканы магической рудой! Уму непостижимо! Все равно, что умереть от жажды посреди пресного озера.

- Нужны накопители магии, - коротко сообщила я раздатчице. – Они должны здесь в кабинете главного целителя. Принесите, будьте добры.

Женщина сделала недовольное лицо, но возражать мне не решилась. В конце концов, следить за количеством магии в артефактах – это обязанность сестры милосердия. Моя помощница ушла, и я осталась один на один с полумертвым пациентом. Его жизненные показания выровнялись, но это ненадолго. Уже к вечеру они снова начнут падать. Я приду, вколю новые дозы, но если организм мужчины не пойдет на поправку, то скоро и эти препараты перестанут помогать. Он начнет угасать и однажды просто уйдет на тот свет.

Глава 8-2

Я попыталась взять под контроль магию, но она не поддалась, продолжая с сумасшедшей силой питать того, чьего имени я даже не знаю. Все больше и больше, не останавливаясь ни на секунду.
«Я же так умру» - мелькнула в голове равнодушная мысль.

А магия все течет и течет. Я слабею. При столь резком опустошении резерва я сама рискую оказаться рядом с этим несчастным на соседней койке. Что вообще происходит…?

Когда магии во мне осталось буквально на донышке, поток резко оборвался. Я словно получила удар под дых и рухнула на каменный пол. Закрыв глаза, я, кажется, на пару минут потеряла сознание. Исчезли звуки и ощущения.

С трудом разлепив глаза, поняла, что даже не то, чтобы встать, сил не осталось. В ушах шумит, сердце глухо бьется в груди, а мышцы налились свинцовой тяжестью.

- Ой! – испуганный вскрик раздатчицы. – Да ты чего это, девочка? Поскользнулась что ли?! – женщина бросилась ко мне и, схватив за плечи, с удивительной силой дернула вверх. Она подняла меня на ноги и дала опору, чтобы я снова не растянулась на полу. Поразительно сильная женщина! Без ее поддержки я на своих ногах и полуминуты бы не простояла.

Она уложила меня на соседнюю койку. Я оказалась не в силах даже забросить свои ноги на кровать. Светлая Матерь, что со мной такое? Голова кружится, в висках стучит. Я сердцем чувствую, что произошло нечто невообразимое, но разумом никак не получается осознать произошедшее. Я чувствую, что за минуту потеряла почти весь свой резерв, который был заполнен до краев. Я не использовала свою магию с тех пор, как погиб отец. Тогда, на его похоронах, стало плохо одной из женщин. Я использовала свой дар, чтобы привести ее в чувство. С тех пор я не потратила ни капли магии. А значит, за минуту я истратила практически весь свой резерв.

- Да что с тобой, а? – причитала раздатчица, имени которой я даже не удосужилась узнать. – Одну оставила на пять минуточек, а ты уже вон, бледная, словно сама смерть!

- Дайте красный флакон из моей тележки, - простонала я, собрав в кучу остатки мозгов. Голова болит так, словно меня ударили поленом.

Раздатчица легко нашла нужное лекарство и дала его мне. Я выпила все залпом. Это восстанавливающее средство, передозировка им практически невозможна, зато на ноги ставит за несколько минут.

- Девочка, что ж у вас тут случилось-то? – пытается допросить меня раздатчица.

- Да так, ерунда, - прошептала я, прикрыв глаза.

- Ты это… - теперь ее голос зазвучал подозрительно, - не беременная случайно?

- Нет, - я рассмеялась от такого предположения. – Я целительница, и если что, почувствовала бы.

- Смотри у меня! – женщина погрозила мне пальцем. – Нам сестры милосердия очень нужны! Так, а если не беременная, то чего ж тогда на ногах не стоишь?

Женщина не получила ответа на свой вопрос. Она сверлила меня недовольным взглядом, явно подозревая меня в темных делишках, но внезапно на помощь пришел наш пациент.

- М-м-м, - он издал странный полустон-полухрип.

Мы с моей напарницей дружно повернули головы к больному. Это еще что за новости? Обычно такое оживление свойственно…предсмертной агонии.

Только не это!

Вторя моим мыслям, поддерживающие артефакты начали пищать, сигнализируя о неполадках.

- Нет! – ахнула я и нашла в себе силы сползти с кровати. Хочешь-не хочешь, а спасать больного нужно. Я столько сил ему отдала! Буквально весь свой резерв в него вложила, а он помирать собрался!

Бессовестный!

