Клеймо страсти

Глава 1. Тот, кого нельзя звать

Глава 1. Тот, кого нельзя звать

Сиана стояла на пороге Академии магии, ощущая, как лёгкий ветерок треплет её русые волосы. Худенькая, с изящными чертами лица и зелёными глазами, которые казались особенно яркими на фоне бледной кожи, она деликатно поправила складки нового платья. Волнение смешивалось с решимостью — сегодня начиналась новая жизнь.

— Не заходи в старое крыло, — строго предупредили при заселении в общежитие. — Там опасно. Никому не разрешено туда ходить.

Она кивнула, стараясь не показать, как именно эти слова вызвали в ней странное притяжение. Как будто заброшенное крыло жило собственной жизнью, пряча за стенами тайны и загадки.

По ночам ей стали сниться сны. Она шла по коридорам Академии, но в них не было света, а двери исчезали одна за другой. Она искала ту самую дверь — в заброшенное крыло — но никак не могла её найти. И чем сильнее она пыталась, тем отчётливее чувствовала, что туда нужно попасть, что там — ответ на что-то важное.

Дни проходили за занятиями: изучение заклинаний, создание амулетов, тренировки в контроле над энергией. Но в глубине души Сиана понимала — обычных уроков недостаточно. Она искала больше, стараясь развить свои способности самостоятельно, проводя долгие часы за книгами и практикой.

Однажды ночью, когда все вокруг погрузились в сон, её разбудило бешеное сердцебиение. Сердце стучало так, будто хотело вырваться из груди, разум звенел от одной мысли: нужно идти в заброшенное крыло.

Не думая о холоде, о темноте, она надела только тонкую сорочку и тихо вышла из комнаты. В руке не было ни фонаря, ни свечи — только глухое чувство тревоги и решимости.

Шаги её эхом отражались от стен пустых коридоров. Она спотыкалась, едва удерживалась на ногах, но двигалась вперёд. И вот — перед ней появилась старая дверь. Она была массивной, с облупившейся краской и древними рунами, едва различимыми в темноте.

Дрожащей рукой Сиана открыла дверь. Перед ней растянулся длинный, тёмный и холодный коридор заброшенного крыла. Пыль лежала на полу толстым слоем, паутина мерцала в углах. Она шагнула внутрь, чувствуя, как воздух становится густым и тяжёлым.

Повернув за угол, она заметила ещё одну дверь — слегка приоткрытую. Тишина вокруг была абсолютной, и только приглушённое потрескивание камина доносилось из-за двери.

Она осторожно вошла.

В большом кресле у камина сидел мужчина, спиной к ней. Его тёмные волосы свободно спадали до плеч, а из-за полусогнутой позы угадывались глубокие карие глаза, наполненные спокойствием и некой непреклонной силой. В его руке покоился бокал с тёмно-красным вином, отражавшим огонь пламени.

Он медленно повернулся на пол-оборота и произнёс ровным голосом:

— Пришла. Я ждал.

Сиана застыла у порога. Сердце всё ещё колотилось в груди, сорочка липла к спине. В голове гудело, но голос этого мужчины… Он будто отзывался внутри неё, как будто она уже слышала его раньше. Во сне?

— Кто ты? — прошептала она, едва слышно.

Он усмехнулся краем губ. Его лицо было смуглым, с острыми скулами, как у вырезанной из дерева статуи. Карие глаза смотрели внимательно, без страха и без лишней любезности.

— Я не знаю, зачем я здесь. Я просто… проснулась и почувствовала, что должна прийти. Как будто ты звал меня.

— Я звал, — спокойно подтвердил он. — Но не голосом. Ты пришла по зову своей магии. Она сильнее, чем ты думаешь.

— Но… почему именно сюда? Что здесь? Кто ты?

Он не сразу ответил. Поднялся из кресла — ростом он был значительно выше её, фигура тонкая, но в ней чувствовалась угроза, как у хищника в покое. Он подошёл ближе, на расстояние вытянутой руки.

— Здесь ты найдёшь то, чего не найдёшь в классах и учебниках.

