Камышовые кошки

Пролог

Широкая холмистая степь покрывалась тонким слоем снега. Весь день низкие серые тучи висели над бескрайней равниной и неспешно сыпали снежную колючую крупу. Пронизывающий ледяной ветер загонял жителей этих мест поближе к тёплому очагу.

Эти земли считались владениями кочевников, но их скрипучие повозки, которые тащили рогатые волы, редко показывались здесь, основные дороги проходили в стороне. Несколько конных отрядов сторожили это захолустье, охраняли границы огромной кочевой империи от набегов соседних племён. Такое временами случалось, и тогда гибли местные жители, пылали их простые дома из глины и камыша, испугано блеяли домашние животные, которых уводили нежданные враги. Поживиться особо было нечем, местный люд большим богатством не славился. Когда-то давно их предки заселились по берегам широкой речной сети, богатой разнообразной рыбой, и завещали потомкам заниматься тем же. Когда позже сюда пришли войска хорошо вооружённых кочевников, рыбаки мирно и взаимовыгодно перешли под их покровительство. Много воды с тех пор утекло, многие из местных уже смешались с кочевниками, забыли о прошлой свободе, платили не обременительную дань, но хранили верность традициям предков, которые уверяли, что произошли от мелких хищников-рыболовов, которые водились по берегам речек.

Полгода в этих краях стояли пасмурные дни, иногда выглядывало солнце. Неделями дул сухой морозный ветер, который в солнечный день становился ещё холоднее. Для этого рыбаки держали овец и коз, чтобы к холодам изготовить тёплую одежду, иначе запросто сляжешь. И тогда болезнь начнёт косить и малых и старых. Ветер больше нагонял холод, но редко приносил снег и дождь. Сильные снегопады могли внезапно обрушиться на их речную округу, морозы сковывали реки и притоки, и снег мог идти несколько дней. Но чаще суховейные ветры промораживали холмистую степь, а по утрам под ногами хрустела седая от инея трава. Большая часть речек и ручьёв, а иногда вовсе низких мест, где когда-то проходили русла, заросла тростником выше человеческого роста. В это время он становился буро-жёлтого цвета, на его верхушках шелестели тихо маленькие метёлочки. По всей длине тростинок располагались похожие на ножи узкие листья, причём порезаться можно их боковыми краями. Рыболовы не любили эти чащи, и больше занимались своим ремеслом по открытым берегам.

Ходить в камышовые дебри они не любили ещё потому, что там обитали Камышовые Кошки. Они жили замкнуто, тихо и скрытно и редко контактировали с другими людьми. Тростниковые заросли считались владениями Кошек и миролюбивые рыбаки не совались туда и детей не пускали, тем более что почти никто из любопытных оттуда не вернулся. За столько веков некоторые из предводителей кочевых отрядов пытались вывести их, но племя при опасности словно туман растворялось в камышовом лабиринте. Те из кочевников, что были поумней и пытались что-то узнать о тайных обитателях, могли судить только по погибшим в редких стычках, в плен живыми Кошки не сдавались, да по словам рыбаков. Даже местные жители мало что знали о них, хотя находились рядом много веков. Из того немного, что смогли разузнать, оказалось, что в этом племени обитают только женщины.

Короткий пасмурный день сменяли сумерки. Облака потемнели и стали свинцовыми. Шелестели на морозном ветре метёлки тростника. Иней и редкие снежинки витали среди тростника. Едва слышные осторожные шаги нескольких пар ног различались в шелесте. Женщины шли друг за другом, на морозе их светлые лица с правильными и гармоничными чертами раскраснелись. У каждой на кожаном ремне был короткий меч или нож. За спиной висел колчан со стрелами и луком. Все были одеты в многослойные шерстяные одежды, которые словно комбинезон защищали от макушки до пят. Вся одежда покрывалась вышитыми разноцветными узорами и бусинами.

- Успеем мы до вечера дойти домой?

- Хватит уже ныть, нужно было обойти стороной. – ответила предводительница, которая шла во главе их группы. – Сами видели, сегодня пришлые враги на кочевых врагов напали.

- Я видела, все повозки в круг выстроили. – подтвердила женщина средних лет, которая шла за предводительницей. – Хорошая тактика, их воинам было легче защищать женщин и детей, которые были внутри кольца.

- Толку то.- хмыкнула «нытик». – Их гораздо меньше было, чем нападавших. Конники умом явно не удались, одну из повозок погнали прямо в камыши.

