Измена. Я твой новогодний кошмар

Глава 1

Воздух в гостиной был густым и сладким, с примесью дорогого парфюма и чего-то тревожного, животного. Мерцание гирлянд отбрасывало на стены подвижные тени, превращая знакомую гостиную в место для приватного, запретного ритуала.

Девушка с отточенной грацией опустилась перед клиентом на колени, каждое ее движение говорило о безупречном знании своего дела. Легкие, уверенные пальцы развязали узел ремня. В мире, где все покупается и продается — это был жест, равносильный рукопожатию, начало негласного контракта, где все ясно без слов. Красотка распаковала член из штанов клиента, глубокий, разработанный большими пенисами рот без проблем захватил в плен ствол юного бизнесмена.

Тело молодого человека напряглось в ожидании, власть элитной шлюхи над ним была безраздельной. Она не просто приняла болт — поглотила вкусняшку с профессиональной отрешенностью, отточенной до автоматиза. Эскортница непрерывно сосала, лизала, без сожалений оставляла следы дорогой помады на горбатом члене. Огромный болт клиента был похож на полумесяц, загнутый кверху. Для нее, это была работа. Чередование тел и желаний стало для Гурии будничной рутиной, серым фоном существования. Но, иногда, крайне редко, ей встречался необычный экземпляр, который — хоть на мгновение — мог вызватьу Богини секса нечто, похожее на эстетическое любование. Идеальная форма, податливая твердость, отклик на каждое движение… Член молодого человека своего рода конфетка для взрослых девочек, в данном случае, редкий сорт, который заставил забыть Нимфу о том, что она лишь курьер, доставляющий мимолетное удовольствие.

Мэри Поппинс (творческий псевдоним элитной шлюхи) особенно любила, отдавала предпочтения большим размерам. Честно говоря, девушку было уже невозможно удивить. Но, конкретно этот экземпляр, этакий чупа-чупс для взрослых, 18+ XXXL. Один раз попробуешь, захочешь еще, собаке-ебаке есть чем гордиться, таких все любят и хотят.

Красивый во всех отношениях ствол произвел на Мэри особенно глубокое, неотразимое впечатление. Она работала с выверенной эффективностью, поглощала пенис с выработанной годами скоростью. Ирония судьбы заключалась в том, что если бы кто-то со стороны наблюдал за ее безостановочной, всепоглощающей энергией, он мог бы с долей черного юмора сравнить ее с лучшим специалистом по добыче на самой продуктивной нефтяной скважине. Мысль была мимолетной и циничной. В ее мире любая поэзия рано или поздно сводилась к физиологии, любая страсть — к технике. В редкие моменты Мэри позволяла себе кайфануть, что было для нее отнюдь большой редкостью.

Надо будет в следующий раз сделать клиенту скидку. После того, как мы с ним займемся сексом, он еще не раз ко мне прибежит.

Все возвращаются.

Я профессионал своего дела.

Я самая дорогая элитная шлюха в нашем агентстве, у меня естественное тело без силикона.

Я натурпродукт.

Потому на меня большой спрос.

У мужчин больше не стоит на перекаченных ботоксом и прочей химией на моих коллег.

Мальчишка не исключение из правил, деньги есть, раз смог снять меня на новогоднюю ночь. Я слишком дорого стою, высокий ценник. Для того, чтобы меня получить надо очень много заплатить, сумма за ночь со множеством нулей. Я стою потраченных не меня денег.

Я секс-богиня.

Мысль мелькнула и растворилась в монотонном ритме. Мэри позволила себе на секунду закрыть глаза, отдаться ощущениям, позволить редкой искре профессионального кайфа пробежать по коже. Это была ее маленькая, горькая привилегия — умение извлекать тень наслаждения из самого бесчувственного процесса, она была виртуозом в мире сиюминутных желаний…

Артем закрыл глаза отсекая реальность, откинул голову, наслаждался процессом, он знал, ему есть, что показать, не стыдно, как некоторым, пусть он и заплатил за доставленное ему удовольствие. Не страшно. В добровольном мраке он был не клиентом, а властителем, желанным, манящим. Глубокое, почти гипнотическое погружение в ощущения заставило его забыть, что искусственная нежность — товар, а не дар. Ему было что предложить, чем гордиться, знание согревало его эго, как глоток выдержанного виски. Парень направлял голову любовницы, хотя ее не стоило учить, Мэри прекрасно знала, как наиболее приятно сделать клиенту глубокий горловой миньет.

— Я хочу тебя, — Артем не мог больше терпеть волшебные манипуляции опытной профессионалки.

Поцелуй любовников был не нежностью, а вспышкой голода, взаимным признанием в обоюдном желании забыться. Одежда, как ненужная шелуха, падала на пол, открывая кожу для прикосновений. В полумраке их тела, сплетаясь, казались изваяниями, ожившими в танце страсти.

Парень привлек Гурию ближе, ощущая под ладонями податливую пластику ее тела. Губы коснулись ее шеи, впитывая запах чужих духов, смешавшийся с собственным возбуждением. Артем бросил Богиню на кровать, развел ее стройные ноги в разные стороны и вошел в нее:

— Боже как же хорошо! — крикнула восхищенная Мэри, ее голос, притворно-восхищенный, прозвучал в такт его движению, хорошо отрепетированная реплика из спектакля.

Артем принял ее ответный томный, профессионально выверенный вздох за искренний порыв. В сознании Мэри мелькнула холодная, отточенная мысль, тщательно скрываемая под маской страсти:

«Друг мой, я в тебе не ошиблась…»

Это была не оценка мужчины, а удовлетворение профессионала, нашедшего подходящий инструмент. Пыл клиента, его уверенность, его потребность быть лучшим — все это было лишь удобным рычагом, который она научилась нажимать. Он платил за иллюзию, она продавала ее виртуозно, с душой, в которую уже давно никто не заглядывал. В молчаливом договоре тонула разница между подлинным чувством и его искусной подделкой, оставляя после себя лишь горький привкус сиюминутной близости.

Горбатый член без остановки таранил девушку, ее ноги тряслись от удовольствия, она держала любовника за плечи, Артем мял ее грудь сильными руками. Мурашки и вибрация от киски пробежали по всему телу девушки, она задергалась в оргазме. В глазах потемнело, в горле пересохло, голоса не хватало чтобы стонать она лишь хрипела и мычала.