Истинная Тёмного Альянса

Глава 1. Шаг в пустоту

Ветер бил в спину, рвал волосы, толкал вперёд. Туда, где под ногами – пустота.

Я стояла на краю скалы и смотрела в пропасть. Высота была чудовищной. Там, далеко внизу, бесновалась река. Белая пена на камнях, чёрная вода в глубине. Холодная. Смертельная.

– Мариша! Не глупи, девка! Иди сюда, по-хорошему! – голос старосты догнал меня, хотя ветер пытался его украсть.

Я обернулась. Медленно, чтобы не потерять равновесие. Они стояли в полусотне шагов. Мужики с вилами и серпами. Бабы с факелами. Дети, которые таращились на меня с жутким любопытством, как на диковинного зверя, загнанного в ловушку.

Те, с кем я прожила бок о бок полгода. Те, кому я зашивала одежду, с кем собирала грибы в осеннем лесу, кому рассказывала истории у ночного костра. Теперь в их глазах горел огонь… и он был куда страшнее того, что плясал на факелах.

– Ведьма! – выкрикнул кто-то из толпы, и она одобрительно загудела единым голосом. – Она мор навела! Скотину сглазила!

– Я не ведьма, – сказала я тихо.

Глупо. Бесполезно. Они уже решили.

Кузнец – здоровенный детина с кулаками размером с мою голову – шагнул вперёд, взмахнув топором.

– Ведьма должна гореть!

Толпа качнулась следом, как одно живое чудовище с сотней глаз.

Я посмотрела вниз. Река ждала. Звала, обещая быстрый конец. Иронично, что в своем далеком прошлом я тоже умерла... И так и не научилась плавать – ни тогда, ни сейчас.

– Прощайте, – прошептала я и шагнула в пустоту.

Падение длилось вечность! Ветер свистел в ушах, переходя в сплошной вой. Желудок провалился куда-то в пятки, сердце, кажется, просто остановилось. Скала мелькнула серой стеной – и исчезла. Осталось только небо, река внизу и понимание, что я лечу навстречу собственной смерти.

Снова.

Удар.

Вода обхватила меня с нечеловеческой жадностью. Холод был таким острым, что, казалось, разрезал кожу. Он ворвался в легкие ледяным лезвием, сдавил грудь стальным обручем, выбил последний воздух. Темнота сомкнулась, и я перестала понимать, где верх, а где низ. Только хаос, агония и звон в ушах.

Я барахталась, захлёбывалась, инстинктивно пытаясь сделать вдох. В лёгкие лилась только вода. В висках застучала кровь Сознание мерцало, как лампочка перед коротким замыканием.

Глупая. Какая же я глупая. Снова смерть. И от этого было обиднее всего.

Но вдруг – рывок.

Чья-то сильная рука схватила меня за запястье и потащила вверх. Вода расступилась. Я успела сделать один судорожный вдох, и всё вокруг стало размытым, далёким. Меня упорно тянули куда-то, а я не могла даже пошевелиться. В глазах темнело.

Но тьма длилась недолго.

Что-то твердое под спиной. Холод гладкого, отполированного камня. Шум реки где-то рядом, но уже приглушенный. И губы.

Чужие губы на моих.

Настойчивые, обжигающе горячие на фоне ледяной кожи, они вдавливались в мой рот, безжалостно разжимая челюсти, вдувая воздух. Живительный кислород врывался в легкие, возвращая к жизни через боль.

Я закашлялась. Вода хлынула изо рта и носа фонтаном. Кто-то грубо, но умело перевернул меня на бок, хлопнул по спине.

– Дыши, – слово упало в угасающий разум, как тяжелый камень.

Не просьба – приказ.

Я вдохнула. Выдохнула, чувствуя, как саднит горло. Снова закашлялась.

Сквозь мутную пелену слез я увидела его.

Графитовая кожа. Мокрые белоснежные волосы прилипли к высокому лбу и острым скулам. Тонкие, чётко очерченные губы – те самые, что только что вдыхали в меня жизнь – были сжаты в равнодушную линию. Мокрая рубашка облепила широкие плечи, обрисовала рельефную грудь.

Но главное – глаза.

Фиолетовые. С вертикальными, кошачьими зрачками. В них плескалась насмешка, опасный блеск и – жадное, почти хищное любопытство. Он смотрел на меня, как на редкую добычу, которая сама прыгнула в капкан.

Эльф. Настоящий тёмный эльф!

– Ты... – прохрипела, не в силах оторвать взгляд от этих невозможных глаз.

– Молчи.

В его голосе было что-то древнее. Что-то, не привыкшее к возражениям.

Я хотела разрыдаться от дикого облегчения и такого же дикого страха перед ним.

Но сознание, измученное ледяной водой и борьбой за жизнь, сдалось. Оно начало ускользать, утягивая меня в мягкую, теплую пустоту, которая была куда приятнее холода реки.

Глава 2. Плата за дыхание

Первым пришёл запах.

Хвойный терпкий аромат, от которого не хочется отстраняться, хотя именно это и нужно сделать. Что-то опасное, хищное, но до одурения притягательное. Я потянулась к нему раньше, чем успела понять, что делаю. Вдохнула жадно, забывая об осторожности.

Потом пришло всё остальное.

Мерный цокот копыт. Покачивание.

Я открыла глаза.

Серое небо над головой. Голые ветки деревьев мелькают по обе стороны дороги. И рука – графитово-тёмная, с длинными пальцами – лежит у меня поперёк живота. Крепко. Властно. Без права на возражения.

Я дёрнулась.

– Не советую, – раздалось прямо над ухом. Густой, обволакивающий тембр прошёлся вибрацией по всему телу.

Сердце упало в ноги. Я обмерла, осознавая всё сразу: седло подо мной, лошадь – огромная, вороная, – и он. Его грудь вплотную к моей спине. Бедро к бедру.

Жар от него шёл волнами. Нечеловеческий, почти обжигающий. Сквозь плащ, в который я была замотана с ног до головы, сквозь мокрую, липнущую к телу одежду – он всё равно добирался до кожи. Пробирал до костей, заставляя что-то внутри сжиматься в узел.

Не думай об этом.

Я уставилась на дорогу. Широкий тракт, утрамбованный тысячами повозок. Каменные столбы. Сосредоточилась на том, чтобы голос не дрогнул:

– Где я?

Пауза. Такая долгая, словно мой вопрос был настолько глуп, что он решал, стоит ли вообще тратить слова.

– В седле, – сказал эльф наконец. – Не заметно?

– Я имею в виду – куда мы едем.

– В Азкарон.

Мне стало нехорошо. Азкарон. Столица. Сердце королевства, куда простые деревенские жители не попадали никогда. Или попадали один раз, и уже не возвращались.

– А вы кто? – спросила я осторожно.

Пауза. Другая, тяжелее предыдущей.

– Твой хозяин.

Я резко развернулась, насколько позволяло седло.

– Что?

Аметистовые глаза смотрели без малейшего интереса к моей реакции. Лицо абсолютно спокойно – так смотрят на строптивого жеребца, который брыкается, но никуда не денется.

– Вы меня вытащили, – сказала я медленно. – Спасибо, конечно. Но это не значит, что вы мной владеете.

– Долг жизни, – произнёс он, как что-то само собой разумеющееся. – Я спас тебя. Теперь твоя жизнь принадлежит мне, пока не отработаешь. Таков закон.

– Чей закон?!

– Тёмного Альянса.

Я открыла рот – и закрыла. Потому что спорить с тёмным эльфом, сидя у него в седле, завёрнутая в его плащ, на дороге, ведущей в столицу, было занятием настолько бессмысленным, что даже злость куда-то подевалась. Осталось только холодное тихое понимание: я влипла.

– Как? – спросила я наконец.

– Что – как?

– Как мне отработать долг?

Тишина. Рука на моём животе не шелохнулась. Он не ответил. И это молчание было красноречивее любых слов. Что-то горячее поднималось волной – злость или смущение, я не разобрала.

– Зачем прыгала? – спросил он, когда я уже почти убедила себя, что тема закрыта.

– Что?

– Со скалы. Зачем.

В его голосе не было ни сочувствия, ни осуждения. Просто вопрос. Интересный факт, который стоит изучить и отложить в сторону.

– Меня хотели сжечь на костре, – буркнула я.

Конь резко остановился, и я бы полетела вперёд, если бы рука не сдержала. Почти физически я ощутила, как напряжение повисло в воздухе. Эльф за моей спиной превратился в каменную статую. Молчание вдруг наполнилось той опасной тишиной, что бывает перед бурей.

Я поняла с опозданием. Слишком большим опозданием. Сожжение на костре. Я только что сама, своим ртом, сообщила тёмному эльфу, что меня обвинили в ведьмовстве.

– Я не ведьма! Я не знаю, почему они так решили!

Это была ложь. Неполная – но ложь. Я знала.

Бес. Маленький, с кошачьей мордой и угольно-чёрной шерстью, с крыльями, которые он аккуратно складывал, когда запрыгивал ко мне на руки. Я нашла его в лесу три месяца назад – тощего, с порванным крылом, – и принесла ему молока. Приходила снова. И снова. Он стал ждать меня у старого дуба, узнавал шаги, тыкался мордой в ладонь.

Я звала его Бес.

Только позже, уже когда привязалась, поняла, что это и есть бес – тварь Бездны, сбежавшая через Разлом. Маленькая, странная, совсем не страшная. Куда роднее, чем деревня, куда роднее, чем люди, приютившие меня из жалости.

Кто-то видел нас вместе. Этого оказалось достаточно.

Бес остался там. В лесу, у старого дуба, где, наверное, ждёт меня до сих пор. Что-то неприятно сжалось в груди. Я отогнала мысль.

– Просто деревенская паника, – сказала я вслух, и голос получился ровным. – Пал скот, начался мор. Им нужен был кто-то виноватый.

Визуалы

Наша главная героиня, умеющая влипать в неприятности как никто другой:))
Мариша

Тёмный эльф, спасший Маришу. Вальтер Грейв

От автора:)

Дорогие мои!

Вас ждут приключения, после которых невозможно остаться прежней. Здесь каждый шёпот хранит страшную тайну, а предать могут даже самые близкие. Выбор – роскошь, которую нельзя себе позволить.

МЖМ. Без компромиссов. Без запретов.

Добро пожаловать в историю, где не будет просто. Будет горячо. 🔥


История участвует в обжигающем литмобе "Орк и дроу" https://litnet.com/shrt/bMYn

Глава 3. Ливень и пламя

Первая молния вспыхнула за лесом, осветив всё мертвенно-белым. Потом удар грома – и ливень хлынул стеной, мгновенно, как будто кто-то опрокинул огромную чашу. Тяжёлые капли забарабанили по плечам, по лицу, вмиг промочили волосы и плащ.

Я инстинктивно вжалась в эльфа. Всегда боялась грозы. Хотя сейчас, кажется, бояться надо было не её…

Задрала голову, смаргивая воду с ресниц.

Эльф возвышался надо мной, и дождь стекал по его лицу, по острым скулам, по губам. Он смотрел на меня сверху вниз, и в этом взгляде не было ничего человеческого.

Я попыталась отойти, но он не отпустил. Пальцы сжали запястье сильнее, до боли.