- Да, глупо. Чужеземцы сразу за ней кинулись. О чём думали? Мы то их точно не оставим в живых.

- Весьма ловко ты одно из чужеземцев стрелой срезала.

- Да сегодня наши стрелы попили чужой крови. – кивнула предводительница.- Но конные или не слышали о нас или у них была какая-то веская причина, чтобы совершить такой опрометчивый шаг.

- Ты думаешь?

- В любом случае, мы собрали свою добычу после набега. Пара хороших железных ножей не лишняя, несколько зубил, прялки и топор пригодятся в нашем селении.

- А я взяла несколько детских вещей, нашим детям они тоже пригодятся.

- А вот самих детей мы с вами не видели. Один погибший подросток, видно возница. Видно расшибся, когда повозка перевернулась.

В этот момент они увидели маленькую девочку с оцарапанным лицом в тонком шерстяном платье и коротких сапожках. Она испуганно подняла большие глаза на женщин.

- Вот тебе раз! - удивилась "нытик". - Отпрыск кочевников в наших владениях. Сколько она уже сидит в камышах? Замёрзла небось.

- Какая разница! Закон велит убивать всех нарушителей границ. - произнесла самая старшая из них и посмотрела на предводительницу.- Кому велишь пустить стрелу?

- Взгляните туда. - указала она рукой.

Её соратницы повернули головы в ту сторону, куда указывала их руководительница, и замерли в изумлении. Большая рыже-серая кошка, покрытая тёмно-серыми пятнышками и полосками, крутилась рядом с девочкой. Животное посмотрело на женщин зеленовато-жёлтыми глазами, зашипело и зафыркало.

- Смилуйся, прародительница! - разом склонили головы воительницы.

Глава 1. Гости из заморских земель

Начало лета радовало разнообразием степных цветов. После обильных весенних дождей травяной покров приобрёл серебристо-изумрудный цвет, на котором пестрели цветы, которые раскинулись узорами из алых крупных пятен мелкой жёлтой россыпи, трепетали от любого ветерка золотистые шёлковые нити. А камыш пускал зеленные пики отростков во все стороны, где только мог найти воду. Река полноводная после весны радовала широким простором. Множество притоков покрылись камышовыми островками, которые образовали лабиринт. По реке передвигался корабль с полосатым сине-красным парусом, и на носу возвышалась деревянная лошадиная голова.

Вулок важно восседал рядом с рулевым веслом, которым правил давний боевой друг Лис, широкий в плечах и талии мужчина с рыжими волосами и обветренным покрасневшим лицом.

- Места здесь хорошие, чтобы пчёл разводить. Трав сколько!

- Скажешь тоже! – усмехнулся князь. – Сколько дней идём, одна голая земля. Ни деревьев, ни кустика в этих далях. Как ты бортничать бы стал?

- Да я к слову заметил. Тут бы не остался, хоть озолоти. Места дикие, словно вымерли, и всё одно и тоже.

Из камышей донеслось утиное кряканье. Они обернулись к нему и переглянулись оба довольные.

- Зато охота славная, птицы небось имножество здесь.

- Конечно, никто её не трогает.

На берегу появилось несколько всадников, которые появились словно из-под земли. Они ехали за ладьёй и махали шапками.

- Ну, что, Лис, пора знакомиться с местными воями. Славно, что у князя, что выше по течению встретился, знак взяли. Авось не тронут и сговоримся о деле.

- Видно вся река под началом этих кочевников от самого устья и до истоков.

- Зови толмача. Мы их говор не разберём. И вели нашим молодцам свернуть парус и грести к берегу.

Отряд всадников спешился. Гости и кочевники обменялись приветствиями. Эти слова Вулок уже давно выучил. Кочевники пешком повели гостей за собой. Князь приглядывался к кочевникам. Низкорослые, но крепкие и сильные, с тёмными волосами и глазами. У каждого лук и полный горит стрел, короткий меч, железная рукоять каждого заканчивалась головой или когтями хищной птицы. Славные воины были бы для ополчения.

Они шли по высокой траве, ярко зелёный ковёр покрывали мелкие цветы самых разных оттенков. Впереди виднелись табуны рыжих, чёрных и белых низкорослых лошадей. Навстречу гостям подбежали ватаги детей в свободных рубашках и штанах, мальчишки с любопытством разглядывали гостей. Воины же заметили полукольцо повозок на каменных колёсах, некоторые даже на шести кроме привычных четырёх. Верх повозок состоял из каркаса покрытого льняным или войлочным пологом, на каждом виднелись причудливо изогнутые звериные узоры. Местные явно были поклониками оленей, баранов и лошадей.

