Когда еще я не родился

Когда еще я не родился

Когда еще я не родился,
Я жил среди плакучих ив,
Но этот мир уже мне снился,
Путь к отступленью преградив.

Богиня-мать, шепча заклятье,
Нас обряжала в дальний путь.
Она делила ровно счастье
И вдавливала пальцем в грудь.

Мы все тогда в недоуменье
Просили мать повременить.
Так, не дождавшись разъясненья,
Ей верность поклялись хранить.

Мы уходили равномерно
Через примерный интервал.
А ивы плакали безмерно,
Но я того уже не знал.

А мать-богиня нам махала
Своей бесформенной рукой.
Теперь начнется все сначала,
Когда я доберусь домой.

Мне этот мир не предназначен,
Хоть вписан в новую судьбу.
Он суетлив и очень мрачен,
Так и не понял почему.

Увижу ль снова мать-богиню
Спустя отмеренных частот?
Я где-то мчусь, посередине
Пока неприбранных пустот.

Такая жизнь

Вот и рассвет, холодный, моросящий.
Что же желать, уже почти зима.
Вчерашний день, так быстро уходящий,
Куда-то вдаль, за старые дома.

А я опять немного припозднился,
Сначала бар, потом, о черт, она.
Я пару раз подумал, что влюбился,
Но что-то ночь сегодня холодна.

А ветер, гад, как будто бы обижен,
Толкает в спину ледяной рукой.
Все норовит придвинуться поближе,
Царапая небритою щекой.

Но ничего, я скоро буду дома,
Оставив за порогом эту ночь.
Такая жизнь мне хороша знакома,
Такие дни похожие точь-в-точь.

Пробралось время

Пробралось время и в мои чертоги
Умело подобрав ключи,
Оно вошло, не вытирая ноги,
Запачкав нежные мечты.

Зажгло камин, подбросив дров немного,
В бокал налив горячий грог,
Все чаще повторяя имя Бога,
Отпило маленький глоток.

Тогда я разозлился не на шутку,
Разбив поспешно зеркала.
Как объяснить холодному рассудку,
Что старости пора пришла?

И как мы дальше сможем уживаться?
О чем с ним станем говорить?
Я не уверен, что смогу сдержаться
Когда попросит прикурить.

Тик - так, мне эти ненавистны звуки,
Но вынужден их повторять
И пожимать протянутые руки
В мою холодную кровать.

Ты сможешь

Мой дорогой, ушедший друг,
Прости за опозданье.
Тебя здесь нет уже вокруг,
Одно воспоминанье.

А я остался и брожу
По дому одиноко,
И про себя одно твержу:
«Жестоко то, жестоко!»

Я помню клетчатый блокнот,
Лежащий на коленях.
Ты в нём писал узоры нот
В минуты исступленья.

Тебе хотелось танцевать
В обнимку с ветром буйным,
Дерзить, смеяться, рисковать,
Ведь был счастливым, юным.

И счастье мерилось твоё
Духовным и сакральным,
А безделушки и тряпьё
Считалось тривиальным.

Но почему тогда судьба
Тебя забрала в небо?
Вопрос наивный, глупый, да,
Из области плацебо.

Теперь уверен: сможешь ты
В любом быть счастлив мире.
Я успокоился почти,
Окно раскрыв пошире.

Покой и я

Я снова погружаюсь в сон.
Серебряной луне поклон,
И открываются врата,
Вхожу, дыханье затая.

Лишь здесь покой я нахожу,
Неторопливо с ним брожу,
И взгляд его красивых глаз
Развеет горести тотчас.

Как я давно его ждала,
Как громко по ночам звала.
Мечтала, грезила: вот-вот
Покой неспешно подойдёт.

И все проблемы, что гурьбой
Толкаются наперебой,
Меня оставят в тот же миг,
Издав предсмертный сиплый хрип.

И лишь вдвоём, покой и я,
Всё ближе день и ото дня.
Мечты деля напополам,
Вверяем судьбы небесам.

Но это только дивный сон,
Ничтожно мало длится он.
И утром снова тишина,
И нет покоя, только я.

Бродя в реальности

Ты все ж хороший, не спеши
Свою казнить судьбу на плахе.
Ломались дни-карандаши
В затертой серостью рубахе.

Дождь умывает фонари,
Их лица сажей почернели.
Свет пробиваясь изнутри
Старается, а виден еле.

И ты старался, что есть сил
Дарить цветы годам-прохожим,
Их возложив среди могил
Стал на давнейшее похожим.

