Истинная по желанию

Пролог

Конец августа

– Лорд Стоулиш, – подорвалась Пифинор. Во время отсутствия фестивалей ее можно было найти в ее салоне модных платьев в столице. Но там она не принимала тех, кто пришел в поисках ответов у ее дара.

– Итак, – поторопила она мужчину, одетого как всегда, согласно последней моде: зауженные брюки, короткий пиджак темно-зеленого цвета, обязательная брошь, что отличает его как служителя короля. И, как всегда, темная рубашка. Кеин Стоулиш прогуливался по салону без интереса, одежда ему была не нужна. Он пришел к Пифинор по тому же вопросу, что и полтора года назад.

– Леди, рад Вас видеть, – заметил предсказательницу Кеин. – Вы обворожительны.

– Оставьте это для других девушек, Кеин, – отмахнулась она от слов демона. – Вы снова пришли со своим вопросом. Знаете, у Вас больше истинных, чем у всех ваших знакомых.

– Есть еще истинная, кроме Ники? – лукаво поинтересовался демон.

– Она здесь в столице, – обвела рукой свой салон предсказательница. – Но, Стоулиш, ты понимаешь. Что делаешь?

– Пытаюсь себе доказать, что Ника моя истинная, потому что по глупости не смог увидеть на ее руке вязь? – нелепо улыбнулся демон. На взгляд Пифинор он изменился. Уже не такой холодный, уже не такой безэмоциональный. Демон сейчас напоминал ей мальчишку, который летает на крыльях счастья, хотя еще не до конца осознал это.

– Чем позднее ты вернешься, тем сложнее тебе будет, – она протянула листочек с именем девушки. – Она тебя ненавидит, ведь ты даже не попрощался с ней, ты даже не навестил ее, бросил в руки преступника….

– Я все контролировал, – прорычал Кеин. То, что он так хотел засунуть подальше и поглубже в себя, вырвалось благодаря одной предсказательнице.

– В глазах девушки, ты ее бросил, даже если и оставался в пределах подземелья, – настаивала Пифинор.

Кеин снова зарычал. От его отличного настроения не осталось и следа. Каждый миг он вспоминал ее глаза, что горели осуждением, ненавистью и отчаянием, тогда в пещере, когда он задерживал преступника.

– Она меня ненавидит, я не представляю, как к ней подступиться, – наконец раскрылся демон.

– Великий Стоулиш не может решить проблему, – рассмеялась Пифинор. – Знаешь, девушка которая должна была стать твоей истинной изначально – это не Ника. Та девушка была послана тебе в наказание за пренебрежение эмоциями окружающих. А тебе досталось сокровище. Второго шанса ты не получишь…

– Не сомневайся, я знаю, что она мое сокровище, – безапелляционно ответил Стоулиш.

– Так почему ты медлишь?

– Я… боюсь.

– Пока ты прохлаждаешься в столице у нее может появиться парень, – подзадорила его леди Пифинор.

– Что за глупость, – тут же поспорил с ней Кеин.

– Она красива, умна, жизнерадостна и особенна, – улыбнулась Пифинор.

– Да, вот только на ее запястье моя вязь.

– Не будь так уверен, вязь со временем сойдет, и ты можешь просто не успеть, к тому же ты ее даже не видел.

1

Я смотрела в эти синие бездонные глаза и в который раз понимала, что затерялась в этой синей бездне. Немного отросшие волосы падали на лоб и мне так хотелось прикоснуться к ним. Тёмные, мягкие – желание запустить в них пальцы и взъерошить усиливалось с каждой секундой. И я решилась, протянула руку к лицу мужчины со смазанными чертами лица, коснулась его щетины – мои пальцы легко и приятно закололо, провела по краю его четко очерченных губ, задержалась на щеке ближе к синим глазам и спустилась к подбородку. Мужчина был размыт, но я прекрасно знала кто это. Тот, кто полгода не выходит и моей головы. К нему я столько раз меняла свое отношение, что пора уже свихнуться, чем поверить в свои чувства. Этот демон приходил каждую ночь. Я, завидев его издалека на лесной поляне, пробиралась сквозь сухие поломанные ветки к нему. Вокруг не было никого – только заснувшие цветы. Он протягивал мне руку, и я с радостью касалась горячей ладони.

Мы гуляли по поляне, и я каждую ночь испытывала огромное желание коснуться его лица, его волос, подойти ближе и вдохнуть его запах, освежающий, слегка мятный. Сегодня я мечтала не только коснуться лица, но и завладеть его губами, тонкими, упрямыми и такими желанными. Я протянулась к нему, встала на цыпочки, а потом произошло то, что происходит последние три месяца – ощущение землетрясения и визг моего фамильяра.

– Вставай, мы опять опоздаем! – кричал он на всю небольшую комнату.

Ксаф прыгал на моей кровати, а точнее по мне.

– Вставай, кому сказал, – он уже подобрался к уху и кричал в него. – Я голоден, давай быстрее.

– Ты сядешь на диету, – рявкнула я и натянула одеяло на голову только бы сон не ушел. Хочу продолжения, хочу получить то, о чем так долго мечтала.

– Ещё кому поугражай, – рявкнули в ответ.

Я откинула одеяло и зло с упреком посмотрела на своего фамильяра. На мой немой посыл он внимания не обратил и продолжил:

– Я тут для неё стараюсь-стараюсь, на работу бужу, на работу с ней хожу, а она? Морит голодом и держит на диете.

Как же… замечательно, что мой фамильяр так хорошо меня изучил. Всегда начинает причитать в таких ситуациях, ведь знает, как меня это раздражает.

– Ксаф! – села я на кровати и простонала. – Ты не лис, ты низший! Они добиваются всего, что им нужно, и ты тоже такой.

– Заметь, это ты сказала, что я наглый и толстый. Я себя устраиваю и не считаю ни наглым, ни упрямым. Потому мне все равно как ты меня воспринимаешь, главное, чтобы я был доволен своим внешним видом и жил в гармонии со своим телом.

– Что ты вообще сейчас сказал, сам понял? – сонно произнесла, все еще валяясь в кровати.

– Вообще не до конца понимаю этого высказывания, – признался лис, так же лежа в кровати на одеяле.

Все ещё не до конца проснувшись, я опустила ноги в тапочки, затем подтянула свое тело и потянулась. И ещё раз. Хочу спать. Всего через пару дней начнутся занятия, и там не высплюсь… Но оплата обучения дороже.

– Мы ведь действительно можем опоздать, – не отставал лис. Он ощущал мою лень и поторапливал, сам вальяжно поднялся на лапки и начал расхаживать по кровати.

– Заправить не забудь, – бросила я нахалу и в пижаме бросилась в ванную.

– Ника, – по пути в коридоре я наткнулась на Тома. – Опаздываешь? Сегодня на завтрак омлет. Я улучшил немного способ приготовления – он стал ещё пышнее.

– Спасибо, моя мамочка, – потрепала я мальчонка по голове и припустилась в нужную мне комнату.

Том жил в доме господина Римана уже полгода и помогал в лавке зельевара. Я тоже прибилась к ним на каникулы, благо дом был большой, а мастер щедр на благородные поступки.

Здание было деревянным, двухэтажным, простым на первый взгляд. Но дерево бывает разное. То, из которого сделана вся мебель стоило огромных денег. Откуда они у лавочника, как и он сам я не знала, на вопросы мастер тоже не отвечал.

– Опаздываешь! – прогромыхало за дверью голосом лиса, а затем и вообще принялись ломиться.

– Да что ж тебе так не терпится? – возмутилась я, и умывшись ещё раз холодной водой, открыла дверь. Какими бы дорогими и прочными не были эти двери – лис может выломать любую.

– Мы опаздываем, – бросил лис.

– Как опаздываем? Ты же меня разбудил, – возмутилась я.

Фамильяр будил меня как раз в то время, чтобы успевать все, но сегодня что-то пошло не так. Бросив взгляд на часы, я поняла, что осталось всего пятнадцать минут.

Пятнадцать минут до начала работы, а я в пижаме. Серая юбка, белая блузка, волосы в хвост, туфли, вроде ничего… Сумка с книгами для меня и Ксафа. Ксаф, где Ксаф?

– Я жду тебя внизу, сделал бутерброд, – донеслось из кухни.

Я метнулась на первый этаж, по пути чуть не проехалась по лестнице, ступив мимо ступеньки, рано повернула на повороте и вписалась в угол, теперь на бедре будет синяк, споткнулась о порог и влетела в столовую.

– Том, ты прекрасно готовишь, но я сейчас только бутерброд, – на бегу похвалила я мальчика. – В обед буду тут.

Фамильяра под мышку, бутерброд в другую руку – все отлично, десять минут до начала рабочего дня.

– На обед рагу из овощей и грибов. Сегодня на рынке купил, – донеслось до меня вдогонку от Тома.

И когда только все успевает? И готовит, и заказы разносит из лавки, и со мной вечерами учится – мальчишка Том проворнее всех моих знакомых, а ведь ему всего одиннадцать. Знала бы я полгода назад, что нашла такое чудо – раньше бы в лавку привела.