Навстречу им вышел отряд людей, в основном мужчин. При ярком летнем солнце сначала больно смотреть стало на них, так слепили гостей блики от множества золотых бляшек на запашных рубашках и сводных штанах. На запястьях виднелись массивные браслеты. Вулок заметил самого важного из них.

Артатей уже отметил свою сороковую зиму, что считалось уже преклонным возрастом, но производил впечатление солидного и сильного вождя. Оба вождя на равных поприветствовали друг друга и гости получили приглашение в стан кочевников. Тотемный маленький знак на котором изображался баран в немыслимо перекрученной позе произвёл положительное впечатление, Вулок получил его от другого вождя, которого встретил несколькими днями раньше. Старик поведал о людях живущих у истоков и посоветовал обратиться к его родичу за помощью, после чего заметил, что тотемный знак будет сигналом о безопасности. Вожди вместе продолжили путь внутрь стоянки, воины общим отрядом следовали за ними.

Группами стояли шалаши и большие шатры кочевников. Женщины в длинных цветных покрывалах готовили еду в больших котлах, шили что-то или латали, но многие старались укрыться от взглядов чужаков. Почтенные старики сидели у входов в жилища и с достоинством провожали гостей взглядом. Вулок про себя отметил достаток и многочисленность этого стана.

Гости и хозяева разместились в большом шатре, одна из сторон которого была устроена в виде навеса на резных столбах. Утрамбованная ровная земля закрывалась большим войлочным ковром с разноцветными узорами в виде зверей. Оба вождя и воины разместились на небольших войлочных подушках, кочевникам в отличии от гостей больше привыкших к деревянным лавкам так было привычнее. Но в чужом доме своих порядков не наводят, а Вулок помнил зачем он здесь.

В честь мореплавателей устроили большой пир. Воины оставили оружие на входе и расположились по бокам своих предводителей согласно статусу. Молодые юноши, видно отроки начинавшие воинский путь, носили угощения и наполняли вином и пивом золотые кубки в виде рогов. На ковре между гостями и хозяевами расставили медные большие блюда с отварным мясом на травах, привозным виноградом, любимой конниками редькой и прочими яствами. Артатей распрашивал о землях венедов, о пути, который они преодолели.

Затем для венедов устроили показательные ристалища. Степняки соревновались между собой в искусстве владеть луком и кинжалами. Устроили кулачные бои, которые отличались от привычных лесным жителям. Затем соревновались всадники, на короткой дистанции кто окажется самым быстрым, после этого начались состязания на меткость для верховых лучников. Вулок и его люди отметили высокий уровень кочевников, казалось они рождались с мечом в руке и на коне. А сами хозяева очень громко и активно поддерживали проходившие игры. Венеды заметили, что особенно во всех состязаниях выделялось четверо молодых воинов. На вид им от тридцати до двадцати, и видно в среде кочевников они заслужили большой почёт. Сал, Арит, Тез и Варат несколько раз получали награду из рук своего вождя и слова одобрения, держались важно и даже немного надменно. Толмач пояснил Вулоку, что это воины высокого ранга, но присланные к вождю от других знатных родов. После этого он задумался.

Глава 2. Кошачьи хитрости.

Вулок возвращался воодушевлённый итогами встречи и вином. Под лёгким прохладным ветром цветочный простор шелестел и волновался, как море. В войске его славно прибыло, и немного бы ещё надо для большего веса. Он - человек бывалый и задурить ему голову не так просто, про кошек крепко запомнил. Набирать войско, так набирать большое. Всякий сброд ему не нужен, а воины-следопыты - добрые воины. Врага и хитростью взять можно, в лесной чаще на его обозы засады устроить. Хитрый кочевник что-то не договаривает о воительницах. Женщины может сговорчивее будут перед его мужественной солидностью. Дома ему ни одна не перечит, начиная от рабыни и заканчивая жениной матерью.

Венеды разбили свои шатры поблизости от кочевников, чуть ближе к реке. Камышовые заросли уже не казались такими тихими. Князь поглядывал издалека на них и решил прежде распросить тихонько толмача. Седой мужчина пожал плечами и ответил:

- Камышовые кошки не любят чужаков. Пустое дело - соваться к ним. Много веков это племя женщин тайком живёт в этих зарослях. На земли кочевников не зарится, домов рыбаков не трогает, но любого кто войдёт в камышовые дебри ждёт гибель.