Она отступила на шаг, но не убежала.

— Ты... преподаватель?

Он усмехнулся.

— Нет. И да. Скорее… наставник. Тот, кого нельзя звать. Но ты всё равно пришла.

— Мне сказали, что это место опасно, — сказала она, чувствуя, как голос дрожит. — Что сюда нельзя.

Он наклонился чуть ближе, глаза сверкнули в полутьме.

— Правильно сказали. Здесь действительно опасно. Для слабых. Для тех, кто всю жизнь будет сидеть на задней парте и ждать разрешения дышать.

Сиана сжала кулаки, в груди вспыхнуло что-то яркое.

— Я не такая.

— Тогда докажи. Садись.

Он жестом указал на второе кресло у камина. Она колебалась. Но села в кресло, не сводя с него глаз. В воздухе всё дрожало — от жара камина, от её дыхания, от напряжения между ними.

Он приблизился, опираясь на спинку её кресла ладонями, склоняясь над ней. Его голос был низким, почти шепчущим, но в нём не было нежности:

— Смотри, как ты дрожишь. Тебе страшно — и всё же ты здесь. Ты знала, что будет.

Её горло пересохло. Она хотела ответить, но он не дал.

Один палец — лёгкое касание под подбородком. Он поднял её взгляд вверх, к себе.

Сиана сидела в кресле, обтянутая светом камина, как будто пламя решило оставить часть себя на её коже. Сорочка прилипла к телу, и он видел каждое дрожание, каждый вдох. Девушка, пришедшая ночью босиком в запретную часть Академии. Та, что ослушалась.

— Подчинись, — произнёс он. — Только один раз. И узнаешь то, зачем ты здесь.

Она не ответила, но не отвернулась.

Он провёл пальцем по её щеке — мягко. Потом — чуть жёстче по шее, вниз, к ложбинке между ключицами.

Она сжалась.

> Она думала:

— Это безумие. Но я не уйду. Не могу.

Он развернул её на кресле, прижал к спинке, навис сверху. Её запястья — в одну руку. Лёгкий нажим — и тело будто само разомкнулось, поддалось.

Глава 2. Сиана. Академия

Глава 2. Сиана Академия

Сиана проснулась в своей комнате.

Одеяло сбилось на пол, подушка была влажной от пота. Свет утреннего солнца сочился сквозь тонкие шторы, но не грел. Она лежала, не двигаясь, вглядываясь в трещину на потолке и пытаясь понять — это было?

Сон. Должно быть, это был сон. Слишком яркий, слишком телесный, слишком… живой.

Она провела пальцами по шее — там, где, казалось, всё ещё ощущался его след. На бёдрах — будто осталась память о его руках. Между ног — тупая пульсация, как от долгого напряжения.

Сиана села в кровати, прижала ладони к лицу и попыталась дышать. «Это был просто сон. Просто… очень странный, реалистичный сон.»

---

Она вспоминала день, когда всё изменилось.

Утро в приюте, как все другие. Холодное, серое, с запахом затхлой тряпки и дешёвого мыла. Сиана с детства жила там — без родителей, без истории, без будущего. Её сверстники презирали её за то, что она была тихой, странной, «не такой». Порой кто-то подсыпал грязь в её постель, обливали ледяной водой, однажды заперли в подвале на всю ночь.

Воспитатели были не лучше. «Ничего из тебя не выйдет, соплячка», — шипела старая Лерта, вечно недовольная и пьяная. Её часто наказывали — порой даже ни за что. Больше всех она ненавидела стирку в ледяной воде в старом корыте и чистку обветшалых туалетов на заднем дворе. Но выбора не было. Её тяготела постоянная обязанность быть "удобной". Незаметной. Молча выполнять приказы и не перечить.

И вдруг — её имя. Холодный, официальный голос. Письмо с гербовой печатью.

«Сиана Айлер, вы зачислены в Академию магии. Вам предоставлена стипендия и место в общежитии. Прибытие — немедленно.»

Она не верила. У неё — мизерный потенциал. Едва различимое свечение при тестировании, никакого клана, никакой поддержки. Но письмо было подлинным.