Несмотря на последние деньки августа духота стояла уже с самого утра. Я неслась как ошалелая, хоть до начала работы и оставалось ещё минут пять. Попутно кивала и улыбалась лавочникам, открывавшим свои магазинчики. Они меня знали по тому, как я бегала вот так уже почти три месяца, а ещё потому, что жила рядом, продавала зелья, заменяя мастера. В общем в районе знали друг друга все. А после присмиревших Бритоголовых вообще стало спокойно. Только призрака, что кидается на прохожих ещё не изгнали.

В архив влетела, когда до начала рабочего дня оставалась всего одна минута. У входа перевела дыхание. Хотя сильно не запыхалась, вдохнула в последний раз раскаленный воздух и вошла в блаженную прохладу. Настолько прохладную, что на месте, где я работала всегда находилась еще и кофта.

2

Несколько дней до начала учебы пролетели быстро и вот я уже в своей комнате в общежитии. Ну как в своей…

– Я же сказала, в этом году много девушек, – повторяла тучная, пожилая комендант общежития, скрепя зубами, но пока сдерживалась от активных действий.

– В прошлом году эта комната была моя, – терпеливо повторяла я, все еще не впуская новенькую в свою комнату.

– А теперь ты на ведьмовском, – продолжала давить с другой стороны на девушку комендантша. Девушка между нами зажатая с двух сторон, наверное, пожалела о зачислении.

– Я теперь на обоих факультетах, – отозвалась я, не пуская первокурсницу на свой порог.

– Не нравится – иди к ректору, – разыграла последнюю карту комендант. Так она говорила, когда уже все было использовано, и рассчитывала, что ректора-то уж студентки испугаются.

– А пойдемте к ректору, – согласилась и отошла от девушки. – Он будет рад нас увидеть.

Я вышла из двери и позвала за собой Ксафа.

– Можешь не распаковываться, – бросил лис новичку и потрусил за мной.

– Вот ректор обрадуется, – усмехнулся лис в коридоре.

– Мы же не за наказанием, – осадила я лиса.

– Одно твое присутствие там уже омрачает его настроение, – фыркнул Ксаф.

– Это не я ворую у ректора кофе, – бросила я лису в ответ.

– А кто в этом виноват? – показательно стрельнул в меня своими глазами Ксаф.

– Кто же это мог быть, – протянула я.

В академии было еще пустынно, только общежитие постепенно заполнялось студентами. Друзья приезжали только после обеда, потому мы с Ксафом не торопясь прошли к нужному кабинету.

Секретаря на месте не было, впрочем, как и всегда, я проследовала сразу в кабинет главы академии. Он встретил меня уже знакомым запахом кофе, уютной обстановкой и ректором в его кресле, в полосатом костюме, который его только полнил.

– Еще учебный год не начался, а ты уже здесь, – обреченно выдохнул глава академии.

– Кофе, кофе, кофе, – ураганом пронесся лис по кабинету, в несколько прыжков достиг стола ректора и устроился рядом с кружкой, принялся из нее лакать.

– Ксаф, это не твое, – прикрикнула я скорее для вида, ведь оттащить лиса пока он не долакает не представлялось возможным.

– Ты кофе мне вообще не покупаешь, – снова напомнил мне лис и решил пожаловаться на это ректору.

– Все так же не воспитан, – покачал головой глава. – Чего вы пришли-то?

– Я ведь учусь на двух курсах теперь, – издалека начала я.

– Ее в свою комнату в общежитии не пускают, – перебил мои намерения Ксаф. Точно невоспитанный и наглый.

– Напишу записку, – качнул головой глава академии. – Давай договоримся, в этом году меньше происшествий.

Весь вид ректора выражал надежду на тихое рабочее полугодие, но обещать подобное я никак не могу, это не я, а мое везение.

Поэтому я не ответила, а просто широко улыбнулась, глазами извиняясь за все свои будущие ошибки.

Первокурсница распаковываться не стала и покорно ждала на стульчике рядом со своими чемоданами. Рядом крутилась комендантша.

Увидев записку, она недовольно поджала губы и спросила:

– Вот понадобится тебе от меня что… Я ведь проигнорирую, – она пригрозила мне пальцем, стоя на пороге рядом со мной. – Что будешь делать?

– Умолять, – пожала я плечами и протянула сверток с пончиками, купленными в таверне рядом с академией. Улыбнулась коменданту и жестом попросила первокурсницу на выход.

– Ладно, прощена, – довольно протянула комендантша, доставая пончик с малиновой начинкой.

До обеда больше никто не тревожил. Удалось развесить немногочисленную одежду на вешалки, вернуть книги и конспекты на свои прошлые места, предварительно очистив все заклинанием.

– Бытовая магия в действии, – не подумав, ляпнул Ксаф.

Я замерла на месте, вспоминая, как магистр Стоулиш докапывался до меня на каждом занятии. И эта его ухмылка…

– Пошли уже кушать, – кашлянув, добавил лис. – Я…

– … голоден, – дополнила за него я его любимую фразу. – Поедим и к порталу. Первыми должны прибыть Тори и Лара.

Но первым прибыл Ликус. Высокий, стройный, подкачанный, темноволосый друг тут же стиснул меня в объятьях. Столичным шиком от него так и тянуло. Зауженные брюки, свободная рубашка – красавчик. Уезжал он мальчишкой, а вернулся уже уверенным в себе парнем. На первый взгляд.

– Как я по вам скучал, – уже обнимал он лиса. – Эту столичную жизнь уже складывать в голове некуда, с вами лучше!

Я подумала красавчик-парень? Нет, это все тот же балбес Ликус.

– Мне столько всего вам нужно рассказать, – тискал Ксафа в руках друг. – А где?...

Договорить ему помешало появление Тори и Лары – деревенской парочки. Настолько загоревшая, насколько влюбленная. А они были черными почти. Лара похорошела, сменила, наконец, свою оправу на стильную, подстригла волосы и теперь в ней больше не угадывалась заучка. Это была прекрасная девушка. Вот кто действительно приехал из столицы, а не из глубинки.

– От вашей любви аж зубы сводит, – бросил Ликус, как только они вышли из портала.

– Завидуй молча, – припечатал Ксаф, висящий на его руках.

– Именно, – поддакнул Тори и обнял меня в медвежьих объятиях.

– Я так скучала, – подхватила Лара и, втиснувшись между мной и Тори, обняла меня. Тори же обнял нас обоих.

– Вы ненормальные, – фыркнул Ликус в стороне, поправляя свои слегка отросшие волосы.

Мы переглянулись и притянули четвертого и пятого к себе. Я покрепче обняла Лару и выпустила всех на свободу.

– Ты стал… – начала было Лара, бросившись к лису, но притормозила, поняв, что кое-кто растолстел, – … милым.

Осторожно закончила она и начала его тискать, приговаривая «Какой хорошенький, такой лапочка». Это точно моя подруга вернулась или ее в деревне подменили? Лара к Ксафу питала особую любовь, ведь своего фамильяра у бывших первокурсниц-ведьмочек не было. В конце прошлого года запретили пока привязывать животных после моего зелья. Потому все сейчас были без них.

3

– На следующей неделе начнутся занятия по артефакторике, – вещала декан ведьм в аудитории, в первый учебный день. – Ввиду необходимости наличия определенного уровня силы в группу попадут не все. Те, кто не попадет – будут проходить обучение кроме занятий артефакторики. Остальные – вместе с ней. Далее ваша практика, которую вы будете проходить в середине учебного года.

По аудитории прокатилась волна возмущения. Меня окатило неприятной волной эмоций и я поежилась от таких ощущений. Кулон я ни разу так и не применила, но чувствую, скоро все может измениться.

Ведьмочки взволнованно стали совещаться, похоже догадывались какой будет эта практика, а вот я даже не представляла.

– Два дня будете исследовать грунт и выяснять, что именно с ним не так. Каждый будет включен в четверку. В вашей четверке так же будут присутствовать два стихийника и один боевик, – продолжала пояснять декан, зачитывая все из своей записной книжки. – Боевик будет из наших, со второго курса.

По аудитории пронеслись шепотки, в этот раз восторженные. Конечно, кто бы не хотел попасть в пару к нашим боевикам. Я захлебнулась в новой волне радости, и почувствовала после этого только раздражение. Применю кулон раньше, чем надеялась. Жаль.

– Стихийники будут с первого курса Королевской академии, – дальше поясняла декан, не замечая шума.

– Тот племянник Советника там будет? – громко спросила Мила, до этого сидевшая как на иголках рядом со мной и почти вскочила с места на этом вопросе.

– Реджинальд там будет? – подхватили ее остальные девушки и уставились на декана.

Она с упреком пристально посмотрела на Милу, а зачем ответила:

– Да, Реджинальд будет в этой группе.

– И Дерилл Марнисский тоже будет? – не унимались ведьмочки. У всех глаза загорелись от предвкушения, хотя до него еще пара месяцев. Я сцепила руки и старалась успокоиться, уже заочно ненавидела тех людей или нелюдей, что вызывают такой переполох только своими именами.

