Изнанка легенды

Глава 1. Хамить людям – опасно для здоровья

– Если хочешь пережить зомби-апокалипсис или нашествие другой нечисти, обязательно иди на учителя, – мрачно протянула рыжая, падая на стул.

Стул подобное измывательство не вдохновило, он жалобно заскрипел железными ножками по полированному полу кафе.

– А если будет не зомби, а вампиро-апокалипсис? – мгновенно оживилась оппонентка, дожевывая булочку.

– То же. Педагог – это современный укротитель нечистой силы. Утром сражается с нашествием полусонных зомби, к обеду со стаями бешеных оборотней, а к полудню с табуном вампиров, которые выжимают все соки, – мрачно пробормотала горе-педагог, откинувшись на спинку стула.

Последний не прекращал издавать подозрительные и очень жалобные звуки, которые не могли не привлекать внимание сочувствующих и любопытствующих. А посмотреть было на что. Девушки, расположившиеся за столиком у окна, представляли собой причудливую картину, если не сказать карикатуру.

Невысокая и пухленькая завсегдатая кафе, поглощавшая очередной пирожок, не могла не запомниться уже хотя бы поразительно яркой улыбкой. Воплощение жизнерадостности, она умудрялась лучиться энергией и жаждой деятельности, даже сидя на месте. На ее фоне вырвиглазно рыжая подруга смотрелась… Странно. Улыбалась та редко и чаще всего так язвительно и паскудно, что привлечь могла разве что внимание мазохиста или санитара.

Впрочем, кроме паршивого характера, она имела еще один существенный недостаток, который ставил крест на личной жизни. Безобразно огромный для девушки рост. Как часто говорила сама рыжая, тяжело рассматривать потенциального жениха с позиции: «Земля, земля, я космос, как слышно?».

Впрочем, подруг различия в их характерах волновали мало. Как и положено противоположностям, они притянулись еще во времена нелепых школьных бантиков и расставаться не собирались.

В один глоток допивая кофе, Наташа отряхнула руки от крошек и подалась вперед к подруге.

– Что у тебя уже стряслось, детомучитель? – поинтересовалась она, подперев кулачком пухлую щеку.

Скривившись, Люда только тяжело вздохнула и завозилась на месте. Отвечать не спешила, занявшись обустройством конечностей в ограниченном пространстве. Несколько раз неосторожно пнув подругу, она все же взглянула на нее.

– Дети-кретины стряслись. Представляешь, сегодня эти дятлы, которые десятый класс «порадовали». Написали контрольную, почти все на двойки. Меня уже это вынесло, потому что мы разбирали тему от корки до корки. В результате не сдержалась, отчитала и спрашиваю у одной: «Маша, ну по логике хотя бы: ислам, мечети, паранджа, султаны в какой это стране?» И знаешь, что мне это чудо выдало? – поджав губы, рыжая мотнула головой.

Фыркнув, предвидя что-то забавное, Наташа подперла ладонями щеки, изображая высшую степень внимания.

– Ну?

Глубоко вдохнув, Люда подняла взгляд к потолку и, тщательно подражая жеманному тону ученицы, ответила:

– «Ну… В Индии…». Представляешь, мать его, в Индии!

Фыркнув, Наташа едва сдержала смешок, но Люда вдруг подняла руку, жестом показывая, что это еще не конец.

– Когда же я, о чудо, цензурно уточнила у этого гения, какой к черту Индии, она меня добила окончательно. Хлопая ресничками, куколка ответила: «Ну этой, где Папа Римский…»

Едва успев зажать ладонями рот, чтобы не расхохотаться на весь зал небольшого кафе, Наташа виновато хрюкнула. Впрочем, и этого было достаточно, чтобы несколько человек, в основном парней, заинтересованно оглянулись на яркую хохотушку.

Мрачно сжав губы в тонкую полоску, Люда скрестила на груди руки, снова откинувшись на спинку стула. На повышение внимания рыжей было до времени плевать. Выговорившись, она смогла немного успокоиться, но опыт подсказывал Наташе, что малейшая гадость со стороны приведет к малобюджетному, но душевному ремейку Помпеи.

 – Да ладно тебе, ну бывает… – снова подперев кулачками щеки только бы сдержать смех, протянула Наташа.

