Измена. Мне (не) надоело быть гордой!

Пролог. Две полоски и поцелуй на кухне

Открываю глаза и уже заранее не то что идти, даже с кровати вставать не хочется.

Делаю усилие и поднимаюсь в вертикальное положение.

Мне нельзя болеть. Сегодня очень важный и ответственный день.

Наверное, впервые за всё время, что я работаю в нашем дворце культуры, будет проводиться мероприятие такого крутого масштаба.

Встаю на ноги и плетусь на кухню.

Терпеть не могу такое состояние. Слабость во всём теле, будто вирус какой-то подхватила.

Пью таблетки, которые врач одобрила, и иду в душ.

В кабинке всё ещё витает аромат геля для душа, которым моется Дан. Я слышала, как он вернулся ночью, но сделала вид, что сплю.

Недавно его компания выиграла очередной тендер на строительство. Теперь мы видимся даже не каждый день.

Стою под струями воды и не могу вспомнить, поздравила мужа с победой или нет ещё?

Пишу Дану сообщение о том, как сильно я им горжусь и не сомневаюсь, что у него всё получится. Ещё пишу, что очень соскучилась, но сегодня вернусь домой поздно. Отправляю.

Оставляю телефон на столе и готовлю себе омлет.

Ямпольский, скорее всего, занят и ответит не раньше, чем через час.

Выкладываю завтрак в тарелку и сажусь за стол. Аппетита нет от слова “совсем”. Но головой понимаю, что поесть надо.

“Спс тоже буду поздно”, – приходит сообщение от мужа.

Резкий запах тухлых яиц ударяет в нос, и я несусь по коридору в туалет. Меня выворачивает водой, которую я недавно пила.

Обычно я не такая чувствительная. Но всё равно не могу поверить, что наконец-то у нас получилось!

Вытаскиваю из своей тумбочки тест на беременность, которых напокупала целую кучу. Молю всех богов подряд, чтобы он через несколько минут оказался положительным. Мне нужны заветные две полоски.

Жду дольше, чем нужно, и не смотрю на тест заранее. Руки потеют и дрожат от дикого волнения.

И-и-и… Да! Да! Да! Есть!

Слёзы радости бегут по щекам.

Лёгкое головокружение напоминает, чтобы я бережнее относилась к себе.

Возвращаюсь в кухню и хватаюсь за телефон, но кладу обратно.

Не хочется сообщать Дану такую радостную новость по телефону.

Мне надо видеть его счастливые глаза в тот момент, когда он узнает, что скоро станет отцом. Для этого придётся подождать до вечера.

Улыбаюсь, вспоминая, как разозлилась на Ямпольского, когда увидела его “СПС” в сообщении. Подумала, что даже поблагодарить нормально не может. Теперь моё настроение резко взмыло вверх. А мой Дан просто очень занят. И всё же, он ведь ответил мне.

Уверена, что никто не в состоянии испортить мне настроение.

Готовлю себе овсяную кашу на молоке, и пусть весь мир подождёт, пока беременная я позавтракаю.

На репетицию опаздываю, потому что на улице идёт мокрый снег. На дорогах везде пробки. В этом году февраль на осадки не скупится.

– Варвара! Ты решила меня с ума свести?! – встречает меня в фойе Никита.

– Я весь текст и все фамилии уже наизусть выучила, – успокаиваю с улыбкой и разрешаю ему помочь снять с себя пуховик.

Награждение научных деятелей нашего города проходит на высоте.

– Пошли, нас зовут выпить шампанское, – зовёт меня наш вездесущий творческий руководитель.

– Слушай, Никита, я не пойду. Мне не очень хорошо что-то, – присаживаюсь я на ступеньку лестницы, по которой спускалась.

– Сиди здесь. Я воды принесу, – убегает куда-то.

Возвращается с поллитровой бутылкой и суёт мне в руки.

Некоторые девчонки говорят, что Никита влюбился в меня. Но я считаю, что он просто ценит незаменимую ведущую.

– Съела, чего-то не то? – хмурится.

– Устала просто, – отмахиваюсь. Про своё новое положение никому говорить не собираюсь, пока Дан не узнает. – Вызови мне такси, – прошу тихо.

– Никакого такси! Я сам тебя увезу, – командует, не принимая возражений.

Около пяти вечера Никита подвозит меня к нашему дому. По привычке заглядываю на последний этаж. Восьмой, он весь наш.

В кухонном окне горит свет и мне кажется, что я вижу в нём мужа.

Сердце сразу начинает колотиться, как ненормальное.

Конечно, мне самой ещё не верится, что желанная беременность наступила. Представляю, как Дан сейчас обрадуется. Дожидаюсь, пока мой начальник откроет дверцу с моей стороны, не подаю вида, что чувствую себя уже намного лучше.

– Спасибо, Никита, – вяло улыбаюсь и направляюсь к подъезду.

– Звони, если что, – доносится в спину и я, не поворачиваясь, машу ему рукой в кожаной перчатке.

