Измена. Я (не) вернусь, дракон

1. Долгожданная радость

Сегодня был один из тех волшебных дней, которые бывают редко и запоминаются на всю жизнь. Утром мы с дочерью поехали в Лавлибуд, где жила моя мама, чтобы посетить их знаменитого лекаря-мага и показать ему Милинду. Наша с Райдосом девочка в эту осень постоянно болела, ничего серьезного, без изводящих материнское сердце симптомов, но пугающе часто и всегда чем-то новым.

Именно поэтому моя мама пригласила нас к себе в гости на пару дней, чтобы доктор не спеша обследовал девочку, а после этого мы бы ненадолго окунулись в предновогоднюю городскую круговерть перед долгой зимой. Райдос с нами не поехал, сославшись на дела, но я и не настаивала, прекрасно зная характер своего мужа, который терпеть не мог всю эту предпраздничную суету.

Прием у лекаря-мага прошел отлично, ни одно из наших подозрений не подтвердилось, а, отведя меня в сторону от матери и дочки, доктор с улыбкой сказал:

- Фиона, мне кажется вашей дочери просто очень скучно, вот она и придумывает себе разные болезни? Но вы не переживайте, скоро скуке придет конец, у Милинды родится братик, - он заговорщицки подмигнул мне, будто знал о том как долго мы с Райдосом ждали этого момента.

После этих слов я завизжала от счастья, не стесняясь присутствующих в приемной посетителей.

- Боже, доктор, вы просто не представляете, как вы меня обрадовали, это так восхитительно, я так хочу скорее рассказать об этом мужу!

- Понимаю вашу радость и желаю удачи!

Лекарь-маг вежливо со мной попрощался, а я с горящими от восторга глазами подошла к матери и Милинде.

- Вижу по глазам, что с нашей девочкой всё хорошо? - уточнила у меня мама.

- И не только это, - я, не в силах сдерживать улыбку, наклонилась к самому уху своей мамочки и прошептала ей главную новость сегодняшнего дня.

- Фиона, как я за вас рада, представляю, как будет счастлив Райдос, тебе нужно поскорее сообщить ему об этом, он так долго этого ждал!

- Да, я и сама так думаю, но я обещала Милинде, что мы побудем у тебя в гостях несколько дней и погуляем по городу, чтобы повеселить её.

- Ничего, дорогая, оставляй Милинду нам, мы с Фрэдом развлечем её не хуже чем ты, а сама езжай к мужу и порадуй его, он этого заслуживает! – мама смотрела на меня глазами полными любви и радости за свою дочь.

- О, мама, ты самая лучшая, спасибо тебе большое, - крепко обняла я её, а в голове у меня уже представлялась четкая картина того, как я преподнесу Райдосу это известие, сначала он непременно удивится, потом глаза его наполнятся восторгом, и, заключив меня в крепкие объятия, он закружит меня от счастья.

- Ты ещё здесь? Кыш к мужу, - слегка подтолкнула меня мать. - Милинда, поцелуй мамочку, она едет домой, а ты останешься у нас в гостях.

- Ура-ура-ура, - моя пятилетняя дочурка обрадовано хлопала в ладоши. - Бабушка, а ты правда разрешишь мне нарядить у тебя новогоднюю ёлку?

- Конечно, милая, сейчас поедем к дедушке Фрэду, тебя ждут весёлые выходные.

Я попыталась перед отъездом рассказать маме, что любит и что не любит моя дочь, в какой сумке её вещи и как нужно одевать её на прогулку, но Селина Смолл лишь отмахнулась от меня, бросив “справимся, не в первый раз”.

С лёгким сердцем я села в свою упряжку и приказала кучеру трогать.

Когда мы подъезжали к воротам замка, я заметила на снегу свежий след от полозьев. У нас гости? Возле крыльца стояла незнакомая упряжка, от неожиданной догадки сердце пропустило удар, но я тут же начала сама себя успокаивать, что мой муж не такой, и скорее всего, позвал своего давнего друга.

Ноги предательски дрогнули, но я нацепила на лицо приветливую улыбку, взяла коробку с пирожными, которые прикупила в центральной кондитерской Лавлибуда, и пошла к дверям, чтобы порадовать гостей вкусными сладостями. Я слишком хорошо знаю своего мужа, чтобы не доверять ему. Мой Райдос - мрачный чёрный дракон, любящий уединение и не терпящий шумных сборищ. Он не может меня предать. Он отличный семьянин и дорожит нашими отношениями. Сейчас войду в дом и всё выясню.

Я отворила дверь, но в холле было подозрительно пусто. Ничего, он наверняка в библиотеке, мужчинам нравится обсуждать свои излюбленные темы в колоритной обстановке, перед зажжённым камином. Но в библиотеке тоже никого не было.

Моё дыхание участилось от нахлынувшей волны ужасного предчувствия, глаза наполнились слезами, и я, оставив угощения на столе, решительно направилась по лестнице на второй этаж, туда, где располагались наши спальни, по дороге моля богов о том, чтобы всё, что сейчас настойчиво лезет мне в голову, осталось лишь ошибочным предположением.

Я поднялась по ступеням и медленно приближалась к нашей с Райдосом спальне. Возле двери с замиранием в сердце остановилась и прислушалась, перед тем, как её открыть. Дубовые полотна были слишком плотными и не пропускали ни единого звука.

Медленно надавив на ручку, я толкнула дверь и замерла на пороге. Мой любимый муж, мой суровый и немногословный дракон из древнего рода Хилтонов, любящий отец и всегда галантный в отношении к женщинам мужчина, сладострастно рычал, подмяв под себя рыжую девицу, и произносил такие непристойности, которых я в жизни от него не слышала.

2. Рухнувшие надежды

- Райдос, что здесь происходит? - чтобы задать этот простой вопрос мне потребовались колоссальные усилия, во рту пересохло, дыхание перехватило от возмущения и обиды, я стояла на пороге нашей спальни и смотрела, как мой муж пытается быстро прикрыть себя и эту рыжую одеялом.

- Фиона, закрой дверь с той стороны, я сейчас выйду и мы поговорим! - злобно прорычал мой муж, похоже, совершенно не ожидавший моего такого скорого возвращения.

Тело будто окаменело, глаза не отрываясь смотрели на наше с мужем супружеское ложе, в котором копошилась чужая женщина, спешно натягивая платье, а мозг отказывался в это верить.

- Как ты мог? – из моего рта вырвался протяжный стон, вмещая в себя всю боль и бурю противоречивых чувств, разрывающую меня сейчас изнутри.

Любовь к мужу, ставшему таким родным за время нашего брака, смешивалась с обжигающей ненавистью, закипавшей в моей крови. Это ужасная липкая субстанция поражала всю меня, застилая глаза обидой и злостью, и не давая вынырнуть из этого состояния. Я чувствовала себя так, будто меня сейчас облили грязью и втаптывают в неё ещё глубже, чтобы я не могла подняться, чтобы не могла сказать ни слова, чтобы исчезла.

– Быстро закрой дверь!

Его последний окрик больно резанул по ушам, и я, будто в тумане, отступила назад и прикрыла тяжёлое полотно двери.

Сделав пару шагов по коридору, я поняла, что у меня совершенно нет сил, перед глазами до сих пор стояла картина, увиденная в спальне, в ушах звенел крик Райдоса. Слёзы непроизвольно катились по щекам, я прижалась к стене и медленно съехала по ней на пол, уткнув лицо в колени и сотрясаясь от беззвучных рыданий. Не таким я себе представляла сегодняшний вечер, совершенно не таким.

Дверь в спальню открылась, и мимо меня торопливой походкой прошла рыжая девица, стараясь как можно скорее покинуть наш дом. За ней вышел мой муж, и, посмотрев на меня беглым взглядом, пошёл вниз, провожать любовницу до дверей.

О, Боги, за что вы так со мной? Собрав всю свою волю в кулак, я поднялась и пошла в гардеробную. Оставаться здесь я точно не буду, я возьму минимум своих вещей и вещей Милинды и уеду прямо сейчас же. Решимость внутри меня крепла. Я нашла на верхней полке свой старый чемодан, с которым приехала сюда семь лет назад, и начала складывать туда свои платья и одежду дочери.

Дверь в гардеробную открылась и на пороге, упёршись своим крепким плечом в косяк, появился Райдос, внимательно смотрящий на то, как я пакую вещи.

- Куда ты собралась? – сухо спросил он.

- Не знаю, мне всё равно, лишь бы подальше от тебя! – бросила я ему в лицо свою обиду.

- А зачем берёшь вещи Милинды?

- Потому что она моя дочь, и я ухожу вместе с ней!

- Неужели? – усмехнулся Райдос. – Ты думаешь, что я позволю тебе это сделать?

За лёгкой усмешкой в его тоне я почувствовала угрозу. Оторвавшись от чемодана, я посмотрела на него и наткнулась на свирепый взгляд чёрных, как самая глубокая пропасть, глаз.

- Сейчас ты разложишь все вещи по своим местам и пойдёшь вместе со мной на кухню. Прислугу до утра я отпустил, поэтому ужин готовить будешь мне ты. А после ужина, пойдёшь со мной в спальню и будешь до утра ублажать меня так, как я скажу, а не в своей излюбленной позе трупа.

- Нет! – отчаянно вскрикнула я, не желая даже представлять того, к чему он хочет меня склонить.

- Да, - уверенно поставил он точку в нашем разговоре, подошёл ближе и вытряхнул из чемодана на пол всё, что я туда успела сложить.

- Райдос, пожалуйста, отпусти меня, - глазами загнанного в угол зверя я испуганно смотрела на своего мужа и молила про себя богов, чтобы они оказались на моей стороне.

- Складывай вещи, Фиона, я жду!

Тяжело вздохнув, я трясущимися руками медленно поднимала с пола сваленные в кучу вещи и вешала их обратно в шкаф. Дракон, как каменное изваяние, упорно стоял в дверях и не сводил с меня своего взгляда. Когда я сложила последнюю кофту Милинды, Райдос крепко схватил меня за локоть и потащил по коридору к лестнице, а потом вниз и в кухню.

- Я буду мясо и запеченные овощи, - будто кухарке бросил он мне свой заказ, - а пока ты готовишь, расскажи, почему ты так скоро вернулась из города, и почему с тобой нет дочери.

Я стояла возле плиты, к которой он меня насильно подвёл, смотрела на своего недавно горячо любимого мужа и совершенно не понимала, что мне сейчас делать. Когда я сидела без сил в коридоре и отходила от увиденного в спальне, мне казалось, что это самое страшное, что могло случиться в моей жизни. Теперь я поняла, что это было лишь начало того ада, в который я попала благодаря своему желанию поскорее обрадовать мужа известием о наследнике.

- Фиона, ты что заснула? Я хочу есть! Имей совесть, раз испортила мне вечер своим нежданным явлением, придётся всё исправлять самой. Давай-давай, шевелись, ты же моя жена.

Совесть? Он сказал, чтобы я имела совесть? Мои глаза налились яростью и я, не отдавая себе отчета, схватила первое, что попало мне под руку, и швырнула в сторону мужа. Лязг железа об каменную плитку не отрезвил меня, а только раззадорил, я запустила в Райдоса тарелку, потом ещё и ещё, пока не почувствовала, как крепкие руки мужа хватают мои руки и заводят их за спину, мешая попыткам выместить свою боль на посуде.

- Хватит, достаточно, я уже на первом половнике понял, что готовить ты мне не собираешься. Ладно, сегодня тебе простительно, сам что-нибудь перекушу. Иди в спальню и жди меня там, - разрешил он мне покинуть кухню, а в конце язвительно добавил. – Можешь пока сменить простыни на нашей кровати.

Нет, такого я ему точно не спущу, он думает, раз он мой муж и дракон, раз мы счастливо прожили эти семь лет брака и воспитали вместе нашу любимую девочку, раз всё это у него есть, то я должна беспрекословно его слушать? Нет, дорогой, если ты так легко переступил черту моего доверия, то я тоже переступлю. Я нарушу свою брачную клятву быть с тобой, пока смерть не разлучит нас, и ты никогда не узнаешь, чего ты лишился, так опрометчиво приведя в дом любовницу.

3. Нам нужно поговорить

"Ну скорей же, скорей, что ты такая неповоротливая", - мысленно разговаривала я с лошадью, запряженной в сани, и пыталась её направить в сторону ворот.

Руки дрожали, под полы распахнутого пальто задувал холодный колкий ветер, волосы смешались с падающими с неба снежинками, но кутаться в капюшон было некогда. У меня ничего не получалось, упрямо сдерживая слёзы, я тянула лошадиную морду под узцы, умоляюще смотрела ей в глаза, но животное вертело головой и абсолютно не слушалось.

– Представление окончено, - раздался сзади холодный тон Райдоса. - Пойдем в дом, пока ты окончательно не превратилась в льдышку.

Я обернулась на своего мужа, готовая испепелить его взглядом, жаль, что у меня нет таких способностей. Райдос подходил ближе спокойным уверенным шагом, он знал, что без упряжки мне отсюда не убежать, вокруг лес, чтобы попасть в ближайшее поселение, нужно ехать не меньше четверти часа, а на улице мороз.

– Фиона, ты никогда не умела обращаться с лошадьми, на что ты надеялась? - усмехнулся он.

Самодовольная улыбка на лице победителя, конечно, легко радоваться, когда жертва заперта и ей некуда бежать, но ничего, Райдос, мы с тобой ещё повоюем.

– Помоги мне развернуть лошадь и отпусти, - процедила я сквозь зубы свою просьбу. - Я не хочу находиться с тобой рядом, ты подло предал меня, воткнул нож в спину, я совершенно не ожидала от тебя такого поступка.

– Хорошо, я отпущу тебя, - произнёс задумчиво он, но тут же добавил, - но только после того, как мы поговорим, и совсем ненадолго, согласна?

У меня был выбор? Конечно же был, я сейчас могла бы сбежать отсюда пешком, в надежде на попутчика, который бы меня подхватил. Но в моём положении это опасно, теперь я должна заботиться не только о себе, но и о сыне. Непроизвольно рука потянулась и легла на живот.

– Тебе плохо? - заботливо поинтересовался муж, а на моём лице отразилась кривая усмешка.

Я исподлобья глянула на Райдоса, бросила лошадь и, поплотнее укутавшись в пальто, зашагала к дому.

Поднявшись на крыльцо и войдя в двери двухэтажной каменной громадины мужа, я оказалась в обнимающем тепле, скинула с плеч засыпанную снегом одежду и невольно заглянула в зеркало.

Боже, такой я себя ещё никогда не видела: горящие глаза опухли от слёз, щеки алели красными пятнами, настеганные морозным ветром, волосы перепутаны со снегом, губы плотно сжаты в тонкую полоску.

– Красивая? - сзади меня нарисовался муж, взяв из моих рук пальто, он тоже смотрел на наши отражения.

– Ты обещал меня отпустить, - напомнила я ему, отвернувшись от зеркала.

– Подожди, не так быстро, я обещал отпустить после того, как мы с тобой поговорим. Ну а прежде, я думаю, тебе нужно переодеться и привести себя в порядок, - взглядом Райдос указал на моё платье, подол которого промок и неприятно холодил и без того озябшие ноги.

Я ничего ему не ответила, гордо подняла подбородок и направилась к лестнице на второй этаж. В гардеробной я выбрала теплое шерстяное платье и многослойную нижнюю юбку, чтобы не мёрзнуть в пути. Переоделась быстро, а вот чтобы заняться волосами, нужно было идти в нашу спальню, где стоял мой туалетный столик.

Стиснув зубы я направилась туда, где совсем недавно увидела страшную картину предательства. Дверь в спальню была распахнута, я сделала шаг внутрь и на меня пахнуло животной похотью, смятые простыни на кровати, скинутое на пол одеяло, подушки вжатые в изголовье, отделанное мягким бархатом, бардового оттенка.

Это была наша с ним кровать, тут он нежно касался меня, любил и клялся в том, что кроме меня ему никто не нужен. Я верила. Зря. Под напускной ургюмостью и суровым видом скрывался обычный ловелас.

Я жила не в вакууме, общалась со многими женщинами в общих кругах, они рассказывали свои истории жизни, и я всегда заявляла, что мой дракон "не такой". Сейчас я вспомнила те снисходительные улыбки и загадочные покачивания головами. Неужели это произошло и со мной?

Сев на пуфик рядом с зеркалом, я привычно взяла в руки свою расчёску и начала приводить волосы в порядок. Снег в них уже растаял, при расчёсывании влага распределялась по всей длине, распрямляя мои природные волны, и мне ничего другого не оставалось, кроме как гладко зачесать их в пучок.

Закрепив пряди шпильками, я постаралась поскорее покинуть комнату, не поднимая глаз на беспорядок. Возле порога в пышном ворсе ковра что-то блеснуло. Я наклонилась и подняла женскую серёжку с переливающимся бриллиантом в нежной вязи драконьего металла. Это же моя! Неужели Райдос дошёл до того, что подарил мои серёжки своей потаскушке, а та потеряла одну?

Крепко зажав в кулак найденное доказательство я пошла на кухню, именно там меня ждал мой бывший дракон, видимо надеясь, что какой-то разговор сможет исправить создавшуюся ситуацию. Хорошо, я выдержу этот разговор, я пересилю себя, перетерплю, а потом ноги моей больше здесь не будет! Никогда!

