Клыкастые ясли

Глава 1.1.

Глава 1.

«Нет, нет, не-ет! Ты обещал! Ты должен был сдержать своё слово! Ты... Ты... Ты только не умирай... Я не знаю, что мне делать! Ты обещал, что всё будет хорошо...» — панические мысли крутились в моей голове, пока я молча взирала на происходящее. А именно на Императора, который захлёбывался собственной кровью, неистово царапая горло отросшими когтями, тем самым лишь увеличивая раны...

Люди и нелюди носились по банкетному залу, сея хаос. Кто-то визжал, кто-то плакал, кто-то без толку метался взад-вперёд, кто-то отдавал приказы, а я просто стояла и смотрела, не в силах что-либо изменить.

С трудом отведя взгляд, я увидела, как десяток драконов бьются о защитный барьер, не в силах пробиться к умирающему правителю. Все они что-то кричали: кто-то — слова поддержки, кто-то — мольбы о снятии барьера, а кто-то выкрикивал заклинания, пытаясь развеять преграду.

«Глупые».

«Ещё в детских сказках рассказывают о нерушимости защитного купола императора. Каждый знает: снять его можно либо по желанию правителя, либо он развеется сам после его кончины. С одной стороны — крайне полезная штука, а с другой — даже помощь не может подоспеть...»

Я медленно перевела взгляд на Владыку. Из глаз и ушей текла кровь, лицо посинело, прорезаемое вздувшимися венами. Кровавое месиво скрыло подбородок и шею. Тело содрогалось в предсмертных конвульсиях, а я вместо того, чтобы помочь, жалела себя и свою дальнейшую судьбу.

Нет, я не причастна к происходящему — и это докажут, не сомневаюсь. Вот только с Императором у нас были некоторые договорённости, которые он обещал соблюдать до конца своей жизни… Иронично, но, кажется, скоро его обещание будет выполнено.

Вздрогнув в последний раз, тело Его Императорского Величества обмякло. Купол исчез, и к нам хлынул поток охраны и лекарей.

Кто-то оттолкнул меня, словно тряпичную куклу, но я не в обиде. Сейчас не до моих переживаний, понимаю. К тому же брак мы заключить не успели... Торжество должно было состояться только через пару дней, а сегодня было лишь моё представление двору.

В голове промелькнуло воспоминание о «Пурпурной свадьбе», описанной в одной из книг Джорджа Мартина. Уж больно похожий способ убийства — так же Джоффри умирал от яда. Правда, Его Величество не был тираном и самодуром... Но в остальном картина была пугающе схожа.

Меня передёрнуло и замутило: не каждый день я вижу смерть, да ещё такую кровавую…

«Жалко мужика, конечно. Жалко... А я ведь думала, что всё наконец-то налаживается...»

Попятившись, упёрлась спиной в угол и сделала глубокий вдох, чтобы оставить содержимое желудка на месте и не расплакаться. Одного вдоха не хватило, пришлось сделать ещё парочку. На этом силы будто покинули меня. Я медленно сползла вниз и уселась прямо на прохладные плиты.

Многочисленные слои бального платья скрыли ноги и мою неподобающую позу. Если посмотреть со стороны, казалось, что в углу сброшена гора тряпья, а не сидит будущая жена императора, пусть и условная. Хотя теперь я даже не знаю, кто я... Какая судьба меня ждёт?

Подтянув колени, обняла их и, запрокинув голову к чуть шершавой стене, прикрыла глаза. Постаралась дышать глубоко и размеренно, на счёт, потому как паника всё настойчивее подкрадывалась своими липкими щупальцами.

«Как меня учили? Надо задать себе вопросы:

Тревожусь я сейчас за своё настоящее или за будущее?

За будущее. В данный момент я ничем не могу помочь ни мёртвому Императору, ни себе. Да и возможностей у меня никаких нет.

Я тревожусь, потому что моя проблема огромна и трудноразрешима?

Да, чёрт возьми, да!

Могу ли я сейчас что-то предпринять, чтобы это изменить?

Нет…

Могла ли я раньше помочь ему или себе?

Нет. Я ничем не могла помочь. От меня ничего не зависело. У меня нет магии, нет такой силы, чтобы противостоять частично перевоплотившегося императора. Я — никто».