Кого другого мрачный вид рыжей может и отвратил бы, но ее только забавлял. Слишком хорошо она знала подругу, чтобы научиться различать, когда это чудовище злится, а когда просто ворчит.

– …накрывает, а кого-то и не отпускает, – так же мрачно бросила Люда, задумчиво покачиваясь на стуле.

Возникнувшее было желание устроиться поудобнее, закинув ногу на ногу, пришлось с сожалением отложить. За снесенную крышку столика платить не хотелось.

Впрочем, Наташу такой ответ не особо опечалил.

– Зануда ты, Людка. Вот придем домой и буду тебя развлекать, – протянула она, потянувшись было за очередной булочкой.

На этот раз смех не сдерживался. Рыжая вообще не привыкла сдерживаться, бессовестно захохотав. Стул снова негодующе заскрипел.

– Оу, плюшка, ты меня уже вдохновляешь… – томно протянула она, издевательски хихикнув.

Закатив глаза, Наташа хлопнула подругу по руке.

– Люда, ну что за дурацкие шутки! И это человек с высшим образованием!

Но попытка урезонить горе-педагога снова потерпела фиаско.

– А кто сказал, что я человек? Учителя – не люди: мы либо мучители, либо укротители, либо… Вот недавно мне одно чудо вообще заявило, что учителя – это обслуживающий персонал…

Снова улыбнувшись, Наташа привычно взъерошила пушистые русые волосы, задумчиво жуя булочку. Ворчать рыжая могла долго, и слушатели для этого были не обязательны. И как бы сильно Наташа не любила подругу, уже скоро ее взгляд скользнул в сторону, к выходу. Именно в этот момент дверь раскрылась и в кафе практически впорхнула прелестная миниатюрная блондинка. Легкая, точно пушинка она на миг замерла, осмотревшись и, ослепительно улыбнувшись кому-то, грациозным шагом направилась вперед.

На мгновение даже перестав жевать, булочка просто застряла в горле, Наташа невольно вздохнула. Украдкой проводив взглядом воздушное видение, которое, надо же такому случиться, опустилось прямо за соседний столик, Наташа решительно отложила вторую, так и не надкушенную булочку.

Глава 2. Бредовая реальность

Щебет птиц за окном, со стороны которого приятно тянуло утренней прохладой – мечта городского жителя. Ни тебе воплей гуляющих соседей, ни воя перфоратора маньяка-строителя. Красота, да и только.

Еще не до конца проснувшись, Люда невольно улыбнулась, зарываясь под одеяло. Давно уже она не чувствовала себя настолько отдохнувшей, не ощущала такой простой радости проснуться под мелодичный звук пения птиц.

В квартире.

На девятом этаже.

Эта мысль вынудила дремлющее сознание мгновенно проясниться, а глаза открыться.

– Что за…

За время сна рыжей квартира претерпела просто невероятные метаморфозы. Во-первых, спальня отчего-то выросла. Причем, как вширь, так и ввысь. Полностью оценить высоту не удалось из-за балдахина, обнаруженного над кроватью.

Чувствуя, что вообще ничего не понимает, Люда быстро села и осмотрелась по сторонам.

– И когда я мебель успела поменять?..

Минуты осмотра хватило, чтобы понять, что это все же не ее комната. Не было у нее в квартире ни треклятого балдахина, ни массивной деревянной мебели. Как обитатель постсоветской обстановки, из дерева в квартире рыжая могла похвастаться лишь чахлой пальмой и перемотанным скотчем стулом.

В этой же комнате деревянными был и массивный стол у окна, и небольшой прикроватный столик рядом с креслом, которые были расположены ближе к постели, и огромный шкаф. Поскольку у последнего стояла ширма, быть уверенной, что на этом меблирование закончено Люда не могла.

Глубоко вздохнув, пытаясь взять себя в руки и вспомнить, как сюда попала, девушка на мгновение закрыла глаза. Медленно и неохотно, встревоженное сознание все же выдало достаточно яркие воспоминания, от которых стало немного не по себе.

Где, мать его за ногу, она?

Судорожно сжав в ладонях края простыни, девушка снова рассеянно скользнула взглядом по комнате, надеясь отыскать ответ на этот вопрос. Старомодная мебель не говорила ей ничего, скучные тяжелые портьеры открытого окна также не спешили делиться информацией. На какое-то мгновение взгляд Люды остановился на картине, висевшей аккурат напротив нее. С изображения на нее смотрела маленькая рыжеволосая женщина, которая с прелестной улыбкой склонила голову к плечу мужчины. Вернее, не плечу, к предплечью. Художник явно был жестоким реалистом и не пожелал как-то скрасть разницу роста супругов.