Встав с постели, я снова едва не упала, но, держась за предметы, все-таки добралась до больного. Что у нас тут? Артефакты пищат, но их показания, как ни странно, в норме. Я бы даже сказала, отличные показания! И сердце, и легкие, и мозговые импульсы – все прекрасно. А из-за чего тогда весь сыр-бог?

Я с подозрением посмотрела на неподвижно лежащего мага. Несколько секунд, и ответ пришел сам собой.

Я заметила, что он пытается делать дыхательные движения, но мешает артефакт искусственного дыхания, который вмешивается в нормальную работу легких. Одним движением руки я отключила пищащий артефакт.

- Ты чего делаешь?! – раздатчица вытаращила свои глаза, глядя на меня, как на убийцу. – Оно ж ему дышать помогало!

- Нет, - выдохнула я, борясь с головокружением. – Мешало. Смотрите, он дышит сам.

Хорошо дышит, глубоко и ровно. Сердце тоже бьется хорошо, но отключать и сердечный артефакт я не решилась. Пусть этим занимаются целители. В конце концов, я всего лишь сестра милосердия.

- Давайте сменим ему бинты, - предложила я. – И я пойду.

- А ты сможешь? – с сомнением глянула на меня моя помощница.

- Да, настойка действует, - кивнула я уверенно. Эффект продлится около часа, а затем… Затем мне потребуется отдых и еда.

Наш, еще десять минут назад полумертвый пациент, заметно улучшился. Показания артефактов – прекрасные, да и его аура начала активно восстанавливаться. Конечно, об излечении говорить еще очень и очень рано, но динамика, безусловно, положительная.

Перевязка заняла около получаса. Старые бинты никто не менял как пару суток. Они пропитались кровью и прочими малоприятными жидкостями, которые сами по себе уже начали представлять опасность для пациента. К тому же, наложены они были кое-как, явно в спешке. Но даже не это самое главное. Под бинтами не оказалось никакой лечебной мази, которую необходимо применять при таких тяжелых ранах. Присмотревшись, я все-таки смогла обнаружить тонкий слой остатков лекарства, которое нанесли лишь местами и в очень маленьком количестве.

Бедный мужчина.

Я тщательно удалила с его кожи все лишнее, нанесла исцеляющую мазь и начала накладывать новые стерильные бинты. Аккуратно, внахлест. Моя помощница держала массивного и тяжелого мужчину, переворачивала его, когда требовалось, а я снимала старые бинты и накладывала новые.

В какой-то момент потребовалось обработать его лицо. Сначала нижнюю часть, а затем правую, потом левую. Сняв первую часть накладок, я посочувствовала магу. Если ему повезет, и он выживет, то не быть ему мечтой женских грез. Магическое пламя хоть и не нанесло ему ожогов, но изрезало лицо до жуткого состояния. До конца жизни на нем останутся жуткие шрамы, которые ничем и никогда не вывести.

Глава 8-3

Один глаз и вовсе едва закрывается. Бедный. Я склонилась над ним, чтобы закапать глаза специальными каплями. В этот момент на миг меня пронзило острое чувство, будто я знаю этого мужчину. Будто где-то уже видела его лицо.

Чувство внезапно вспыхнуло и через секунду погасло, как искра.

Я тряхнула головой, отгоняя странные эмоции. Должно быть, я слишком устала за сегодня, вот и мерещится всякая ерунда.

- А как вас зовут? – спросила я у своей помощницы.

- Меня-то? Зови меня тетя Ойра. Меня все так величают, - представилась она и рассмеялась.

Мы закончили. Теперь дракон лежит в чистых белоснежных бинтах и идет на поправку.

- Вот, теперь как новенький! – пошутила Ойра. – А вот ты, девонька, бледная, как эти самые бинты. Иди поспи, отдохни. Я тебе ужин занесу.

- Хорошо, - рассеянно кивнула я, чувствуя, как действие настойки заканчивается, а слабость возвращается.

Я истратила на дракона весь свой резерв. Причем, я не могу утверждать, что подлый маг украл у меня мою магию. У него просто не хватило бы сил на такой фокус. Нет, здесь другое. Я явственно помню, как моя сила сама обрела волю и сама обрушилась на пациента живительным водопадом.

Как такое вообще возможно?

С одной стороны, я очень рада за мага. Именно благодаря моей магии у него появился реальный шанс на жизнь. А с другой, я совершенно не понимаю, как такое вообще случилось. Эта неизвестность пугает. Магия словно взбунтовалась и зажила своей жизнью – никогда прежде такого не случалось. Да, у меня есть целительская магия, но, во-первых, на ее применение нет лицензии. Во-вторых, это небезопасно для моего здоровья. Я слышала о случаях, когда целители умирали, пытаясь чистой магией излечить полумертвых воинов, коими всегда оказывались драконы.