4. Разговор окончен

- Ну вот, совсем другое дело, зря только волосы собрала, люблю, когда они распущены, да и платье какое-то не очень, - оценил мой внешний вид Райдос, сидя за столом и пережёвывая найденное в холодном шкафу мясо.

- У меня не было цели тебя поразить, я пришла на разговор, после которого ты обещал меня отпустить, - ответила я ровным голосом, стараясь не показывать ту бурю, которая сейчас бушевала в моём сердце.

Глаза видели за столом родного мужчину: его крепкие руки, которыми он бесчисленное количество раз обнимал меня, его лицо, по мимике которого я безошибочно определяла настроение мужа, его крепкие плечи и торс, от обнажённого вида которых, меня всегда кидало в трепетную дрожь. Но это была лишь видимость, передо мной сейчас сидел совершенно чужой человек, по выражению глаз которого я не могла и предположить того, что он мне скажет.

- Зря, очень зря, - возможно, если бы ты меня сейчас поразила, наш вечер закончился бы более пикантно, - он цинично заржал, а я, закусив нижнюю губу, чтобы не показывать своей дрожи, молча присела за стол напротив него.

- К шуткам ты сегодня тоже не расположена? – он жевал и ждал от меня реакции, хищно улыбаясь и подмигивая одним глазом.

- Райдос, к чему этот цирк, - не выдержала я, - ты хочешь, чтобы я с тобой вместе посмеялась над тем, что случилось? Ты считаешь, что это смешно? Я, придя домой, застаю своего мужа в семейной спальне с какой-то девицей, и должна над этим посмеяться? Ты в своём уме?

Хотелось наброситься на него и отхлестать по щекам так, чтобы хоть капля сожаления появилась в его взгляде, чтобы он почувствовал ту боль, которую нанёс мне своим предательством. Но я сдержалась. Я положила руки на стол и сцепила их в замок, чтобы пальцы не дрожали. Он обещал разговор и отпустить, а если я сейчас сорвусь, то он вынужден будет применить силу, успокаивая меня, и там уже точно будет не до разговоров.

- Я не смеюсь, просто попытался слегка разрядить обстановку, - ответил он уже без ухмылки. - Да, я обещал, что отпущу тебя после этого разговора, но только ненадолго, чтобы ты немного успокоилась и смирилась с той ситуацией, которую я тебе озвучу. Дальше вы с Милиндой возвращаетесь в мой замок, и мы продолжаем жить как прежде.

Мои глаза расширились от удивления и возмущения одновременно. Как прежде? Он считает, что я так просто успокоюсь и перешагну через измену? Я погорюю немного и снова приму его в распростёртые объятия? Мой муж явно сошёл с ума.

- Фиона, мы с тобой уже достаточно долго пытаемся зачать ребёнка, но, похоже, у тебя там что-то сломалось и наследника от истинной мне не дождаться. Именно поэтому я решил зачать ребёнка на стороне. Мне нужен сын, чтобы продолжить род Хилтонов, но от тебя с дочерью я не отказываюсь, вы будете жить здесь как раньше, а Аишу с сыном я поселю в дальнее поместье.

Он сделал паузу, чтобы я осмыслила произнесённое им предложение. Хотя это было даже не предложение, это был его план, причём явно хорошо продуманный и, скорее всего, уже практически реализованный.

- А если родится девочка? – мне хотелось понять, насколько он далеко зайдёт.

- Тогда я найду новую женщину и начну сначала, - абсолютно спокойно ответил он.

- Значит, ты предлагаешь мне жить здесь как прежде, вести себя как любящая жена, растить с тобой нашу дочь, а сам будешь под личиной добродетели и продолжения драконьего рода спать со всеми подряд? – это было настолько подло с его стороны, что я буквально простонала эту фразу, хватая воздух рывками, чтобы не задохнуться от подступавших слёз.

- Не со всеми подряд, - упрямо произнёс он, - а лишь с теми, кто сможет родить мне наследника.

- Но драконы рождаются только в истинной связи? От простушки будет просто человек и не более, - напомнила я ему о том, что он и сам прекрасно знал.

- А я всё равно попробую, говорят, что случается и у простушки родить, если в её крови течёт драконий след. Пойми, Фиона, я от вас с Милиндой не отказываюсь, я тебя и дочь люблю, но мне нужен сын, понимаешь, сын!

- Понимаю, - безжизненным голосом ответила я, - тебе так нужен сын, что ты даже не в силах подождать? Ты сам возил меня к магу-лекарю, и тот подтвердил, что я здорова и готова к зачатию, почему ты прикрываешь свою похоть такой благородной целью? Признайся, тебе просто нравиться иметь других женщин, наверняка ты давно этим занимаешься, просто я приехала не вовремя, да? Признайся, Райдос, это же правда?

Он молчал, глядя на моё перекошенное от ярости лицо, а меня несло со страшной скоростью. Я сыпала ему в лицо обвинения вперемешку с оскорблениями, стараясь задеть побольнее, чтобы он не сидел, как победитель, а ощутил сполна мою обиду. Мне хотелось пробить эту броню бесчувствия, вывести его на эмоции, услышать в голосе мужа отчаяние, но эта задача оказалась мне не по зубам.

- Фиона, хватит, замолчи! – этот рык, как ведро холодной воды остудил мою тираду и перевёл в режим ожидания. – Я сказал тебе именно то, что хотел сказать, всё в чём ты меня сейчас обвиняешь, это только твои догадки. Я понимаю, что ты сейчас на эмоциях, именно поэтому я даю тебе три дня, чтобы прийти в себя от неожиданной новости и свыкнуться с ней. Ты ведь поедешь к матери?

- Да, а ты будешь продолжать любить свою Аишу на нашей постели? – с издёвкой спросила я.

- Да, - в тон мне ответил он и сжал кулаки.

- Тогда верни ей то, что она потеряла, - я вскочила из-за стола и с силой бросила в Райдоса свою серёжку, которую недавно нашла на ковре в спальне. – Ты отдал ей мои серьги, которые подарил на рождение Милинды? Это такая низость с твоей стороны! Ненавижу тебя!

Я метнула в Райдоса последний испепеляющий ненавистью взгляд, и повернувшись к нему спиной, пошла в крыло прислуги, искать кучера. Разговор был окончен, он обещал мне три дня, за это время я найду куда уйти, чтобы нарушить его радужные планы.

- Это второй комплект, - бросил он мне в спину, но я не обратила на это никакого внимания.

5. В этот раз будет по другому

Райдос не побежал меня догонять, он остался за столом, чему я была несказанно рада. Кучер собрался быстро и мы, не пробыв в замке и часа, отправились обратно в Лавлибуд. Что говорить матери? Если сказать правду, меня не поймут, вернее поймут, пожалеют, но решимость уйти от мужа с ребёнком и беременностью не поддержат. Значит, буду врать, что там у нас самое правдоподобное?

Скажу, что мужа не застала, у него дела на службе императору, поэтому вернулась. Но мне нужно не просто вернуться, мне нужно уехать. Куда? Есть один вариант, правда он очень рискованный, но зато там меня искать точно никто не будет.

Когда я кидала обронённую серёжку в Райдоса, я вспомнила слова покойной бабушки, которая на нашей свадьбе подарила мне старый потрёпанный конверт со словами: «Быть истинной дракона задача непростая. Держи, внучка, надеюсь, он тебе никогда не понадобится, но если вдруг беда, то там ты всегда сможешь скрыться».

После свадьбы я вскрыла конверт и нашла там бумаги на предъявителя о праве собственности. Бегло почитав условия владения старинным поместьем, я убрала эти бумаги подальше, ничего никому про них не сказав. Потом я и вовсе забыла про эту историю, и только сейчас слова бабушки всплыли в памяти. Я чётко поняла, куда я поеду.

Поместье располагалось далеко от Лавлибуда, ехать до него нужно было не меньше суток, но тем лучше для меня. Сейчас соберу Милинду, скажу, что мы на вечернее представление на площади, а потом домой, в этом случае родители меня искать тоже не будут. А через три дня, которые мне отвёл мой неверный муж я буду там, где меня точно никто не найдёт.

Жаль конечно, что приходится бежать практически голыми, но хорошо то, что к матери я собиралась на несколько дней и небольшой запас одежды для дочери и себя имелся. Протянем. Обустроимся на новом месте, а потом я вспомню, чем занималась до замужества, руки никогда не забывают навыков, и мы прекрасно проживём сами.

Выдохнув и вздохнув поглубже, я словно попрощалась с прошлой жизнью, перевернув эту страницу своей жизни, и открыла новую. Сани мчались по заснеженной дороге, в лицо летели колкие снежинки снега, обжигая своими острыми краями нежную кожу лица, я с решительным видом ехала в новую жизнь.

Остановившись у отчего дома весь мой настрой разбился вдребезги.

- Селина, Фред и Милинда только что уехали на представление. Если вы поедите следом, то возможно нагоните их или встретитесь там, - сказала мне Линси, служанка матери.

- Нет, я подожду их здесь, - прошла я в дом и сразу направилась в свою девичью комнату, которая сейчас использовалась как гостевая для меня и моей малышки.

Мне нужно было найти бабушкино письмо и собраться в дорогу. С самой верхней полки шкафа я достала старую коробку, в которой были сложены девичьи мелочи: бижутерия, ленты, красивые открытки и статуэтки, в общем всё, чем я раньше украшала свою комнату. Там, на самом дне и лежало завещанное мне письмо от бабули. Я достала пожелтевший от времени конверт и дрожащими руками развернула документ.

«Настоящим подтверждается право предъявителя проживать в поместье, облагораживать внутреннее и внешнее убранство, без права перепродажи. Срок проживания не ограничен. Передача прав проживания другому владельцу переходит посредством дарения настоящей бумаги из рук в руки».

То есть мне разрешается жить и улучшать состояние жилища, но продавать его нельзя. К разрешению прилагалась карта с отмеченным местом, старый ключ и небольшая записка на которой было написано корявым почерком «Маркиз». Карту отдам извозчику, своего брать не буду, поеду на перекладных, чтобы Райдос точно не смог меня найти. Ключ, я так понимаю, от дверей моего нового жилища, а кто такой Маркиз, разберёмся, когда приедем.

Остаток вечера, до самого возвращения родителей с Милиндой, я провела в сборах еды в дорогу, тёплых вещей (какие нашла) и самого необходимого на первое время. Пока складывала сумки, убеждала себя, что всё делаю правильно, давя на корню всяческие страхи о том, что не справлюсь и сомнения в собственных силах. Но когда в дом с мороза вбежала моя маленькая девочка, с выбившимися из-под капора кудрями и раскрасневшимися щеками, сердце защемило от несправедливости.

Почему так произошло? Почему он будет дальше жить, свою праздную жизнь, а я, не в силах простить предательства, должна отправиться в неизвестность? Может, нужно было всё-таки рассказать ему о сыне? Тогда бы ему стали не нужны все другие женщины, и мы бы дальше зажили счастливо? Как прежде…

Мой разум будто разделили пополам, одна его половина решительно опровергала любые мысли о воссоединении нашей семьи, другая же подсовывала страшные картинки бедности и нужды, если я отправлюсь в завещанное мне поместье.

- Мамочка, мамочка, там было такое представление! – подбежала ко мне дочурка и, обняв крепко за шею, начала рассказывать про то, что она видела.

- Тебе понравилось? – тепло улыбаясь, спросила её я.

- Очень, очень понравилось, завтра бабуля обещала меня в кукольный театр отвести, она говорит, что там тоже будет интересно, мамочка, ты пойдёшь с нами?

- А во сколько начало представления? – уточнила я.

- Первое в десять утра, а потом заход каждые два часа, - пояснила Селина. – А ты чего вернулась, неужели Райдоса не застала?

- Да, он вернётся только завтра днём, - быстро скорректировала я свой план действий. – Мы тогда утром с Милиндой сходим на представление и после сразу поедем домой, хорошо дочка?

- У-у-у, - последовал расстроенный ответ ребёнка. – Мы ещё не нарядили ёлку, бабушка мне обещала.

- Ну, ничего страшного, будешь наряжать ёлку дома, - попыталась подбодрить я Милинду.

- Но я хотела здесь, - начала канючить она, как всегда испытывая мои границы.

- А здесь нарядишь в следующий раз! – не сдавалась я.

- Бабушка-а-а, - в надежде на защиту, Милинда ринулась к Селине, и повисла у неё на руках.

- Ну чего ты раскричалась, у нас ещё есть время до сна, давай попросим дедушку принести нашу ёлочку и нарядим вместе.

6. Как в сказке

Утро началось с беспечной суеты, мама в честь нашего визита пекла блинчики, милинда наряжалась к представлению, а я собирала по максимуму то, что нам сможет пригодиться в дальней дороге. Моя малышка, не переставая, щебетала, о том, как расскажет папочке про ёлку и игрушки, про театр и вчерашние развлечения на площади города, а мама мне загадочно подмигивала, ожидая, какой сюрприз преподнесу Райдосу я.

- Милая, тебе так понравились мои блинчики, не переживай, я соберу тебе их в дорогу, после представления наверняка проголодаешься, - бабушка заботливо сложила остатки завтрака в глиняную миску и плотно обернула полотенцем, чтобы сохранить тепло.

- Ты ей ещё чай в дорогу собери, наверняка запросит, - намеренно пошутила я, зная, что Селина сделает это обязательно, а нам это только на руку.

В сумки я собрала из своих девичьих шкафов все подходящие вещи, многие были уже старыми и не модными, но я не знала, что мне пригодится там, куда еду, поэтому брала всё.

- Мне казалось, что ты приехала с двумя сумками, а уезжаешь с четырьмя, - нахмурилась мать, провожая нас на представление в кукольном театре.

- Тебе показалось, когда едешь с ребёнком в гости на несколько дней, вещей нужно брать больше, - я снова шутила, чтобы мама ничего не заподозрила.

Бабушка с любовью обняла внучку, наказав ей приезжать в гости почаще, меня чмокнула в щёку и на ухо шепнула пожелание для Райдоса. На улицу вышел отец и, укрывая меховой накидкой маму от мороза, пожелал нам хорошо отдохнуть. Милинда прыгала по сидению упряжки и махала на прощание дедушке и бабушке. На ней было пышное голубое платье под меховой курточкой, которое мои родители ей подарили к празднику.

- Мамочка, а как думаешь, папе понравится мой новый наряд, - заглянула мне в глаза маленькая дочурка.

- Даже не сомневаюсь в этом, - ответила я, стараясь не думать о том, что меня ждёт.

Я просто еду туда, где Райдос меня не найдёт, буду строить свою жизнь сама, не думая постоянно о том, что у него очередная пассия. Я выдержу и помогу Милинде перенести утрату как можно легче, а потом у нас появится новый член нашей маленькой семьи, и точно станет веселее.

Представление было недолгим, кукольный театр разыгрывал новогоднее представление, в котором бедная девочка заблудилась в лесу накануне праздника и попала в волшебный дом, в котором так и осталась жить, удивляясь и радуясь чудесам, которыми этот домик был наполнен.

Пока шло представление, я ненадолго оставила в зале малышку одну, а сама тем временем нашла наёмную упряжку, согласовала с кучером маршрут до половины пути и перегрузила сумки.

- А почему мы поедем на других санях? – удивилась Милинда, когда вышла из жаркого шатра театра на мороз.

- Эти сани теплее, - сказала я, как можно дальше оттягивая момент признания в том, что мы едем не туда, куда она думает.

Этих объяснений девочке хватило, и она стала весело рассказывать мне о том, что ей больше всего понравилось на представлении. Я внимательно её слушала и не перебивала, стараясь максимально погружаться в придуманный актёрами мир. Эта сказка чем-то напоминала мне нашу ситуацию. Вот я заблудилась накануне нового года, скоро попаду в новый дом. Конечно чудес, как в театре ожидать не стоит, но то, что мы будем далеко ото всех, и нас не смогут найти, само по себе было для меня чудом.

По дороге мы останавливались рядом с придорожной таверной, и я покупала мясные пироги, чтобы утолить голод, а ближе к вечеру мы прибыли на конечную точку согласованного с кучером маршрута. Это был небольшая гостиница для путников, где я сняла комнату на ночь, в надежде на то, что за это время мне удастся найти новый экипаж уже до самого поместья.

Милинда смотрела на меня подозрительно, выспрашивая, почему мы ещё не дома, ведь прошло уже так много времени. Я старалась отвлечь её, придумывала всякую чепуху про окружной путь и заносы на дорогах. Дочка кивала, но взгляд её становился всё задумчивей.

- Мама, я поняла! - с придыханием воскликнула она.

От этого восклицания у меня чуть сердце не остановилось, но вида подавать было нельзя.

- Что ты поняла, милая? – ласково спросила я её, удобно устраивая на своих коленях перед камином в снятой комнате гостиницы.

- Я поняла, мамочка, мы похоже заблудились! Именно поэтому мы до сих пор не дома, правда?

Сейчас мне показалось, что принять игру даже лучше, чем рассказывать ребёнку про переезд.

- Ты так думаешь? – поддержала я её тон и догадку.

- Да, - прошептала она, - этот кучер завёз нас не туда, и теперь мы никак не можем вернуться. Мамочка, мне страшно!

Она обхватила своими маленькими ручками мою шею и крепко-крепко прижалась ко мне. Я ласково поглаживала её по спинке и успокаивающе говорила:

- Не стоит бояться, милая! Мы обязательно приедем домой, просто нужно подождать чуть-чуть. Мама рядом, я тебя в обиду никому не дам, - утешала я её.

