Истории за чашечкой кофе. Божественные и не очень

Боги большие и маленькие

Сидел бог на вершине горы и вёл беседы с людьми. Нравились они ему: смешные, суетящиеся, переживающие о пустяках. Жизнь и смерть: разве в этом проблема?

Когда все слушатели разошлись, один остался и робко спросил:
— Вы живёте долгую, вечную жизнь, разве не скучно? Наши фантасты пишут, что, если бы люди жили так долго, они бы тосковали и страдали.
— Отчего же страдали бы?
— От смерти близких, которые ушли.
— Так разве им пришлось бы страдать по этому поводу, если бы все их близкие продолжали бы так же долго жить?
Человек задумался, но не сдался:
— А разве любовь может длиться вечно? Люди бы вечность мучались друг с другом.
— Ну идея о том, что любовь проходит, сильно преувеличена.
Увидев, что человека это не убедило, бог присел:
— Садись рядом, я расскажу тебе правду, ну или сказку. Вы люди сказкам больше верите, чем правде. Дело в том, что жить весело и интересно, да и нет ничего проще, чем жить вечно, и людям, и богам...— бог задумался и человек напрягся:
— Но как же тогда..?
— Но иногда есть вещи, которые не хочется помнить: боль, предательства, измены, и особенно, собственные поступки, которые ты не хотел делать, но сделал, или хотел, но потом стыдно стало. Понимаешь?
— Да, понимаю, и что же боги делают с этим? Они же точно живут вечно!
— Тогда мы претворяемся, что всё забыли и начинаем всё сначала.
— Здорово как! — человек так обрадовался, что подскочил даже, — А мы, люди, сможем когда-нибудь так?
— Понимаешь, — тут бог смутился и почесал затылок, — в какой-то момент забывать становится тяжело, и тогда бог, каждый в отдельности, придумывает такую штуку как СМЕРТЬ.
— Смерть? Разве она не ждёт каждого человека?
— Тут, видишь ли, дело в чём, смерть — это полная перезагрузка, и тогда ты забываешь всё: и боль, и себя. А потом ты не помнишь, кто ты на самом деле, и бывает так, что друг, которого ты забыл, рассказывает тебе эту правду... ну или сказку.

Смертная жизнь богини

Богиня прекрыла глаза погружаясь в воспоминания...

Стояла ночь, луна плыла высоко в небе среди облаков, крик птицы совки раздался в тиши. Сьюн вздрогнула «К добру ли это?» Завтра она выходит замуж. Замуж за мужчину, о котором мечтала. Не каждой барышне из знатной семьи так везёт, но... захочет ли он её?

В доме Чэнь готовились выдать замуж старшую дочь. Весь двор и отдельные здания были приведены в порядок и украшены красными лентами, сады обновлены и уставлены фонарями.

Уже месяц, как обручальные подарки лежали в комнате бабушки. Сьюн потёрла кольцо, присланное ей на помолвку. И подарки, и письмо о дате свадьбы, и даже кольцо, символ вечной любви, все положенные атрибуты были переданы от семьи жениха с почтением. Но... участвовал ли он хоть в чём-то?

Она встретила Дэмина в прошлом году на празднике середины осени. Вместе с подружкой они покупали сладости в уличной лавочке, когда убегавший воришка толкнул её, и она бы упала, если бы чьи-то сильные руки не подхватили её. Несколько секунд в объятиях незнакомца, взгляд в его глаза, показавшиеся такими родными, и она влюбилась.

— С вами всё хорошо?

— Да...

Он ушёл, а она осталась. Волшебство ли праздника или неожиданность встречи способствовали этому, но забыть его она не смогла.

Ещё спустя три месяца, когда славный генерал Ли возвращался с победой, они всей семьёй наблюдали его торжественный въезд в город. На белом коне с золотой сбруей, в воинских доспехах и в ниспадающем красном плаще, генерал был мужественен и прекрасен. Вся знать, что окружала их, шепталась о нём. Мужчины о доблести и благосклонности Императора, женщины о его красоте и конечно же о том, что он ещё не женат. Но Сьюн узнала в именитом генерале своего спасителя с праздника, того, о ком грезила всё это время.