– Ты говоришь, не ведьма, – сказал он тихо. Дождь барабанил по земле, по траве, по его плечам – а голос был всё равно слышен, будто непогода не имела к нему никакого отношения. – Проверим.

– Как? – выдохнула я, хотя ответ уже начала угадывать по тому, как изменился его взгляд. Вертикальный зрачок чуть расширился, впитывая меня, мокрую, дрожащую, прижатую к нему неизбежностью.

Он медленно наклонился.

Я упёрлась руками в его грудь, останавливая его лицо в сантиметре от своего. Под ладонями – жар, уверенный ритм чужого сердца. Мускулы под мокрой тканью напряглись, но он позволил мне эту иллюзию контроля.

– Это самый… безболезненный способ, – Губы дрогнули в тени улыбки. – Но если хочешь, достаточное количество крови тоже может подсказать ответ.

Я отчаянно замотала головой. Кровь – не сегодня. Кровь – вообще никогда!

И он поцеловал меня.

В этот раз иначе. В этот раз он не вдыхал в меня жизнь – он её выпивал.

Сначала – просто прикосновение. Губы к губам, тёплые, несмотря на ледяной дождь. Пробующее, изучающее, дразнящее. Я замерла, не зная, что делать, как дышать, куда деть руки, которые всё ещё упирались в его грудь.

Он ждал. Понимал моё замешательство – и ждал.

Затем его язык медленно провёл по моей нижней губе. Это было не просьбой – требованием. Я подчинилась. Губы дрогнули и приоткрылись.

Меня будто током ударило!

Горячий, настойчивый язык встретился с моим, и мир вокруг просто перестал существовать. Гроза, холод – всё исчезло. Остались только его губы, его дыхание, его вкус, от которого закружилась голова.

Из горла вырвался сдавленный стон. Щёки вспыхнули. Я не контролировала это – тело предательски откликалось само.

Его рука – та, что держала запястье – разжалась и скользнула мне на талию. Притянула ближе. Вплотную. Чтобы между нами не осталось даже дождевых капель.

Вторая рука легла на затылок, пальцы зарылись в мокрые волосы. Чтобы не могла отстраниться. Чтобы не посмела.

Поцелуй углубился, становясь почти жестоким. Он не просто целовал – он брал. Властно, без спроса, без надежды на сопротивление. Медленно, касаясь нёба, скользя по зубам, сплетаясь с моим языком в каком-то древнем интимном танце.

Я таяла. Прямо там, под ледяным ливнем, в его руках, я чувствовала, как плавятся кости, как уходит напряжение, как страх сменяется чем-то тёмным и тягучим.

Его зубы сомкнулись, прикусывая. Несильно, но достаточно, чтобы по телу прошла дрожь, чтобы дыхание окончательно сбилось, чтобы я вцепилась пальцами в его рубашку, боясь упасть.

Он оторвался резко.

Я стояла, тяжело дыша, осознавая, что губы горят, что сердце колотится где-то в горле, что дрожат колени. Мир поплыл – то ли от дождя, то ли от него. Щёки горели так, что, наверное, могли бы согреть всю эту промозглую дорогу.

– Пусто, – бросил он. Лицо снова стало равнодушным, маска скользнула на место, спрятав ту опасную, жадную тень, что мелькнула в глазах за миг до поцелуя. – Ты не ведьма.

– Пусто? – переспросила я, не веря, что это слово сейчас вообще может что-то значить.

– Ни капли магии, – пояснил он. – Если бы была, поцелуй бы её вскрыл. А ты – пуста, как высохший колодец.

– Так я знаю! – возмутилась, немного приходя в себя. – Я же говорила!

– Говорить можно всё что угодно, – отрезал он. – Будь ты ведьмой, сейчас лежала бы с перерезанным горлом. Долг жизни – не защита от Бездны.

Он развернулся и одним движением взлетел в седло. Протянул руку – властно, не допуская мысли, что я могу отказаться.

– Залезай. Гроза не утихнет до утра, а мне мокнуть не нравится.

Я стояла под дождём, смотрела в эти нереальные глаза, равнодушно взирающие сверху, и чувствовала, как на губах до сих пор горит его вкус.

Пусто.

А почему тогда внутри меня сейчас всё полыхает?

Глава 4. Столица

К тому моменту, когда впереди показались стены Азкарона, небо уже окончательно потемнело.

День дороги тянулся бесконечно. Лошадь то неслась, будто за нами гнались все твари Бездны, то переходила на размеренный шаг. Камни тракта глухо стучали под копытами, а я давно перестала чувствовать время.

Ветер высушил мою одежду после реки и грозы. Ткань стала жёсткой, волосы спутались, пальцы всё ещё немного дрожали от пережитого. Но самое странное – тело успело привыкнуть к чужому теплу за спиной.

Я больше не дёргалась от каждого движения эльфа.

Даже перестала думать о том, что его рука всё это время лежала на поводьях рядом с моей.

Усталость навалилась тяжёлым камнем. Настолько, что страх, который с утра сжимал грудь, понемногу притупился. Казалось, если меня сейчас бросят на землю, я просто лягу и усну прямо на дороге.

Но стоило впереди появиться замку – сонливость исчезла.

Я резко выпрямилась в седле.

Азкарон не просто возвышался над нами. Он давил.

Чёрные башни, острые как клыки, вонзались в ночное небо. Каменные стены казались не построенными, а выросшими из самой скалы. Неровные, тёмные, словно пропитанные временем и чем-то ещё… чем-то, от чего по коже полз холод.

Узкие окна светились огнями. Не тёплым светом домов. А холодным, будто в них горели глаза чудовища, наблюдающего за каждым, кто приближается.

Луна висела низко и освещала камень серебристым светом. Блики скользили по острым шпилям, по зубчатым стенам, по длинному мосту, перекинутому через чёрную пропасть.

Мост казался бесконечным. И почему-то очень похожим на дорогу в ловушку.

Я невольно поёжилась.

– Нравится? – лениво спросил голос у меня над ухом.

Только сейчас поняла, что замерла.

– Похоже на гробницу, – честно ответила я.

Тёмный эльф тихо усмехнулся.

– Для многих так и есть.

Мы въехали на мост.

Камень под копытами гулко отзывался эхом, которое уходило куда-то вниз, в темноту. Я даже не рискнула посмотреть в пропасть.

По мосту медленно двигалась вереница повозок и карет. Лошади фыркали, колёса скрипели. Кто-то торопился, кто-то спорил со стражей, слуги кричали друг на друга, пытаясь развернуть повозки.

Казалось, половина королевства решила сегодня приехать сюда.

Замок не спал. Он жил. И дышал этой суетой.

Когда мы приблизились к воротам, шум стал громче. Стражники сновали между повозками, проверяли бумаги, заглядывали внутрь карет, спорили с раздражёнными аристократами.

Кто-то пытался пролезть без очереди. Кто-то возмущённо требовал уважения к своему титулу.

Но стоило нашей лошади приблизиться…

Всё изменилось.

Один из стражников заметил нас. Его лицо резко вытянулось. Он быстро выпрямился и ударил кулаком по нагруднику.

Другие тоже повернулись. И почти одновременно склонили головы.

– Лорд, – коротко произнёс один из них.

Без вопросов.

Без проверки.

Без лишних слов.

Дорога мгновенно освободилась.

Мы спокойно проехали под массивной аркой ворот.

Внутри неприятно сжалось. Лорд? Значит, мой спаситель – кто-то из знати.

Отлично. Просто прекрасно.

Потому что если у аристократов этого королевства такие же манеры, как у него… мне стоит начинать молиться всем богам сразу.

Лошадь пересекла внутренний двор и остановилась.

Эльф легко спрыгнул на землю.

Я почувствовала, как вместе с ним исчезло тепло за спиной.

Лунный свет скользнул по его лицу. И тогда я увидела его глаза. В темноте они светились. Не ярко. Едва заметно. Фиолетовым холодным светом, словно внутри них горел слабый огонь.

Уставилась. Совершенно бесстыдно.

Он поймал мой взгляд и медленно поднял бровь.

– Осторожнее, – протянул он. – Если будешь так смотреть, я могу решить, что ты уже начала отрабатывать долг.

Я едва не поперхнулась воздухом, но упрямо вскинула подбородок.

– Не льстите себе. Я просто никогда раньше не видела… таких.

Он чуть склонил голову, внимательно рассматривая меня.

– Каких?

Я открыла рот, собираясь сказать что-нибудь язвительное.

– Красивых… – вырвалось раньше, чем я успела подумать.

Щёки вспыхнули так, что, казалось, засветились в темноте не хуже его глаз.

Глава 5. Вкус имени

Замок внутри оказался именно таким, каким и должен был быть – мрачным, богатым и бесконечно запутанным. Каменные своды уходили высоко в темноту, факелы горели ровным, неестественно спокойным пламенем, а ковры под ногами были такими толстыми, что шаги тонули в них бесследно.

Я старалась запоминать дорогу. Налево, потом направо, снова лестница, галерея с портретами… Бесполезно. Через пять минут я уже окончательно запуталась и могла поклясться, что мы прошли одну и ту же дверь трижды.

Впрочем, пленнице знать дорогу к выходу и не положено. Особенно если эта пленница – я.

Мы остановились у массивной двери из тёмного дерева, украшенной серебряным узором, похожим на паутину. Эльф толкнул её, даже не взглянув на меня.

– Заходи.

Комната, в которую я попала, была… не темницей. Гостиная. Самая настоящая гостиная, будто вырезанная из страниц дорогого журнала про интерьеры для сверхъестественно богатых.

Камин, в котором весело потрескивали дрова, отбрасывая тёплые блики на стены, заставленные книгами в кожаных переплётах. Тяжёлые портьеры тёмно-бордового бархата, перехваченные золотыми шнурами. Стол у окна и огромное кресло у камина. Я замерла на пороге в нерешительности.

– Быстрее, – повторил эльф. Терпение явно не входило в список его добродетелей.

Сбросила плащ на руки подоспевшему слуге. Я даже не заметила, откуда тот взялся – просто материализовался из тени у стены, молча принял плащ и так же бесшумно исчез.

– Я думала, меня ждёт подвал с цепями, – ляпнула, прежде чем успела прикусить язык. Видимо, нервное.

Эльф обернулся. В свете камина его лицо казалось почти живым – тёплые отблески скользили по графитовой коже, смягчали острые скулы, играли на тонких губах. Почти. Потому что глаза оставались всё теми же – чужими, холодными, с вертикальными зрачками, которые, казалось, видели меня насквозь.

– Разочарована? – в его голосе мелькнула тень насмешки. – Могу организовать, если хочешь.

– Не хочу, – быстро отказалась я. – Спасибо, я как-нибудь без цепей обойдусь. Они мне не идут.

Он не ответил. Прошёл к столу, налил в два тяжёлых серебряных кубка что-то тёмное из графина. Движения плавные, текучие – хищник даже в мелочах не теряет грации. Протянул один мне.

– Пей.

Я взяла кубок с опаской, понюхала. Пахло вином.

– Это не яд, – сказал он, усаживаясь в кресло у камина. – Если бы я хотел тебя убить, оставил бы в реке.

Логично.

