Кассета 112

Телевизионный новостной канал Токио погружён в работу. Через несколько минут начнётся эфир. Телеведущие стоят с листами наготове и улыбаются в камеру.

—Четыре, три, два, начали!

Девушка в светло-розовой блузке смотрит на коллегу-мужчину в ожидании его слов. Она легонько пинает его.

—Извините. С вами вечерние новости. Сегодня, как и обещали, один позитив. Негатив вас захлестнёт следующим утром с нашими коллегами.

Девушка посмеялась и продолжила:

—Начнём с милых котиков. Кото-кафе в районе Гиндза сегодня побило все рекорды после того, как мы рассказали о недавнем инциденте. Все ринулись помочь кошке со сломанной лапой, дабы окружить её заботой. Не мило ли, Ли Хён?

—Очень мило, Нана. Перейдём же к следующей новости. Одна из средних школ устроила акцию с флажками. На каждом написано пожелание. Мне по секрету досталось богатство.

— Жаль, меня там не было. Я сегодня посетила Институт кино. Вы могли видеть мой репортаж. Нас всех удостоили секретным мини-фильмом.

Девушка достала из-под стола сумку, из которой вылезал большой конверт.

—Привезите видеомагнитофон с телевизором.

Конверт открыл Ли Хён, и из него на стол выпала кассета.

— Кассета 112.

Он показал её в камеру. Фокус прошёлся прямо по надписи. В студию привезли видеоплеер. Нана неуклюже вставила кассету. Ей пришлось немного повозиться с машиной.

Фильм начался.

Главная камера направилась чётко на телевизор. Метро. Оператор показывал эскалаторы, поезда, людей и станции. В его движениях было нечто необычное. Он будто искал что-то или кого-то.

— Лиса, Лиса, Лиса. — закадровый голос повторял одно и то же имя.

Нашёл. Девушка в длинном сером пальто и красном шарфе. Оператор начал преследовать её. Следующий кадр — он стоит в другом вагоне и смотрит на женщину через окно. Она выходит на следующей остановке, но оператор не успевает. На экране эффект очень быстрой перемотки. Кассета останавливается на мрачном переулке. Впереди идёт та самая женщина, а за ней оператор. В какой-то момент она останавливается, но не оборачивается. Оператора это не смущает. Он подходит всё ближе. Голова женщины резко поворачивается на 180 градусов без участия тела. Её лицо напоминает монстра с человеческими чертами, но никак не самого человека. Женщина сбивает камеру. На пять секунд появляется чёрный экран, а потом белая комната, как в психиатрических больницах.

Ли Хён попытался вынуть кассету, однако магнитофон отказывался выдавать её до окончания. Следующей попыткой стало выдвинуть из кадра, но студия будто и не желала что-то делать.

Оператор просыпается. Камера намотана ему на голову, руки и ноги связаны. Женщина стоит к нему спиной. Он что-то невнятно кричит. Видимо, рот тоже заклеен. Женщина медленно оборачивается и подходит к мужчине. У неё нормальное лицо, но это точно она. Женщина становится на колени и придвигается к паху мужчины. Виден его член. Он полностью раздет. Женщина начинает руками ублажать его. Член набух. Она берёт его полностью в рот. Вместо того чтобы сосать, она откусывает его член. За кадром слышен тихий плач. У женщины отрывается нижняя часть челюсти, и член вываливается из её сломанного рта. Последний кадр — скример. Женщина набрасывается на лицо оператора. На экране появляется плашка: Лиса Ягуми — 112-я жертва серийного убийцы Фудзиты Соки. Правосудие торжествует.

Магнитофон выплюнул кассету.

—У ребят очень странное понятие позитива. Я просила что-то весёлое…