Как удачно выйти замуж за дракона (инструкция для попаданки)

Глава 1

Папа всегда говорил мне, что смех продлевает жизнь, а оптимисты никогда не болеют. Поэтому, что бы в жизни не случалось, я всегда шагала с широкой улыбкой на лице. Вот так и прошагала двадцать лет, пока не застала папу на кухне с полупустой бутылкой водки.

Нет. Как говорят оптимисты, бутылка была наполовину полная, но содержимое стремительно приближалось к самому дну.

Учитывая, что папа мой алкоголь не употреблял, я удивленно застыла на пороге кухни, забыв даже поздороваться.

— Ой, Галчонок… — закрыв лицо руками, тот самый неунывающий оптимист беззвучно зарыдал, раскачиваясь над столом. — Прости меня… дурака такого…

— Папа? Ты чего? — отмерла я наконец. — Что случилось?

— Я не знал… правда, не знал! — сжимая лоб ладонями, лепетал пьяным голосом мой отец.

Сердце тревожно забилось, а сознание начало строить самые страшные догадки.

— Папа, что произошло? — испуганно спросила я.

Он еще пару раз горестно всхлипнул, а потом поднял на меня свои покрасневшие глаза.

— Я решил! — твердо произнес он и даже по столу кулаком стукнул. — Ты здесь ни при чем. Это моя вина. Значит, пусть меня и забирает!

— Кто забирает? Куда? — с пьяными разговаривать, словно ребусы разгадывать.

— А этот самый… повелитель! Ишь чего захотел! Ик… дочь мою! А это он видел? — папа неуклюже скрутил дулю, осмотрел со всех сторон, дабы убедиться, что пальцы правильно переплелись и довольно улыбнулся. — Во!

Все понятно.

— Па, по-моему, тебе хватит, — вздохнула я, отодвигая от него подальше уже почти опустевшую или, как нужно говорить, слегка наполненную бутылку.

— Хватит, хватит, — отрешенно закивал он. — Пожил я свое. А ты молода… Бежать тебе надо! Подальше отсюда! — он внезапно схватил меня за руку и бросил безумный взгляд на часы. — Время еще есть. Собирай вещи и беги! Ай… нет! Лучше уходи прямо сейчас!

Он поднялся и, шатаясь, потянул меня к двери, сорвал с крючка курточку и пихнул мне прямо в руки.

— П-а-а-п, — наверное, в жизни любого человека наступает момент, когда родитель нам кажется немного не в себе. — Подожди. Давай глубоко вздохнем. И успокоимся.

А лучше, поспим и протрезвеем.

Но папа посмотрел на меня так, будто это я здесь сумасшедшая.

— Пойми, бежать тебе нужно! Пока он снова не пришел!

— Кто «он»?

— Этот самый… дух, исполняющий желания! Забрать он тебя хочет, видишь ли… ик!  — сотрясая руками воздух, попытался объяснить пьяным голосом отец.

— А в первый раз он появился до или после того, как ты выпил? — решила прояснить ситуацию. Ко всем нормальным людям белочка приходит, а к папе — дух, исполняющий желания! Ну надо же!  

— Это тебе не шутки! — попытался строго пригрозить пальцем не умеющий пить родитель, а потом замер на месте. — Всё… он здесь…

Я обернулась и, к своему удивлению, обнаружила мужчину в сером костюме, таком же сером галстуке, пепельными волосами, зачесанными назад, и неестественно бледным лицом.

— Здравствуйте, — на автомате выдала я.

— Здравствуй, девочка. Ты-то мне и нужна, — с улыбкой маньяка ответил непонятно кто. И где он тут девочку увидел?

— А вы, собственно, кто такой?  — строго спросила я и тут же была задвинута за спину папы.

— Беги! Я сам с ним разберусь! — воинственно сжимая щетку для обуви, он бросился в атаку, но, споткнувшись о коврик, растянулся на полу.