Не знаю, сколько я просидела так, но пришла в себя в тот момент, когда ощутила на шее прикосновение холодного металла.

— Ты-ы... — кто-то прошипел мне прямо в ухо, вжимая лезвие в кожу на той шаткой грани между болью и смертью.

Я молчала.

— Что ты скажешь в своё оправдание, тварь? — тот же голос выплёскивал на меня гнев за гибель правителя, но я продолжала безмолвствовать. Я невиновна.

— Как ты смеешь молчать? Ты-ы! — мужчина (судя по голосу, это был именно он) больно, нетерпеливо схватил меня за волосы. Видимо, он желал прикончить меня здесь и сейчас, чтобы унять свою ярость, вот только выбрал не ту цель…

Я даже не успела пискнуть от боли или приготовиться к смерти, как раздался знакомый голос десницы покойного Императора:

— Отставить! Девчонку — в её покои. Запереть до моего распоряжения.

Только тогда я открыла глаза и мельком успела увидеть спину уходящего советника. Он был немолод и служил короне уже не одно десятилетие — по крайней мере, так мне было известно.

«Ходили слухи, что он строг, но справедлив. Также поговаривали, что ему предлагали место Императора, правителя Объединённой Империи, но тот постоянно отказывался. Хотя большинство и так сходится во мнение, что он и правит Империей.

Глава 1.2.

Сделав резкий и глубокий вдох, я рывком села. Закашлялась, отплёвывая воду...

«Воду? Какую воду? Откуда вода?»

Прокашлявшись, открыла глаза. Летние краски больно ударили по зрению. Прищурившись, огляделась: увидела пяток молодых людей, лет от семнадцати до двадцати примерно. Смотрели они на меня с жалостью и лёгким испугом.

Один из парнишек выделялся тем, что выглядел чуть старше остальных, а ещё он был весь мокрый. Симпатичный. Стоит, дышит тяжело и смотрит на меня своими серыми глазищами недовольно — так, будто я в чём-то перед ним провинилась. Но моё внимание привлёк другой мужчина…

Он смотрел на меня с крайней степенью раздражения. Поджатые губы, сведённые к переносице брови и «гуляющие» желваки явно говорили о его неодобрении; я почти физически ощущала его отвращение и пренебрежение.

Сделав над собой усилие, попыталась отвлечься от него.

«Так... Где я? На берегу реки? Озера? Кто эти люди? Что здесь вообще происходит? Как я оказалась здесь? Я ведь умирала, органы отказывали, последние недели жила только благодаря аппаратам жизнеобеспечения»…

— Вставай. Пошли домой! — рявкнул мужчина, практически вскочив на ноги.

Машинально я медленно поднялась вслед за ним, толком не осознавая своих действий, и замерла. Почему всё кажется таким несуразным? Трава, мужчина, спуск к реке, из которой меня, видимо, вытащили… Остальные тоже встали, и по их росту я поняла, что ненамного ниже их.

«Что за?.. Мой рост был метр пятьдесят! Меня всю жизнь "полторашкой" называли, а тут как-то всё высоко»…

Закончить мысль я не успела, так как посмотрела на свои конечности. Увидела нормальные руки и ноги, а не привычные... крошечные! Да, в сравнении с моими прежними, эти были огромными. Задрала подол чего-то серого и невзрачного, словно мешок из-под картошки, и узрела ступни размера тридцать восьмого – тридцать девятого. Где мой родненький тридцать пятый? А ещё были костлявые коленки и куча мелких синяков. Шрам на правой икре сантиметров двадцать и чуть разбухшие корочки на некогда разбитых коленях.

Вот теперь я точно поняла: это тело не моё.

Где мои поросячьи ножки? Родненькие, привычные…

Отпустив подол, я схватилась за голову и, ощупав её, обнаружила мокрую косу. Потянув за неё, увидела смоляные пряди, некрасиво выбившиеся из плетения.

«Да я всю жизнь рыжей была! Волосы вечно мелким колечком вились, да и стрижка последние три года была короткой. Откуда взялась коса до попы?»

Ещё раз посмотрела на косу в своих руках и заметила какую-то серую, седую прядь?

«Это ещё что такое?»