- А знаешь что? - мне показалось, что глаза моей дочурки засветились от интереса.

- Что? – заговорщицки переспросила её я.

- Вот бы нам, как в сказке попасть в дом с чудесами, мы бы там пожили, а потом папа бы нас нашёл и спас оттуда, здорово? – заглянула она мне в глаза, желая получить искреннюю оценку своей фантазии.

- Здорово, - щёлкнула я её по носу. – Давай ложиться спать, завтра нам снова в дорогу.

- Да, конечно, мамочка, - согласилась со мной Милинда и, уже лёжа на кровати под одеялом, добавила, - я загадаю желание перед сном. Бабушка говорила, что желания, загаданные перед новым годом, обязательно сбываются.

- Хорошо, загадывай, - согласилась я и поцеловала её в лобик. – Спокойной ночи, малышка!

- Спокойной ночи, мамочка, - раздался сонный голосок, и моя дочурка сладко засопела.

А я, подоткнув плотнее её одеяло, пошла к хозяйке гостиницы, чтобы разузнать, насчет экипажа туда, куда мне было нужно.

- Нет, милая, вряд ли я чем-то смогу тебе помочь. Снега навалило много, в ту сторону никто не согласится ехать.

7. Незнакомец

От громкого голоса вошедшего мужчины у меня дрогнули колени. Выглядел он устрашающе, а суровый взгляд не располагал к знакомству.

– Сейчас-сейчас, господин, - засуетилась хозяйка гостиницы. - Вот, пожалуйста, ключ от седьмой комнаты, второй этаж.

Мужчина вынул из-за пазухи кошель со звенящими монетами и высыпал несколько на стойку. - Сдачи не надо!

– Благодарю вас, - хозяйка слегка поклонилась ему и быстро убрала золото.

Высокий незнакомец зашагал к лестнице и скрылся за её поворотом.

– Вы его знаете? - спросила я женщину за стойкой.

– Ну не то чтобы знаю, но у меня он останавливается часто. Странный тип, мрачный, никогда ни с кем не разговаривает, но денег не жалеет.

– А вы не знаете, откуда он?

– Нет, милочка, это ты уже у него сама спроси. Говорю же, он совсем неразговорчивый. Кто такой? Откуда? Я без понятия.

Ну что ж, упускать такой случай нельзя, нужно пойти и узнать в какую сторону он направляется. Мысленно подбодрив себя, я пошла на второй этаж. Комната незнакомца была как раз напротив нашей. Остановившись на пороге, я замерла, буквально заставляя себя постучать в эту дверь, но почему-то внутри у меня всё сковало от страха. Я так и стояла с занесённой для стука рукой, когда дверь передо мной резко распахнулась, и на пороге оказался он.

- Что надо? – грубо бросил он мне, смотря сверху снисходительным взглядом.

Я облизнула пересохшие губы и подняла на этого громилу свой взгляд. Мужчина был гораздо выше меня, крепок в плечах и с очень суровым, прямо таки ледяным взглядом. Похоже, он уже готовился ко сну, потому что его рубашка была распахнута, обнажая мускулистую грудь, и, освобождённые от ленты волосы, свободными волнами лежали по плечам.

- Если тебе ничего не нужно, чего застыла? Топай в своём направлении! – угрожающе процедил он, а я со страху начала лепетать всё подряд, стараясь донести до него суть своего вопроса.

Он слушал, не перебивая, как я рассказывала про своё отчаяние, про невозможность найти экипаж в нужную мне сторону, про то, что я с маленьким ребёнком и не могу долго жить в этой гостинице.

- Тебе нужны деньги? – нахмурился он, так и не поняв о чём я его прошу, видимо сбивчивая речь и хаотичность повествования совершенно не отразили сути моей просьбы.

- Нет, я ищу попутчика, мне нужно срочно, я готова заплатить, поэтому осмелилась обратиться к вам, - протараторила я на одном дыхании, а сама уже мысленно корила себя за то, что решилась на это.

От незнакомца веяло опасностью, его тяжёлый взгляд заставлял мои слова и мысли разбегаться по углам, не давая четко выстраивать нужные фразы. Пальцы нервно дрожали, но я всё же протянула ему карту с обозначенным на ней поместьем.

- Я еду в другую сторону, - быстрым взглядом пробежался он по нарисованному маршруту.

У меня внутри всё упало. Я столько сил потратила на то, чтобы объяснить ему, чего я хочу, а он даже не в ту сторону едет. А чего ты хотела, Фиона? У него же не было написано на лбу, куда он держит путь, с чего ты взяла, что всё сейчас решится? Мысленно я разговаривала сама с собой, и разворачивалась в сторону своей комнаты.

- Но после обеда я буду возвращаться обратно, если дождёшься, смогу подвезти, - раздался голос мужчины в спину.

- Спасибо, мы обязательно дождёмся, - оглянулась я, чтобы поблагодарить своего спасителя, но он уже закрыл дверь в свою комнату.

Надеюсь, он не позабудет своё обещание и заедет сюда после обеда. Во всяком случае, другого выбора у меня не было. Только если вдруг появится кто-нибудь ещё. В таких раздумьях я зашла в комнату к Милинде, грустно постояла возле её кровати, наблюдая за безмятежным детским личиком, и пошла в сторону своей.

В комнате было тепло от горящего камина. На всякий случай я подкинула в очаг ещё несколько поленьев из кучи рядом, и пошла раздеваться. Укрывшись одеялом, я расслабилась, желая поскорее заснуть и перелистнуть этот день, но мозг начал любезно подсовывать мне сцены нашего с Райдосом последнего разговора. Я снова окунулась в тот вечер, когда застала его за изменой. На глазах выступили слёзы, которые я упорно сдерживала, не давая себе разреветься.

Почему он так со мной поступил. Разве я была плохой женой? Я отдала ему свою невинную душу и тело, как только на моём предплечье засветилась метка Хилтонов. Я не противилась этому браку, хотя все мои подруги в то время твердили, что связываться с чёрным драконом плохая идея, они меня жалели, а я отшучивалась, отвечая, что против судьбы не пойти.

Я была послушной, занималась домом, создавала уют. Когда родилась наша малышка, я не обременяла мужа заботами, полностью взяв материнские хлопоты на себя. Он всегда видел чистенькую и довольную дочку. В широких кругах друзей и знакомых наша семья слыла идеальной. Но…

Повернувшись на бок, я смотрела на Милинду, она совсем ещё маленькая, чтобы понять моё нежелание жить с Райдосом. Проснётся утром и спросит о папе. Что я ей отвечу? Конечно же совру, не могу же я жёстко ставить ребёнка перед фактом. Какой будет её реакция на то, что папу она больше не увидит? Их отношения не были очень близкими, но дочь любила Райдоса, он перед ней ни в чём не виноват. А я принимаю решение за двоих.

Нет, за троих, тут же всплыла мысль о моей беременности. Боже, какая я самонадеянная, а вдруг я не справлюсь? А вдруг скачусь на самое дно и не смогу обеспечить детям нормальной жизни? У меня не так много накоплений, деньги кончаются быстро, если их не зарабатывать. Переезд это только одна сторона медали, мне нужно будет срочно искать занятие, которое поможет держаться на плаву. Как всё сложно.

Теперь я уже не сдерживалась, уткнувшись лицом в подушку я дала выход эмоциям, стараясь не разбудить дочь. Я стонала от бессилия и в ярости била кровать кулаками, я мысленно кричала на Райдоса и одновременно обвиняла себя в опрометчивости, я молила богов о помощи и взывала к наказанию, ради справедливости.

За этими метаниями и выматывающими душу терзаниями, я незаметно для себя погрузилась в беспокойный сон. Снилось, как бегу, как уношу своё и закрываю двери перед самодовольным лицом мужа. Снились слёзы малышки и маленький кулёчек с сыном в руках. В видениях было общее состояние безысходности и страха за будущее. Отдохнуть в эту ночь мне не удалось. Наутро я была полностью разбитая и подавленная. Тёмные круги под глазами и усталый взгляд совершенно меня не красили.

8. Волшебный дом

– Мама, а когда мы поедем домой? - тормошила меня, застывшую у окна, моя малышка. - Мне скучно, поиграй со мной, пожалуйста!

Милинда стояла возле моих ног и тянула за юбку в сторону. Утро у нас прошло достаточно быстро, мы позавтракали у хозяйки в кухне, сходили погулять, благо снегопад закончился. Поиграли в снежки, рассмотрели все игрушки на наряженной дворовой ёлке, прогулялись по дороге туда сюда, не уходя далеко от гостиницы, а потом вернулись в комнату. За проживание пришлось доплатить, но это было не самым страшным. Только сейчас до меня доходило, что доверять совершенно незнакомому мужчине, может быть очень опасно, а я же не кинулась в это, как в омут головой, и вот теперь стою и взвешиваю, правильно ли я поступила.

На дороге показались сани, запряжённые парой лошадей, они быстро приближались, и я поняла, что незнакомец не обманул, он действительно возвращается, и нам нужно быстро бежать вниз, чтобы он не подумал, что мы уже уехали.

- Пойдём, Милинда, сейчас добрый дядя отвезёт нас с тобой домой, - пообещала я дочке, и та довольная рванула из комнаты вниз по лестнице.

- Добрый день, - вежливо поздоровалась я, подойдя с сумками и дочерью к саням. – Вы же довезёте нас до поместья?

Я решила на всякий случай уточнить, мало ли он передумал.

- Обещал, значит, довезу, - коротко ответил он, даже не поздоровавшись.

Мужчина был без кучера и сидел на козлах, а нам с Милиндой достались оба сидения саней. Под одно я сложила сумки, на другое усадила дочь, села рядом с ней и укутала нас обеих пледом.

- Мы готовы, - оповестила я мужчину, - вам нужна карта?

- У меня нормальная память, - отрезал он, и я дала себе обещание больше ни о чём его не спрашивать, до того неприятно звучали эти брошенные в нашу сторону фразы.

- Мамочка, ты говорила, что дядя добрый, - заскулила Милинда, - а мне кажется, что он очень злой.

Я шикнула на дочь, призывая её к молчанию, но слово не воробей, и наш любезный попутчик хорошо расслышал всё, что озвучила девочка.

- Я не злой, можешь меня не бояться, - он обернулся и посмотрел на Милинду, которая уже была сама не рада, что сказала это. – Меня зовут Джеф, а тебя как?

- Милинда, - несмело ответила девочка.

- Ну вот и познакомились, а теперь держись крепче малышка, дорога здесь не слишком ровная, - Джеф взмахнул кнутом и прищёлкнул поводьями. Лошади тронулись по заснеженной дороге, обрамленной с обеих сторон лесом.

Милинда посмотрела на меня, а я улыбнулась ей и одобряюще кивнула, чтобы прогнать последние детские страхи. Вскоре она уже беззаботно болтала со мной на разные темы, задавала тысячи детских «почему» и весело хохотала, над своими же шутками. Примерно за пару часов мы доехали до развилки, на которой красным крестом было обозначено поместье, которое на ближайшее время, должно было стать нам домом.

Джеф натянул поводья и остановил сани.

- Приехали, - просто оповестил он, хотя я не видела никаких строений вокруг.

- Но здесь ничего нет, - удивилась я, - вы уверенны, что правильно нас привезли?

- Дамочка, вы дали мне карту, и я привёз вас туда, куда вы просили. Что вам здесь нужно не моё дело, так что выгружайте свои вещи и выходите.

- Но куда же мы пойдём, вы оставляете нас посреди леса, на развилке дорог и уезжаете? У вас совершенно нет чувства сострадания, неужели вы не поможете женщине с маленьким ребёнком? - Джеф даже не повернулся на мою тираду. – Ну, пожалуйста, отвезите нас хотя бы обратно, мы же здесь замёрзнем, скоро стемнеет, пожалейте малышку, прошу вас!

Сейчас я готова была упасть перед ним на колени и обещать что угодно, лишь бы он не бросал нас здесь. Какой же я была дурой, вляпаться в такую авантюру, чем вообще я думала, доверилась обещанию бабушки, а ведь она давала мне конверт семь лет назад, видимо дом давно развалился.

- Обратно я вас не повезу, - объявил Джеф, и у меня по щекам потекли быстрыми ручейками слёзы, Милинда тоже захныкала, прося не оставлять её в лесу на съедение волкам. – Я живу недалеко отсюда и дам вам комнату на время. Когда поеду в обратную сторону, смогу отвезти.

- Спасибо, спасибо вам большое, - готова была я от радости расцеловать этого мрачного мужчину, но он снова щёлкнул поводьями и лошади, увязая в снегу, поехали направо.

Я провожала взглядом место нашего предполагаемого жилища, и грустно вздыхала. Больше идти нам было некуда.

- Мама, смотри, - заворожено тыкала пальцем в развилку Милинда, стоя на коленях на сидении саней и смотря в сторону, противоположную движению.

Я обернулась назад и посмотрела туда, куда она показывала. На развилке, окружённый невысоким забором стоял дом в два этажа с хозяйственными постройками и заснеженными деревьями. Не может быть! Я тряхнула головой, зажмурилась, открыла глаза – снова пустырь.

- Ты тоже это видела? – шёпотом спросила меня дочка. – Мама, это волшебный дом, который я загадала, перед тем как заснуть, это точно он! Как в той сказке в театре. Ты видела его? Видела?

- Видела, - ответила я Милинде, сама ошарашенная этим видением.

- Мы должны туда попасть, - уверенно заявила моя дочь.

- Хорошо, милая, давай мы попробуем это сделать завтра, скоро будет темно, вдруг дом нам больше не покажется, а ночевать нам с тобой негде, - заправила я выбившиеся кудри дочери под капор, сама не веря тому, что обещаю дочери.

Сани Джефа уже поворачивали к большому поместью, окружённому кованым забором. Это совсем близко от развилки, подумала я, строя в голове планы на завтрашний день. Мы пойдём туда пораньше и обязательно проверим, правда ли то, что мы обе видели. Да, сделаем это завтра, а сейчас нужно согреться, дорога в санях зимой то ещё удовольствие. Я чувствовала, как заледенели мои пальцы в кожаных перчатках, хорошо, что у Милинды вся одежда была на меху, девочка совсем не замёрзла. Но, тем не менее, вдохнуть теплого воздуха ей не помешает.

Джеф подъехал к крыльцу одноэтажного здания и, остановившись, вылез из саней. Молча, он вытащил из под сидения саней наши сумки и жестом указал идти за ним. Я уверенно взяла руку дочери и зашагала вслед за мужчиной. Выбора лучше, чем этот у нас точно не было, нельзя отказываться, возможно, сама судьба послала нам хмурого и молчаливого Джефа. Не похож он на злого. Грубый, не вежливый, не обходительный к женщинам, но, тем не менее, не обманул и не бросил, значит можно довериться.

9. Временное пристанище

- Сейчас я тебе помогу, маленькая, - старушка проворно снимала с Милинды капор и тёплую шаль из овечьей шерсти. – Давай сюда свои сапожки, поставлю их ближе к огню, чтобы к утру просохли.

Видно было, что она очень соскучилась по общению с детьми, и не переставая что-то рассказывала малышке, старалась её погладить, приласкать. Милинде хозяйка дома тоже очень понравилась, и спустя совсем немного времени моя дочь полностью расслабилась и вовсю рассказывала старушке про свою жизнь.

- А знаете, - загадочно огласила она, сидя за столом и запивая сладким горячим чаем пышный пирожок с картошкой, - мы с мамой завтра пойдём в волшебный дом!

- Прямо так и в волшебный? – с интересом переспросила её старушка, которая представилась Агатой.

- Да, представляете, у нас всё случилось как в сказке: сначала мы с мамой заблудились, потом нам встретился добрый дядя Джеф, а теперь мы нашли волшебный дом, - Милинда возбуждённо ёрзала на стуле, готовая хоть сейчас сорваться и бежать в то место, про которое рассказывала.

- А с чего ты решила, что он волшебный? – хитро прищурилась Агата, видимо желающая выведать у ребёнка всё.

- Потому что он невидимый, - дочка сказала это с таким серьёзным видом, что я не выдержала и рассмеялась.

Агата перевела взгляд на меня, и мне показалось, что она знает что-то про этот дом, но рассказывать не хочет.

- Хорошая у тебя девочка, - сказала она мне одобряющим тоном, - такая фантазёрка, не соскучишься.

Я слегка кивнула, и почувствовала, что Агата пытается меня прочесть, словно умеет, заглядывая в глаза, угадывать мысли. Её внимательный взгляд натолкнул меня на то, что она, возможно, знает историю этого места, и я решила задать ей несколько вопросов. Джеф к этому времени удалился, видимо с непривычки устав от бесконечного детского щебетания. Мы остались втроём, и я наконец-то озвучила давно мучавший меня вопрос.

- Агата, скажите, пожалуйста, вы давно здесь живёте? Знаете что-нибудь про дом на развилке?

– Так нет там никакого дома, раньше был, а сейчас нет, - неохотно ответила она, а во мне укрепилась уверенность, что она что-то умалчивает.

– А когда он был? Давно?

– Давно, я бы даже сказала, что очень давно, мне про него только рассказывали, сама я его уже не видела, - на лице у старушки отразилась лёгкая задумчивость.

– А что про него рассказывали? - не унималась я.

– Вот ты любопытная, старая я уже, не помню всего, говорили, что там селились на время одинокие женщины, а потом пропадали.