- Такие ли уж они хорошие воины?

- Кто их знает.

- Так может не кому жёсткой рукой их прижать?

Толмач усмехнулся:

- Нет, у них говорят тотем есть деревянный. Их и огнём палили, и мечом рубили, а всё живут вольно. Праматерь Камышовая Кошка охраняет их племя.

- Добро. - задумался князь и спросил: - А ты понимаешь их говор?

- Да...откуда, князь? Я ведь их никогда не встречал.

Вулок внимательно посмотрел на него.

- Я думаю, эти жительницы камышей всем себя обеспечить не могут. По берегам реки я видел дома рыбаков, наверно с ними тайком мен ведут. Завтра съездим в ближайшую деревню, ты будешь переводить.

- Ты ошибаешься, Кошки живут сами по себе и в войнах не участвуют.

- Ты - толмач! Я тебе за то плачу, чтоб ты работал. - князь положил ладонь на место, где обычно крепил ножны.

- Не серчай, князь Вулок. Я лишь хотел уберечь тебя от лишней траты времени.

- Ступай! Утром выходим!

День выдался солнечный и в полдень даже припекло. Всё прошло, как по маслу. Князь взял с собой верного Лиса и толмача и побывал в доме рыбацкого старосты. Речные жители оказались спокойными и добрыми людьми, вот бы в его землях все холопы были такие же. А то бывает в неурожайный год своевольничать начинают, даже если он оброк уменьшает, хотя в общем себя считал справедливым и добрым правителем. А этих хоть голыми руками бери, не припятствуют. Но когда про Камышовых Кошек заговорил, туже песню завели - не знаем, не ведаем. Скрутить бы хорошенько одного, вмиг бы всё рассказал, но права такого нет. И дело не в том, что дойдёт до ушей кочевников. Не имел Вулок такой власти - творить худое, причинять вред невинной душе. Обороняться от врагов, освобождать город и земли - это дело правое, а тут другое.

Пришлось действовать по-другому. Словно невзначай, он рассказал старости, какие бы блага посулил бы воительницам, какие бы выгоды они нашли, если отправились с ним в ополчении. Рыбак вежливо кивал и удивлённо слушал его, но Вулок не сомневался, что кому надо предложение дойдёт. Если не дуры - согласятся, как пить дать. Даёт Камышовым кошкам три дня подумать, так и сказал. Рыбак с женой переглянулись и развели руками, мол ничем помочь не можем. Простые как лапти, насквозь их видел.

На обратном пути князь смело шёл берегом реки. Солнце пекло, травы прижухли, но пьянили ароматами. Где-то распевали невидимые птицы, скоро солнцеворот, и песни закончатся. Станет ещё жарче,но к тому времени он будет идти с ополчением домой. Наёмные воины уже ждут его на обратном пути. Лис растегнул ворот белой вышитой рубашки и проговорил:

- Как печёт, я уж весь взмок. Давайте, братцы, хоть окунёмся.

- Дурное дело. - покачал седой головой толмач.

Вулок глянул на прохладную гладь, на которой переливались солнечные блики. У него самого рубашка как деревянная стала, такого он не любил.

- Так мы в камыши не пойдём. Смотрите, здесь берег чистый от камышей и пологий, чтобы спуститься. Мы здесь их границ не нарушим. А ты можешь наши вещи посторожить.

- Да я бы тоже окунулся. Кому наши пожитки нужны, Кошки на открытое место не сунуться. И ежели что, нам с воды всё видно.

Так и решили. Вулок и Лис скинули всю одежду, обувь и оружие, на князе только янтарное оплечье осталось, и с радостью поспешили в воду. А толмач в последний момент засмущался и натянул штаны обратно.

Вода встретила освежающей прохладой и простором. Вдали виднелся силуэт их ладьи. Камыши тихо шелестели и наполнялись утиным кряканьем. Люди накупались в своё удовольствие и вышли на берег. Вещей не было. Венеды переглянулись, а толмач чесал голову.

- Как корова языком слизала.

- Да я их!...- и Лис громко выругался в сторону камышей.

Князь остановил его:

- Не стоит соваться туда, Лис. Мы их даже не найдём. На ровном месте умудрились не заметно своровать. Они всё вернут, когда узнают кто мы.