Любимой дочери не смог отказать отец, и вот император подарил им этот брак, поощрив победоносного генерала связью со знатным семейством и удовлетворив просьбу верного вельможи.

Все были счастливы, но Сьюн волновало одно, примет ли молодой муж её чувства?

Свадебный кортеж генерала Ли медленно двигался по столице. Такое число сопровождающих город давно не видел: красиво одетые служанки, несущие в руках хризантемы и большой отряд воинов его армии сопровождали паланкин невесты, а впереди сам жених в красном свадебном наряде. Горожане радостно благословляли их.

Даже сами улицы были покрыты красным полотнищем, что уж говорить о самом поместье генерала, где на воротах красовался огромный красный бант, а внутри всё было убрано красно-золотой тканью. Традиции соблюдены с размахом.

Жених вывел невесту из паланкина и провёл в центр подготовленной площадки, где и провели свадебный ритуал. Когда Сьюн коснулась руки жениха, её сердце сжалось, узнал ли он её? И хотя свадебное покрывало скрывало девушку от всех глаз, но сердце так хотело, чтобы он её увидел.

Банкет проходил с невиданным масштабом, все городские чиновники, вельможи, военные и даже член императорской фамилии принц Ван присутствовали на нём. Сьюн наливала собственноручно вино каждому знатному гостю и под конец дня так устала, что, когда пришло время удаляться в дунфан, была уже ни на что не способна.

Однако опытные служанки знали, как справиться с утомленной невестой, и успели её освежить и взбодрить перед приходом мужа в комнату.

И вот, положенное невесте ожидание подошло к концу. Молодой муж зашёл в дунфан. Через вуаль ей было видно, что происходит. Немного постояв, муж подошёл ближе и аккуратно снял её вуаль. Испуганный, но такой ожидающий взгляд встретил его. Свадебная корона дрожала мелкими рубинчиками, прикреплёнными на золотых цепочках.

— Вы красивы.

Муж окинул её задумчивым взглядом и протянув руку обвёл контур лица девушки. Сьюн сидела на кровати едва дыша. «Не узнал» — промелькнула мысль. В это время генерал приподнял молодую жену и поставил на ноги, она едва доставала до его плеча. Усмехнувшись, он стал развязывать пояс на её наряде и, едва верхнее платье слетело, отошёл в сторону.

Дрожа, в одной нижней легкой сорочке Сьюн с недоумением наблюдала за ним. Подойдя к столику, он налил в небольшую чашу свадебного вина.

— Выпейте, Сьюн, вы дрожите.

И не дожидаясь реакции, ловким жестом запрокинул ей голову и влил в рот девушки вина. Оно полилось по губам, пролилось на шею и полуобнажённую грудь. Сьюн вскрикнула от неожиданности — вино было холодное. Но её крик был заглушён поцелуем, нет, не в губы. Легкие касания мужских губ прошлись по тонкой девичьей шейке и остановились в районе груди. Подхватив жену на руки, генерал опустил её на постель прижав своим телом.

— Хочешь меня? — твёрдая рука держала её за подбородок, не давая опустить или отвести взгляд.

— Я…

— Ещё слишком юна и невинна чтобы говорить об этом? — усмехнулся мужчина — Но уже достаточна умна, чтобы получить себе желанного мужа?

— Я ...

— Разве я не прав? — перебил он. — Так ответь, ты хочешь меня?

Обида и непонимание захлестнули Сьюн, не такого она ожидала от свадебной ночи, и не готова она была к разговору.

Не отрывая от неё насмешливого взгляда, Дэмин очертил пальцем контур её губ, ключицы, спустился ниже и разорвал тонкую ткань сорочки. Страх и возбуждение пробежали по телу девушки. Понимающе улыбнувшись, муж прошептал:

— Прости, моя супруга, но явно не в этот раз.