— Моё имя, девочка, знают многие, — переступая через кряхтящего отца ответил пафосным голосом тип в сером костюме. — Его боятся и боготворят одновременно! Я — Эстур Великолепный, дух, исполняющий желания и волю Третьего Правителя Империи Сентурион!

О как! Значит, папа напился не один. А этот его дружбан, похоже, ещё и покурить успел.

— Шли бы вы домой, дяденька, — решила отомстить за «девочку», — пока я полицию не вызвала.

— Беги! Я задержу его! — папе с трудом удалось подняться на четвереньки и с боевым кличем он повис на ноге у своего собутыльника.

— Я дал тебе время проститься с дочерью, теперь она принадлежит моему повелителю, — он небрежно сбросил с ноги моего папу.

— Вы что себе позволяете?! — мой гневный порыв наброситься на проходимца и пинками выгнать его из квартиры вон был остановлен равнодушным взглядом серых, почти бесцветных глаз, и я почувствовала, что и пошевелиться не могу. Что вообще здесь происходит?!

—  Желание повелителя должно быть исполнено, — монотонно пробубнил мужчина. Комната завертелась словно карусель, и я закрыла глаза, чувствуя, как мягко оседаю на пол.

— Нет… — сквозь непонятный гул с трудом услышала голос папы, — лучше… убей меня… но не трогай дочь…

Его возражения утонули в потоке оглушающего грохота, словно мимо нас вдруг промчался поезд.

***

Зевнув, я подмяла под себя подушку. Приснится же такое! Или мне это все не приснилось?

Резко открыв глаза, села на кровати. Большой, круглой, и стоящей по центру огромной комнаты, в которой я очнулась. Другой мебели здесь не наблюдалось. Лишь белоснежный потолок, который куполом возвышался над головой, и гладкие стены с огромными панорамными окнами. Ёперный театр, где это я?

— Проснулась? — тихий голос внезапно нарушил абсолютную тишину, заставляя обернуться. Возле кровати стоял тот самый незнакомец в сером костюме. Точнее, он парил на серебристом облаке, а сам просвечивался, словно голограмма. В едва различимой искрящейся дымке угадывались тонкие черты лица и необычная одежда. Это что еще за дешевые спецэффекты?  — Ты понимаешь меня, девочка?

Глава 2

Повелитель Демирион с грустью смотрел в окно. Серая мгла с каждым днем подбиралась все ближе к Летающим Островам. Острый кончик самого нижнего острова уже давно погрузился в непроглядный туман, и появление падших на нем было лишь вопросом времени. Неизменный кошмар уже несколько лет мучил повелителя, не давая спокойно спать по ночам: один за другим Летающие Острова падают вниз, исчезая в непроглядной тьме.

На тот момент, когда Демирион стал Третьим Правителем, он твердо верил, что сможет возродить некогда прекрасный мир. В это поверил его народ, склонивший перед ним голову в немой присяге. Но надежда угасала так же быстро, как и Источник Жизни. И без него этот мир навсегда погрузится во мрак.

Демирион со злостью сжал кулаки. И как только он мог поверить духу? Отыскав медальон, служивший темницей для Эстура, он заключил сделку — три желания взамен на свободу. Естественно, первым его желанием было возрождение Источника Жизни, который раньше тек рекой и широкими водопадами ниспадал по островам вниз, туда, где вместо безжизненного тумана цвели прекрасные сады. Эстур не сумел этого сделать.

— Я не могу повернуть время вспять, — сказал он. — Но могу сказать, что именно может спасти этот мир.

— И что же?

— Любовь.

— Любовь? — Демирион подумал, что ему послышалось.

— Любовь спасет этот мир, — безэмоционально повторил дух.

Повелитель не мог понять, как может какое-то глупое чувство спасти целый мир.

— Бред! — разозлился он. — Твой ответ абсолютно лишен всякой логики! Ты не исполнил моего желания!