Поездка до Академии заняла почти сутки. Она ехала в старой карете приюта, со старыми подушками и запахом лаванды, смешанной с чем-то металлическим. В голове крутились вопросы, от которых хотелось сбежать. Но за окном открывались новые земли, и с каждой милей внутри нарастало ощущение, что её жизнь действительно меняется.

Академия возвышалась на склоне холма, как замок из старых сказок. Башни разной высоты, некоторые окутанные магическим сиянием. Витражные окна отбрасывали цветные отблески, а над арками летали заклинания-призраки, что медленно растворялись в воздухе. Двор был просторный, выложенный узорчатым камнем, а воздух казался наполненным энергией, от которой слегка покалывало пальцы.

Заселение в общежитие напоминало хаос. По коридорам сновали новички, чемоданы, заклинания для сушки постелей. Сиана стояла с чемоданчиком в руках, не зная, куда идти, когда подошла куратор и отвела её в комнату на третьем этаже.

Дверь была уже приоткрыта.

Внутри — запах мёда, яблок и немного горелого пергамента. И девушка, которая, судя по всему, уже устроилась. Разбросанные вещи, подушки на полу, зеркало, прислонённое к стене, и она сама — тёмные волосы, растрёпанные, с ожерельем из фиолетового стекла и с яблоком в зубах.

— Новенькая? Добро пожаловать в Ад, — произнесла Эльна, и с этого всё началось.

---

Но с остальными всё было иначе.

С первого взгляда на неё смотрели с презрением. Кто-то демонстративно отходил в сторону, когда она проходила мимо. В столовой на неё не обращали внимания, будто её не существовало. Или, наоборот, громко обсуждали за спиной.

— Удивительно, что у таких, как она, вообще есть магия, — бросила одна из старост.

— Дайте угадаю, тебя из помойки вытащили, да? Надеюсь, хоть убирать ты умеешь, — усмехался другой.

Сильнее всех издевалась одна из учениц по имени Лисарра — рыжеволосая, с огненными кудрями и ядовитой улыбкой. Дочь мага-практика из Центральной школы, она считала себя вершиной Академии. Вокруг неё постоянно вертелась свита из двух девиц и одного юноши — Тиенна, с вечной усмешкой и острыми ногтями; Милли, тихая, но всегда смеющаяся, когда Лисарра шутила подло; и Арон, стройный и вечно прикидывающийся благородным, но первым же подхватывавший издевки.

Лисарра придиралась к Сиане при каждом удобном случае.

Однажды, во время занятий по основам наложения чар, Лисарра подошла сзади, вырвала у неё конспект и громко зачитала:

— "Магия проистекает из воли и намерения. Если воля слабая — магия мертва". — Она захохотала. — Ну, Сиана, это ты про себя писала?

Толпа учеников засмеялась. А Лисарра бросила исписанный лист в чан с травяным раствором. Чернила тут же растеклись.

— Учись писать в голове. Меньше бумаги переводить будешь.

Никто не заступился. Сиана молча подняла испорченный лист, не поднимая глаз. Слезы горели под веками, но она не позволила им упасть. Она почти дошла до выхода, когда услышала чьё-то быстрое шептание за спиной:

— Прости. Боялся, что меня следующего выберет.

Это сказал один из тихих парней с задней парты. Его голос был почти неразличим. Он даже не посмотрел на неё — просто уткнулся в учебник, делая вид, что ничего не произошло.

Подкладывали соль в еду, портили её книги. Никто из преподавателей не обращал на это внимания. Почти никто.

Был один — молодой учитель травоведения. Аэрин. Тонкий, с острым лицом, вечно пахнущий мятой и сухими травами. Он заметил, как она старается. Часто оставался после уроков, объясняя материал. Однажды он буквально вырвал её из рук троих парней, которые пытались заставить Сиану "показать, на что она годится".

— Она моя ученица, — резко бросил он тогда. — Если хоть один из вас приблизится к ней снова — я добьюсь исключения.