В этот момент меня резко замутило. Голова закружилась, перед глазами поплыли чёрные круги. Стараясь удержаться на ногах, я сделала пяток неуверенных шагов назад, но сознание померкло. Последнее, что я ощутила, — как тело заваливается вбок…

В себя приходила урывками. Когда окончательно открыла глаза, увидела деревянные потолочные балки с мелкими продолговатыми трещинами. Сделав усилие, села на узкой жёсткой кровати.

Огляделась: маленькая комната, тесное окно, стол, стул... Сундук? Этот предмет интерьера заинтересовал меня куда больше, чем некогда побеленные бревенчатые стены.

Сделав глубокий вдох, полный какой-то смутной безнадёжности, я снова принялась осматривать себя везде, где только могла. Не знаю почему, но истерика больше не накатывала. Я даже как-то отстранённо отметила сам факт своего «попадания».

Правда, немного смущало, что я оказалась в теле гораздо... внушительнее прежнего. Навскидку рост был метр семьдесят, может, чуть больше, но при этом я была худющая, как жердь. С моими прошлыми «метр пятьдесят» тяжело было выглядеть хорошо, так что я всегда была похожа на шарик. Вечно несуразная, немного кривоногая… Моей вины в этом не было, просто так сложились гены. Определённого заболевания у меня не нашли: родители среднего роста, а я вот родилась такой «пуговкой», как они меня называли. С речью и координацией проблем не было, как и с общением, а вот рост и излишняя полнота — да…

Просто непонятно: это все после смерти куда-то попадают или только мне так «повезло»?

Глядя на свои уже не мелкие руки, я разглядывала старые и свежие шрамы, мозоли и обкусанные ногти… Худющие запястья, острые коленки и плечи — не девушка, а живой скелет.

С опаской ощупала лицо: брови прямые, острые скулы, средние губы, обычный нос, вроде даже без горбинки. Точнее сказать не могла, но и это было уже хоть что-то.

Перекинув косу через плечо, я сама не заметила, как начала её расплетать. Жёсткие пряди скользили сквозь пальцы, а я пялилась пустым взглядом в противоположную стену.

«На этом плюсы заканчиваются. Что делать дальше? Как жить? Как вести себя? Я ведь ничего не знаю об этом мире. Нет, вода, солнце и звёзды — это понятно, а вот всё остальное... Я даже не знаю имени этого тела! Какая у неё была жизнь? Характер? Поведение? Делать вид, что всё в порядке, или сослаться на беспроигрышный вариант с потерей памяти? Да, банально, но что остаётся? Если бы у меня были хоть крохи знаний прежней хозяйки тела, было бы куда проще, но чего нет, того нет».

Дверь в комнату резко распахнулась. Я увидела того же человека, что был у реки. Окинув меня взглядом, он произнёс:

— Астра, что с тобой произошло? — требовательно спросил он и, пройдя в комнату, присел на край кровати у моих ног.

Я рефлекторно поджала их под себя. Мне только и оставалось, что хлопать глазами и перебирать в голове сотни вариантов поведения. Что ответить? Я не знаю, как девчонка очутилась в воде, кто её спас и как там оказался этот человек. Мужчиной его назвать сейчас было сложно — всё же ближе к дедушке. На вид лет шестьдесят, а то и более: седые короткие волосы, упрямые морщинки и снова поджатые губы. Видимо, это скорее привычка, нежели недовольство. С виду лицо доброе, в уголках глаз — сеточка морщин, но вот веет от него неприязнью, и мне это не нравится. Меня явно считают в чём-то виноватой, причём не в первый раз. Думаю, каждый ребёнок хоть раз чувствовал подобное неодобрение со стороны взрослых. Это что-то на инстинктивном уровне…

Глава 2.1.

Глава 2.1.

Я старалась, честно!

Я старалась быть хорошей внучкой, добрым другом, отличной хозяйкой по мере своих сил, и меня это физически выматывало. Было тяжело, но когда я начинала вспоминать свою прошлую жизнь, семью и друзей, я не могла остановиться... Воспоминания душили, я давилась слезами и выла, когда никто не видел. Физическая боль переходила в душевную.

С каждым днём я ловила себя на мысли, что не я должна была оказаться в этом мире! Не я!

