Измена. Истинное лицо моего мужа

Глава 1

Алиса

Она извивается на нём, а я забываю, как дышать.

Боль обжигает внутренности кипящим огнём.

Мой шокированный взгляд скользит по её длинным ногам в ажурных чулках... и его сильным рукам на её обнажённой спине... рукам моего мужа на голой спине какой-то девицы!

Боже...

В глазах темнеет от боли, а сердце отбивает в горле громкий прощальный набат.

Задыхаюсь, но не могу глотнуть кислорода.

Жгучая обида душит... но невозможная злость и ненависть быстро вытесняют её.

Предатель!!!

Делаю шаг вперёд.

Ещё один.

Ловлю на себе липкие взгляды друзей мужа - Архипа и Никиты, но не смотрю на них - не могу оторвать глаз от своего мужа и его голой пигалицы.

Парни присвистывают, когда я на деревянных ногах подхожу к их столику, Яша же не замечает ничего. Его взгляд, мутный от похоти, прикован к лицу этой блондинки, а его руки, которые ещё сегодня утром обнимали меня, сейчас по-хозяйски сжимают её грудь в чёрном кружевном белье.

Мороз бьёт по коже и впивается в неё острыми иглами. Смотрю на эту омерзительную картину, и красная пелена застилает глаза.

Теперь я хорошо понимаю, что значит, убийство в состоянии аффекта… я к этому очень близка сейчас…

- Эй, красотка, а ну подойди сюда! – Низкий, пропитанный хрипотцой голос Архипа, прорывается сквозь звуки томной эротичной музыки и бешеный гул моей крови в ушах.

Подхожу ближе и чувствую, как его горячая ладонь тут же нагло скользит вверх по моему бедру.

Чёрт…

Чёрное облегающее платье, в которое меня облачила Маша, чтобы я не казалась в этом царстве разврата белой вороной, оказалось слишком коротким. Ещё пара-тройка сантиметров и мужские пальцы начнут оглаживать мои ягодицы.

- Составь нам кампанию, - буквально мурлычет Архип и трётся щетиной о моё бедро.

Мерзость!

Резко оборачиваюсь к парню и заставляю себя растянуть губы в самой приветливой улыбке, хотя сейчас я едва сдерживаю желание огреть его бутылкой Jack Daniel's, которая стоит у них на столе.

Вообще к чертям спалила бы весь этот гадюшник!

Друзья хреновы!

Кобели поганые!

Смотрю на закадычных друзей мужа с улыбкой, а внутри меня такой пожар полыхает, будто я прямиком в ад провалилась!

- С удовольствием, - произношу так, чтобы дрожь в моём голосе приняли за волнение, и аккуратно присаживаюсь на подлокотник его кресла. Внутри всё натягивается струной.

- А мы раньше не виделись? – прищуривается Никита, вглядываясь в мои глаза, видные в прорезях неудобной латексной маски. В таких ходят все девушки в этом борде… заведении.

- Не думаю, - быстро отвечаю и снова бросаю взгляд на мужа. В этот момент он запускает свои пальцы в белую шевелюру этой тощей ведьмы.

Уууу… ненавижу!!!

Прикусываю губу до крови, заставляя себя дышать.

Я никогда не была жестокой… но сегодня… сегодня Ян сделал меня такой.

- Выпьешь с нами? – Архип протягивает мне бокал, а его вторая рука по-прежнему лежит на моём бедре, обжигая кожу через тонкий латекс.

Молча киваю. Улыбаюсь и чувствую, что внутри меня вот-вот произойдёт взрыв.

- Наполни до краёв, милый, - наклоняюсь и шепчу ему на ухо, чувствуя, как от собственного голоса меня тошнит.

Пока он наливает, я снова смотрю на мужа... и он, наконец, поднимает голову.

Наши взгляды сталкиваются в царящем здесь полумраке.

Сердце замирает… но под маской Ян не узнаёт меня. В его глазах – лишь острый мужской интерес и ядовитая похоть. Он смотрит на меня как на новую добычу и резко, почти грубо, отталкивает от себя блондинку.

Она недовольно фыркает, но слезает с его коленей.

- Твоё виски, красавица, - Архип возвращает мне наполненный до краёв бокал.

Внутри всё обрывается, когда я медленно встаю с кресла Архипа и опускаюсь на колени… своего мужа.

Ян не отводит от меня своего возбуждённого взгляда. Его рука скользит вниз по моим распущенным волосам, а потом оглаживает мои бёдра... и вдруг резко, грубо муж толкает меня на свой вздыбленный пах.

- Хочу тебя, - его горячий шёпот обжигает ухо… а у меня срывает все предохранители...

Ненавижу!!!

Приподнимаюсь, коленями упираясь в мягкое сиденье кресла, смотрю в заплывшие желанием карие глаза мужа... и резво опрокидываю свой бокал на его стоящий колом член…

Охладись, подонок!

Глава 2

Алиса

Быстро поднимаюсь, чувствуя, как сердце яростно шабаркает в груди. Не отвожу взгляда от наливающихся кровью глаз мужа.

Парни вокруг присвистывают, но этот звук доносится до меня будто из-под воды.

- Какого хуя?! – Ян взрывается и вслед за мной вскакивает с места. Его рваное дыхание обжигает моё лицо, а карие глаза пронизывают насквозь.

Муж нависает надо мной огромной скалой. Широкие плечи Яна мгновенно закрывают обзор и на шесты с танцовщицами, и на висящие под потолком позолоченные клетки с извивающимися девицами с обнажённой грудью... вот только в моей крови сейчас столько адреналина, что меня абсолютно не пугает зверское выражение лица мужа и гора его мускулов.

Злость ядом растекается по моему телу и придаёт мне сил.

Сжимаю руки в кулаки, шире расставляю ноги в чёрных сапожках на шпильках как учил тренер. Моё дыхание, частое и рваное, вырывается изо рта с яростным свистом.

- Ты ничего не попутала, сука?! – выплёвывает Ян мне в лицо, а я в этот момент срываю с себя чёртову маску...

Сцепляемся взглядами. Муж шумно втягивает в себя воздух, я вижу, как гневно раздуваются его ноздри, но он больше не произносит ни слова.

- Попутала, Ян! - Яростно шепчу мужу в лицо. - Нормального мужчину с кобелиной!

- Какого... - Ян проводит ладонью по лицу, стирая с него дикую злобу и раздражение, и растеряно смотрит мне в глаза. - Алиса, что ты здесь делаешь? - протяжно выдыхает, а я, пользуясь его коротким замешательством с удовольствием заряжаю ему тонкой металлической шпилькой по голеностопу, вкладывая в этот удар всю свою злость и обиду.

Спасибо, папа, что отвёл меня в десятом классе на курсы самообороны!

- Твою мать! - сипло выругивается Ян и сгибается пополам от боли, а я обхожу его, яростно стуча железными шпильками по начищенному паркету стриптиз клуба... и резко останавливаюсь.

Смотрю на свою ладонь и в следующее мгновение уверенно снимаю с безымянного пальца своё обручальное кольцо. Бросаю его мужу в ноги.

- Прощай, Осипов!

Ухожу.

- Охуеть... – шепотки и чей-то приглушённый свист доносятся мне в спину.

Быстро прохожу к выходу, лавируя между столиками и ловя на себе мужские сальные взгляды. От кипящего в крови адреналина меня потряхивает.

В какой-то момент в голове появляется мысль, что меня не выпустит из этого борделя охрана – я же напала на одного из гостей, но два амбала в дверях встречают меня лишь довольными ухмылками.

И хоть они и обляпывают меня заинтересованными взглядами, я выдыхаю – никто меня не задерживает. Наоборот, один из этих бритоголовых мужчин учтиво открывает передо мной дверь и, когда я буквально вываливаюсь на улицу, говорит мне:

- Приходи к нам ещё, куколка.

Ага, сейчас же!

Мне и одного раза окунуться в этот разврат хватило!

Даже не думаю оглянуться, но жутко краснею, представляя, как сейчас выгляжу в коротком, едва прикрывающем мою пятую точку платье, на шпильках и с кошачьими ушками на голове.

Боже...

Тянусь рукой, чтобы содрать хотя бы этот ободок с шерстью с головы, но вздрагиваю, когда сзади слышится сначала шум, отборный мат, а потом на всю улицу раздаётся громкое: - Алиса!!!

Визуал Яна

Осипов Ян Романович

32 года

Владеет собственной строительной фирмой

Визуал Алисы

Алиса Максимовна Осипова (в девичестве Леснова)

24 года

Учится на четвёртом курсе университета

В будущем хотела работать архитектором в фирме мужа, но что-то пошло не так...

Визуал Алисы в клубе

А вот в таком виде Алиса пробралась в закрытый мужской клуб, чтобы муж её не узнал

Глава 3

Алиса

Рёв мужа режет слух.

Быстро осматриваюсь по сторонам, но не вижу подруги, которая обещала меня ждать на улице.

Чёрт... вот же чёрт...

А ведь у меня ни сумочки, ни телефона. В этом дурацком платье нет ни одного кармана, поэтому я всё оставила в старом жучке Машки.

Холодный ветер касается моей оголённой кожи. Становится холодно.

Оглядываюсь назад – Яна пока удерживает охрана, но это явно ненадолго.

Быстро спускаюсь по ступеням. Каблуки громко цокают в такт гулкому биению моего сердца.

Где же Машкина машина?

Чёрт возьми, куда она припарковалась?!

Ещё раз просматриваю глазами большую парковку перед двухэтажным зданием закрытого мужского клуба... и снова чертыхаюсь - среди дорогих мерсов, аудюшек, бэх и ещё каких-то неизвестных мне, но явно жутко дорогих тачек, Машиного синего жучка не вижу.

Сзади раздаётся новый взрыв мата, и на этот раз он кажется значительно ближе.

Оборачиваюсь назад и вижу, как Ян, оттолкнув от себя одного из охранников, выходит из клуба. Он ловит мой взгляд, и я с ужасом наблюдаю, как он начинает быстро спускаться по ступеням.

Страх пробегает ледяной волной по моему телу.

Такого финала я не планировала.

Напряжённо вытягиваюсь во весь рост в ожидании появления мужа... и в этот момент одна из низких спортивных машин, стоявшая в тени, с пробуксовкой срывается с места и резко останавливается передо мной.

Растерянно замираю на месте, а дверь чёрного, блестящего в свете уличных фонарей спорткара распахивается и оттуда раздаётся жёстко и властно:

- Запрыгивай.

Оглядываюсь назад – Ян уже почти спустился по ступеням.

Нервно сглатываю и срываюсь с места – запрыгиваю с машину и успеваю захлопнуть дверь перед разъярённым мужем.

- Алиса, выходи! – рычит Ян, и в ту же секунду его кулак с грохотом обрушивается на моё стекло. Вздрагиваю, а спорткар резво срывается с места, быстро оставляя злющего Яна позади.

Всё тело дрожит от напряжения. Откидываюсь на спинку сиденья, закрываю глаза на несколько мгновений и глубоко дышу, стараясь выровнять своё дыхание и унять безумную пляску сердца.

- Спасибо, - выдыхаю я сиплым голосом. – Вы мне очень помог… ли…

Поворачиваю голову к водителю… и весь мир замирает во второй раз за сегодня. Воздух застывает в лёгких. Сердце спотыкается и пропускает удар.

Полусвет приборной панели выхватывает из темноты знакомое лицо. Парень на мгновение отвлекается от дороги, поворачивается ко мне, мы сталкиваемся взглядами… и я с ужасом понимаю, что мне не показалось.

Это он.

Артём Хмельницкий.

Мой главный школьный кошмар.

Он отворачивается, а я нервно сглатываю… и почему-то не могу отвести от парня своего взгляда.

А ведь совершенно не изменился.

Волосы цвета воронова крыла по-прежнему небрежно спадают на его высокий лоб, прямой нос, увы, не сломан, остро очерченный подбородок всё также упрямо задран вверх.

Так. Я хочу выйти.

Боже… мне плохо.

Как так получилось, что я снова оказалась с ним рядом?!

- А ты по-прежнему та ещё ходячая катастрофа, Элис, - говорит Артём, и его низкий ледяной голос пугает меня сильнее любого крика Яна. Парень сильнее давит на газ, и машина с тихим рычанием рвётся вперёд… унося меня в неизвестность.

Боже…

Нервно сглатываю. Сильнее вжимаюсь в светлое кожаное сиденье.

- Но сегодня ты превзошла себя, - он поворачивает ко мне голову, и в его зелёных глазах, таких знакомых и до ужаса ненавистных, я вижу презрительную насмешку. – Давно работаешь эскортницей, Леснова?

Глава 4

Алиса

Задыхаюсь от его слов.