– Как пропадали? Уезжали? Или вообще?

– Да не знаю я, может это всё пустая болтовня, одно точно - дома на развилке больше нет, пусто там, сама же видела. Только зачем ты ребёнку про него насочиняла, непонятно? - старушка старалась скорее закончить этот разговор, было видно, что тема ей неприятна, и она начала собирать со стола посуду, оставшуюся после чаепития.

Я предложила ей свою помощь, но она только отмахнулась:

– Успеешь ещё, мне эти заботы в радость, а ты иди в комнату, посмотри, удобно ли вам там будет переночевать, - и она указала мне своей сухой, как веточка, рукой на левое крыло дома. - В первой сплю я, дальше Джефри, ну а вы можете занять третью или четвёртую, какая больше понравится.

Я, поблагодарив её кивком за гостеприимство, направилась в указанную сторону, и Милинда весело поскакала за мной, забавно напевая детскую песенку.

– Давай выбирать, - предложила я принять решение ей, - Агата разрешила нам занять либо третью, либо четвёртую комнату, какая тебе больше нравится?

Дочь распахнула дверь сначала одной спальни, потом другой, и остановила свой выбор на последней по коридору.

– А можно посмотреть остальные комнаты? - ожидая моего ответа, она нетерпеливо подпрыгивала то на одной, то на другой ножке.

– Нет, Милинда, это будет невежливо, - запретила я.

– Хорошо, мамочка, - расстроилась дочь, - тогда давай ночевать здесь.

Я вошла за ней в спальню и не увидела ничего интересного. Две кровати по разным сторонам, стол и пара стульев. Всё было укрыто чехлами от пыли, и я аккуратно сняла серые простыни на пол, стараясь их случайно не встряхнуть. В дверь заглянула Агата, и протянув мне чистое постельное бельё, начала проворно собирать пыльные тряпки в большую корзину, принесенную с собой.

– Надеюсь вам здесь будет хорошо, мы с Джефом ложимся рано, если будет необходимо, кухня там, вдруг малышка захочет перед сном ещё перекусить, а уборная прямо напротив вас. Спокойной ночи, милая, - сказала она уже Милинде.

– Спокойной ночи! - помахала ей в ответ девочка. - Мамочка, но я ещё не хочу спать, - сказала она уже мне.

– Можем немного поиграть, подмигнул а я ей, я взяла с собой твои любимые мемори карты.

Дочь при упоминании игры сразу же оживилась, и остаток вечера пролетел очень быстро. Уложив свою малышку в постель, я нежно поцеловала её в лобик и пожелала хороших снов.

– Мама, - полусонным голосом обратилась она ко мне, - а папа скоро к нам приедет?

– Скоро, Милли, скоро, - самопроизвольно вырвались у меня слова утешения.

Милинда быстро заснула, а я ещё долго сидела на постели, обдумывая наше положение. Завтра ближе к вечеру Райдос приедет за нами к моим родителям и будет неприятно удивлён нашим отсутствием. Хорошо, что я не рассказала о своих планах матери, зная её, я уверена, что она непременно бы выдала Райдосу моё местоположение. А так, есть надежда, что он нас подольше не найдёт.

"А чего вас искать, сами скоро вернётесь, не вечно же вам жить в гостях у Джефа и Агаты", - спорила со мной одна моя половина, вторая же надеялась на то, что увиденное на развилке здание мне не показалось.

"А вдруг дом всё таки существует? Может его не видят только другие, а нам с Милиндой он снова покажется", - я понимала, что надеюсь на чудо, но отпускать сейчас эту мысль совершенно не хотелось.

"Давай-давай, намечтаешь себе разного, падать больнее будет", - разговаривала я сама с собой.

"А вдруг получится?"

10. Отпусти обиду

Открыв глаза после ночи кошмаров, я не сразу поняла, где нахожусь. Всю ночь меня донимали видения , в которых я не могла найти выход в буквальном смысле слова. Я шаталась по каким-то длинным коридорам, ломилась в запертые двери, кричала со страху и звала на помощь. Вспомнив состояние во сне, меня снова передёрнуло от ужаса.

В нашей спальне было подозрительно тихо, хотя за окном уже рассвело. Я посмотрела на кроватку дочери и тихонько выругалась, вот же баловница, наверняка сейчас ходит по чужому дому и трогает всё без спросу. Спустив ноги вниз с кровати, я надела домашние тапочки, которые мне вчера любезно предложила Агата, быстро просунула тело в платье и, наспех пригладив распушившиеся за ночь волосы, поспешила искать свою дочь.

Милинда вместе с Агатой на кухне лепили что-то из теста.

- Мы делаем печенье, - с восторгом в голосе оповестила меня малышка, как только я шагнула на порог.

- Надеюсь, мы тебя не разбудили? Милинда встала рано и прибежала в холл, там я её и поймала. Она всё пыталась пойти тебя будить, да, внученька? – Агата не прерывая своего занятия объяснила мне обстановку.

- Надеюсь, она не слишком надоела вам своими бесконечными вопросами, - в свою очередь побеспокоилась я.

- Нет, что ты? У тебя такая милая девочка, она мне столько всего интересного рассказала, и про себя, и про своих родителей, - на этих словах Агата оторвала свой взгляд от теста и перевела его на меня, внимательно прищурившись. – У вас похоже идеальная семья, почему же вы здесь?

Я опустила голову, показывая, что не хочу говорить об этом, но в глазах предательски защипало.

- Милли, девочка моя, - привлекла внимание малышки старушка, - помнишь ту музыкальную шкатулку в холле, ты всё хотела её завести?

- Да-да-да! – дочь восторженно захлопала в ладоши.

- Теперь можно, твоя мама уже проснулась и музыка больше никому не помешает, иди!

- А как же печенье? – удивлённые глаза девочки уставились на покрытое морщинами лицо Агаты.

- А печенье я сейчас поставлю в печь, и через три четверти часа оно будет готово, ты как раз успеешь наиграться, беги!

Милинда вытерла руки об полотенце и быстро выбежала с кухни, на её лице было радостное нетерпение, видимо та музыкальная шкатулка, про которую говорила хозяйка дома, очень ей понравилась. Я хотела помочь убрать кусочки теста со стороны стола, за которым сидела моя дочь, но Агата меня отстранила.

- Не пачкайся, сейчас налью тебе чай, утром нужно сперва завтракать, - заботливо направила она меня на стул. – А выпьешь бодрящего напитка, тогда и за работу принимайся.

Я послушно кивнула, сложив руки на коленях, а старушка захлопотала с чайником и чашками. По кухне разнёсся ароматный запах трав, я поглубже вдохнула и вдруг ощутила в горле подкатывающую волну тошноты. Этого ещё не хватало. Извинившись, я стрелой вылетела в уборную, и вернулась лишь тогда, когда мой итак пустой желудок закончил сокращаться в рвотных позывах.

- Можно мне воды, пожалуйста, - обратилась я к старушке и получила от неё заветный стакан с жидкостью.

- Я так понимаю, чай вам не понравился?

Я сидела за столом, пила маленькими глотками прохладную воду и боялась поднять глаза. Почему-то мне казалось, что эта добрая старушка уже всё про меня поняла и сейчас начнёт, не разобравшись до конца, учить жизни. Если не отвечать ей и не смотреть в её сторону, то этот момент можно немного оттянуть.

- А покушать ты чего-нибудь хочешь?

Во рту явно материализовался вкус печёных яблок, он так отчётливо мне представился, что от лёгкой кислинки я поморщилась и сглотнула заполнившую рот слюну.

- Нет, спасибо, что-то не хочется, - вопреки своему желанию я озвучила совершенно другой ответ.

- Понятно, - задумчиво произнесла Агата. – Ты знаешь, я тебе ни в коем случае не осуждаю, я же не знаю, что у вас произошло, но сейчас мне кажется, что ты делаешь большую глупость, да-да!

Она качала головой, а я вспыхнула от негодования. Вроде бы она сделала это аккуратно, но надавила сейчас на самое больное. В моей голове постоянным фоном шли эти мысли о совершаемой мною ошибке, прошлые разговоры знакомых подтверждали то, что с изменой можно жить, а некоторые даже умудрялись сделать себе выгоду. Но я не могла так, у меня в голове даже не укладывалось, как я буду продолжать отношения с мужчиной, который предпочёл мне другую.

- Милинда говорила, что скоро папа найдёт вас, и всё будет как прежде, а судя по твоему лицу, ты этого очень не хочешь, но это неизбежно.

- Простите, пожалуйста, что мы отняли у вас время. Я заплачу за ночлег и еду, которой вы нас накормили. А сейчас мы уйдём, - не в силах вынести ещё один голос, который пытается сбить меня с принятого решения, я уверенно встала и уже хотела позвать дочь, но старушка меня остановила.

- Да подожди ты, вот упрямая. Я же вас не гоню и даже не осуждаю, а уж денег за ночлег тем более не возьму. Мне просто хочется, чтобы у вас всё наладилось, а чувствую, что ты идёшь не в ту сторону. У тебя же не только дочь? Под сердцем тоже ребёнок?

Она была так проницательна, что мне захотелось бежать отсюда ещё быстрее, но её слова опередили меня.

- Ты сейчас можешь идти куда угодно. Уйдёшь отсюда, придёшь в другое место, но покоя ты не найдёшь нигде, потому что ты ещё сама с собой не примирилась, тебя же изнутри всю рвёт, неужели я не права? И дитя мучиться будет, а когда второе родится, что делать будешь?

Я поджала губы и медленно подняла глаза на старушку. Я ожидала увидеть взгляд полный назидательности и превосходства, прикрытого мудростью лет, но с удивлением увидела в светлых, выцветших от времени глазах Агаты безграничную доброту и сострадание.

- Я тебе помочь хочу, глупая. Расскажи, что произошло у вас, поделись, сразу почувствуешь, как на душе легчает. А выход он всегда есть, просто не всегда он быстро находится. Иногда нужно подождать, подумать. Ну? Расскажешь?

У меня будто с плеч свалилась огромная гора, освободив разом все эмоции, которые я старательно сдерживала внутри. Слёзы брызнули из глаз, а когда солёная влага смыла первый слой обиды, я начала рассказывать свою историю. Я сбивалась, путалась, пыталась полнее передать все свои чувства, хотела донести боль от обиды, мне было важно, чтобы Агата встала на мою сторону, я снова и снова обвиняла Райдоса, выставляя его только в чёрном свете, а она просто слушала и не перебивала.

11. Он меня пугает

Слава Богам, ночью не шёл снег. Оставшаяся со вчерашнего вечера колея от саней была крепкой и под нашим весом не проваливалась. Милинда весело бежала впереди, то и дело спотыкаясь и падая в сугроб, конечно же, она делала это специально, ноги у неё были крепкими и шустрыми, а мягкие белоснежные шапки снега так и манили в них поваляться.

Я шла за ней, постоянно одёргивая и журя за такое легкомысленное поведение, она могла промокнуть гораздо раньше, чем я рассчитывала, и тогда это уже опасно заболеванием.

- Мамочка, ну пожалуйста, последний разик! – этот взгляд я выдержать не могла, и последний разик становился совсем не последним.

Сзади нас медленно шагала Агата, опираясь на свою клюку. При каждом падении мили, она охала, а потом смеялась над тем, как отряхивается этот маленький снеговичок.

От дома до дороги дошли достаточно быстро, потом небольшой поворот и уже за ним должна быть видна развилка. Внутри меня всё сжалось от нетерпения, было ли наше видение правдой, или это был просто мираж? Вот уже и поворот, пушистая ель мешает, нужно пройти чуть дальше, ещё несколько шагов и…

Моему взору открылся вид на огороженный невысоким забором двухэтажный деревянный дом. Издали было видно, что в нем давно никто не живёт, но само строение выглядело крепким и достаточно осязаемым. С каждым шагом, приближающим меня к развилке, я с замиранием в душе молилась, чтобы это видение не исчезло, а потом раздался пронзительный крик дочери, которая наконец-то тоже увидела цель нашей прогулки.

- Это он, смотрите, точно он! Скорее, скорей, пока он снова не исчез!

Она побежала в направлении дома так быстро, что я невольно тоже ускорилась, а потом, вспомнив про Агату, обернулась. Старушка стояла на дороге, оперевшись обеими руками на клюку и удивлёнными глазами смотрела перед собой.

- Вам помочь? – обратилась я к ней.

- Иди дочку догоняй, смотри куда эта егоза ускакала. А за меня не волнуйся, доковыляю потихонечку.

Я не стала с ней спорить и ускорила шаг, чтобы быстрее добраться до Милинды, которая уже практически добежала до забора. Пару раз я поскользнулась, в спешке чуть не завалилась в сугроб, но, наконец, догнала проказницу.

Мы стояли рядом и смотрели перед собой. Забор был деревянным и чуть выше моей талии. Я взглядом прошлась по нему в разных направлениях и увидела калитку.

- Нам туда, - жестом указала я на неё Милли, и дочь, совершенно не боясь провалиться в сугроб, хохоча во весь голос, поползла туда, куда я её направила. – Милинда, вернись обратно!

Я звала её назад, а сама осторожными шагами протаптывала узкую дорожку к входу. Чтобы открыть дверь, мне пришлось сильно поднатужиться. Снег с той стороны пружинил и с трудом давал себя двигать. Наконец на входе образовалась щель, в которую бы мы все смогли пройти. Милинда, не смотря на мои окрики, первой ринулась к крыльцу. Я пошла по её следу, сейчас зайдём и посмотрим, возможно, там есть лопата, чтобы хоть немного расчистить дорожку для Агаты.

Я нащупала в кармане конверт и вытащила из него ключ. Сердце начало биться быстрее, дочь торопила, а Агата всё ещё стояла на дороге в том месте, где я её и оставила. Неужели ей плохо? Мелькнула быстрая мысль в голове, но увидев, как старушка сделала пару шагов, я успокоилась.

Ключ идеально подошёл к личине, а вот провернулся с трудом, видимо этого давно уже никто не делал. Я раскрыла дверь, и меня окатило волной тёплого воздуха, будто здесь кто-то жил и жёг дрова в камине.

- Есть кто дома, - на всякий случай крикнула.

- Мама, он же был запертый, значит, здесь никого нет, - сделала логичное заключение моя дочь.

- Но внутри тепло, зимой не может быть тепло в доме, где никто не живёт, - возразила я ей.

- Это же волшебный дом, мамочка! Я же тебе говорила, говорила!

Поражаясь смелости дочурки, я зашла в дверь за ней следом. Большой холл с горящим возле стены камином поразительно напомнил мне планировку нашего с Райдосом замка.

«Замок Райдоса, а не ваш», - тут же мысленно поправила я сама себя.

Милинда уже скинула с себя заснеженное пальто, я по привычке подняла его и, скользнув взглядом влево, увидела на привычном месте вешалку и щётку, очень похожую на ту, которой мы обычно стряхивали снег с одежды.

- Милли, иди сюда, я отряхну тебе сапожки, - позвала я её, а она уже стояла возле камина и грела свои озябшие пальчики.

Я тоже разделась и прошла вперёд. Ощущение от нахождения здесь было совсем неоднозначным. Вроде бы мы вошли в совершенно чужой дом, а оказались в нашем семейном замке. Заглядевшись на огонь и Милинду, стоящую рядом, мне показалось, что я краем глаза заметила какое-то движение. Резко обернувшись, я оторопело замерла. Рядом с камином стояли два больших кресла с тёмно-бардовой обивкой бархатом. Их только что здесь не было, откуда они взялись?

- Дочь, нам пора идти, - позвала я свою малышку, чувствуя, что если мы сейчас же не уйдём, то будет поздно.

- Куда, мамочка? Здесь так хорошо, давай побудем ещё немного.

- Нас ждёт Агата, нужно быть вежливыми и пригласить её в дом.

На самом деле, мне хотелось скорее покинуть это жилищу, которое непонятным образом подстраивалось под мои воспоминания и реализовывало их с поразительной точностью.

- Сходи сама, пожалуйста, я подожду вас здесь, - малышка уже стягивала с себя сапожки и устраивалась в уютном кресле, прикрыв ноги полосатым шерстяным пледом.

- Я не могу оставить тебя здесь одну, пойдём скорее, - попыталась я на неё надавить строгим голосом.

- Со мной ничего не случится, я буду здесь и никуда не уйду, - заверила она меня и мило улыбнулась.

- А тебе разве не страшно оставаться здесь одной?

Обычно Милли не любила быть дома одна, и всегда ходила за мной хвостиком, куда бы я не вышла, а тут в чужом месте спокойно решается побыть без никого?

- Нет, не страшно, мне здесь очень даже нравится, иди, мамочка, - беспечно ответила она мне, и я увидела в её руках тряпичную куклу в красивом розовом платье.

12. Чудеса

Бежать за дочерью или позвать Агату? Я стояла практически рядом с входной дверью, поэтому выбрала второе. Выглянув на улицу, я ожидала увидеть, как старушка хоть и медленно, но идёт к дому, или хотя бы стоит на дороге и смотрит на здание, но на улице внезапно поднялась метель, и дальше десяти метров ничего не было видно. Ни дороги, ни забора, я наблюдала лишь белые сугробы и вихри кружащего снега.