Взгляд, даже просто нарисованного мужчины, вынудил Люду невольно поежиться. Пристальный и тяжелый, он заставлял почувствовать себя неловко даже такое безбашенное создание, как она. Достаточно худощавое лицо с острыми скулами и массивной линией подбородка только усугубляли впечатление.

Последним штрихом счастливой семьи был ребенок. Девочка, едва ли старше пяти лет, которая испуганно смотрела с картины, прижавшись к маме. Огненно-рыжая, обряженная в голубое платьице, она все же не показалась Люде милой. Хотя художник и раскрасил щеки девочки румянцем и попытался изобразить улыбку, Люде отчего-то показалось, что малышка больна…

Хотя, какая разница!

Поморщившись, девушка резко качнула головой, отрывая взгляд от картины. Судя по старинным нарядам, жила эта семейка давно и, что с ними случилось – не ее забота.

– Надо определить где я, – отчего-то шепотом проговорила Люда и медленно кивнула самой себе.

Немного приободрившись, девушка собралась было встать, но так и замерла. Взгляд упал на руки. На ее руки, которые только вчера вечером были измучены мастером маникюра, на которого пошли последние остатки зарплаты.

На ногтях не было ни следа лака.

Чувствуя, что снова начинает паниковать, девушка медленно подняла к лицу задрожавшие руки. В хрупкости высокую и статную Людмилу Григорьевну не обвинил бы никто, особенно те, кто хоть раз получал от нее подзатыльник.

Эти руки, с тонкими длинными пальцами, чувствительный подзатыльник отвесить могли разве что таракану.

– Что за черт! – в панике прошептала она, испуганно дернувшись, когда ширма слева от портрета, вдруг покачнулась от порыва ветра.

Отшатнувшись к спинке постели, чувствуя, как испуганно и часто бьется сердце, девушка замерла. Еще никогда в жизни Люда не испытывала такого… Даже не страха – ужаса.

Именно поэтому, когда дверь справа от нее вдруг открылась девушка не сдержала вскрика, судорожно сжав край подушки.

На пороге стоял мужчина. И пусть темные волосы уже тронула седина, а высокий лоб перечеркнули две глубокие морщины, Люда узнала этот тяжелый взгляд.

Взгляд мужчины с портрета. Вот только сейчас в этом взгляде не было и капли строгости, только какая-то странная растерянность, недоверие и почти робкая радость.

На миг замерев, он медленно шагнул вперед.

– Вета̀ла?..

Поток воздуха, потянувшийся из окна в коридор, снова покачнул ширму. Медленно наклонившись, она с грохотом упала. Вздрогнув, Люда машинально бросила взгляд в сторону звука, чтобы тотчас замереть. За ширмой стояло зеркало. И сейчас на нее из зеркала смотрела не безобразно высокая Людмила Григорьевна – циник всея школы и язва всех друзей. Из зеркала на нее смотрел смутно знакомый испуганный взгляд рыжеволосой болезненно-худощавой девушки.

– Мамочки… – на выдохе прошептала она, не в силах пошевелиться.

Это был бред, но весь ужас заключался в том, что бред этот был реальным.

Бред. Бессмысленный и беспощадный бред, в который Люда ни в жизни не поверила, если бы от ногтей, впившихся в ладонь, не ощутила боль. Если бы поток воздуха не был таким холодным и все ощущение не твердили, что эта девушка в зеркале – она.

Между тем мужчина, замерший было на мгновение у двери, сделал несколько быстрых шагов к постели и, прежде чем рыжая успела хоть пискнуть, ее просто сгребли в охапку, крепко обняв.

– Доченька…

На слабые попытки освободиться мужчина никак не реагировал и все, что оставалось Люде – замереть, прекратив трепыхаться.

«Доченька? То есть я попала в тело его дочери?.. Хотя, какое к чертям тело, что за ерунда!» – отчаянно пытаясь хоть что-то понять, Люда мученически нахмурилась.