– Ты о чем? – тут же перебили девушку. – Марнисский учится на третьем курсе. Профан.

– Советую вам, – декан продолжала, не обращая внимания на небольшой гомон, – изучить все возможные виды истощения грунта, а также изучить их близ разных лесов – мы не знаем куда вы попадете на этот раз. А теперь…

Декан выдержала паузу ожидая, когда все уже затихнут и продолжила:

– Можете быть свободны. Ника, ко мне в кабинет.

Декан Корин захлопнула свою записную книжечку и вышла из аудитории.

– Возьму для тебя еду в столовой, – похлопала по плечу Лара и вышла за всеми уже второкурсницами из аудитории. Мне торопиться было некуда. Постояла какое-то время освобождаясь от чужих эмоций, затем медленно собрала сумку, разбудила задремавшего на парте Ксафа.

– А? Что? Где? – подпрыгнул лис на лапы и ошарашенно оглядывался по сторонам. – Обед?

– Сначала кабинет декана Корин, – закинула сумку на плечо и вышла из кабинета.

– Это еще зачем? – засеменил за мной лис.

– Насчет расписания, наверное, – пожала я плечами. – Ты что-нибудь чувствовал от меня во время занятия?

– Я? – лис остановился, оглянулся и снова повернулся ко мне. – Я что-то пропустил? Кто-то подрался? Ты снова кого-то облила готовым зельем и он окрасился в зеленый?

– То зелье было противоядием, – возмущенно ответила лису. – Да или нет?

– Вообще ничего, – помотал мордой лис.

– Тогда все отлично, – улыбнулась я и направилась к декану. Нечего еще и ему ловить то, что впитываю я.

Идти было недалеко, следующая дверь. Даже если меня и звали, все же постучалась, прежде чем войти.

– Магистр, вызывали?

– Заходи, – кивнула магистр Корин и сложила руки на столе, в ожидании, когда я дойду до нее.

– В прошлом году ты посещала несколько занятий для боевиков, в этом – официально станешь учиться на обоих, – сообщила декан и жестом показала присаживаться. – В расписании тебе будут добавлены практические занятия боевиков: рукопашный бой, боевые плетения, выживание в опасных условиях. Все это будет во второй половине дня после всех занятий на ведьмовском.

– Я буду учиться с утра и до ночи, – угрюмо подвела итог я, проигнорировав приглашение присесть.

– Так и есть, – вздохнула вслед за мной декан.

– И ничего нельзя сделать? – жалобно посмотрела на магистра. – Как же я вообще все это потяну, если на ведьмовском едва держусь.

– На ведьмовском ты сдала два семестра за один, – упрекнула меня магистр. – В данном случае могла и не так отлично писать экзамены.

– Мне нужна была стипендия, – возмутилась я. – А если бы не сдала два семестра за один – меня бы отчислили.

– Отличный выбор без выбора не правда ли, – грустно усмехнулась женщина.

– Я попаду на артефакторику?

Желания учиться еще и этому не было, а изучать артефакторику было необязательно. Стоило хотя бы попытаться не попасть туда, может повезет и на предмет меньше будет.

– Ты сильнейшая в группе, – покачала головой декан. – Для тебя здесь без вариантов. Расписание выдадут позднее.

– А кто будет куратором? – еще один вопрос, что меня сильно волновал, ведь Стоулиша здесь больше нет.

– Временно магистр Норонд станет твоим куратором, – ответила магистр Корин.

– Все ясно, могу идти? – сухо спросила я.

– Конечно.

В первый же день так быть обрадованной – это же надо какое отличное начало семестре.

– Красиво ты попала, – отозвался лис, когда мы шли по коридору к столовой.

– Все ожидаемо.

– Что ожидаемо? – схватил меня за плечо непонятно откуда взявшийся Ликус.

– А Тори…

– Уже в столовой, что ведьма от тебя хотела, – ускорил он шаг и потянул за собой.

– Вообще-то я тоже будущая ведьма, – возмутилась ради справедливости.

– Нет, ты не будущая, – он протащил меня через всю столовую возбужденных студентов и усадил на свободное место рядом с Ларой. На секунду меня оглушило происходящее вокруг, но быстро успела сконцентрироваться на спокойствии Ксафа.

4

С каким воодушевлением мы ожидали занятия по артефакторике, таким скучным оно было. Магистр Солерс – низенький мужчина средних лет, одетый в черный костюм, рубашка застегнула на все пуговицы, несмотря на душную середину сентября. Все тетради лежали на его столе под идеальным прямым углом.

Ксаф уже входя в аудиторию сообщил, что мы угодили в черно-серый мир. Я же осознала это в середине лекции. Через каждые пять минут магистр не преминул напоминать, что артефакторика требует неукоснительного следования правил. Основы необходимо знать назубок. Ни шага вправо, и шага влево.

– Почему даже зельеварение допускает изменение составов, а артефакторика нет, – не удержалась я и спросила у Лары после лекции.

– Потому что никто не знает, что тогда будет, – ответила Лара. – Не задерживайся на полигоне, у тебя сегодня свидание.

– У этой замарашки свидание, – послышался рядом со мной голос Лины. – Кто пригласил?

– Не твое дело, – пропел лис. – Это ведь не она жила с преподавателем три месяца.

– Не твое дело, рыжая морда, – прошипела Лина и пошла прочь, громко стуча каблуками. За ней последовала и стайка девушек.

– Скучная она, я готовился к перепалке, – цокнул лис и подтолкнул меня на полигон, сам остался с Ларой.

На полигоне от меня тоже не отставали. Сразу по началу занятий в пару со мной встал Тори и зашептал:

– Говорят, Эд хороший парень, в отношениях замечен не был. И вообще он – душка, добрый, смелый, умный – все как вам, девушкам, нравится.

– И ты мне это говоришь, потому что… – спросила я, заваливая его на воздушную подушку.

– Хороший парень для тебя. Пора уже завести парня.

– Это же не животное, чтобы заводить.

– Ты меня поняла, – разочарованно закатил глаза Тори, и спустя секунду уже я валялась на подушках.

После мы поменялись парами и Ликус, вставший со мной, стал рассказывать об Эде подробнее.

За пятнадцать минут до конца занятий произошло уже совсем унизительное.

– Куратор, отпустите Нику пораньше, – послышался голос Марика с другого конца поля.

– По поводу? – не понял магистр.

– У Ники сегодня свидание, а она девушка, – протянул Марик.

У куратора глаза расширились, а взгляд сделался пристально-внимательным. С секунду он смотрел на меня.

– Ника свободна, – гаркнул магистр. – Удачи на свидании.

Ну Марик, ну пришлешь еще мне свою писанину посреди ночи, я так тебя выручу.

– Юбку надень, – донеслось уже на выходе. Вот позор…

Юбку я одевать не собиралась. Брюки, блузку и хвост – отличная удобная одежда.

Увидев меня в такой одежде в моей комнате после душа Лара чуть на пол не осела. А потом началось.

– Вот так и знала, что юбку не наденешь…

– Платье это… Нет, это… нет. Мое возьмешь.

– Так губы подкрасим, туфли оденем!

– … Волосы не в хвост!

– Завиваем? Магия на что?

– Нет, ты не пойдешь в ботинках.

– Нет, Ксаф с тобой не идет.

– Яркие губы ей не делай, – вступил Ксаф, поедая булку в стороне.

– Яркие отлично подходят платью.

– Она как будто приключений ищет, нужен образ невинного цветочка.

– Она боевик, какой невинный цветок?

– У платья вырез слишком глубокий.

– Вот это платье идеально.

В общем к семи часам я стояла в голубом летящем платье, слегка подкрашенными губами, распущенными не слишком длинными волосами, туфлями на устойчивом каблуке. Почти идеальный образ. Чтобы не замерзнуть насмерть прохладным вечером, я с боем отвоевала у Лары кофту и теперь теребила в руках на нервах. С чего бы это? Это просто прогулка, почему я нервничаю? Накрутили меня окружающие.

– Привет, Ника, – неожиданно появился Эдвальд и протянул мне цветы.

– Привет, Эд! – ответила я, не зная, что еще сказать в ответ. – Ромашки? Они сейчас не цветут. Купил? Или сам сделал? Или кого попросил? Кого просил? Хотелось бы самой увидеть, как такие цветы выращивают.

Эд на меня посмотрел с опаской, что я сошла с ума, затем усмехнулся и покачал головой.

– Что? – тут же спросила я.

– Ты забавная. Я тебе принес цветы на свидание, а ты вместо «Какие они красивые и все мне? Спасибо большое, они мне нравятся» стала интересоваться где и кто их выращивает.

У меня рот непроизвольно раскрылся и лицо залила густая краска. Как же так. Вечно я думаю о чем-то не о том и вот получаю такие неприятные ситуации.

– В парк, – суетливо спросил Эд, стоя рядом со мной.

– Пожалуй.

Мне было неловко. Уже минут пять мы просто шли по одной из тропинок в парке. Я не представляла, что спросить и что вообще делают в таких случаях. Неловкость сочилась и из Эда. Его эмоции с головой перекрывали мои.

