Из Пепла и Тьмы

Пролог

Пролог

Я всегда думала, что конец света наступит внезапно. Яркая вспышка, гром с небес, огненный дождь - и затем пустота. Оказалось, Апокалипсис подкрадывается постепенно, маскируясь под чудеса и знамения. И когда ты наконец понимаешь, что происходит, бежать уже некуда. Меня зовут Кассандра, и я - одна из отмеченных. Тех, кого ангелы называют Вестниками. Тех, кого фанатики почитают как святых и проклинают как еретиков.

Спросите меня, каково это - быть избранной? Это значит просыпаться каждый день в страхе, что твой дар станет твоим проклятием. Что те, кого ты любишь, пострадают из-за того, кто ты есть. Что тебе придётся потерять всё, чтобы обрести судьбу, которую ты не выбирала.

Всё началось два года назад, когда мир ещё казался нормальным. Насколько вообще жизнь может быть нормальной для девушки, которая видит будущее в своих рисунках. Мои картины всегда были необычными, но галеристы назвали бы это "даром свыше".

Первым знаком стали кровавые дожди. Они обрушились на наш город в день летнего солнцестояния. Все решили, что это какая-то аномалия. Странное, но объяснимое природное явление. Но я видела в алых каплях нечто большее. Они напоминали мне цвет краски, которую я использовала, чтобы изобразить пылающий закат над руинами города. Картину, которую я написала за неделю до первого дождя.

Потом появились другие знамения. Статуи ангелов, плачущие кровавыми слезами. Иконы, на которых лики святых искажались в жутких гримасах, - еще одно зловещее предзнаменование. По ночам в парках роились стаи пепельных бабочек, складываясь в древние символы. Люди начали говорить о конце времён. А я рисовала всё это задолго до того, как оно происходило.

И затем начались сны. Видения падающих ангелов и горящих городов. Каждую ночь я просыпалась в холодном поту, с криком, застрявшим в горле. Но настоящий ужас ждал меня наяву. Однажды утром, после очередного кошмара, я увидела их. Тонкие линии, сплетающиеся в незнакомый узор на моей руке. Метка Вестника.

Я не сразу поняла, что это значит. Поначалу я радовалась, что не одна такая. В новостях всё чаще говорили о людях, просыпающихся с такими же метками. Все ждали объяснения, знака свыше. И он явился - в виде сияющих крылатых фигур, спустившихся с небес. Ангелы пришли к нам. И это стало началом конца.

Глава 1

Мы пробыли в заброшенной церкви всего пару дней, когда они нас нашли. Секта "Чистых" - фанатики, помешанные на поисках и "спасении" отмеченных. Они прочёсывали улицы городов, устраивая облавы на таких, как мы. И теперь они вышли на наш след.

Это случилось ночью. Мы с Тэмо спали по очереди, охраняя временное убежище, но усталость взяла своё - и я задремала на посту. Разбудил меня звон разбитого стекла и грубые голоса, раздававшиеся снаружи. Я в панике растолкала брата, и мы бросились к чёрному ходу, перепрыгивая через обломки скамей. Но было уже поздно.

Двери церкви с грохотом распахнулись, и внутрь ворвались люди в белых балахонах с капюшонами. Их лица скрывали маски, но я видела горящие безумием глаза. В руках они сжимали оружие - от обычных пистолетов до метательных ножей и арбалетов. Эти "Чистые" явно не горели желанием брать нас невредимыми.

- Вот они, отмеченные! - прокричал один из них, указывая на нас.

- Хватайте их, пока не сбежали! Помните, за живых ангелы обещали двойную награду!

Мы с Тэмо рванули к выходу, но путь уже преграждали трое "Чистых". Мой брат схватил подсвечник и метнул его в преследователей, давая нам пару секунд форы. И мы побежали так быстро, как только могли.

Мы петляли между скамьями и колоннами, пытаясь оторваться, но "Чистые" были повсюду. Их злые голоса и жестокий смех звучали всё ближе, предвкушая лёгкую победу. Обезумевшие глаза сверкали из-под капюшонов, а руки тянулись к нам, жаждая схватить и поволочь к ангелам. Алтарь впереди вдруг взорвался градом щепок - кто-то из фанатиков открыл огонь. Пули со свистом проносились мимо, и я вскрикнула, когда одна из них оцарапала руку, оставив огненную борозду. Боль на миг затмила всё остальное, но адреналин быстро смыл её, придав сил.

Краем глаза я заметила наше спасение - узкую лестницу, что вела на колокольню. Схватив Тэмо за руку, я рванула туда, молясь, чтобы "Чистые" не добрались до нас раньше. Брат что-то кричал, оглядываясь, но за грохотом погони и стуком собственного сердца я не разбирала слов.