Жду лифт и вспоминаю разговор со своей подругой, когда мы встретились пару дней назад в кафе.

***

– По твоему мужу половина офиса с ума сходит. Даже молоденькие девчонки в него сразу влюбляются, – Марина перегибается через весь стол и шепчет заговорческим голосом.

– Вообще-то, это нормально. Он же у меня красавчик. Но выбрал-то Дан меня, и у него кольцо на пальце, – беззаботно успокаиваю её. Это по моей просьбе муж устроил подругу в офис.

– Ну, да. Думаешь, кого-то остановит обручалка, – хмыкает и показательно закатывает глаза.

– И что ты предлагаешь мне? – хмурюсь, делая недовольное лицо.

– Ничего, просто предупреждаю, – невинно жмёт плечами.

***

Выхожу из лифта и достаю из сумочки ключи.

Хлопаю входной дверью громче, чем обычно. Но Дан не выходит встречать меня в прихожую, как обычно.

Снимаю пуховик и сапоги. Замечаю в стороне Маринины ботильоны на каблуках.

О, ну понятно! Значит, у нас гости. Ускоряюсь и иду на кухню. Мужу не нравится моя подруга, а тут он вынужден её развлекать, пока меня нет.

Останавливаюсь в дверном проёме, как вкопанная, и глазам своим не верю.

Дан с Мариной стоят посреди кухни и целуются. Её рука зарылась пальцами в тёмных волосах мужа. И он лапает её, шаря рукой под задранной блузкой.

– Что тут происходит? – спрашиваю потеряно, когда голос ко мне наконец-то возвращается.

– Варя?!! – поворачивается ко мне подруга. Теперь уже бывшая. В глазах коктейль из испуга и удивления.

Глава 1. Встреча с прошлым

СПУСТЯ ПОЛТОРА МЕСЯЦА.

Начало апреля, а снег ещё не везде растаял. В сельской местности всё происходит по-другому, чем в городе. Но я продолжаю убеждать себя, что люблю наш райцентр. Ведь я здесь родилась и выросла.

Вернувшись домой, про беременность маме не стала говорить. Она сразу бы нашла применение этой информации.

Её нисколько не смутил мой рассказ про то, как я застала Дана с Мариной, целующимися на нашей кухне.

Мать, вообще меня обвинила во всём случившемся. По её мнению, я мало уделяла мужу внимания. Ведь такому мужчине, как Даниил, нужно угождать.

Уже через неделю я стояла с вещами на пороге квартиры бабули.

Раньше у неё был деревянный дом с огородом и баней. Около пяти лет назад мать отца переселили в новую двушку.

На мудром лице бабушки я не заметила тогда удивления. Говорит, что знала, что мы с моей матерью долго не выдержим друг друга.

Я же к бабуле приезжала до этого.

В этой непривычной квартире мне уютно. Вещи и мебель знакомы с детства.

Кажется, эта пожилая женщина понимает меня без слов, поэтому ничего не спрашивает.

Сказала, что буду разводиться с Ямпольским, и она после долгого взгляда просто кивнула. То ли в знак правильности решения. То ли показывала, что делай, как знаешь.

Я озвучиваю своё желание жить с ней, и бабуля улыбнулась. Значит, рада мне.

Мысли про работу из головы не выходили. Я уже побывала в трёх местах, но везде был отказ.

Сейчас я работаю в банке уже три недели почти. Хотя добровольно бы ни за что сюда не устроилось. Это явно не моё. Но выбирать не приходится.

Странно, конечно, всё получается.

Замдиректора банка оказалась старшая сестра моего бывшего.

Я честно призналась Алёне, что беременная, но она всё равно взяла меня. Сказала, что работать у них совсем некому.

На каком-то инстинктивном уровне я ждала, что вот-вот появится Вова. Брат моей начальницы, с которым мы расстались, когда я ещё в универе училась. Но его не было нигде поблизости.

Зато Даниил звонил. Сначала через две недели, как я от него уехала. Тогда я просто трубку не взяла. А неделю назад я его номер в чёрный список внесла, когда Ямпольский начал названивать в наглую.

На развод я тоже подала заявление в ЗАГС. Дали месяц на раздумье. Скоро этот месяц закончится, и мне нужно будет ехать в город на суд.

Конечно же, мне плохо без него. Сама себе я могу в этом признаться. Но в разводе виноватой себя не чувствую.

Хотелось бы нажать на нужную кнопку и выключить эту боль внутри. Но увы это так не работает.

Заворачиваю к дому. Издалека вижу возле нашего подъезда пафосную бордовую иномарку. Рядом стоит высокий парень с букетом цветов.

Подхожу ближе и узнаю в нём Вову. Ну, вот и бывший объявился. Не зря же предчувствие было.

– Привет, Варя, – улыбается во всё лицо. Протягивает букет.

– Привет, – смотрю на него с подозрением. – Тебе чего, Вова? – не спешу принимать презент.