Кажется, даже воздух в салоне раскаляется от моей злости.

Что. Он. Сказал?!

Видимо адреналин ещё не до конца выветрился из моей крови... потому что следующее своё поведение я могу объяснить только этим.

Резко разворачиваюсь к Артёму, к моему личному дьяволу, восседающему напротив в чёрной рубашке от Prada, и рявкаю, напрочь забывая об инстинкте самосохранения.

- Я замужем! Не смей называть меня так!

На эмоциях выкрикиваю… и тут же холодный ужас, знакомый до тошноты, поднимается по позвоночнику и сковывает затылок стальными щупальцами. В ушах раздаётся не гул, а нарастающий вой сирены - инстинкт самосохранения запоздало включился и требует немедленно бежать... только куда??

Уже давно забытый страх перед этим монстром быстро выныривает на поверхность. Его липкую паутину, медленно оседающую на мои плечи, я начинаю ощущать уже через пару секунд после своего безумного выпада.

Боже… лучше бы я молчала…

Да, мы уже не в школе… но я не уверена, что этот монстр изменился…

Откуда он вообще появился тут?!

Он же уехал в Лондон сразу после школы!

Я столько лет спокойно дышала, перестала оглядываться по сторонам и вот опять…

Боже...

Продолжаю смотреть на точёный аристократический профиль Артёма, хотя уверенности во мне сильно поубавилось за эти несколько прошедших мгновений.

Да я же как собака Павлова знаю, что последует за моей дерзостью...

Нервно сглатываю.

Артём не морщится и, кажется, даже не злится. Напротив. Уголки его полных красивых губ медленно ползут вверх… словно я его развеселила сейчас.

Это же хорошо, да?

Или нет..?

Сильнее впиваюсь пальцами в мягкую кожу сиденья. Внутри всё сжимается в крошечный, дрожащий комок… я будто снова инстинктивно пытаюсь стать невидимой, как в школьные годы, когда его дерзкий взгляд выхватывал меня из толпы.

Боже… мне двадцать четыре, а я по-прежнему боюсь этого гада…

На миг прикрываю глаза, чтобы унять безумно стучащее сердце, а когда открываю их, наталкиваюсь на тяжёлый и наглый взгляд зелёных демонических глаз моего личного дьявола, который сейчас изучает меня с холодным любопытством коллекционера, нашедшего потерянный экспонат…

Боже… пожалуйста, нет… только не снова…

Я не хочу...

Дыхание останавливается, а Артём быстро скользит своим наглым взглядом вниз… и я тут же вспыхиваю от стыда как спичка.

Чёрт! Платье!

Закусываю губу до боли и пальцами пытаюсь одёрнуть безумно короткий подол, по-прежнему чувствуя на себе обжигающий и унизительный мужской взгляд…

- Возьми мой пиджак на заднем сиденье, - холодно бросает Артём, но в его голосе я прекрасно слышу знакомую насмешку.

Замираю.

Ну вот, пожалуйста, он снова издевается.

Да ни черта он не изменился!

Чтобы дотянуться, мне придётся развернуться, приподняться, и тогда чудовище увидит ещё больше... хотя чего уж больше-то?

Мысленно стону.

Чёртова машина!

Чёртово платье!

Чёртов Ян! И Артём тоже!

Да пошли вы все!

Шумно выдыхаю и складываю руки на бёдра так, чтобы можно было оставить в секрете хоть что-то.

Тут же слышу, как Артём коротко усмехается, видя мою беспомощность.

Без лишних слов он мягко притормаживает у обочины, поворачивается назад и через мгновение бросает мне на колени чёрный пиджак.

Сжимаю его пальцами и нехотя вдыхаю исходящий от него аромат – кожа и дерзкие нотки лайма – ненавистный мной дорогой парфюм его опасного владельца.

Даже его он не поменял!

- Прикройся, Леснова. Что-нибудь... полезное простудишь, - краснею, но уже не от стыда, а от злости.

Артём снова сжимает руль, и машина плавно трогается с места.

- Куда отвезти тебя, замужняя? – спрашивает он на удивление спокойно и ровно.

Возможно, всё-таки заграница на него хорошо повлияла… Раньше он бы не оставил мой гневный выпад безнаказанным...

Немного расслабляюсь и удобнее сажусь на сиденье. Паника, которая всегда разносит меня, когда я рядом с Артёмом, медленно отступает.

Бросаю осторожный взгляд на парня и называю адрес Маши.

Артём молча кивает, и всю оставшуюся дорогу мы оба не произносим ни слова.

Как только машина останавливается у знакомого подъезда, я аккуратно, стараясь не сделать ни одного лишнего движения, выбираюсь из низкого салона спорткара. Мужской пиджак крепко сжимаю в руках.

Оборачиваюсь, чтобы сказать Артёму «спасибо» и вернуть его вещь, но не успеваю даже открыть рот.

Визуал Артёма

Артём Викторович Хмельницкий

25 лет

Вернулся из Лондона

Главный школьный кошмар Алисы

Что между ними произошло узнаем позже)

Глава 5

Алиса

Ян медленно выходит из тени, и с каждым его шагом воздух вокруг меня сгущается и тяжелеет. Сердце сбоит, а дыхание вырывается из моего рта рваными хрипами.

Не таким должно было быть окончание этого вечера… совсем не таким.

Липкий страх паутиной ползёт по моей коже.

Быстро облизываю кончиком языка пересохшие губы и незаметно для себя сильнее впиваюсь пальцами в ткань чёрного пиджака Артёма… и вдруг, сквозь безумный ток крови в ушах, слышу тихий всхлип.

Опасливо вглядываюсь в темноту и вижу, как рядом с Яном кто-то прихрамывая идёт.

Маша??

Маша!

С застывшим в глазах ужасом смотрю, как муж тащит мою подругу за локоть.

Он с ума сошёл?!

Гнев ярким пламенем взвивается во мне, напрочь выжигая весь страх.

- Отпусти… отпусти её! – выкрикиваю, задыхаясь от раздирающих изнутри эмоций.

Делаю два шага вперёд.

Железные набойки моих каблучков зло стучат по мокрому асфальту.

По оголённой коже рук пробегают разряды тока, рассыпая вокруг меня искры ярости.

Я просто задыхаюсь от гнева.

Что он творит?!

Как мужчина, который ещё сегодня утром был для меня всем миром, превратился в это??

- Отпусти её! – выкрикиваю громче и увереннее.

- Набегалась, любимая? – Ян останавливается вплотную ко мне, нависая надо мной огромной давящей скалой, но я запрещаю себе отступать назад.

Пусть не думает, что я боюсь его… даже если это так.

Цепляемся взглядами.

Воздух вокруг нас трещит от напряжения.

Крылья моего носа гневно подрагивают. По скулам Яна ходят желваки.

Знакомый аромат его древесного парфюма, смешанный с алкоголем, проникает в лёгкие и раздражает мои рецепторы.

«Предатель!» - вновь и вновь яростно звучит в моей голове… а взгляд Яна медленно скользит вниз: спускается к моим приоткрытым губам, обжигает обнажённые плечи, задерживается на коротком подоле платья… и наконец замечает сжатый в моей руке мужской пиджак… и в этот момент что-то меняется в нём.

Широкие плечи мужа напрягаются, спина выпрямляется, а его взгляд резко поднимается к моим глазам… и в нём кипит настоящая буря.

- Хорошо порезвилась с этим мажором в машине? – голос Яна становится глухим, тихим… опасным. Его карие глаза, всегда такие тёплые, сейчас абсолютно чёрные от… ревности?

Протяжно выдыхаю застрявший в лёгких воздух.

Я никогда не видела мужа таким… пугающим.

- Ян, отпусти Машу, - не реагирую на прозвучавший вопрос, чтобы дальше не провоцировать Яна. Мой голос звучит чуждо и надтреснуто. Заставляю себя не моргать и не отводить взгляда. – Ты делаешь ей больно, - стараюсь говорить спокойно и ровно... но получается откровенно плохо.

Муж не отвечает. Просто смотрит. И эта тишина повисшая между нами сейчас страшнее любого крика… и вдруг Ян резко, с отвращением отталкивает Машу от себя, будто отшвыривает мусор.

- Пошла нахуй отсюда! – шипит он ей, и Маша, испуганно всхлипывая, шарахается от Яна в сторону.

Бросаюсь к подруге и сжимаю её дрожащие пальцы.

- Маш, ты как?!

- Он… он заставил меня… я не хотела, Алис, прости… а он затащил в машину и... - Маша захлёбывается слезами, её ледяные пальцы испуганно сжимают мои ладони.

Я хочу сказать, что всё понимаю и не виню её, но в этот момент острая боль пронзает мою руку.

Вскрикиваю, а меня резко разворачивает на сто восемьдесят градусов.

Волосы хлещут меня по лицу. Ободок с кошачьими ушками слетает с головы и с глухим шлепком падает на асфальт.

- Домой! – громкий рык Яна гремит прямо над ухом.

Муж с силой встряхивает меня и как куклу тащит к своей чёрной машине.

- Отпусти меня! Ян, отпусти! – упираюсь ногами, пытаясь затормозить его, вырваться, но мужские пальцы словно стальные тиски удерживают меня.

Отчаяние поднимается комом в горле.

И да… вот теперь я действительно боюсь.

По-настоящему, до тошноты, до икоты.

И вдруг, справа, из темноты между машинами, раздаётся спокойный, ровный голос, в котором нет ни капли волнения:

- Проблемы, мужик?

Глава 6

Алиса

Мы с мужем оба замираем, словно в триллере, в тот момент, когда в кадре впервые появляется маньяк. По спине ползёт холодок липкого страха.

Ян резко вскидывает голову, его пальцы на моей руке сжимаются с такой силой, что ещё немного, и он сломает мне кость. Боль пронзает до самого плеча, но я не издаю ни звука – от напряжения воздух застревает где-то в горле.

Осторожно следую за мрачным взглядом мужа. Мурашки рассыпаются по моим оголённым плечам.

Неосознанно отмечаю, что в этот момент даже всхлипывания Машки позади нас затихают.

Смотрю вперёд и замечаю между двух чёрных квадратных агрессивных машин высокого парня.

Он плечом легко отталкивается от внедорожника и неспешно, уверенно идёт к нам. Его шаги по мокрому асфальту абсолютно бесшумны, от него исходит такая мощная волна, что меня пробирает до дрожи… и я почему-то чувствую себя добычей, к которой подбирается самый опасный хищник.

Я не вижу его лица и в бледном свете одинокого фонаря незнакомец кажется не человеком, а тенью, принявшей человеческую форму.

Облизываю пересохшие губы. Сердце часто-часто стучит, ожидая нашего неизбежного столкновения.

Жаркая волна, смешанная с леденящим ужасом, прокатывается по моему телу, когда незнакомец подходит ближе. Он не смотрит на меня. Всё его внимание приковано к пальцам Яна, впившимся в мою руку…

Мне кажется или воздух вокруг нас действительно становится более густым и холодным от пропитавшей его опасности?

Сглатываю вставший в горле ком, а взгляд парня медленно, но неотвратимо поднимается к лицу моего мужа. И в его глазах я не вижу никаких эмоций. Лишь абсолютное, ледяное спокойствие… под которым клокочет такая ярость, что воздух начинает трещать от напряжения.

- Малец, ты бы топал обратно в тачку, пока цел, - глухо, из-за сжатых зубов, цедит Ян. Он выставляет вперёд грудь, и отводит руку, которой удерживает меня, себе за спину.

Незнакомец делает ещё шаг вперёд. Расстояние между нами сокращается до метра.

Блондин медленно вынимает руки из карманов… и я замечаю на его пальцах сбитые, покрытые только поджившими тёмными корочками костяшки.

- Руку отпусти, - парень произносит тихим, ровным голосом, но каждое слово как остро заточенное лезвие режет ночь. – Сейчас.

- Вон пошёл, щенок! – уже не сдерживаясь рычит Ян. – Это моя жена!

Впервые незнакомец переводит на меня взгляд.

Его глаза в свете фонаря кажутся мне серо-голубыми, как зимнее небо перед бураном. В них нет вопроса. Его взгляд лишь быстро, оценивающе проходит по мне, а потом снова возвращается к Яну.

- Тогда зачем делаешь ей больно? – ледяному спокойствию в его голосе я могу только позавидовать. – Отпусти. Последний раз говорю.

- Да пошёл ты! – взрыв ярости, скопившейся за последний час, вырывается у Яна наружу. Он резко отталкивает меня в сторону и бросается вперёд, занося кулак для удара.

Едва удерживаясь на каблуках, делаю несколько шагов назад, а потом испуганно замираю на месте. Рука пульсирует мучительной болью, и я инстинктивно обхватываю ноющее место пальцами и растираю.