Драконы – самые прожорливые существа, лечить их – одна морока. Из-за их огромного магического резерва вылечить серьезные раны крайне сложно. Лишь единицы целителей способны лечить ящеров. Неподготовленный маг, решившийся излечить дракона, легко может расстаться с жизнью.

А может ли наш безымянный пациент оказаться драконом…?

Войдя в свою маленькую спальню, я присела на холодную кровать.

От этой мысли сердце забилось чаще. Разве так бывает? Драконы – элита, высший слой общества. Их очень мало, и вероятность встретить крылатого ящера очень мала. Да и откуда бы ему здесь взяться? Драконы – генералы, сильнейшие существа. Откуда бы ему взяться в одиночестве в столь далеком месте, где почти не бывает боевых столкновений?

Нет, тут что-то не то. И все-таки, чисто теоретически ничто не мешает огненному магу оказаться драконов. Его аура – красно-золотая, это видно даже по тем ошметкам, которые от нее остались. Если это дракон, то в таком состоянии его запросто можно было бы спутать с огненным магом, ведь магия у них и вправду похожа. А если это так, то это означает, что меня вполне мог «высосать» самый настоящий дракон.

От этой мысли мне стало плохо. Светлая Матерь! Я ведь могла умереть! А что, если и вправду умру? Сердце колотится, в мышцах огромная слабость, и голова идет кругом. Не рискую ли я умереть от внезапной остановки сердца прямо в постели?

Стало страшно. Я прилегла на подушку и попыталась успокоиться. Меня ведь не осушили досуха, чуточку магии осталось. Смерть от опустошения резерва происходит, если дракон разрывает ауру своей жертвы в попытке выпить из нее все, что только можно. Обычно такое случается, когда дракон пребывает в агонии.

Если моя магия так реагирует на пациента, то лучше к нему не приближаться.

А как мне его игнорировать? Других сестер милосердия в лазарете нет, персонала катастрофически не хватает. Тяжелым пациентом и так почти никто не занимается. Бинты наложены абы как, раны и вовсе не обрабатываются. Поддерживающие артефакты не заряжают, и я подозреваю, что многие препараты пациенту и вовсе не дали.

Я почувствовала личную ответственность за несчастного мага. Никто, кроме меня, ему не поможет. Если я этим вечером не вколю ему препараты, то временное улучшение сойдет на нет. Даже после подпитки моей магией ему необходимо лечение. Без грамотного ухода все пойдет коту под хвост.

Нет, я не могу этого допустить!

В раздумьях о том, как мне поступить, я и уснула.

Проснулась уже тогда, когда на улице царила ночь. К моему удивлению, на прикроватной тумбе обнаружилась тарелка с остывшей кашей и стакан с чаем.

Отряхнувшись от сна, я привстала и взглянула на часы. Светлая Матерь! Уже почти полночь. Я проспала и вечерний обход, и ужин, и вообще…всё! В спешке я подскочила, быстро съела холодную кашу, осушила стакан с чаем и, схватив тележку, помчалась к первому отделению. Нужно раздать всем лекарство, сделать перевязки, поставить уколы…

Я влетела в первое отделение и тут же обомлела. Застыла на пороге, едва войдя в двери. В коридоре темно. Свет везде погашен, и пространство наполняет нестройный мужской храп.

Все спят.

Этот факт ударил по сознанию, словно обух. Не буду же я врываться в палаты и будить пациентов ради пары капель лекарства. Это подождет до утра. Я помялась на пороге еще минуту и ушла, прикрыв за собой дверь отделения. И что мне теперь делать?

Я запоздало подумала о том, что у меня почти ничего не болит. Голова слегка кружится, но это ерунда по сравнению с тем, как я чувствовала себя после посещения самого тяжелого пациента.

Кстати, о нем.

Надо навестить бедолагу. Загляну, проверю, как он там, заодно вколю уколы. Ойра тоже уже спит – я слышу ее храп в ближайшей комнате. Придется справляться своими силами, благо, самое главные мы с ней сделали еще днем.

Набрав шприцы с лекарствами, я в полной тишине направилась в четвертое отделение. Нет ни людских голосов, ни привычного мне шума дороги. Лишь шум лесной листвы.