Лис обижено хмыкнул, а толмач тоже с сомнением посмотрел на камыши.

- Что ж теперь делать, князь?

- Прикроем срамоту камышом и пойдём в наш лагерь. Толмач, снимай штаны.

- Чего это?

- Они мне нужнее. Я - князь!

Дозор камышовых кошек возвращался в деревню с добычей.

- А рыжий видели как рассердился? Прям дым из ушей повалил!

- Он готов был голышом в камыши бежать! Хах-ха-ха!

- Злюки! Такого хорошего мужчину обидели!

- Тебе вечно всякие пузаны нравятся! Зато смотри, у нас появилось сразу несколько мечей и ножей.

- Ловко я их тростью достала. А вы их вытянувшиеся лица видели!

Дружный смех прервала появившаяся на тропе женщина с уставшими глазами.

- Царица Айя!

- Что шумите? Кочевников давно видели?

Тон её звучал тихо, но строго. Девушки притихли.

- Прости нас. Столько всего навалилось. Нас никто не слышал и не заметил.

Глава 3. Не добром, так силой

          - Так меня ещё никто не унижал! 

       Вулок сидел в шатре, погрузил руку во взъерошенные тёмные волосы и сердито смотрел в одну точку. Вокруг всё лежало вверх дном, словно буря прошла. Снаружи все притихли, знали, что сейчас лучше даже старому другу не соваться. Весь день он просидел на холме, проводил до последнего вечернюю зорьку, но не дождался воительниц. Свои воины встретили его сочувственным молчанием, но князь молча прошёл в шатёр и только здесь дал себе выход. Три дня назад он вернулся в свой лагерь в чужих штанах, а соратники вовсе в тростниковых юбках. Никто не пикнул, но вечером он слышал смех у костра. Тогда он не разрешил своим воинам мстить за обиду, но нынче чаша терпения переполнилась. Бабы распоясались!

      Мужчина вскочил на ноги и решительно направился к выходу, но замер на месте и коснулся ожерелья. Давний завет велит не обижать невинных. Он засомневался, а если не наказать обидчиц, то прощай уважение к князю. Этак войско наполнится слухами и слушать его перестанут, что за князь, если любая баба над ним смеётся. А если у них причины были, чтобы отказать? Одно слово - бабы, ума нет. Ушли бы с ним, получили бы надел в случае победы и добычу. Жили бы как люди без бед, а не ютились на речке. Так что выходит что Вулок - пострадавшая сторона и право имеет за себя постоять. 

          Воины отложили работу и встали при появлении князя. Лис мысленно оценил его настроение, вид решительный и спокойный.

          - Чем заняты, други?

         - Вот готовим ладью к дальнему плаванью. Что прикажешь, князь?

       - Готовьте сети, мечи и копья. Идём на рассвете в камышовую деревню. Не хотят добром идти ко мне на службу, заставлю силой подчиниться!     

    Самый ранний час перед рассветом, самый лакомый для сна. Небо постепенно из чёрного становилось серым, постепенно таяли звёзды, последними не сдавались самые яркие. Три холма как три истукана нависали сумрачными силуэтами на востоке. Яркое сильное светило только посылало сюда своих предвестников. Широкий серо-зелённый простор зарослей тростника обхватывал западное подножие холмов, тянулся к лесной чаще и широко раскинулся по степной низине. Небольшая речка начинала свой бег из множества родников у подножия холмов и впадала в основную речную магистраль. Большая часть речки давно заилилась и напоминала о себе озерцами, руслом и бесконечными камышами. Речные птицы облюбовали этот край: можно встретить в здешних зарослях цаплю и журавля, фазанов, диких уток. На них любили охотится камышовые кошки - питомицы воительниц, которые на правах священных животных жили в деревне. Важные и независимые,  довольно крупные звери с острыми ушками, которые иногда заканчивались редкими кисточками. Серый или рыже-серый окрас длинной шерсти с пянами и полосками делал кошек незаметными. Животные любили жительниц тростниковых зарослей, охотно ночевали в маленьких домиках среди людей.      

        Утро выдалось зябким и сырым. Над тростником низко стелились клочки тумана. Айда с подругой и ученицей Асией сторожили восточную окраину деревни. Асия вечером добыла утку и разделала. Айда обмазала глиной и запекла. Теперь в горячих углях они доготавливали, сырое не хочется есть. Долго ждать, но солённая рыба надоела. Группа куталась в тёплые зимние куртки, чтобы согреться.