Я немного постояла на пороге, вглядываясь в снежную пургу, и закрыла дверь. Надеюсь, Агата пошла к себе домой. Внутри меня разрывала ужасная противоречивость: с одной стороны, я должна была бы помочь старушке, которая была так ко мне добра, с другой - оставить дочь в чужом доме одну я тоже не могла. На всякий случай я ещё раз раскрыла дверь пошире и изо всех сил крикнула: "Агата, вы здесь?"

Ответом было завывание ветра и ворох колких снежинок, тающих в тепле холла. Пусть я сто раз не права, но Милли мне важнее. С такими гнетущими мыслями я пошла наверх за дочерью, отмечая по дороге, что этот дом уже полностью подстроился под мои воспоминания, я будто попала обратно к Райдосу.

"Это только дом, Райдоса здесь нет, ты ушла от этого предателя, найти он тебя не сможет, во всяком случае сегодня точно", - мысленно убеждала я сама себя шагая по ступеням широкой лестницы.

На втором этаже голова привычно повернулась вправо и я увидела приоткрытую дверь нашей с мужем спальни. Неужели там будет тоже как дома?

Усилием воли я заставила себя повернуть налево и пойти в детскую. Дверь в неё была распахнута, а из комнаты доносился весёлый смех Милинды.

Заглянув внутрь, я увидела дочь сидящей на толстом ковре и играющей с огромным чёрным котом.

– Мама, посмотри какой он милый, он прибежал ко мне ласкаться, мурчал, а теперь играет.

– Он тебя не поцарапает? - незнакомый кот размером превышающим обычный в два раза, вызвал у меня беспокойство.

– Он очень хороший, погладь его, - позвала меня присоединиться к игре дочка.

Я осторожно присела рядом и протянула руку к животному, желая пригладить шерсть на его спине. Кот повернул ко мне голову и внимательно посмотрел жёлтыми, как янтарь глазами.

- Не бойся, я тебя не обижу, - говорила я коту, хотя этими словами скорее успокаивала саму себя. - Дай себя погладить.

Кот спрятался за спину дочери и недоверчиво оттуда выглядывал.

- Мама, он тебя боится, давай его покормим, он наверняка голодный.

Я согласно кивнула и посмотрела на дочь, которая пытается взять на руки это огромное животное.

- Милли, может просто пойдём вниз и позовём его, - предложила я, - похоже, он очень тяжёлый, чтобы нести его на руках.

Милинда согласилась, как пружинка резво вскочила с ковра и направилась в сторону кухни:

- Маркиз, Маркиз, кис-кис-кис, - звала она эту зверюгу, и он послушно последовал за ней.

Маркиз? У меня в голове промелькнуло, что именно это было написано на клочке бумаги, который лежал вместе с документом, картой и ключом от дома в конверте, который отдала мне бабуля. Неужели там было написано, как зовут кота? Сколько же тогда ему лет? Как Милли догадалась, что это его кличка?

Дочь уже давным давно была внизу, а я задумчиво шагала по ступеням. Сейчас мы придём на кухню и что? Там тоже будет привычный мебельный гарнитур и посуда. Может этот дом настолько умелый, что обеспечит нас и едой? А можно ли будет её есть? Вдруг она отравит нас?

От этой мысли меня будто кипятком окатило, мили уж наверняка на кухне, дома она уже свободно доставала с полок продукты и даже умела открывать дверцы уличного холодильного шкафа.

- Милинда, ничего не трогай, подожди меня, - уже бегом я пересекла холл и, минуя небольшой коридор, вбежала в кухню.

Мой ребёнок спокойно пил из своей любимой чашки молоко и улыбался.

- Смотри, как ему нравится, - указала она мне на пол, где чёрный кот, жмурясь от удовольствия, лакал из миски.

- Я же кричала тебе, чтобы ты ничего не трогала, вдруг молоко испорчено, - схватила я из рук Милинды чашку и принюхалась к белой жидкости.

- Мама, она вкусное, попробуй, Маркизу тоже очень нравится.

Я осторожно сделала глоток и вернула чашку дочери. На вкус это было свежайшее коровье молоко, без каких либо посторонних запахов и вкусов. На всякий случай я подошла к шкафу, в котором у нас хранились запасы, и уже совершенно не удивилась тому, что всё стояло на своих местах. Даже в хлебнице, под льняным полотенцем лежал свежеиспеченный хлеб. Неужели здесь есть прислуга?

В нашем доме, по коридору за кухней были комнаты кучера и по совместительству садовника, няни Милинды и кухарки. Чтобы проверить догадку, я вышла в коридор и пошла по нему в направлении дверей в комнаты слуг. Коридор был в точности, как дома, двери в комнаты тоже ничем не отличались, но вот открыть их я не могла. Я дёргала за ручки, упиралась изо всех сил, но все мои попытки были тщетны.

Вспомнив про большой кухонный нож, я решила попробовать вскрыть замки. Я подумала, что если мне удастся найти здесь ещё людей, то я смогу их расспросить про этот загадочный дом. Но ни большой нож, ни топорик для мяса не смогли мне помочь. Я возвращалась из крыла прислуги с твёрдым намерением взять у камина кочергу, и уж ей то у меня обязательно получится открыть эти двери.

Пока я шла в холл, вспомнила, что все ключи от комнат прислуги висят в шкафчике, в начале этого коридора, быстро бросив взгляд на то место, я заметила, как прямо на моих глазах материализуется небольшой деревянный ящик с дверкой из резной фанеры. Открыв его, я сгребла все ключи, что там были, и вернулась к дверям прислуги.

Подобрав подходящий ключ к первой двери, я повернула его в личине и, услышав характерный щелчок, потянула на себя дверное полотно. То что я за ним увидела, вообще не укладывалось в моей голове. За дверью была ровная стена с нарисованным на ней абстрактным рисунком. Отдалённо то, что было изображено на этой стене, напоминало вид комнаты, но все предметы были расплывчатыми, контуры неточными, цветы непонятными.

13. Возвращаться или остаться?

Агата сделала шаг внутрь дома и я увидела, как прямо на моих глазах, всё что наполняло холл состарилось и рассыпалось в пыль. Сейчас мы стояли в старом холодном и сыром холле с обветшалой от времени лестницей и затянутыми паутиной углами.

Этот контраст поразил не только меня. Милли, стоящая рядом испуганно прижалась ко мне, дрожа всем телом. Схватив со старой палки, которую мы приняли за вешалку, нашу с дочерью одежду, я поспешно одела малышку и себя, и все вместе мы покинули помещение.

На улице была замечательная погода: тихо, лёгкий морозец, сквозь толщу облаков пробивалось зимнее солнце, никаких намеков на метель. А ведь она была, я точно помнила, причём вьюжило так, что ничего вокруг не было видно. Неужели это тоже фокусы этого дома?

– Скажите, Агата, а пока вы стучали в дверь, какая была погода? Как сейчас? - решила я проверить свою догадку.

– Да, - не понимая зачем я это спрашиваю ответила мне старушка, - а что вы вообще там делали так долго? Не слышали моего стука?

– Да, стука мы точно не слышали, а вот что делали - это вопрос, - рассуждала я сама с собой, спускаясь с крыльца.

Дойдя до забора, я обернулась на дом и внимательно посмотрела на его фасад и окна. В какой-то момент мне показалось, что на меня оттуда кто-то смотрит, но я быстро справилась с чувством тревожности, убедила себя в том, что нам всё показалось и мы пошагали в сторону дома Агаты.

Милинда вела себя подозрительно тихо, она не болтала, не задавала своих вопросов, не лазила по сугробам, а тихо шла по дороге рядом со мной.

– Дорогая, с тобой всё в порядке? - обеспокоенно спросила я её.

Милли подняла на меня глаза и шепотом ответила:

– Мама, почему наш дом стал старым?

– Это был не наш дом, - просто сказала я, в глубине души сильно боясь, что она сейчас начнет меня расспрашивать на эту тему, требуя ответов, а у меня у самой не было ни одной догадки.

– Но там же была моя комната и все мои игрушки, неужели они тоже исчезли?

Милинда как могла сама в себе переваривала увиденное, наверное именно поэтому она вела себя так тихо. Я не знала как ей помочь, я не знала, что вообще здесь сказать, на выручку пришла Агата. Она шла чуть впереди и не слышала того о чем мы с Милли говорили.

– Сейчас придем с мороза будем пить чай с печеньем, - как ни в чём не бывало произнесла она.

Эта простая фраза будто бы вернула нас из мира фантазий, в котором мы только что побывали, обратно в зимний лес и дом доброй старушки, которая нас приютила.

– Печенье! - встрепенулись моя дочурка, - чур я ем звёздочки!

– Какая ты хитрая, - улыбнулась Агата, - а кто будет есть остальное?

Девочка видимо решила этот вопрос ещё на стадии вырезания фигурок, поэтому сейчас она быстро протараторила:

– Маме - сердечки, тебе - кружочки, а дяде Джефу - квадратики.

По довольному лицу ребёнка было видно, что она переключилась на "здесь и сейчас", и я с облегчением выдохнула. Пусть лучше печенье кушает, чем думает об этом странном доме, хотя мысли о нём лично у меня так и продолжали крутиться в голове, взвешивая возможность и опасность пребывания там.

Когда мы дошли до дома Агаты, увидели сани Джефа во дворе. Лошади уже были распряжены и заведены в конюшню, из которой нам навстречу шел этот мрачный широкоплечий мужчина.

"Он совсем не похож на Райдоса", - почему то подумала я, и тут же сама себя отругала за эти мысли, я обещала себе не вспоминать больше этого предателя, он не достоин, чтобы я о нем думала.

– У меня хорошая новость для вас, - подойдя ближе сказал Джеф.

– Какая? - поинтересовалась я, а моё сердце забилось чаще от необъяснимого предчувствия.

– Завтра во второй половине дня я еду по делам мимо той гостиницы, в которой вас подобрал. Смогу вас туда отвезти, вы же об этом меня просили?

Я предполагала, что он поедет в ту сторону, но не думала, что так скоро. Я прекрасно помнила, что просила отвезти нас в гостиницу, но также я знала, что та гостиница это путь назад, к мужу-изменнику, в общество, где мне неслабо перемоют косточки, узнав о нашей с Райдосом истории. Муж вернёт меня обратно в свой замок и больше никуда не отпустит, а в то, что он исправится и будет примерным семьянином, мне уже не поверить.

– Да, очень хорошо, большое вам спасибо, - я попыталась изобразить на лице радость, но получалось слабо.

– Что, уже передумали? – догадался он о моих сомнениях.

– Нет! Почему вы так решили?

– Посмотрите на себя в зеркало и сами догадаетесь, - усмехнулся Джеф. - Если вы не собираетесь строить дом на развилке, то вам лучше вернуться, вы же не надеятесь на наше вечное гостеприимство?

От его слов меня кинуло в жар, и щеки загорелись румянцем. Конечно же нет, я не собиралась здесь долго задерживаться, совершенно не обязательно было об этом напоминать. Укол гордости заставил меня ответить более агрессивно, чем этого требовала ситуация.

– Мы не будем обременять вас своим присутствием, мистер Джеф, и конечно же покинем ваше гостеприимное жилище, - с этими словами я отвернулась от него и поспешила догонять Милинду с Агатой, которые уже входили в дом.

– Прекрасно! - в тон мне ответил он и тоже зашагал к дому.

Когда мы с ним зашли в холл, Агата и Милинда уже успели раздеться и помыть руки. Малышка скакала передо мной, держа в руках испечённую звезду и поочередно откусывая от неё лучики.

– Мама, оно такое вкусное, я уже всё разделила, пойдёмте скорее, бабушка Агата чайник поставила.

Я улыбнулась дочери, погладила её по голове, и торопливо разделась, стараясь не смотреть на Джефа. Конечно он ни в чем не виноват, он не выгнал нас на мороз, любезно согласился приютить, а теперь предлагает то, о чем я сама его недавно просила. Не стоило отвечать так резко. Чувствуя за собой вину я краем глаза наблюдала, как этот здоровяк скидывает с плечей теплый тулуп на волчьем меху и вынимает ноги из высоких сапог. Он сунул ступни в домашние туфли и пошагал куда ему было нужно, даже не обернувшись на меня.

14. Решение принято

– А почему дядя Джеф не пришёл на чай? - расстроенно спросила Милинда.

– Он не любит печенье и к тому же наверняка устал с дороги, - терпеливо ответила девочке Агата. - Фиона, а ты чего сидишь, как не живая?

– Мама живая, живая! - тут же запрыгнула ко мне на колени Милли и крепко обняла за шею.

– Тише, егоза, у меня чай горячий, - ласково обняла я её в ответ и отодвинулась от стола. - Всё в порядке, - ответила я уже старушке и попыталась улыбнулся, но выходило не весело.

– Шла бы ты отдохнула, а то на тебе лица нет, - с нажимом в голосе сказала мне хозяйка дома. - О дочери не беспокойся, Милли мне здесь поможет, пока тебя нет, мы с ней весело проведем время, правда, малышка?

– Да-да-да, - весело захлопала в ладоши моя дочурка, видимо уже попавшая под мудрое обаяние этой старой женщины.

– Мне не очень удобно вас обременять заботой о Милинде, - извиняющимся тоном проговорила я, на что получила всепрощающий взмах руки и бесконечно добрую улыбку.

– Ну какое "обременять"? Я в этой глуши людей вижу раз в год по обещанию, а тут такая славная девочка, - Агата ласково пригладила кудри малышки. - Иди, мне в радость, а тебе силы нужно сохранять, даже не спорь.

Спорить мне и не хотелось, не смотря на то, что время только приближалось к полудню, я чувствовала себя полностью измотанной. Имбирное печенье аппетитно щекотало своим ароматом нос, но при попадании на язык вызывало дикую тошноту. В прошлую беременность у меня такого не было, может из-за того, что теперь я жду сына.

Я встала и, благодарно кивнув старушке, пошла в сторону нашей временной спальни. "Нужно срочно брать себя в руки, становиться сильной, у меня дочь и под сердцем сын, я не могу быть нюней", - убеждала я сама себя, выходя из кухни и пересекая холл, за которым начинался небольшой коридор со спальнями.

Но одно дело думать, и совсем другое делать. Открывая дверь в четвертую комнату, я уже не могла сдерживать слёз и, упав ничком на кровать, зарыдала, уткнувшись лицом в подушку.

Ещё три дня назад я и подумать не могла, что со мной такое может случиться. У меня был дом, муж, дочь и отличная новость о сыне, с которой я на крыльях счастья мчалась к Райдосу. Что у меня есть сейчас?

Почему-то вспомнилась Берта, моя давняя знакомая, которая на последней нашей встрече с пеной у рта доказывала мне, что интрижки на стороне ничего не значат, главное лад внутри семьи, нельзя думать только о своих чувствах и эмоциях, нужно себя перебарывать, улыбаться и заставлять жить дальше.

Эта пылкая речь женщины с тремя детьми погодками, тогда меня позабавила, ведь не смотря на слова, которые она произносила, в глазах её было выражение смертельной тоски и обречённости. Я тогда попыталась с ней поспорить, чтобы доказать, что она тоже достойна счастья, но быстро поняла, что мои слова не пробиваются через толстую стену её мнимой защиты.

Своими словами она не убеждала нас, сидящих вокруг неё за столом на очередном воскресном чаепитии. Она убеждала сама себя в правильности своего выбора. Но такой выбор, как у неё меня не устраивал. Я не хотела делить своего мужа с другой женщиной. От одной мысли, что у Райдоса может быть кто-то на стороне, меня воротило. А потом я увидела это собственными глазами. До сих пор при воспоминании об этом моменте меня бьёт дрожь и силы покидают тело. Я была не готова к этому предательству, совсем не готова.

Наверное мне было бы проще это принять, если бы были какие-то подозрения, может странные находки, хотя бы женский волос на комзоле мужа, после его возвращения со службы. Но ничего такого не было. Райдос любил меня, баловал, проводил в семье много времени, когда он успел найти мне замену? Почему я этого не почувствовала?

Да, у нас были сложности с зачатием, после Милинды у меня никак не получалось забеременеть, но лекарь подтвердил, что я здорова, он сказал мужу в глаза, что ребенок будет, нужно просто подождать. Но видимо Райдосу было проще другое. Предатель!

Выплакав немало слёз в подушку, я перевернулась на спину и тупо уставилась в потолок. Нет, я не буду поступать как Берта, я не буду искать причины и оправдания мужской похоти, я буду строить свою жизнь вдали от этого дракона.

Пусть мне будет сложно, пусть многому придется учиться впервые, но возвращаться в замок Райдоса я не хочу, точка. Мы с Милли вернёмся в дом на развилке, ведь там же не случилось ровным счётом ничего страшного. Я привыкну к чудесам этого дома, возможно у меня получится даже его переделать под себя, а не под свои воспоминания о прошлой жизни. Бабушка вряд ли дала бы мне ключ, от ловушки. Я помню её слова, о том, что жизнь с драконом не сахар. Она будто предупреждала меня о возможном исходе, но тогда я была счастливой, влюбленной и беззаботной. Сейчас я другая, и мне очень нужен этот дом.

В комнату тихо приоткрылась дверь, и Агата, извиняющимся тоном спросила:

– Фиона, твоя малышка по тебе очень соскучилась, надеюсь ты успела отдохнуть?

– Да, конечно, спасибо вам большое, - проговорила я и села на кровати, раскрыв объятия для дочери.

