Изгнанная ведьма для Альфы

Пролог

- Ты домой? Это надо отметить. – Светка ловко подбрасывает бутылку шампанского, предлагая свою компанию совместно с розовым игристым, я смеюсь, качая головой.

-Давай позже, нужно заехать домой, переодеться. Ты же знаешь, я терпеть не могу туфли и платья. Чувствую себя словно в тисках.

В душе еще кипит жгучая эйфория. Так бывает, когда я выгрызала свою победу, в буквальном смысле.

-Ты была сегодня неподражаема! Разделала их под орех. Как вспомню их чопорные физиономии! Они не ожидали от тебя такой прыти.

-Это потому, что я женщина, и патриархат канул в небытие. Когда мужчины перестанут ставить под сомнения способности женщин, мир обретет надежду на будущее. Ладно, где встречаемся?

-Давай на набережной. Погода прекрасная. Хочется косточки погреть.

-Отлично, не теряй меня. Буду через часик.

Спускаюсь лифтом на подземную парковку, в который раз радуясь про себя такой возможности. Особенно в непогоду, или зимой. Здание городского суда располагалось в центре, дорога домой занимает двадцать минут. До Сережи дозвониться не смогла, чтобы предупредить о том, что суд перенесли в город. Тащиться в область отпала необходимость. Вчера он вернулся поздно, разговора не вышло, а сегодня рано умчалась я. Заседание обещало быть сложным, необходимо было сделать последние подготовления.

Машина Сергея стояла во дворе.

Открываю дверь своими ключами, не крикнув по обыкновению с порога о своем возвращении. Сбрасываю неудобные туфли, и на носках бросаюсь наверх, предвкушая, как брошусь в объятия мужа.

Теперь, когда я выиграла треклятым процесс можно было отдаться чувствам.

Редко выпадает возможность побыть вдвоем. Я постоянно в суде, должность прокурора накладывает определенные обязательства. Сергей генерал-майор полиции, тоже вечно занятой человек. На ходу стягиваю блузку, выпрыгиваю с юбки

Возле двери нашей спальни торможу. Звуки, которые раздаются за дверью, в первое мгновение кажутся нереальными.

Стоны. Женские. Чуть грубее мужские.

Стоны Сергея. Надрывные… Хрипящие…

Наверное, ему очень хорошо, некстати мелькает в сознании.

Так, как давно не было со мной, иначе он бы не трахался молча, всегда в одной позе, словно отрабатывал унылый долг, строго по-миссионерски.

Влажные шлепки, и все звуковое оформление не оставляют простора для фантазии. Я стою и смотрю на чуть приоткрытую дверь, и в голове проносятся десятки вариантов, вплоть до самого позорного – развернуться и сбежать. Сделать вид, что ничего не произошло.

Почему-то мне не хотелось ловить его так низко, со спущенными штанами.

Ноги налились свинцом. Конечности разбирает дрожь.

Не успеваю сделать шаг назад, как дверь открывается, и прямо напротив меня застывает Татка, сбившись с шага.

Мысли увязли в панике, и я даже не заметила, как в спальне все прекратилось.

Солнце клонилось к закату, а я все не могла поверить в эту ужасающую реальность. Безысходность сдавливала грудную клетку, хотелось рвать на себе волосы и кричать, срывая голосовые связки.

За что?

Почему?

Классика жанра, вернуться домой раньше обычного, и застать свою сестру в постели мужа.

Ее глаза, наверное, я никогда их не забуду. В них … боль. Моя любимая Татка, которую я воспитывала с колыбели. Мать с утра до ночи на работе, и все обязанности по уходу за малышкой легли на мои плечи. Перед глазами проноситься вся жизнь, первый молочный зуб, выпускной, и то, как мы с матерью мыли полы чтобы купить платье, которое ей так понравилось, на этот же выпускной.

Я рвала жилы, чтобы вытянуть семью из нищеты, в которой мы прозябали с детства. Именно смрад грязной коммуналки не давал мне опустить руки, превратив в закаленную стервозную бабу, которую боятся даже мужики.

Татка раскрыла рот, но из него не вырвалось ни единого звука.

–Любимая… Давай еще разок, в душе. – На пороге появляется счастливый и абсолютно голый Сергей, человек, которого несколько минут назад я считала своим мужем.

И себя, между прочим, любимой.

Его любимой.

–Ира? – Растерянно шепчут его губы, кривясь. Я вдруг чувствую себя лишней в собственном доме.

Мысленно отметаю банальные фразы, которые рождает сознание в отчаянии, и закусываю губу.

Должность прокурора не могла не оставить во мне след. Мозг выдвинул десятки вариантов дальнейшего развития, и тут же все отмел. Наверное, Сергей понял по глазам, что истерики не последует, и решил закатить ее сам.

–А что ты хотела? А? Чего хлопаешь своими глазищами? Ты вечно занята! И потом, в кого ты превратилась? Ты… Ты диктаторша в юбке! Фараон, блядь! Такая же непробиваемая, и равнодушная! А я любви хочу, женской ласки, на которую ты, между прочим, не способна!

Ухмыляюсь, изо всех сил стараясь держать «лицо».

Его слова отравляют сознание, ядовитыми жалами впиваясь под ребра. Воздуха катастрофически не хватает. Цепляюсь взглядом за его лицо, вдруг понимая, что удивительным образом, за считанные минуты самый родной человек вдруг стал чужим.