И в тоже время, противореча своим словам страстно поцеловал её. И ушёл. Совсем.

Растерянность и неоправданные ожидания составили этой брачной ночью компанию Сьюн.

На утро молодая госпожа Ли по всему поместью искала мужа, ведь надо было вместе пойти приветствовать старших. И нашла. В покоях наложницы.

Карма

Почти все слышали про закон кармы. А как же он работает? В основном говорят о перерождении.Типа плохо жил, родишься в следующей жизни.. свиньей. И сразу вопрос, а причем тут свинки?Они может милые и ни в чем то и не виноватые. И что значит плохо жил? У каждого "хорошо и " плохо" свое. Но что если он работает так?

Марк был доволен своей жизнью: для мальчишки из бедноты, в своё время выбившегося в люди, он достиг немалых высот, и всё благодаря своей ловкости и смекалке.

Знал он кому и когда надо подольстить, когда и кого надо предать. Ну как предать, оставить сей груз позади, и смело идти вперед. В начале это помогало выжить, позже сохранить кровью (в прямом и переносном смысле) заработанные средства, а дальше сберечь активы и, наконец, в правильное время выбиться в люди.

И сейчас он не просто бизнесмен какой, он уважаемый человек — сенатор; решения может принимать, власть над народом иметь.

— Ты не смотри косо, — вещал он своему секретарю, — закон этот важный, поможет людей в строгости держать, их, людишек, в строгости надо!
— Но, вы же сами говорили, что в юности вам пришлось лиха хлебнуть именно из-за несправедливости, и хотели вы жить по-другому, но не смогли.
— Ты мне не говори глупостей, сейчас эти малолетки смотрят и пишут дрянь всякую, а потом беду стране принесут. Мой законопроект оградит страну и власть от никчёмных людишек, — прикрикнув на секретаря, грузной походкой он вышел из машины.

Закон же понравился и был принят. На радостях и гордостях хватил Марка инфаркт, и со спокойной душой наш герой покинул тело.

Покинул одно и сразу обрёл другое, маленькое, розовое и пищащее. Что за чертовищина? — подумал пока ещё осознающий себя как Марка младенец.

Прошли годы, мальчик рос и забыл свою прошлую жизнь. Но когда пошёл в школу, оказалось, что у ребят из обеспеченных семей (что учились в классах, куда простых не пускали, но, когда это останавливало мальчишек?) есть очень классные штуки, которые он только в сети видел: смартфоны.
— Мама, а почему у меня такого нет? Он очень дорогой?
— По закону, милый, только дети из богатых семей могут иметь смартфоны, если бы я даже нашла денег и купила тебе, меня бы посадили в тюрьму, а тебя сдали в детский дом.

И малыш с завистью смотрел на огромный рекламный плакат, где красовалась его чудо-мечта — смартфон, и думал, какой же гад принял такой закон?

Демоны Али

Все совпадения имён и локаций абсолютно случайны, все события являются художественным вымыслом. Хотя...

Туман стелился по кривым улочкам Тбилиси, старательно забирался во все потаённые уголки старого города. Алина пошла побыстрее, стараясь согреться. Тепло, которое всё ещё царило тут в октябре, под вечер сдалось и уступило место промозглой сырости, сошедшей с гор. Сегодня ребята в офисе говорили о том, что на перевале выпал снег и скоро жди холодных дождей в городе.

Рык здорового пса, заставил девушку вздрогнуть, и ускорив шаг, Алина наконец почти дошла до своего поворота. Невольно поёжившись от какого-то первобытного страха, она проскочила мимо пса. Успокаивая себя мыслью, что днём же это наверняка была очень милая собака.

Тбилиси можно было назвать городом собак. Они были повсюду, свободно перемещались в любых местах: переходах метро, заходили в торговые центры, могли валяться прямо посреди ресторана. Что уж говорить об улицах, парках и дворах. Отношение жителей к бездомным животным было очень дружественное, в каждом дворе, и почти у любого магазинчика можно увидеть миски с едой и кормом. Местные вообще считали хорошим тоном заботиться о них.