Глава 3. Имя, от которого дрожат

Глава 3. Имя, от которого дрожат

Уже с самого утра всё было напряжённым. Новая дисциплина. Новый преподаватель. Говорили, что он не только силён, но и опасен. Никто не знал, как он выглядит, но все повторяли — "если он смотрит на тебя, лучше не шевелись".

Сиана старалась не думать. Не вспоминать. Не чувствовать. Но каждый шаг в сторону зала боевой магии будто разрывал ту зыбкую ткань, что она натянула между собой и ночью. Она не спала нормально со дня того сна. Или… встречи. Она всё ещё не знала, что это было. Но ощущение от его прикосновений жило в теле, как заноза под кожей. Она почти физически чувствовала взгляд — тот, из сна. Или нет?

С каждым днём в Академии тревога копилась, как поднимающаяся вода. Одногруппники издевались, смотрели сверху вниз. Лисарра нашёптывала гадости, оставляла грязные записки, а однажды вылила чернила в её постель. Сиана терпела, стискивая зубы. Потому что выбора не было.

Но даже на фоне всей этой враждебности… тот сон не уходил. Он был живым, как ожог, как тайна, как яд, растекающийся внутри. Она не смела подробно говорить о нём вслух, даже Эльне. Вдруг подруга сочтёт её сумасшедшей?

Когда она вошла в зал, в голове гудело. Все болтали, смеялись. А она подошла к углу, будто за стеклом, наблюдая за всем как посторонняя.

Но как только он вошёл — всё изменилось.

Дверь открылась.

Он вошёл. Величественный, чёткий, как вырезанный из камня. Тёмная форма преподавателя обтягивала его фигуру. Волосы, чуть длиннее плеч, были собраны наполовину, оставляя часть свободной. Взгляд — тяжёлый, сосредоточенный.

Сиану будто ударило током. Внутри всё сжалось. Она не могла дышать. Он.

Он был не сном. Он существовал.

Она поймала его взгляд. Или ей это показалось? Он смотрел прямо на неё. Мгновение. Не дольше. Но в этом мгновении сжался весь воздух в лёгких. Он не подал виду, не моргнул, не улыбнулся. Ничего. Как будто и не знал её. Как будто не держал её. Как будто не говорил её имя.

Она сглотнула и опустила глаза. Внутри всё вспыхнуло — от унижения, от боли, от какой-то детской надежды, которую сама же и убила.

Он остановился у кафедры и холодно окинул взглядом весь класс.

— Меня зовут Ваэр Сайлен. Я буду вести у вас курс боевой магии. Если вы пришли ради эффектных жестов и пыли, можете сразу уйти. Это не шоу. Это выживание.

Слова, произнесённые низким, ровным голосом, прорезали воздух, как клинок.

Он начал перекличку, вызывая фамилии по списку.

— Милли Сонт.

— Здесь.

— Арон Тальвен.

— Присутствую.

— Сиана Айлер.

Она вздрогнула. Поднялась резко, как будто от удара. Губы дрожали.

— Я… здесь… — прозвучало слишком тихо, почти неразборчиво.

Смех прокатился по рядам.

— Сидит, как мышь, и шепчет, — фыркнула Лисарра.

Но Ваэр не улыбался. Он лишь медленно повернулся к тем, кто смеялся, и его взгляд был такой, что смех захлебнулся в горле.

— Достаточно, — сказал он. — Айлер, сядьте.

Голос был не громкий, но в нём звучала сталь. Она подчинилась. Он смотрел прямо в неё. Жёстко. Прицельно. Как будто видел что-то за пределами её страха.

Затем он подошёл к центру зала.

— Сегодня — первое заклинание. Не для нападения, а для защиты. Потому что прежде чем учиться атаковать — нужно научиться выживать.

Он вытянул ладонь вперёд. Из неё вырвалось тонкое сияние, образовав перед ним полупрозрачный купол. Он удерживался на месте даже тогда, когда Ваэр ударил по нему заклинанием второй руки. Энергия поглотилась куполом, и тот чуть дрогнул, но не разрушился.

