Карамель и сталь

Глава 1 Карамель и сталь

Осенний ветер гонял по парку университета пожухлые листья, но в стенах спортивного комплекса царила своя, раскаленная атмосфера. Воздух здесь, казалось, можно было резать ножом — настолько он был плотным от смеси пота, воли и адреналина. Сегодня проходили ежегодные отборочные соревнования по кёкусинкай, и для Алисы этот день был важнее любого экзамена.

Она сидела в углу раздевалки, стараясь унять дрожь в коленях. В зеркале напротив отражалась хрупкая фигурка в белоснежном кимоно. Алиса поправила узел пояса и взглянула на своё отражение: копна огненно-рыжих кудрей, стянутых в тугой хвост, рассыпалась мелкими завитками у висков. Зеленые, как молодая трава, глаза смотрели с испугом и решимостью одновременно. Рой веснушек, словно карамельная крошка, рассыпался по светлой коже, делая её совсем юной и беззащитной. Со стороны она казалась скорее персонажем акварельного рисунка, чем бойцом. Первокурсница, филолог, мечтательница — кто бы мог подумать, что её стихия — жёсткий контактный бой?

Но за этой внешней хрупкостью скрывался стержень. Алиса занималась карате с двенадцати лет, назло насмешкам одноклассников и собственным страхам.

Тем временем в зале судьи занимали свои места. Главное внимание присутствующих девушек (и некоторых парней) было приковано к судейскому столику справа. Там, откинувшись на спинку кресла, сидел Марк. Высокий, широкоплечий, с чёрными, как вороново крыло, волосами, небрежно уложенными назад. Густые чёрные брови вразлёт придавали его лицу выражение постоянной сосредоточенности и лёгкой надменности. Он был олицетворением «мажора» в самом красивом смысле этого слова: дорогие часы на запястье, идеальная осанка и та особенная аура власти, которая появляется у людей, привыкших получать всё и сразу. Пятикурсник, будущий управленец, но главное — легенда университета. Чемпион страны по кёкусинкай среди юниоров, а теперь ещё и тренер сборной университета.

Он скучающим взглядом просматривал протоколы. Очередные соревнования, очередные новички, ломающиеся под давлением. Очередная показуха. Марк зевнул, прикрыв рот кулаком.

— Следующий бой! Весовая категория до пятидесяти пяти килограммов, девушки! На татами приглашается... Алиса Ветрова!

Марк поднял взгляд от бумаг. И замер.

На татами вышла Она.

В жёстком свете софитов её волосы горели, как осенний костёр. Она была слишком маленькой, слишком светлокожей для этого грубого вида спорта. Веснушки на её лице отчётливо выделялись на фоне общего напряжения зала. Она не выглядела воином. Она выглядела как случайно забредшая на арену принцесса.

«Съедят же», — мелькнула равнодушная мысль.

Но прозвучал гонг.

И Марк, впервые за последний час, перестал скучать. Девчонка двигалась иначе, чем другие. Она не лезла в лобовую атаку, не пыхтела и не пыталась задавить массой. Она танцевала. Рыжие волосы развевались, мелькали быстрые, точные удары ног. Она была гибкой, как тростинка, но каждый её блок звучал глухо и увесисто. Она пропустила пару жёстких ударов, её светлая кожа на скуле пошла алыми пятнами, но она не отступила. В её зелёных глазах горел такой холодный и яростный огонь, что Марк невольно подался вперёд, опершись локтями о стол.

Она выиграла этот бой. И следующий. И вышла в финал.

В финале ей противостояла массивная, злая соперница, которая работала жёстко и грязно, шла в клинч, давила. Алиса держалась, но силы были неравны. Марк, словно проживая каждый момент вместе с ней, сжал карандаш так, что хрустнул грифель. Когда прозвучал финальный гонг, судьи единогласно отдали победу её сопернице. Третье место.

Алиса стояла в центре татами, тяжело дыша, убирая с лица прилипшую прядь волос. В её глазах стояла обида — та самая, детская, когда ты старался изо всех сил, а конфету отдали другому. Она подняла голову к трибунам, выискивая тренера, и на мгновение её взгляд скользнул по судейской коллегии.

Их глаза встретились.

Марк не отвел взгляд. Он смотрел на неё в упор, не стесняясь своего интереса. Чёрные брови чуть нахмурились, но в глубине тёмных глаз промелькнуло что-то, похожее на восхищение, смешанное с первобытным мужским любопытством. Для него, привыкшего к идеальным, ухоженным девушкам с обложки, это раскрасневшееся, вспотевшее, конопатое создание с разбитой губой и стальным стержнем внутри стало откровением.

Алиса почувствовала этот взгляд кожей. Такой тяжёлый, прожигающий. Она скользнула взглядом по судье: чёрные волосы, дорогой пиджак, накинутый на плечи поверх футболки, и лицо, высеченное из мрамора. Он не хлопал. Он просто смотрел. И от этого взгляда ей вдруг стало жарче, чем после трёх раундов боя. Смутившись, она одёрнула кимоно и быстро опустила глаза, уступая место победительнице.

Церемония награждения прошла для Алисы как в тумане. Бронзовая медаль приятно холодила шею, но мыслями она была не здесь. Она чувствовала спиной, что тот черноглазый судья всё ещё наблюдает.

Когда толпа начала расходиться, Алиса вышла в коридор, ведущий к раздевалкам. Прислонившись спиной к прохладной стене, она закрыла глаза, переводя дух.

— Неплохо для первого раза.

Голос раздался слишком близко. Густой, низкий, с лёгкой хрипотцой.

Алиса вздрогнула и открыла глаза. Он стоял напротив, возвышаясь над ней как скала. Вблизи он казался ещё более огромным и пугающе-красивым. От него пахло дорогим парфюмом, кофе и едва уловимой кожей после душа.