Глава 3. Редкостный гадатель

Глубоко вдохнув, Ветала все же медленно поднялась. Что делать она еще не знала, но сидеть на месте и дальше было выше ее сил. Судя по тому, как резво со стула вскочил и Ноэль, тонкий, но ни разу не соблазнительный аромат жареного донесся и до него.

Быстро осмотревшись, маг лихорадочно пытался придумать, как увести рыжую отсюда подальше. Одно дело, когда девушка начинает творить ерунду от смущения, прелестно краснея и совсем другое, когда трепетное сознание начинает гнуть дворян в дугу сарказмом.

Узнай об этих мыслях Ветала – наверняка бы даже оскорбилась. Насколько бы паршивым характером она не отличалась, крышу еще не потеряла и хамить принцу или кому-либо незнакомому не стала бы. Но, к счастью для Ноэля, читать мысли она не умела.

«Теряй сознание!» – вдруг встрепенулся маг, обернувшись к рыжей.

Только на миг удивленно замерев, Ветала послушно рухнула, решив, что вопросы можно задать и позже. Хорошо рухнула, красочно и естественно, едва не завалившись на стол. Благо, тихо выругавшийся, Ноэль успел в последнее мгновение перехватить ее и поднять на руки.

«Ну почему даже сознание терять как девушка, а не бревно ты не можешь!»

От этого любезного замечания Ветала на мгновение даже дернулась, с трудом подавив желание высказать магу все, что о нем думает. Увы, но в эту секунду к ним уже обернулся граф и девушке пришлось ограничиться красочной картинкой, в которой она представляла, как окунает голову мага в тарелку с ближайшим салатом.

– Что с ней? – резко отодвинув с дороги стул, Даир быстро обошел стол, приближаясь к магу с дочерью.

– Все хорошо, просто немного перенервничала. Ей нужен покой, не беспокойтесь! – поспешно отозвался Ноэль и даже отступил на шаг.

Не хватало, чтобы граф забрал девушку, когда времени на подготовку у них осталось так мало.

– С ней точно все в порядке? – не сводя настороженного взгляда с дочери, снова уточнил Даир, на что Ноэль только быстро кивнул.

– Да, ей нужно только отдохнуть! Я отнесу ее в комнату и присмотрю за леди!

И видимо настойчивость, с которой говорил маг, убедила даже недоверчивого графа. По крайней мере, выйти за дверь с юной графиней и даже подняться по лестнице маг смог спокойно и только там бесцеремонно встряхнул «бессознательную» барышню.

– Давай, приходи в себя!

Скривившись, Ветала бесцеремонно ткнула его локтем по ребрам, едва ее опустили на пол.

– Две недели, две недели, – мрачно передразнила его Ветала. – Тоже мне маг. У нас в каждом переходе по десятку таких магов.

– Я же не предсказатель!

Впрочем, возмутился мужчина не особенно уверенно и даже в том освещении, что дарило одинокое окно шагах в пяти от них, девушка могла заметить легкий намек на смущение с его стороны. Но сочувствовать провинившемуся чародею рыжая и не думала. Из-за его халатности в лужу теперь сели оба. И пусть полного размера этой лужи определить Ветала не могла, но та часть тела, которая отвечала за предсказания, сигнализировала о достаточно большой глубине.

– Гадатель ты, причем гадатель редкостный...

В этом состоянии, когда наконец-то можно было поточить коготки о него, девушка не сразу даже обратила внимание на то, как вдруг напрягся Ноэль, не отвечая на ее остроты. Поняла Ветала, что что-то не так, только когда ее вдруг бесцеремонно схватили за руку и просто втолкнули в ближайшую комнату.

Не успев даже среагировать, девушка только сжала губы, хмуро взглянув на мага, который приник к закрывшейся двери. Некоторое время она не могла понять в чем дело, но язык на всякий случай прикусила. Напряжение мага оказалось очень заразной штукой, которую только разбередил легкий, едва различимый звук шагов в коридоре.

Кто-то поднимался на второй этаж и, судя по тому, как неизвестный шел, это был не хозяин дома и не слуга. Ни первым, ни вторым смысла красться нет.

В этом звуке Ветале почудилось что-то особенно настораживающее. Осторожно осмотревшись, пытаясь отыскать хоть что-то для самозащиты, девушка только с силой сжала ладонь. Безликая комната с кроватью, столом и стулом. Но долго сожалеть на эту тему девушке не позволил другой звук. Шаги затихли аккурат напротив двери, от которой медленно отступил и Ноэль, вскинув в странном жесте руки.