Да, в своём мире я жила в небольшом городе, летом помогала бабушке с огородом, любила убираться, да и приготовить что-то было не проблемой. Пусть не уровень Мишлен, но супы, каши, салаты и простенькую выпечку — пожалуйста. Здесь же пришлось перекраивать всю свою устоявшуюся жизнь. Никаких привычных условий здесь нет, я попросту к такому не привыкла. Печка, хозяйство, огород — и всё ручками, ручками.

Кто-то может подумать: и что здесь такого? Да всё!

Мы даже вполовину так не пашем, как обычные люди этого времени. Стирка — здравствуй, речка! Туда дойди, вещи перестирай, обратно притащи, на верёвки развесь. Только на это уходит часа три жизни, а иногда и больше. Нет пылесоса, а есть лысенький веник. Печка — вообще без комментариев, это вам не удобная плита с конфорками, духовкой и таймером. Даже добыча воды каждый раз превращается в квест! Поднять ведро из колодца только кажется лёгким занятием, а на самом деле для этого нужны колоссальные усилия! Ко всему прочему, одним ведром никак не обойтись. Посуду помыть надо, полы — надо, еду приготовить — надо, что-то мелкое состирнуть — надо, воду скотине и огород полить — тоже надо!

А руки после дойки как отваливаются? Тот, кто этого не делал, не поймёт! Всему пришлось учиться, и, повторюсь, это тяжело. Да, возможно, если бы я росла в глухой деревне и была бы приучена к такому труду с детства, мне было бы легче. Я никогда не была избалованным ребёнком, много работала руками, но, оказывается, это была лишь капля в море!

Я восхищаюсь теми, кто живёт вот так, для кого это привычное дело! Знайте: вы герои в моих глазах!

Всё чаще я начала задумываться, что вообще не верю всем этим попаданкам. Попадают они в другой мир и сразу: сопли подтёрли, огород посадили, дома восстановили, дело у злого родственника отжали, да детей сиротских набрали! Звучит красиво, и другая на моём месте, возможно, так бы и сделала, но я — обычная.

У меня нет магической силы, чтобы сворачивать горы, я не рвусь в магические академии (хотя такие здесь существуют). Я не гожусь в спасительницы мира, да и инноваторство — не моё! Я тот самый человек, который всё знает по верхам. Тут чуть-чуть, там чуть-чуть. Да, я могу штопать, но не сшить что-то сложное с нуля. Я могу сварить свечи, но этого добра и без меня хватает. Любимое всеми мыло здесь — обыденность. Огород вырастить могу, если всё само растёт нормально, но вот если разбираться в качестве почвы или подкормке — я полный ноль.

Также и со скотиной. Если что-то не так, я даже не замечу, если не будет чего-то явного, а все эти намёки и полунамёки — не для меня. Я привыкла к другой жизни: удобства, доступные магазины, работа и вечерний сериал. Всё. Обычная жизнь обычного человека.

Я никогда не стремилась кому-то что-то доказать. Не рвалась к чему-то высокому — просто плыла по течению. Просто жила свою спокойную жизнь. Да, были и друзья, и подруги; мы общались и проводили вместе время: кино, кафе, прогулки, совместные шашлыки. Но не было в моей жизни покорения гор, сплавов по реке, походов или прыжков с парашютом. Я обычная, и меня это устраивает. Да, у меня есть свои «причуды» и «изюминки», но даже они кажутся обычными в этом магическом мире. Хотя, справедливости ради, вся магия находится далеко за околицей нашей деревни, и мне тяжело оценить её в полной мере.

Иногда я ловлю себя на мысли, что только ною по поводу своего положения, но это не так! Я не могу спустя пару минут, часов или дней спокойно смириться с тем, что потеряла свою прежнюю жизнь, пусть и приобрела новую. Я благодарна за этот шанс, благодарна за новое тело, правда. Я стараюсь пользоваться этой возможностью, но мне нужно больше времени, чтобы окончательно привыкнуть к происходящему.

Вообще я довольно позитивная и стараюсь везде искать хорошее, но, видимо, моё сознание ещё не до конца смирилось с чужим телом, поэтому периодически я и впадаю в хандру...

Я стараюсь воспринимать это как скорбь по прежней жизни. Ведь если умирает близкий человек, ты не можешь моментально перестать о нём горевать — тебе нужно время. А ближе меня самой у меня никого не было. Поймав себя на таких мыслях, я просто дала себе время пережить эту боль. Перестрадать и успокоиться.