С ужасом смотрю на сцепившихся около парковки мужчин. Всё происходит так быстро, что мой мозг едва успевает фиксировать их молниеносные передвижения.

Незнакомец не отскакивает от Яна. Наоборот. Он делает полшага навстречу, и его левая рука быстро захватывает запястье Яши в воздухе, останавливая его удар на полпути… и резко заводит его руку назад, совершая стремительное, выкручивающее движение... отточенное годами тренировок движение.

Раздаётся негромкий, но отчётливый щелчок, и следом – приглушённый, хриплый вскрик Яна. Его туловище наклоняется вперёд, голова опускается вниз, а лицо искажается гримасой невыносимой боли.

Быстро закрываю рот ладонью, ловя собственный громкий крик, а мой испуганный взгляд в этот момент встречается с холодными голубыми глазами незнакомца… и он лёгким кивком головы в сторону даёт мне знак – «Беги!»

Поддаюсь этому сигналу и делаю шаг назад, сердце колотится в груди, как сумасшедшее.

- Ты… сука! Я тебя убью! – Ян, согнувшись, хватается за руку, но его ярость пересиливает боль. Он резко срывается с места, пытаясь корпусом ударить блондина сбоку.

Мужчины сходятся снова.

Я слышу уже не крики, а глухие, тяжёлые звуки ударов, и вижу резкие движения в полумраке.

Боже... надо бежать…

Разворачиваюсь и быстро подхожу к застывшей у стены подруге, беру её за руку, но она не обращает на меня внимания. Её рот приоткрыт в форме буквы «О», а взгляд прикован к сцепившимся мужчинам.

- Маша! Ключи! - шиплю я, спотыкаясь о глубокую трещину в асфальте.

Трясу её за руку, и Маша медленно, словно не в силах оторвать своего взгляда от жуткой драки, поворачивает ко мне свою голову, но в её глазах абсолютная пустота и шок.

- Чёрт! – шиплю и быстро наклоняюсь вниз, заметив упавшую Машину сумку у неё в ногах. Подхватываю её, открываю и нащупываю холодную связку ключей.

Глава 7

Алиса

Касаюсь дрожащими пальцами тонкой занавески и робко отодвигаю её... а там пусто.

Нет никого.

Сердце стремительно падает в пятки.

Они же должны быть здесь… не могли так быстро уйти…

Наклоняюсь ближе к холодному стеклу и задеваю его своим лбом.

Всматриваюсь в мрачную темноту ночи.

В жёлтых бликах одинокого фонаря видно лишь пятачок у Машиного подъезда и край почти полностью забитой стоянки для машин, но я всё равно взволнованным взглядом быстро окидываю весь двор, но, конечно, никого не нахожу. Ни одной тени!

Что за ерунда?

Закусываю губу от досады и непонимания.

- Куда они делись? – тихо шепчу себе под нос.

Ян бы точно ни за что просто так не ушёл…

Ещё раз медленно, более внимательно прохожу взглядом по освещённоу краю стоянки и понимаю, что две чёрные, квадратные машины, из-за которых вышел парень, который помог нам, исчезли.

Взволнованное сердце делает кульбит и прыгает в горло.

Быстро поворачиваю взгляд влево и вижу, что место, где стоял огромный железный монстр Яна, тоже пусто.

- Уехал, - неверяще произношу и отодвигаюсь назад. Выпрямляюсь.

Что-то внутри меня в этот момент дёргается от тревоги – не сильно ли Ян пострадал?

По спине ползёт неприятный холодок... и вдруг перед глазами ярко вспыхивает картинка – его сильные руки на обнажённой спине почти полностью голой танцовщицы…

Гнев снова опаляет нутро.

Да, к чёрту!

Зло сжимаю руки в кулаки и гоню от себя ненужное никому волнение о муже.

Если Ян и пострадал, то только из-за себя.

Боль в руке, которую муж с силой сжимал, снова начинает пульсировать, и я неосознанно накрываю ноющее место пальцами.

Понимая, что ничего больше в окно не увижу, делаю шаг назад и тут же натыкаюсь спиной на что-то.

Испуганно вскрикиваю и резко отскакиваю в сторону.

Сердце нервно отбивает бешеную чечётку в груди, когда я поворачиваю голову и встречаюсь глазами… с Машей.

- Маша! Как же ты меня напугала! – громко выдаю и прикладываю ладонь к груди, чтобы унять встревоженное сердце и успокоиться.

Делаю жадные глубокие вдохи, а подруга, будто не замечая меня, подходит к окну. Она совершенно бесцеремонно отдёргивает белый полупрозрачный тюль полностью и упирается лбом и носом в окно.

- Где они? – её голос звучит слишком тихо, но я слышу. – Куда исчезли?

Она вертит головой, и её глаза испуганно и слишком долго и внимательно осматривают потонувший во мраке двор.

- Может, кто-то вызвал полицию, и их забрали? – Маша переводит встревоженный взгляд на меня, и я вижу в её глазах сильный страх… страх, который откликается и во мне.

- Нет, - качаю головой, и отхожу к двери на кухню. Громко щёлкаю выключателем и тут же жмурюсь от яркого света. – Машины Яна нет во дворе. Он уехал.

- Он... уехал? Ты шутишь наверно? – Маша запинается, словно это что-то совершенно невозможное. Она с силой впивается пальцами в подоконник, нагибается, прилипая лбом к холодному стеклу, а потом тихо выдаёт: - Точно… нет его…

Разворачивается ко мне, опускает голову и несколько раз потирает лицо.

- Я не понимаю, Лис, - наконец Маша приходит в себя и растерянно смотрит на меня, - я думала, он… - подруга громко сглатывает, - он убьёт меня там… у клуба. Ты не представляешь, как он орал.

Я подхожу к ней и обнимаю за плечи, а Маша протяжно выдыхает. Её облегчение такое сильное и безмерное, что я почти ощущаю его в воздухе… только вот мне легче не становится.

Сегодня Ян исчез, но это не значит, что завтра он не будет ждать меня у подъезда или у дверей квартиры Маши… и вряд ли кто-то мне поможет в следующий раз.

Сегодня я увидела мужа совсем с другой стороны… и эти новые открывшиеся в нём качества не просто пугают меня… я в ужасе!

Сейчас я даже думать не могу о том, почему я всего этого раньше не замечала.

Я просто не в состоянии...

Страх ещё растекается холодом по венам.

Маша тоже не в силах обсуждать произошедшее сегодня.

От пережитого у нас обеих до сих пор все поджилки трясутся.

Пока я принимаю душ, содрав с себя наконец-то дурацкое платье, Маша раскладывает мне в гостиной диван.

Спать ложусь в своей пижаме – часть самых нужных вещей и документы из дома я до всей этой катавасии перевезла к Маше.

Да, верить не хотела, что Ян изменяет мне, но подруга уговорила меня подготовиться на всякий случай… и оказалась права.

Ночью я долго ворочаюсь с боку на бок, уснуть не получается… и в итоге около шести утра я совершенно вымотанная поднимаюсь и медленно плетусь в ванную. Смотреть на своё лицо в зеркало страшно, но я заставляю себя поднять голову… и натянуто улыбаюсь, завидев своё жуткое отражение.

Глава 8

Артём

Хлопаю дверцей перед растерянным лицом Элис и резко срываюсь с места, хотя желание остаться и переломать все кости её мужу зашкаливает.

Отъезжаю несколько метров и жадно… сука, по-звериному вдыхаю её аромат, оставшийся в салоне.

- Твою мать… - шиплю сквозь зубы.

Прикрываю на мгновение веки, за грудиной шарашит так, что вот-вот разнесёт всё к чёрту.

«Элис-Элис-Элис» - гулко бьётся её имя в крови.

Заноза.

Мелкая.

Пигалица!

Моя пигалица!

- Сукааа… - протягиваю, сжимая до побелевших костяшек руль, и кожаная оплётка тихо скрипит.

Сколько лет я ждал этого.

Жил в заморозке, будто сон видел.

А теперь… теперь хрен ты от меня куда денешься… замужняя…

Резко вдавливаю педаль в пол.

Мотор ревёт, а я быстро выбиваю из пачки и подкуриваю сигарету.

В моей горячей крови снова начинает растекаться давно забытое чувство. Оно впивается острыми иглами в кожу, бежит кипящим адреналином по венам, заставляет спящий комок в моей груди снова с силой биться о рёбра.

Я слишком хорошо знаю его.

Открываю окно и осенний ветер тут же обжигает лицо холодом.

Пальцами барабаню по рулю.

Выдыхаю горький дым и усмехаюсь.

Ну, привет… одержимость.

Тёмная, выжигающая, опасная… не для меня, нет.

Опасная лишь для неё одной.

Для Элис.

В памяти появляется яркая каритинка - её испуганно-распахнутые голубые глаза, смотрящие на меня.

Боится, мелкая. Чувствует, что хищник вернулся за ней.

Я пришёл взять своё.

Элис принадлежала мне с того момента, как я впервые взглянул на неё... и если бы не наши отцы...

- Блядь.

Выныриваю из воспоминаний и выбрасываю окурок в окно, смотрю в зеркала. Охрана, приставленная папашей, по-прежнему рвёт за мной.

Отлично.

Набираю Беса.

- Ты видел? - бросаю без приветствий, нервы сейчас совсем в хлам. Всё ещё хочется вернуться и расхерачить этого её козла... блядь, мужа, в хламину.

В ответ – тишина, а потом медленный, протяжный выдох.

- Вижу, - ровно произносит Бес, но я, чёрт возьми, слышу его улыбку. – Твоя охрана в панике умчалась за тобой. Глупо было лезть к девчонке с эскортом на хвосте, Тёмыч. Что так сильно припекло? – С нотками непривычного для него веселья отвечает мне друг.

Прикалывается надо мной. Очень умно. Ага.

«Припекло».

Он знает. Всё знает. И сейчас ржёт про себя.

- Вариантов не было, - отрезаю, держа руль одной рукой. – В лес его вывези. Тачку с мобилой – в отстойник. Пусть этот её… муж отдохнёт.

Это слово ядом горит на губах.

Муж, блядь...

Замуж она вышла.

Замуж!

Зараза бесячая!

Внутри кипит всё от бешенства.

- С девчонкой как быть? – снова Бес. Он мастерски держит паузу, зная, что каждый его вопрос для меня, как игла под ноготь.

Снова закуриваю. Затягиваюсь так глубоко, что лёгкие горят от дыма.

- К подруге пусть идёт.

- Лады, - отвечает и отбивает звонок Бес.

Бросаю телефон на пассажирское сиденье.

Знаю, что друг сделает всё чисто.

Ян Осипов на пару дней выпадет из жизни, и это будет мой шанс.

В боковом зеркале снова ярко мигают фары. Папины сторожа.

Надо было догадаться, что Виктор Хмельницкий не оставит единственного отпрыска без охраны.

Чёрт.

Резко вдавливаю газ в пол. Машина рычит и рвётся вперёд, заходя в опасный манёвр между двумя рядами.

Сегодня переночую в квартире, а завтра утром я буду первым, кого моя заноза увидит.

Мысль об этом заставляет кровь бежать быстрее.

Мчу по ночному городу, и теперь каждый поворот, каждый светофор – это отсчёт времени до утра. До той секунды, когда я снова посмотрю в её лицо.

Я одержим.

Знаю.

Да, это нездорово.

Неправильно.

И её отец-следак сжёг бы меня на костре за мои мысли… но его больше нет, и я никому другому не позволю встать у меня на пути.

Ни моему папаше.

Ни её мужу.

Ни ей самой.

Визуал Беса

Никита Андреевич Бессонов

Он же Бес

Друг Артёма

26 лет

Глава 9

Алиса

Дыхание обрывается, будто меня бьют поддых. Весь кислород резко вышибает из горящих огнём лёгких. Паника мгновенно вспарывает сознание.

- Привет, - звучит из прихожей его голос.

Довольный. Ровный. Спокойный.

Словно хищник пока прячет свои острые когти, не обнаруживая себя перед добычей.

Только я не Маша!

Я прекрасно знаю, кто он такой!

Внутренне вся сжимаюсь. Мышцы напрягаются, и похолодевшую от волнения кожу начинает покалывать, будто тысячи игл впиваются в меня разом. Прячу руки под стол, чтобы никто не увидел, как сильно подрагивают мои пальцы.

- При… вет… - запинается Маша, но уже слишком поздно – Артём входит в квартиру и закрывает за собой дверь. Его уверенные шаги и негромкий щелчок замка я хорошо слышу. – Ой… а ты не доставщик… - растерянно тянет Маша. Её голос всё ещё звучит сонно и… глупо.