Я сделала глоток. По языку растеклось тепло – густое, терпкое, с нотками корицы и чего-то неуловимо горьковатого, от чего захотелось зажмуриться. Вино скатилось в желудок и тут же разлилось по телу приятной волной, расслабляя мышцы, согревая.

Только сейчас я поняла, насколько мне было холодно.

– Что это? – спросила, делая ещё глоток. Осторожность явно решила взять выходной.

– Глинтвейн. По-нашему, – он лениво повертел кубок в пальцах, наблюдая, как тёмная жидкость плещется о серебряные стенки. – Северные специи. Твои дрожащие колени начинали меня утомлять.

Я поперхнулась.

– Мои колени… что?

– Замёрзла, – спокойно пояснил он, даже не взглянув на меня. – После реки и грозы. Лечить тебя вместо того, чтобы… заниматься более приятными вещами… мне не улыбается.

Щёки вспыхнули мгновенно. Я сделала большой глоток, чтобы скрыть смущение, и чуть не закашлялась – вино обожгло горло.

В камине треснуло полено, искры взметнулись вверх россыпью золотых пчёл. Я стояла посреди комнаты, сжимая кубок, и пыталась сообразить, что делать дальше.

Эльф молчал. Он просто сидел в кресле и смотрел на пламя. Идеальный профиль, расслабленная поза – но я кожей чувствовала, что он следит за мной.

– Долго ты собираешься стоять столбом? – спросил он наконец.

– А что, мешаю? – огрызнулась я. – Могу уйти. Только скажи куда.

Он медленно повернул голову. Аметистовые глаза в полумраке камина снова начали светиться.

– Подойди.

Не приказ – констатация факта. Так говорят, когда не сомневаются, что их послушают. Когда привыкли, что любое их слово – уже закон.

Я сделала глоток вина. Потом ещё один. В голове приятно зашумело, а страх, который последние часы сидел холодной иглой под лопаткой, начал понемногу отпускать. Или это глинтвейн так работал? Или просто адреналин закончился, и организм вступил в стадию принятия?

Какая разница.

– Я не люблю повторять.

– А я не люблю, когда мной командуют, – ответила я. И сделала шаг вперёд.

Сама не поняла, зачем. То ли вино ударило в голову, то ли просто устала бояться. Остановилась прямо напротив него. Кресло было низким, а я стояла в полный рост, так что получилось… странно. Я нависала над ним, и от этого по позвоночнику пробежало пьянящее, почти запретное ощущение власти. Мужчина сидел, запрокинув голову, и смотрел на меня снизу вверх. В его глазах плясали отблески пламени.

– Смелая? – спросил он. Не насмешливо – скорее изучающе, будто я была интересным экземпляром в его коллекции.

Глава 6. Влечение

В деревне, где я прожила полгода, его не просто боялись – им жили. Им дышали. Матери пугали им непослушных детей. Мужики понижали голос до шёпота, когда речь заходила об армии короля. И этот шёпот всегда был смесью ужаса и благоговения.

Потому что без них – без Тёмного Альянса, без орков и дроу, сплотившихся под знамёнами короля – людей бы уже не было.

Я вспомнила, как старый мельник рассказывал об этом за кружкой браги. О том, как люди правили этими землями. И как всё рухнуло, когда открылись Разломы.

Твари Бездны не спрашивали, кому принадлежит трон. Они просто лезли. Бесконечным потоком тьмы, демонов, порождений кошмаров. Люди гибли тысячами. Целые провинции исчезали с карт за одну ночь.

А потом пришли они.

Орки и дроу – вечные враги, заклятые противники – вдруг поняли, что тьма сожрёт их всех, если они не объединятся. Тёмный Альянс родился в крови и огне, скреплённый выживанием. Они отбросили тварей назад. Взяли власть в свои руки, потому что у людей её просто не осталось.

Король-орк и его командующий, тёмный эльф.

Два хищника, удерживающие мир от падения в Бездну.

Их ненавидели. Их боялись. Им молились в тёмные ночи, когда ветер доносил вой из Разломов.

Передавали друг другу слухи о битвах, в которых участвовал лорд Грейв. О врагах, которые не доживали до рассвета, если он выходил на охоту.

Говорили, что твари Бездны узнают его запах за сотню лиг и разбегаются в ужасе. Что он убивал демонов голыми руками, когда заканчивались стрелы.

И что ни одна женщина не могла устоять перед ним.

Последнее, правда, добавляли бабы на посиделках, краснея и отводя глаза.

Командующий армией Тёмного Альянса. Правая рука короля. Тень, несущая смерть.

А я сидела у его ног. Дерзила ему. Смотрела в глаза, в которых горел фиолетовый огонь.

Во рту пересохло мгновенно.

– Ты… – выдохнула я. В горле встал ком. – Вы командующий. Тот самый.

Вальтер медленно поднял бровь.

– Тот самый? – переспросил он. В голосе мелькнуло ленивое любопытство, будто я была ребёнком, пересказывающим страшную сказку. – Интересно. И что же обо мне говорят?

Я открыла рот – и закрыла.

Потому что всё, что говорили о нём в деревне, нельзя было повторять в приличном обществе. Особенно если это общество принадлежало ему.

– Достаточно, – выдавила я наконец. Голос дрогнул. – Чтобы я пожалела, что спрыгнула не с той скалы.

Он усмехнулся. И в этой усмешке промелькнуло что-то почти человеческое.

– Поздно жалеть. Ты уже здесь.

Я смотрела в эти невозможные глаза и пыталась примирить в голове два образа.

Того, кого боялось королевство. И того, кто спас меня из ледяной реки.

– Ты снова дрожишь, – заметил он.

– Холодно, – соврала я.

Он не поверил. Но ничего не сказал. Вместо этого чуть склонил голову, рассматривая меня так, будто я была загадкой, которую ему не терпелось разгадать.

– Как тебя зовут?

Вопрос застал врасплох. Я моргнула, не ожидая, что его вообще интересует моё имя.

– Мариша, – ответила тихо.

– Мариша, – повторил он, будто пробуя имя на вкус, обводя его языком, примериваясь. – Подходит.

Я не поняла, что именно подходит, но спрашивать не рискнула.

– Мариша, – снова произнёс он, тише, почти шёпотом. И от того, как это имя скатилось с его губ, у меня внутри что-то ёкнуло. Споткнулось. Замерло.

Никогда не думала, что моё имя может звучать... так.

– Теперь ты моя, Мариша, – добавил он, и в голосе прорезалась та самая сталь, что не терпит возражений. – Запомни это.

Я уже собиралась ответить что-то резкое, что неминуемо приведет к моей безвременной кончине, но вдруг, сквозь потрескивание огня, я услышала шорох.

Тихий, едва уловимый. В дальнем углу комнаты, где густые тени прятались от света камина, сливаясь с тяжёлыми портьерами.

Я замерла. Сердце пропустило удар.

Шорох повторился. А потом из темноты появилась морда.

Чёрная. С острыми кошачьими ушами и горящими жёлтыми глазами. Маленькая, хитрая мордочка с любопытством потянулась в мою сторону, принюхиваясь. Ноздри раздувались, улавливая мой запах.

Бес. Господи, это же мой Бес!

Та же угольная шерсть, отливающая синевой в свете огня. Те же перепончатые крылья, сложенные за спиной, подрагивающие от нетерпения. Тот же наклон головы, будто зверёк пытается понять, кто перед ним – друг или враг.

Воздух застрял в лёгких.

Глава 7. Тревога

Это не был тот поцелуй, которым он вдыхал в меня жизнь на берегу. Не тот, которым проверял на магию под дождём.

Это был поцелуй собственника.

Глубокий. Властный. Требовательный. Он брал мой рот, мой язык, моё дыхание – брал и не отдавал. Я таяла в его руках, плавилась, стекала воском в его ладонях, но где-то на краю сознания билась паника.

Я попыталась отстраниться. Самую малость. Чтобы перевести дыхание, чтобы вспомнить, кто я и зачем здесь.

Вальтер не позволил.

Его рука скользнула мне на затылок, пальцы зарылись в волосы, фиксируя, не давая двинуться. Он углубил поцелуй, и я задохнулась – уже не от страха, а от того, как это было... безумно. Его вкус. Его запах. Его жар.

Когда он наконец оторвался, я сидела на нём, тяжело дыша, и чувствовала, как горят губы.

Его руки прошлись по моим бёдрам, задирая подол платья. Ткань поползла вверх, открывая меня для него. Холодный воздух комнаты коснулся разгорячённой кожи, и я вздрогнула.

– Неужели все еще холодно? – в его голосе мелькнула насмешка.

Едва сдержалась, чтобы не закатить глаза.

Он хмыкнул. Пальцы нащупали край моих трусиков, оттянули – и скользнули под них.

Я закусила губу. Я должна была его остановить.

Но тело предательски замерло, будто решив посмотреть, чем всё закончится.

– Можешь не молчать, – разрешил он. – Я хочу слышать твои стоны.

– Самоуверенный засранец, – выдохнула я.

Слова вырвались раньше, чем я успела их остановить. Но он только усмехнулся:

– И тебе это нравится.

Рука направилась выше.

Я дёрнулась, но он держал крепко. Провёл пальцем вдоль, почти касаясь там, где никто не смел прикасаться, изучая, дразня, собирая влагу.

– Боги, – прошептал он. – Ты уже течёшь. Просто от поцелуев.

Захотелось провалиться сквозь землю.

И одновременно – прижаться к нему ещё ближе.

– Заткнись, – прошипела, ощущая, как щёки заливаются краской.

– Зачем? – он наклонился к моему уху, и его голос стал ниже. – Ты мокрая. Горячая. Готовая. Это не стыдно, Мариша. Это честно.

Я не нашлась, что ответить. Потому что он был прав. И это бесило сильнее всего.

Его палец медленно вошёл в меня. Я чувствовала каждый миллиметр, каждое движение, каждое прикосновение к стенкам, которые инстинктивно сжимались вокруг него.

– Какая узкая, – прорычал он мне в шею, покусывая. – Какая отзывчивая. Ты хоть представляешь, как я войду в тебя?

Я не представляла. Я вообще перестала соображать!

Второй рукой он расстегнул свои штаны. Я слышала, как щёлкнула пряжка, как зашуршала ткань, и в следующую секунду его член упёрся в меня.

Я перевела взгляд и чуть не подавилась воздухом.

– Ого, – вырвалось у меня.

– Это всё, что ты можешь сказать? – усмехнулся он. – Я рассчитывал на более восторженную реакцию.

– А я рассчитывала сегодня утонуть, – огрызнулась я. – Планы меняются.

Эльф рассмеялся. Коротко, но искренне. А потом его лицо снова стало серьёзным.

– А теперь я хочу, чтобы ты потрогала меня.

– Нравится командовать? – выдохнула я, пытаясь вернуть хоть каплю контроля.

– Обычно да, – Он улыбнулся, и от этой хищной улыбки мурашки побежали по коже. – Но с тобой... интереснее.

Взял мою руку и медленно потянул вниз.

Боже, какой он был огромный. И горячий. Я коснулась его и на секунду задержала дыхание.

– Веди рукой, – голос Вальтера стал бархатным шепотом. – Медленно. Да, вот так.

Я послушно сжала пальцы и провела вверх. Кожа была бархатистой, но под ней чувствовалась сталь.