Несколько мгновений ничего не происходило, прежде чем в дверь постучали.

– Ноэль, открой, осел.

Мужской голос прозвучал негромко, но различить каждое слово смог и, мгновенно скривившийся маг и, заинтересованно оживившаяся Ветала. Кем бы ни был мужчина за дверью, он уже определенно ей нравился.

Судя по тому, как неохотно опустил руки маг, он испытывал ровно противоположные эмоции. Но дверь все же открыл, прекрасно зная, кого за ней увидит.

– Какого ты здесь забыл… – бесцеремонно бросил мужчина, проходя в комнату.

Замершую чуть в стороне Веталу он заметил не сразу и та не спешила исправлять это упущение. Сперва девушка даже не поняла, что ее смущает в этом человеке, кроме непривычного старинного наряда, да меча у пояса, на рукояти которого вошедший держал руку. Ростом незнакомец был примерно с Ноэля, вот только в плечах уже, да и лицо худощавее, с острыми скулами и высоким лбом, пересеченным наискось шрамом. И только когда он, осматривая комнату, встретился с ней взглядом, Ветала наконец поняла, что именно ее смутило.

Пусть худощавее и, казалось, старше из-за проседи в растрепанных темных волосах, но мужчина все равно невероятно походил на Ноэля. Это открытие вынудило девушку на мгновение даже замереть от неожиданности.

Ей одного Ноэля для нервной системы было много, а здесь еще один…

Впрочем, не менее пораженным оказался и незнакомец. На миг даже растерявшись, он было замер, но быстро справился с собой и ничуть не натянуто улыбнулся.

– Миледи, прошу меня покорнейше простить, я…

– Листа̀р Джена̀р, по совместительству мой брат, – мрачно буркнул маг.

При этом Ноэль как-то странно поежился, что в исполнении взрослого плечистого мужчины выглядело более чем странно. В первое мгновение Ветала даже не поняла, что этот жест ей напоминает, пока не дошло. Ее ученики в преддверии взбучки выглядели так же.

Глава 4. Ложка мышьяка в бочке дегтя

Когда маг с братцем не пришли к ней через час, Ветала не особенно обеспокоилась. Когда и к вечеру они снова не объявились – девушка даже обрадовалась. За прошедшее время она успела порядком устать от этого гадателя, поэтому рыжая с чистой совестью отправилась спать. Благо к ужину вниз ее не звали и придумывать отговорки не пришлось.

Но когда никто из братьев не явился даже тогда, когда она утром проснулась и успела облачиться в треклятое платье, Ветала невольно нахмурилась. А что, если эта парочка решила просто сделать ноги, оставив ее в один фасад разбираться со всей гадостью, которая здесь заварилась? От этой мысли Ветала нахмурилась, решительно развернувшись к двери.

Ну нет, если уж притащили ее в этот паршивый мир помогать, то она поможет! Вне зависимости от их желания, если будет нужно насильно, но поможет так, что всем станет жарко.

Выглянув в коридор, Ветала осмотрелась по сторонам, прежде чем все же направиться вперед. Насколько она знала, поселили мага где-то дальше по коридору. Особой бесшумностью Ноэль не страдал и Ветала решила в поисках полагаться на слух.

После светлой комнаты в полумраке коридора сперва видно было ровным счетом ни зги. И даже после того, как рыжая немного постояла, зажмурив глаза, картинка не особенно прояснилась. Судя по всему, юная графиня Ветала Танаи, в чьем теле она оказалась, не отличалась особенно острым зрением.

Понимая, что медлить дольше не только бессмысленно, но и опасно, Ветала все же направилась вперед. Придерживаясь стены, порой останавливаясь у дверей, девушка прислушивалась, но ни за одной не было слышно характерного грохота, вечно сопровождавшего горе-мага. Только на третьей двери схема сломалась. По сути, Ветала и дойти-то до нее не успела. Та вдруг резко раскрылась, едва не треснув юную графиню по лбу.

Отшатнувшись и едва не рухнув, Ветала взмахнула руками, чтобы удержать равновесие, а в следующее мгновение ее просто перехватили за талию. Едва сдержавшись, чтобы не выругаться, девушка не сразу обратила внимания на того, кто собственно ее едва не наградил фонарем и одновременно спас от отбитой задницы.