– Узнал, что ты вернулась, и захотел увидеть, – руку с букетом не убирает. – Бери, это тебе, – настаивает.

– Слушай, выкладывай сразу, чего хочешь, – опускаю красиво оформленные цветы вниз.

– Давай прокатимся, поговорим, – показывает на иномарку. Видимо, я должна купиться на крутое авто и тут же согласиться.

– Даже не думай, что я с тобой сяду в машину, – усмехаюсь. Бывший всё ещё рассчитывает на мою наивность.

– Варюха, ты боишься меня, что ли? – улыбается слишком добродушно. Понятия не имею, зачем ему это надо, но явно не просто так.

– Скорее не верю тебе, Вова, – отвечаю прямо. Его чувства щадить не собираюсь. – Скажи честно, тебе Алёна сказала, что я от мужа ушла? – сверлю бывшего взглядом. Уже заранее проклинаю свою начальницу.

– Эм-м, сестра со мной не общается, – признаётся приглушённо. – И я не знал, что ты сбежала от своего олигарха, – смотрит на меня удивлённо.

– Значит, тебя не смущает цветочки дарить замужней женщине? – продолжаю придираться ко всему подряд.

– Понимаю, Варь, что у тебя не самый лучший период в жизни. Но ты не представляешь, как я жалею, что мы с тобой расстались, – делает брови “домиком”, чем раздражает меня ещё сильней.

– А я жалею, что была с тобой знакома. И вообще, не надо ко мне больше приезжать! – разворачиваюсь, кладу цветы на его крутую машину и быстрым шагом направляюсь к подъезду.

– Зря ты так, Варя! Я раскаялся и исправился уже давно! – кричит мне вдогонку.

– Бабушка моя говорит, что горбатого могила исправит! – останавливаюсь, чтобы ещё раз показать своё отношение.

Не дожидаясь, пока бывший очухается, захожу в подъезд. Прислоняюсь к прохладной стене, чтобы отдышаться. Воспоминания тут же берут надо мной верх.

***

Познакомились мы с Вовой перед Новым годом, когда я в одиннадцатом классе училась.

У Марины был день рождения, ей восемнадцать исполнялось. Её старший брат Саша пришёл поздравить сестру с другом. Это был Вова.

Он тогда весь вечер от меня не отходил. Казался крутым до невозможности, ведь уже учился в городе.

С этим будущим айтишником было легко. Он всё понимал и поддерживал во всём. С ним рядом не было ничего невозможного.

Ожидаемо я влюбилась в Вову. Тогда я уверена была, что моя любовь никогда не пройдёт.

Не могла дождаться. когда тоже поеду в город учиться. Хотела быть рядом со своим парнем не только в выходные.

Папа тогда был ещё жив и отговорил меня поступать в музыкальное училище. Хотя я хотела петь, так же, как он. Отец объяснил, что в театральном вузе меня научат не только петь, и я согласилась.

Первый год в городе был просто сказочным. Мой Вова от меня практически не отходил. В универе хвалили.

Папа пополнял баланс моей банковской карты каждые три дня.

На второй год Пахомов уговорил меня вместе снимать квартиру. Рассказывал, как он найдёт крутую работу, и я согласилась, не раздумывая.

Глава 2. Стук сердца и фото на память

– Со мной явно, что-то не так, раз все мужчины мне изменяют, – итожу свой рассказ про встречу с Вовой.

– Ох, Варвара, ты чужие грехи-то на себя не бери. Это ведь не ты на лево сходила, – отвечает бабуля, наблюдая за мной. – Самый главный человек сейчас, это который у тебя в животе, а остальное не принимай близко к сердцу, – советует с улыбкой.

Ополаскиваю за собой посуду и ухожу в комнату.

Не зная, чем заняться открываю ноут, чтобы перестать думать о недавней встрече с Пахомовым. Уже заранее предчувствую, что он так просто не отстанет.

Как только комп включается, в углу экрана появляется значок говорящий, что мне на электронную почту пришло письмо.

Открываю и сразу вижу, что оно из суда. Но в суть не могу вникнуть с первого раза.

Вообще-то я ожидаю, что меня вызовут на бракоразводный процесс, а тут, какая-то странная объяснительная.

Сообщают, что моё заявление с просьбой расторгнуть брак с Ямпольским было утеряно. Виновная секретарь Сидорова В.М. уволена за халатное отношение к документации.

И ещё напоминают, что я могу подать жалобу на судью Ситникова.

Также заявление у меня примут вторично, на тех же условиях.

От возмущения меня аж в жар бросает и лицо начинает гореть.

Сразу скачиваю бланк заявления на развод и снова заполняю его.

Жаловаться я естественно ни на кого не собираюсь. Не дура, понимаю, что у этого судьи даже неприятностей из-за меня не будет. Я же никто теперь. Обычный консультант в сельском банке.

Вот Ямпольский быстро бы решил эту проблему, но он в этом не заинтересован.