— Мой повелитель, вы хотели знать, как спасти этот мир, и я вам сказал. Не стоит отвергать правду лишь потому, что вашему сердцу не ведомо, что такое настоящая любовь. Когда вы поймете, что ради счастья любимой не жалко пожертвовать собой, только тогда вы сможете спасти этот мир.

Демирион нахмурился. Слова духа больше напоминали какую-то глупую сказку для девочек.

— То есть, мне нужно влюбиться?

— Ага.

— В кого?

— В девушку. Или в мужчину. Все зависит от ваших сексуальных предпочтений, — ответил дух и растаял в воздухе, оставляя разгневанного повелителя наедине со своими мыслями.

Демирион никогда и никого не любил. Ни женщину, ни, уж тем более, упасите Боги, мужчину. Ответственность за жизнь своих подданных лежала тяжким грузом на его плечах, не позволяя глупым чувствам лишать рассудок ясности. Всю свою жизнь он защищал Летающие Острова и искал способ возродить Источник. Слова духа были похожи на злую шутку, но что, если в этой шутке была хоть доля правды?

На следующий день повелитель объявил о грандиозном бале, на котором он собирался выбрать себе жену. Самые красивые девушки слетелись во дворец со всей империи.

Демирион увидел необычайную радость в глазах людей, которые соскучились по пиршествам и устали жить в постоянном страхе.

Выбрать одну, ту самую, среди множества, было невозможно. Все девушки казались одинаково прекрасными. И он отобрал восемнадцать лучших. Но чем дольше он общался с каждой из своих невест, тем больше убеждался, что в его сердце по-прежнему нет чувств. Ни к одной из них.

— И в этом нет ничего удивительного, мой повелитель, — сказал ему дух.

— Если ты посоветуешь провести отбор среди мужчин, я лично уничтожу медальон и ты вечно будешь скитаться в поисках покоя.

— Мой повелитель, не будьте таким жестоким. Я лишь хотел сказать, что вы пытаетесь отыскать бриллиант среди кучи дешевых самоцветов. Стоит вам только пожелать, и я приведу ту, кого вы так отчаянно разыскиваете.

— Я сам ее найду.

— Не найдете. Она из другого мира.

— Ты имеешь в виду Землю? Там, где живут неотесанные человечки без магических способностей?

— Да, именно ее. И так как мост между мирами был разрушен, доставить ее во дворец смогу только я.

И повелитель согласился. И что он получил в итоге? Еще одно желание было потрачено впустую!

Глубоко вздохнув, Демирион попытался унять вновь нарастающий гнев.

Сбросив легкий халат, он спустился в большой круглый бассейн. Отец научил его принимать поражения достойно и не зацикливаться на неудачах. Пусть с этим духом ничего не вышло, но он найдет другой способ возродить засыхающий Источник Жизни.

Когда бесшумно открылась дверь и позади послышались тихие неуверенные шаги, Демирион даже не обернулся.

— Уходи. Я хочу побыть один.

— Мой повелитель, — взмолилась его невеста Даминия, сбрасывая полупрозрачную одежду, что едва скрывала сексуальное тело, — позвольте мне остаться и помочь вам расслабиться.

— Нет. Не заставляй меня повторять дважды.

Она жалобно всхлипнула, словно ее слезы могли растопить лед в черством сердце. Но повелитель лишь раздраженно поморщился.

— Почему вы так жестоки к той, что любит вас всем сердцем?

Демирион резко открыл глаза. Любит? Всем сердцем?

На краю бассейна, неловко обняв себя руками и опустив голову и плечи, стояла самая красивая девушка во всей империи. Его интерес к ней пропал после первой ночи, проведенной вместе. Но теперь он опять смотрел на нее с некоторым любопытством.

— Ты любишь меня? — спросил он, и Даминия, глубоко вздохнув, кивнула.

— Так сильно, что каждый раз, когда вы отвергаете меня, мое сердце рвется на части от боли!