- Ну почему же, - слышу я в ответ. И даже отсюда, из кухни, чувствую в дерзком голосе хищника улыбку. Такую же опасную и обольстительную, как в школьные годы. Она даже всплывает в памяти и появляется у меня перед мысленном взором – кривая и самодовольная.

Боже…

Зажмуриваюсь и мотаю головой, стараясь выбить из себя этот образ.

- Я вам завтрак привёз.

- Ты друг Алисы? – всё ещё растерянно спрашивает Маша.

- Ага. – И снова я слышу, как Артём довольно лыбится!

Ненавижу!

- Эмм… ну, проходи тогда на кухню. Мы как раз завтракаем. Сырники будешь?

Боже, Машка, что же ты творишь??

Ладони сами сжимаются в кулаки.

Я бы даже закричала сейчас, но в горле пересохло, а язык к нёбу прилип.

Я слышу, как Артём снимает обувь... и уверенно идёт на кухню.

Стук собственного сердца в этот момент заглушает все остальные звуки.

Я забиваюсь в самый дальний угол кухонного диванчика… и тут же ругаю себя, ведь сбежать отсюда никак не получится, но уже поздно - Маша с Артёмом входят на кухню.

Поднимаю голову и замираю, встречаясь своим испуганным взглядом с зелёными глазами хищника… и тут же опускаю взгляд ниже. Мне до сих пор сложно смотреть Артёму в глаза.

Взгляд быстро проходится по его фигуре – стальным мышцам рук и груди, очерченным чёрной водолазкой, и тёмным джинсам – и задерживается на двух полных бумажных пакетах в его правой руке.

- Доброе утро, Элис, - Артём произносит слишком бодро и смотрит на меня с наглым прищуром, а я понимаю, что мы с Машей на его фоне смотримся двумя невыспавшимися взъерошенными клушами в смешных пижамах.

Интересно, а он вообще когда-нибудь спит?!

Почему этот монстр всегда выглядит как бог?!

- Доброе, - тихо бурчу, заставляя себя выше поднять голову.

Зелёные лезвия его глаз, вонзившиеся в меня, не отпускают, и я сильнее напрягаюсь... но сегодня во взгляде Артёма читается удивительно тёплый, почти ласковый интерес… от которого мурашки бегут по моим рукам.

Он явно что-то задумал, раз пришёл сюда.

- Как ты меня нашёл? – сглотнув вязкую слюну, спрашиваю и сильнее сжимаю пальцами край дивана.

- Ты действительно думаешь, что это для меня было проблемой? – парень ухмыляется и уверенно проходит к столу.

Качаю головой и опускаю взгляд.

Нет. Для Хмельницкого узнать, где находится человек никогда не было проблемой.

Это я хорошо помню.

Артём ставит на стол бумажные пакеты и как ни в чём не бывало достаёт из них мои любимые румяные круассаны, а ещё кексы и картошку фри.

- Не знал, что нравится твоей подруге.

- Лис, а ты не познакомишь нас? – спрашивает Маша, и я понимаю, что её голос сейчас звучит иначе. Я с ужасом распознаю в нём лёгкие ноты флирта.

Боже. Только не это…

Она тоже повелась на смазливое лицо и напускные манеры... Она, как и все девчонки, не видит за этой ширмой монстра.

- Маша, это Артём. Артём, это Маша, - знакомлю их, не зная, куда деть глаза.

Внутри всё кипит.

Нужно встать!

Нужно выгнать его отсюда!

Вся подбираюсь и отталкиваюсь, чтобы подняться… но Артём опережает меня на долю секунды.

Плавным, почти небрежным движением он занимает место рядом со мной на диване, полностью отсекая мне путь к отступлению.

Тихо протяжно выдыхаю, а Артём, будто специально, бедром касается меня, и моя кожа вспыхивает от его близости. Ненавистный аромат лайма проникает в лёгкие и раздражает рецепторы.

Мой потерянный взгляд падает на его руки, лежащие на столе.

Широкие ладони, увитые паутиной выпуклых вен, длинные пальцы.

«Красивые», - сказала бы я, если бы это был кто-то другой.

Глава 10

Алиса

- Что?? – рвано выдыхаю и облизываю мгновенно пересохшие губы. Кончики пальцев немеют. Воздух перестаёт поступать в лёгкие, а адреналиновая волна ударяет по мне с такой силой, что в ушах становится слышно бешеную пульсацию собственной крови.

Я резко разворачиваюсь к Артёму всем телом, с силой опираюсь рукой на стол и этим движением сбиваю сахарницу. Белая керамическая крышка бьётся о начищенную столешницу с глухим стуком, и сахар рядом рассыпается горкой… но я почти не обращаю на это внимания.

Меня жгут изнутри, разъедают, изувечивают его слова.

Это же неправда!

Машка бы никогда!

Только не Маша! Нет!

Я с леденящим душу ужасом всматриваюсь в зелёные глаза Артёма, пытаясь найти в них хоть один намёк на то, что он сейчас так неудачно пошутил или просто решил в очередной раз грязно поиграть со мной… Но вижу в них лишь холодную, беспристрастную ясность.

- Скажи, что ты лжёшь! - Требую сипло.

Артём театрально молчит, но холодного взгляда с моего лица не спускает, а уголки его губ медленно ползут вверх, превращаясь в отвратительное подобие презрительной усмешки.

Позёр. Чёртов позёр!

"Ну же, скажи!" - мысленно требую.

Ритм моего сердца набирает обороты, удары становятся всё яростнее, и, кажется, вот-вот оно взорвётся в груди. Боль разъедающим ядом сочится из растревоженной раны.

- Почему я должен врать тебе? - он задаёт этот вопрос мне в лоб, не пряча своего прямого взгляда, лишь его правая бровь медленно ползёт вверх... и я понимаю, что он не лжёт.

Это правда.

Сердце болезненно сжимается в груди, и я чувствую, как по моей щеке медленно стекает одинокая слеза.

Резко отворачиваюсь. Не хочу, что Артём видел меня такой.

Раздавленной. Жалкой. Ничтожной... обманутой всеми.

- Она... она не могла... - горький шёпот сам срывается с моих губ, - не могла... это же моя Машка… - в груди бурлит, сердце нещадно колотит.

Артём молчит, и я благодарна ему за эти мгновения тишины.

Прикрываю глаза, пальцами размазываю по холодной щеке свои слёзы. В памяти всплывают наши встречи с Машей, наши прогулки, дурачества, ночные разговоры...

Значит, всё это была ложь.

Получается, она играла… чтобы что?

Добраться до Яна?

Он ей так понравился или это назло мне?

Я её чем-то обидела, и она отомстила мне так... отвратительно?

Или ей так нужны были его деньги?

Или она сделала это просто из зависти?

Боже! Она же знала, что я люблю его!

Закусываю губу до боли, ощущая, как железный вкус крови смешивается с острой горечью на языке. В груди колет. Сердце то замирает, пропуская удар, то разгоняется и бешено пульсирует где-то в горле.

Прикрываю на несколько секунд глаза, чтобы хоть немного успокоиться и унять вспыхнувшие внутри эмоции.

Боже… Маша и Ян.

Как они могли?

Когда?

И снова в памяти всплывают обрывки воспоминаний.

Я помню, как познакомила их... и в тот момент я ничего такого не заметила. Супруг просто поздоровался с ней и ушёл в свой кабинет. Когда начались их отношения?

Может, они встречались, когда я засиживалась в университете над чертежами?

Или когда он «задерживался на работе»?

Встаю, неуверенно опираясь рукой о стол, когда слышу, как открывается дверь в ванной. Всё тело сотрясает крупная дрожь, но я должна всё узнать сейчас.

Артём вслед за мной молча поднимается. Он больше не смотрит на меня. Выходит из-за стола, освобождая мне проход, и подходит к окну. Открывает его, впуская в комнату холодный воздух, и закуривает.

Прохожу вперёд и останавливаюсь прямо напротив выхода из кухни. Ноги ватные, в горле стоит ком…

Я всё ещё не хочу верить, но с трудом заставляю себе посмотреть подруге в глаза, когда она входит на кухню.

- А что происходит? Почему все такие мрачные? – Маша касается взглядом сначала застывшего у окна с сигаретой в руках Артёма, а потом обращает его на меня… и её сияющая улыбка гаснет, а уголки губ медленно ползут вниз.

Её вопросы повисают в густеющем от напряжения воздухе.

В застывшей тишине кухни сейчас слышно только наше напряжённое дыхание и шум просыпающегося города, который проникает в квартиру в открытое окно.

Я стою напротив Маши, и наверно сейчас я впервые смотрю на неё, не как на свою лучшую подругу, а как на девушку.

Смогла бы она понравиться Яну?

Уверена, что да.

Маша очень красива.

А сегодня она явно превзошла себя, чтобы покорить своим видом одного конкретного хищника на нашей кухне... Возможно, также она постаралась, чтобы заполучить и Яна?

Глава 11

Алиса

Задыхаюсь от её слов.

Неприятные холодные мурашки мгновенно рассыпаются по моим рукам, а её пальцы больно впиваются в кожу на запястье.

Маша зло прожигает меня своим взглядом, смотрит как на врага… а ведь я все эти годы, что мы учились в универе, считала её лучшей подругой.

Воздух вокруг нас становится густым и едким, словно я вдыхаю не кислород, а разъедающий яд. Вкус предательства, горький и металлический, быстро заполняет рот.

Один глубокий вдох, и я резко выдёргиваю свою руку из её захвата. Злость взвивается внутри ярким, ослепляющим пламенем, выжигая всё внутри.

- Не смей ничего говорить про моего отца! – яростно выдыхаю, и мой голос трещит от напряжения.

Сталкиваемся с подругой-змеёй пылающими взглядами, а она вдруг усмехается:

- Что? Понимаешь, что я права, да? – Маша нагло бросает свой вопрос мне в лицо. Её дыхание касается меня запахом кофе и сладкой жвачкой. – Ян никогда бы не женился на такой замухрышке по собственной воле! Да ты посмотри на себя! Какой мужик на тебя поведётся в здравом уме?! – Противная улыбка расползается по перекошенному от злости лицу Машки, а потом она тихо цедит мне в лицо, немного наклоняясь вперёд и заглядывая в глаза. – Ты была сделкой, Лис. Выгодной сделкой с твоим драгоценным папочкой!

Чувствую, как разъедающая меня горечь ползёт выше по горлу, обжигая его кислотой, но я с силой сжимаю кулаки, впиваясь своими маленькими аккуратными ногтями в ладони.

Боль помогает собраться.

Ни за что не позволю себе при ней раскисать!

Не получит она такого зрелища!

- Что же Ян сейчас за мной бегает, а не за тобой? Похоже, он не сильно нуждается в тебе, Маша. – Ядовитым шёпотом произношу предательнице в лицо и заставляю губы изогнуться в кривой ядовитой ухмылке.

Внутри всё печёт, горит огнём злости, боли и унижения, но я держусь… держусь за собственный гнев.

Она меня предала!

Она врала мне в лицо!

Она спала с моим мужем!

- Ах, ты тварь! – громко рычит «подруга», и её лицо искажается гримасой чистой, неконтролируемой злобы. Она быстро взмахивает рукой, чтобы залепить мне пощёчину.

Я инстинктивно отшатываюсь назад, спиной больно вбиваюсь в стену. Закрываю глаза, жмурюсь, всё тело напрягается в ожидании унизительного и жгучего удара... но ничего не происходит.

Вместо звука пощёчины раздаётся сдавленный, болезненный писк.

Резко распахиваю глаза... и застываю на месте.

Впереди, в полушаге от меня, стоит Артём. Он почти полностью закрывает меня своей широкой мускулистой спиной, обтянутой чёрной водолазкой. Его рука мёртвой хваткой сжимает запястье Маши, остановив её замах на полпути.

«Подруга» кривится от боли, дёргает рукой, пытается вырваться, но из хватки Артёма самой освободиться невозможно… я знаю.

Молча смотрю на них. Страх холодом касается кожи.

Я помню Артёма таким.

Злым. Безжалостным. Опасным... Неуправляемым.

Вижу, как резко бледнеет Маша, а моё сердце запрыгивает в пересохшее горло и начинает неистово там стучать, отдаваясь громким гулом в ушах.

Напряжённые мышцы перекатываются на спине и руках Артёма. Я чувствую исходящую от него волну холодной ярости, будто вокруг него сгущается морозный воздух.

- Ты бы притихла, красавица. - Его голос звучит негромко, почти ласково. Артём не повышает тон. Он его опускает, заставляя леденеть воздух… и эта фраза становится приставленным к горлу Маши отточенным лезвием.

Мои прекрасные!

Приглашаю вас в эмоциональную и обжигающую новинку нашего литмоба!