Припоминаю, что у мужа друг Богдан, как раз юрист. Фамилию его я не помню. Да и не похоже, что Даниил будет подстраивать потерю заявления. Это точно не в его духе.

Спать ложусь пораньше. Завтра нужно будет отпроситься у Алёны Владимировны, чтобы съездить в город к своему гинекологу.

У меня даже мысли ни разу не возникает, чтобы в местной больнице вставать на учёт по беременности. Всё село будет знать о моём положении уже на следующий день. Вдобавок сплетен ещё насочиняют.

Алёна отпускает меня без проблем. И я еду в город на рейсовом автобусе.

Эти поездки мне напоминают о том времени, когда я училась в универе. Тогда я по своему селу и правда скучала. В выходные ездила домой с замиранием сердца и в предвкушении долгожданных встреч с близкими.

В дороге никуда не торопишься и всегда есть время поразмышлять.

Смотрю в окошко, разглядывая не засеянные поля и уже зеленеющий лес вдалеке.

И вдруг вижу чёрный джип Ямпольского, который едет навстречу.

По привычке опускаю взгляд на номера, на агрессивной морде дорогущего внедорожника. Два ноля и единица, это точно его машина.

Быстро поднимаю взгляд на водителя и сердце, будто пропускает удар. Вижу Дана и перестаю дышать.

Сердце бешено долбится об рёбра и я забываю, о чём думала.

Я его почти два месяца не видела. Сейчас не могу сопротивляться тому, как сильно, оказывается, скучала по мужу. Слёзы льются по щекам, а я списываю на нестабильные гормоны.

– Боже, Дан, – шмыгаю носом и шепчу вслух, не сразу понимая это.

– Девушка, вам плохо? – спрашивает женщина с соседнего ряда.

– Нет. Спасибо, всё в порядке, – делаю над собой усилия, чтобы успокоиться. Напоминаю себе, что Ямпольский целовался с Мариной, и отворачиваюсь снова к окну. Скорее всего, их интрижка за моей спиной уже давно началась.

Какой же он двуличный. Мне говорил, что моя подруга его бесит. Просил даже не приводить её к нам домой.

Около одиннадцати утра я уже стою у стойки регистратуры платной клиники.

– Девушка, мне к Елизавете Николаевне нужно, – с улыбкой говорю, предвкушая встречу со своим врачом.

Сотрудница тут же звонит по внутреннему телефону, как только слышит фамилию Ямпольская. В этот момент мне хочется снова стать Шкляр и отказаться от всех регалий авторитетного мужа.

– Проходите, Варвара, в пятнадцатый кабинет, вас уже ждут, – говорит девушка с улыбкой через минуту.

С Елизаветой Николаевной мы уже четыре года знакомы. Она встаёт из-за стола и обнимает меня, как родную.

Все эти годы, пока мы женаты с Даном, я наблюдалась в этой платной клинике у самого лучшего врача. Мы никак не могли забеременеть, хотя причин и отклонений не обнаружилось.

Ямпольский тоже проверялся, и у него было всё в норме.

– Елизавета Николаевна, я беременна! – не выдерживаю и сообщаю радостную новость.

– Варечка! Ну наконец-то! – снова прижимает к себе. – Но давай мы всё-таки проверим, – показывает мне рукой за ширму, и я слушаюсь.

Выхожу, застёгивая брюки, и сажусь на стул.

– Срок у тебя уже больше восьми недель, – говорит она, поднимая взгляд от бумаг. – Сейчас пойдём на УЗИ, – предупреждает. – Даниила своего уже обрадовала? – спрашивает, когда мы выходим из кабинета.

– Нет, – кручу головой и опускаю взгляд в пол.

– Сомневалась? – оборачивается.

– Эм-м, мы с ним разводимся, – признаюсь.

– Как разводитесь! У вас ведь ребёнок будет, Варя, – Елизавета Николаевна останавливается и будто одуматься меня просит. Но ведь это он всё испортил.

– Скоро Ямпольский узнает, что станет папой, – отвечаю отстранённо.

Заходим в кабинет УЗИ и моя врач оставляет меня с медсестрой и мужчиной, сидящим за монитором. Намазывают гелем мой всё ещё плоский живот. Он водит какой-то штукой и диктует цифры.

– Включите звук, Валерий Михайлович, – просит с улыбкой медсестра, и я настораживаюсь.

Вдруг по всему кабинету разносится оглушительный и частый стук сердца. Я вопросительно смотрю на молодую женщину.

– Это стук сердца вашего малыша, – объясняет и сама, кажется, сейчас расплавится от няшности.

– О, Господи, – я прикрываю ладонью рот, и глаза начинает щипать от подступающих слёз. Я бы сейчас многое отдала, чтобы увидеть лицо непробиваемого Ямпольского. Он тоже должен был быть здесь.

Глава 3. Что нам стоит дом построить...

Принимаю звонок по мобильному.