– Говорят, ты учишься на двух курсах, – сказал деревянный Эд. – Как так вышло?

– Да это… – хотела я сказать что-то нормальное, но говорить, как глупо на самом деле я в такое попала не стала, ограничившись:

– Так получилось.

– Тяжело, наверное, – скованно улыбнулся Эд.

– Да не особо, – пробормотала я. – А ты третьекурсник?

– Да, перешел на третий, – покивал он головой.

Холодный ветер пролетел по парку и заставил меня поежиться.

– Мне кажется, прохладно для такого платья, – остановился Эд и заставил остановиться и меня. – Одень кофту.

И в разрез со своими словами сам накинул на мои плечи мою же кофту.

– Не люблю, когда близкие болеют, – пожал плечами Эд, улыбнувшись. – Твой фамильяр сегодня не с тобой. Лис – это необычный выбор.

– Так... получилось, – удивительно, но все события в моей жизни происходят нелепо, и говорить об этом немного неловко.

Я смущенно улыбнулась, не зная могу ли рассказать об этом или это будет выглядеть бредово.

– Ты знаешь, на первом курсе на спор на практике я залез сознательно в болото. Спор выиграл, а практику завалил. Не думаю, что твоя история может быть еще нелепее.

– В болото? – не поверила я и рассмеялась. – Согласна, это было глупо, но я иногда и глупее вещи совершаю.

5

2 недели до октября пролетели стремительно. До шести вечера я училась, потом гуляла с Эдом. С парнем мы не торопились, только держались за руки. Он не настаивал, а я была рада. Общение с ним было легким и комфортным, но волнение от встреч постепенно стало улетучиваться. Может так и должно быть? Наши свидания проходили почти каждый день, и каждый день он приносил мне по букетику цветов.

Мои лианы, что обвили все здание академии, как оказалось, вечнозеленые, питаются магией, терпят любые холода – словом убрать их не представлялось возможным. В академии студенты на меня смотрели с благоговением, а преподаватели с подозрением. А ведь я не меняла состава зелья, все сделано было просто идеально, кроме ненависти, вложенной в магию.

Лара со мной все так же не разговаривала. Просто проходила мимо, даже не смотрела в мою сторону. Тори метался от меня к ней, но я его попросила все же проводить время с Ларой. Еще и он попадет под горячую руку.

Все чаще я прибегала к кулону для закрытия эмоций, все чаще срывалась на занятиях по боевой магии. Глупо было бегать от Лары, но рассказать все не хватало духа.

Решила поговорить об этом с Эдом.

– Есть вещи, которые мы имеем право не рассказывать, – поддержал меня Эд. – Если она этого не понимает, может она не такая уж и хорошая подруга?

– Да, наверное, – тогда отозвалась я.

От его поддержки стало так легко, но внутри зашевелилось недовольство, почему именно я пока не могла понять.

Мысли о Ларе не покидали меня и даже лис вспылил:

– Иди уже и поговори! Твое настроение меня раздражает.

И меня оно раздражало, однако решиться я не могла.

Мое наказание не заставило себя долго ждать. Мне пришлось стать грушей для битья на отборах в команду.

– Ника, ты же мне поможешь пройти дальше, – шел со мной на полигон Марик.

– Зачем тебе это? Ты ведь станешь черной дырой для команды.

– Нет, я постараюсь, но если мне не хватит сил совсем капельку, это будет так жестоко, – причитал парень.

– Марик, я не собираюсь тебе помогать, – сообщила я и ускорила шаг.

– Тогда сделай так, чтобы я тебе не попался, – зашел с другой стороны Марик.

– Боишься? – раздался голос Ксафа.

– Я… не боюсь, я вообще отважный и бесстрашный, – начал было Марик.

– И сможешь горы свернуть, если поблизости в противниках не будет стоять Ника, – закончил за него Ксаф.

– Именно, – чистосердечно признался боевик.

– Я не настолько плоха, – возмутилась, понимая, что меня сейчас унизили.

– Все что угодно, только не ты в противниках, – повторил Марик и выставил руки перед собой в примирительном жесте. – Но я всегда за, если ты со мной в команде.

– Я не собирают в команду, – напомнила я парню.

– Ты достаточно сильна, чтобы побороть всех претендентов, – поучительно отозвался Ксаф.

– Я не вижу в этом смысла, – покачала головой, входя в полигон.

– Добрый день, господин Норонд, – поздоровалась я, за мной последовал и Марик.

– Ника, будешь кидаться зарядами. Все, кто не выдержит – не прошел, – с ходу сообщил мне боевик мою задачу.

Осмотрела полигон, заметила огромную толпу народу, в стороне стояла магистр Юлс и уже начала отсеивать участников. Поразительно сколько было претендентов в команду из пяти человек.

Оставила Ксафа на трибунах и прошла к началу очереди.

– Эй, ты куда идешь? Очередь заканчивается с другой стороны, – послышалось в мою спину.

– Вот именно, а ну вернись обратно.

– Ты что там глухая что ли?

– Добрый день, магистр Юлс, – громко поздоровалась я с преподавателем.

– А, Ника, отрабатываешь наказание? – с ходу поняла мое появление здесь магистр.

– Ага.

– Вставай недалеко от меня. Дождись, когда они сформируют щит и запусти слабо. Если щит раскрошился – не прошел, удержал – прошел в следующий тур. Все понятно?

– Да, все ясно, – кивнула я и заняла свое место.

– Это что, девчонка со второго курса будет нас тестировать, – пронеслось в толпе передо мной. Эх, какие же глупые иногда бывают парни.

Жестом позвала к себе первого. Тот надулся весь и важно продефилировал к обозначенному месту. Одним жестом сформировал щит и слегка кивнул мне, мол «покажи, что ты там можешь». Даже невооружённым взглядом было видно, что щит слаб и сам собой рассеется через несколько минут. Было желание подождать эти минуты, чтобы парень сел в лужу, но затем я отмела такую задумку и швырнула примерно такой же магический шар, как и находившаяся неподалеку магистр Юлс. Естественно щит распался, парень отлетел на несколько шагов и плюхнулся в лужу, на запястье появилась красная лента. Все же он попал туда, куда я так хотела. Едва сдержала улыбку и позвала следующего. Следующий парень уже настороженно приближался ко мне. Щит формировал долго, но плетения были хороши, однако это ему не помогло – на его запястье появилась красная ленточка. Следующие два часа прошли в беспрерывном тестировании желающих. За это время прошли в первой части всего восемь человек из сотни.

– Перерыв, – громко огласил магистр Норонд. По полигону послышались вздохи возмущения и облегчения одновременно.

– Я хочу есть, – заявил возникший из неоткуда Ксаф.

– Я тоже, – кивнула ему.

– А ты специально отправляешь в сторону претендентов заряд в два раза больше, чем у магистра Юлс? – шел за мной Ксаф в столовую.

– В смысле? – притормозила я, и Ксаф врезался в мою ногу.

– Вот ты не можешь реагировать по-другому, – возмутился тут же лис, потирая ушибленный нос. – Вообще тебе ничего говорить не буду, так и без носа останусь, – капризно заявил он и поспешил в столовую впереди меня. – Ты мне должна два пирожка. Нет, три пирожка. Да.

Нагнала я лиса уже в столовой, где тот устроился на ногах Лары, все так же читающей очередную книгу.

Несколько минут я сидела рядом с Ларой и хотела заговорить.

– Ты не хочешь посмотреть, как твой парень справляется? – спросил вперед меня Ксаф.

6

На утро нас разбудил не будильник и даже не Ксаф – визг за дверью в общежитии.

– В чем дело? – не понимая происходящего, разлепила я глаза. – Мы проспали?

– Кричат за дверью, – сонно отозвался лис. – Неужели Лина опять примчалась?

– Еще только шесть утра, даже Лина так рано не встает.

– Лазарс, на полигон, остальным вернуться в комнаты до подъема. Обнаруженные в коридоре отправятся на отработку, – сделал объявление ректор.

– Мы же даже не встали, а уже влипли? – не понял лис.

– Со мной? – уже натягивала форму ведьм я, попутно ища глазами куртку.

– Куда же я денусь, кулон ты так и не активировала.

– Пошли, – махнула я лису и поплелась на выход, расчесывая волосы пальцами рук.

Удивительно, но все послушались ректора, в коридорах царили тишина и пустота. До входа мы с лисом добрались довольно скоро.

А на входе в академию ждал злой и помятый ректор, встревоженная целительница Киллус, спящая с открытыми глазами магистр Локк. Что у них там произошло?

– Объясните, как Вы делали зелье, – завидев меня спросил грозно ректор.

«Снова это зелье», – уныло протянуло мое сонное сознание.

– По рецепту, – буркнула я на подходе к ним.

– Как по рецепту можно было сотворить такое?

Какое такое я увидела повернувшись спиной к ректору и все вопросы разом отпали.

Мои лианы стали плотнее и сплелись друг с другом, словно готовились к осаде. Все без исключения стебли покрылись длинными шипами, а четыре из них схватили магистра Стоулиша за руки и ноги, подняли в воздух на уровень второго этажа академии. Вот до чего доводит смесь магии и ненависти.