– Боги, – выдохнул он, запрокидывая голову. – Ещё.

Я провела снова. И снова. Моя рука двигалась сама, инстинктивно находя ритм, а он сжимал мою задницу, направляя, заставляя тереться о его член каждый раз, когда ладонь доходила до головки.

Между ног становилось невыносимо мокро. Каждое его слово отдавалось пульсацией внизу живота.

– Я хочу войти в тебя, – сказал он вдруг, открывая глаза. В них плескалась тьма. – Хочу растянуть тебя собой. Хочу чувствовать, как ты сжимаешься вокруг меня. И слышать, как ты кричишь мое имя.

Он приподнял меня за бёдра – легко, будто я ничего не весила – и в следующую секунду я почувствовала его член у самого входа.

Замерла. Мысли путались в голове, смешивались со всеми возможными эмоциями от ненависти до восторга.

– Тш, – прошептал он. – Расслабься.

Провёл головкой вдоль – медленно, касаясь самых интимных мест. Тихий стон слетел с моих губ, как бы я не пыталась его сдержать. Сердце забилось где-то в горле, норовя выпрыгнуть.

Глава 8. Беглянка

Я сидела в кресле, глядя на захлопнувшуюся дверь, и пыталась отдышаться.

Сердце бешено стучало, разгоняя тишину вокруг. На губах застыл вкус его поцелуя. Воздух был пропитан запахом хвои. Его запахом.

Между ног всё ещё горело, напоминая о том, как близко я была к краю. Слишком близко.

Его руки. Его дыхание у моей шеи.

И то, как моё собственное тело предательски тянулось к нему.

Какого чёрта я вообще творю?! Чуть не позволила мужчине, которого знаю… сколько? Пару часов?.. сделать со мной… всё.

Горячая волна стыда прокатилась по телу.

Вскочила так резко, что чуть не упала – ноги дрожали, подкашивались, отказывались держать.

– Бес, – позвала я шёпотом. – Бес, где ты?

В углу зашевелились тени. Чёрная мордочка высунулась наружу, жёлтые глаза с любопытством уставились на меня.

– Иди сюда, маленький чертёнок, – прорычала я, не хуже Вальтера.

Бес запрыгнул на спинку кресла и уселся там, свесив хвост, с видом полнейшей невинности. Мол, я вообще тут ни при чём, это всё ты сама.

– Ты хоть понимаешь, из-за кого я это всё делала? – зашипела я на него. – Из-за тебя! Если бы не ты, я бы не полезла к нему на колени, не сидела бы там как… как…

Я запнулась, подбирая слова.

– В общем, не делала то, чего делать не должна была!

Бес моргнул. Склонил голову набок, будто спрашивая: «И?»

– Не делай вид, что не понимаешь! – я ткнула в него пальцем. – Ты! Из-за тебя меня чуть не сожгли в деревне! Из-за тебя я сидела на командующем и делала… делала…

Я снова замялась.

– В общем, делала глупости!

Он зевнул. Широко, во всю пасть, показав острые зубки.

– Ты… – я задохнулась от возмущения. – Ты ещё и зеваешь?!

Бес лениво почесал ухо задней лапой и посмотрел на меня так, будто хотел сказать: «А тебя кто заставлял?»

– Наглая тварь, – буркнула я.

Выдохнула и подошла к окну.

Толкнула тяжёлую раму – та поддалась с трудом, со скрипом. В лицо ударил холодный ночной воздух.

Далеко внизу, во дворе замка, суетились люди. Горели факелы, слышались крики – там явно готовились к чему-то серьёзному.

Я обернулась к Бесу.

Тот все также сидел на спинке кресла и смотрел на меня с самым невинным видом, на который только был способен.

– Бес, – прищурилась я. – А не из-за тебя ли там такой переполох?

Он моргнул. Снова склонил голову набок.

– Не строй из себя невинного, – фыркнула я. – Ты тварь Бездны. Может, за тобой пришли?

Вредный крылатый кот дёрнул ухом. Потом демонстративно отвернулся.

– Ладно, – вздохнула я. – Тебе нельзя здесь оставаться. Если Вальтер тебя увидит… если поймёт, что ты со мной связан…

Даже додумывать не хотелось.

Если Вальтер узнает, что я прячу тварь Бездны… меня не просто убьют.

Меня сначала допросят. Узнают, что я вообще из другого мира. И тогда… тогда даже не знаю, что и будет.

– Ты должен улететь, – я посмотрела в жёлтые глаза. – Спрячься где-нибудь.

Бес нахохлился. Прижал уши. Ему явно не нравилась эта идея.

– Понимаю. Но так надо. Ради нашей с тобой безопасности.

Он фыркнул, но спорить не стал.

– Лети, – кивнула на окно. – И будь осторожен.

Бес метнулся к подоконнику. Замер на секунду, обернулся – посмотрел на меня долгим взглядом.

А потом расправил крылья и прыгнул в темноту.

Я смотрела, как чёрный силуэт растворяется в ночном небе, и лихорадочно соображала, что делать дальше.

Его руки.

Его губы.

Его голос, шепчущий: «Я буду осторожен».

И моё тело, которое откликалось. Которое хотело. Которое до сих пор требовало продолжения.

Я зажмурилась и тряхнула головой.

Нет.

Нет, нет, нет.

Я не должна здесь быть. Не хочу быть его игрушкой. Не могу ждать, когда он вернётся и захочет продолжить с того места, где нас прервали.

Даже если его прикосновения сводят с ума. Даже если его голос проникает под кожу. Даже если где-то глубоко внутри, в самой тёмной и постыдной части души, я хочу, чтобы он вернулся.

Решение пришло резко, как удар молнии.

Я ухожу. Сейчас. Пока не поздно.

Подхватила подол платья, подбежала к двери, толкнула – та поддалась.

Коридор был пуст. Только факелы горели на стенах, отбрасывая пляшущие блики.

Ноги несли сами, поворачивали, петляли, путались в бесконечных переходах.

Глава 9. Призрачный провожатый

– Дура, – прошептала я в тишину. – Какая же я дура. Мало мне Вальтера, надо было ещё и к непонятному артефакту лезть.

Попыталась стереть узор ладонью. Бесполезно.

– Ладно, – выдохнула, поднимаясь на ноги. – Разберёмся потом. Сначала выбраться отсюда.

Я сделала шаг к выходу – и замерла.

Потому что в проёме двери стоял ОН. Нет, ОНО.

Прозрачное. Светящееся бледно-голубым светом. Самое настоящее привидение!

Старик. Высокий, худой, в камзоле. Волосы зачёсаны назад, на лице – глубокие морщины и выражение крайнего неодобрения.

Я открыла рот. Закрыла. Снова открыла. Из горла вырвался только сдавленный писк.

Призрак смотрел на меня в упор.

– О, – сказал он вдруг. Его прозрачные глаза уставились на мою руку. На светящийся узор. – Так ты уже отметилась.

Я машинально спрятала руку за спину.

– Что? Я ничего не… я просто…

– Не трать время на враньё, девочка, – перебил он устало. – Я тут двести лет торчу. Видел всякое. Но чтобы претендентка сама нашла зал артефакта и умудрилась коснуться шара до официальной церемонии… – он покачал прозрачной головой. – Это впервые.

– Претендентка?..

Одна прозрачная бровь приведения поползла вверх, и зрелище было настолько сюрреалистичным, что я на секунду забыла, как дышать.

Похоже, самое время упасть в обморок. Я даже поискала глазами, куда бы тут удобно грохнуться, но вокруг был только холодный каменный пол.

– На тебе метка Отбора.

Я уставилась на свою руку. Узор всё так же пульсировал, переливаясь серебром.

Мало мне долга жизни перед Вальтером. Мало того, что я стала его собственностью. Так теперь я ещё и отметилась в отборе невест для короля-орка. Боги, за что мне это? Чем я так прогневала высшие силы?

– Вот же… гадство… – пробормотала я, мгновенно осознавая весь ужас произошедшего.

– Артефакт выбора, – кивнул призрак. – Касаться его могут только те, кто теоретически подходит королю. Обычно это делают торжественно, с соблюдением протокола… – он скривился. – А ты просто вбежала и… дотронулась?

– Я не вбегала! Просто заблудилась. И он был такой… красивый. Я просто хотела посмотреть ближе.

Призрак прикрыл глаза, видимо пораженный моей глупостью.

– Красивый, – повторил он. – Она тронула артефакт выбора невест, потому что он был красивый. Боги, за что мне это?

– Послушайте, – собрав всю волю в кулак, сделала шаг вперёд. – Я правда не знала. Я вообще не местная. И понятия не имею, что здесь происходит и как работают ваши магические штуки. Если вас не затруднит, покажите мне, пожалуйста, как выйти из замка? Я немного… заблудилась.

– Девочка, – сказал он устало. – Ты только что коснулась артефакта, который создан тысячи лет назад. Он признал тебя достойной. Хочешь ты того или нет, теперь ты участвуешь. Тем более сейчас замок покидать нельзя.

– П-почему, нельзя?

– У нас тут разлом недалеко открылся. Какая-то тварь пролезла. Мелкая, но шустрая, – он понизил голос до драматического шёпота. – Так что выходить сейчас наружу – верный способ стать чьим-то ужином. Ты как, хочешь стать ужином?

Я отрицательно замотала головой. Боже, я кажется знала, что за тварюшка там пролезла. Такая пушистая и крылатая, с жёлтыми глазами и наглой мордой.

– Вот и славно. Тогда идём.

– Куда?

– В крыло для претенденток, – он развернулся и поплыл к выходу. – Ты теперь официально участница Отбора.

Я поплелась за ним.

Мы поднимались по лестницам, петляли по коридорам. Призрак плыл впереди, иногда бормоча что-то под нос – то ли проклятия, то ли поминальные молитвы.

– Завтра официальная часть. Представление претенденток королю.

У меня внутри всё оборвалось.

– Что? Завтра?

– Да, утром. Все невесты собираются в тронном зале, подходят к королю, называют имя и род. Обычно они к этому готовятся неделями: репетируют реверансы, учат этикет, выбирают платья. А ты…

– А я узнала об этом час назад! – выпалила я. – Я не умею делать реверансы! Я не знаю вашего этикета! Я даже не знаю, как обращаться к королю!

Призрак остановился. Медленно обернулся. Посмотрел на меня долгим оценивающим взглядом.

– А ты забавная, – сказал он наконец. – Редко встретишь претендентку, которая так откровенно признаётся в своей некомпетентности. Обычно они делают вид, что всё знают, а потом падают в обморок посреди зала.

– И что мне делать?

– Учиться быстро, – философски заметил он. – Тут, знаешь, вариантов немного.

– Гадство, – повторила я.

– Согласен.

Мы остановились у массивной двери. Он щелкнул прозрачными пальцами – и дверь открылась.

За ней оказалась небольшая, но уютная комната. Кровать с балдахином, камин, в котором уже горел огонь, небольшой столик у окна. Даже цветы в вазе стояли.

Глава 10. Начало

Я проснулась от взгляда.

Это невозможно объяснить, но я чувствовала его кожей, даже сквозь сон. Кто-то смотрел на меня в упор, и от этого взгляда по позвоночнику бежали мурашки.