Ты убегал за старый дом
Чтоб поразмыслить о великом,
Тот дом, с поломанным крестом
И нервным неуместным бзиком.

Я в том дому превозмогал
Своих обид больное эго,
Там ветер шастает амбал
Прикрыв подолом части неба.

Мы все немного озверев
От неудач и лицемерья,
Разгладив мыслей барельеф
Вбиваем в грудь высокомерья.

И словно глупые шуты
Лишь позабавим дней остатки,
Смеясь им выроют кроты
Глубоких кругляшей на грядке.

Давай отныне обходить
И лужи скользкие и ямы.
И просто станем тихо жить,
Бродя в реальности телами.

Я видел демона

Я видел демона на раз
С его горящими глазами,
Он громко мне в лицо смеясь
Нелепо пожимал плечами.

Он пожирал души порыв,
Едва Вселенной зарожденный
И рот в усмешке искривив
Вид приобрел умалишенный.

Он закрывал пред нищим дверь
Крича немому вслед проклятья,
Он вновь любовь толкал в постель
Бесстыже разрывая платье.

Он отбирал последний грош
Одолженный, являя силу,
Дрессировал искусно ложь
Толкая верующих в трясину.

Не позволяя никому
Свои высказывать сужденья,
Он фактам объявлял войну
Предав поспешно избиенью.

Я помышлял лишь об одном -
Прикончить демона жестоко,
Когда он присмиренный сном
В ночь погружался одиноко.

Как ненавидел эту тварь!
Как заклинал покинуть стены!
Но каждым утром тот фигляр
Разыгрывал чудные сцены.

Я снова вижу его взгляд
В своем зеркальном отраженье
Минуты время теребят
И предрекают пораженье.

Прогнать бы

Протоптанная чепуха –
Вам кажется уместна.
В ее, укутавшись, меха
Благодарите, лестно.

Почтенный возраст не помог –
Не впасть в хулу и чванство,
Поможет, к счастью, потолок
Сдержать цезарианство.

В словах лишь тощая мораль,
Украденная в книжках,
Прогнать б вас стадом – в пастораль,
И запереть задвижку.

Разве можно море описать словами?

Разве можно море описать словами?
Только восхищаться, как и чудесами!
С замиранием сердца стоя возле скал,
Слушать и влюбляться в ветра буйный шквал.

Волны набегают, шелестя песком,
Берег обнимая, словно пояском.
Чайки на волнах качаются степенно,
Думают о чем-то долго, вдохновенно.

Желтые нарциссы у меня в руках.
Пусть сегодня море будет чуть в цветах.
Подойду тихонько к берегу воды,
Море станет глубже от моей слезы.

Я пройду

Я буду вслед кричать проклятья,
Чтоб гневом боль опустошить,
Пророча тысячи несчастий,
Что вам б пытались угодить.

Когда толпой вы оболгали
Мои ранимые мечты,
Вы будто душу обокрали
И затоптали в ней цветы.

Вы болью обрекли терзаться
Мой ум на сотни лет вперёд,
Я ж научилась огрызаться
На каждый новый поворот.

Вамиг ваши чёртовы уловки
Смахну дрожащею рукой,
Засохший сыр из мышеловки
Пусть кто-то сцапает другой.

Я не была такой с рожденья,
Гораздо было всё милей.
Случилось это превращенье
Однажды, средь безумных дней.

Бредёте с ношей непосильной,
Что нарекается душой.
Ваш интерес к ней меркантильный,
И только, вряд ли есть иной.

А я пройду свою дорогу,
Мир принимая без прикрас.
И, приближаясь к эпилогу,
Скажу: "Судьба всё ж удалась!"

Твой призрак

Твой призрак появляется в прихожей,
Твоё я чувствую дыханье, может,
Сегодня, в этот долгожданный раз,
Невероятный свой поведаешь рассказ?

Не хочешь — уговаривать не стану.
Но если ты подверглась злу, обману?
Я поспешу немедля отомстить,
Чтоб ты в миру ином смогла спокойно жить.

И не волнуйся понапрасну больше,
Не исчезай, останься чуть подольше.
Мир без тебя покажется напрасным.
Букет в прихожей для тебя, тот красный.

Прости, что снова в том я сомневаюсь,
Что вновь обнять тебя не попытаюсь.
Ты ускользаешь в мир немногословный,
В него ступить, увы, я не способный.

Ты плачешь? Что ты, дорогая, право,
Я обещаю: буду мыслить здраво.
Тебе пора? Конечно, понимаю.
Ты только возвращайся, умоляю!