Повелитель нахмурился. Он не мог понять, как это испытывать такие сильные чувства, которые вместо радости приносят боль и муку, и в то же время отказаться от них невозможно. Неужели это может спасти его мир? Глупости какие-то!

— Тебя никто здесь не держит. Ты можешь уйти в любой момент, — ответил он безразлично.

Глава 3

Пока не пойми какого пола служанка ходила за моим ужином, я решила смыть с себя защитный раскрас и помыть голову. Хотелось понежиться в ванне подольше, но ощущение, что дух и Ламила могут появиться в любой момент, совсем не способствовало уединению, и раздеваться полностью не было никакого желания.

Избавившись от лишних платьев, я умылась маленькими шариками и заметила, что, попадая на одежду, они не оставляют мокрых следов. Эксперимента ради сунула в бассейн одно из платьев и вынула его абсолютно сухим и чистым. Оно даже свежестью пахло, словно после стирки. Недолго думая, залезла в бассейн прямо в одежде. Он был неглубоким, где-то по колено. Присев и вытянув ноги, я с блаженством откинулась на гладкий бортик. Ощущения были необычные и очень приятные. Небольшая вибрация  ощущалась даже сквозь одежду и очень расслабляла. Я закрыла глаза и нырнула с головой. Удивительно, но маленькие шарики совсем не мешали дышать.

— Госпожа Издрумира? — услышала я голос Ламилы и моя голова вынырнула из «шариковой воды».

— О! — изумленно вздохнула служанка, едва не выронив поднос и я сама удивленно заметила, что жирные от масла волосы стали чистыми и сухими. Футболка, которая слегка пованивала после того, как я набегалась на репетиции, и упарилась в неисчислимом количестве платьев, теперь пахла исключительно свежестью. Даже кроссовки, которые я так и не сняла перед купанием, были такими белыми, словно только сошли с прилавка.

— Ага, — кивнула я, — эти ваши шарики — просто чудо.

— Невероятно! Они сделали из вас настоящую красавицу! — восхитилась Ламила.

Я заглянула в зеркало и не увидела в самой себе каких-либо изменений. Но, если вспомнить, что служанка видела ДО и какая я стала ПОСЛЕ, то результат, как говорится, на лицо.

— Ну да, — я не стала тратить время и объяснять, что это был грим и зачем я так маскировалась. Без лишних слов я решила сразу перейти к самому главному: — Итак, что ты мне принесла?

Вытянув шею, я с любопытством посмотрела на серебристую широкую тарелку, накрытую тонкой тканью.

Ламила без промедления шлепнула ручищей по стене и прямо передо мной из пола вырос белый стол и стульчик. Они выглядели как приплюснутые цилиндры и так же, как и остальная мебель, плавали в воздухе. Уже ни капельки не удивляясь этому факту, я присела на стул и нетерпением сорвала тонкую бледно-желтую ткань.

— О боже! Что это?! — вскрикнула я, ошарашенно пялясь в свою тарелку.

— Яблоки, — невозмутимо ответила Ламила. — Они растут на деревьях, очень сладкие и сочные.

А еще они, перекатываясь с бока на бок, пели песни. Как только я сдернула салфетку, они, словно артисты, ожидавшие подъема занавеса, дружно затянули незатейливую мелодию.

— Может, вам их почистить? — служанка сграбастала самое большое и голосистое яблоко и сверкнула лезвием серебристого ножа. Веселая песенка вмиг приобрела нотки нескрываемой паники.

— Ты что?! Не надо! Оно же живое! — молниеносно я выбила из рук холодное оружие, отобрала фрукт и вернула его к поющим собратьям.

— Не бойтесь. Вас никто не съест, — наклонившись над тарелкой, уверенно проговорил я. Ламила похлопала глазами и посмотрела на меня, как на дурочку.

— А вы зачем с яблоками разговариваете? Их надо есть.

— Они же поют! И танцуют! — возмутилась я, а служанка залилась веселым хохотом.