Резко распахнула глаза.

Надо мной, паря в сантиметре от пола, висел Реджинальд. Прозрачный. Светящийся. С таким видом, будто я лично была виновата во всех его бедах последних столетий.

Я заорала.

– Тише, – призрак поморщился. – Разбудишь всё крыло. И вообще, неприлично так орать при виде дворецкого.

– При виде призрака! – выдохнула я, хватаясь за сердце. – Вы что, не можете в дверь стучать?!

– Я стучал, – обиженно возразил он. – Четыре раза. Ты не реагировала. Пришлось войти. Технически, сквозь дверь.

– Технически, – повторила я, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. – Вы меня чуть до инфаркта не довели!

– Не драматизируй, – отмахнулся Реджинальд и протянул ко мне прозрачные руки.

Он развёл ладони в стороны, и в воздухе материализовалось платье.

Настоящее. Красивое. Тёмно-алое, с золотой вышивкой по корсету и лёгкой, струящейся юбкой.

– Это… мне? – выдохнула я.

– А кому же ещё? – фыркнул призрак. – В этом убожестве, – он кивнул на мою мятую одежду, – ты не то что к королю – к служанкам выйти не можешь. Репутация дворца, знаешь ли. Двести тридцать семь лет поддерживаю, и чтобы какая-то... заблудившаяся претендентка всё испортила?

Голос у него был строгий, даже ворчливый. Но в прозрачных глазах мелькнуло что-то тёплое. Почти человеческое.

Я села на кровати, осторожно приняла платье. Ткань оказалась невесомой, мягкой, приятно холодила пальцы.

– Спасибо, – сказала тихо. – Правда. Спасибо.

Реджинальд замер. На его прозрачных щеках проступил едва заметный розоватый оттенок.

– Ну, – пробормотал он, отворачиваясь. – Не за что. Работа у меня такая. Присматривать за... за порядком.

– Вы краснеете? – изумилась я.

– Призраки не краснеют! – рявкнул он. – Тебе показалось. Свет так упал. Вставай давай, служанка скоро придёт. А мне ещё отчёт писать, почему артефакт сработал посреди ночи.

Он уже поплыл к двери, когда я окликнула его:

– Реджинальд?

Тот обернулся.

– Вы правда очень милый. Для призрака.

Он снова фыркнул и растворился в воздухе, но я успела заметить, как предательски зарозовели его прозрачные уши.

***

Служанка появилась в дверях минут через пять – и я сразу поняла, что эта девушка не из тех, кто умеет ходить медленно. Она словно влетела в комнату на крыльях, чуть не споткнувшись о порог.

– Ой! – выпалила она, вытаращившись на меня. – А вы уже одетая! А я думала, будить придётся, а вы уже... И платье... – она замерла, разглядывая наряд. – Красивое какое!

– Реджинальд принёс, – отозвалась я, поправляя юбку.

Служанка округлила глаза до размера блюдец.

– Господин Реджинальд? – переспросила она с таким благоговением, будто я сказала, что сам король мне кофе в постель притащил. – Он же с живыми не разговаривает почти! Только ворчит, когда мы вазы не туда ставим или пыль вытираем не той тряпкой. А чтоб платье принести... Вы точно не родственница какая?

– Точно, – усмехнулась я. – Просто заблудилась ночью и нарвалась на артефакт. Видимо, он решил, что меня нужно пожалеть.

– Нарвались на артефакт, – повторила служанка с непередаваемым выражением. – С вами точно всё будет хорошо, леди. Такие либо быстро умирают, либо королевами становятся.

– Утешила, – буркнула я.

– А что? – она пожала плечами. – Я Лисса, кстати. Приставлена к претенденткам помогать. Ко всем сразу, но сегодня вроде вы самая... – она замялась, подбирая слово.

– Бестолковая? – подсказала я.

– Необычная, – закончила она с хитрой улыбкой. – Таких запоминают. Пошлите быстрее, а то вы и так всё пропустили. Вручение меток уже было, вас не было, господин распорядитель так ругался... Аж стены дрожали. Но потом сказал, что вы сразу на знакомство пойдёте, что у вас метка-то есть уже.

– Логично, – вздохнула я.

– Ага, – Лисса уже тащила меня за руку к двери. – Только вы там не теряйтесь, ладно? А то мне же потом влетит. И реверанс не забудьте сделать. И голову не опускайте – король не любит, когда перед ним трясутся. Хотя кто его знает, что он любит, он же орк...

– Лисса, – остановила я её. – Ты меня сейчас ещё больше запугаешь.

– Ой, – она прикусила губу. – Простите, леди. Я молчу. Вообще молчу. Вот прям сейчас рот закрою и буду немая, как рыба.

Замолчала она ровно на три секунды.

– А платье вам очень идёт, – шепнула она, когда мы входили в тронный зал. – Честно-честно. Вы там всех сделаете.

***

Тронный зал оказался огромным.

Глава 11. Король

Я знала, что король – орк. Я слышала истории. Я боялась его, уважала, ненавидела – всего понемногу. Но я никогда не была готова к тому, что он будет выглядеть... вот так.

Огромный. Выше любого человека, которого я видела в этом мире. Широкие плечи, мощная грудь, руки, которые могли бы сломать меня одним движением – но при этом в каждом жесте чувствовалась хищная грация.

Чёрные длинные волосы падали на плечи, обрамляя лицо, которое могло бы принадлежать древнему воину-богу. Широкие скулы, мужественный подбородок, чуть прищуренные глаза – и глаза эти были голубыми. Как лёд. Как небо в морозный день.

На нём была простая светлая рубашка, расстёгнутая на груди, открывающая мощные мышцы и изумрудную кожу. На голове – золотая корона, сверкающая в чёрных волосах.

Он сел на трон.

И зал выдохнул.

А я не могла выдохнуть. Я вообще не могла дышать. Смотрела на него – и всё.

Девушки начали подходить по одной. Называли имена, что-то говорили. Король кивал, иногда что-то отвечал, но я не слышала. Совсем. Будто между мной и миром выросла стена из его голубых глаз.

– ...леди Изабелла де Вар, – донеслось откуда-то издалека.

– ...леди Маргарита Сольер.

– ...леди Элеонора...

Я смотрела на него. На то, как он сидит, расслабленно откинувшись на спинку трона, слушая очередную девицу. Как его пальцы постукивают по подлокотнику.

Красивый. До одурения красивый. И пугающий одновременно.

– ...леди Мариша?

Тишина.

Я вздрогнула, будто выныривая из сна. Оглянулась.

Все девушки смотрели на меня. Кто-то с недоумением, кто-то с насмешкой. Та самая брюнетка, стоящая рядом, – кажется, она была передо мной – закатила глаза и прошипела едва слышно, одними губами:

– Иди, дура. Не заставляй короля ждать. И не позорь нас всех.

Пришлось сделать шаг вперёд.

Ноги не слушались. Сердце колотилось где-то в горле. Я шла по этому бесконечному залу, чувствуя на себе десять пар женских глаз и одни – мужские, которые прожигали насквозь.

Подошла. Остановилась.

И со всем ужасом осознала, что понятия не имею, что дальше делать. Я пропустила всю церемонию! Не слышала, как представлялись другие, о чём рассказывали... Нужно сделать реверанс, поцеловать руку или можно просто упасть ниц?!

Я открыла рот – и ничего не сказала.

Король смотрел на меня. Чуть склонил голову. В глазах мелькнуло что-то... любопытство?

Он протянул руку. Огромную. Тёмную. С мозолями воина и золотым перстнем на пальце.

Я машинально вложила в неё свою ладонь.

Он поднёс её к губам. Медленно. Не сводя с меня глаз.

Его губы коснулись моей кожи – и по телу пробежал разряд. Совсем не такой, как с Вальтером. Другой. Более... опасный?

– Твоё имя? – спросил он.

Голос низкий, рокочущий. Как далёкий гром.

– Мариша, – выдохнула я.

– Мариша, – повторил он, растягивая гласные.

И в этот момент двери снова распахнулись.

В звенящей тишине раздались уверенные шаги. Я уже знала, кто идет. Даже не оборачиваясь. Мурашки побежали по спине, а он встал рядом с троном, чуть позади короля.

Вальтер.

В дорожной одежде, со следами копоти на лице. Уставший, злой... и смотрящий на меня так, будто я была его законной добычей, которую кто-то посмел тронуть.

Наши взгляды встретились.

В фиолетовых глазах плескалась такая буря, что мне захотелось провалиться сквозь землю. Удивление. Ярость. И что-то тёмное, обещающее.

Я моргнула.

Он не произнёс ни слова. Просто стоял, сложив руки на груди, и сверлил меня взглядом.

Король всё ещё держал мою руку. Наверно, ожидая продолжения моей бесподобной речи.

Я посмотрела на него. Голова шла кругом. Вальтер. Король. Десять девиц за спиной.

– Я... – начала и поняла, что забыла, как его зовут.

Совсем. Напрочь. Вылетело из головы.

Мар... Мар'га...

– Марр... – выпалила я, и запнулась.

В зале повисла тишина. Такая густая, что можно было резать ножом.

За спиной кто-то ахнул. Кажется, та самая брюнетка. Мол, она сейчас умрёт, и мы все станем свидетелями.

Но король вдруг усмехнулся. Широко, открыто, сверкнув белыми зубами.

– Марр, – повторил он, смакуя. – Редко кто-то решается на такую фамильярность.

– Я... простите, ваше величество, я не хотела...

– Нет, – перебил он. – Мне действительно нравится. Можешь так меня называть. В порядке исключения.

У меня отвисла челюсть. Вальтер, кажется, скрипнул зубами.

Глава 12. Поцелуй

Я стояла в ряду претенденток и изо всех сил делала вид, что меня здесь нет.

Получалось плохо. Потому что щёки горели так, будто я час просидела у камина. Или под взглядом определённого фиолетовоглазого эльфа, который, кажется, решил прожечь во мне дыру.

Я смотрела в пол, на каменные плиты. На стены с изящной лепниной. На огромные колонны. Но все равно чувствовала его взгляд. Каждой клеточкой. Он скользил по лицу, по шее, по плечам, и везде, где проходил, оставался след – горячий, требовательный, помнящий.

Совершенно случайно я посмотрела на него. Чёрт! Вальтер медленно облизнул губы.

И меня накрыло.

Память подкинула кадры, от которых захотелось исчезнуть. Его губы на моей шее. Жаркие, настойчивые. Его руки, сжимающие меня почти до боли. Его голос, хриплый, срывающийся: «Это не стыдно, Мариша. Это честно».

Щёки вспыхнули с новой силой. Идея с обмороком вдруг показалась мне неплохой.

И вот когда я уже почти решилась театрально осесть на пол, церемония наконец закончилась.

Король поднялся с трона, и вышел через боковую дверь. Лисса – моя спасительница, пусть и шумная, – уже подбежала к нам.

– Леди, прошу вас, не толпитесь, – щебетала она, пытаясь выглядеть серьёзной. – Сейчас мы пройдём в крыло для претенденток, завтрак будет подан через час, расписание на сегодня...

Девушки выходили из зала, оживлённо перешёптываясь. Я ловила обрывки фраз:

– ...боги, какой красивый...