Были конечно случаи нападения собак на людей, многие из них потомки нагази, одной из самых древних пород горных собак. И хотя порода эта славится спокойным характером, но всё же это уже одичавшие животные. Однако случаи были редкостью и любовь жителей к этим животным превышала все возможные риски. Алина удивлялась, как при такой любви могло появиться огромное число бездомных животных, но Давид, её куратор на работе, объяснил, что животные вовсе не бездомные, а городские, весь город их дом. Понаблюдав за собаками, она согласилась, те явно чувствовали себя вполне комфортно.

Обычно она не боялась собак и, хотя сама себя называла кошатницей, к их природным врагам относилась с симпатией. Но сегодня она реально испугалась. Надо будет завтра с утра специально посмотреть на этого пса, чтобы успокоить себя тем, что он совсем не страшный.

Наутро девушка специально заглянула в ту подворотню, но никакого пса не было.

В офисе царила беспокойная атмосфера.

— Что-то случилось?

— А ты не слышала? — их бухгалтер, женщина в годах, но молодящаяся, с длинными осветлёнными волосами и с неизменным стаканом кофе в руках — Такой ужас! Сегодня в новостях передали, что огромный алабай загрыз насмерть женщину! Его, кстати, так и не нашли.

— А где это произошло? — сердце Алины сжало нехорошее предчувствие.

— Да где-то в районе Сабуртало.

«Это мой район» — с этой мыслью она осела на стул, ноги её не держали.

— Да уж, опять будут пытаться принять закон против бедных животных…

Рассуждения остальных коллег доносились до неё уже как из тумана.

Вечером идти домой было страшно, Алина ругала себя самыми грубыми словами, ну почему она не попросила Давида проводить её? Да, неудобно, да, он может подумать лишнего, но лучше так, чем идти одной и бояться. Ноги почти перестали двигаться, когда она подошла к тому месту, откуда вчера слышала рык. Собравшись с духом, она посмотрела в ту сторону... Никого! Слава богу! И бросилась бежать к дому.

Ночью лай и вой собак разбудил девушку, такое часто бывало, но сегодня в этом лае было нечто особенно зловещее. «Показалось» — решила она. «Да и что я себе навоображала? Сабуртало очень большой район, навряд ли я видела именно того пса, что напал». Так успокаивая себя, Алина попыталась заснуть. Но так и не смогла.

Несколько вечеров подряд она с затаённым страхом шла домой и всматривалась в темноту, где к её очередному облегчению никого не было. Это уже стало своего рода ритуалом. В новостях, а теперь Алина их слушала регулярно, стали часто говорить о нападениях собак на людей. Причём каждый раз это был огромный пес, которого не нашли.

— Откуда известно, что это пёс, да ещё огромный? — Давид был ярым любителем собак и все эти события его нервировали. Администрация города уже поговаривала об отлове диких животных, да и настроение многих жителей изменилось.

— Никто же не видел! — горячился он.

— Ну, наверное, свидетели всё же были, да и не все же погибли на кого напали! — бухгалтер явно была на стороне ужесточения мер.

Алина слушала и молчала. Она уже неделю наблюдала за собаками. Что-то неуловимо изменилось. «Не может же это быть лишь моим воображением?» Днём животные спали, они просто безвольными тушками валились на дорогах и возле домов, где привыкли есть. Некоторые сонно передвигались, шатаясь из стороны в сторону. И еда! Алина заметила странность: повсюду в мисках была еда для собак. Не тронутая. Как будто звери перестали питаться.

А ночью, ночью стоял такой вой, что спасть стало невозможно. Этот вой начинался после полуночи и смолкал перед рассветом. Именно вой давал чётко понять — этот город принадлежит им!