Глава 9

Четвертое отделение встретило меня уже знакомой тишиной. Войдя в палату к пациенту, у меня вновь сжалось сердце от жалости и боли. Он здесь один, абсолютно никому не нужен. Неправильно это как-то – сутками лежать в абсолютной тишине. Помню, несколько лет назад я читала книгу, где было сказано, что даже тяжелые больные в состоянии комы могут слышать, когда с ними говорят.

- Доброй ночи, - бодро поприветствовала я мужчину. Он не отреагировал. – Как ваше самочувствие? – я заглянула в журнал назначений. Мои записи стоят последними. К тяжелому больному не заходили целители, ему не проводилось никакого лечения.

Я ощутила глухое раздражение. Захотелось ворваться в кабинет к тому милому дядечке, который принимал меня на работу, и хорошенько поскандалить. Что это за лазарет такой, где люди брошены на произвол судьбы? Если бы не я, этот несчастный маг уже умер бы от разрядки артефактов.

Взгляд зацепился за показания этих самых артефактов, и я…обомлела. Да они идеальные! И пульс ровный, и давление в полной норме, и даже мозговые импульсы такие, будто наш пациент просто спит. По-хорошему, эти артефакты нужно просто-напросто отключить, но я не имею права принимать подобные решения. Это должен делать главный целитель, а не сестра милосердия.

Я ввела магу все положенные препараты, стараясь не прикасаться к нему. Вдруг опять произойдет неконтролируемый выброс моей магии? В таком случае, на своих ногах я отсюда точно не уйду.

И вот, вся работа сделана, надо бы покинуть палату, а я не могу. Что-то держит. Я уйду, а он вновь останется один, никому ненужный, в полной тишине.

Неожиданно мой взгляд зацепился за книгу, лежащую на лекарском столе в самом дальнем углу. Внимание привлек нетипичный для лечебных учреждений ярко-красный цвет обложки. Даже издалека я вижу, что это отнюдь не внутренний документ.

«Книга сказок» - прочитала я название, приблизившись. Откуда она здесь? Я взяла в руки книгу и с удивлением обнаружила на ней толстый слой пыли. Ого! Сколько же времени она здесь лежит? Год? Мне с грустью подумалось, что и до моего пациента в этой комнате лежали люди, которые зависли между жизнью и смертью. И судя по наличию этой книги, им кто-то читал, кто-то за них переживал.

Взяв в руки томик, я присела на стул возле кровати и начала читать мужчине сказки. Про братца-кролика, про хрустального дракона, про оборотня-тигра, истинную которого украл коварный маг.

Отец читал мне все эти сказки, когда я была маленькой. Так приятно освежить в памяти старинные сюжеты.

Я дочитала последнюю сказку и подняла глаза на своего пациента.

- Как вам? – спросила я с улыбкой. – Хороший из меня чтец?

К моему удивлению, в ответ веки пациента затрепетали. Я глазам своим не поверила! Повязок на его глазах уже нет, и мужчина неожиданно открывает их.

У меня перехватило дыхание.

Зеленые глаза. Наши взгляды встретились, и первое, что я заметила – его глаза имеют глубокий зеленый оттенок. Такой красивый, притягательный. Нечасто у мужчин бывают такие красивые глаза.

Он посмотрел на меня пристальным сознательным взглядом. Помимо красоты, от моего внимания не ускользнула и израненная кожа вокруг глаз, и воспаление белков. До выздоровления ему еще очень далеко. И снова меня пронзило острое чувство, словно я где-то видела его.

Мужчина посмотрел на меня, и могу поклясться, что он улыбнулся. Пусть под слоем белых бинтов невозможно увидеть его лицо, я отметила характерное сокращение мышц.

- И-и-и… - простонал он, а в следующее мгновение зеленые глаза закатились.

Пациент вновь потерял сознание.

Несколько секунд я стояла в стопоре. Что делать? Очевидно, лечение подобрано правильно, и пациент идет на поправку. Нужно ли сообщить главному целителю об инциденте? Но тот наверняка спит. Если он в состоянии бодрствования не уделяет внимания тяжелому пациенту, то вряд ли вскочит среди ночи проверять его реакции на внешние раздражители.

Нет, так не будет. Он скорее выгонит из своей спальни наглую сестру. Не уволит, ибо персонала и так нет, но сделает выговор. Может даже, урежет жалование.

Я просидела с пациентом еще около часа. Читала ему в постоянном ожидании, что он снова откроет глаза. Но ничего не произошло. Вскоре я поняла, что устала: глаза закрываются сами собой, чтение часто прерывается зевотой. Мне надо выспаться.

- Я зайду к вам утром. Поправляйтесь, - попрощалась я с пациентом и вышла. Все, о чем могла думать, так это о том, как сейчас упаду в свою постель и усну до рассвета.