       - Асия, не спи.

      - Прости, только присяду, как глаза сами смыкаются. Может они не прийдут?

     - Чужеземцы будут на рассвете. Наши дозорные слышали их. Здорово мы их царю досадили.

     - Ладно ты поспи малость, а я пока пригляну. - вмешалась Талис и обратилась к Айде. - Сами же молодыми были.

     - Ты её всего лишь на пять лет старше.

   - Но я - воительница первого уровня, - гордо ответила подруга. - А девочка только этой весной покинула Дом Котят.

     Айда посмотрела на быстро уснувшую девушку, и покачала головой.

    - Балуешь! Мы должны готовить из неё воительницу, а не няньчиться.

    - Но она такая миленькая. Посмотри на неё.

    - Заведи себе детей, мамуля Талис. - зашипела она.

    - Надо проверить, может утка уже готова.

   Женщина окинула взглядом тростниковые заросли. Ей слышались шаги, но возможно это соседний дозор. Айда подала сигнал, похожий на утинное кряканье. В ответ послышался ответный сигнал, по условным обозначениям передавший, что всё в порядке.     

   Пока Талис возилась с пеплом от костра, к ней подошли три кошки. У животных явно существовала своя иерархия. Они держались на некотором расстоянии друг от друга, ровно столько чтобы не достать противника одним взмахом лапы, но достаточно близко, чтобы кинуться к угощению.     

    Внезапно звери ощетинились и выгнули спины дугой. Айда вынула меч и глянула в ту сторону, куда смотрели шипящие кошки. В считанные мгновения подруга разбудила Асию. Животные не унимались и выпучив зелёно-жёлтые глаза шипели на безлюдные камыши. 

      Что-то тяжёлое ударило по голове, Айда почувствовала верёвки не видимой сети сжавшие её руки и потянувшие её резко к камышам. Женщина оказалась внезапно на земле.

     - Что за...!

    Она взмахнула мечом, слышался треск верёвки. Двигаться стало легче, но освобождаться от не видимой сети не быстро. Асия оказалась более удачливой и увернулась от другой сети. В это время Талис издала вороний крик. В зарослях, где находились дома, послышалось движение. Доносился топот ног и хруст камыша со всех сторон.

Глава 4. Поиски

До самого вечера воины Вулока ныряли, обшарили всё дно вокруг ладьи. Вода в реке немного мутная, у самого дна били холодные ключи и воины сильно продрогли. Князь сам нырял несколько раз, всё ему мерещилось, что видит проблески солнечного янтаря.
Потерянный и мрачный сидел он на берегу и провожал солнце. Небо окрасилось огненными разводами и долго гасло, когда край светила давно укутался в фиолетово-малиновые меха туч. Кто-то положил на могучие плечи тёплый плащ, это Лис осмелился подойти и позаботиться. Вулок не повернул головы, когда тот присел рядом, только тихо проговорил:
- Оно покинуло меня, Лис.
- Найдём. Не печалься, утро вечера мудренее. 
- Я никуда не уйду с этих берегов, пока не найду своё ожерелье. Волхвы с берегов северного моря заговорили его, чтобы оно помогало мне. Невидимыми нам легче город вернуть.
- Чудно, что и девы исчезли. Видно хорошо ныряют и плавают. Может они прихватили?
- Вестимо они.
Они замолчали, каждый думал о своём. На душе было не весело. В двадцати шагах воины собрались с плошками у большого медного котла. Слышались их голоса и смех, ныряльщики отогрелись и делились байками из жизни. В воздухе пахло степными травами, речной тиной, дымом и ухой. Река словно светилась в тёмной раме берегов и отражала пламенное небо. От неё потянуло прохладой, показался туман. Слышался редкий плеск рыбы.
Утром князя разбудил напуганный молодой воин.
- Там к тебе, князь, важные гости пожаловали.
Cон и раздражение как рукой сняло. Вулок быстро собрался и вышел из шатра. Такое он очень надеялся увидеть, но всё же от удивления сердце в груди застучало сильнее. В ста шагах от его лагеря стояли конные воины, от яркого солнца бесчисленные золотые нашивки на их одеждах переливались как чешуя у сказочной рыбы. В небо вздымался лес копий, и хлопали на ветру боевые стяги. Впереди в окружении телохранителей и сыновей находился Артатей. Вулок приосанился и сделал шаг навстречу.