– Здорово, Дан, – басит Волошин.

– И тебе не кашлять, – усмехаюсь в ответ.

– Тут у нас снова муниципальный заказ поступил из одного районного центра, – Андрей в городской Думе работает.

– О, ну я рад за вас, – сарказмирую. Уже предчувствую, что сельским строительством “запахло”, которое для моей фирмы вообще не выгодно.

– Да подожди, ты. Радуется он, – тормозит меня. – Заказ на две трёхэтажки из того же района, где ты строил уже, – напоминает, но я туплю жёстко. – Эм-м, где-то четыре-пять лет назад. Ну, вспоминай! – повышает голос от нетерпения.

– А, да! Точно! – наконец-то доходит до меня.

– Они снова хотят тебя, – угарает. – У тебя же вроде жена оттуда родом? – уточняет демонстрируя феноменальную память.

– Я согласен! – выдаю неожиданно. Умалчиваю естественно, что жена на развод подала.

– У меня сегодня явно удачный день, – не скрывает, что рад подсунуть мне этот морочный проект. – Когда приедешь за документами? – спрашивает осторожно, видимо боится, что передумаю.

– Завтра утром, – отвечаю. – Спасибо тебе, Андрюха! – не успеваю сдержать себя.

– Да ты в ударе сегодня, Дан. Это тебе спасибо. Должен буду, – смеётся в трубку и я тоже улыбаюсь, как придурок.

Впервые за два месяца, как Варя ушла, у меня появилась возможность увидеть её.

Никто, даже жена не скажет, что я бегаю за ней. Теперь у меня есть прикрытие. Я жилищный комплекс строю. Не подкопаешься, короче.

Вообще за четыре года я ни разу не заподозрил, что буду так с ума сходить по своей Варе.

У нас и началось-то всё не серьёзно.

Подсунули мне тогда эти трёхэтажки в райцентре строить. Это даже хуже, чем благотворительность. Там хотя бы определённую сумму отдал и свободен. А здесь часть своих специалистов в “рабство” отдавать надо. Но это я позже узнал. Опыт, мать его.

Тогда фирма после смерти отца только-только мне перешла. Тут ещё внезапная стройка в райцентре. Сроки поставили нереальные.

К юбилею района нужно было закончить. Прорабы вместе со строительными бригадами впахивали сутками практически. Всё успели за день до их “грандиозного праздника”.

В итоге меня ещё до кучи озадачили торжественно ключи вручать. Не всем, конечно, только старейшинам села.

Помню, как увидел Варю на сцене.

Ничего такого в её внешности не было. Точёная фигурка, как у большинства молодых девчонок такого же возраста. Обычное лицо с неумелым макияжем. Но я всё равно залипал, глаза сами искали эту громкоголосую ведущую.

Сразу заметил, что голос профессионально у неё поставлен. Не знал тогда ещё, что Варвара наш театральный универ закончила.

Сцена была сооружена на площадке возле местного клуба. Я встал внизу, чтобы никому не нужно было подниматься.

По окончанию этого “балагана-концерта” Варя начала спускаться по наспех сооружённых лестницам и каблук застрял в щели.

Успел поймать я эту “артистку” с волшебным голосом только потому, что глаз с неё не спускал.

Пробыла она в моих объятиях около минуты, но впечатления у меня остались незабываемые. Особенно в брюках. Ширинка тогда очень напряглась от волнения, видимо.

Вытаскивая туфлю из расщелины, я аж там чуть вслух не прикололся. Золушка, блин.

Помню, как мне нравились её порозовевшие щёки и робкий взгляд. От этого я себя чувствовал неимоверно крутым.

Потом я долго верил, что именно это меня тянуло к Варе.

Эти огромные глаза, когда я попросил у неё номер телефона. Она смотрела на меня так, типа я какое-то божество и не могу звонить простой смертной.

Назавтра, когда я уже подписал в администрации документы на строительство, мне звонит Богдан.

– У меня новости есть для тебя, можешь заехать? – спрашивает хмуро.

– Через полчаса нормально будет? – отвечаю вопросом и чувствую, как пульс долбит аж в ушах. Информация же будет про мою жену. Варвара всё ещё мне жена.

Подъезжаю к зданию суда даже раньше, чем обещал.

Усаживаюсь в кресло в кабинете друга и сжимаю челюсти от дикого напряжения.

– Ты был прав – Варвара не стала на меня жаловаться, – сообщает вместо приветствия. Улыбаюсь нервно от осознания, что я всё ещё могу предсказывать свою половинку. – Зато повторное заявление на развод от неё пришло через несколько минут, – усмехается Богдан и ждёт моей реакции.

– За месяц я по-любому успею договориться с Варей. Вот увидишь, никакого суда не будет, – заявляю слишком уверенно и заставляю себя верить в эти слова. – Она же любит меня, – усмехаюсь сам над собой и отвожу взгляд.