Я верю, что всё наладится. И место своё я найду в этой жизни, и буду счастлива, но нужно время — для всего есть свой срок.

Через два месяца истерики прекратились, осталась лишь светлая грусть. С работой я более или менее начала справляться, режим наладился, и я стала задумываться не только о быте в этой деревне — я позволила себе надеяться на что-то большее. Постепенно пробуждался интерес к новой жизни: мне хотелось повидать города, королевства и вообще всю Империю. Узнать местную историю, традиции, обычаи...

С тех пор у нас с Милошем появилось правило: пара часов перед сном, когда он рассказывал мне о мире, в котором я оказалась. О людях и нелюдях, населяющих его, о королевствах и их различиях, о магии! Так я и узнала, кстати, что мы живём в Империи Мигрон. В неё входят: людское королевство, Объединённое королевство оборотней (у них правит совет, а не король), а также вампиры, арахниды, наги, гномы, эльфы... Ну и куда же без столицы драконов и самих драконов?

Глава 2.2

В день моего девятнадцатилетние Милош сделал мне необычный подарок — знакомство со старым Риком, который когда-то служил в гвардейской страже. Хоть он и считался отставным военным, мне казалось, что ему эти занятия были куда важнее, чем мне. Весь следующий год он занимался моей дисциплиной, физической нагрузкой, а также показал некоторые приёмы местной самообороны.

Выглядело это, конечно, из разряда «бей и беги». Так как собственного веса у меня немного, моей тактикой стали те самые подленькие приёмы: пальцы в глаз, кулаком в нос или между ног. А если была возможность схватить что-нибудь тяжёлое — бить строго по голове, а потом бежать либо в людные места, либо к страже. Вот и вся наука. Да, нечестно, а честно нападать на девушку? Вот то-то и оно. Моральная сторона вопроса меня не терзала. Жить захочешь — и не так вывернешься.

Я не стала грозой хулиганов или непобедимой леди, вершащей правосудие, но стала заметно сильнее, здоровее и подтянутее. А ещё начала бегать, хоть никогда этого и не понимала... В принципе, через две недели такого бега у меня болело всё! Теперь-то я знаю, что нельзя просто взять и побежать. Нужна специальная обувь, а главное — правильная техника, которой я не владела. Как итог — оставила только зарядку и растяжку, пока никто не видел.

Фигура начала вырисовываться, вес незаметно прибавлялся. Работы по-прежнему было много, но и питались мы нормально: каши, сало, рыба, мясо иногда, супчики, лепёшки всякие, соленья. Даже на таком меню можно что-то нарастить. Теперь хоть на человека похожа, а не на пособие по анатомии. Как оказалось, бывшая хозяйка тела не очень любила чем-то заниматься, а всё больше где-то слонялась, в итоге могла и вовсе забыть поесть!

Эх, мне бы эту способность, а то я кушать люблю — страсть, а вкусно покушать... Была бы только возможность!

В деревне, кстати, после моего «чудесного» спасения все уверились, что с головой у меня непорядок, потому как интересовалась я самыми банальными вещами, а манера речи и поведение стали кардинально другими. Кто-то этому был рад, а кто-то шарахался как от прокажённой.

Вот пара случаев:

Это было ещё в первый год после попадания. Зачастил ко мне тот самый паренёк, что выглядел постарше, звали его Влас. Пришёл и начал руки распускать: мол, ты же меня помнишь? Помнишь, как нам вместе хорошо было? Помнишь, как сбежать хотели?

Парень наглый, задиристый, напористый... Не люблю таких. Это тот самый тип, которому говоришь «нет», а он слышит «да» или «я подумаю». Честно, стало страшно, и я недолго думая рассказала дедушке о «чудной» встрече бывших влюблённых. Тот долго не размышлял — отвадил кавалера так, что тот сбежал, видимо, как и планировал. Пошёл во взрослую жизнь... Ну, туда ему и дорога.

Потом «подружки» две наведывались... В общем, с ними у нас тоже не срослось. Мало того что о других сплетни собирают, так ещё и друг друга за спиной помоями обливают. Пришлось распрощаться с «дамами». Единственное, чем я себя утешала: спина болеть не будет, да и всё остальное тоже, так как «полоскать» мои кости теперь будут долго.