- Эй! Тут кто-нибудь есть?! – неожиданно услышала я агрессивный мужской голос. – Лекари! Сестры! Кто-нибудь! – он звучит из другого конца коридора, но мне стало не по себе. Мужчина, кем бы он ни был, явно очень зол. Откровенно говоря, в первое мгновение захотелось спрятаться за ближайшей дверью и сделать вид, что меня тут нет. – Да что за лазарет, в котором…

- Я здесь! – прервала я его бурное возмущение, когда поняла, что мужчина приближается.

- Где?! – злость сменилась искренним удивлением. Мужчина вынырнул из-за угла, и мы едва ли не столкнулись нос к…хм…груди. Первое, что стало понятно – он намного выше меня. Выскочив в коридор, даже не сразу заметил меня. Ему пришлось опустить голову, чтобы встретиться со мной взглядом. В его глазах мелькнуло явное недоумение, словно он ожидал встретить здесь кого-то более впечатляющего, что ли. – Вы кто?! – не очень-то галантно поинтересовался мужчина.

- А вы? – вернула я ему вопрос.

- Я? Я ранен, а этот криворукий… - он хотел ругнуться, но, взглянув на меня, проглотил слово, - в общем, забинтовал так, что рана кровит и болит еще сильнее, чем раньше! – досадливо скривился мужчина, держась за перевязанное плечо.

- Идемте, - коротко бросила я, направляясь к своей тележке, которую оставила возле выделенных мне комнат. – И не кричите, тут все спят, - добавила зачем-то, чем вызвала удивление на лице мужчины. Голосить он перестал, даже усмехнулся.

Глава 9-1

- Я не нашел ни одного целителя в ординаторской, а сестринская и вовсе закрыта.

- Да, персонала нет, - устало повторила я. – Никто не хочет работать в такой глуши.

- Странно, - хмыкнул он. – Я слышал, что военным целителям платят очень щедро.

- Как видите, это не помогает, - пожала плечами я.

- Или кто-то приворовывает золото, которое направляет корона для зарплат работникам лазарета, - мужчина скривился от боли.

- Все возможно, - равнодушно отозвалась я, не желая спорить.

Наконец, моя тележка нашлась. Тут-то и выяснилось, что беспокойному, но рослому пациенту придется присесть, чтобы я смогла оказать ему помощь, а поблизости не оказалось ни одного стула.

- Придется пригласить вас в гости, - улыбнулась я. В другой ситуации я бы думала о своей репутации и вряд ли решилась бы пустить постороннего мужчину к себе в спальню. Но в последнее время я учу себя не думать об этих условностях. Арисса была права: я – незаконнорожденная особа, потерявшая невинность в публичном доме с неизвестным мужчиной. Понятие репутации ко мне не имеет никакого отношения. – Присаживайтесь, - я указала пациенту на скромный стул у стены.

Мужчина вошел, пригнув голову у дверного косяка. Он выглядит растерянным. Такого разворота ситуации он не ожидал. Войдя в спальню, хмыкнул и присел на стул. Я вооружилась ножницами. Сейчас посмотрим, что там у него болит.

Когда я начала резать бинты, мужчина глянул на меня с недоверием.

- А вы уверены, что все делаете правильно? – почему-то спросил пациент.

- Абсолютно, - уверенно ответила я. – А что?

- Я думал, что такую работу должны выполнять целители, а не сестры, - прохладно хмыкнул он.

- А я вас чем-то не устраиваю? – улыбаюсь я устало, разрезая бинты.

- Вы? – мужчина улыбается в ответ. – Вы прекрасны, но вид крови отнюдь не для юной девушки.

Как раз после этих слов я увидела рану. Кровоточащая, глубокая, гноящаяся по краям. М-да, дела плохи.

- Вы недооцениваете юных девушек, - вздохнула я. К сожалению, повязка наложена неправильно, а рана не обработана, поэтому пациент чувствует боль. Ему становится хуже, несмотря на «лечение».

- Я их обожаю и берегу изо всех сил, - внезапно он улыбнулся мне широкой улыбкой. Впрочем, долго это не продлилось. Я начала обрабатывать рану, и улыбка погасла.

- Потерпите, - попросила я. – Будет щипать, но это быстро пройдет.

Я удалила гной и нанесла антисептические растворы. Наложила новые бинты, крепко завязала их.

- Лучше? – уточнила у пациента.

- Все еще болит.

- Давайте уколю вам обезболивающее. Приспустите штаны, - попросила я.