– Это ведь не сон? Нас подняли в шесть утра, чтобы посмотреть на шипастую лиану и летающего магистра? – сделал вывод Ксаф. – А от нас вы чего хотите?

– Ника, скажи лианам отпустить Кеина, – терпеливо и почти спокойно попросил ректор.

– Как? – глупо хлопала глазами я, искренне не понимая, что делать.

– Скажи лианам его отпустить, – возникла рядом госпожа Киллус.

– Отпусти его на землю! – вяло повторила я за целительницей, сомневаясь, что такое вообще возможно.

Все трое преподавателей стояли по бокам от меня с видом, что так все и должно быть. Хотя уверенна, они увидели такое в первый раз и вообще не понимают, что нужно делать. Однако вид важнее действий, не так ли?

– Прикажи им, – велел ректор, хотя это выглядело как высказанная гениальная мысль, которая только что посетила нашего ректора.

– Гаркни так, чтобы они признали в тебе повелителя, – откровенно потешался над всем происходящим Ксаф.

– Лис, я тебя в твой лес обратно отправлю, – пригрозил ректор, но Ксаф предупреждениям не внял. Он точно знал, что отбирать у меня фамильяра никто не имеет права.

– Лиана, отпусти магистра Стоулиша, – я почувствовала идиоткой, кричащей на растение.

– Ника, я же видел, как ты чувствуешь растения в лесу с Советником, – упрекнул меня глава академии. Когда только успел заметить…

Я уже схватилась за кулон, чтобы пробудить все эмоции, но передумала.

– Может это вообще не во мне дело? Лианы живут своей жизнью. Может магистр напал на них?

– Отрезал кусочек, чтобы провести исследование, – здраво добавил Ксаф. – Магистр Стоулиш вообще очень любопытный.

– Я вышел на пробежку, никого не трогал, – гаркнул магистр с высоты, а я надеялась, что он не услышит.

Смиренно выдохнула, перевернула кулон и коснулась растения. Сильно знакомая ненависть выплеснулась на меня. Еще бы не схватить его после этого.

Лианы меня поняли превратно и сильнее сдавили руки и ноги магистра, на что он сдавленно охнул...

– Не закончить начатое, а освободить, – шепнул мне лис.

Как тут освободить? Я постаралась запустить другое ощущение, ощущение целостности от разговора с Ларой, но это не помогло.

Как утешить их? Глубоко вздохнула и попробовала испытать к магистру хорошие эмоции. Вспомнила как мы гуляли в мое день рождение. Лианы начали расслабляться и выпустили магистра, но шипы не убрали. Все-таки моя настороженность передавалась и им.

– Я свободна? – охрипшим голосом поинтересовалась, слегка покачиваясь.

– А колючки? – не отпускал ректор.

– Они теперь часть академии, – проворчал лис.

– Почему они напали? – вмешался Стоулиш, растирая запястья.

«Потому что Вы это Вы», – мысленно ответила я.

– Ни малейшего понятия, – пожала плечами. – Можно уже идти?

– Идите, – махнул рукой ректор, осматривая колючки.

– Господин ректор, – спохватилась я и подошла ко всей делегации, изучавшей новое растение. – Я бы не хотела распространяться о том, что я с растениями… ну, Вы понимаете.

– Почему нет, – не поняла Киллус. – Это же такой дар. Ты столького можешь достичь. Можешь выращивать все что угодно, для целителей это огромное преимущество.

– Не хотелось бы снова встречаться с Советником.

– Снова? – нахмурился Стоулиш.

– Снова, – подтвердила я.

– Хорошо, я Вас понял, идите, – кивнул ректор.

– И вот опять мы не выспались, – проворчал Ксаф.

– А кто виноват? – послышалось за спиной от ректора.

– Может это вообще из-за земли, на которой стоит академия, – предположил Ксаф, все дальше уходя со мной от ректора. – Может стихийники намудрили, может кто-то проводил эксперимент.

– А виноваты постоянно мы, – поддержала я лиса. – Поспать не дают, обвиняют во всех грехах, хорошо хоть из академии не выгоняют пока.

Так мы и шли до ворот, ворча на несправедливость. Солнце уже встало, смысла ложиться спать не было – уже проснулись. Вот и не торопились.

– Твоя сила способна на такие вещи… – восторженно проговорил Ксаф, только мы свернули к общежитию.

– Магия эмоций в действии, – весело отозвалась я, он чувствовал, как я была довольна. У магии эмоций теперь я нашла плюсы конкретно для себя.

– Еще семи нет, а ты довольна. Что случилось? – встретила меня Лара в комнате.

7

Но определиться не получилось – началась практика по артефакторике. И она мне не давалась. Через день занятия превратились в самостоятельную практику. Плетения по правилам не выходили, сколько бы не я пробовала. Из-за этого о другом попросту думать не могла.

На боевке плела неверные защиты, на свиданиях с Эдом думала почему при верном плетении не выходило в итоге ничего. Я не чувствовала предмет, не видела, что в итоге может получиться и не понимала, при чем тут моя сила, о которой постоянно говорил артефактор.

В этом предмете я потерялась вплоть до распределения зелий. Почти до него. За ночь до этого наше обычное занятие по зельеварению перенесли на ночное, в одиннадцать вечера.

– Сегодня варим зелье созидания, – бодро начала занятие на опушке леса магистр Локк и осмотрела засыпающих ведьмочек. – И магистр Стоулиш оказался очень добр и решил помочь нам.

На словах о магистре все встрепенулись и уже глазами пожирали Стоулиша. А зельевар знает, как подогреть интерес.

– Сегодня варим зелье по созданию эфирных пчел для привлечения отделившийся от основной массы новый рой.

«Пчелы…», – пронеслось в голове.

– Эти эфирные пчелы начинают поиски в ночное время, поэтому и варим его ночью, – тем временем продолжала преподавательница. – Все ингредиенты, что вам понадобятся – есть на этой поляне.

Магистр Локк обвела всю поляну на окраине которой мы и пристроились. Незамедлительно между студентами поднялся недовольный гул.

– Инструкция на столах, – проигнорировав все звуки, сообщила магистр. – Приступаем.

Состав был не сложен, растения были под ногами, и, собрав все необходимое, я решила просто прогуляться по этой поляне. То и дело вдалеке Лина говорила со своими подружками:

– И как этот нецвет выглядит? Вот как мне в темноте его найти нужно?

Или

– Я все платье испачкала в этой зелени.

Или

– Зачем вообще нам приманивать этих пчел.

– Она вообще хоть к какой-то жизни приспособлена? – не выдержал Ксаф таких восклицаний.

– Наверное, да, – пожала я плечами.

– О чем это ты так мечтаешь? – с прищуром обратился он ко мне.

– Наслаждаюсь ночной прогулкой, – сообщила лису.

– Лучше зелье иди делай, – фыркнул он. – Лара уже приступила к готовке.

– Куда торопиться? – перебила лиса, и посмотрела возмущенно. – До окончания занятия еще целый час, а само зелье готовится минут двадцать.

– Раньше сделаешь – раньше отпустят, – не унимался Каф.

– Раньше сделаешь – дадут еще одно посложнее.

Магистр Локк никогда просто так не отпустит со своего занятия. Скорее задержит.

Потому я просто дышала полной грудью, чувствуя, как похолодало, но, к счастью, заботливый Ксаф настоял на том, чтобы я прихватила с собой куртку. Поэтому сейчас, глядя на всех ведьмочек, что жмутся в свои кофты я испытывала настоящую благодарность фамильяру.

– Может мы уже пойдем, – через некоторое время спросил лис, до этого молча идущий за мной.

– Пошли, – кивнула я и одной из последних присоединилась к готовке зелья. По пути поймала настороженный взгляд Стоулиша, но не придала этому значения.

Вообще же при каждой встрече с ним теперь испытывала неловкость, после его извинения. Нет, конечно вся злость никуда не испарилась, но стала слабеть и это мне не нравилось. Вспоминая это, нервно потерла место метки на запястье и наконец приступила к инструкции.

Зелье я приготовила довольно быстро. Все кроме последнего ингредиента уже отправилось в котел. А вот последний ингредиент я все никак не решалась добавить. Пчел я боялась с детства и сбегала от них каждый раз, завидев.

Другие девушки уже заканчивали зелья и пчелы уже появлялись. Я в последний момент поменяла ингредиент и вливая магию думала о бабочке, стрекозе, божьей коровке да о чем угодно, только бы пчелы не появились. Они и не появились.

– Опять ты напортачила, – прокомментировал лис, наблюдая за тем, как из котла вылетают красные, почти неоновые, бабочками.

А потом эти красивые создания так же красиво окружили всех созданных пчел и развеяли их. Были пчелы и нет пчел. Затем сами бабочки развеялись.

– Ника, – взревела магистр Локк. – Как можно было так ошибиться. Что положила в зелье?