— Это… это не яблоки поют, — едва отдышавшись, пояснила она, — а магия в них. В этом мире все живое наполнено магической силой. Разумные существа могут ей управлять, а неразумные, типа фруктов и овощей, являются накопителями. Когда вы едите, магическая энергия накопителя передается вам и вы чувствуете прилив сил и бодрости. Вот так вот.

Ламила гордо задрала подбородок и, наверное, казалась себе сейчас жутко умной.

— Ясно. А чего-то не поющего и не танцующего у тебя поесть нет? Бутербродов, например, картошечки жареной? — служанка нахмурилась, явно не понимая, о чем речь. — Хлеба, масла, сыра, печенья с чаем?

— Ну что вы, госпожа! Вечером девушкам можно есть только фрукты! Да вы попробуйте, какие они вкусные! — Ламила любезно пододвинула ко мне тарелку и, поклонившись, вышла.

Есть их я, естественно, не стала.

Поэкспериментировав с чудесными яблоками, я выяснила, что без тарелки они хаотично разбегаются в разные стороны, дрессировке не поддаются, песен на заказ не исполняют, подпевать за мной не хотят и вообще на мой голос никак не реагируют.

— Развлекаешься? — как всегда неожиданно, за моей спиной появился дух. — А я думал, ты домой вернуться хочешь.

— Хочу! — с жаром заявила я и быстро накрыла яблоки салфеткой, чтобы не отвлекали своим пением. Что-то мне подсказывало, что дух пришел мне помочь.

— Тогда слушай внимательно, девочка. Возьмешь чай на кухне и отнесешь повелителю в его покои.

— О! А вы дадите мне какое-нибудь быстродействующее снотворное, чтобы туда подсыпать. И пока повелитель будет спать, я сниму с него медальон!

Дух презрительно хмыкнул.

— Во-первых, научись не перебивать. Во-вторых, не забывай, Третий Правитель — высокородный луар и вмиг почувствует любую магию, снадобье или яд. Так что если хочешь, чтобы он заснул, попробуй утомить его с сексуальном плане.

— Ну уж нет! Это вряд ли, — наотрез сразу отказалась. Максимум, что я смогу — это анекдотов ему несмешных понарассказывать или про политику порассуждать. Лично на меня это всегда зевоту нагоняет.

— Да. Вряд ли, — согласился Эстур, — он может заниматься этим несколько часов подряд, удовлетворяя нескольких партнерш за ночь. Так что тебе придется очень постараться. И надень что-нибудь посексуальней, чтобы тебя сразу за дверь не выставили. Вот это, например, — Эстур указал на платье, которое я постирала в бассейне. — Когда будешь готова, громко скажи: «Где кухня?» и следуй за указателями. Возьмешь чай и спросишь: «Где покои Третьего Правителя?». У входа тебя встретит страж, объяснишь ему, что ты принесла чай. Тебя, все ясно, девочка?

Глава 4

Она привела меня в большой зал, в центре которого стоял огромный дракон. Размером с трехэтажный дом. Не меньше. Чешуя переливалась красным золотом, шипы на спине и хвосте, казалось, были сделаны из тонкой и прочной стали. Огромные, словно колеса автомобиля, желтые глазищи смотрели прямо на меня. Как только я подумала, насколько искусно и реалистично сделана эта статуя, дракон фыркнул, широко раздувая ноздри. Меня обдало мощным горячим сухим потоком воздуха, а сердце подозрительно екнуло, словно в предвкушении надвигающегося инфаркта. Ноги сами по себе сделали шаг назад, а потом еще и еще, пока я снова не оказалась в коридоре и в относительной безопасности. С одной стороны, размер дракона не позволил бы ему даже голову сюда просунуть. А с другой, это не мешало ему выпустить пламя и поджарить меня, превратив в горку пепла. От ужаса на затылке зашевелились волосы. Но дракон оставался неподвижен.

Спокойно, Виноградова, не будь трусихой! Этот дракон не выглядит агрессивным и явно стоит здесь не просто так. Скорее всего, это тот самый страж, о котором говорил Эстур. Подлый дух! Хоть бы словом обмолвился, что это будет дракон!

