Kodokuna: Hakai no Uta

Пролог: Пламя, что затмило свет звёзд.

Эпохи сменялись раз за разом, чистота крови правителей давно была утеряна из-за похождений Императоров, посему один из сильнейших феодалов того времени — Орахайме-доно своей жесткой хваткой подчинил всех. Найдя самого достойного кандидата в императоры, будущий сёгун пристегнул каждого феодала. В 1300 году закончилась династия Хякки, править начала династия Сёкку. Народ боялся сверхъестественных сил Орахайме-доно, поэтому не рисковал поднимать восстание. После смены правителя, начали появляться маленькие набеги, со стороны воскревших легенд - Акума. Люди посчитали это карой из-за действий сёгуна, но он был непреклонен. Сёгун начал полномасштабные военные экспедиции к очагам атаки Акума и назвал эти очаги — смутой. Также паралельно проводились исследования территорий, что были обвалены пиками гор Торо.

1568 год.

Ещё три сотни лет назад, великая ясновидящая Карима предсказала эпоху смуты, когда истинное зло будет возрождено гниением мира — небесная кара, что уничтожит человечество. Карима, хоть и имела статус великого предсказателя, но зачастую свои пророчества приукрашивала, потому люди не хотели верить в смерть всего живого. А дабы помочь своим вассалам и далёким деревням, помимо военных сил, Император приказал Сёгуну — Орайхиме-доно, собрать военный корпус в котором будут "особенные", люди которые смогут быстро и эффективно работать в очагах пламени смуты. Которые станут козырем в битве с первородным злом. Сёгун был жёстоким человеком и обладал сверхъестественными способностями, которые получил в результате следования древним учениям и тренировкам, поэтому считал, что остальные люди которые также сильны духом способны получить невиданную силу.

Особой военной единицей, которая была подконтрольна Орахайме-доно, являлся Токусю Бутай — корпус особенных солдат, возведенный по приказу Императора. За два года к корпусу были присоединены потенциально сильные воины независимо от происхождения и того, чем они занимались до корпуса. После того как они присоединялись к корпусу, они теряли все связи с прошлым и начинали вести особые тренировки.

Экзамен, который должен было проводиться раз в 4 года, на первых парах прошло после 2-ух лет тренировок токусю. В результате, 170 членов первого поколения из 220 были убиты во время жёсткого испытания. 50 же счастливчиков, которые умудрились выжить в особом пространстве Сёгуна, были признаны токусю 1-го поколения Токусю Бутай.

Многие из 1-го поколения были убиты, выжили сильнейшие, но также к корпусу прибавлялись новые воины, готовые пожертвовать всем ради защиты империи. Обучение больше не проходило под надзором Сёгуна и его приближенных. Группы людей, что желали присоединиться к корпусу учились у бывших или нынешних токусю уровня сайкьё. Из-за увеличения нападений со стороны Акума и их рациональности, Империя начала предполагать о существовании штаба среди всех Акума, что даёт указания. Силы людей начали заметно бледнеть.

1585 год. 14 марта. Город Тамисора: Поместье даймё здешних земель - Машири Чоудзи.