Остальные подростки шарахались от меня. Одни думали, что я прежняя (плохая), другие — что теперь у меня с головой беда. Так что с друзьями не сложилось. Иногда очень не хватало общения, но я старалась не унывать. Находила себе домашние занятия, которые съедали большую часть сил. Вечером — разговоры с Милошем и спать! Сон для меня стал чем-то родным и неприкосновенным.

Два месяца до основных событий.

В конце зимы пришла беда. Милош заболел. Пошёл на рыбалку и провалился по пояс в воду — мост окончательно прогнил. Денег на мага из ближайшего города не было, лечила его местная знахарка, но помогло мало... Сильный кашель, слабость и потливость длились уже месяц. Месяц бессонных ночей и безысходности...

Так и прошло время до моего совершеннолетия. Отпраздновали мы его под звуки кровавого кашля...

Ровно в моё двадцатилетие раздался неожиданный стук, а после дверь буквально слетела с петель. В дом вошли двое здоровенных мужчин. У одного из них в руке был какой-то камень, переливавшийся всеми цветами радуги. Он подошёл ко мне.

— Именем короля, вы едете с нами, — произнёс он и схватил меня за руку.

— Я? Я не могу, у меня дедушка при смерти, я не могу! Отпустите! — затараторила я, затравленно глядя на незнакомцев.

Выглядели они неприметно: чёрные кирасы, чёрные штаны и такие же плащи. Бритые наголо, а на лицах — застывшее выражение скуки, будто они по двадцать девушек в день таскают. Тот, что стоял рядом, сделал какой-то знак второму. Тот подошёл к дедушке и резким движением вытащил кинжал, безжалостно всадив его в сердце. Мой крик прервали сильным ударом по лицу, от которого голова запрокинулась назад, а изо рта и носа хлынула кровь.

— Теперь твой дедуля мёртв, так что ты свободна. А если ещё раз решишь заорать — получишь ещё, поняла?

Судорожно кивнув, я кинула быстрый взгляд на тело человека, который заботился обо мне как мог эти два года. Шок и неверие стали его последними эмоциями. Не было больше нахмуренных бровей и складочки на лбу; губы были спокойны, а не поджаты, как прежде. Слёзы градом покатились по лицу.

Всё это длилось буквально пару секунд, прежде чем меня с силой дёрнули за руку и поволокли наружу. Ледяной мартовский ветер ударил в лицо, растрепал пряди, брызнул смесью снега с дождём и забрался под домашнее платье, сковывая тело. Но, казалось, я не замечала этого...

Глава 3.1.

Глава 3.1.

Пару секунд спустя передо мной появился мужчина, лет сорока на вид. Присев на корточки, он посмотрел на меня и прошептал:

— Милое дитя, что же они с тобой сделали... — Он протянул руки к моему лицу и спросил: — Хочешь, я сделаю так, чтобы тебе стало легче?

Я прикрыла веки, и слёзы непроизвольно потекли из глаз. Я уже не знала, кому и во что верить. Может, его слова — ложь, и сейчас он сделает что-то гораздо хуже того, что уже случилось? Что-то настолько страшное, что остальное померкнет? Но...

Голову будто окутал поток прохладного воздуха. Я снова приготовилась к боли, но минуты шли, а её всё не было. Вскоре мне стало легче. Страх, обида, гнев, жалость — всё это куда-то отступило. На душе стало спокойно, будто весь сегодняшний кошмар произошёл когда-то очень давно...

— Спасибо, — прошептала я, сама не веря в то, что говорю.

Мужчина невесело улыбнулся и, усевшись на пол по-турецки, подпёр голову рукой.

— Меня зовут Лагаст, я твой Император. И сегодня твой отец передал тебя в качестве подношения в мой гарем.

Брови непроизвольно взлетели вверх. Не знаю, каким чудом я удержала себя, чтобы не вскочить, а продолжила слушать Императора.

— Дабы успокоить тебя, скажу сразу: посещать тебя я не буду, если ты сама этого не захочешь. Никакой необходимости в этом нет, так как ты незаконнорождённая, магии в тебе — капля в море, поэтому наследники могут получиться больными. К тому же, я так понял, король не затруднил себя объяснениями, так что позволь рассказать, что здесь происходит и при чём тут ты.