Как хорошо, что они пришли сейчас, а не десятью минутами ранее. О моих слезах говорила лишь небольшая припухлость век, которую можно было списать на сон. Милли обняла меня и затараторила, пересказывая всё чем они с бабушкой Агатой успели позаниматься в моё отсутствие. Старушка прикрыла дверь с той стороны, и я расслабилась, не нужно ничего объяснять, но тут же получила удар в виде вопроса от дочери:

– Мамочка, а когда уже за нами приедет папа?

Я знала, что это произойдет, я даже пыталась заранее приготовить подходящий ответ на этот вопрос, что-то в стиле "наш папа теперь будет жить не с нами" или "случилась беда, и мы больше не можем жить с папой". Но вместо чего-то похожего на эти фразы, из моего рта самопроизвольно вырвалось:

– Скоро, дочка, нужно немножко подождать, и он обязательно приедет.

– Хорошо, мамочка, - такой ответ Милли полностью устроил и не вызвал массу дополнительных вопросов, хотя я теперь чувствовала себя настоящей обманщицей.

15. Срок вышел

Ближе к вечеру я ощутила сильное жжение на левом предплечье, где была аккуратная метка рода Хилтонов. В это время мы с дочерью играли в её любимые карточки в нашей временной спальне в доме Агаты и Джефа. Попросив малышку подождать меня минуточку, я скрылась в уборной и закатала рукав, фамильный герб мужа переливался огнём. Какой сегодня день? Я отмотала назад произошедшие с нами за последние дни события и с ужасом поняла, что именно сегодня истекает срок, данный мне Райдосом на то, чтобы успокоиться.

Если я не вернулась в его замок, значит он сам отправиться за мной к матери, а раз метка горит, значит он меня уже ищет. Страх сковал тело, а в голове с бешеной скоростью метались мысли о том, что же мне делать. Оставаться здесь, в доме Агаты и Джефа, означало навлечь на безвинных людей гнев разъяренного дракона. В том, что Райдос обернётся в зверя, чтобы найти меня, сомнений не было. Нужно бежать в дом на развилке, если ему суждено меня найти, то пусть это будет там. Надеюсь в доме будет так же тепло и уютно, как сегодня днём, когда мы с Милли находились внутри.

Спешно выскочив из уборной, я быстро собрала ребёнка и наши вещи. Милинда непонимающе вертела головой, а я как могла успокаивала её, обещая, что мы уже скоро будем дома. Дочь мне верила, а Агата с обеспокоенным видом, укутавшись в пуховую шаль, проводила нас до ворот и отдала фонарь, чтобы мы не заблудились, хотя идти было совсем близко.

- Милая, ну куда же ты в ночь? – бормотала старушка. – Дождитесь утра, а там по светлому и пойдёте, - заглядывала она мне в глаза.

Но увидев в моём взгляде метающиеся всполохи страха, осеклась.

- Пожалуйста, если он явится к вам, не рассказывайте о нас, прошу, - прошептала я старушке на ухо, обнимая её на прощание.

- Хорошо, - ответила Агата, - об этом не беспокойся, Джефа тоже предупрежу.

Её понимающий взгляд, добрая полуулыбка, и вот мы уже с Милли идём по дороге к развилке. Агата дала нам не только фонарь, но ещё и небольшие санки, куда я погрузила все свои сумки, которые взяла с собой в дорогу. На улице был лёгкий морозец, с чёрного неба летели маленькие белые снежинки.

Сейчас я молила небеса о том, чтобы они послали на землю метель. Закружить, засыпать все следы, чтобы и намёка не было на то, что мы шли по этой дороге.

- Мама, мама, смотри кто здесь! – я отвлеклась на восторженный крик моей дочурки и увидела, что посреди дороги сидит наш недавний знакомый – огромный чёрный кот Маркиз. – Мама, он, похоже, нас ждёт, - обернулась ко мне девочка с широкой улыбкой на лице.

Действительно, кот именно ждал, и когда мы приблизились к нему, обошёл несколько раз вокруг нас, потершись о ноги и потрусил вперёд, даже не дав себя погладить.

– Ну что ж, пойдем за ним? - подмигнул а я дочери, и Милинда с радостью побежала догонять пушистика.

Я шла сзади, и наблюдала за тем, как этот здоровяк мягко ступает своими лапками по рыхлому снегу, успевшему припорошить дорогу. Но опустив фонарь ниже к земле я не увидела следов от кошачьих лап, более того, следов от сапожек Милли тоже не было.

Ошарашенная догадкой, я обошла сани и посветила сзади них, ни намёка на следы полозьев, чудеса.

– Мама, не отставай, - звала меня Милинда, и я поспешила вперёд.

Мы практически дошли до развилки, и я уже видела дом с обветшалыми стенами. "Только бы он снова подстроился под мои воспоминания, только бы произошло это волшебство", - проговаривала я про себя своё желание. Вот наконец крыльцо, дверь, щелчок ключа в личине и быстрая черная тень, нырнувшая в дверной проем.

Увидев на полу знакомый орнамент ковра, а над дверью драпировку гардин, я с облегчением выдохнула. Внутри было тепло и горели масляные лампы.

Обернувшись назад, я собралась идти вниз по ступеням за сумками с вещами, но те чудесным образом уже стояли возле двери, а саней, которые нам дала Агата, вообще не было видно. Недоуменно пожав плечами, я переставила сумки с порога в дом и заперла дверь изнутри ключом. Замок щёлкнул два раза, на каждый из которых раздалось звучное кошачье "мяу".

– Колдуешь? - с улыбкой задала я вопрос коту и увидела, как он мне подмигивает одним глазом. - Спасибо.

– Мама, ты что, с Маркизом разговариваешь? - на полном серьезе задала мне вопрос Милинда.

– А почему бы и нет? - помогла я дочери расстегнуть пуговицы на пальто.

– И ты думаешь он понимает? - склонила она голову на бок, внимательно уставившись на кота.

– А ты сама попробуй и поймёшь! - предложила я ей, и дочка, с присущей ей детской наивностью, начала свой допрос с пристрастием.

Кот с интересом смотрел на сидящую перед ним на корточках девочку и сыпавшую на него вопросы один за другим. Потом ему это видимо надоело и он принялся методично вылизывать свою шёрстку на животе и лапках.

– Он не отвечает, - надув обиженно губки, встала Милинда.

– А ты попробуй предложить ему молока? Мне кажется ему очень в прошлый раз понравилось.

Милли не стала долго взвешивать моё предложение, а сразу же позвала Маркиза в кухню.

– Кис-кис-кис, пойдем я тебя накормлю, - дочка с трущимися у её ног котом побежала за молоком, а я, оставшись одна в холле, снова закатала рукав платья.

Метка на предплечье уже не просто горела, кожа вокруг покраснела и саднила. Похоже Райдос уже побывал у моей мамы, сейчас он включил свой магический поиск. Только бы этот волшебный дом не выдал нас ему, меньше всего мне сейчас хотелось выяснять отношения со своим мужем.

Я подошла к окну и осторожно отодвинула занавеску, выглянув на улицу. За окном была такая пурга, что рассмотреть в небе летящего дракона, тем более чёрного цвета, было совершено не возможно.

В задумчивости я пошла посмотреть, что там делается на кухне. Милли сидела на полу и со счастливыми глазами гладила Маркиза.

– Он мне сказал, что всё будет хорошо, - похвастала мне девочка.

– Неужели? - теперь удивилась я, с интересом глядя то на дочь, то на кота.

– Погладь его, тогда услышишь, - с уверенностью закивал Милинда.

16. Подарки

(от лица Райдоса)

"Я всё делаю правильно!" - уже который день убеждал я сам себя в верной стратегии, но всё внутри переворачивалось с ног на голову и хотелось лететь за ними прямо сейчас.

"Фионе надо остыть, я наговорил ей гадостей, она сейчас не подпустит меня и близко для нормального разговора. Ничего, я подожду, за три дня она успокоится, Милинда соскучится по папе, да и родители жены явно не одобрят поспешный разрыв. Всё будет хорошо".

Эти три дня тянулись для меня, как самое долгое и скучное заседание во дворце Императора, когда невозможно слушать всё то, что вещают умудрённые жизнью, хочется быстрее покинуть зал, но сделать этого никак нельзя. Вот и сейчас я уже в который раз изо всех сил сдерживаю себя, чтобы не сорваться и не полететь за ней в Лавлибуд. Интересно, чем они сейчас заняты? Дочь очень хотела в город на предновогодние развлечения, на главной площади вечно масса весёлых аттракционов и клоунов.

Я как обычно не поехал, дурная натура чёрного дракона, обожающая отшельничество и тихую жизнь вдалеке от людей, сейчас сыграла со мной злую шутку. Я же не знал, что мимо будет проезжать эта рыжая стерва, откуда она вообще появилась на нашей дороге, неужели специально выслеживала? И ведь как подобралась, лошадь у неё захромала, помогите, пустите на порог, а то на морозе замёрзну, а ехать далеко. Гадина, я и заметить не успел, как выболтал ей про всю нашу жизнь, а она всё цокала языком и наставительно вещала, что дракону негоже без наследника.

Я вначале настороже был, мало ли, что за рыжая ведьма в лесу объявилась, а потом резко поплыл, будто она меня чем-то околдовала. А уж когда Фиона домой вернулась, то вообще не понимаю, что за пурга летела у меня изо рта. Говорил совсем не то, что хотел, очнулся лишь, когда Фио уехала, и то не сразу после этого.

Нет, она меня быстро не простит, надо думать. А с другой стороны, почему ей меня нужно прощать, если бы мне наговорили столько гадостей, я бы точно убил, разорвал бы на куски, сжёг чёрным пламенем и пепла бы не осталось.

Что теперь делать?

"Жди, Райдос, жди! Твоя любимая истинная мудрая женщина, она не сможет перечеркнуть семь лет брака. Фиона добрая, она сейчас позлится и успокоится, я её верну, обязательно верну!"

Я стоял возле окна и смотрел на дикий пляс снежинок, падающих с неба, хорошо им, можно ни о чём не думать, а я за эти дни уже плешь себе проел от обдумывания, как бы правильно начать примирительный разговор. И ведь так и не придумал. Если приказным тоном, то она со мной и разговаривать не станет, мямлить я не умею, а на спокойную речь у меня точно не хватит сил.

Ладно, буду действовать по обстоятельствам. Как долго тянется время, ещё как минимум три часа, да когда же уже этот вечер начнётся? Лететь раньше точно не стоит, я своё слово держу, и она об этом знает, значит нужно потерпеть ещё. А может за подарками? Вдруг осенила меня идея. Приду к её родителям с ворохом коробок и сладостей, тогда меня точно не выгонят, Селена и Фрэд во мне души не чаят, они то свою дочь и удержат от опрометчивого решения. И Милли, для Милли нужно купить самую красивую куклу, а лучше две, скоро новый год, пусть мой подарок порадует ребёнка, глаза дочери загорятся при виде сказочных нарядов на фарфоровых модницах, и Фиона точно не сможет отказаться от возвращения в замок. А там я её постепенно уболтаю.

Воодушевлённый своей идеей, я мигом собрался и обратившись в зверя полетел в Лавлибуд. На главной площади города был разгар веселья, только бы не встретить их здесь раньше времени. Я обошел все самые лучшие магазины, накупил подарков всем, два больших пакета с рождественскими сладостями, я не дам им и шанса выставить меня за дверь. Они не смогут отказать ребёнку в такой радости, а в том, что Милинда будет на моей стороне, я даже не сомневался.

"Всё, Фиона, я иду!" - мысленно настроил я себя, нашёл свободную упряжку, чтобы не тащиться до дома тестей пешком, погрузил ворох подарков на сидение и назвал адрес кучеру. Внутри от нетерпения и предвкушения восторженной реакции на моё появление всё сжималось. Сейчас я порадую своих девочек, и пусть я этим не заглажу свою вину полностью, но хотя бы подслащу горечь обиды. А дальше я уже буду вымаливать у неё прощение так, что она просто не сможет мне отказать. Да и как тут отказываться? Не останется же она жить у матери? А больше идти ей некуда, да и делать она ничего не умеет, только по чаепитиям с подругами ходить, да домом заниматься. Вернётся как миленькая.

Упряжка быстро домчала меня до небольшого украшенного рождественскими гирляндами из хвои дома Смоллов. Я расплатился с извозчиком, собрал в кучу коробки, сладости и по скрипучему снегу с широкой улыбкой на лице пошёл к входной двери.

На звонок первой вышла Селена и ахнула от неожиданности.

- Не успели уехать, как снова вернулись, но уже с подарками, - на её лице играла восторженная улыбка. - А где Фио с Милиндой? Неужели остались в замке.

Я непонимающе смотрел на свою тёщу и, видя моё выражение лица, её улыбка съехала на бок.

- Где Фиона? - в моём голосе зазвенели стальные нотки от нехорошего предчувствия.

- О, Райдос, сколько лет, сколько зим? Выбрался поздравить нас с праздником? Совсем на тебя не похоже, - Фрэд шёл ко мне с протянутой для рукопожатия рукой, а я, присев на корточки аккуратно ставил ворох подарков прямо на пол.

- Где Фиона? - ещё раз повторил я свой вопрос и почувствовал, как мои ноздри бешено раздуваются, гоняя воздух быстрыми толчками.

- Уехала домой, - на глазах Селены был испуг, а лицо Фрэда выражало полное непонимание.

- Когда? - рявкнул я так громко, что мать Фионы инстинктивно прикрыла уши ладонями, чтобы не оглохнуть.

- Позавчера, в первой половине дня, сразу после кукольного театра, на который она водила Милинду, - ответила Селена.

- Куда она могла поехать? - в глазах зажглись языки пламени и ярость накрыла меня колпаком, не оставив малейшего шанса выбраться из этого состояния. - Куда она могла поехать? Бабушки, дедушки, лучшие подруги, дальние родственники?

17. Я их найду

(от лица Райдоса)

- Куда она могла поехать? – повторил я свой вопрос и увидел, как лицо Селены начинает бледнеть и она отступает назад.

Фрэд подхватил женщину и усадил на диван.

- Она что, не приезжала домой? – Фрэд смотрел мне прямо в глаза, и я молча кивнул.

- Мои девочки, - бледными губами прошептала Селена, - боже, неужели случилось что-то страшное? Райдос, ты должен срочно найти их, давай же, ищи, чего ты стоишь как истукан?

«Похоже, они ничего не знают о нашем инциденте?» - поразила меня мгновенная догадка. Неужели Фиона им не рассказала, и просто укатила в неизвестном направлении, оставив родителей в неведении?

- Вот я и спрашиваю, где их можно искать, - сбавил я обороты, пытаясь выяснить нужную информацию. - Дома они не появлялись.

- Значит, уже два дня они неизвестно где? Они собирались домой, у Фионы для тебя была важная новость, я не думаю, что они бы могли передумать и поехать в другое место. Райдос, их наверное украли? Точно, бандиты, или ещё хуже, какие-нибудь заезжие маги самоучки. О, мои милые девочки, что же делать? Нужно срочно подавать в розыск! Я этого не выдержу, Фрэд, помоги мне!

Женщина снова была усажена на диван, Фрэд хлопотал возле неё с водой и успокоительными каплями, в промежутках кидая на меня злобные взгляды. Во мне боролись две стороны: одна требовала, чтобы я успокоил родителей Фионы и рассказал им правду, вторая наоборот радовалась возможности скрыть от них произошедшее. Решив сначала остановиться на втором варианте, я с горячим рвением пообещал Селене и Фрэду, что сам найду их дочь и внучку, без розыска, и, получив одобряющие пожелания от тестей, вышел на улицу.

Вот, зараза! Куда же ты могла поехать? Прикинув, что прошло уже почти двое суток, найти их становилось сложнее. Надеюсь, у неё хватит мозгов, чтобы не натворить глупостей.

Взмыв в небо в обличье чёрного зверя с длинным телом и огромными крыльями, я хорошенько принюхался. Придётся поднапрячься и вспомнить первородные методы поиска истинной, когда я последний раз напрягался, чтобы почуять её метку? Когда мы ещё были не обручены? Да, давно это было. Облетать сейчас город в поисках следа было бессмысленным, я поднялся повыше и сосредоточился. Слабое шевеление внутри и тонкий лучик связи. Есть контакт.

Хорошо, что она не догадалась от меня спрятаться, наверняка забыла, о такой моей способности. Я начал плавно опускаться ниже, сосредотачиваясь на направлении, откуда светила метка моей истинной. Судя по сигналу, они успели уехать далеко от города. Ничего, главное, что я её чувствую, а если так, то найду быстро.

Луч связи вёл меня в странном направлении. Фиона не выбрала соседний город, куда она часто выезжала на свои благотворительные встречи, она спряталась в гуще леса. Вот дурёха, а ведь с ней ещё Милинда, о чём она думала? Я подлетал всё ближе, острее ощущая её запах, и вдруг нашу связь будто обрубили. Что это? Только что я вдыхал её, и раз, одномоментно перестал её чувствовать.

Внизу, недалеко от места обрыва сигнала сквозь чащу леса вела дорога. Она явно где-то рядом. Опускаясь ниже, я заметил в темноте горящие окна небольшого двухэтажного дома, это была гостиница, так вот где ты от меня скрываешься. Приняв человеческий образ, я решительным шагом пошёл к входной двери этого пристанища. На лице играла торжествующая улыбка. Толкнув дверь с висящим над ней колокольчиком, я вошёл в теплый холл и подошёл к стойке.