— Чоу, скажи мне на милость, почему ты тогда отошёл от дел? Подкинул же ты проблем этим своим решением. — синевласый мужчина задорно трепетал, сидя в саду дружеского дома. На нем был чёрный плащ, а на поясе висели ножны с катаной. Даже сидя, он казался настоящей горой, плечи были довольно широкими. Прямые и изящные черты лица подчеркивалась такого же цвета как волосы глазами, цвета морской лазури. Часть волос была собрана на макушке, а остальная была спущена аж до плеч. Не менее радостным, было окружение. Воин, что сколотил почти целое состояние на своих битвах, неустанно выполняя работу возвёл себе прекрасное имение. Начало весны было прекрасным промежутком во времени, особенно на землях Солнца. Птицы тут пели почти круглый год. Однако именно весной, во время цветения самой земли, соловьи исполняли невероятные серенады, что были приятным дополнением к удобству сидения на стульях из дорогой древесины. Пока мужчина с лазурными волосами упивался ароматным чаем, что пах жасмином, сам Чоу, - хозяин дома и тот кому был задан вопрос уже сформулировал свой ответ. Да и впринципе, он не отличался от того предлога, под которым Машири Чоудзи взял отставку у главы корпуса. Немного прокуренным голосом Чоу ответил:
— Тебе ли не лучше всех знать причину, Ао. Токусю Бутай для меня был не только способом заработать. Эта организация служила мне домом большую часть моей жизни. Я до сих пор предан идеологиям Орахайме-сама. — Машири наигранно сделал паузу, что бы сделать глоток чая и продолжил, — Я считаю свой долг невзирая на плату которую получил - исполненным сполна. Кроме того, я нашел нечто большое чем жажда сражений.
Машири улыбнулся, на миг погрузившись внутрь воспоминаний:
— Прости конечно, что доставил тебе проблем. Однако о своей жизни тоже нужно думать. Особенно когда на протяжении десяти лет мы и делали только, что убивали. — Под конец тон Машири помрачнел.
— Да и мне кажется, что ты не сильно расстроен моим уходом, жалование поднялаюось? — С ухмылкой добавил Чоу. Ао с фальшивым смешком ответил:
— Ха-ха! Верно подмечено. Но всё же, на душе было бы спокойней, прикрывая уголёк мою спину. — Лазурный токусю стал серьёзней. Он поставил ладонь на стол и сжал кулак — Ты чёртов эгоист, Чоу. Нашел себе счастье да и ушел упиваться своим счастьем. О других даже и думать не собираешься. Неужели тот Чоу которого я знал, бросил нашу войну, умер в тот же день, когда сдал свои полномочия? Знал бы ты, чего натерпелся асигару, пока ты делал себе детей.
Багровые волосы мужчины чуть ли дыбом не встали, Машири был в шаге от драки с бывшим товарищем.
Мужчина в статной одежде, что уже был даймё в свои молодые годы и имел красные, будто кровь волосы, подстриженные под короткую и компактную прическу. Габариты тела ничем не уступали Ао. Формы его лица были более грубы и мужественны, нежели чем у его собеседника. На левом глазу красовалась повязка, что закрывала уничтоженный глаз. Легендарный Токусю, тот, кто сразил бесчисленное множество акума, возможно и вправду потерял моральные ценности увидев злато и благополучие. Во всяком случае именно по мнению Ао. Но разве человек не имеет право на счастливую жизнь? Разве это не его право выбора? Может быть не во время войны. Пока каждую секунду умирают люди, полный сил Токусю отсиживался на своих землях, курируя дипломатические дела и оберегая свою собственную семью. Резонное решение, но не для патриота, коим являлся Ао. Хотя Аоки видимо не брал в учёт тот факт, что на землях Чоудзи было спокойно, только из-за присутствия даймё.
Глава рода Машири задал вопрос:
— Чего ты добиваешься, скажи прямо.
— Ничего, мне жаль тебя. Когда отказываешь другим в помощи, могут отказать и тебе. Этот закон много раз демонстрировала судьба. Грядёт буря, Машири, смотри, не потеряй все разом.
— Тебе жалко меня? — Вот тут уже нервы бывшего лидера асигару "Берсерк" окончательно сдали. Он был в недоумении. Машири Чоудзи резко встал, хлопнув по столу. Ао нервно убрал свою руку со стола:
— Разве я недостаточно пожертвовал ради этой грёбанной войны, а?! Думаешь заплатили мне парочку золотых монет и на этом я стал всем должен? Всё что ты видишь у меня дома, это деньги моего отца, каждый грош, что отдал мне Орахайме я давно спустил в благотворительный фонд для поддержки самого Корпуса. Все эти десять лет я убивался не ради денег!
Слова Чоудзи тронули Аоки, он начал чувствовать себя не в своей тарелке. Но его друг не собирался останавливаться. Ярость кипела в нем и выходила в спокойные, но кислотные слова:
— Я тратил свой талант, своё здоровье, свою жизнь. Половину своей жизни, никто и не думал обо мне. Никто, абсолютно! Даже ты, мой самый близкий друг гулял по барам, пока я сидел и корил себя в тесной комнате на переднем фронте. Знаешь за что? За то что именно я не защитил людей, что погибли от рук этих демонов. Будто бы я на них навёл это проклятие.
Дойдя до этого момента, Машири сбавил обороты:
— И пожалуй только один человек помог мне тогда. Когда я хотел все бросить и прыгнуть камнем вниз в океан. Акихико, именно она отговаривала меня. — Машири сел обратно. Упоминание имени жены заставило его чуть успокоиться. — Теперь, я никогда не пожалею о том, что послушал её тогда. Бросить всё и уйти упиваться своим счастьем. — Чоу наконец вдохнул воздуха, из-за гнева он даже о дыхании забыл. Взяв тряпку он вытер пот со лба.
Ао со стеклянными глазами наблюдал за этим, как будто пламя испарило воду и оставило лишь выжженную землю. Нынешний капитан "Берсерка" выдохнул и сказал:
— Вы может быть, правы...
— Не фамильярничай!
— Чоу, может быть ты прав. Не стоило так срываться. Твои слуги дрожат. — указал пальцем Аоки на служанок, которые буквально дрожали. Машири же не особо обратил на это внимание.
— Ещё бы, врагом народа меня назвал. Поверх того, что ты должен мне две жизни.
— Ой-ой, получается это не ты должен миру что-то, а он тебе всё? — Ао улыбнулся, встал и начал спускаться по лестнице беседки. Он махнул рукой и добавил:
— Прости, за мои слова на счёт тебя. Желаю тебе приятно провести остаток жизни вместе со своей семьёй, — токусю опустил взгляд с улыбкой, — И вправду, это твой выбор.
Чоу молча проводил своими глазами токусю. Больше они не виделись до того дня.