- Э-э-э, - растерялся пациент. – Зачем? – он взглянул на меня со странным выражением.

- Будем делать укол, - с этими словами я начала набирать шприц. – Или вы хотите терпеть боль?

- Н-нет. Я из-за нее заснуть не могу, - прежде уверенный и громкий голос мужчины внезапно засквозил страхом и растерянностью.

- Тогда спускайте, - я повернулась к сидящему мужчине, держа в руке шприц. Он глянул на иглу с таким неподдельным ужасом в глазах, что мне сразу стало все понятно. – Вы боитесь уколов? – с удивлением осознала я.

Этот страх никак не вяжется с внешностью воина. Рослый, плечистый, с широким лицом и развитой мускулатурой. А при взгляде на тонкую иглу глаза загораются неподдельным страхом.

- Нет, не боюсь, - он спрятал глаза. – Просто они болючие очень…

- Повернитесь, - вздохнула я, желая поскорее лечь спать. Голова гудит от усталости. У меня нет времени на то, чтобы уговаривать взрослого мужчину, будто маленького мальчика.

Он мои условия выполнил. Повернулся спиной и…замер. Я, что, сама должна стаскивать с него штаны? Нет, на это я пойти не готова.

- Приспустите штаны, - повторила я свою просьбу. Пациент вздрогнул, будто звук моего голоса полоснул его по напряженным нервам.

То ли от волнения, то ли от тугоухости, но он решил проблему радикальным способом. Одно движение, и его брюки рухнули на пол. Моим глазам предстал голый мужской зад.

- Светлая Матерь! – ахнула я и закрыла глаза. Лицо налилось краской.

Я впервые в жизни увидела голого мужчину. Пусть только с одного ракурса, но…

- Что? – не понял заминки пациент.

- Достаточно было лишь приспустить край, - выдохнула я, но мотнула головой и решила покончить со всем этим ночным кошмаром. Приблизившись к беззащитному заду, вставила иглу и ввела обезболивающее. – Вот и все, - сообщила я, прикладывая вату со спиртом к мужской ягодице.

Глава 9-2

- Как все?! – искренне удивился буйный пациент, натягивая штаны. – Я даже боли не почувствовал!

- В следующий раз обязательно учту ваши пожелания и постараюсь сделать вам как можно больнее, - решила поёрничать я.

Мужчина завязал штаны и повернулся ко мне лицом.

- Как ваше имя? – спросил он с улыбкой. Его вопрос удивил.

- Анна-Лиза, - назвалась я.

- Лиза, - сократил он мое имя, что мне не понравилось. В небольшой комнате стало очень тесно. Этот крупный мужчина занимает слишком много места. – А меня зовут Коул. Приятно познакомиться с девушкой, у которой золотые руки, - с этими словами он неожиданно завладел моей ладонью, сжав ее. Мгновение – и на моих пальцах остался его крепкий поцелуй. – Это был самый приятный укол за всю мою жизнь. Вы верно подметили, я их с детства боюсь.

Он говорил, а я всмотрелась в его лицо и вдруг поняла, что впервые вижу этого мужчину.

- Когда вы поступили? – оставляю его откровения без ответа.

- Поздно вечером, - ответил Коул, отпуская меня. – Меня наспех обработали, а я спать не могу от боли.

- Теперь вам будет легче, обезболивающее очень сильное, - я всем своим показываю, что пациенту пора.

- Я уже собирался устроить разнос главному целителю, но теперь встретил вас и даже рад, что этот старый осел не попался мне первым, - рассмеялся Коул, а я отметила про себя, что он рассуждает отнюдь не как просто вояка. Кричит на весь лазарет, общается в приказном тоне, обзывает главного целителя, и вообще, ведет себя так, словно…привык командовать.

- Кто вы? – спрашиваю, склонив голову набок.

- Коул Бордер, подполковник Восточного гарнизона, - представился он, гордо выпятив грудь колесом.

- Светлая Матерь, - негромко ахнула я. – Передо мной оголил зад офицер императорской армии! – не удержалась я, а Коул громко рассмеялся.

- То ли еще будет, - подмигнул он мне. – Сколько вам лет? – последовал неуместный, на мой взгляд, вопрос.

- Вам пора спать, Коул, - произнесла я, давая понять, что не намерена близко знакомиться. Однако, навязчивый пациент смотрит на меня так, что одними глазами говорит: «Я не отстану».

- А я не хочу спать, - заявляет он, нагло ухмыляясь.