Идя утром по улице, Алина заметила ещё одну странность: люди интуитивно обходят спящих собак. И ладно бы кто-то один (ну боится человек, и что ж?) но каждый кто шёл по улице, как бы даже уже заранее, начинал обходить лежащих собак по кругу. И делалось это так естественно, будто в порядке вещей. Раньше так не было. Раньше люди спокойно шли мимо, некоторое наоборот, останавливались и начинали играть с каким-нибудь милым псом.

Но сейчас псы не были милыми. Даже обычные небольшие дворняжки, даже в спящем виде, от животных веяло опасностью.

«Неужели это вижу только я?» — Алина начала беспокоиться, может это у неё мания? Но ведь новости ей не привиделись! Надо обсудить это с кем-нибудь.

Договорившись встретиться с подругой в субботу вечером, Алина весь день занималась домашними делами, и при свете дня и без прослушивания новостей, её страхи отступили и даже стали казаться надуманными.

Поэтому сидя с Тамарой в уютном ресторанчике в старом городе, она не стала поднимать эту тему. Место многолюдное, и если летом тут были одни туристы, то сейчас, когда сезон прошёл, его заняла местная публика. Живая музыка из соседнего зала добавляла уютной атмосфере ощущение безопасности.

Машенька

Машенька стряхнула капли дождя со своего зонта. И зря — теперь придётся убирать лужу с пола. Тяжело вздохнув и переступив через водяное безобразие, она пробралась на кухню. Чая горячего да с плюшками хотелось очень сильно.

Пока ставила чайник, пока доставала из шкафчика вкусняшки, на кухню величественно прошествовал большой рыжий котяра, светло-рыжего окраса, с белыми носочками на лапках и такой же пушистой манишкой.

Кот требовательно посмотрел на хозяйку жёлтыми глазищами и даже соизволил сказать:

— Мяу!

— Сейчас, Васенька, — девушка торопливо налила молочка в белую чашечку с синей каёмочкой.

Кот тяжело вздохнул и, пристроившись на полу рядом с чашкой принялся лакать, но лакать с достоинством.

Засмотревшись на пушистого хозяина дома, Машенька вздрогнула от свиста чайника, который уже успел закипеть и тут же выключиться.

«Вот же ж! Давно надо этот свисток убрать! Бесит только!» — мысль унеслась так же быстро, как и появилась.

Сейчас не время для раздражения, сейчас время для чая.

Но едва Машенька налила себе чай в красивую кружечку тонкого фарфора и надкусила плюшку (ещё тёпленькую), как в дверь позвонили.

Перепрыгивая через лужи, которые сама же и сотворила в коридоре (а благодаря мокрому зонту, их стало только больше), она понеслась открывать дверь.

— Вот же ж! — поприветствовала она пришедшего.

Проблема в том, что, как ни старалась, а в лужу наступила и теперь мокрое пятно растекалось по левому носку. – «Неприятно», — сделала вывод Машенька.

— Я вам неприятен? — на пороге, культурно не заходя в квартиру, стоял темноволосый незнакомец.

— Красивый! — не подумав, вслух ляпнула Машенька.

— Красивый, но неприятный? — насмешливо переспросил незнакомец и тут же сделался серьёзен. — Могу я пройти?

— Да, да, конечно, — засуетилась Машенька. — Тут, правда, мокро, — сказала она, протягивая незнакомцу тёплые мягкие тапочки на два размера меньше его блестящих брендовых ботинок.

Незнакомец серьёзно посмотрел на тапочки и даже взял их в руки.

Машенька, только когда он зашёл, обратила внимание и на строгий (и явно дорогущий) костюм, и на плащ, по которому видно, что его автора даже произносить дорого.

Так, с тапками в руках, сногсшибательно красивый и дорогой мужчина оказался в скромной прихожей Машеньки.

— Чаю хотите? — спросила девушка.

— А вы всегда незнакомых мужчин к себе пускаете и чаем поите? — сурово, но с насмешкой спросил брюнет.