18+

Ирина Корепанова "Вернуть семью. Прощай, Баринов!

https://litnet.com/shrt/g-rA

Глава 12

Алиса

- Так ведь и пораниться можно. Согласна?

Тихий голос Артёма мурашками растекается по моей похолодевшей коже. Не выдерживаю и обхватываю себя руками. Воздух буквально пульсирует от напряжения.

Маша испуганно замирает и перестаёт вырываться. Я вижу, как она кусает губы от боли, но не произносит ни звука. Весь её гнев сдувается, сменяясь животным, примитивным страхом.

Нервно сглатываю. Лопатками плотно упираюсь в стену, желая слиться с ней в единое целое.

Тяжесть, с которой Артём смотрит на мою бывшую подругу, ожидая от неё ответа, ощущаю даже я… и холодные капельки пота стекают по моей спине. Я будто вернулась в своё школьное прошлое.

Боже…

Растираю ладонями замёрзшие руки.

Хочется как можно скорее вырваться отсюда, но я знаю, что Артём не отпустит.

Уверена, Маша также остро, как и я, сейчас ощущает исходящую от застывшего перед ней хищника лютую опасность.

Наконец она заторможено кивает, едва шевеля головой. Дыхание вырывается из неё частыми рваными всхлипами.

- Умница.

Этим словом Артём словно поглаживает притихшую от ужаса Машку по голове… как правильно выполнившую команду собаку.

Он медленно разжимает пальцы и отпускает её запястье.

Маша тут же испуганно отпрыгивает на несколько шагов назад вглубь кухни и с силой растирает пальцами покрасневшую кожу.

Я всё это время почти не дышу.

Сердце бьётся в груди неровными, яростными скачками, расталкивая похолодевшую кровь по венам.

Словно в замедленной съёмке смотрю, как Артём медленно поворачивается ко мне. Его лицо не выражает никаких эмоций, но в зелёных глазах, когда он смотрит на меня, на долю секунды мелькает что-то острое, оценивающее.

Проверяет не испугалась ли я, снова встретившись с его скрываемой под слоем лоска настоящей натурой?

- Собирай свои вещи, Элис. Я подожду тебя, - произносит по-прежнему спокойно и ровно, будто сейчас совершенно ничего не произошло… но его тон не оставляет мне места для вопросов или колебаний.

Киваю и быстро отталкиваюсь от стены. Ноги ватные, но я заставляю их двигаться.

Запах морской свежести толкается в нос, как только я вхожу в комнату, в которой спала. Пальцы плохо слушаются, дрожат, когда я быстро снимаю с себя пижаму.

Дышу рвано и тяжело.

Открываю свою сумку, которая вместила самые необходимые мне вещи, когда я вчера уходила из дома… когда надежда, что рассказ о том, что мой муж посещает стриптиз клуб и уединяется в випках с танцовщицами – это чья-то выдумка, нелепая шутка, ещё жила во мне.

Сквозь боль и отвратительную горечь, растекающиеся в груди, я нахожу в себе силы для радости – это счастье, что я вчера не успела разобрать свои вещи!

Вздыхаю и достаю из сумки любимые серые джинсы и белый вязаный свитер. Быстро переодеваюсь и возвращаюсь в прихожую.

Артём уже ждёт меня у открытой двери. Маши не видно – очевидно она прячется в кухне.

Молча подхожу к парню, и он тут же забирает из моих рук тяжёлую сумку.

Касаемся друг друга пальцами… быстро, вскользь, но от этого прикосновения шарашит током.

Секунда глаза в глаза… и Артём шире открывает входную дверь, пропуская меня вперёд.

Делаю шаг за порог, слышу, как в прихожую спешит Маша, но не оборачиваюсь.

Решительно иду вперёд. Мне ей сказать больше нечего.

Дверь с тихим щелчком закрывается за нашими спинами, навсегда отрезая от меня эту часть моей жизни.

К лифту не подхожу. Несмотря на всю мою растерянность сейчас, сознание ещё помнит базовую установку – не оставаться с этим хищником наедине!

Сворачиваю к лестнице, и Артём без разговоров следует за мной. Его шаги гулким эхом отдаются в подъезде… а я своей спиной чувствую его тяжёлый неотрывный взгляд и тороплюсь спуститься скорее.

На первом этаже Артём опережает меня и галантно открывает передо мной дверь на улицу.

Осторожно проскальзываю мимо него.

Утренний воздух, холодный и влажный, сразу приятной прохладой касается моего лица.

Спускаюсь со ступеней подъезда и останавливаюсь.

На улице пахнет мокрым асфальтом и… свободой, новой жизнью, которая сейчас безумно пугает своей неопределённостью.

Артём останавливается рядом.

Чёрт… это так непривычно – стоять плечом к плечу с ним.

Чувствую, как все маленькие чувствительные волоски на руках приподнимаются, и сонмы мурашек растекаются на коже.

- Спасибо тебе, - решительно поворачиваюсь к Артёму и ловлю его взгляд. Сказать что-то ещё не получается – все слова застревают в горле. Так и продолжаем молча смотреть друг на друга.

- Я подвезу тебя.

- Нет! – Слишком резко выпаливаю и замечаю, как мужской взгляд мрачнеет. – Дальше я сама, - говорю уже тише, протягиваю руку за своей сумкой… и цепенею от ужаса.

Глава 13

Алиса

Выпрямляюсь, так и не успев взять в руки сумку. Воздух застывает в лёгких, превращаясь в колючую ледяную крошку, и холод ползёт по венам, когда я ловлю на себе тяжёлый взгляд мужа.

Нервно сглатываю и переминаюсь с ноги на ногу.

Артём, сразу уловив перемену в моём лице, напрягается. Его широкие плечи расправляются, полностью загораживая меня от мужа. Он медленно поворачивается к Яну, и я чувствую, как от него снова исходит волна опасного концентрированного холода.

Немного наклоняюсь вбок, чтобы видеть мужа… и в этот момент Ян отталкивается от грязной двери своего внедорожника и широкими размашистыми шагами идёт к нам.

Мне жутко страшно смотреть в его лицо. Кроме свежих следов драки: ссадины на щеке, фиолетового отёка под правым глазом, на нём проступает жгучая ярость, искажающая знакомые черты до неузнаваемости.

Сердце замирает, забывая, что нужно качать кровь, а потом в ужасе ухает в пятки... и я сама бы сейчас, наверно, рухнула на асфальт от страха, но из последних сил заставляю себя стоять ровно и не убегать... и не падать.

Я осторожно делаю шаг назад и вбок, чтобы видеть их лица.

Ян останавливается в полуметре от Артёма. Мужчины застывают напротив друг друга, как два ядерных атомохода, готовых в любой момент взорваться. Они тяжело дышат, сильные плечи расправлены, а ноздри гневно раздуваются.

- Я смотрю, тебе и в глухом лесу были не рады, - голос Артёма звучит ровно, но в нём слышится шипение раскалённой стали. Он делает паузу, давая словам проникнуть в сознание, а потом бросает чётко и холодно в лицо Яну: - Крыса.

Ян вздрагивает, его скулы мгновенно заостряются, и по ним ходят желваки.

- Ах ты, падаль, - он шипит сквозь стиснутые зубы. – Подожди, я ещё доберусь до тебя, мелкий ублюдок.

Ян зло скалится в мерзкой, кривой усмешке... и вдруг резко переводит свой тяжёлый, мутный взгляд на меня. Глаза, налитые кровью, бешено горят обещанием расправы.

Я инстинктивно отшатываюсь назад ещё на полшага.

- В машину, живо! – его хриплый злой приказ бьёт меня, как резкий удар хлыста, но я нахожу в себе силы и смелость отказаться.

Отрицательно качаю головой, чувствуя, как внутри всё сжимается в один маленький, дрожащий комок. Я таким разъярённым мужа никогда не видела… и это жутко, до безумия страшно.

Артём снова плавно, уверенно передвигается и полностью загораживает меня собой. Его спина теперь единственное, что я вижу.

- Отвали от неё, - произносит он ледяным, лишённым всяких эмоций голосом, и он даже меня пробирает до костей, вызывая мурашки по всему телу.

- На хуй пошёл, щенок! – рычит Ян и толкает Артёма плечом, но мой защитник ни на миллиметр не сдвигается. Он будто врос в асфальт. Только мышцы на его спине напрягаются как стальные тросы.

- Рот закрой, - произносит Артём так же холодно, но теперь в его голосе слышна ледяная ярость.

- Что, на жену мою засмотрелся? – подначивает его Ян, подходя к Артёму вплотную, и я не понимаю, чего он добивается?? Зачем дразнит этого опасного хищника?! – Получается, зря тебя папаша в Англию отправлял. Не смогли заграничные цацы вырва...

- Заткнись! – грубо, резко перебивает его Артём. В его голосе впервые прорывается что-то живое – короткая, сдержанная вспышка ярости. – Захлопнись и вали отсюда.

- Обязательно, - слишком довольно, почти торжествующе ухмыляется Ян. – Жену свою только заберу. Алиса, быстро в машину! – громко и грубо бросает он мне из-за плеча Артёма.

- Она никуда с тобой не поедет, - уже более спокойно, но с той же железной уверенностью произносит Артём. Он на пару мгновений оборачивается ко мне, и его зелёные глаза ловят мой испуганный взгляд. – Элис, возьми ключи.

Он быстро опускает в мою холодную ладонь ключи от машины, а потом передаёт мою сумку. Его пальцы касаются моих на секунду – прикосновение быстрое, но от него по руке пробегает разряд тока. Потом он резко оборачивается обратно к Яну, снова становясь стеной между нами.

- Ни хрена! Алиса, не смей! – рявкает Ян.

Мужчины продолжают спорить, а я делаю один шаг назад. Потом второй. Взглядом нахожу на стоянке низкую спортивную машину Артёма, блестящую под тусклым утренним светом… и вдруг понимаю, что меня так напрягло в их перепалке.

Они знакомы!

Ян и Артём давно знают друг друга.

Ян упомянул в разговоре «папашу» и Англию.

Артём знает, что и как говорить, чтобы ударить Яна больнее.

Вот же чёрт...

Бросаю растерянный взгляд на по-прежнему препирающихся мужчин.

Ян стоит разъярённый, жестокий, с лицом, искажённым обидой и злобой.

Артём – холодный и собранный… и смертельно опасный.

Я вдруг отчётливо понимаю, что ничего хорошего для меня от них обоих не будет.

Да, Артём мне помог. Сегодня. Но до этого... Я знаю, каким чудовищем он может быть. Я видела, как он ломал людей не только руками, но и словами, своим ледяным, пробирающим до костей взглядом.

Глава 14

Никита (Бес)

Девчонка врезается в меня всем своим хрупким телом и тут же по инерции отлетает назад, будто наткнулась на стену. Чуть не летит на асфальт.

Осторожно ловлю её за тонкие плечи в мягком белом свитере, и она рвано, испуганно как-то выдыхает, и тут же по её телу проходит мелкая дрожь.

Точно испугалась.

- Куда торопишься? – спрашиваю, стараясь, придать голосу лёгкости, чтобы не шарахалась меня.

Зазноба Тёмыча резко запрокидывает голову. И вот уже на меня смотрят её большие голубые глаза, полные такого страха, что аж меня пробирает. Но уже через пару секунд паника в её взгляде тухнет, сменяясь осторожным осознанием. Девчонка всматривается в моё лицо и, кажется, наконец узнаёт меня.

Бинго.

- Узнала, - констатирую я и пытаюсь растянуть губы в приветственной улыбке, а не в привычном боевом оскале. Не хочу пугать её ещё больше. Она и так выглядит так, будто уже готова рассыпаться в прах.

- Простите… я не заметила... – шепчет тихо, с надрывом. И тут же добавляет: - И... спасибо вам за вчерашнее. – Бля, вот давно мне не выкали…

Словно только опомнившись, она начинает быстро осматривать моё лицо, видимо, в поисках следов вчерашних разборок с её бывшим. Но их нет. Ещё бы я позволил этому суслику себе навалять. Следы остались только на нём, и надолго.

- Так куда спешишь? Давай я подвезу? – предлагаю, а руки с её плеч не убираю. Чую – если отпущу, сиганёт, как заяц. Мне потом по всему городу придётся догонять её, а не хочется. Да и Тёмычу я обещал, что присмотрю.

- Я... – она бросает быстрый, взволнованный взгляд за спину, будто ищет кого-то в пустом переулке… и неожиданно вздрагивает. И я замечаю, что по её телу проходит новая волна нервной дрожи, когда из-за угла дома выходит какой-то мужик в широкой кожаной куртке, явно спешащий на смену.

Интересно, она так Тёмыча боится или своего бывшего мужа? Хотя, судя по всему, их обоих.