– Все верно было, – соврала я, отведя глаза. Я не ожидала такого результата. И мне понравилось. Магистр Локк еще меня отчитывала, но я не слушала. Причитания, что все было напрасно, пропускала мимо ушей. Я радовалась, что эти пчелы меня не достали.

Легли мы с Ксафом спать далеко за полночь. И на следующее утро опоздали на первое занятие. Потому летела я с лисом на зельеварение на всех порах, лишь бы успеть на распределение зелий, которые необходимо усовершенствовать, либо вывести более простой состав, способный к таким же эффектам. То самое задание, которым мне угрожал Советник.

– Ника Лазарс, немедленно к ректору, – разнеслось над головой.

– Так мы же не сделали еще ничего, – возмутился лис, поторопился за мной.

– Он уже наши мысли читает, – ответила я, свернув в сторону кабинета ректора. – Еще не исполнили – уже наказаны.

– Вызывали? – получалась я в кабинет главы академии.

– Заходи, – кивнул он.

– Там распределяют зелья, а я…

– А ты уже опоздала, – сообщил ректор. – Как твой фамильяр?

– Все в порядке, – тяжело дыша сообщала я, надеясь еще успеть на зельеварение.

– Он еще не ощущает твои эмоции? – спокойно спрашивал ректор, рассматривая лиса, который сегодня не ломился на его стол, чтобы лакнуть кофе, хотя чашка там стояла.

– Он… откуда Вы…

– Пора уже, все по графику, – кивнул глава академии. – Кроме этого проблем с учебой нет?

– Нет, хотя я пропустила распределение, – почти отдышавшись напомнила я о своем занятии.

– В этом нет необходимости, Ваше зелье – зелье правды.

– Зелье правды? – не поверила своим ушам. – Это то самое сложное зелье?

Внутри стало пусто. Я ждала этого, но надежда, это болезненное и обнадёживающее чувство теплилось, говоря, что есть возможность получить простое зелье. Теперь надежды нет, только сухой факт.

8

На выходных мы с Ларой отправились искать платье. Точнее Лара отправилась, и утянула меня с собой. Ксаф не пошел. «Что я там не видел в этих тряпках?» бросил он и остался с Тори.

– Осенний бал только через две недели, а ты уже платье ищешь, – возмутилась я в четверной студии.

– Через две недели ничего не будет, – ответила из–за шторки Лара.

Это было уже седьмое ее платье. Подруга хотела выглядеть превосходно. Меня она с ног сшибла еще на первом платье, точнее его ценой и теперь я не комментировала ее одежду.

– А ты в чем идешь? – отозвалась Лара, выходя к зеркалу.

Нежно–голубое платье в пол ей замечательно шло.

– Это! Оно твое, – отозвалась я.

– Согласна, – покрутилась у зеркала Лара. – Так в чем ты идешь, – вернулась за своей одеждой Лара.

– Я хочу на фестиваль, которой в ту же ночь в городе, – ответила я, следя за покупками подруги. – В прошлом семестре весной такой был. Хочу туда попасть.

– Все равно пойдешь на торжественный бал, – потянула Лара на выход. – Эд тебя уже пригласил?

- Еще нет, - натянуто улыбнулась я. Дело было не в долгих прогулках с подругой. Дело было в Эде. Все реже он присаживался за наш стол, все чаще отменял свидания. К тому же мне самой стало неприятно находиться с ним рядом. Симпатичная мордашка все же не гарант нормального парня. К тому же он уже не казался симпатичным. Все девчонки что постоянно прыгали и верещали при его появлении – я больше их не понимала, словно видела настоящего Эда, не имеющего ничего общего с картинкой, что показывалась всем вокруг.

- Не грусти, еще пригласит, - приобняла мня Лара, - не понимая моего настроения, но ей пока я ничего не рассказала. В прошлый раз наш разговор был не нужен, а в этот раз я собиралась разобраться сама. Ведь где скажешь Ларе так либо от нее получит Эд, либо присоединятся Тори с Ликусом. Этот вариант меня не устраивал.

Потом мы обошли еще с десяток всяких лавочек: от туфель до шпилек в волосы. Придя в комнату вместо ужина я легла спать. С утра пораньше перечитала теорию артефакторики и пыталась понять где я все время ошибаюсь. От сотого прочитывая отвлек Эд, позвавший на прогулку.

– Тебя не было ни за завтраком, ни за обедом, – начал он, прогуливаясь неторопливо по парку.

– Я зачиталась, артефакторика не получается, – ответила я.

– В этом я тоже не силен.

«В чем же ты вообще силен?» – пронеслась мысль в голове, я быстро отодвинула ее на второй план.

– Скоро осенний бал, пойдёшь со мной? – спросил, останавливаясь, Эд.

«Нет, не хочу с тобой» – кричало внутри меня.

– Да, конечно, – безэмоционально ответила я.

– Эдвальд, – послышалось за спиной. – Ваш доклад уже готов?

Рядом с нами стоял магистр Стоулиш и давил своей аурой.

– Нет еще, но это ведь на завтра надо, – запел Эд.

– Нужно на завтра не менее двадцати страниц доклада, – грозно проговорил Стоулиш.

– Двадцать? – выдохнул Эд. – Я… я уже ушел готовить.

И убежал. Ни пока, ни помахать рукой. Зря я согласилась идти вместе ним на бал.

– Ника, все в порядке? Сложностей в учебе нет?

– Все отлично, – чересчур радостно отозвалась я и вернулась в свою комнату к артефакторике.

К ужину я все же спустилась в столовую, Ксаф устал горланить о еде.

– Ты заставляешь меня звереть. Завтра ты проснешься и увидишь вместо меня монстра, - нагло расхаживал он по моим записям.

– Ага, - отозвалась я не поднимая головы. Все было выучено, зазубрено, а как занятие как ничего не накладывается. Еще и с Эдом согласилась идти на бал.

– Что за отношение такое? – возмущенно заглянул мне в глаза лис.

– Все нормально, пошли есть.

Но есть нормально мне не дали.

За столом не наблюдалось Лары, а на вопросы «где она» Тори бухтел что–то невразумительное.

– Да поссорились они, – просветил нас с Ксафом Ликус. – Подробностей не знаю, но они теперь за один стол не садятся. Лара пришла раньше тебя и завидев Тори, развернулась к выходу.

– Что это? Первая ссора в раю? – съязвил лис.

– Тори, вы с Ларой расстались? – напрямую спросила я Тори.

Он зло покосился на меня и промолчал.

– Мы есть–то будем? – осведомился Ксаф.

– Будем, садись.

Мы сели напротив Тори, и сделали вид, что ничего не происходит. Активно переговаривались с Ксафом. И это сработало. Тори не выдержал откровенного игнорирования его персоны и выпалил:

– Она сказала, что я много болтаю о бесполезных вещах. А я только развеселить хотел. А она? Она назвала меня тупоголовым. Ничего, без нее проживу.

Больше от него не добились ни слова.

Лара ждала у меня в комнате и стоило только переступить порог, как донеслось:

– Он меня назвал книжным червем, сказал, что кроме книг меня ничего не интересует, – расплакалась она на моей кровати.

– Он сказал, что ты назвала его балаболом, – сообщил лис, залезая на стол.

– Вы с ним еще и говорили? – возмутилась Лара, даже слезы высохли.

– Мы не знали, что вы уже не вместе! – огрызнулся лис.

– Я хотела ему признаться, что люблю его, а он вдруг начал нести околесицу, – всхлипнула Лара и неприлично вытерла нос ладонью, я тут же подсунула салфетки. – А я и так на нервах, я вспылила. Ну ничего, хорошо, что не сказала об этом. Ощутила бы себя идиоткой. И вот нужен он мне?

Смотря на Лару мне хотелось смеяться. Нет, мне хотелось откровенно ржать. Два дурака не поняли друг друга и обиделись сами на себя. Как это глупо.

На следующий день до смеха уже не было. Лара, ночевавшая со мной в комнате, в столовую тоже пришла под ручку. Демонстративно прошла мимо Тори, фыркнула и села за соседний столик.

В обед мы снова с Ларой возвращались с артефакторики и все повторилось.

На ужин я возвращалась с тренировки уже с Тори. И Тори прошел мимо Лары, сделал крюк и сел на наше обычное место со мной.

– Я справлюсь без нее! – говорил Тори.

– Я справлюсь без него! – заявляла Лара.

9

Для приезда «дорогих» гостей академия к балу преобразилась. За основу была взята моя «тюрьма» из лианы. Потолки теперь украшали такие же лианы, только с зелеными листьями и тонкие, не толще человеческой руки. Они вились в основном под потолками спускаясь на верхнюю часть стен. По стенам у пола так же были расположены зеленые растения, которые стелились вдоль стен. Создавалось впечатление, что ты попал в заброшенный замок. Изменения не коснулись только комнат. В моей комнате все было занято приготовлениями Лары. Когда Лара узнала, что платье я собираюсь одеть с прошлого года, тут же разразилась тирадой.

– На балу будет сам Советник, а ты собираешься на бал в поношенном, – третировала подруга.

– Ты разве вообще не была далека от подобного? Разве теперь хочешь произвести впечатление на Советника? – не преминула я напомнить подруге о ее словах полугодовой давности о ее независимости.