- Тогда я могу предложить вам укол снотворного, - я начала терять терпение. При упоминании еще одного укола уверенность Коула куда-то улетучилась. – И на этот раз я не могу обещать, что он будет таким же безболезненным.

Мужчина стушевался и завел руки за спину.

- Спасибо за помощь, - улыбнулся он. – С нетерпением жду завтрашнего обхода. Имейте в виду: если ко мне придет какая-то другая сестра, я буду жаловаться.

- Хорошо, - его попытки заигрывать со мной уже начинают раздражать. – Заодно пожалуйтесь на бездействие целителей. В четвертом отделении лежит тяжелый пациент, которому никто, кроме меня, не оказывает никакой помощи. Пожалуйтесь, будьте любезны. Вдруг это исправит ситуацию.

Мои слова напрягли Коула. Он недовольно нахмурился.

- Что за тяжелый пациент? Кто он? – спрашивает тот.

- Если он очнется, мы обязательно его об этом спросим, - отвечаю с улыбкой.

- Интересно, - цокает языком Коул. – Что ж, надо разобраться. Спокойной вам ночи, прекрасная девушка с золотыми руками, - он все-таки не удерживается и отвешивает мне комплимент. Я лишь скупо улыбаюсь, ничего не говоря в ответ.

Наконец, Коул уходит. Я закрываю за ним дверь, падаю в постель и мгновенно проваливаюсь в сон.

Утром меня ждет завтрак и новый обход. Все как обычно, вот только, из головы не идет тяжелый пациент. Как он там? Навестили ли его целители? Быть может, он уже очнулся? Хочется бросить все и навестить его, но в лазарете много и других пациентов. Им тоже нужно лечение. В третьем отделении меня ждет уже знакомый пациент.

Когда я вхожу в палату, Коул растягивает губы в довольной улыбке.

- Наконец-то, - произносит он. – Хоть что-то приятное в этой больничной тягомотине.

Такое откровенное внимание ко мне раздражает. Остальные пациенты демонстрируют лишь вежливый интерес, а подполковник позволяет себе слишком много.

- Вам положены уколы и перевязка, - произношу равнодушно и холодно. – Готовьте ягодицу.

- Не поверите, но я впервые в жизни принимаю укол с удовольствием, - Коул перевернулся на живот и приспустил край штанов. Что ж, не стал светить своим задом на всю палату, и на этом спасибо. Мне хватило его вчерашней выходки.

- Да, у нашей новой сестрички легкая рука, - подтверждает еще один больной – пожилой мужчина с рваной раной голени.

Склонившись над Коулом, я поняла, что хочу отвязаться от его назойливых приставаний. Вчера я была сонной и уставшей, но сегодня, проснувшись, ясно осознала: мне неприятно мужское внимание. Не только Коула, но и вообще, любого мужчины.

Вспомнив ночь в публичном доме и похотливые взгляды мужчин, вздрагиваю. Я хочу забыть все, что там произошло, как страшный сон. Какое счастье, что я не помню события той ночи. В памяти остались лишь смазанные отрывки вечера: мой танец, общение с Оресом и утренний разговор с мужчиной, который, наверное, стал моим первым.

Я демонстративно проигнорировала Коула. Сначала обработала всех остальных обитателей палаты, а его оставила «на десерт».

Мотнув головой, я набрала шприц с лекарством и подошла к оголенной ягодице подполковника. Не мучаясь совестью, резким движением вогнала иглу в его зад под острым углом. Мужчина вздрогнул и едва слышно вскрикнул. Я начала вводить препарат, а пациент, кажется, заскулил.

Ничего, потерпит. Этот самоуверенный бык явно не понимает слов и отказов не принимает. Что ж, придется объяснять по-другому.

Не говоря ни слова, я вытащила шприц и молча удалилась из палаты.

К тяжелому пациенту из четвертого отделения спешу со всех ног. Распахиваю дверь и с порога едва не ахаю. У пациента открыты глаза!

Не веря в такое чудо, приближаюсь к мужчине и оказываюсь в поле его зрения. Взгляд зеленых зрачков тут же фокусируется на мне.

Глава 10

Леонард

Первое, что он ощутил, едва придя в себя – присутствие истинной. Совершенно новое для дракона чувство, но его невозможно спутать ни с каким другим.

Истинная здесь, рядом с ним.

Зверь мгновенно отзывается. Просыпается, поднимая голову. Только его присутствие позволяет Леонарду открыть глаза.

Он видит ее. Нежное лицо в обрамлении светлых волос, убранных под целомудренную косынку. Изумление на девичьем лице сменяется неподдельной радостью. Она улыбается, и его затопляет щенячьим восторгом. От этой улыбки дракон вновь проваливается в небытие.