– ...глаза, вы видели его глаза?..

– ...а эта выскочка, которая посмела назвать короля «Марр»…

Я мысленно поаплодировала своему таланту становиться звездой вечеринки самым идиотским способом.

Последней выскользнула за дверь и наконец выдохнула. Тяжёлая створка закрылась, отрезая меня от тронного зала и от этого выжигающего взгляда. Свобода! Пусть временная, но какая сладкая.

– Леди, вы как? – мы как-то незаметно остались с Лиссой наедине. Моя комната была крайней, в самой ж… конце коридора. – Бледная какая-то... Или красная?

– Я никакая, – честно призналась я. – Хочется лечь и умереть.

– Трапеза сначала, – деловито сообщила она. – Потом умирать. Так положено.

Я фыркнула. Лисса улыбнулась и повела меня дальше.

Я пыталась привести мысли в порядок, но они разбегались, как тараканы. Марр. Вальтер. Метка на руке. Вчерашняя ночь. Его губы. Его руки. Его… Боже, ну нет, об этом я думать не буду.

– Леди Мариша, – Лисса остановилась у двери в мою комнату. – Вечером...

Она не договорила.

Её глаза округлились, лицо вытянулось, и из горла вырвался какой-то странный писк. Будто мышь, которую застали врасплох.

Я обернулась. И мне моментально захотелось стать призраком и пройти сквозь стену.

Из-за поворота вышел Вальтер и остановился в двух шагах от нас.

– Свободна, – бросил он служанке.

Голос холодный, как лёд.

Лисса пискнула ещё раз, видимо, на прощание, и исчезла. Будто её здесь и не было.

Я тоже захотела исчезнуть. Но не успела сделать и шага.

Его рука сомкнулась на моём запястье. Жёстко. Горячо. Властно.

Одним движением он развернул меня и прижал спиной к двери. Я даже пискнуть не успела – только выдохнула, когда перед глазами оказалось его лицо.

Близко. Слишком близко.

– Что это было? – спросил он.

Голос тихий. Почти спокойный. И от этого спокойствия становилось ещё страшнее.

– Что "что"? – пролепетала я, изображая полную невинность. Получалось, судя по его прищуренным глазам, так себе.

– Ты. В тронном зале. – Он чуть склонил голову, фиолетовые глаза впились в меня. – Возле короля. С этим твоим... «Марром».

– Это вышло случайно! – возмутилась я, упираясь ладонями ему в грудь.

– Не имеет значения.

– Ещё как имеет!

Он вдруг подался вперёд, вжимая меня в дверь всем телом. Я ахнула – от неожиданности, от жара, который волной прокатился по коже, от того, как близко оказались его губы.

– Ты хоть понимаешь, во что ты вляпалась?

– Вляпалась? – я попыталась отстраниться, но куда там. – Это я вляпалась? Это ты меня вчера... в кресле...

– Я тебя спас.

– Я не просила!

Мы смотрели друг на друга. Воздух между нами определенно начинал искрить. Эльф усмехнулся – коротко, зло. Но с места не сдвинулся. Его грудь прижималась к моей, и я чувствовала, как под рёбрами колотится его сердце. Быстро. Сильно. В такт моему.

– Не знаю, как ты нашла зал артефакта, – сказал он тихо. – И как умудрилась его коснуться. Но это тебя не спасёт.

– От чего не спасёт? От Отбора? – уточнила я на всякий случай.

– От меня, – поправил он.

Глава 13. Возвращение блудного... Беса

Боги, что со мной происходит? И почему мне это так... нравится?

Злость на Вальтера перемешивалась с презрением к себе. К тому, как легко моё тело предавало меня в его руках. К тому, что в мыслях до сих пор эхом отдавалось его "Скоро продолжим".

– Идиотка, – вынесла я вердикт. – Клиническая.

Я откинулась на подушку, собираясь проспать весь этот чертов день.

И тут же взлетела, потому что подо мной кто-то заорал так, будто его резали:

– МЯ-А-А-АУ-У-У!!!

Кубарем скатилась на пол, запутавшись в юбке, и только и успела подумать: твою ж дивизию, Бес!

Из-под одеяла показалась взлохмаченная чёрная морда с янтарными глазами, полными глубочайшего возмущения.

Бес выбрался наружу, отряхнулся, распушил хвост и уставился на меня с видом оскорблённой невинности.

– Ты! – зашипела я, вскакивая. – Ты что здесь делаешь?!

Он моргнул. Склонил голову набок, явно не понимая, почему на него кричат.

– Я же велела тебе улететь! Спрятаться! Убраться подальше, пока тебя не заметили! А ты?..

Он дёрнул ухом и шагнул ко мне, но я выставила руку, останавливая:

– Нет, стой! Ты хоть понимаешь, что тут происходит? Здесь охотятся на ведьм! Здесь казнят за связь с тварями Бездны! А ты – тварь Бездны! Самая настоящая!

Бес замер. Его жёлтые глаза полыхнули такой обидой, что у меня внутри всё оборвалось.

– Если тебя увидят… – голос предательски дрогнул.

Я смотрела на эту маленькую, поникшую фигурку и вдруг отчётливо поняла: я гоню единственное существо в этом мире, которому на меня не наплевать.

– Бес.

Он не обернулся. Только уши дёрнулись.

– Бес, прости.

Я села на пол и просто раскрыла руки.

Он развернулся молниеносно. Врезался мордой мне в грудь, затрясся мелкой дрожью. Я обхватила его, прижала изо всех сил, зарылась лицом в чёрную шерсть, пахнущую лесом и дымом.

– Прости, – шептала я, чувствуя, как по щекам текут слёзы. – Прости, маленький. Я не хотела. Я просто боюсь. Так боюсь, ты не представляешь…

Он лизнул мою щеку. Шершаво, по-кошачьи, утешающе.

– Здесь никто меня не понимает, – выдохнула я ему в макушку. – Совсем никто. Эльф считает меня своей игрушкой. Король... я для него просто очередная претендентка. Девушки эти... они готовы сожрать меня живьём. А ты... ты единственный, кто просто рядом. Просто потому, что хочешь быть рядом.

Бес заурчал. Громко, на всю комнату, как маленький моторчик, и ткнулся носом мне в ладонь.

– Я больше не прогоню тебя, – пообещала я, вытирая слёзы. – Только будь осторожен. И если кто-то придёт – сразу прячься.

Он дёрнул ухом – мол, понял, не учи учёного.

Так мы и сидели: я на полу, с мокрым от слёз лицом, в красивом платье, которое уже успело помяться; он – у меня на коленях, чёрный, тёплый, урчащий, как тысяча довольных котов. И впервые за весь этот безумный день мне стало чуточку спокойнее.

Но тут в дверь постучали.

– Леди Мариша! – раздался голос Лиссы. – Вы там как? Я войду?

Бес мгновенно напрягся.

– Тихо, – шепнула я, ставя его на пол. – Спрячься.

Он скользнул под кровать – бесшумно, тенью. Только край одеяла колыхнулся.

Я вскочила, наскоро вытерла лицо, одёрнула платье:

– Да, входи!

Лисса влетела ураганом: глаза горят, щёки пылают, в руках поднос с одуряюще пахнущей едой. Нос сразу уловил кофейный аромат и запах свежеиспеченной сдобы.

– Леди! Там такое! Такое!

– Что случилось? – насторожилась я, покосившись на кровать. Из-под неё – ни звука.

– Бал! Сегодня бал! В честь открытия Отбора! – Лисса подпрыгнула на месте. – Все претендентки будут! И король! И лорд Грейв! И все-все-все! Ой, леди, вы только представьте: музыка, танцы, кавалеры...

– Лисса, – осторожно уточнила я. – Во сколько?

– Вечером! – выпалила она. – Ой, нам же ещё готовиться! Причёска, платье, туфли... – она окинула меня критическим взглядом.

– Платье у меня есть.

Я провела ладонью по юбке, смахивая чёрную шерсть. Бес наследил будто после линьки.

Лисса пробежала к столу, сгрузила свою ношу и развернулась ко мне.

– Но леди... – протянула она осторожно. – Вы же в нём уже были на представлении! Все претендентки каждый раз в новых платьях должны выходить, этикет! Чтобы король видел вас разной... А если вы в том же самом…

– Мне оно нравится, – перебила я, стараясь не смотреть в сторону кровати. – Пойду в нём.

– Ну... – она с сомнением поджала губы. – Оно и правда красивое. Тёмно-алое, идёт вам. И вышивка золотая... – вздохнула, сдаваясь. – Ладно. Тогда причёску сделаем. У вас волосы такие длинные, леди! Можно локоны...

Глава 14. Бал

Бал оказался таким, каким я его и представляла. То есть – катастрофой.

Не сразу. Сначала он был просто оглушительно прекрасным.

Зал дышал светом, музыкой, смехом. Три люстры свисали с потолка – каскады свечей и кристаллов, рассыпающих искры. Цветы в высоких вазах, в гирляндах вдоль балконов, в причёсках дам – белые и пурпурные, почти неприлично роскошные.

Я остановилась на пороге, чувствуя, как челюсть медленно отвисает. Гостей было столько, что зал казался живым – пёстрым, шумным, многоголосым. Орки выделялись ростом и мощью, занимая пространство уверенно, как горы. Дроу двигались иначе – плавно, почти бесшумно, их белые волосы и графитовая кожа мелькали то здесь, то там, как тени среди огней. Люди держались группами – их было меньше всех

А в центре, в водовороте этого великолепия, кружились пары.

Лисса исчезла ещё на лестнице, умчавшись по служебным делам. Так что я осталась одна – с собственным здравым смыслом и бокалом вина, который каким-то чудом оказался в руках. Добрый слуга с подносом проплыл мимо в нужный момент.

Я отпила, осмотрелась и старательно сделала вид, что мне не одиноко.

Оркестр играл что-то торжественное. Пары скользили по залу, юбки шелестели, огни свечей играли бликами, отражаясь от почти зеркального пола. Красиво, как в книжках, которые читаешь в детстве и мечтаешь оказаться внутри. А потом вырастаешь и понимаешь, что в книжках забывают написать про духоту и абсолютную неловкость человека, не знающего ни одного местного танца.

В дальнем конце зала Марр беседовал с кем-то из орков. Я видела только широкую спину в тёмном камзоле и золотую корону в чёрных волосах. Он смеялся, чуть запрокинув голову, и даже со спины это выглядело... притягательно.

Я отвернулась, не дожидаясь, пока мозг успеет развить эту мысль во что-нибудь неприличное.

И тут я увидела его.

Вальтер стоял у колонны. Один. Невозмутимый, как скала. Вокруг него образовалась зона отчуждения, потому что весь его вид кричал об опасности. Бокал в пальцах, взгляд медленно обводит зал – и вот этот взгляд натыкается на меня.

Фиолетовые глаза хищно сверкнули. В них мелькнуло что-то тёмное, собственническое, от чего у меня перехватило дыхание.

– Нет, – прошептала я. – Нет, нет и нет.

И пошла. Быстро. Не бегом – потому что бегом на балу неприлично – но с целеустремлённостью. Это не паника – это стратегический маневр.

Нырнула в толпу, лавируя между парами. Спиной ощущала взгляд – горячий, тяжёлый, почти осязаемый. Вальтер не двигался. Просто смотрел. Просто ждал.