— Простой щит. Один из базовых. Но если сделаете его слабо — не спасёт вас.

Он обвёл класс взглядом.

— Сейчас — практика. Будете работать парами. Один атакует, другой защищается. Потом меняетесь.

Ученики начали перешёптываться, искать глазами знакомых. Ваэр начал вызывать по двое, составляя пары без учёта симпатий.

— Эльна Мейрис и Дан Соллен.

Они встали. Эльна сосредоточилась, создавая ровный защитный купол, в то время как Дан бросал в неё слабые импульсы. Щит выдержал, но под конец дрогнул. Ваэр сделал пометку, но ничего не сказал.

— Лисарра Вейн и Тори Кес.

Лисарра встала с ленивой грацией. Она не торопилась, но когда подняла ладонь — купол возник почти мгновенно. Плотный, яркий, словно зеркало. Когда Тори ударил в него заклинанием, волна отскочила с резким звоном. Лисарра даже не пошевелилась. Купол держался идеально.

— Хорошо, — коротко сказал Ваэр. — Но ты самодовольна. В бою это может стоить тебе головы.

Лисарра лишь усмехнулась, как будто это была похвала.

— Гарант Рель и Юнна Вест.

В этой паре атака была мощной — Гарант с первого же импульса зарядил поток, сгустив энергию в шар, который с треском ударил по куполу Юнны. Девушка отшатнулась, едва удержав щит. Её купол заколебался, вспыхнул и почти погас — но она усилила его, выпрямив спину и скрипя зубами.

— Отлично, — неожиданно сказал Ваэр. — Ты среагировала не сразу, но спаслась. В следующий раз — предугадывай.

Юнна кивнула, тяжело дыша. Гарант улыбнулся — сдержанно, но по-настоящему.

—Сиана Айлер и Арон Тальвен.

Сиана почувствовала, как всё внутри сжалось. Арон — из свиты Лисарры. Тот самый, что посмеивался на каждом уроке и разрисовал её книгу по травоведению.

Он усмехнулся, подходя ближе:

— Ну что, малышка, ты готова умереть на моих руках?

Она молча вышла в центр круга. Колени дрожали. Пальцы были ледяными. Её сердце било в висках, как барабан.

Глава 4. За гранью

Глава 4. За гранью

Сиана сидела на кровати, завернувшись в шерстяной плед, который пах пылью и сухими травами. Тело всё ещё болело после утреннего урока, особенно плечо — туда пришёлся основной удар. Эльна, на удивление ловко, мазала синяк каким-то самодельным составом.

— Говорила же, что Арон — бешеная собака, — пробормотала она. — Его давно надо было из Академии выгнать.

Сиана промолчала. Горло было сжато, как после плача, хотя слёз не было. Только глухой осадок внутри.

— Он мог тебя покалечить, ты понимаешь? — Эльна шумно выдохнула. — Это ненормально.

Сиана вспомнила, как Арон после урока специально задел её в коридоре, больно ударив плечом.

— Ты заслужила, — бросил он тогда с усмешкой, — не стой на пути, если не умеешь защищаться.

А потом в коридоре она снова столкнулась со свитой Лиссары. Рыжая ведьма, как всегда, была в центре.

— Эй, маленькая грязнуля, — ядовито протянула она, — кто тебя пустил обратно? Я думала, ты сдохла после урока.

— Оставь её, Лисс, — лениво добавила одна из девиц.

— Почему? — фальшиво удивилась та. — Она же насмешка, а не маг. Пусть развлекает. Может, из неё выйдет хорошая подстилка. Как думаешь, Арон? Хочешь ещё раз показать ей, где её место?

Сиана молчала, лицо горело от унижения. Руки дрожали.

— А может, отведём её в хранилище? — усмехнулась другая. — Там много интересного можно попробовать.

В этот момент в конце коридора раздался голос:

— Что здесь происходит?

Ваэр.

Все как по команде расступились, замолчали. Он посмотрел на них, медленно, холодно. Остановил взгляд на Сиане.

— Ты со мной.