– Я наряжаюсь только для своего любимого парня, тем более моя жизнь не такая, как у тебя, – тут же вспыхнула девушка.

– Я знаю, что меня многое ожидает, но нравиться Советнику, чтобы он заменил мне зелье не стану, – раскритиковала подругу и поправила на себе платье, в котором прошлой весной ходила на фестиваль с Ликусом.

– Хотя бы платье надо было приобрести, – не унималась Лара, надевая на себя платье. До этого она стояла в нижнем белье, а находившийся в комнате Ксаф примолк, чтобы его не выгнали. Я едва не рассмеялась от сцены, где лис пришипился и пытался слиться с покрывалом. Покрывало было темно-серым, а лис рыжим. Идеальная конспирация.

– Она просто не может так прогнуться под обстоятельства, – прокомментировал лис, когда Лара уже оделась. Подруга возмущенно посмотрела на лиса, но ничего не высказала, только отвернулась и проигнорировала вопрос.

– И все же попытайся быть с ним милой, может это поможет, ты ведь в итоге не просто вылетишь из этой академии, тебя вообще занесут в черный список. В таком случае для тебя только Асская академия, а это очень далеко.

– Почему ты так переживаешь? – возмутилась я. – А еще больше меня удивляет, что ты не веришь мне. Думаешь, что я не смогу сделать зелье?

– Сделать ты можешь абсолютно все, – грустно улыбнулась подруга. – Но за изготовление такого зелья без разрешения следует наказание.

– Думаешь я не получила разрешение, когда мне отдали само зелье? – задумчиво постучала пальцем по подбородку.

– В том то и загвоздка, тебе нужно проконсультироваться.

– Девушки, поторопитесь, – постучал в дверь Тори.

– Как только будем готовы, так и выйдем, – командным тоном сообщила Лара своему парню.

– Ты его держишь в ежовых рукавицах? – дернул ухом Ксаф в ожидании ответа.

Лара покосилась на лиса, напоминая, что с ним она не разговаривает и королевской походкой прошла к двери, распахнула ее.

Как только подруга распахнула дверь, так у Тори вытянулось лицо и отвалилась челюсть. Он несколько минут просто смотрел на свою девушку, и только потом отмер и предоставил своей королеве локоть.

– Ты с нами? – спросила через плечо Лара.

– Я подожду Эда, – улыбнулась в ответ и отправила парочку влюбленных куда подальше.

– Что-то он опаздывает, – сообщил Ксаф, как только дверь закрылась.

– Наверное где-то задержался, – пожала я плечами и стала ждать.

Ожидание продлилось еще двадцать минут, начало уже прошло, и скорее всего уже больше половины официальной части. До комнаты доносились громкие речи наших гостей и ректора, а Эд все не шел.

– Предлагаю устроить ему скандал, когда он появится, – сообщил мне Ксаф, садясь рядом на кровати.

– Если он вообще придет, – не думая ни о чем сказала я. Еще через двадцать минут мне ожидание надоело, и я отправилась в бальный зал одна. Немного неловко, но мне было все равно, решила, что с Эдом пора покончить.

Зал был украшен искусным иллюзионистом: весь стал настоящим редким лесом. Тут и там стояли зелёные деревья, кусты и даже трава. Все это на ощупь было настоящим и завораживало. Вдоль стен стояли столики с едой, в центре танцевальная площадка, где появлялись редкие парочки. Только заканчивалась официальная часть и был объявлен первый танец, что откроет бал. До этого мне не было дела, я искала глазами свое как бы парня и собиралась в действительности уже залепить ему пощечину, не из-за оскорбления, скорее из-за злости и моего использования им. Неужели он использовал меня, чтобы попасть на турнир в команду? Смог бы он предугадать такой исход, что меня накажут или это случайность, которой он не преминул воспользоваться? Предполагать, что с ним что-то случилось я даже не собиралась. Наверное, только это могло бы его оправдать.

– Ника Лазарс, – появился рядом Советник так неожиданно, что я едва не отшатнулась от мужчины–оборотня. – Не потанцуете со мной?

Ответа он не ждал, сразу взял за руку и повел в центр танцплощадки. Играла музыка, похожая на вальс, да и сам танец был почти таким. Факт, что я сейчас отдавлю Советнику ноги, помог мне воспрять духом.

– Вы никогда не дожидаетесь ответа? – холодно начала я наш разговор. Все же Советник не просто так меня пригласил. Он снова собирался давить.

– Это не обязательно, если партнерша согласна, –самодовольно ответил мужчина и стал двигаться в соответствии с ходом танца.

– Как Вам Ваше зелье? – после минутной тишины снова начал разговор он. – Передумать не желаете?

– А может Вы смилостивитесь? – ответила вопросом на вопрос и посмотрела оборотню в глаза. Он был спокоен и уверен, что я соглашусь на его предложение.

– Дорогая Ника, – начал лебезить он, – я должен быть уверен, что Вы на моей стороне. В моем королевстве есть только те, кто со мной и те, кто против меня. Третьих быть не должно.

Он без предупреждения опустил свою руку с талии ниже, почти на границе дозволенного. Меня передернуло от отвращения. Отвратительный тип. Ничего, Вы еще получите свое.

– Я собираюсь остаться на нейтральной территории, – уверенно заявила и поправила его руку, придав ей положение, которое должно быть в танце. Это было некрасиво и грубо с моей стороны по этикету этого королевства, которые я недавно прочитала, но меня это не касалось. Не я одна начала все это. К тому же похоже наша война началась. И я старалась держаться в стороне от всего происходящего? Всего один жест порой способен разжечь ненависть.

10

– Помнится в прошлом году кое-кому нравился магистр Стоулиш, – громко оповестил меня в моей комнате Ксаф утром. Как по мне было еще рано, для Ксафа было уже пора принимать завтрак.

– Помнится сегодня воскресение – выходной, потому я сплю, – рыкнула на Ксафа и спряталась с головой под одеялом.

– Ты позавчера рассталась с Эдом официально, можешь найти себе другого парня, – стал подпрыгивать по кровати Ксаф. Пока старательно обходя мои конечности.

– Сейчас мне кажется, что с Эдом мы и не встречались, а просто гуляли по парку, а потом я вкидывала тухлые веники в мусор, – отозвалась я, свернувшись в клубок.

– Теперь этого не будет, – продолжал гнуть свое Ксаф. – Потому пора пересмотреть приоритеты и вспомнить о своих чувствах с Кеину.

– Что ты делаешь? – возмущенно села я на кровати и зло откинула одеяло. – Зачем ты мне промываешь голову магистром?

– Чтобы ты быстрее встала и покормила меня, – беззаботно ответил лис, спрыгнул с кровати и направился к двери.

– Специально тебя не возьму с собой. Разве ты не помнишь, что вчера у меня было зельеварение в одиннадцать ночи?

– Думаешь я окно не умею открывать? – скептически заметил Ксаф. – Ты легла спать в час, уже восемь.

– Там холодно, – констатировала я, кивая на улицу. – И сегодня единственный выходной.

– Я жил в лесу зимой и прекрасно знаю, что такое холод.

– Ты был маленьким, – просветила я, стараясь не упоминать его семью. И вообще, что-то я не в ту сторону свернула. – Ладно, пошли, только умоюсь.

– Что это с тобой вдруг стало? – не понял лис, еще не сообразив, что могло всплыть в его памяти. Вот и хорошо, что не сообразил.

– Испугалась, что ты снова про магистра начнешь петь, – пригрозила ему. – Когда ты успел переметнуться на другую сторону? Я думала мы заодно?

– Я на той стороне, где тебе будет лучше, – нравоучительно сообщил лис.

Я в ответ только тяжело вздохнула и отправилась умываться.

Столовая нас встретила хаосом и неразберихой. Мало того, что народу было огромное количество, так они все еще и шептались и создавалось ощущение нахождения в рою пчел.

– Почему все бегают туда-сюда в такой спешке? – со своим подносом я села рядом с Ларой.

– Ты же знаешь, что порталы временно не доступны? – ответила вопросом на вопрос Лара.

– Конечно, вот уже второй день, – ответила я.

Каждый год перед практикой осенью порталы закрывались на всей территории академии и города для диагностики и починки в случае обнаружения поломки. Все это делалось для того, чтобы порталы не давали сбоя весь следующий год.

– Мы ведь ничего не можем отправить в мир, – стала рассказывать Лара. – А вот нам могут присылать письма. Вчера вечером пришло письмо с известием, что магистр Ториган из Королевской академии ушел на задание со студентами на границу и не вернулся.

– Говорят, его туда заманили ловушку, – присоединился к рассказу Тори.

«Магистр Ториган? Наставник магистра Стоулиша? Он мне стал лучшим другом. Я иду к нему в первую очередь за советом», – вспомнился рассказ магистра Стоулиша, когда он учил меня готовить зелье.

И вдруг сердце оборвалось, глаза защипало. Есть резко расхотелось.

– Кстати, магистр Стоулиш отменил на завтра все занятия и магистра Норонда тоже нет, – сообщил Ликус.