– Вообще, в твоём случае, Дан, это минус, – подмечает друг. – С женщиной проще договариваться, когда у неё нет эмоций. Любящая будет цепляться за свою обиду. Даже захочет отомстить, – говорит со знанием дела.

– Но это точно не моя Варя, – заверяю не очень уже настойчиво.

– Ну-ну, будем надеяться, – этот судья даже не пытается встать на мою сторону. Бесит. Ещё друг называется. Всё же рассказываю ему, что завтра уже поеду в этот райцентр, где Варя находится. Снова буду жилкомплекс там строить.

Естественно, можно было отправить туда юриста и инженера, но я еду лично.

Вместо администрации и осмотра будущего места строительства отправляюсь к Варе. По дороге покупаю букет. Ловлю себя на мысли, что я не дарил ей цветы уже давно.

Сомневаюсь, что мне это сейчас поможет, но с чего-то же надо начинать. От Надежды Ивановны узнаю, что Варвара не с ней живёт, а с бабушкой.

– Возьмите тогда, – протягиваю розы тёще.

– Ой, спасибо, Даниил, – улыбается. – Дочери, конечно же, не понравилось, что я сказала. Она сама виновата, – продолжает заискивать передо мной. – Но кто Варьке правду-то скажет кроме матери родной, – добавляет с умным видом. А я знаю, что человеческая тупизна именно так выглядит.

– Спасибо вам за поддержку, – берусь за ручку двери, чтобы уже уйти отсюда.

– Она в банк устроилась, – летит мне в догонку. – Мало ли пригодится, – добавляет с хитрой улыбкой. Снова благодарю и сваливаю из квартиры.

Глава 4. Всё изменилось

В кафе Никита сам платит за еду и напитки. Потом интересуется номером моей банковской карты и переводит туда деньги.

– Это премия тебе, за отличную работу, – улыбается, наблюдая за моим удивлённым лицом.

Не принимая, никаких возражений довозит меня до автовокзала.

На прощанье берёт с меня обещание, что если мне понадобится помощь, то я ему позвоню.

О встрече с бывшим руководителем я забываю через несколько минут. Зато про моего малыша думаю всю оставшуюся дорогу.

Несколько раз вытаскиваю фото с УЗИ и вожу по ней пальцем. Внутри в области груди расплывается что-то тёплое. И это придаёт В кмне сил. Своего ещё не родившегося ребёнка я буду защищать всеми способами.

Представляя нашу встречу с Даном, я вдруг решаю ничего пока ему не говорить про свою беременность. Для него-то это будет просто удачная причина, чтобы не разводиться.

С животом я для него стану намного удобней. А с младенцем на руках тем более. Тогда Ямпольский не будет себе ни в чём отказывать. Даже сможет Маринке предложить статус официальной любовницы.

Ненавижу их обоих!

В квартиру к бабушке уже вечером возвращаюсь. Дома пахнет чем-то умопомрачительно вкусным.

Прислушиваюсь к звукам.

– Баб, я дома! – кричу из прихожки. Проверяю одна она дома или, может, Дан здесь. Хотя машину его на парковке я бы заметила.

– У меня уже почти всё готово, – сообщает бабуля, выходя мне навстречу.

– Я как раз голоднющая, – иду в ванную мыть руки.

– Ну как там мой правнук себя чувствует? – спрашивает с улыбкой и ставит передо мной спагетти с обалденным сырным соусом.

Убегаю снова в прихожку и показываю ей фотографию с УЗИ.

– Ой ты, Господи! – умиляется.

– С чего ты взяла, что это правнук? – спрашиваю с улыбкой. Бабу Шуру не часто такой увидишь.

– Потому что на лицо ты совсем не изменилась, – отвечает, всё ещё рассматривая снимок. – Дочки-то, говорят, красоту мамкину забирают. С девчонками очень внешне меняются, – объясняет.

– Понятно, – сажусь за стол. Всё ещё жду, что бабушка скажет про Дана. Расскажет, что приезжал и меня спрашивал. Но она его не вспоминает. – Представляешь, мне давали послушать, как бьётся его сердечко. Я там на кушетке чуть не разревелась, – признаюсь.

– Ну, значит, всё с нашим парнишкой хорошо, – заверяет.

После ужина иду в душ. Всё никак не могу Ямпольского из головы выдернуть. Он ведь явно сюда ехал.

Может, по делам, а встречаться со мной не входило в его планы.

Мне вдруг обидно становится. Не ожидала, что Дан так быстро ко мне интерес потеряет.

Подставляю лицо под струи воды. Здесь можно плакать. Скажу, что шампунь в глаза попал.

С утра чувствую себя разбитой. Но отпрашиваться с работы второй день подряд не вариант.

Пересиливаю себя и плетусь в сторону банка.

Неосознанно рассматриваю машины на парковке возле гостиницы. Ритм сердца учащается, когда я натыкаюсь взглядом на знакомый чёрный джип.