Предводитель кочевников отделился от войска и направил своего коня к нему.

- Здравствуй, князь! Я привёл тебе лучших воинов моих земель, десять лучших кланов выступают вместе со мной.

Вулок сразу воспрянул духом, ведь свершилось, то ради чего велись долгие и унизительные переговоры. Наконец-то вернётся к семье, в родную сторону, где не надо ютиться на жаре в походном шатре, и бояться наступить на ползучих гадов, или словить вражескую стрелу, или вовсе быть отравленным на приёме у очередного князька. И дались ему эти упрямые воительницы. Горьким осадком теперь на душе утерянное волшебное ожерелье.

- Тогда у меня к вам первое задание. - князь решил испытать их. - Вчера на реке пропало моё оплечье, в воде его нет. Найдите его.

- Ты говорил, что владеешь большими богатствами. Что тебе одно ожерелье?

Вулок нахмурился.

- Тот кто найдёт - будет мной достойно награждён кадкой золота. А цена этого украшения мне не важна, хотя каменья янтарные очень дорогие. Это реликвия моего рода и тем для меня бесценна.

Артатей внимательно смотрел на него и раздумывал.

- Будь по твоему. Завтра будет у тебя.

Но ставка князей уже стояла неделю, а результата не было. В тростнике не наблюдалось признаков жизни людей. Патрулирование берега тоже ничего не давало, никаких следов. Пришлось разбить лагерь. Разноцветные шатры с изображением оленей заполнили берег. Стояли повозки, где жила большая семья Антатея. Маленькую дочь князь тоже взял с собой. Таис, так приёмыша камышовой царицы звали дома, бегала среди любимых лошадей под зорким оком нянек. Мирно паслись большие и шумные отары кудрявых чёрных овец и низкорослых рыжих коней с тёмными подпалинами. Степная округа, которая служила пастбищами, стала покрываться земляными проплешинами в траве. Долго оставаться кочевникам в этом крае грозило недоеданием.

Венеды тоже роптали на князя, хотя найти перечить открыто не решились. Вулок уже и большее жертвоприношение в виде барана принёс местным богам и тем, кто раньше ему покровительствовал, а всё никак. Уходили хорошие для плаванья дни, и хотя всё лето ещё было впереди, стоило торопиться, потому что далёк путь домой. Не успеют, и окажутся застигнутыми осенними штормами или застрянут на пересыхающих реках последней трети лета, когда они обмелеют от летнего зноя.

А ещё добавилось проблем в том, что воины не могли долго без дела сидеть. Несколько раз пришлось драки разнимать между венедами и кочевниками.

- Не дело нам, царь, долго сидеть. Мужи горячие, занять бы чем.- высказался как-то Антатей.

В этот день выехали они с небольшой группой телохранителей в степь на охоту. Вулок внимательно посмотрел на него. Лицо спокойное, как маска не проницаемое. Не разберёшь о чём думает, но раз сумел в руках такую орду удержать, значит не глупый. На особой кожаной перчатке сидел сокол, которым Антатей откровенно любовался. Вулоку охота понравилась бы, если не постоянные мысли об утерянном талисмане. Он понимал, что кочевник прав. За время поисков венед стал хорошо понимать язык кочевников и научился изъясняться на нём.

- Будет у меня для вас дело. Нужно только моё оплечье найти. Вели снова проехать весь берег вверх и вниз по течению, и расспросить местных, может кто видел этих баб. 

- Возможно,далеко они не ушли. Где-то в местных камышах затаились.

- Тогда  ним надо нагрянуть, сил хватит, чтоб всё разворошить.

- Это плохая идея, царь. – заметил Антатей и пристально посмотрел на него.

Глава 5. Возвращение Айи

Летние ночи короткие, но путь к разрушенной у истоков деревни Кошек близкий. Жительницы гостеприимной деревни снабдили их всем необходимым, прощание было очень тёплым, приглашали остаться насовсем. Айя вежливо отказалась, потому что твёрдо верила, что дома ждут. Договорились поддерживать сообщение между деревнями.

Женщинам повезло и за время перемещения не встретились с конными отрядами. Где-то в глубине гремящей сверчками степи виднелись огни, но конникам было не до них.

- Царица, а если там нет никого. Что будем делать?

- Талис, я уверена, что там нас ждут. На реке знают, что мы сбежали от чужеземцев. И про первую вылазку молва прогремела. В нашей деревне давно всё знают, хотя вестей от них не было.