— Я чай принесла, — подала слабый и немощный, словно мышиный писк, голосок, — для повелителя.

Трясущимися руками я осторожно вытянула поднос перед собой. Дракон наклонил голову и слегка встряхнул крыльями. А вдруг за то, что я съела конфеты, теперь сожрут меня? От страха желудок скрутился в узел и съеденные сладости попросились наружу. Но огромный страж лишь сделал неуклюжий шаг в сторону, кивая на светящийся круг, на котором он сидел все это время. Я молча моргнула и дракон, нетерпеливо фыркнув, указал на круг еще раз. Он что, намекает, чтобы я подошла и туда встала? Не в этой жизни! Единственное, чего мне хотелось — это поскорее сбежать отсюда куда-нибудь подальше.

Виноградова, не дури! Если бы он хотел тебя убить, то ты бы уже была мертва. Поэтому быстро взяла свой трусливый зад и потопала к дракону.

Ненавидя этот противный отважный голос внутри себя, я неуверенно вышла вперед. Страж не шелохнулся. Едва передвигая ногами, я подошла ближе. С опаской поглядывая на неподвижное чудовище, я шагнула в круг и едва поднос от неожиданности не выронила. Светлый зал резко окутала тьма.

«Ну все, — пронеслось в моей голове, — эта тварь все-таки решила мной полакомиться».

Но, как говориться: «Даже если тебя съели, всегда есть два выхода».

Воинственно осмотревшись, я поняла, что место, в котором оказалась, вовсе не пасть дракона, а просторная комната. После бесконечных ярко-белых стен уютный полумрак был просто усладой для очей. Небольшие бледно-красные шары, витающие где-то сверху, мягко освещали изысканный интерьер. Прямо передо мной на стене висела огромная живая картина, на которой два дракона парили в небе. Широко расправив крылья, они то планировали, то вновь набирали высоту. Обгоняя друг друга, они пролетели мимо острых утесов летающих островов, затем, поднявшись, нырнули в арку из зеленых изогнутых деревьев. Живая картинка выглядела так реалистично, словно я сама летела вслед за ними. Эффект был круче, чем от фильма 3д. Поддавшись непонятному чувству, я шагнула вперед и мои ноги утонули в невероятно мягком ковре. Сразу захотелось разуться, чтобы пройтись по пушистому полу босиком.

— Ты, — прозвучало резко и будто над ухом. Голос, который я узнала моментально, заставил замереть и медленно обернутся. — Что тут делаешь?

На темно-вишневом бархатном диванчике, по-хозяйски раскинув руки в стороны, полусидел-полулежал повелитель. И если он не вшил себе поролон еще и в это черное подобие халата, то мускулы и невероятно широкие плечи были настоящими.

— Я чай принесла, — вышло совсем неуверенно. И чего я так разволновалась? Словно еще одного дракона перед собой увидела. Виноградова, соберись! Это самый обычный мужик! Нечего его бояться!

Сказать легко. Вот только в полумраке этой комнаты он смотрелся совсем по-другому. Пугающе-красиво. Словно опасный хищник, отдыхающий в своем логове.

— Поставь на стол, — приказал он. Кругленький столик насыщенного кофейного цвета парил прямо перед диваном. Расстояние в пять шагов преодолеть было почему-то еще сложнее, чем подойти к дракону. Лицо повелителя скрывал полумрак, но я не сомневалась, что он сверлит меня внимательным взглядом и видит в этой темноте гораздо лучше меня. Еще бы! У него же лампочка-мария над головой светит.

— Ты выглядишь иначе, — задумчиво произнес он, и я подняла глаза, едва не выронив поднос от пристального взгляда.

— Ну так путешествия по мирам штука нелегкая и утомительная! А стоит немного отдохнуть, поесть — чужих конфет, к примеру — и уже чувствуешь себя совсем другим человеком!

