Кира Ветрова – богиня абсурда. Любовь с первого ограбления

Кира Ветрова – богиня абсурда. Любовь с первого ограбления

У Киры Ветровой было всего два жизненных правила: никогда не покупать рыбу по сниженной цене и никогда не спорить с грабителями в тёмном переулке. Если удержаться от покупки рыбы не первой свежести Кира могла, то «не спорить с грабителями» оставалось правилом лишь в теории. Так учила её в детстве мама, Марина Сергеевна.

Но сегодня всё пошло не так.

Кира возвращалась домой мрачным осенним вечером после традиционных пятничных посиделок с подружкой Викой. Они засиделись за бутылочкой «Мартини Асти», разговаривая об идеальных мужчинах и о том, где их взять.

— Викусь, вот мы с тобой две такие классные, но почему-то одинокие девушки... — с сарказмом, хихикая, сказала Кира языком, немного заплетающимся от шампанского.

— Не одинокие, а свободные, Кирусь! — убедительно перебила Вика слегка пьяным голосом.

— Ну хорошо, две глубоко свободные девушки, которым уже далеко за двадцать... И где эти наши принцы, а? — Кира вопросительно посмотрела на подругу.

— А я не знаю, где они ходят. Явно не там, где мы... — разочарованно вздохнула Виктория.

— Знаешь, а я и не хочу просто какого-то принца. Не-е-ет, мне не надо, — Кира покачала головой. — Лучше быть одной... Я хочу встретить своего принца. Чтобы он был умный, надёжный, порядочный, с юмором... И чтобы мурашки по коже!

— Ну, загнула, дас ист фантастиш! — рассмеялась Вика. — Вон, Женька по тебе со школы сохнет, он как раз подходит под твои стандарты.

— Да, но мурашек нет... — тихо ответила Кира. — Женька — просто друг.

— Кир, ну тебе-то грех жаловаться! Кроме Женьки к тебе штабеля парней подкатывают, чуть ли не каждый день... Они все влюбляются в тебя... Я не знаю ни одного мужчины, который бы устоял перед тобой.

— Да, но это всё не моё...

Они не заметили, как быстро стемнело, и Кира засобиралась домой. Она шла по тускло освещённой безлюдной улице. Казалось, стук каблуков её терракотовых сапожек был единственным звуком во Вселенной. Кира зашла в свой тёмный двор, где уныло светил одинокий фонарь. Воздух был прохладным и влажным, вокруг ни души, и только холодный ветер срывал последние листья с раздетых, грустных деревьев.

Из тени за мусорным баком выступила фигура. Высокая, в натянутом до глаз капюшоне и мешковатой куртке. Кира решила, что кто-то просто выносит ночью дурно пахнущий мусор, чтобы никто не заметил, или же это безобидный бродяга, и беззаботно прошла мимо.

Вдруг она почувствовала, что кто-то сзади схватил её сумку и сильно дёрнул, пытаясь вырвать из рук. В любимой рыжей сумке не было ничего особо ценного, за исключением нескольких баночек корма для вечно голодного сиамского кота Лакки, маленького термоса с успокаивающим чаем «Антипаник» по бабушкиному рецепту и пары тысяч рублей в кошельке.

Кира оцепенела. В ушах загудело. От неожиданности она даже не смогла закричать.

Грабитель тянул сумку рывками на себя, но Кира, пыхтя, тянула её обратно.

— Это ограбление? — ничего умнее Кира не нашла, что сказать.

— Но не похищение же! — буркнул парень, удивлённый её наглостью. — Сумку давай, — зловещим шёпотом протянул он.

— Что?..

— Сумку. Живо!

Кира вытаращилась на парня:

— Нет, только не мою любимую сумочку! И там еда для Лакки! — Кира пыхтела от усилий и не разжимала пальцев. — Я не могу оставить моего котика голодным… И потом, почему вы со мной на «ты»? На брудершафт мы с вами не пили… Никакого уважения к девушке…

Грабитель на секунду опешил, ожидая слёз, криков, мольбы, но никак не лекции по криминальному этикету.

Началось перетягивание каната. Кира, миниатюрная девушка на каблуках, вцепилась в своё сокровище с упорством терьера. Грабитель, который был на две головы выше, тянул на себя, явно не прилагая всех сил, чтобы не оторвать ей руки вместе с добычей.

— Да мне плевать! — рявкнул он, делая резкий рывок.

Грабитель дёрнул так сильно, что вырвал сумку, а Кира чуть не упала, оставшись с оторванной ручкой в руках.

В пылу борьбы они, словно в неуклюжем танце, вывалились из тени переулка прямо под свет одинокого фонаря. Их взгляды встретились.

И тут грабитель замер. Он смотрел на неё во все глаза. На растрёпанные рыжие кудри, выбившиеся из причёски, на горящие праведным гневом зелёные глаза, на веснушки, рассыпанные по носу, на чувственный полуоткрытый рот. Свет фонаря превратил её в какое-то неземное видение.

— Ой, — тихо сказал он.

— Что «ой»? — воинственно спросила Кира, поправляя волосы.

— Вы... красивая, — пролепетал он, стягивая капюшон.

— А мы теперь на «Вы» перешли? — съязвила Кира.

Под капюшоном оказался совершенно обычный парень лет двадцати с виноватым взглядом и торчащим вихром на макушке. Никакой он не бандит. Просто растерянный идиот.

— Спасибо за комплимент, конечно, — подозрительно прищурилась Кира. — Это что, новая тактика? Комплимент, а потом ещё и карманы вывернуть?

— Нет! Что Вы! — он замахал руками. — Я… я не могу вас ограбить. Совесть не позволяет.

— Надо же, — хмыкнула Кира. — Всё-таки проснулась. А где она была пять минут назад?