Коэффициент счастья

Глава 1

Коэффициент 7,9

— В этот день умер последний Император.

Рея обвела внимательным взглядом обращенные к ней лица, рассеянные вокруг сцены. Ее голос разрезал воздух невидимыми лезвиями. Она впитывала в себя внимание, превращая в жгучую уверенность, растекающуюся по венам.

— В тот день, когда члены Великой Восьмерки открыли миру Разум, Император и его приспешники превратились в рудимент нашей Великой Империи. Способные лишь паразитировать на чужом труде и таланте, они заслуженно были преданы смерти.

Рея смолкла, выжидая, пока публика насытится ненавистью.

— Сегодня мы отмечаем сотую годовщину Революции Сознания и бесконечно славим Разум! Наш надежный ориентир. Не тот, кто правит, но тот, кто служит. Тот, у кого нет иных интересов, кроме интересов народа.

На мгновение воцарилась тишина. Рыжие волосы девушки, туго собранные в прическу, и золотое шитье на мундире ловили вялые лучи весеннего солнца. Когда в воздухе уже начинало потрескивать от напряжения, Рея подняла сжатый кулак над головой и крикнула.

— Слава Империи!

Толпа вторила ей раскатистым эхом и взметнувшимися вверх сжатыми ладонями. Центральная площадь Острова Святого Григория наполнилась радостными возгласами и свистом. Рея прикрыла веки, позволяя шуму толпы волнами окутывать ее вытянутую струной фигуру.

Подарив себе мгновения триумфа, она наградила слушателей ослепительной улыбкой и спустилась с трибуны.

В центре сцены ее ждали люди в темно-синих мундирах с золотым шитьем и погонами — генералы. Выдающаяся элита Империи. У каждого из них Коэффициент эффективности превышал восьмерку. Отодвинув рукав мундира, Рея бросила взгляд на имплант в предплечье. На миниатюрном экране с золотой окантовкой светилась цифра 8,0. Рея расплылась в победной улыбке. Она готовилась к выступлению в честь годовщины Революции Сознания последние пять ночей, отбросив сон и отдых. И это сработало. Теперь она может без оговорок считать себя одной из них — самых эффективных людей Империи. Ценных. Незаменимых.

С высоко поднятым подбородком и гордой, не показывающей зубов, улыбкой Рея встала в одну линию с генералами. Оказавшийся рядом с ней Марк слегка склонился в ее сторону.

— Умница, Рея. — он озорно улыбнулся и в его голосе промелькнул юношеский запал, несмотря на то, что Марк недавно с размахом отметил в Зимнем дворце свой сороковой юбилей. Опыт его подтверждали и уложенные каштановые волосы, у висков превратившиеся в серебро. Он уже произнес свою спокойную размеренную речь.

— Госпожа Валор, поздравляю с повышением Коэффициента. Вы это заслужили, — генерал Тамилин, стоявший поодаль, тем не менее заметивший обновленную цифру на импланте Реи, одобрительно кивнул. Рея ответила легким кивком им обоим и обернулась на неожиданный шум в толпе. У дальнего края людского моря из изумрудных мундиров с вкраплениями цветастых платьев, появились трое державников — роботов, напоминающих человека и следящих за порядком на улицах.

— Что происходит? — щурясь от солнечных лучей, отражающихся от глянцевого корпуса державников, Рея пыталась разглядеть, кем заинтересовались роботы.

— Жена доктора Красноперого только что покончила с собой, — сухо ответил Марк, пробегая глазами отчет со своего импланта. — Она понизила его коэффициент ниже семерки.

— Теперь его депортируют на материк, — подытожила Рея, по ее позвоночнику пополз липкий холод.

— Его эффективность в последние месяцы и без того упала. Пациенты жаловались, — пожал плечами Тамилин.

В толпе началась потасовка. Изумрудные мундиры расступились и Рея смогла рассмотреть раскрасневшегося доктора, отбивающегося от державников медицинским чемоданчиком. Ей хотелось отвести взгляд, посмотреть на липы окружавшие площадь или фонтан из белого мрамора в самом ее центре, да хоть на лицо Марка, молчавшего рядом. Но картина словно приковывала к себе. Рея попыталась представить себе доктора Красноперого, который часто обыгрывал ее в карты на приемах, не среди чистой залитой солнцем площади Острова Святого Григория, а там, на материке — среди грязных улиц, пахнущих потом, спиртом и мазутом. Не в светлом кабинете Островной больницы, а в обшарпанной лечебнице материка с дефицитом лекарств, кишащей болезнями и бедностью. Рея поморщилась. Именно это ждет бедного доктора. От державников ему не отбиться, он и сам это знал, поняла Рея, заметив, как Красноперый затих и, стыдливо склонив голову, подчинился роботам. Его поникшая фигура в сопровождении блестящих металлических машин медленно удалялась от толпы. Рея сглотнула густую слюну и только сейчас заметила, что Марка рядом уже нет. Генерал взошел на трибуну, тихо кашлянул, привлекая внимание перешептывающейся толпы. Им не часто удавалось своими глазами наблюдать депортацию. Люди, сумевшие поднять свой Коэффициент эффективности выше семерки, и попавшие на Остров Святого Григория, очень не хотели его покидать. Поэтому каждый житель Острова крайне радел за свой Коэффициент. Но как бы каждый из них не старался, был элемент, который контролировать сложно — другой человек. Брак стал на Острове делом редким именно по этой причине. И Рея была с этим согласна. Зачем лишний риск? Ведь любовники или приятели на Коэффициент не влияют, другое дело — супруги. Их показатели тесно связаны. Но все еще находились смельчаки, которые решались на такую авантюру. «Его вина», — подумала Рея, стараясь избавиться от неприятного холода в позвоночнике. Нужно было следить за своей женой. Давать ей то, чего не хватало. Или вовремя развестись.

— Дамы и Господа, напоминаю, что праздник продолжится в Мраморном дворце. Буду рад встретить вас там!

Слова Марка заставили застывшую толпу прийти в движение. Мужчины и женщины стали разбредаться в поисках своих автомобилей, стремясь продолжить праздновать.

Рея без труда нашла свой бежевый Руссо-Балт, в котором, прикрывшись кепкой, отдыхал ее шоффер Влад. От хлопка задней двери Влад дернулся и кепка соскользнула на колени.