Тут же возле машины появляется Дан, и моё дыхание резко сбивается. От неожиданности разворачиваюсь в другую сторону, лишь бы он меня не заметил.

Обхожу гостиницу окольными путями и ищу пешеходный переход. Мне нужно на другую сторону улицы.

Подхожу к “зебре” и в кармане начинает звонить телефон.

– Варя, ты сегодня выйдешь? – интересуется Алёна Владимировна.

– Да, конечно. Я уже иду, – успокаиваю начальницу.

Вижу боковым зрением, что авто остановилось, пропуская меня. Поднимаю глаза, а передо мной стоит джип Дана.

Кажется, что моё бедное сердце провалилось куда-то в желудок.

Он, обнимая руль, смотрит на меня в упор и я тоже не могу отвести взгляд. Меня будто загипнотизировали. За внедорожником уже скопилось три машины и кто-то сигналит, подгоняя. Ямпольский рукой показывает на сиденье рядом с собой.

Не успевая подумать, я залажу в его авто, чтобы никого не тормозить.

– Здравствуй, Варя, – Дан разворачивается и откровенно рассматривает меня.

– Здравствуй, и поехали. Мы людей задерживаем, – напоминаю, что мы посреди дороги стоим. – И откуда ты тут взялся? – интересуюсь, когда джип трогается с места. Чувствую, как ладони вспотели, и прячу их в карманы куртки.

– Приехал, чтобы снова здесь строить трёхэтажки, – смеётся, и я отворачиваюсь. Если продолжу наслаждаться его улыбками, то вряд ли смогу взять контроль над ситуацией. – Тебе Надежда Ивановна не сказала, что я приезжал к ней вчера? Думал, ты там, – не скрывает, что искал встречи со мной.

– Нет. Мы с ней поссорились. У нас немного разные представления о семейной жизни, – усмехаюсь и беру себя в руки. – Если тебе не сложно, довези меня до банка. Или остановись где-нибудь. Мне на работу надо, – произношу небрежно. Делаю вид, что наша внезапная встреча ни капли меня не волнует.

– Варь, нам поговорить надо, – сводит брови к переносице.

– О чём? – включаю непонимание.

– О нас, – выдаёт, как само собой разумеющееся.

– Нет больше никаких нас, – отвечаю, оскалившись вместо улыбки. Я в шоке от такой наглости. – Мне некогда! Я на работу опаздываю, – проговариваю, не скрывая злости. Вижу, как Дан заворачивает на нужную мне улицу.

– Давай я в обед за тобой заеду? Во сколько он у тебя начинается? – спрашивает, паркуясь возле банка.

– Посмотри, там написано на табличке возле двери, – выхожу из машины и хлопаю дверью со всей силы.

На работе сосредоточиться не получается.

Вспоминаю, как Ямпольский самоуверенно себя вёл. Меня аж на стуле потряхивает. Он ведь даже не сомневался, что я сейчас растаю перед ним.

В это мгновение вдруг до меня доходит, что он всегда такой был. Перемены только во мне произошли. А как же этот их поцелуй с Мариной. Муж ведёт себя, как ни в чём не бывало.

В его представлении я за два месяца должна была всё переварить и забыть, что ли? Да ни за что.

Хотя отношения выяснять мне совсем не хочется. Пусть идёт и целуется с кем вздумается.

Глава 5. Личный холоп, бусины и фальшивый жених

Время обеда приближается с бешеной скоростью. Хотя в обычные будни оно тянется очень медленно.

В окна не смотрю. Убеждаю себя, что мне не интересно, приехал Ямпольский, как говорил или передумал.

Выхожу из здания банка на пять минут раньше и останавливаюсь, как вкопанная.

Муж стоит, оперевшись на капот своего джипа, а в руках букет тюльпанов.

Он что, действительно надеется, что эта фишка с цветами сработает?

Ещё вчера вечером я расстроилась, что Дану на меня плевать. А теперь опять недовольна? Вон он стоит. Внимания хоть отбавляй.

Но я хочу, чтобы ему тоже было больно. Как мне, когда я увидела их с Мариной, целующимися на кухне.

– Это тебе, – протягивает букет и улыбается своей обольстительной улыбкой. Но на меня это не подействует. Зря старается. Забираю цветы и сразу залажу в машину.

Хочу поскорее уехать от любопытных глаз коллег. Уверена, что они наблюдаю за нами из окна.

– Не понравились тюльпаны? Это же твои любимые вроде? – спрашивает, не дождавшись моей благодарности.

– Поехали уже! Хватит тут показуху устраивать, – выдаю мужу совсем не то, что он ждёт. – Цветы красивые, но они никак не повлияют на моё решение развестись с тобой, – отвечаю с опозданием, когда мы наконец отъезжаем от банка.

В кафе Ямпольский зовёт администратора зала с видом хозяина жизни. Говорит снисходительно, чтобы тот принёс вазу с водой под цветы.