Она молча пошла за ним, ощущая, как колотится сердце. Но за спиной чувствовала взгляды, наполненные ненавистью.

...

Кабинет Ваэра находился в отдалённом крыле Академии. Коридоры туда были тёмными и почти без окон, и казалось, чем ближе она подходила, тем холоднее становился воздух.

Когда он открыл дверь, перед ней открылось строгое, почти аскетичное помещение. Высокие стеллажи до потолка, забитые книгами и свитками. На столе — аккуратные стопки документов, перья, чернильница и массивные кожаные фолианты. Свет шёл от висящих в воздухе магических сфер, тусклых и ровных.

Ваэр остановился у шкафа, просматривая какой-то свиток. Он обернулся.

— Сядь, — коротко сказал он, указывая на стул напротив.

Она села, спина выпрямилась сама собой. Напряжение ощущалось каждой клеткой.

— Что ты почувствовала во время боя? — спросил он без лишних вступлений.

— Страх, — честно ответила Сиана. — Но не только. Я… я чувствовала, как будто внутри меня что-то пытается вырваться наружу. Сила. Но она не слушалась.

Он внимательно смотрел, не перебивая.

— Раньше я так не чувствовала. Словно это не моя магия. Она плотнее, живее. Она… другая.

Он прищурился, не говоря ни слова. Просто смотрел. И чем дольше он молчал, тем больше она чувствовала, как сама становится уязвимой под этим взглядом.

— Вы молчите, — тихо сказала она. — Значит, вы знаете, что это?

Он ничего не ответил. Но глаза его не дрогнули.

Она опустила взгляд. Пальцы вцепились в край сиденья. Атмосфера давила. Слишком близко. Слишком тихо.

От одного его присутствия внутри начинала пульсировать тяжёлая, медленная дрожь. Мышцы живота невольно сжались. Мысли стали липкими, как мёд.

Её воображение подбросило картину: он подходит к столу, резко отодвигает со стола всё лишнее, садит её на край. Его руки сминают её одежду, грудь оказывается на воздухе, а его язык скользит по соску. Она выгибается, ощущая, как его рука опускается между ног, проникает в неё пальцами — грубо, уверенно. Он расстёгивает штаны, без слов входит в неё и начинает двигаться, держа за талию, глядя ей в глаза, пока её крик не срывается в воздух, а волна магии не накрывает их обоих.

— Ты краснеешь, — сказал он вдруг.

Сиана вздрогнула. Вернулась в реальность. Его взгляд был всё тем же — спокойным, тяжёлым, пронзительным.

— Я… простите…

Он не ответил. Только отступил на шаг, глядя, как она опускает глаза, прижимая руки к коленям.

— Урок окончен. Иди.

...

Он остался в кабинете, наблюдая, как дверь за ней закрывается.

Ваэр провёл рукой по столу, будто стараясь сбросить с кожи её присутствие. Она только вошла — и воздух в кабинете сразу поменялся. Как будто дрожание силы пробежало по полу, по стенам, по его венам.

Он знал, кто она. Знал, что в ней спит нечто гораздо большее, чем у всех её одногруппников вместе взятых. Эта сила ещё не проснулась. Но он чувствовал её в глубине, под страхом, под сомнением, под стыдом. Сиана сама не осознавала, насколько она опасна.

Когда он увидел её на кафедре — бледную, зажатую, испуганную — его сердце сжалось. Он понял сразу: она. Та, кого он так долго ждал.

И вместе с этим пришло другое желание. Дикое. Взрывоопасное. Он хотел схватить её за волосы, заставить опуститься на колени. Почувствовать, как она сжимает губами его член, и как в её глазах отражается подчинение, смешанное с жаждой. Он хотел слышать, как она задыхается от его темпа, как её ногти оставляют следы у него на спине, как её голос срывается в хрип. Он представлял, как она стонет, прижатая к стене, без остатка, без стыда. Как её тело изнутри вспыхивает магией, когда он входит в неё вновь и вновь, пока она не теряет сознание — или самоконтроль.

Это сводило его с ума. Он чувствовал это в пальцах. В члене. В самом воздухе.