Зачем я решила обернуться – осталось загадкой даже для меня.

В тот самый момент передо мной возникла преграда в виде широченной спины. Я врезалась со всего маху. Бокал в моей руке угрожающе накренился, вино плеснуло, чудом не перелившись через край. Инстинктивно вцепилась в локоть незнакомца, чтобы не упасть, и... обнаружила, что держусь за локоть Марра.

Голубые глаза. Спокойные. С искоркой, которая... не была спокойствием.

– Мариша, – произнёс он. Чуть рычащий тембр заставил что-то внутри сжаться.

– Я... Простите. Я не специально.

Какая же я дура. Снова.

– Разумеется, – согласился он. И в голосе – ни тени насмешки.

В этот момент оркестр переменил тему. Поплыли первые тягучие ноты, и пары задвигались, перестраиваясь.

Марр смотрел на меня.

– Раз уж ты так настойчиво меня искала, – сказал он, – потанцуй со мной.

– Я не искала!

– Ты врезалась в меня, Мариша.

– Я... случайно врезалась.

Король протянул руку. Так же, как в тронном зале – уверенно, без тени сомнения. Будто вопрос о том, согласна ли я, просто не рассматривался как реальная альтернатива.

Я вложила в неё свою ладонь. Потому что отказывать королю на балу – это ещё бóльшая глупость, чем врезаться в него.

Он повёл меня на середину зала, и пространство вокруг нас расступилось. Я почувствовала, как десятки взглядов устремились в нашу сторону. Любопытные. Завистливые. Оценивающие.

Его рука легла на талию.

Вот тут мои мысли закончились. Все. Разом.

Потому что он держал меня иначе, чем я ожидала. Крепко, с тем самым контролем, который был в каждом движении и от которого почему-то хочется двигаться ровно так, как он скажет.

Мы закружились.

Боги, он умел танцевать. Такой огромный – и двигался плавно, почти без усилий, ведя меня за собой так уверенно, что страх оступиться исчез, не успев родиться. Я не знала местных танцев, но сейчас это не имело значения. Он вёл, а я следовала – и это было пугающе естественно.

Зал поплыл вокруг. Огни свечей размазались в золотые полосы, лица гостей мелькали и исчезали. Музыка обволакивала, поднимала, как волна.

Он был так близко, что я видела серебристые крапинки в небесного цвета глазах. Чувствовала его тепло сквозь платье – плотное, надёжное, как каменная стена.

Пальцы на талии чуть сжались – не больно, просто обозначая своё присутствие. И этот жест, такой незначительный, отозвался где-то глубоко внутри дрожью, которую я надеялась скрыть.

Глава 15. Ревность

Я схватила бокал со стола с жадностью утопающего, который наконец нашел доску.

Вино было терпким, темным, с горьковатым привкусом, который оседал на языке ровно настолько, чтобы хотелось сделать еще глоток.

Первый глоток обжег горло. Второй – разлился теплом, немного притупляя то дикое, пульсирующее желание, которое появилось после танца с королем. Третьего я сделать не успела.

Длинные пальцы перехватили мое запястье, и бокал исчез из рук так быстро, что я не сразу поняла, что произошло. Просто моргнула, уставившись на пустую ладонь, а потом перевела взгляд на… Вальтера.

Эльф медленно, с ленивой издевкой, поднес бокал к своему лицу, втянул аромат, не отрывая от меня фиолетовых глаз, и сделал глоток. Мой глоток! Из моего бокала! Его губы коснулись того же края, где секунду назад были мои.

– Тебе хватит, – сказал он тихо. Так, чтобы слышала только я.

Злость полыхнула мгновенно, выжигая остатки стыда и неловкости.

– Ты с ума сошел? – прошипела я, пытаясь выхватить бокал обратно. Он даже не шелохнулся. Просто поднял его выше, за пределы моей досягаемости, и смотрел сверху вниз с выражением, от которого хотелось если не убить его, то хотя бы больно укусить.

– Отдай.

– Нет.

– Это мое вино!

– Теперь мое.

Он допил остатки одним глотком, поставил пустой бокал на поднос проходящего мимо слуги и повернулся ко мне всем корпусом, перекрывая выход из этого маленького кармана пространства между столом и колонной.

– Следующее, что ты будешь пить, – не вино.

– И что же? Яд? – огрызнулась я, пытаясь обойти его сбоку. Он плавно сместился, снова загораживая путь.

– Меня, – поправил он и... ну очень порочно облизнул губы.

Я покраснела моментально, когда до меня дошел смысл его слов.

– Ты невыносим.

– Да, я знаю, – Он чуть склонил голову, рассматривая меня изучающим взглядом, который заставил кожу покрыться мурашками. – Ты сегодня хорошо выглядишь. Для беглянки.

– Я не беглянка, – процедила я. – Я просто...

– Сбежала, – закончил он. – Пока меня не было. Из моих покоев. После того, как села на меня верхом. – Он говорил это ровно, спокойно, с той же интонацией, с какой обсуждают погоду. И от этого хотелось провалиться сквозь землю.

– Хватит, – прошипела я, оглядываясь по сторонам. Вокруг была тьма народа. Кто-то смеялся, кто-то танцевал, пара претенденток смотрели в нашу сторону с плохо скрываемым любопытством. Я выдавила улыбку, которая, наверное, выглядела так, будто меня пытают. – Здесь люди.

– Я заметил, – кивнул Вальтер. – И мне плевать.

Сделал шаг вперед, и я машинально отступила, упершись спиной в холодную каменную колонну. Он навис надо мной, закрывая своей широкой фигурой и свет, и взгляды, и весь зал целиком.

– Ты танцевала с королем.

Это не был вопрос. Это было обвинение. И от того, как он это произнес – глухо, почти рычаще, – у меня внутри все перевернулось. Не от страха. От чего-то гораздо более постыдного.

– Он пригласил, – ответила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Я не могла отказать королю.

– Могла. Упала бы в обморок. Притворилась мертвой. Я бы одобрил.

– Ты бы одобрил, чтобы я притворилась мертвой?

– Это было бы лучше, чем смотреть, как ты таешь в его руках.

Я открыла рот, чтобы возразить, что я не таяла, что это просто танец, что он вообще не имеет права решать, что мне делать... но слова застряли в горле. Потому что это была ложь. Я таяла. И он видел.

– Ты ревнуешь? – вырвалось у меня прежде, чем я успела это остановить.

Вальтер замер. На одно бесконечное мгновение его лицо стало абсолютно непроницаемым. А потом уголок его рта дрогнул в усмешке, которая не обещала ничего хорошего.

– Я не ревную, – сказал он тихо. – Я напоминаю тебе, кому ты принадлежишь.

Его рука легла на колонну рядом с моей головой, и я оказалась в ловушке. Между холодным камнем и горячим телом, от которого исходил запах хвои и чего-то опасного, первобытного, от чего у меня начинали дрожать колени.

– Я никому не принадлежу, – выдохнула я.

– Ошибаешься.

Его вторая рука легла на мою талию. Пальцы сжались, давая понять: он не отпустит. Я чувствовала жар его ладони, и этот жар разливался по телу, заставляя дыхание сбиваться, а сердце – колотиться где-то в горле.

– Отпусти, – прошептала я. – Нас увидят.

– Не увидят, – он чуть наклонился, и его губы оказались в опасной близости от моего уха. – Если ты замолчишь и не будешь дергаться, никто ничего не заметит. Слишком много шума, слишком много народа. Мы просто... разговариваем.

Его дыхание скользнуло по моей шее, и я вздрогнула. Пальцы вцепились в его камзол, намереваясь оттолкнуть – но вместо этого просто сжали ткань, удерживая его на месте. Или себя. Я уже не понимала.

Глава 16. Ты запомнишь

– Я сбежала, потому что ты ведешь себя как собственник!

– Я и есть собственник. – Его зубы прихватили мочку уха, и я дернулась, вжимаясь в колонну. Он последовал за мной, не оставляя ни миллиметра пространства между нами. Его бедра вжалось в мои, и я почувствовала всем телом, каждой клеткой, как он возбужден. – И сейчас я напоминаю тебе об этом.

– Здесь зал, – выдохнула, чувствуя, как предательски подгибаются ноги. – полный людей. Твой король в двадцати шагах.

– Мар`гарраш сейчас занят. – Он провел ладонью по моему бедру, задирая подол платья, и я ахнула, ощутив его пальцы на голой коже. – А эти... видят то, что хотят видеть. Девушку, которая заигрывает с лордом у колонны. Ничего необычного.

– Я не заигрываю!

– Ты вцепилась в мой камзол, – заметил он. – Сжимаешь так, что скоро оторвешь пуговицы. Дышишь прерывисто. Глаза блестят. – Он отстранился ровно настолько, чтобы встретиться со мной взглядом, и в его глазах загорелось что-то дикое, голодное. – Скажи еще раз, что не заигрываешь.

Я открыла рот – и не знала, что сказать. Потому что он был прав. Потому что мое тело предавало меня с такой же откровенностью, с какой он сейчас касался его.

– Вот так-то лучше, – прошептал и накрыл мой рот поцелуем.

Глубоким, медленным, пьянящим – он целовал меня так, будто мы были не в переполненном зале, а в той самой комнате, у камина, где никого не было, кроме нас. Будто время остановилось. Будто вокруг не существовало никого.

Его язык скользнул по моей нижней губе, и я раскрылась навстречу, забыв о том, где мы, кто смотрит, что будет, если нас увидят. Его пальцы на талии сжались сильнее, притягивая вплотную.

Внутри бушевал ураган.

– Я хочу тебя, – выдохнул он мне в губы.

Я не могла вымолвить ни слова. Его ладонь скользнула выше по бедру, пальцы добрались до края белья, и я замерла, понимая, что сейчас, здесь, под прикрытием лишь его тела и темноты, он может…

– Не бойся, – прошептал он. – Я не стану... – его палец провел по влажной ткани, и я вцепилась в его плечи, чувствуя, как мир начинает вращаться быстрее. – Не здесь. Но ты запомнишь, что я мог.

Его палец надавил, и я закусила губу до крови, чтобы не издать ни звука. Вокруг смеялись, танцевали, чокались бокалами – и никто, абсолютно никто не знал, что в двух шагах от них командующий армией Тёмного Альянса доводит меня до безумия одним прикосновением.

– Вальтер... – простонала едва слышно.

– М? – Он снова провел языком по шее, и я выгнулась навстречу его прикосновениям. – Скажи мне, Мариша. Скажи, чего ты хочешь.

– Я хочу... – голос сорвался, когда его палец надавил сильнее, почти проникая сквозь мокрую ткань. – Я хочу, чтобы ты...

– Чтобы я?

– Чтобы ты убрал руку! – выдохнула я с отчаянием, понимая, что еще секунда – и я не отвечаю за последствия.

Он замер. Посмотрел на меня. В глазах плескалась тьма, но в глубине этой тьмы я увидела что-то еще. Уважение? Разочарование? Не знаю. Но он убрал руку. Медленно. Неохотно.

– Умная девочка, – сказал он тихо. – Знаешь, когда остановиться.

– Зато ты не знаешь, – огрызнулась я, чувствуя, как дрожат колени.