Вот как. Порталы невозможно не заставить работать, не самому открыть, потому что на весь город наброшено особое заклинание. В противном случае все потоки будут смещены. Уверенна, магистр бы уже отправился на место пропажи если бы порталы работали.

И Норонда нет. А кроме него есть на кого положиться Стоулишу? Нормально, если я проведаю его? Или это неприемлемо?

Я споткнулась о свою же ногу и не поняла, где нахожусь – вроде все еще в академии, а вроде… Это же общежитие преподавателей. Ноги сами меня сюда привели.

Не давая лишний раз себе подумать, я шагнула в двери магистра и постучала. И еще раз. И еще. Несколько минут ожидания. За дверью не раздалось ни звука. Вот и пришла посочувствовать. Бросив последний взгляд на дверь я развернулась и …

– Ника? – послышался хриплый голос магистра за спиной.

Я резко развернулась, чтобы наткнуться на уставшего, даже слишком уставшего магистра. Он был, как и всегда безупречен по отношению к одежде, но синяки под глазами и потухший взгляд, ничего не выражавшее лицо просто кричали о боли.

Пока я, замерев изучала магистра, он пробежался по мне взглядом, толкнул дверь шире:

– Заходи.

Комнаты преподавателей значительно отличались от студенческих. Отдельная гостиная, по бокам двери в спальню и в ванную. В небольшой гостиной стоял диван, стол и пара стульев.

Магистр, пройдя вглубь, указал на стул, сам сел напротив на диван. Я прошла за ним и заняла указанное место. И вот тут-то на меня обрушились вопросы, основной из которых: «И что сказать?».

– С какой целью? – поинтересовался магистр, когда пауза уже перешла за первый десяток минут.

Сегодня он даже не смотрел на собеседника и почти не придерживался приличий, руки в локтях опирались на колени, голова опущена, сам смотрел в пол.

– Я… х-хотела узнать как Вы, – выдавила из себя, просто ощущая его боль, она словно стала осязаемой.

– Хотели поинтересоваться, будут ли завтра занятия? – зло выложил магистр, чем сильно меня задел, а может и специально так сделал.

– ДА ВЫ! – я вскочила на ноги и вместо того чтобы обиженно хлопнуть дверью, замешкалась на месте, поймав еще одну волну боли. Злость тут же улетучилась.

– Нет, я услышала, что у нас не будет завтра занятия и решила узнать, что случилось, – терпеливо объясняла я, хотя хотелось вылететь из комнаты.

– И? Выяснила? – сердито усмехнулся Стоулиш.

– Я думала у Вас неприятности, и Вы их пытаетесь решить, – продолжала я приводить аргументы о своем впечатлении.

– Увидела? Можешь выходить, – рыкнул он и указал на дверь.

– Я не ожидала увидеть Вас здесь просто сидящим, – сообщила ему не сдвинувшись с места.

11

Так это не Серский лес. Явно вообще не рядом с ним, потому как настолько рано в Серском лесу снег попросту не выпадает. А значит моя практика недалеко от этого леса не зачтется. Думала, что зелье меня погубит? Как же, практика станет моим последним испытанием, судя по количеству снега и минусовой температуре.

– Даже Ксаф и тот остался в другом месте, – вслух проныла я, обхватывая себя руками. Тепло мне требовалось уже после нескольких минут пребывания в незнакомом месте, но где тут может согреть простая тонкая куртка и тоненький свитер.

Прислушалась к ощущениям, в надежде найти что-то живое, однако меня встретила лишь пустота. Словно весь лес вымер. Я читала, что такое может произойти только… в Торминском лесу. Я в лесу, где огромное количество грыгхов и нет ни намека на листву, огромное количество снега и одни пустые редкие стволы деревьев. Похоже я здесь и останусь.

Еще раз просканировала лес в поисках хоть чего-нибудь не холодного и белого, но в ответ – ничего.

Так, надо взять себя в руки. Что первым делом необходимо сделать? Найти безопасное место вроде пещеры или норы.

Огляделась в поисках норы… Можно сделать ее, зарывшись в снег. Прошла пару шагов дрожа еще сильнее и по пояс провалилась под снег. Вот и нора готова для последнего дня жизни.

– Кто надо мной решил так подшутить, – бессильно ударила кулаками по снегу в ярости, и они тут же провалились вслед за моими ногами.

– Так, вдох выдох, нужно лечь на снег и постараться выбраться, – говорила я себе успокаивая, стараясь думать отстраненно и медленно все это проделывала с руками. Барахталась, снова проваливалась и снова старалась вылезти. В итоге я все же смогла вылезти, чуть не провалилась снова. Но это был не самым главным. Снег теперь был везде: на куртке, под курткой, под свитером, под футболкой, в брюках – совершенно везде.

– Скоро стану сосулькой, и никто меня в этом снегу даже не найдет, если вообще будет искать. Эх жаль, Ксаф так рано останется без хозяина. Жалко фамильяра, хоть и нервирует сильно иногда.

Холодный ветер налетел стремительно, а с хмурого неба густо посыпались снежинки. Да, конечно, сейчас отличный повод для метели.

Постаралась согреть себя огнем, призвала немного на руки, но он тут же стал сосулькой и заморозил мне ладони.

– Идеально, еще и магию блокирует этот лес, – всхлипнуть можно было и сейчас, но я упорно призывала свою магию и упорно она превращалась в лед. А я все продолжала и продолжала стремительно выходя из себя от бессилия.

Спустя огромное количество бесполезных попыток я разозлилась настолько, что призвала неконтролируемо огромное количество огня и направила во все стороны. Пожалуй, это был крик отчаяния. А вместо того, чтобы хоть чуть-чуть растопить все вокруг, огонь застыл огромной ледяной площадкой. Я поскользнулась и упала, проехавшись коленями по всему этому полотну. Было до нестерпимого больно. Кряхтя поднялась на ноги и посмотрела на свой кое-где красноватый след и зло ухмыльнулась.

Не время сдаваться, нужно идти.

Еще раз прислушалась к лесу, в надежде найти хоть что-то и нашла же. Недалеко находился кто-то. А еще появился мерзкий привкус разложения, как на прошлой практике, однако он был довольно далеко и в противоположной стороне. Впереди трепыхалось тепло, и оно было настораживающим. Не могу понять, что это, но кажется знакомым. Вроде не грыгх, но разве я могу сейчас соображать здраво, наполовину превратившись в сосульку?

– Вперед, – крикнула наигранно бодро и даже в ладоши хлопнула, двинулась в сторону тепла. Шла долго, очень долго. Хотелось спать, очень сильно слипались глаза, ног почти не чувствовала. Вероятно, я все же ошиблась – никого впереди нет, только снег.

– Ника? – послышалось знакомое впереди.

Я оторвалась от созерцания бесконечного белого покрывала и подняла голову в сторону звавшего.

Темное пальто, темные брюки, великолепная фигура и непривычно обеспокоенные синие глаза.

– Ника, что ты тут делаешь?

Стоулиш двинулся на меня грозно, но мне было все равно, я бросилась к нему с той скоростью на которую была способна. Влетела в него, крепко прижимаясь и ища хоть какое-то тепло.

– Ника! – рявкнул он мне в ухо и заставил отстраниться. У меня же зуб на зуб не попадал, и я упорно тянулась к нему свои руки.

Он пару раз ругнулся, пробудил свою черную магию и окружил нас в нее как в кокон. Сразу стало так тепло и уютно, что сильно захотелось спать.

– Ника, – снова прорычали над ухом. – Что ты тут делаешь?

– А Вы?

– Я здесь работаю. Тут видели умертвий, – рявкнул он распыляя вокруг себя ярость. Посадил меня на теплую магическую подушку и стал растирать мне руки.

– Так это не Ваша работа, – не удержалась от усмешки я, с наслаждением впитывая его тепло, только зубы еще слегка стучали. Вот только чтобы целый глава тайной полиции здесь за умертвиями охотится. – А я вот практику должна была проходить.

– Должна была проходить в Серском лесу, – снова рявкнул Стоулиш, растирая мои ноги. – Ты же в курсе, что это Торминский лес? Как только в голову пришло поменять точку прибытия в портале? Здесь же не действует магия! Ника, иногда ты очень умная, но зачем вот это-то все тебе?

Нет, этот демон не может себя нормально вести и думает, что прав только он один. Неужели я сама бы себя могла забросить в такое место?

– Так, отпустите, – крикнула я, освободилась от его рук и встала. – Большое Вам спасибо, за оказанную помощь, но не могли бы Вы меня отправить на практику?

– Что? – ухмыльнутся в своей обычной манере магистр. – Не понравилась твоя практика здесь? Сама же настроила все так. Вот и веселись.

Он смотрел в меня, в глазах плескалось осуждение, и магистр едва сдерживал себя, чтобы не прочитать мне лекцию о том, что я сделала не так и какое наказание получу.

– Вы! – выкрикнула я и поспешила выйти из кокона, стараясь как можно меньше прикасаться к нему.

А кокон просто спружинил и откинул меня в исходную точку.