- Слушай, ты так бежала, явно же опаздываешь, - продолжаю я уговаривать трясущуюся от страха зазнобу друга, стараясь звучать убедительно, но не грубо. – А мне несложно тебе помочь. – Пока она не опомнилась и не отказала, беру её холодную, почти ледяную ладонь и, заглядывая в бездонные голубые глаза, произношу: - Не бойся. Я не обижу.

Раздумывая она закусывает пухлую нижнюю губу, уже истерзанную до красноты от нервов. Замечаю, как её холодные пальцы судорожно сжимают ремешок большой спортивной сумки. Вижу борьбу в её взгляде: страх и желание согласиться, потому что выбора, по сути, и нет – она прекрасно понимает, что эти двое вот-вот заметят её исчезновение и поймают… Тёмыч точно выловит.

- Говори, куда тебя отвезти.

- Ладно, - наконец тихо, устало выдыхает она.

Вот и отлично.

- Пошли.

Стараясь не давить довольную лыбу на пол-лица, беру в свободную руку её сумку и веду девчонку к своему чёрному гелику.

Про себя удивляюсь – давно я так девушек не уговаривал. Обычно все клюют на мой фейс и прикид – никого уламывать не надо. А эта – другая. И как-то даже царапает внутри от этого её абсолютного, искреннего нежелания замечать меня как мужчину. Она вообще не смотрит на меня так, как смотрят другие.

Тихо ухмыляюсь и щёлкаю брелоком сигнализации.

М-да, Бес, оказывается, и такие ещё есть.

- Мне в гостиницу надо, - говорит зазноба уже громче, когда мы подходим к машине.

- Ок, - киваю и открываю пассажирскую дверь. – Паспорт с собой?

- Д-да, - отвечает она, а сама снова озирается по сторонам.

- Отлично. Запрыгивай.

Помогаю девчонке устроиться на чёрном кожаном сиденье, потом закидываю её сумку на заднее сиденье, обхожу машину и прыгаю за руль.

Алиса отодвигается подальше от меня, скованно прижимаясь к двери.

Нервничает. Чую это по её сбивчивому дыханию и по тому, как она сжимает руки на коленях.

Это её Тёмыч своей одержимостью так застращал?

Не особо хочу лезть в дела друга, но чувствую, будет у нас с ним сегодня нелёгкий разговор.

Завожу машину, и мотор отзывается тихим, уверенным урчанием. Первые минуты едем в полной тишине. Алиса смотрит в окно, но я вижу по отражению в стекле – взгляд её пустой, невидящий. Думает о чём-то.

- Итак, - решаюсь я нарушить тишину, плавно перестраиваясь в нужный ряд. – Давай знакомиться. Я – Никита, но ты можешь называть меня просто Бес.

Нет, я прекрасно знаю, как её зовут, но формальности соблюсти надо.

На мгновение поворачиваюсь к ней и сталкиваюсь с её всё ещё настороженным взглядом.

- Алиса, - говорит она тихо.

- Алиса, - повторяю я, только сейчас по-настоящему пробуя её имя на вкус. Красиво. Подходит ей. – А учишься где? Или уже работаешь?

Да, и эту часть её биографии я тоже знаю.

- Учусь. На архитектора.

- О, это серьёзно, - присвистываю, искренне удивляясь. Вот это для меня новость. Артём не говорил. – В каком ВУЗе?

Глава 15

Алиса

Мне здесь нравится.

Очень!

Поднимаюсь по деревянным ступеням и меня таким домашним уютом обволакивает.

Здесь очень тихо, но тишина не давящая и стерильная как в обычных гостиницах, а живая. Её наполняет тихое потрескивание поленьев в камине, скрип половиц подо мной, мерное биение больших часов на стене в коридоре.

Воздух здесь напитан запахом хвои, печёным яблоком и чем-то ещё неуловимо-сладким, пряничным.

И ещё здесь спокойно.

Никита привёз меня сюда, будто чувствовал, что мне именно это сейчас нужно – тишина и спокойствие, чтобы перезагрузиться, прийти в себя и зализать свои раны.

Делаю глубокий вдох и чувствую, как опоясывающий меня страх, наконец начинает понемногу отпускать меня.

Поднимаюсь на второй этаж, поддаюсь эмоциям и провожу ладонью по стене в коридоре... и тёмное полированное бревно тут же дарит мне своё живое тепло. Иду дальше, и деревянные половицы подо мной приятно поскрипывают, будто приветствуя меня в этом сказочном месте.

Нахожу нужную дверь – «Номер 3. Лисья нора», выжжено на табличке.

Ловлю себя на том, что уголки губ сами уверенно ползут вверх.

Да, пожалуй, это интересно и креативно!

Вставляю обычный железный ключ в замок и открываю свой номер.

Осторожно, будто боясь спугнуть своё кардинально изменившееся настроение, толкаю дверь, вхожу… и замираю.

В этот момент все страхи, все липкие тени последних суток на какое-то время отползают в дальний угол сознания. Их место занимает тихое, осторожное удивление… а потом – приятное душевное тепло. Я словно впитываю его из окружающего пространства, и оно растекается приятной негой в самой глубине души, согревая меня изнутри.

Рот самопроизвольно приоткрывается от восхищенного «Вау!»

Нет, конечно, я уже бывала в отелях. Современных, гламурных, где всё блестит хромом и пахнет одинаково – стерильностью. В безликих коробках с безупречным, роскошным и бездушным дизайном.

Да, в них можно жить, но не чувствовать.

А здесь… Здесь можно жить и ощущать всё – тепло, радость, тишину и спокойствие... саму жизнь и при этом находиться в умиротворении с собой… потому что в этом доме по-другому нельзя. Не получится.

Дверь тихо закрывается за мной, отсекая меня от остального мира.

Я внимательно осматриваюсь, впитывая в себя живое пространство.

Кровать.

Широкая. Двуспальная. Удивительная!

Я такие видела только на картинках в интернете.

Её каркас – это настоящие, ошкуренные и причудливо изогнутые ветви. Кажется, что они продолжают лес за окном. Вместо привычного покрывала – лоскутное одеяло. И это точно не машинная штамповка, а кропотливая ручная работа. Десятки, сотни лоскутков ситца, льна, бязи – ярко-жёлтые, как осенние листья, красные, как мак, зелёные, как летняя трава – сложены в причудливый узор.

- Обалдеть… - шепчу я сама себе и осторожно присаживаюсь на самый край. Упругий матрас мягко принимает моё тело.

Делаю жадный вдох. Здесь приятно пахнет свежим бельём и какими-то травами.

Поднимаю взгляд на стену над кроватью. Там висит в таких же тонах лоскутное панно.

- А вот и лиса… - шепчу себе, улыбаюсь и падаю спиной на кровать. – Красота!!!

С облегчением скидываю с себя джинсы и свитер. Из сумки достаю свои домашние красные клетчатые пижамные штаны и большую белую футболку. Надеваю их, и это простейшее действие словно возвращает мне кусочек самой себя – ту счастливую Алису, которая ещё ничего не знала о предательстве мужа, подруги… и не встретила свой старый школьный кошмар.

Включаю электрочайник и завариваю пакетик чёрного чая с бергамотом, добавляю немного сливок. Сажусь на деревянную скамью и смотрю в окно. Обхватываю руками глиняную кружку, и приятное тепло растекается по моему телу.

- Ну что, Алиса? С чего начнём новую жизнь? - задаю себе самый важный вопрос, разглядывая высокие пушистые ели за окном.

Думать о будущем совершенно не хочется, но надо… надо как-то выпутываться из той паршивой ситуации, в которую меня погрузили с головой.

В универ точно сегодня не пойду.

Снова встретить там Машу… Нет. У меня никаких нервов не хватит.

Постепенно разлитый в крови адреналин исчезает, паника отступает, и я начинаю мыслить здраво, выстраивая свои решения в логически обоснованный ряд.

Первое и самое главное!

Мой брак окончен.

Тут только точка. Большая и жирная. Никаких сожалений.

Жить с предателем я не буду.

Хватило одного похода по местам постоянного обитания моего мужа – извалялась в грязи по самые уши.

Морщусь, когда снова вспоминаю тот жуткий вечер, и не раздумывая беру в руки телефон.

Пальцы не дрожат, когда я захожу на Госуслуги и нахожу нужный раздел.

Глава 16

Ян

Рывком открываю дверь подъезда, взлетаю вверх по ступеням и громко бью по кнопке вызова лифта. Ярость клокочет в груди, горячей лавой подступая к горлу. Руки сами сжимаются в кулаки, и я с силой впечатываю уже сбитые костяшки в обшарпанную грязную стену.

Боль, острая и яркая, бьёт по нервным окончаниям, но нисколько не отрезвляет. Скорее наоборот, только распаляет мою злость.

Лифт останавливается, и коричневые старые створки с жутким скрежетом медленно расползаются. Мерзкое зловоние тут же бьёт в нос. Меня чуть не выворачивает.

- Просил же эту суку переехать в нормальный дом, - шагаю в трясущуюся кабинку, вдавливаю в панель красную оплавленную кнопку нужного этажа и сквозь зубы шиплю, - нет, упёрлась: «Бабушкина квартира, бабушкина квартира!» Халупа!

Лифт медленно, со скрипом ползёт вверх, а я бью кулаком по приклеенному кем-то грязному зеркалу, и по нему с треском расползается трещина.

Смотрю в своё отражение... а оно будто чужое. Взъерошенные волосы. Белая мятая рубашка, запачканная кровью у ворота. Разбитое лицо. И глаза. Глаза, горящие безумным огнём… как у загнанного в угол зверя.

Хрипло, надсадно смеюсь.

Да, чёрт возьми, так и есть.

Этот мелкий сучёныш, всё-таки забрал себе Алису… и поставил меня к стенке.

Уверен, кое у кого уже спущен курок.

Осталось только выстрелить. В голову.

- Чёрт-чёрт-чёрт!!! - рычу и снова впечатываю кулак в зеркало. Оно тут же с громким звоном бьётся и осыпается на пол.

Вот же дерьмо!

Лифт останавливается, и я, не дождавшись, пока его грёбаные створки полностью откроются, боком протискиваюсь на выход.

Пара шагов и я стою у знакомой двери. С силой, долго жму на звонок. Громкая противная трель раздаётся по ту сторону хлипкой деревянной преграды.

Я бы ещё кулаком врезал по двери, но боюсь, тогда Машка не откроет. А мне нужно войти внутрь и вытрясти из этой дуры всю правду!

Мне нужно знать, где прячется мой Лисёнок!

Слышу тихое шарканье за дверью. Знаю, что сейчас смотрит в глазок, тварь трусливая.

- Маша, открывай, - глушу все эмоции и стараюсь говорить ровно. Пусть, сука, только попробует не открыть мне – я ей дверь вышибу!

От сдерживаемых внутри эмоций меня просто бомбит. Нервы совершенно ни к чёрту.

Щелчок замка. Дверь приоткрывается на цепочку. Вижу часть бледного лица Маши, огромные испуганные глаза.

- Ян…

Всей тяжестью своей туши наваливаюсь на дверь. Цепочка с треском натягивается, держится секунду и рвётся. Дверь распахивается, и я влетаю в прихожую.

Маша взвизгивает и отпрыгивает от меня, а я смотрю ей в глаза и грохотом захлопываю дверь за своей спиной.

Всё, сука, допрыгалась.

- Ян… - уже тише говорит эта курица, похоже наконец окончательно вдупляя, что я не с миром и не потрахаться к ней пришёл, - Ян, ты пугаешь меня, - шепчет, а я вижу, как по её роскошному телу проходит сильная дрожь.

- Да ты что? – тихо произношу, но Маша прекрасно слышит в моём голосе опасность и от страха сжимается ещё сильнее.

Правильно детка. Но поздно.

Хватаю Машку за плечи и встряхиваю так, что её голова откидывается назад, а зубы клацают.

- Какого хуя ты привела мою жену в клуб, а?! – Рычу, и каждое слово как плевок бросаю в неё. Вглядываюсь в огромные голубые глаза, ищу в них хоть каплю раскаяния. Но вижу только животный страх. – Ну?! Отвечай, стерва!

- Ян, мне больно… - хнычет.

- А мне тоже больно, прикинь! – Ору идиотке в лицо, и она жмурится, вся сжимаясь в моих руках. Резко притягиваю Машку ближе к себе, и запах её сладких духов тут же лезет в ноздри, сейчас вызывая во мне только тошноту. – От меня жена ушла! Исчезла! И это ты её надоумила!

Кричу, а внутри у самого всё переворачивается от этих слов.

Алиса. Моя Алиса. Мой Лисёнок.

Основная часть сделки.

Она подала на развод.