Издавна существует традиция: королевских отпрысков, не являющихся прямыми наследниками, призывают в императорский дворец в знак уважения к власти. Мальчиков — на службу, девушек — в гарем. Король Ариен должен был отдать мне свою законнорождённую дочь, но то ли она сама, то ли папаша подсуетился, и девушка теперь замужем. Магическая клятва нерушима, особенно с членами королевской семьи, там есть свои нюансы. И вот, когда срок подошёл, король «узнаёт», что дочь он отдать не может, и пытается найти выход. Обращается к придворному магу, а тот предложил поискать бастардов: вдруг получится? Мол, Его Величество в молодости был очень прытким — и план сработал. Нашли тебя. По факту ты дочь короля, хоть и бастард, так что условия договора соблюдены. Что касается смерти твоего деда… — сделав неприятную паузу, Его Величество продолжил: — Это была всего лишь иллюзия. А вот по поводу твоего иномирного происхождения...

На этих словах я вскочила, готовая бежать, закрыла руками рот! Мысли понеслись как бешеные: «Он знает! Он знает! Он знает?.. Дедушка жив? Жив?»

Начать паниковать по-настоящему я не успела: по телу прошла свежая волна, и все тревоги как рукой сняло. В ошеломлении я плюхнулась обратно на постель и по-новому посмотрела на собеседника. Лет сорока, крупный, симпатичный. Длинные светлые волосы заплетены в обычную косу, а в глазах — бесконечная мудрость и спокойствие...

— Давай по порядку. Дедушка твой жив и уже даже здоров. В помощи больше не нуждается. Перебираться в столицу отказывается, но желает тебе быть счастливой и просит помолиться на досуге за старика. Также он теперь знает, от кого ты рождена, и тоже пребывает в неком шоке.

— Подождите, а зачем тогда это всё было? Для чего? Для чего так жестоко поступать со мной? Я ведь ничего не сделала... Я... Я... — Слёзы снова накатывали, горло неприятно сжалось.

Император сделал какой-то жест в мою сторону, и по телу снова пробежала волна успокоения. Ощущение, будто я канистру валерьянки хлебнула.

— Прости, понимаю, как это всё звучит, но позволь я продолжу? Поверь, Ариан не жестокий, он жёсткий, а это разные вещи. Да, его поступок некрасив, и я его не одобряю, но вот что он мне сказал: «Она не должна тянуться назад, теперь её дом не здесь. Хуже злости и ненависти только скорбь и привязанность. Пусть злится на меня, но не тоскует о прожитом в нищете времени». Правда, гадкое отношение и побои — это уже была самодеятельность одного из твоих провожатых. Тот человек уже наказан. Также своим грубым отношением король дал тебе понять, что помощи от него ждать не стоит. Ему не до тебя. В его руках ты всего лишь инструмент. Так как ты переходишь в моё подчинение, то инструмент уже ненужный, дальнейшая твоя судьба его не интересует.

Я кивнула. Отчасти было больно и обидно, хоть, по-хорошему, я к этому относилась лишь косвенно.

— По поводу переноса души: ты не единственная такая в нашем мире. Периодически вашего брата закидывает в наши чертоги, уж поверь мне — я далеко не один десяток лет прожил. Так о чём это я? А по поводу твоего иномирства не переживай: я никому не скажу, да и ты не говори. Не то чтобы это секрет, просто не будем ворошить это болото. Я готов дать магическое обещание, что не притронусь к тебе и сделаю всё, чтобы твоя жизнь во дворце была прекрасной. Я ни в чём не буду тебе отказывать и унесу твою тайну в могилу, но взамен ты будешь обязана стать моей ещё одной женой и появляться на всех необходимых мероприятиях. Согласна?

— Согласна, но к чему так всё быстро? Клятва, договорённости...

— Астра, ты не представляешь, сколько у меня дел. Чем проще и быстрее я с ними закончу, тем лучше и скорее я буду спать.

Лагаст протянул мне руку, я дала свою в ответ. Аккуратно сжав мою ладонь, он произнёс те самые слова, что обещал, а я дала свои обещания с поправкой на то, что буду выполнять его условия до конца его дней, как и он мои.