– Все военные изменяют. Или ты думаешь, что только твой такой особенный? – с ухмылкой спрашивает подруга.
Я чувствую, как внутри всё сжимается от неприятного осадка. Зачем она вообще подняла эту тему? То, что Алесе два года назад изменил муж, который служил вместе с моим, не даёт ей право теперь всех мужиков под одну гребёнку плести.
– Не все, – отвечаю я уверенно, - И мой действительно особенный. Ты бы знала, с какой нежностью он мне звонит каждый день. Как желает спокойной ночи. Как шепчет слова любви даже тогда, когда звонить нельзя.
Алеся только усмехается, отпивая остывший кофе.
– Думаешь, это помешает ему изменить? Я их знаю. Только трубку положат, и сразу к другой бабе в койку прыгают.
Меня начинает накрывать злостью.
– Слушай, – говорю я, стараясь сохранять спокойствие. – Я в своём муже уверена. Я специально выбирала принципиального человека. А если у тебя был плохой опыт, не надо всех под него грести.
Алеся отставляет чашку и подаётся вперёд, примирительно выставляя ладони.
– Ты только не обижайся, Вероника. Я же не со зла. Я наоборот помочь хочу. Чтобы потом не так больно было.
Помочь?! Да что она знает о моём муже?
– Мне такие советы не нужны, – отрезаю я, поднимаясь. Стул противно скрипит по полу. – Я сама с мужем разберусь. И вообще, мне уже домой пора. Дела.
Я стараюсь закончить разговор как можно быстрее. Натягиваю куртку, кидаю деньги за кофе на столик, на прощание целую Алесю в щёку. Скорее по привычке, чем от души. Выхожу на улицу, и кутаюсь в тренч. Весенний ветер тут же пробирается под ткань, заставляя покрыться мурашками.
Я особо никогда не слушала чужие советы касательно отношений. Но сегодня почему-то в груди неприятно щёлкает.
«Глупости, – тут же говорю я себе. – Только я могу знать, что у меня реально происходит в семье. А не подружки, которые ни дня не жили под крышей с моим мужем!
Я иду к машине, перепрыгивая через лужи, и нарочно думаю о хорошем. О том, как Андрей никогда обо мне не забывает. Даже когда далеко, всегда звонит. Присылает пышные букеты, от которых пахнет так сильно, что голова кружится. Делает внезапные сюрпризы.
Он идеальный муж. Правда.
И всё же…
Я сажусь в машину, завожу двигатель и чувствую, как пальцы слегка дрожат. Не от холода. Я вспоминаю.
Пару раз я замечала странности. Мелочи, о которых тогда предпочла не думать. Однажды он перепутал даты: сказал, что будет в Калининграде, а когда позвонил вечером, небрежно бросил: «Я сейчас в Омске, любовь моя». Я тогда удивилась, но он объяснил это тем, что планы резко поменялись. Разве такого не бывает? Бывает. Еще как. Тем более у военных.
А ещё пару раз ему звонили среди ночи. Не по рабочему телефону. По личному. Он сбрасывал, но потом ему звонили снова. На мои вопросительные взгляды он отмахивался: «Коллеги оборзели совсем, извини». Я кивала, и засыпала спокойно. В объятиях любимого мужа.
Дом встречает меня тишиной. Квартира пахнет моими духами и чем-то ещё. Тем особенным, почти неуловимым запахом дома, который я так люблю. Скидываю куртку, прохожу на кухню. Муж должен вернуться через пару дней, на выходные. И всё будет хорошо.
Надо подготовиться к его приезду. Испечь торт. Его любимый медовик. Он всегда просит его, когда возвращается.
Я достаю муку, яйца, масло. Замешиваю тесто, раскатываю коржи. Все это делаю почти на автомате, потому что внутри продолжает глодать противное, липкое чувство. Как будто кто-то маленький и злобный сидит у меня в груди и точит изнутри иголочкой.
«Не думай, – приказываю я себе. – Не думай. Андрей тебя любит. Он никогда…»
Я сбиваю крем, стараясь делать движения венчиком сильнее, чтобы отвлечься. Убираю квартиру. Мою полы, протираю пыль, переставляю вазу с цветами на другое место. Зачем? Не знаю. Руки просто должны быть заняты.
Торт поднимается в духовке, распространяя по всей квартире сладкий, уютный аромат. Я прислоняюсь лбом к холодному стеклу духовки и закрываю глаза.
Всё будет хорошо.
Вдруг телефон оживает. Резкая вибрация разрывает тишину. На экране высвечивается «Мама».
Я вытираю руки о фартук и принимаю вызов.
– Привет, Вероничка. Ты как? –
– Привет, мамуль. Да нормально.
Вот дома, уборку сделала, в магазин сходила. Торт пеку, Андрей скоро приезжает.
– Ой, молодец какая, – она на мгновение замолкает, а затем добавляет, как бы между делом. – Слушай, а я твоего мужа сегодня видела. Хотела поздороваться, но он что-то слишком быстро ушёл. Не заметил меня, наверное.
Я замираю.
– В смысле? – мой голос звучит как-то сдавлено. – Как это ты его видела? Ты же сейчас в Питере.
– Ну да, – мама говорит так спокойно, будто не говорит ничего необычного. – Так он около Казанского шёл. Недалеко от меня. Я сразу узнала.
У меня внутри всё обрывается.
– Нет. Не может этого быть. Он сейчас должен быть в Мурманске. Ты, наверное, обозналась.