На меня приветливо смотрела уже немолодая женщина, видимо хозяйка:

- Господин желает номер? – задала она стандартный вопрос для посетителя.

- Я ищу женщину с ребёнком, она остановилась у вас, - я выжидающе смотрел, готовый получить номер комнаты и ринуться туда, чтобы объяснить своей женщине, что убегать из дома было не самым лучшим решением.

- Да, были здесь такие, малышка, просто загляденье, а вы им кто? – улыбнулась хозяйка.

- Муж и отец, так они здесь?

- Нет, уехали, вчера ещё.

- Куда? С кем? – во мне начинала закипать злоба, рано радовался, похоже, придётся ещё поискать моих беглянок.

- А почему вы спрашиваете? Неужели не в курсе, куда направлялись ваша жена с дочерью? Вы точно муж? – подозрительно посмотрела на меня женщина из-за стойки.

- Я муж, - с силой ударил я кулаком по деревянной столешнице стойки. – И ищу их, потому, что моя жена решила от меня сбежать, не думая о возможных последствиях, ещё и ребёнка прихватила. Не вынуждайте меня применять силу, куда они направились?

- Она искала упряжку до развилки, это по направлению в Утрич, не далеко отсюда. Один господин согласился их подвести, - нехотя ответила мне хозяйка гостиницы.

- Что за господин? – продолжал я свой допрос.

- Я не знаю его имени, я сказала тебе всё что знала, едьте на развилку, наверняка найдёте там своих беглецов, - ответила она.

- Я вернусь, если ты мне соврала, - предупредил я женщину, ещё раз выразительно посмотрел на неё и, громко хлопнув дверью, вышел на улицу. Что она там сказала? Развилка по направлению в Утрич? Хорошо, значит туда.

Снова выпустив крылья, я полетел искать Фиону и Милинду.

Развилку я нашёл быстро, но летая над ней я никак не мог понять, что они здесь могли забыть? Здесь было совершено пусто, разве только небольшой заборчик, напоминавший о том, что ранее в этом месте явно стоял дом. Я несколько раз медленно пролетел туда сюда над дорогой, изо всех сил взывая к её истинности. Может всё же откликнется? Почему я недавно её чувствовал, и вдруг она пропала. Не дай бог, случилось ужасное.

Пролетев над второй дорогой, уходящей от развилки не в Утрич, а в другом направлении. Я увидел жилой дом. "Похоже мне туда", - подумал я и начал снижаться.

Крепкий дом огороженный кованым забором. Я приземлился на небольшой площадке возле крыльца, создав крыльями вихрь из лёгкого снега, припорошившего землю, и обратившись в человека, направился к дверям.

Дом был одноэтажный, в некоторых окнах горел свет, быть может они здесь? Стоя на крыльце, я громко стучал в дубовую дверь.

18. Ведьма

(от лица Райдоса)

– Полно колотить, дверь сломаешь, - передо мной на крыльце стояла древняя сморщенная старуха и смотрела на меня выцветшим от времени глазами.

– Я ищу молодую женщину и девочку пяти лет! - прогремел я погромче, чтобы у неё точно не было шанса не расслышать мои слова.

– Ну и ищи, мне то что? - старуха равнодушно посмотрела и начала закрывать дверь.

– Стой! - я поставил в дверной проём ногу, чтобы она не смогла от меня скрыться раньше времени. - Они ехали на развилку, я там был, но их не нашёл. Может ты их видела?

– Может и видела, - проскрипела эта старая женщина равнодушным тоном, - убери свою ногу, иначе защемлю.

Поведение старухи начинало меня злить, похоже она не понимает с кем связалась. Я хотел по хорошему выяснить нужную мне информацию, а она надо мной издевается.

– Ты можешь ответить нормально? - рявкнул я и выпустил на свет свою чёрную как уголь чешую и когти. - Если видела, то скажи где и когда? - схватился я за дверную ручку, драконьей лапой, ощущая, что ногу неслабо сдавило.

– А как спрашиваешь, так и отвечаю, - она вообще не обратила внимания на мои обращения, и мне показалось, что её губы скривились в брезгливой ухмылке. - Манерам то поди с детства не научили, так и живёшь всю жизнь рассчитывая на громкий голос и силу? Только силой природа не только тебя наделила, некоторым ещё и мозгов нормально отмерила.

Старческое лицо озарилось хитрым испытывающим прищуром.

– Ведьма? - от догадки о сущности этой старухи у меня похолодело внутри.

Если Фиона с Милиндой попались ей в руки, то их не то чтобы найти, их спасать нужно.

– Кому ведьма, а кому бабушка Агата, - загадочно продолжала старуха, ослабив хватку и не пытаясь больше скрыться за дверью. - А ты похоже тот самый чёрный дракон?

– Так они здесь? - я рванул дверь на себя изо всех сил, желая поскорее попасть в дом и вызволить своих девочек из лап этой старой карги, но видимо ведьма была слишком сильна. - Отпусти их, тварь, - закричал я дёргая неподвижную, будто прибитую гвоздями дверь.

– А я никого здесь не держу, - сухо засмеялась она. - Хочешь проверить? Попроси.

Она меня явно испытывала, в глазах насмешка, и без того невидимые губы растянуты в тонкую нить, сухая рука с обтянутыми старческой кожей костяшками спокойно опирается на косяк.

Силой её точно не взять, если хочу чего-то добиться, придется играть по её правилам. Успокоив в себе бушующую ярость, я максимально спокойным голосом спросил ещё раз:

– Где мои жена и дочь? Что ты с ними сделала?

– Жена твоя, похоже, сбежала от тебя, ну а дочь, как и положено детям, рядом с матерью. Только я с ними ничего не делала, зря винишь, они чистые души, а вот ты лакомый кусочек, грехом свежим за версту несёт.

В какой-то момент мне показалось, что в глазах лесной ведьмы ярко вспыхнуло пламя, но тут же погасло. На меня снова смотрели белёсые глаза старухи.

– Хорошо, говори, что ты хочешь за информацию?

Я не был уверен, что торг уместен, но попробовать стоило.

– Того чего бы я хотела, тебе в жизни не достать. Но чисто из уважения к вашей чешуйчатой расе, скажу: жена твоя и дочь живы и здоровы, и находятся они там, где ты их искал. Только "искать" и "найти" вещи не всегда из одной истории. Будешь правильно искать - найдёшь, а если ошибёшься, можешь и вовек их не встретить. Делай выводы.

На секунды у меня в глазах потемнело и голова закружилась, я сделал шаг назад, чтобы не упасть, а когда темная пелена развеялась, увидел перед собой запертую дверь. Стучать снова не было смысла. Старуха меня отшила, одарив предварительно ясными только ей намёками.

Ненавижу этих ведьм. Магия у них липкая, аж бесит. Окутают своим туманом незаметно, а потом как выстрелят, аж в глазах темнеет. Но эта старуха явно знает про Фиону и Милли, а может даже и общалась с ними. Что она там говорила? Искать правильно? Эти дурные загадки. Как правильно?

Выпустив крылья, я перемахнул через забор и подлетел к развилке. Зима, всё кругом сугробами занесено, где мне их здесь искать? А ведь она намекала именно на это место.

Я походил по пустынной дороге туда-сюда, вглядываясь в темноту позднего вечера. С неба валил снег, луны за тучами было не видно, но снежная белизна позволяла хорошо видеть местность до самого леса. Я шагнул в сугроб и с трудом пробрался по рыхлому снегу да заборчика, который явно раньше что-то огораживал. Древесина старая, но ещё крепкая. Проследив по нему взглядом вправо, я увидел калитку.

- Не думаю, что если я в неё зайду, что-то тут появится, - грустно усмехнулся я, и громко крикнул, - Фиона, я знаю, что ты здесь, выходи немедленно!

На какой-то момент я уловил отклик с её метки, но тут же снова потерял. Неужели она действительно здесь?

- Фиона, если ты не желаешь разговаривать со мной, то подумай хоть о своих родителях, они сейчас переживают не лучшее время, обеспокоенные твоим побегом, - я кричал так громко, что с ближайших деревьев сорвалась стая ворон и улетела прочь, каркая проклятия в мою сторону. - Фиона, тебе от меня не спрятаться, я тебя чувствую, выходи!

Снова слабый отклик и тишина. А вдруг она в беде? Старая ведьма сказала, что они живы и здоровы, почему я ей поверил? Она могла меня обмануть, как и эта рыжая стерва, из-за которой я теперь пожинаю плоды своей слабости. Где эта чёртова инквизиция, почему не работает? Всех ведьм на костёр и жить бы стало гораздо легче.

Я пролез по сугробу до калитки и увидел почтовый ящик с выгравированном на нём адресом: "Тёрнвиль, развилка на Утрич". Дернув за деревянные рейки, я понял, что огромный слой снега не даст мне сдвинуть её ни на дюйм. Злой и промокший я вылез из сугроба на дорогу.

- Твоя взяла, хочешь прятаться - прячься! Как надоест, сама приползёшь, - последний раз крикнул я в пустоту и ещё недолго постояв, полетел в город.

Мне нужно успокоиться. Привести мысли в порядок. Согреться наконец. Все эти полёты и лазания по сугробам в мороз сильно меня измотали. Но для начала я решил заглянуть к Смоллам и рассказать о результатах поиска их дочери.

19. Фиона беременна?

( от лица Райдоса)

– Ты нашёл их? Где они? - накинулась на меня с порога мать Фионы и, увидев, что я вхожу в дом один, охнула и опустилась на диван, - о, нет, мои девочки...

– Как ты искал? - отведя меня немного в сторону, серьезным тоном спросил Фрэд.

– У нас связь, вы же знаете, - ответил я, - по ней и искал.

– И что? Ты её не чувствуешь? Что это значит?

– Я её чувствовал до определенного времени, а потом связь оборвалась, это значит, что идёт блокировка.

– Ты думаешь их поймали и насильно удерживают? Блокировка - это магическое воздействие? Я правильно понял?

Отец Фионы не был драконом, но из-за того, кем был его зять он был в курсе многих вопросов и постоянно старался вникнуть в эту тему ещё глубже.

– Что-то препятствует, обрывает нашу связь. Я пролетел по следу, звал их и даже пару раз почувствовал слабый отклик, но потом снова тишина, - рассказывал я тестю всё как было.

– Где ты их потерял?

– Развилка на Утрич, там пустой огороженный участок, а на заборе написано Тёрнвилль.

– Что ты сказал? Повтори это название. Селена ты слышала? - Фрэд позвал жену и я ещё раз повторил им обоим название, прочитанное мной на почтовом ящике.

– Райдос, ты обидел нашу дочь? - тихим голосом, наполненным болью разочарования задала мне вопрос Селена.

– С чего вы взяли? - в мои планы не входило посвящать родителей жены в нашу с Фионой личную жизнь.

– Потому что просто так она бы никогда туда не поехала. Она ехала к тебе полная счастья, вернулась к нам расстроенная и сказала, что не застала тебя дома. А потом, никому не сказав, поехала с дочерью в Тёрнвилль. Она про него ничего толком не знает, ключ ей скорее всего передала бабушка, не знаю даже, успела она ей рассказать про особенности этого поместья. Райдос, что ты наделал?

– Да ничего я не делал, у нас всё было хорошо, - упрямо повторил я, но мне уже никто не верил.

– Если бы всё было хорошо, она бы не уехала прятаться. В крайнем случае, она бы осталась у нас. Но она уехала, а это значит, что Фиона не хочет, чтобы ты её нашёл. Ты её обидел Райдос, сильно обидел. Я даже не хочу думать о том, что ты сделал.

Мать Фионы отвернулась от меня, не желая больше разговаривать, а мне нужно было узнать, что это за загадочное место, при упоминании которого, они практически обо всём догадались.

– Фрэд, может хоть ты мне расскажешь, что это за Тёрнвилль? Если вы не будете нагнетать и сгущать краски, я смогу быстрее найти их, - обратился я к отцу Фионы.

Но тот тоже кардинально поменялся во взгляде, если буквально минуту назад, он участливо спрашивал о поисках, готовый помочь, то сейчас резко остыл и потерял ко мне всякий интерес.

- Да что же это такое? - я со всей силы стукнул кулаком по столу, пытаясь хоть как то обратить на себя внимание. - Если это семейная тайна, то мне самое время о ней узнать. Да, я совершил глупость, но оправдываться перед вами я не собираюсь, это наши с Фионой дела. Мы семья, и сами можем решить внутренние разногласия. Вы, как её родители, можете очень помочь и ускорить наше примерение, если посвятите меня во все подробности Тёрнвилля. Вы будете мне помогать?

- Нет, я помогать тебе точно не буду, - в глазах Фрэда горел явный вызов. - Если моя дочь решила так, то пусть всё идёт своим чередом. Захочет простить - вернётся, не захочет - ты её больше никогда не увидишь! Ни её, ни Милли, ни своего будущего сына! Всё, Райдос, разговор окончен, прочь из моего дома!

Он резким жестом указал мне на дверь и стиснув зубы ждал, когда я покину помещение, а я не мог сдвинуться с места, в голове как удары набата звучали его слова о будущем сыне.

- Фиона беременна? - сейчас мне казалось, что все силы разом покинули моё тело и посреди холла Смоллов стоит просто моя оболочка.

Какой же я гад! Я предал свою истинную в тот момент, когда она собиралась сообщить мне самую прекрасную новость на свете. Я говорил ей гадкие и ужасные слова, когда под её сердцем уже билось маленькое сердечко моего сына. Я отпустил её в тот момент, когда должен был держать изо всех сил и укрывать от любых бед и невзгод. Я ничтожество. Я самое ужасное ничтожество на свете. О, боги, что же я натворил!

Здесь мне делать уже было нечего. Смоллы не собираются мне ничего рассказывать. Что ж, их право, видимо там, где сейчас Фиона и Милли безопасно, раз разговор о поисках был прекращён. Я подавленный новостью, которую я бы предпочел узнать совсем не так как получилось, отправился к выходу.

– Я всё равно их найду, - громко, чтобы Фрэд и Селена услышали, сказал я и хлопнул входной дверью.

Сойдя с крыльца на заметённую снегом дорожку я поднял лицо к чёрному небу. Как из темной бездны, мне в лицо летели мелкие белые снежинки и таяли касаясь кожи. Где же сейчас моя жена и дочь? Чем они заняты? Тепло ли им? Есть ли у них еда?

Сзади раздался тихий скрип двери. Я не стал оборачиваться, если меня хотят прогнать подальше, то пусть делают это в спину. Но скрип снега от приближающихся шагов, говорил о том, что гнать меня не собирались.

– Райдос, - тихо окликнула меня Селена.

– Да? - отозвался я, всё также не двигаясь и смотря в небо.

– Райдос, Тёрнвилль полностью подстраивается под желания проживающего в нём. Если Фиона захочет, чтобы ты её увидел, то ты увидишь. В обратном случае будет то, что ты и наблюдал, когда стоял рядом с забором.

– За забором ничего не было, - обречённо произнес я, не понимая, что эта женщина хочет до меня донести.

Мои мысли были полностью заняты проживанием того вечера, когда Фиона неожиданно вернулась домой. Я вспоминал каждое своё слово, каждую фразу, каждый рык, ощущая как больно было моей жене. Она не просто увидела мою измену, она увидела то, что я в ней совершенно не каюсь и готов поступить также снова и снова.

Фиона, как же я перед тобой виноват, ты не сможешь меня простить, твоя светлая душа не даст и шанса, чтобы я попытался загладить ту боль, которую причинил тебе.

– Райдос, ты меня слышишь? - выдернула меня из своих мыслей Селена. - Даже если ты её не видишь, она видит тебя. Не забывай об этом.

20. Только бы не увидел

(от лица Фионы)

Милли с Маркизом весело играли в детской, а я в который раз пыталась собраться с мыслями и начать готовить нам ужин, но каждый раз меня что-то отвлекало. Вот и сейчас, до моих ушей донёсся явный зов моего мужа.

Я осторожно подошла к окну и приоткрыла занавеску. Райдос стоял на дороге, прямо перед домом.

– Фиона, выходи немедленно!

От этой фразы сердце забилось как бешеное. Только бы не нашёл, только бы не увидел, не хочу, чтобы он сюда приходил. Не хочу разговаривать с ним, не хочу, чтобы он ко мне прикасался, не хочу вообще его видеть. Но не смотря на страх и отвращение к мужу, я продолжала наблюдать за ним в окно.

Райдос вертелся во все стороны, рассматривая всё вокруг. Похоже он не видит дом, мы с Милли тоже же не с первого раза разглядели это строение. Он кричит, зовёт меня, на какой-то момент моё тело предательски даёт сбой и во мне возникает привычное желание откликнуться, но я тут же ловлю себя на этом и возвращаюсь к прежнему состоянию.

Этой маленькой заминки ему хватает, чтобы почувствовать отклик моей метки, рука снова саднит, а Райдос, будто понимая где я, кричит:

– Фиона, я тебя чувствую!

"Нет, он не должен нас найти, не должен", - повторяю я про себя эти слова, как мантру и не отрываясь слежу за свои мужем, который лезет по сугробам к маленькому заборчику. Вот он уже у калитки, пытается её открыть, нет-нет, только не это! Я до крови закусываю губу и судорожно придумываю, что буду ему говорить, если он сюда войдёт, одновременно умоляя небеса, чтобы он поскорее отсюда убрался.