Он усмехнулся. Поправил мое платье, одернул подол, возвращая мне более-менее приличный вид. И все это с таким видом, будто мы только что вели светскую беседу, а его пальцы не были в миллиметре от того, чтобы войти в меня.

– Узнаю, – пообещал он. – Обязательно. Как только мы останемся одни.

Отступил на шаг, и холодный воздух зала ударил в разгоряченную кожу. Я стояла, прижавшись спиной к колонне, и чувствовала, как все вокруг медленно возвращается в фокус. Музыка. Смех. Сотни людей, которые ничего не заметили.

Вальтер взял со стола новый бокал, протянул мне.

– Пей, – сказал он. – Теперь можно.

Я взяла бокал дрожащими руками, сделала глоток.

– Но это же… сок? – удивленно пробормотала я.

– Вино оставим для другого раза. Когда я буду уверен, что ты не наделаешь глупостей.

– Я и не делаю глупостей! – возмутилась, ощущая, как щеки заливает предательским румянцем.

Он только усмехнулся:

– Запомни этот вечер, Мариша, – сказал, снова глядя на меня сверху вниз. – Потому что в следующий раз, когда ты сбежишь, я поймаю тебя быстрее. И не отпущу. Что бы ни происходило вокруг.

Он развернулся и ушел, растворяясь в толпе, оставляя меня одну.

Я стояла у колонны и чувствовала, как медленно остывает кожа там, где еще недавно горела от его близости. Как возвращается дыхание. Как зал снова обретает звуки и краски.

Я сделала еще глоток.

Сладко. Прохладно. Безобидно.

Глава 17. Разговор

Бал всё ещё шумел.

Музыка текла под сводами зала, смешиваясь с голосами, смехом, звоном посуды. Всё выглядело так, будто ничего не произошло. Будто мир не перевернулся. Будто я не стояла только что в центре этого безумия, не чувствовала на себе его взгляда… его рук…

Слишком громко. Слишком ярко. Слишком… нормально. Словно так и надо.

– Ох, простите! Как неловко вышло!

Темное пятно моментально расползлось по алому платью. А рядом замерла блондинка с широко распахнутыми невинными глазами. Она едва сдерживала улыбку, на лице застыла маска глубочайшего раскаяния.

Вино щедро плеснуло из бокала прямо на ткань…

Вот же…

– Ничего страшного, – процедила я, сдерживая ругательства.

– Ещё раз извините! Надеюсь, у вас есть во что переодеться? – злорадство на секунду исказило её милое личико.

– Конечно.

Есть. Конечно, есть. Полным-полно. Я же приехала сюда с чемоданом вещей.

Она улыбнулась и растворилась среди танцующих пар.

Вот и ответ за первый танец с Марром. Ну стерва! Внутри всё кипело. Вдох. Выдох. Боже, как же я надеюсь, что пятно отстирается. Иначе это будет совсем печальная история.

Я отошла в угол, в спасительную темноту зала, надеясь слиться с тенями. Прижалась к стене и мысленно перебирала варианты: либо до конца бала притворяться частью декора, либо позорно сбежать.

Как ни странно, пряталась я здесь не одна.

– Интересно, – раздалось совсем рядом.

Я вздрогнула и обернулась. Передо мной стояла та самая вредная брюнетка – одна из участниц Отбора.

Мы молчали, изучая друг друга. Я пыталась понять, чего она добивается, она – кажется, просто развлекалась.

– Красивое платье… было, – девушка чуть склонила голову набок. – Жаль, что у тебя нет запасного.

Я уже открыла рот, чтобы послать её куда подальше в рамках приличий, как она резко сменила тему:

– Король тебя не сильно интересует?

Сердце пропустило удар. Конечно, она всё видела. Меня и Вальтера. Как он держал меня за талию. Как целовал. Как… впрочем, неважно.

– Думаю, это не ваше дело, – отрезала я и развернулась.

Но она перехватила меня за запястье.

– Подожди.

Я замерла.

– Тебе нужна помощь.

– Мне не…

– Мне тоже.

Повисла долгая, тяжёлая пауза.

– И в чём подвох? – уточнила я, не оборачиваясь.

– В том, что мы обе здесь лишние. – Её губы тронула лёгкая улыбка. – Меня зовут Амалия.

***

Амалия не торопилась.

Это я поняла сразу – по тому, как она смотрела. Не с тем нетерпением, с каким люди хотят выговориться, а с тем спокойным расчётом, с каким кошка изучает мышь, прежде чем решить, хочет ли она её вообще есть.

– Ты из деревни.

Я напряглась.

– С чего ты взяла?

– Не обижайся. – Она чуть повела плечом. – Я замечаю людей. Это полезная привычка, особенно здесь. Ты держишься иначе. Смотришь иначе. И не знаешь, куда деть руки, когда говоришь с королём, – Амалия усмехнулась. – Расслабься. Я не собираюсь тебя топить. Деревенское происхождение – это не недостаток. Это факт. С ним просто нужно работать.

Знала бы она, какое у меня на самом деле происхождение…

– У тебя нет второго платья, – продолжила брюнетка, чуть прищурившись.

– Откуда…

– Потому что любая претендентка с выбором сменила бы наряд после церемонии представления. Ты не сменила. А теперь это, – она кивнула на алое пятно, – катастрофа.

– И ты решила меня спасти из чистого альтруизма?

– У меня есть одежда. Я могу одолжить, – Амалия выдержала паузу. – За услугу. Небольшую. Мне нужна информация. Которую ты, судя по всему, вполне способна достать.

– Какая?

Она оглянулась на танцующие пары, на короля вдалеке, и, понизив голос до едва слышного шёпота, бросила:

– От лорда Грейва.

Воздух между нами сгустился.

– Что именно? – спросила я осторожно.

– Для начала – ничего конкретного, – Её улыбка стала шире, но холоднее. – Просто наблюдения. Он не подпускает к себе людей. Говорит мало. Но ты… – Амалия чуть склонила голову, рассматривая меня как редкий экспонат. – Ты явно его заинтересовала.

Я смотрела в её тёмные глаза и понимала: эта девушка была бы опасна в любом мире. Не той грубой опасностью, что видна издалека, а той, что замечаешь, когда уже поздно.

– Допустим, – кивнула я. – А мне-то что с этого?

– Я же сказала: платье.

– Платье меня не слишком волнует, – На самом деле волновало, но не настолько, чтобы становиться чьим-то информатором. – Мне нужно выбраться из замка.

Глава 18. Нежданный гость

До комнаты я добралась, когда замок уже затихал.

Факелы в коридорах горели будто вполсилы, шаги тонули в коврах. Откуда-то снизу всё ещё долетали отголоски музыки, но здесь, в крыле для претенденток, было тихо. Слишком тихо. Как в склепе.

Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и замерла. Если бы я села сразу – возможно, уже не встала бы.

Из-под кровати выдвинулась чёрная морда.

– Даже не смотри на меня так, – выдохнула я.

Бес потянулся, зевнул с видом существа, которое провело вечер в блаженном спокойствии и искренне не понимает, почему все остальные выглядят так, будто их переехала карета.

– Тебе хорошо, – я стянула туфли, отшвырнула их в угол. – Ты отдыхал тут. А я…

Осеклась, перевела взгляд на юбку.

Тёмно-алое пятно на алом – почти не видно в полумраке. Но я знала. Знала, что в этом вине была месть. Просчитанная. Исполненная с улыбкой.

– Меня облили, – пожаловалась я Бесу. – Намеренно. Одна из претенденток. Блондинка с лицом ангела и душой гарпии. Всё из-за танца с Марром. Что дальше? Мне подсыпят яд в суп, потому что я не так посмотрела в сторону буфета?

Бес моргнул, уселся, обвил хвостом лапы и уставился на меня с выражением: «ну а ты чего хотела?».

– Марр… – опустилась на край кровати, расстёгивая платье. – Он держал меня за талию. Смотрел так, будто хотел заглянуть под кожу. Не в том смысле, – добавила я, поймав взгляд Беса. – Просто… изучающе. Неприятно, когда так смотрят. Или приятно. Не знаю. До дрожи. Или… к чёрту. Я запуталась.

Платье соскользнуло на пол. Я подобрала его, повертела в руках, мрачно разглядывая пятно в свете камина.

– Реджинальд принёс его мне. – Голос дрогнул. – Призрак. Двести лет мёртв, а ему не всё равно. А я умудрилась испортить его за один вечер.

Бес тихо мяукнул.

– Только ни слова про Грейва, – предупредила я.

Кот демонстративно отвернулся и начал вылизывать лапу.

– Вот именно.

Этот тёмный эльф никак не хотел выходить из головы. «Следующий раз, когда сбежишь, я поймаю тебя быстрее».

Хватит.

Я ушла в ванную, погрузила подол в холодную воду.

– Он невыносим, – произнесла вслух. – Ведёт себя так, будто я уже его.

Вода стекала по пальцам, пятно медленно бледнело. Бес пробрался следом, уселся на тумбочку, скосил на меня жёлтые глаза.

– И самое худшее… – замолчала, глядя в отражение. – Иногда мне кажется, что он прав.

Тишина стала гуще. Я повесила платье сушиться и шагнула под душ.

Тепло не помогло.

***

Стук в дверь прорезал шум воды. Может Амалия? Было бы кстати.

Я быстро обернулась полотенцем и пошла открывать.

Открыла.

И застыла.

На пороге стоял он.

Первое, что я увидела – фиолетовые глаза. Его взгляд медленно скользил по мокрым волосам, по плечам, по полотенцу, которое едва прикрывало бедра.

Я мысленно взмолилась всем богам, каких знала. Пусть заберут меня прямо сейчас! Потому что это было унизительнее любого пятна на платье.

Тишина длилась секунду. Или вечность.

Я выпрямилась. Насколько это возможно, когда перед тобой стоит мужчина и смотрит… так.

– Я ждала другого человека.

– Вижу. – Вальтер чуть склонил голову, в глазах мелькнул огонь. – Интересно, кого?

Он шагнул вперёд.

Я попятилась. Не потому что испугалась. Просто расстояние между нами стало критическим для простого разговора.

– Ты…

Ещё шаг. Дверь за его спиной закрылась с тихим щелчком, от которого внутри всё оборвалось.

– Я буду кричать! – выпалила первое, что пришло в голову.

– Знаю.

– И ты…

Он не дал мне закончить.

Его рука скользнула мне на затылок, пальцы вплелись в мокрые волосы, и он притянул меня к себе – резко, без спроса, без паузы.

А потом поцеловал.

Мир рухнул.

Не постепенно – в один миг. Его губы накрыли мои с голодной, почти грубой жадностью, и всё, что было до этого, исчезло. Музыка. Бал. Амалия. Даже собственное имя.

Я вцепилась в его камзол – просто чтобы не потерять равновесие. Сердце забилось где-то в горле.

Он целовал так, будто хотел вытравить из меня всех других, стереть каждый взгляд, брошенный не на него. Глубоко. Неистово. С напором, от которого мысли разлетались, как осколки.

Полотенце упало.

Я должна была испугаться. Должна была оттолкнуть наглого эльфа, сказать что-то язвительное… но вместо этого я только глубоко вдохнула его запах.