– Привет, Дим, – здороваюсь с парнем и улыбаюсь виновато. Это сын маминой подруги, который старше меня на год.

– Здравствуй, – отвечает отстранённо.

– Ты его знаешь? – спрашивает, глядя администратору в спину. Муж и правда похож сейчас на разъярённого Отелло. Хотя он же не учился в театральном. Раньше я за ним вообще такого не замечала.

– Я здесь многих знаю. Я же выросла в этом селе и школу тоже тут закончила, – напоминаю недовольно.

В итоге обслуживает нас тоже Дима вместо официанта. У нас в селе сервис под “барина” Ямпольского не подстроен. На своего знакомого я больше глаз не поднимаю. Муж разговаривает с ним, как с собственным холопом. Аппетит у меня пропадает совсем. Колупаюсь в салате, делая вид, что ем.

Кажется, на нас все смотрят. Народу, как назло, много. Не только у меня обеденный перерыв.

– Варь, может хватит уже изображать обиженку? Возвращайся домой. Я уже всё понял и больше такого не повторится, – сверлит меня тёмными глазами. Забывает при этом выключить свой снисходительный тон.

– Я дома, вообще-то. Что не так? – делаю удивлённый вид. – Выйти за тебя замуж была моя ошибка. Теперь я хочу её исправить, – нервно вытираю пальцы салфеткой и швыряю её в почти не тронутый салат.

Встаю, громко отодвигая стул, и иду к вешалке, где моя куртка висит. Пока одеваюсь, вижу, как Ямпольский рассчитывается за обед и кладёт в меню “чаевые”.

Перевожу взгляд на обескураженного Диму и мне от стыда сквозь землю хочется провалиться.

Дикость, конечно, но у нас в селе “чаевые” чуть ли не оскорблением считается. К тому же парень не официант.

Выбегаю на улицу и несусь в сторону банка. И тут же лёгкое головокружение напоминает о моём статусе беременной.

– Варя, стой! – слышу голос Даниила, но не оборачиваюсь. – Я вечером за тобой заеду, – добавляет и я выдыхаю, понимая, что он не собирается меня догонять.

По дороге захожу в маркет и покупаю расстегай с курицей. Помню, что голодать мне нельзя. Мой малыш это не оценит.

Девчонки-коллеги смотрят на меня с интересом, когда возвращаются с обеденного перерыва.

Добровольно рассказываю, как мы “пообедали” в кафе с мужем.

Там ведь куча народу было. Всё равно расскажут, ещё лишнего напридумывают.

Многие уже откровенно смеются, когда я дохожу до места с “чаевыми”. Тоже улыбаюсь. Немного успокоившись, мне всё это кажется комичным. Вечером отпрашиваюсь пораньше. Обещаю отработать завтра. Лишь бы Дана не дожидаться.

Два столкновения за день – это уже чересчур много общения с ним получается.

Дома бабушке рассказываю про встречу с Ямпольским. Подробности про Диму и кафе умалчиваю.

Иду в комнату и думаю, чем бы заняться, чтобы выбросить мысли о Данииле из головы.

Вспоминаю, как ещё в городе, до беременности, мне в интернете попалось очень интересное видео. Одна рукодельница показывала, как вышивать бусинами на замше.

Она необыкновенно красивые сумочки шьёт, украшенные узорами из бусин разного размера.

Тогда я загорелась желанием попробовать, но представила, как Дан надо мной посмеётся. Сразу раздумала. Критику я плохо переношу.

– Баб Шура, а тебе нужен этот кусок замши? – спрашиваю, возвращаясь на кухню. Недавно прибираясь в комоде, увидела отрезок замши цвета кофе с молоком. Снова загорелась идеей научиться шить эти невероятные сумки с узорами из бусин.

– Нет, забирай, если понадобился, – отвечает.

Тут же решаю показать видео с сумками. Бабушка точно не будет меня критиковать. Если идея не понравится, я это увижу.

– Ого, какая красота! – восторгается, не задумываясь. – Конечно, Варя, пробуй, – поддерживает мою задумку. – Ты же у нас творческая девочка, у тебя обязательно получится.

В этот вечер мы так увлекаемся подбором всего, что нужно для моего хобби, что я вообще про Ямпольского не вспоминаю.

Бабуля вытаскивает из своих коробочек нитки, иголки и даже бусы свои приносит в жертву моему новому увлечению. Из шкафа достаёт старую “подольскую” швейную машинку. Сама пробует прошить замшу. У неё получается качественная строчка.

Головой понимаю, что ещё много чего нужно купить, чтобы всё получилось. Но отступать не собираюсь.

Допоздна ищу нужные инструменты на маркетплейсе. Спать ложусь уставшая, но с отличным настроением. Замотивированная даже.

Утром по пути на работу оглядываюсь, чтобы снова нигде на Ямпольского не наткнуться. Зарекаюсь, что больше я к нему в машину не сяду ни за что.

Пусть хоть всё село сигналит или три офиса наблюдают за нами.