Мы взлетели по ступенькам, и холодный ночной ветер ударил в лицо, остужая пылающую кожу. Здесь, на вершине колокольни, всё казалось обманчиво спокойным. Внизу мерцали далёкие огни города, безразличные к нашей судьбе. На миг меня охватило отчаяние - бежать было некуда. Позади - разъярённая толпа "Чистых", впереди - только пустота и смерть. Но потом я увидела его - тёмный кабель, протянутый между крышами церкви и библиотеки, стоявшей напротив. Тонкий, ненадёжный, он всё же был нашим единственным шансом.

Мысли заметались в голове, страх сковал тело. Прыжок веры? Или безумие? Выбора не было. Позади уже слышались шаги и триумфальные возгласы "Чистых". Ещё немного - и нас схватят. Я стиснула зубы и прошептала брату, указывая на кабель:

- Надо прыгать. Сейчас!

В глазах Тэмо промелькнуло сомнение и ужас, но он кивнул. Всегда доверял мне, даже если мои решения были на грани безумия. Особенно если были. Я зажмурилась, отгоняя назойливый страх, и сделала шаг в пустоту. В животе что-то оборвалось, когда земля ушла из-под ног. Ветер засвистел в ушах, а сердце, кажется, застряло где-то в горле. Руки судорожно вцепились в кабель, скользкий от ночной влаги. Казалось, весь мир сжался до этого тонкого жгута, протянутого над бездной.

Когда мы были на середине, позади раздался вопль боли. Кто-то из "Чистых", видимо, решил последовать нашему примеру, но не удержался. Тошнотворный хруст и звон цепей возвестили о его участи. Меня затрясло, но не от страха - от мрачного, жестокого удовлетворения. Такова цена фанатизма - рано или поздно ты летишь в ту самую бездну, куда толкаешь других.

Последние футы дались особенно тяжело. Пальцы онемели, а кабель, казалось, вот-вот лопнет под нашим весом. Дыхание вырывалось со свистом, в висках стучала кровь. Но вот впереди показался край крыши, и с победным кличем мы рухнули на шершавый настил. Несколько долгих, блаженных мгновений я просто лежала, прижавшись щекой к холодному камню. Пыль забивала нос, а колени саднило, но это была сладкая боль. Боль выживших, ускользнувших от безумия в последний миг.

Рядом судорожно дышал Тэмо. Его лицо покрывала смертельная бледность, и глаза лихорадочно блестели. Но на губах играла слабая, безумная улыбка человека, обманувшего судьбу. Мы были живы. Покалеченные, напуганные до полусмерти - но живые.

Внизу "Чистые" выли от ярости, как стая обманутых гончих. Кто-то пальнул вверх, но пули лишь бессильно высекли искры из кирпичей. Однако расслабляться было рано - фанатики вряд ли сдадутся так просто. И теперь, когда мы оказались на виду, отступать некуда.

Я с трудом поднялась на дрожащие ноги и протянула руку брату. Он ухватился за неё, как утопающий, и мы побрели к дальнему краю крыши. Туда, где виднелась пожарная лестница. С улицы уже доносился рёв моторов и истошные вопли - "Чистые" вызвали подкрепление. Глухие удары и скрежет возвестили, что они пытаются выбить двери библиотеки. У нас оставались считанные минуты, чтобы скрыться.

Мы с Тэмо переглянулись - и, не сговариваясь, бросились вниз по лестнице. Ржавые ступеньки дрожали и стонали под нашим весом, а сердце колотилось где-то в горле. Ободранные ладони жгло, рубашка липла к взмокшей спине, а дыхание вырывалось со всхлипами. Но страх гнал вперёд, не давая думать об усталости и боли.

Мы бежали, петляя переулками, подальше от света фонарей и людных улиц. Но куда бежать дальше? Этот вопрос горчил на губах, вызывая тошноту. Весь наш мир сузился до тёмных закоулков и подворотен, до запаха гнили и страха. Дома нас не ждали - только пустые стены и холодные простыни. Друзья, семья - все отвернулись, испугавшись гнева ангелов. Мы остались совсем одни в этом враждебном новом мире.

Тэмо, словно уловив мои мысли, сжал моё плечо.

- Кассандра, мы справимся, всё будет хорошо. Когда-нибудь, обязательно будет.

Звук наших шагов гулким эхом отражался от стен узких улочек, пока мы с Тэмо петляли по ночному городу, пытаясь оторваться от преследователей. Дыхание вырывалось со свистом, лёгкие горели от недостатка кислорода. Страх гнал вперёд, не давая остановиться ни на секунду. В момент, когда мы думали, что оторвались, вновь слышались крики фанатиков, грохот подошв по брусчатке, лязг оружия. Они были настойчивы, и очень, очень злы.