На развод!

Это же разрушит всё!

Да меня просто закопают!

- Я… нет, Ян… - лепечет Машка, пытаясь вырваться.

- Что Ян? – Снижаю голос до ледяного, опасного шёпота и чувствую, как эту дуру снова пробирает сильная дрожь.

Быстро тащу её через прихожую в спальню, в этот её розовый, дурацкий будуар. Швыряю на кровать.

Дышу тяжело.

Машка плачет.

Стою над ней, глядя, как она ползёт к изголовью кровати.

- Вот скажи мне, чего тебе не хватало, а? – Говорю уже тише, но от этого каждый звук становится острее. – Цацек? Денег? Трахал тебя мало? Чего тебе, блядь, не хватало?! Какого хера ты полезла в мою семью?!

Она молчит, просто смотрит на меня полными слёз глазами. И это её молчание взрывает меня окончательно.

Глава 17

Внимание! Жестокая сцена! 18+

Ян

- Беременна… - рвано выдыхаю.

Это паршивое слово обжигает язык и уже произнесённое повисает в воздухе тяжёлым, ядовитым туманом.

Большим пальцем жёстко прохожу по своим губам. Напряжение в мышцах ноет, требуя выхода.

Смотрю в Машкины глубокие и такие, блядь, чистые, печальные голубые глаза, и резко наклоняюсь, хватаю её за хрупкую шейку и рывком притягиваю к себе.

Нутро полыхает адской злобой.

Она реально думала, что мне есть дело до ублюдка в её животе?!

Маша коротко вскрикивает. Собранные в небрежный пучок светлые волосы рассыпаются по плечам, короткое розовое трикотажное платье задирается, обнажая бледные бёдра в белых кружевных трусах… но мне похер сейчас!

Раньше вставляло. Теперь этот её блядушник вызывает лишь тошноту.

Ничего во мне не дёргается.

На хер она мне сдалась!

Красивое тело? Да.

Потрахать по пьяни Машка годилась. Но беременность…

Неужели она реально такая дура?!

Зачем мне этот её ублюдок?

За этот год я уже привык к мысли, что салажата мои будут от жены. От Алиски.

Чистые, законные, с правильной фамилией и нужными связями, а не от какой-то алчной шлюхи из дешёвой хрущёвки.

- Ты же таблетки пила, Машуля, - притягиваю девчонку так близко, что наши лбы почти соприкасаются. Её прерывистое дыхание обжигает мои губы. Говорю тихо, шёпотом, в котором холодом шипит вся моя ярость. – Неужели врала мне?

- Нет! Нет! – выдыхает она судорожно, рвано, и я под пальцами ощущаю, новую волну дрожи, которая пробегает по её напряжённому телу.

Всматриваюсь в мгновенно высохшие глаза Машки и ловлю её страх. И враньё тоже.

Оно висит в воздухе, густое и липкое, как этот её дурацкий сладкий парфюм.

Какая же ты сука, Машенька. Какая жадная, глупая сука.

- Я пила… Ян, клянусь, я пила таблетки, - она мотает головой, и её волосы хлещут меня по лицу. – Ты же знаешь, я никогда… никогда бы не соврала тебе.

А вот это сейчас было весело.

Улыбаюсь.

Стараюсь, чтобы вышло не очень криво, но по тому, как огромные голубые глаза Маши ещё больше округляются от ужаса, понимаю – снова получился хищный оскал.

- Вот и отлично, - произношу почти ласково, бархатным тоном, от которого её передёргивает. Отклоняюсь назад и провожу большим пальцем по её мокрой, холодной щеке. – Значит, ты и сейчас не соврёшь мне, так ведь?

Маша быстро-быстро кивает.

- Где прячется моя жена? – холодно произношу, и Маша дёргается в моих руках, а я впиваюсь взглядом в её бледное лицо. Считываю каждую микроскопическую эмоцию: панику, расчёт, желание выгородить себя. Вижу, как зрачки чуть бегают в сторону.

- Я не знаю… - наконец тихий испуганный шёпот срывается с её искусанных губ.

- Вы же подруги, - мягко напоминаю я, теряя терпение, и мои пальцы на её шее сильнее сжимаются. – Маша, не нужно мне врать.

- Ян, я не вру! Клянусь! Приходил какой-то парень… Артём. Она с ним ушла! – Маша выпаливает это на одном дыхании.

Артём, мать его, Хмельницкий!

Чёртов мажор!

Ублюдок, который снова влез туда, куда ему совершенно не надо!

- Ян! – Машка взвизгивает, когда я резко поднимаю её за шею, подтаскиваю к стене и грубо впечатываю в неё. Обе мои руки с силой впиваются в её горло. Не душа. Пока. Но уже близко. Я уже очень близок к этому.

Прожигаю её своим взглядом. Воздух со свистом вырывается из Машки.

- Почему она ушла с ним?! – шиплю, приближая лицо к её лицу. – Она же до смерти его боится! Что здесь произошло?!

Слёзы начинают ручьями течь по её щекам.

Сука! Как же она отвратительна!

- Он… он сказал ей, что мы с тобой спим! – Хрипло выкрикивает она, и улавливаю в её голосе не только страх, но и, мать его, торжество.

Вот же дура!

- Сука! – сиплый звериный рык вырывается у меня. – Сука-сука-сука!

Резко отшвыриваю курицу от себя.

Она кулем валится на пол, захлёбываясь воздухом.

Разворачиваюсь и со всей злости пинаю прикроватную тумбу.

Прозрачные флакончики с треском и мерзким звоном падают на пол. Рядом Машка сжимается в комок, обхватывая себя руками, и тихо всхлипывает.

Мозг работает со скоростью процессора.

Получается, младший Хмельницкий уже копал под меня.

Что он ещё узнал??

Бросаю на Машку полный отвращения взгляд.

- Проводи меня! – резко приказываю, и она вздрагивает как от удара.

Глава 18

Алиса

Телефон жжёт ладонь, как раскалённый уголь. Каждое слово в сообщении мужа впивается в меня острыми, ядовитыми шипами. Воздух в номере, в моей «Лисьей норе», мгновенно становится густым и спёртым.

Страх. Он уже ползёт по коже и холодными липкими щупальцами сжимает моё горло.

Снова подхожу к столу и делаю глоток горячего ещё чая, но он больше не согревает меня.

Настроение моментально падает вниз, но я заставляю себя успокоиться и не паниковать.

Ничего Ян мне не сделает!

- Я всё равно пойду до конца! – Стараясь снова придать себе уверенности вслух громко произношу. – Развод в любом случае состоится!

Конечно я понимаю, что рано или поздно нам с Яном придётся встретиться и поговорить. Я объясню ему, что в финансовом плане мне от него ничего не нужно. Я не собираюсь делить его бизнес, квартиру и счета.

Пусть заберёт всё. Моя свобода стоит дороже!

И ведь ему это тоже выгодно! Не нужно будет врать, изворачиваться. Можно будет открыто жить с кем захочет… с Машкой, например.

При этой мысли внутри меня будто пожар разгорается. Что-то неприятное ворочается в груди и словно острым скальпелем проходится по моему сердцу.

Перед мысленным взором появляется яркая картинка, как сильные руки Яна обнимают другую девушку. Как его губы…

Нет! Хватит!

Мысленно останавливаю себя, пока моё воображение не убило меня.

Резко сажусь на край кровати, прижимаю ладонь к груди. Сердце бьётся гулко и рвано.

- Это пройдёт… - шепчу я в тишину номера, и мой голос звучит чуждо, надтреснуто. – Это всё обязательно пройдёт.

Смахиваю с щеки предательскую слезу.

Как жаль, что любовь не программа. Нельзя просто нажать «delete» и стереть всё – чувства, воспоминания, боль.

- Ничего-ничего, поболит и перестанет, - говорю себе твёрже и встаю.

Нужно двигаться. Если буду сидеть в четырёх стенах с этими мыслями, то точно сойду с ума.

Прежде чем выйти из номера бегло осматриваю себя в зеркало – тёмно-серые удобные брюки, по-моему, смотрятся на мне хорошо. Тонкий красный свитер тоже.

Волосы быстро заплетаю в тугую косу, чтобы не мешались на прогулке. И никакой косметики сегодня – у меня тотальный релакс!

- Так вот! – через силу заставляю себя улыбнуться своему отражению, набрасываю на плечи куртку и выхожу из номера.

Территория отеля оказывается намного больше, чем я думала.

Сам гостиничный комплекс состоит из несколько деревянных домов, связаных между собой.

Меня тут же посещает мысль – возможно, в одном из них есть ресторан? Не хотелось бы куда-то выбираться отсюда за провизией.

Захожу за главный дом, и там открывается тропинка, ведущая в настоящий, хоть и небольшой, еловый парк, и воздух в нём пьянящий, смолистый. Дышу глубоко, пытаясь вытеснить из лёгких тяжёлый городской смог.

Иду быстро, почти бегу, чувствуя, как холодный ветер обжигает лицо. Это немного помогает очистить мысли и избавиться от липкого страха, всё ещё заставляющего моё сердце биться часто-часто.

На обратном пути заглядываю на ресепшен. Милая женщина в очках подтверждает мою догадку: да, здесь действительно есть ресторан, но обед можно и в номер заказать.

Я решаю пообедать в ресторане.

Администратор провожает меня до деревянной двери с табличкой «У старой ели».

И снова уголки моих губ ползут вверх.

Всё-таки занимательный персонаж это всё придумал!

Прохожу внутрь и понимаю – это продолжение той же сказки. Стены из тёмного бруса, массивные потолочные балки, от которых исходит лёгкий запах древесины и воска. Огромные окна от пола до потолка открывают вид на тот самый парк, по которому я только что гуляла. Небольшие столики расставлены по залу уютными группами, некоторые в полузакрытых деревянных нишах-беседках.

Пахнет здесь… невероятно. Горячим хлебом, томлёным мясом и свежей зеленью.

Я выбираю столик у окна, в углу, откуда хорошо видно лес.

Обед оказывается волшебным. Настоящий борщ с пампушками, рассыпчатая гречка с томлёной телятиной, которая тает во рту. Я ем медленно, смакуя каждый кусочек, и кажется, что тёплая, простая еда по-настоящему успокаивает не только желудок, но и душу - залечивает мои раны, прогоняет плохие мысли.

На десерт заказываю яблочный пирог и шарик ванильного мороженого.

Отламываю вилкой кусочек ещё тёплого пирога и закрываю глаза от наслаждения… когда открывается входная дверь. Не оборачиваюсь, но слышу мужские голоса и уверенные шаги где-то рядом.

Мужчины занимают соседнюю нишу, за невысокой резной перегородкой.

Я не прислушиваюсь, но до меня долетаю обрывки их разговора о сделках, поставках, процентах. Их негромкие голоса звучат просто фоном.

Я наслаждаюсь своим десертом, смотрю в окно на темнеющие ели…

Глава 19

Несколько часов назад

Артём

- Отвёз? – задаю вопрос в лоб, даже не поздоровавшись. Голос хриплый от бессонной ночи и едва сдерживаемой всё это время ярости.

Нутро горит. Не просто хочет – требует её увидеть. Сейчас же!

Бес, прислонившись к капоту своего чёрного гелика, лишь кивает, но лицо его сейчас выглядит весьма довольным.

Протягиваю руку, и он пожимает её – коротко, сильно, по-дружески.

Поднимает голову и ухмыляется криво, глаза щурятся.

- Доставил в целости и сохранности твою зазнобу, - говорит он, и в его голосе я слышу ожидаемый подкол. – Поселили в «Лисью нору», как ты и просил. Ребята говорят, устроилась нормально. – Что-то тёмное и гадкое ворочается под рёбрами при мысли, что какие-то левые мужики видят Элис сейчас – растерянную, беззащитную… мою. Давлю это чувство в зародыше. Это ребята Беса – мою девочку они не тронут. – Она дрожит, конечно, как осиновый лист, но цела.

- Цела – уже хорошо, - отрезаю я, и выбиваю из смятой пачки сигарету, чтобы унять разгорающуюся внутри ревность.

Сука, жил ведь столько лет за тысячи километров от Элис и как-то справлялся с ней, а сейчас просто абзац полный. Не вывожу.

Бесу сигарету не предлагаю – он не курит, трезвенник хренов.

Руки слегка дрожат, когда подкуриваю. Адреналин после утренней стычки с Алисиным мужем ещё гуляет в крови. Первая затяжка – горькая, едкая, но она хоть как-то притупляет внутренний пожар.

- Только вот вопрос у меня назрел, Тёмыч, - Бес прислоняется спиной к машине рядом со мной, скрещивает руки. – Когда ты успел так накосячить, что девчонка от тебя так шарахается?