Зато спаситель обратил на нее внимание.

– С вами все в порядке?

Возможно рыжая даже прониклась бы той взволнованностью, которая звучала в красивом мужском голосе. Может даже расплылась в смущенной улыбке, когда сквозь пелену слез, которые проступили от яркого света, смогла различить благородное лицо принца в ореоле золотистых волос. Но все «может» перечеркивала его рука на талии, крепко прижавшая тщедушное тело девушки к себе.

«Отпустишь – вообще прекрасно будешь…» – едва не брякнула она.

Сколько раз ее называли глупой, когда она, кривясь, выворачивалась из объятий или бесцеремонно двигала локтями по ребрам всех, кто рисковал подойти к ней слишком близко и коснуться плеч. Не были застрахованы от такой ответочки за нежности ни знакомые, ни ухажеры, ни даже родственники и подруги. Многие обижались, некоторые пожимали плечами, но никто не хотел понять, что она не капризничает. Ей просто до безумия неприятно это все.

Вот и сейчас, Ветала едва сумела заставить себя не оскалиться в ответ, а улыбнуться.

– Все хорошо. Эм… Простите, – отозвалась она и попыталась высвободиться из цепкой хватки.

Хотя куда там, принц этих жалких попыток и не заметил, нахмурившись.

– Я вам больно не сделал?

«Нет, но сейчас я больно сделаю тебе.» – мысленно взвыла Ветала, резко мотнув головой.

– Нет, все хорошо, отпустите пожалуйста. Я… К отцу спешу, – быстро нашлась она, разом добавив себя в список наследников Ноэля.

И с каждым мгновением вероятность того, что она станет сиротой возрастала. Причем сиротой себя она решила сделать собственноручно.

– Да, конечно! – будто спохватившись, принц все же отпустил ее.

Но за миг до того, как Ветала уже обрадовалась и собралась нырнуть за дверь по коридору, принц Горан ловко перехватил ее руку и галантно поцеловал.

– Я бесконечно сожалею о причиненном вам неудобстве, – протянул он, взглянув на нее с улыбкой.

В бледной рыжей богато разодетой девушке не узнать юную графиню принц не мог. И кто знает, удостоилась бы какая-нибудь служанка хоть простого извинения или схлопотала бы оплеуху за нерасторопность.

Все это не могло читаться на прекрасном лице принца, но Ветала едва сдержала желание отдернуть руку. Было в этом красавце что-то отталкивающее и новая улыбка далась еще тяжелее предыдущей.

– Ничего, – все же буркнула она и, едва ее руку освободили, шмыгнула мимо принца в коридор.

Вернее, попыталась шмыгнуть. В темноте, которая снова обрушилась на нее, девушка не заметила, что коридор уже не безлюден.

Второе столкновение отнюдь не было таким легким, как первое уже хотя бы оттого, что с места Ветала сорвалась точно лань. А вот затормозить пришлось, как обычный баран – врезавшись в кого-то. От силы удара перед глазами вспыхнули искры и на ногах удалось устоять только благодаря очередной поддержке.

– Осторожнее, леди, – вкрадчиво протянули где-то в области ее макушки.

Этот голос звучал тихо, даже глухо, пробираясь под кожу толпой мурашек. Прерывисто вдохнув, ощущая прохладный аромат хвои, Ветала машинально вскинула голову. Рассмотреть в темноте, кого она едва не снесла не удалось, но обжигающее чувство чужого взгляда мгновенно всколыхнуло в сознании картинку. Человек в черном плаще и белой маске.

Пробормотав что-то, отдаленно смахивающее на благодарность или извинение, девушка спешно отступила. Благо, в этот раз ее не удерживали, но от этого легкого касания бежать хотелось дальше, чем от недавней хватки принца.

«Что за черт!» – мотнув головой, мысленно вознегодовала Ветала, ощущая, как вдруг что-то в глубине души возмутилось такому бесславному отступлению.

Это жаркое, на миг вспыхнувшее пламя, жадно и яростно набросилось на иррациональный страх. На миг прикрыв глаза, Ветала успела ощутить движение воздуха. Странный незнакомец прошел мимо. Видимо, такое впечатление он производил не только на маленькую рыжую девчонку. Вот только эта девчонка уверенно отряхнула пыль со старого правила.