Дурацкая привычка говорить много и всякую ерунду, когда нервничаешь, у меня с детства.

— Короче, вот ваш чай! Пейте… пожалуйста, — со звоном я опустила поднос на стол. Повелитель нахмурился и посмотрел вниз. И тут случилось самое страшное.

— А где конфеты? — вопрос вполне ожидаемый, но меня он почему-то застал врасплох.

— Что? — я старательно сделала вид, что не расслышала. Этому трюку я научилась у папы. Он всегда переспрашивал, если отвечать не хотелось. Таким образом, он выкраивал пару секунд на раздумья и формирование ответа. Но что тут придумаешь?

Сказать — не было конфет? Но что-то мне подсказывало, что дух сдаст меня с потрохами.

Или со слезами на глазам признаться, что споткнулась и все конфеты рассыпались? Шмыгнув носом, я, конечно, великодушно предложу пойти и собрать все, что упало, надеясь, что статус повелителя не позволит ему есть с пола. К сожалению, в этой версии был один нюанс, который выдавал меня с потрохами. Чай-то был на месте и даже не расплескался.

Глава 5

Когда повелитель прекратил сверлить меня взглядом, даже дышать стало легче. Не теряя больше времени, я запустила пальцы в иссиня-черные волосы. На вид они казались очень жесткими. Длинная ровная челка скрывала высокий лоб, а затылок был подстрижен ровно и коротко. Но, к моему удивлению, на ощупь шевелюра была необычайно мягкой. Словно кошачья шерстка. Я закрыла глаза и сразу появилась ощущение, что я большого вредного кошака тискаю. Ха. Точно. У нас даже есть такой. Живет в подвале дома. Вечно от меня удирает, когда я погладить его хочу. Зато сосиски мои лопает так, что аж ушки ходуном ходят. За последние полгода он так разжирел на моих попытках его приручить, что едва в узкую дыру подвальной двери пролезает. Но бегает от меня все равно проворно. Я вообще очень люблю кошек. Жаль, они меня — нет.

— Что ты делаешь? — поинтересовался недовольный и очень лохматый повелитель.

— Эм… — кажется, я немного увлеклась, — массаж.

Невозмутимо распутала пальцами и пригладила взлохмаченную челку. Ну, почти как было.

Делать точечный массаж в положении сидя, особенно когда тебя убивают взглядом — не лучший вариант, но особого выбора у меня не было, и я начала с нажатия точек на висках, продвигаясь ко лбу. Повелитель прикрыл глаза и издал довольное «М-м-м». От этого полустона у меня мурашки по телу пробежали и закралась неподходящая мысль: «А не находится ли случаем у луаров на голове эрогенная зона?»

Продолжая жать на нужные точки, я с подозрением поглядывала но то, как хмурое выражение лица преобразуется в сдержанное блаженство.

— Не плохо, — одними губами прошептал повелитель и мое сердце радостно забилось в груди, словно мне Нобелевскую премию выдали. После всех недовольных взглядов и бурчания, этот незначительный комплимент стал настоящей отрадой для моего задетого самолюбия. Зардевшись, я продолжила разминать шею и затылок с особым старанием, отчего повелитель начал издавать еще более двусмысленные звуки.

Не знаю, возбуждали ли его на самом деле мои прикосновения, но эти сдержанно хриплые «Ох», «Мм… да», «Ур… хорошо» и «Тут… еще» однозначно будоражили мою фантазию, наводя на всякие неподходящие мысли.

К слову, несмотря на все мои старания, засыпать повелитель и не собирался. Наоборот, он открыл глаза и посмотрел на меня посветлевшим взглядом, а потом как-то неожиданно взял мою руки в свои и легонько сжал, внимательно рассматривая ладошки.

— Надо же, у тебя такие маленькие ручки и такие тонкие пальчики, — по сравнению с огромной лапой повелителя, я и правда значительно уступала в размерах. — И пахнут шоколадом.