Калитка ему не поддалась, почему же он не уходит? Он что-то рассматривает? Постоял ещё немного. Злится. Я вижу его позу, наклон головы и руки упёртые в бока, он всегда так злился на меня, когда у нас были семейные ссоры. Вставая в эту позу он доказывал мне, что правда на его стороне, и спорить с ним совершенно бесполезно.

Но сейчас не тот случай, сейчас правда именно такая, какой я её увидела, и у неё нет стороны, каждый сделал свой выбор. Он выбрал предательство, а я выбрала бегство. Может я и неправильно поступила, может нужно было поговорить, выяснить отношения, расставить все точки, но у меня нет сейчас на это сил.

Даже сейчас, наблюдая за Райдосом в окно и молясь о том, чтобы остаться им не найденной, я ловлю внутри мысли, которые пытаются прорваться, через обиду и злость, и напомнить, как мы были счастливы до того ужасного вечера. Если он будет ближе и не дай бог коснётся меня, я могу не выдержать. Нет, я не хочу, не хочу возвращаться, не хочу как многие замалчивать, не хочу притворно улыбаться и делать вид, будто ничего не произошло. Райдос прекрасно проживёт и без меня. Как там звали его рыжую? Аиша? Прекрасно, пусть убирается к своей Аише! Он хотел наследника? Отлично, пусть она ему его рожает, а мой сын будет только моим. Мы справимся, я смогу, у нас всё будет хорошо.

Чёрный дракон выпустил свои крылья, принял образ зверя и ещё немного помедлил, перед тем, как взлететь. Райдос всегда так делал, он знал, как я восхищалась его грозным обличием. Чёрный дракон вселяет страх и восхищение одновременно. Я как завороженная следила за первыми взмахами крыльев и последующим стремительным взлётом. Всё. Улетел. Можно выдохнуть.

– Мама, мама, ты приготовила мясной пирог? Как вкусно пахнет, - по лестнице вниз бежала дочурка, а следом за ней Маркиз.

– Да, милая, ты уже проголодалась? - обняла я Милинду, благодаря небеса за то, что она не прибежала раньше, и одновременно желая всем сердцем, чтобы сейчас в печи действительно оказался мясной пирог.

Я потянула воздух ноздрями и тоже почувствовала этот сытный горячий запах выпечки. Мы вместе прошли на кухню и вытащили из печи на стол противень. Замечательно, просто восхитительно, у меня не было слов, чтобы описать свой восторг от такого способа приготовления пищи. У Райдоса была кухарка, и готовила я очень редко, в основном от скуки или ради удовольствия, а здесь и приказывать никому не нужно, стоит подумать и готово, волшебство!

– Милли, хочешь чего-нибудь попить? - решила я проверить свою догадку, разрезая ножом на куски хрустящую корку пирога.

– Да, я хочу мой любимый компот!

Так, пузатый прозрачный графин с компотом и плавающими на дне сухофруктами стоит в холодном шкафу, представила я. Подошла к стене, открыла дверцу, и, о чудо, он здесь, именно такой, каким я его и представляла. Наполнив стакан, я сначала попробовала сама, а потом протянула напиток дочери. Вкус был привычным, а температура как раз такой, чтобы запивать горячий пирог, но не застудить при этом горло.

Мы замечательно поужинали, не забыв покормить кота, который тоже с большим удовольствием уминал пирог, а потом, заметив, как глаза дочери постепенно слипаются, а зевота широко раскрывает рот, я повела Милли спать. Маркиза она позвала с собой в постель, ни в какую не желая расставаться со своим новым пушистым другом.

Кот не сопротивлялся, он аккуратно лег в ногах у Милинды и довольно заурчал. За ним следом засопела и девочка. В детской была только одна кровать, и мне предстояло идти на ночь в свою спальню.

Воспоминания о том, что я совсем недавно там увидела нахлынули на меня с новой силой, заставляя снова и снова прокручивать в голове картинки того вечера. Ненавижу, ненавижу этого предателя! Я вышла в коридор, твердо намереваясь пойти спать в гостевую спальню, но каким же было моё удивление, когда в коридоре я не обнаружила ни одной другой двери, кроме как в нашу семейную спальню. Коридора тоже как такового не было, он стал просто коротким проходом между двумя комнатами. Сзади меня детская, впереди спальня, ни других комнат, ни лестницы в холл, ничего.

Я сделала шаг назад, Милли спокойно спит, кот приоткрыл один глаз, сверкнул на меня его янтарным светом и снова зажмурился. Спокойно Фиона, всё будет хорошо, я ещё немного постояла на пороге детской и сделала решительный шаг в сторону спальни. Схватившись за ручку, я потянула на себя, ощущая привычное сопротивление и тяжесть дверного полотна.

21. Утро вечера мудренее

Как я и ожидала, перед глазами открылся вид на разобранную постель со сбитым в комок одеялом и валяющейся на полу подушкой. Именно такой она была, когда я застала Райдоса с любовницей. Зачем? Зачем мне это снова и снова напоминать. Форменное издевательство.

Разозлившись на дом и его подставу, я с яростью начала снимать грязное бельё с кровати. В шкафу нашла новый чистый комплект простыней и покрывал, застрелила своё единственное спальное место и села за туалетный столик, стоящий рядом. Вот мои щетки для волос, шпильки, заколки, ленты, рядом шкатулка с украшениями.

Я медленно расчёсывала волосы, смотря на себя в зеркало, и отмечала, что взгляд стал каким-то безжизненным, грустно опущены уголки губ, на щеках нет того румянца, который появлялся, когда я раньше готовилась ко сну и чувствовала спиной нетерпеливый взгляд мужа, ожидающего меня в кровати.

Как легко он перечеркнул годы нашей совместной жизни. А ведь всё было так хорошо, и я ожидала, что Райдос, узнав о том, что я беременна, будет счастлив не меньше чем я. Ведь мы оба этого ждали. Как он мог так поступить?

Я положила ладонь на свой ещё совсем плоский живот. Там сейчас мой сын, он будет там расти и развиваться, пока не придёт срок. А как пройдут положенные месяцы беременности, на свет появится крошечный малыш. Я буду любить его за двоих. Я дам ему всё что будет нужно, я справлюсь, а Милли будет мне хорошей помощницей. Она обязательно полюбит своего братика, у нас будет отличная семья.

Мысленно я старалась убедить себя в том, что мой поступок правильный, что воспитать двух детей одной совсем не сложно, что моего внимания и любви хватит на всех, но в глубине души меня грыз неугомонный червь сомнений. Он заставлял мои глаза наполняться слезами, убеждал в слабости, твердил о том, что я сломаюсь, и от этого будет плохо в первую очередь детям.

"Это сын, мальчик, будущий мужчина, ты не сможешь ему дать того, что смог бы отец", - карусель в голове из одной единственной фразы сводила с ума.

Боже, я не думала, что мне будет так тяжело. В душе я ненавидила райдоса, а сердце похоже его ещё не отпустило. Телу не хватало его заботы, каких-то маленьких штришков, которые наполняли мои будни с этим чёрным драконом. Обнял, поцеловал, пригладил непослушный локон. За дневными хлопотами я не прислушивалась к этим сомнениям, гнала от себя прочь и занимала свою голову другими заботами. Но сейчас… Сейчас дочь сладко спит, а я сижу в чужом доме, который изо всех сил старается быть похожим на мой, но этим лишь доставляет мне дополнительные страдания. Если бы сейчас под моими ногами вместо привычного ковра, был бы дряхлый пол, а вокруг обшарпанные стены, то навернякя я бы думала совершенно о другом.

Опустив взгляд на свои руки, я заметила, что пальцы слегка подрагивают. На доли секунды мне показалось, что на меня кто-то смотрит, резко обернувшись, я никого не увидела, но сердце забилось чаще. Встав с пуфика, я подошла к кровати и откинула одеяло. На мягкой перине было приятно и спокойно, я натянула одеяло до самого подбородка и закрыла глаза.

«Спокойной ночи, родная!»

Я резко открыла глаза и оглядела комнату, никого кроме меня здесь не было. Показалось, просто показалось. Это привычка, Райдос всегда так говорил перед сном, вот мне и послышалось. Убеждая себя в этом и забываясь сном, я почувствовала лёгкое прикосновение к щеке, будто поцелуй, только совершенно невесомый. И это мне тоже кажется. Всё. Спать. Утро вечера мудренее.

---------

Проснулась я от того, что мне в глаза светил яркий луч утреннего солнца, пробившийся сквозь неплотно задёрнутые шторы. Уже рассвело? Я так долго спала? Скорее встав с постели, я накинула на плечи халат, который услужливо лежал на пуфике возле туалетного столика, и поспешила искать Милли. Выйдя в коридор, я заметила, что все комнаты, лестница, холл и остальные помещения на месте, будто бы ночью никуда и не пропадали.

Дочь сидела на кухне за столом и с аппетитом уминала пышные горячие оладьи, макая их в ягодный джем и запивая чаем.

- Мама, доброе утро, - соскочила она с табурета и подбежала ко мне, крепко обнимая своими детскими ручонками мои ноги. – Видишь, какой вкусный завтрак приготовила нам Марта, садись, здесь на всех хватит.

- Ты видела Марту? – удивилась я, ведь кроме нас с дочерью и кота в доме никого не было.

- Нет, не видела, но только она умеет печь такие вкусные оладьи, ты же знаешь, - весело улыбалась Милинда.

Я поднесла ко рту ароматный кругляш и уже хотела откусить, как мой желудок скрутило в жёстком рвотном позыве. О боже, только не это. Сказав Милли, что я скоро приду, я поспешила в уборную, где меня долго не отпускали спазмы совершенно пустого желудка. Измученная тошнотой, я вернулась на кухню и налила себе воды.

- Мамочка, тебе плохо? – забеспокоилась малышка, но я её уверила, что ничего страшного, просто немного нездоровится.

- Пойдём во двор, погуляем, - предложила я, и малышка радостно закивав головой, поспешила одеваться.

Я последовала её примеру и уже через четверть часа мы с дочерью вышли на залитое зимним солнцем крыльцо. Глаза инстинктивно зажмурились от ослепляющей белизны снега, которым был покрыт весь двор. Милинда, получив разрешение делать снежных ангелов, весело завалилась в сугроб и, барахтаясь в пушистом снегу, как в пышном облаке, раскидывала вокруг себя сверкающие на солнце снежинки. А я взяла, стоящую в нише за входной дверью, лопату и решила немного расчистить снег до калитки.

Я понимала, что Райдос прилетит сюда снова и не один раз, допускала, что он увидит почищенную мною дорожку и обо всём догадается, но сидеть безвылазно в доме я не могла. Да, это удивительное место станет мне временным прибежищем, но я не смогу постоянно прятаться, мне всё равно придётся поговорить с мужем, придётся пройти через постыдную процедуру бракоразводного процесса и, возможно, услышать от Райдоса ещё немало гадостей. Ничего, я справлюсь. Единственное о чём бы я не хотела, чтобы он узнал, так это о нашем сыне. Если матушка проболтается, моя борьба за свободу станет намного сложнее.

22. Нашёл

«Похоже, с этой работой мне за раз не справиться», - подумала я, дыша на озябшие на морозе пальцы и оценивая взглядом несколько метров расчищенного пути. Щёки пощипывал лёгкий морозец, сердце ритмично отсчитывало удары, а с желудке нетерпеливо забурчало.

«Ну вот, теперь хоть поем нормально», - мысленно обрадовалась я, а с крыльца до нас донеслось жалобное мяуканье. Маркиз, уже нагулялся и отчаянно царапал лапой входную дверь.

- Милинда, твой зверь рвётся в тепло, - шутливо прокричала я дочери, которая неустанно прокладывала ходы в глубоких сугробах. – Да и тебе пора бы погреться.

- Иду! – прокричала мне в ответ Милли и, старательно отряхивая от снега одежду, вышла на расчищенный мной участок дорожки.

Вместе мы пошли к крыльцу под нетерпеливое мяуканье Маркиза. Когда я приоткрыла дверь, кот стрелой влетел в холл и сел напротив двери, ожидая, когда я проверну ключ в личине. Двойное мяу и чёрная зверюга вальяжно направилась в сторону кухни.

- Я покормлю его, - вперёд меня помчалась догонять своего любимца Милинда, а я подошла ближе к окну.

То что я там увидела, слегка меня напугало, только что ясную погоду с голубым небом и ярким зимним солнцем сменила плотная пурга, да такая сильная, что я едва видела кромку забора по границе участка.

«Всё коту под хвост», - грустно усмехнулась я, смотря на то, как почищенным мною участок дорожки снова заносит снегом. Протоптанные дочерью ходы в сугробах также прикрывало новым слоем снега, будто специально приводя двор в изначальное состояние. Ладно, это же зима. Внезапное урчание желудка напомнило о том, что я голодна, и я направилась за дочерью.

Войдя на кухню, я увидела, как на горящей плите закипает чайник.

- Милли, я не разрешала тебе приближаться к огню, - строго посмотрела я на дочь.

- Это не я, это Марта, - вскинула та брови и указала в сторону окна.

Обернувшись на то место, куда она показывала, я уловила взглядом лишь качнувшуюся занавеску.

- Какая Марта? Здесь же никого нет, - вопросительно посмотрела я на дочь, снимая с огня чайник.

- Наверное она ушла, - беспечно отозвалась Милинда.

Я задумчиво подошла к столу и взяла в руки мягкий и пышный оладушек, желудок просил есть, и я смело откусила кусочек, ощущая приятный вкус теста. Налив себе чаю, я села за стол и с удовольствием позавтракала, а когда закончила, то откинулась на спинку стула и прикрыла глаза, но тут же испуганно их распахнула, почувствовав на плечах тяжёлые руки мужа.

Рядом со мной никого не было. Показалось? Предплечье обдало жаром, и моя метка активизировалась. Он снова меня ищет.

- Чем ты собираешься заняться? - спросила я у дочери, пытаясь отвлечься от дурацких мыслей.

- Мы пойдём играть, - весело ответила та.

- Возьмёте меня с собой? – оставаться одной в кухне мне почему-то не хотелось.

- Да, конечно, догоняй, - ребёнок побежал в детскую, кот впереди, а я, убрав за собой посуду, ещё раз подошла к окну в холле.

Взглянув на двор через стекло, я в ужасе отпрянула от него. Райдос в обличие чёрного дракона уже пересёк границы участка и водил головой из стороны в сторону, втягивая ноздрями воздух. Он был ровно посередине двора. Ещё несколько метров и доберётся до снежных лабиринтов дочери и моей прочищенной дорожки. Хотя метель постаралась и хорошо присыпала наши следы снегом, но наверняка ещё остались запахи, которые он так старательно ищет.

Странным было то, что он совершенно не смотрел на дом, будто тот был для него невидимым. И мне бы тоже стоило уйти от окна, подняться в детскую, отвлечься и не выдавать себя, но я неотрывно следила за чёрным зверем. Метка на руке разгоралась всё сильнее, я накрыла это место ладонью, пытаясь унять жжение, а за окном раздался призывный рокот зверя.

- Мама, что ты там увидела? Там что, папа? Я слышала рычание!

Милли показалась на лестнице, видимо, привлечённая рёвом Райдоса.

- Тебе показалось, это метель. Видишь, как ветер завывает, а в трубах прямо ревёт, - улыбнулась я дочери и поспешила вверх по лестнице, чтобы она не увидела дракона.

Окна детской выходили на другую сторону, и я молилась, чтобы Райдос остался там, где он сейчас и не двинулся дальше. Мы начали играть в игры, но у меня совершенно не получалось сосредоточиться. Я напряженно прислушивалась к звукам с улицы, грустно отмечая, что рыки дракона всё ещё раздаются.

- Мама, что с тобой, ты уже ходишь не в ту сторону, - обиженно отняла у меня фишку дочь.

- Прости, родная, - выдавила я из себя улыбку, но видимо она была совсем не радостной.

- Ты себя плохо чувствуешь?

- Да, немного, всё в порядке, - путано отвечала я, стараясь не вызвать у малышки беспокойства.

- Ну иди отдохни тогда, я с Маркизом поиграю, - она нисколько не расстроилась, притянув к себе кота, а я, взяв с неё обещание, что из детской она никуда не выйдет, снова спустилась в холл.

Глухой удар по стене дома и тишина. Осторожно приблизившись к окну, я увидела своего мужа уже в человеческом обличии. Он медленно шагал к крыльцу, выставив перед собой руки. Вот он уже приблизился к ступеням, чуть не споткнулся, но удержал равновесие. Ступень за ступенью он поднялся на крыльцо и стал ощупывать стену, в поисках двери. Ключ торчал в личине, дверь была заперта.

Я слышала его шумное дыхание и просьбы откликнуться. Он просил у меня прощения, проклиная себя за предательство и взывая к моей доброте. Через невидимую преграду он признавался мне в любви и утверждал, что ни за что не отпустит. Он то кричал, то переходил на шёпот, я слышала его стенания, но не могла пошевелиться, боясь выдать своё присутствие.

Он нащупал ручку и дёрнул дверь на себя. Замок выдержал. Райдос приложился к двери плечом, но выбить её у него не получилось. Он стучал, ломился и бил дверь ногами, пытаясь пройти через эту преграду, но дом не поддавался.

«Впустишь или прогнать?»

Это раздалось прямо в моей голове, будто кто-то спокойным голосом с нотками любопытства поинтересовался моим решением. Я завертела головой, но рядом никого не увидела.