Его слова словно кислотой падают на свежую рану.

Бес прав. Элис боится. И это моя вина.

- В школе ещё, – выдыхаю струю белого дыма вверх, и она быстро растворяется в прохладном воздухе парковки. – Молодой был, горячий. Показать себя хотел... ну и перестарался, короче. Теперь разгребаю.

Бес хмыкает, качает головой, но в глазах – не осуждение, а понимание.

Молчим пару минут. Осенний ветер приятно холодит кожу лица, пробирается под воротник рубашки, а под ней у меня кровь кипит, и вся суть моя звериная требует к Алисе сорваться!

- Что делать будешь? – наконец нарушает молчание Бес, когда я бросаю окурок под ноги.

Смотрит прямо в глаза, как рентгеном – хрен соврёшь.

Да я и не хочу.

- Что и планировал, когда срывался сюда из Лондона, - говорю ровно, вкладывая в каждый слог всю стальную решимость, что копилась годами. – Заберу Алису себе.

Бес медленно, понимающе кивает. И тут же на его лице появляется знакомая кривая ухмылка.

– Ну, удачи, Ромео... и не сломай её, Тёмыч, - не все игрушки чинятся.

Бес хлопает меня по плечу, а потом запрыгивает в свой гелик, срывается с места и быстро растворяется в потоке машин.

Остаюсь один. Сажусь за руль, но мотор не завожу.

Бес прав – снова переусердствую и окончательно потеряю Элис, сломаю.

Мне нужен план.

Чёткий. Правильный. Безошибочный.

Алису нахрапом не взять. Уже пробовал – получил в итоге только её ненависть и страх, ссылку в Лондон, многолетний анабиоз и полыхающий в душе ад.

Отлично я постарался.

Молодец.

Тихо хмыкаю и бросаю быстрый взгляд в зеркало: глаза впервые за много лет горят…

Завожу машину. Рёв мотора успокаивает нервы.

Лаской не умею, но научусь. Ради неё… потому что без Алисы – пусто.

Ни одна другая так и не смогла зажечь этот пожар внутри.

Плавно двигаюсь на работу, которой меня обеспечил папаша.

В своём кабинете на предпоследнем этаже огромного стеклянного небоскрёба несколько часов изучаю бумажки, цифры, отдаю распоряжения… но перед глазами стоит её лицо.

В какой-то момент не выдерживаю. Жажда увидеть Элис становится физически невыносимой.

Встаю и подхватываю со спинки кресла свой чёрный пиджак. Выхожу в опенспейс с этими дурацкими стеклянными перегородками и забираю типа на деловой обед свою ближайшую команду из трёх человек, которым доверяю настолько, насколько вообще способен доверять кому-то на этой работе.

Запихиваю всех в свою тачку и вдавливаю газ в пол – шины визжат по мокрому асфальту, ветер хлещет в приоткрытое окно, неся с собой запах недавнего дождя и бензина.

Душа рвётся к ней!

Сердце гулко бахает в груди барабаном.

Пальцы до лёгкого хруста сжимают кожаную оплётку руля. Всё тело напряжено до лёгкой ощутимой боли. Нервные окончания оголяются, желая почувствовать её...

Через двадцать пять минут, мы входим в ресторан отеля. Здесь по-прежнему пахнет смолой и жареным мясом, огонь в каменном камине горит, поленья в нём уютно потрескивают.

Глава 20

Алиса

- Я не… я не думаю, что… - тихо, неуверенно начинаю, пытаясь отвоевать себе хоть крупицу контроля, но слова путаются, предательски прилипая к нёбу.

- Садись.

Вот так. Одно слово, произнесённое тихо, уверенно... властно. Тоном человека, привыкшего к тому, что ему не перечат.

Артём не повышает голос. Он его опускает на полтона, и от этого каждое слово становится тяжелее, строже… опаснее.

Это не приказ, но и не просьба ни разу.

И что я делаю?

Правильно.

Я подчиняюсь.

Мысленно проклинаю себя за эту слабость, но под пронзительным, давящим взглядом зелёных глаз я всё-таки медленно опускаюсь обратно на мягкий стул.

Отлично, Алиса. Просто прекрасно.

Могла ведь просто послать его и уйти!

Стоило только рот открыть!

Но я молчу. Горло словно сжато тисками.

Ну почему у меня такая реакция на него?!

Даже мужу я смогла высказать всё в том чёртовом клубе, так почему с Артёмом так не получается?!

Мы же столько лет не виделись. Повзрослели… но я по-прежнему чувствую себя рядом с ним мишенью под прицелом хищных глаз зверя.

Нервно сглатываю. Пальцы судорожно вцепляются в мягкую ткань сиденья.

Может быть я так реагирую на него, потому что Артём связан с криминалом?

Он не просто опасный парень. Он – бандит.

Наглый, беспринципный отморозок, который держал в страхе не только меня, а всю школу. Включая учителей и директора… Хотя, нет, директора, пожалуй, тогда взял в оборот его забитый татуировками отец.

Да. Такая вот милая семейка у них.

Безжалостная и жестокая.

Не понимаю, что ему от меня надо сейчас? Мы же уже давно разошлись в разные стороны...

Все эти мысли проносятся в моей голове со скоростью света, пока Артём, не спуская с меня своих демонических глаз, отодвигает стул и садится напротив меня.

Вальяжно, плавно, со звериной грацией настоящего хищника.

Собственно, Артём и есть хищник. Альфа-самец, выросший в бетонных джунглях, где правила пишет его семья. Папа как-то обронил, что отец Артёма держит в руках большую часть города.

И я сейчас нахожусь на расстоянии вытянутой руки от этого опасного хищника.

Отлично, Алиса. Тебе несказанно повезло.

Боже…

Артём молчит. Просто смотрит. И это его молчание давит на меня сильнее любых слов. Оно заполняет пространство между нами, густеет, становится липким и тяжёлым.

Чооорт… ну почему он молчит?!

Скажи уже что-нибудь!

Непроизвольно облизываю пересохшие губы кончиком языка и тут же понимаю, что зря. Взгляд Артёма падает на мои губы, и в его зелёных глазах вспыхивает что-то тёмное, опасное…

Меня будто обжигает им.

Я нервно сглатываю, в горле пересыхает.

Так, Алиса, нужно что-то сказать. Надо разрядить этот взрывоопасный вакуум, потому что это молчаливое, давящее переглядывание воспламеняет все мои нервные окончания. По коже бегут мурашки, будто по ней пускают разряды тока.

Я делаю крошечный, робкий выдох и чуть подаюсь вперёд, наклоняясь над столом.

- Ты… хотел поговорить, - произношу надтреснутым, будто чужим голосом… а у самой сердце разрывается от яростных ударов в груди.

Артём медленно отрывает взгляд от моих губ и снова смотрит мне в глаза.

Прямо, без каких-либо эмоций, будто видит меня насквозь.

- Ты боишься меня, - произносит тихо, констатируя нам обоим известный факт. – Перестань. Я не сделаю тебе ничего плохого.

Его слова такие… спокойные. Уверенные. И от этого они кажутся ещё более лживыми.

Знаю я это "ничего плохого".

Снова закусываю нижнюю губу, потому что слова готовые сорваться с моего языка Артёму явно не понравятся. Мой взгляд мечется по его расслабленному, чертовски красивому лицу.

- Не веришь, - произносит низко, хрипло… и в его голосе проскальзывает что-то вроде… досады?

Нет, этого не может быть.

Он кладёт широкие, увитые венами ладони на стол и слегка, совсем чуть-чуть, наклоняется ко мне.

Я тут же отшатываюсь назад, инстинктивно, как от огня. Жар растекается под кожей. Спиной упираюсь в твёрдую спинку стула.

Артём замирает. Считывает мою реакцию. И в этот момент в его глазах я вижу ту самую, старую, знакомую искру. Искру опасного интереса.

Внутри всё сжимается от страха, но я делаю над собой усилие и спрашиваю:

- Зачем ты здесь, Артём? То есть… Что тебе от меня нужно?

Он усмехается, уголки губ приподнимаются, но глаза остаются тёмными, опасными... пьянящими, затягивающими в свой омут.

Глава 21

Алиса

Его рука повисает в воздухе между нами, красиво очерченная синей подсветкой.

Огни плавно пульсируют, отражаясь в белоснежной рубашке Артёма.

Музыка льётся из динамиков томным, бархатным саксофоном. Каждый звук будто касается моей кожи, щекочет её изнутри, заставляет моё сердце биться с мелодией в унисон.

«Нет», - должна сказать я.

Сейчас же.

Резко. Уверенно.

Но… я не могу.

И мой мучитель прекрасно знает, что я соглашусь.

Он просто не оставляет мне выбора!

Чёрт…

Во рту пересыхает, а взгляд… мой взгляд сам прилипает к его руке, бежит по ровной, глубокой линии жизни, уверенно пересекающей его широкую ладонь.

Артём ждёт.

Не двигается.

Высокий, собранный… безбожно красивый хищник, застывший перед последним прыжком.

Чёрные брюки подчёркивают силу ног, на груди под тонкой тканью рубашки угадываются напряжённые мышцы. И только его непослушные чёрные волосы, уложенные почти идеально, лезут на лоб… похоже, они единственные во всей вселенной не готовы подчиняться этому хозяину жизни.

Встречаемся взглядами, и моё дыхание рвётся.

Чёртовы воспоминания пробивают выстроенную броню и непрошено лезут в голову…

Его руки на моей талии… его горячие губы на моих губах…

Боже… не надо про губы...

Алиса, остановись!

Хватит!

Внутри меня всё резко превращается в хаос. Эмоции и воспоминания смешиваются в убийственный коктейль из паники и… и того, что я вообще не должна чувствовать!

Ничего этого вообще не должно было случиться в моей жизни, но какого-то чёрта происходит… опять!

Закусываю губу до боли.

Медлю.

А тёмные опасные зелёные глаза в расцвеченном синими огнями полумраке наблюдают за моей внутренней борьбой… И я проигрываю.

Кончики моих пальцев касаются его ладони, горячей, чуть шершавой... и от этого прикосновения по моей коже пробегает ток.

Я вздрагиваю, но уже не могу вырваться. Его длинные пальцы смыкаются вокруг моей руки.

Мгновение – и Артём притягивает меня к себе.

Уверенно. Жадно... слишком близко.

Запах его парфюма – кожа, лайм и дорогой табак – накрывает, лишая меня воздуха.

Всё моё тело до безумия напряжено.

Едва передвигаю негнущимися ногами, пока Артём ведёт меня от столика, на небольшой пятачок свободного пространства между столами.

Останавливается. И обнимает.

Дыхание обрывается.

Воздух с одним рваным выдохом покидает лёгкие.

Оголённые нервные окончания взрываются паникой… а воспоминания оживают в моей голове и мурашками рассыпаются по коже…

И это плохо…

Очень-очень плохо.

Нервно сглатываю.

Моя макушка едва достаёт Артёму до подбородка, а всё моё внимание сосредотачивается на его руке, теперь лежащей у меня на талии. Через тонкую ткань свитера я чувствую её жар… и он горячими мурашками пробирается мне под одежду, растекается по коже, противореча ледяному страху в груди.

Внутри всё кричит, что это неправильно, что надо бежать… но я прекрасно знаю, что Артём не отпустит.

Он снова поймал меня в свою ловушку.

- Не бойся. Это просто танец, – шепчет он, низким бархатным голосом мне на ухо, и от этой вибрации все чувствительные маленькие волоски на моих руках приподнимаются.

Аромат.

Его аромат.

Теперь он окружает меня полностью. Я словно впитываю его кожей.

Закрываю глаза.

Лайм… чёртов лайм.

Он слишком сильно оживляет воспоминания… кружит меня в них.

Убивает.

Кусаю губы, пока мы мерно движемся под тягучие звуки джаза.

- Расслабься, - голос Артёма снова звучит прямо над ухом, с той самой хрипотцой, которая снова заставляет мурашки пробежать по телу. – Я не укушу. Пока.

Боже.

Его «пока» повисает в воздухе обещанием чего-то неминуемого.

Сердце подпрыгивает в груди, делает смертельный кульбит и прыгает в горло.

Смогу ли я когда-нибудь противостоять этому уже не просто парню, а молодому уверенному в себе мужчине?

Ему вообще кто-нибудь может противостоять?

Сомневаюсь.

Артём ведёт мягко и в то же время уверенно, властно, не оставляя мне выбора.

Моё тело, зажатое в тисках страха от такой близости с этим хищником, сначала деревянно подчиняется. Но ритм музыки, это проклятое, томное кружение, тепло Артёма, которым он меня окружает… всё это действует на меня как анестетик… и я постепенно расслабляюсь, вливаюсь в наш танец.