— Я... — Маша даже засмущалась. — Нет, но я чай пила, а тут вы...

— Достойное объяснение, — серьёзно кивнул незнакомец, но в его карих глазах уже поселились добрые смешинки.

Маша засуетилась и провела своего гостя на кухню. А там сидел большой рыжий кот и неодобрительно смотрел на незнакомца.

— Здрасте, — неожиданно для самого себя поздоровался гость с котом. Но ответа удостоен не был.

Рыжий котяра презрительно отвернулся от вошедшего, однако кухню не покинул.

«Охраняет девочку», — решил гость.

— Дело в том, уважаемая Мария Семёновна, вы же точно Мария Семёновна? — начал гость, но спохватился, что сразу не уточнил личность девушки.

Та, улыбаясь, кивнула:

— Можно просто Машенька, меня все так зовут, — легко согласилась девушка, доставая из старого буфета вторую чашку.

Гость меж тем замолчал и просто смотрел, как девушка быстрыми уверенными движениями разливает чай, а на фарфоровую тарелочку накладывает ароматные булочки.

Было в ней какое-то простое очарование, на которое хотелось искренне улыбаться. (Гость тайно засунул так и не надетые тапки под стол.) Девушка же, закончив накрывать, села на своё место и посмотрела на него ясными голубыми глазами.

«Больше блондинка, чем брюнетка» — сделал вывод мужчина, рассматривая выбившиеся из длинного хвоста русые кудри.

— Разрешите представиться, — поднялся он с неустойчивой табуретки, на которую был посажен. — Елисей Николаевич Марков, — он протянул ей свою чёрно-золотую визитку.

Сам не понял, почему ему захотелось так официально, чуть ли не в стиле девятнадцатого века, представиться этой простой и непосредственной девушке, скорее даже девчушке.

Та же, тем временем разглядывала пафосно-лаконичный прямоугольник, который он вручил.

— Адвокат? — удивлённо спросила девушка, широко распахнув свои голубые глаза.

«Молода и ещё так наивна!» — подумал Елисей Николаевич.

— Ваш отец, Семён Антонович Корыстылёв оставил вам наследство, — начал Елисей, но тут увидел, как глаза девушки расширились и в них стали набухать слёзы, ещё мгновение и из них польются настоящие реки.

Елисей скривился, ох как он не любил женских слёз, ни притворных, которые были так популярны в его кругах, ни вот таких настоящих и некрасивых. Такие он не любил даже больше.

— Вы не знали, что ваш отец скончался?

Машенька помотала головой и слёзы всё-таки брызнули, причём в разные стороны, так активно она трясла головой.

— Тогда что? — осторожно спросил Елисей.

Сделав несколько судорожных вздохов, в попытках справиться с прорывающимся рёвом, Машенька невнятно ответила.

— Я... я... я не... не знала… ааа...

— Всё-таки не знали, что он умер? Не знали, что он оставил наследство? — попробовал угадать Елисей, но рёв у Машеньки всё-таки прорвался.

Девушка рыдала, размазывая то ли слезы, то ли сопли по милому личику, которое прямо сейчас вовсе не было уже милым. Сейчас она выглядела, скорее, как маленькая сморщенная жабка.

Елисей попробовал вспомнить, что полагается делать в таких случаях. И поднявшись с шаткой табуретки, подошёл к девушке и неловко похлопал её по спине. В результате добился прямо противоположного эффекта: Машенька заревела ещё больше.

Не зная, что делать со всем этим безобразием, и проклиная себя вообще за то, что пришёл и испортил милой девочке настроение (ведь говорили ему не ходить, промолчать, всё равно умные люди не позволят сироте получить наследство), Елисей наклонился и обнял рыдающую. Через миг, девчушка затихла у него в объятиях, а ещё через некоторое время он почувствовал в своих руках движение. Чуть отстранившись от объекта успокаивания, он обнаружил, что она уткнулась личиком в его дорогой пиджак и возит им (личиком) по брендовой вещи.