М-да. Вот это нюх. Хорошо, что я призналась.

Когда он легонько потерся носом об мою ладонь, я поняла, что ситуация становится опасной.

— Ты вся дрожишь. Тебе холодно?

— Н-нет, — на самом деле мне вдруг стало невыносимо жарко. Душно. И дышать нечем. — А как ваша голова? Уже не болит?

— Нет. Давно не чувствовал себя так хорошо, — уголки повелителя дрогнули в полуулыбке, и я поняла, что сейчас произойдет что-то ужасное. — Спасибо тебе.

И это произошло. На секунду мой мозг забыл обо всем. О папе, который умолял духа забрать его жизнь вместо меня. О самом похищении. О том, что я пленница в чужом мире и кто-то решил, что из меня можно сделать бесправную сексуальную игрушку.

Я расплылась в улыбке и ответила:

— Пожалуйста.

К счастью, мой мозг еще не атрофировался полностью и отключился лишь на короткое время. Быстро вспомнив, где я и зачем, я поспешила отнять свои руки, но вырваться из тисков повелителя оказалось невозможно.

— Ну, если голова уже не болит, пожалуй, я пойду, — нужно уметь вовремя понимать, что твой грандиозный план провалился, и пора делать ноги. Только где тут двери? Войти — вошла, а выйти как?

— Уже? Так скоро? — разочарованно протянул повелитель, по-прежнему сжимая мои руки. — А не ты ли предлагала продолжить, если мне понравится?

— П-продолжить? — у меня задергался глаз. Какого я вообще сюда приперлась?

— Помассировать плечи, спину, — необычные огоньки в темно-синих глазах завораживали и гипнотизировали, заставляя чувствовать себя маленьким обездвиженным кроликом перед огромным и величественным удавом, — и всё остальное.

Остальное?! Ишь ты, чего захотел! Чёрта с два я буду ему ещё что-то там массировать! Злость моментально отрезвила меня, словно на голову ведро ледяной воды вылили, и я решительно поджала губы.

— Вы же только массаж имеете в виду? — строго спросила я.

— А что же ещё? — на губах заиграла лукавая ухмылка. Конечно, так я и поверила! За дуру меня держит? Ну мы еще посмотрим, кто из нас окажется умнее.

— Тогда, если позволите, — я снова потянула руки на себя и в этот раз повелитель великодушно освободил меня из своего захвата. Если я подыграю ему, если у меня всё получится, я вернусь домой. А если нет… если он поймет, что моя цель — его медальон… из этих лап мне уже ни за что не вырваться.

— Закройте глаза, пожалуйста, и расслабьтесь, — я легонько сжала плечи сквозь мягкий бархатный халат, чувствуя твердые словно сталь мышцы, — расслабьтесь, — шепотом повторила я, и повелитель послушно откинулся на высокую спинку дивана, закрывая глаза. Я надавила пару точек на шее и нырнула пальчиками под халат, касаясь обнаженной кожи, сжимая плечи. Наполненное особенно неприлично звучащими нотками «М-м…» вырвалось из уст повелителя. Но я уже не обращала на это никакого внимания (или, по крайней мере, старалась не обращать). Мой взгляд прилип к массивной цепи и медальону, который выглянул из-под ворота халата. Необычный черный металл с золотым отливом был украшен серым, затянутым дымкой камнем. Но я смотрела только на небольшой замок, напоминающий карабин. Перекрутившись, он оказался на уровне чуть ниже ключицы. Напряженно наблюдая за реакцией, я осторожно опустила руки повелителю на грудь, слегка, будто бы случайно, задевая пальцами цепочку. Не открывая глаза, повелитель одобрительно улыбнулся. С осторожностью сапера, я поддела пальцем замок, продолжая второй рукой разминать шею. Две секунды, которые я возилась с застежкой, показались мне вечностью. За это короткое время, я успела трижды покрыться мелким потом и высохнуть. И вот наконец замок открылся. Победа!