В следующий раз Леонард пришел в себя в полном одиночестве. Рядом ни истинной, ни брата, вообще ни души. Лишь полная тишина и тихий писк артефактов. Оглядевшись, он понял, что находится в палате. Попытался пошевелить руками, но конечности пронзила острая боль. Нет, лучше ему пока не двигаться.

Бездна!

Леонард быстро осознал, что максимум, который ему доступен – это шевелить пальцами и глазами. Даже поворот головы невозможен. Он, могучий дракон, сильнейший в своем поколении, стал беспомощен, словно котенок.

Эта мысль оглушила. Сознание спутано, никак не получается на чем-то сосредоточиться, но даже в таком состоянии Леонард осознал весь ужас своего положения.

«Эй! Кто-нибудь!» - мысленно позвал он, не в силах разомкнуть губы. Не в силах даже замычать.

Проклятье.

Это состояние хуже смерти.

Судя по всему, его тело почти полностью покрыто бинтами. Даже лицо замотано так, что свободны лишь глаза. Что с ним произошло? Леонард попытался восстановить в памяти последние события, но ничего не получается. Он помнит, как летел на вершину горы. Было холодно, порывы ледяного ветра атаковали его, но Лео упорно стремился все выше и выше… Зачем?

Брат!!!

Очередное воспоминание прострелило сознание. Его брат – Теодор – пропал. Леонард точно помнит это событие. Что с братом? Есть ли новости? Сколько он вообще лежит в этой проклятой постели? Сутки? Неделю? А может, год?

Собственная беспомощность убивает хуже неизвестности.

Истинная…

Ее лицо вновь и вновь всплывает в памяти. Но вот что странно: видится не размалеванная девка из публичного дома, а нежная девушка с очаровательно улыбкой.

При воспоминании об этом странном видении дракон поднимает голову.

«То был всего лишь сон» - бросает ему Лео. Судя по обстановке, он находится в лечебном учреждении. Откуда здесь взяться девке из публичного дома?

Здесь вообще есть кто-нибудь? Постепенно тело начинает наливаться мучительной болью. Особенно сильно болят ноги. Похоже на то, что у него сломаны обе бедренные кости.

Бездна…

Больно…

Время тянется невыносимо медленно. Леонард пытался уснуть, но из-за боли это невозможно. О нем вообще кто-нибудь помнит?!

Наконец, спустя пару часов дракон услышал чьи-то шаги. Звук открываемой двери. Он услышал, как кто-то застыл на пороге. Зверь поднял голову. Леонард не понял причину активности второй ипостаси, пока гость не появился в его поле зрения.

Истинная.

Он глазам своим не поверил. Это галлюцинация. Будто мало ему физических травм, боги решили свести Леонарда с ума. Ее просто не может здесь быть. Это игра больного мозга, который изнывает от боли и пытается найти в реальности хоть одно светлое пятно.

Девушка смотрит на него с таким же изумлением, как и он на нее. На ней не откровенное полупрозрачное рванье, как в прошлый раз, а белоснежное платье сестры милосердия. Что еще за…

- Вы очнулись! – ахнула она с изумленным восторгом. Буря эмоций пронеслась в голубых глазах девчонки: радость, удивление и вдруг – беспокойство и решимость. – Я сейчас! – бросила она и умчалась куда-то, вновь оставив дракона в одиночестве.

«Куда?!» - хотелось крикнуть ему ей вслед, но даже попытка произнести хоть один звук отозвалась резкой болью в голове. Перед глазами замелькали черные точки, сознание заволокло пеленой тумана. Боль вспыхнула с новой силой и лишила его последних сил.

Похоже, что Леонард не может сделать даже слабых движений. Любая попытка ставит его на грань потери сознания. Нет, он не хочет снова провалиться в небытие.

Истинная вернулась очень быстро. Прошло всего несколько минут прежде, чем за дверью послышалась возня.

- Я говорю вам, он очнулся! – с чувством доказывает кому-то истинная.

- Моя дорогая, это невозможно! – с легким раздражением отвечает ей старческий мужской голос. – Он очень тяжелый! Вам показалось! Возможны разные рефлекторные движения, но они не означают, что… - пожилой целитель резко умолк, когда встретился взглядом с Леонардом. Пусть дракон не может двигаться, но он сумел через глаза сказать все, что думает об этом…кхм…целителе. – Очень интересно, - пробубнил тот, поправляя очки. – Очнулся? Вы меня слышите, уважаемый?

Лео моргнул.