- Можно было бы украсть кибитку и лошадей у конников. Доехали бы быстрее.

Айя посмотрела на девушку и усмехнулась:

- Ты умеешь ими править?

- Нет.

- И я не умею. Их транспорт к тому же не везде пройдёт по берегу. Мы только зря привлечём внимание.

Талис почесала затылок, а ведь царица права. Женщина похлопала её по плечу и ответила с улыбкой:

- Ничего, впереди уже лес виднеется. Скоро придём.

Позади послышался конский топот.

- В камыши. Живо!

Показались огни факелов, две белые точки быстро приближались. Воительницы поняли, что приближается не большой отряд. Оружие находилось с ними, и расстрелять не составит труда, но Айя молчала. Вместо этого она отдала приказ залечь в траве, хотя до ближайшего тростника осталось шагов десять.

Айда очутилась рядом с Талис. Земля слегка вздрагивала от конских копыт. Подруга норовила высунуть голову из любопытства, взрослая, а ведёт себя как дитя, заметят ведь, тогда всем несдобровать. Айда прижала своей пятернёй её голову к земле, послышалось возмущённое мычание. Ничего, потерпит, о ней же думают. Воины не заметили их. Кошки заметили, как отряд скрылся в лесу. Так значит, их могла поджидать нечаянная встреча.

- Встаём. Всем быть начеку. – скомандовала Айя.

Айда и Талис подскочили.

- Ты чего!?- злобно зашипела подруга.

- А сама…- Айда присмотрелась, но зыбкая ночная темнота не давала разглядеть. – Что с лицом?

- Это всё ты! – шипела утираясь Талис. – Воткнула меня в кротовую нору.

- Хозяин что? Дома был?

- Дура! – отпихнула её подруга и поспешила к царице.

- Вот везучая! – хихикнула одна из соратниц. – Хорошо хоть не в конские камешки.

Айя повернулась и цыкнула на них, нашли время. Пыхтящая Талис, энергично двигая руками, прошла мимо, что-то уже успело случится. Едва успели войти под влажную прохладу деревьев, как заплясали длинные тени. Отряд возвращался обратно. Кошки остались не замечены и подслушали их разговор. На центральном холме сидели дозорные. Женщины поняли что воны, которых они видели раньше, были их сменой. Айя хмыкнула, пусть себе сидят, они их обойдут. Слева от северного холма есть тайная тропа, с вершины не заметная, пусть следят.

Через сто шагов земля стала плавно подниматься вверх, они прокрались к основанию северного холма. Эту местность воительницы давно обследовали и могли ориентироваться даже в темноте. В этой чаще они иногда собирали коренья и травы, и приходили охотиться. Островок зелени давно облюбовали животные и птицы, потому что люди здесь редко появлялись.

Айя бесшумно ступала по камышу, остальные воительницы растянулись за ней.

- Стойте! – она подняла руку. – Здесь новая ловушка.

- Что там?

- Скрытая яма с кольями. Кто-то из наших здесь.

Тихонько протрубил лебедь среди камышей, другой чуть дальше ответил ему.

- Выходите уже. – прошептала Айя.

Словно в ответ зашелестели камыши на тропе впереди, и к ним выглянула молодая девушка.

- Здравствуй, царица! Мы давно ждём.

Бабушка Улда заплакала, когда увидела внучку, и радостно обняла. Айя приникла к бабушкиному плечу и закрыла глаза. Наконец-то дома.

- Как ты исхудала!

- Пустое, бабушка, князю мы не понравились и он нас быстро спровадил.

- Как же слышали. – усмехнулась старушка и погладила её по руке. - Приходили наши молодые воительницы, которые этой весной основали своё селение, и рассказывали. Конники в наши края повадились, думали сунуться в камыши, но мы отстрелялись. Только дозор устроили на холме. Говорят, какое-то ожерелье чужеземец искал.

- Далось нам его ожерелье, сколько наших воительниц погубил! – сверкнула глазами Айя. – Ну, а вы как спаслись?

- Рассеялись по камышам. Потом несколько дней перепуганных детей собирали. – бабушка рассказала о погибших и раненных, об подвигах, которые совершили.

Внучка заметила, что каждое слово даётся ей с трудом, если б не характер давно бы расплакалась старушка. Всё услышанное очень важно, но им тяжело пришлось, после порасспросит, а пока нужно тему сменить.