Когда ты по ту сторону экрана

Пролог

Правая нога сама дёргается. Сколько бы я не пыталась успокоиться, не получалось.

Комната маленькая квадратная. Стены серые, одинокая лампа сверху и два стула, на одном сижу я.

Только недавно сидела у себя в квартире, а потом всё было как в каком-то боевике. Выбитая дверь, люди в форме, автоматы, лицо в пол. Разумеется, моё.

Я не знаю, сколько времени прошло. Минуты тянутся неправильно — слишком медленно и слишком быстро одновременно.

Не знаю, кто именно за мной пришёл. ФСБ. МВД. Чей‑то ведомственный отдел безопасности. Частная структура, работающая по государственному контракту. Вариантов достаточно.

Если бы меня собирались просто арестовать, всё выглядело бы иначе. Бумаги, протокол, отделение. Значит, причина другая.

И вот наконец шаги.

Не торопливые. Уверенные. Такие шаги не спешат — им некуда.

Я выпрямляюсь на стуле, насколько позволяют затёкшие плечи, и заставляю ногу замереть. На пару секунд получается. Сердце начинает биться громче, будто решило заполнить паузу.

Шаги останавливаются у двери.

Пауза.

Короткий щелчок замка. Без суеты, без показной строгости. Дверь открывается плавно.

В комнату входит мужчина, и я сразу отмечаю — это не госслужащий.

Ему около тридцати пяти. Дорогой костюм сидит идеально, не броско, но безошибочно — так одеваются люди, которым не нужно ничего доказывать. Часы на запястье простые на вид, но слишком аккуратные, чтобы быть случайными. Движения спокойные, выверенные. Он не оглядывается по сторонам — значит, знает, где находится.

Он закрывает дверь сам, потом подходит ко второму стулу, отодвигает его и садится.

Только после этого смотрит на меня.

— Ты ведь понимала, что однажды утром, все так и закончится?

Пытаюсь собрать мысли в кучу, успокоиться. Но выходит, честно говоря, так себе.

— Если хотели встречи, могли просто прозвонить, – делаю паузу, сглатываю – или написать.

Мужчина улыбается, закидывает ногу на ногу.

— Ты меня не узнаёшь, Карина? — он специально называет меня по имени, давая понять, что это не случайность и не ошибка. Имя звучит в его исполнении как-то по-другому — мягче, привычнее, будто он произносил его уже тысячу раз.

Я моргаю. В голове пролетают все возможные варианты: бывший одноклассник, клиент, кто-то из слитых баз… Но лицо не щёлкает. Красивое, да. Запоминающееся. Но пусто.

— Должна? — выдавливаю, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он чуть наклоняет голову, как будто оценивает, насколько я искренна.

— Карина, Карина… — он вдруг встаёт и обходит меня, останавливается за спиной. Руки ложатся мне на плечи — тёплые, уверенные, чуть сдавливают, не до боли, но достаточно, чтобы я почувствовала, кто здесь главный. — Ты обошла систему безопасности «Щит-Нова», а её основателя не знаешь?

Черт... В этот раз меня по настоящему начинает трясти. Если до этого был еще какой то шанс, что это просто ошибка и меня хотят припугнуть. То теперь... мне кранты.

Я взломала их именно потому, что узнала: на одном из их «защищённых» счетов лежат деньги, которые раньше принадлежали онкоцентру. Их просто… забрали. Как будто так и надо.

Просто не смогла пройти мимо, не смогла это все, просто так оставить.

Сделала быстро, тихо, без лишнего шума. Думала — никто не заметит. Или заметят, но поздно.

Оказалось, заметили. И очень быстро. Похвально, нет. Потрясающе, кто этот уникум?

Он наклоняется ближе, я чувствую дыхание у самого уха.

— Ты забрала у меня восемьдесят семь миллионов, Робин.

Во рту пересыхает, даже сглотнуть уже не получается.

Нет, я конечно знала, рано или поздно меня найдут. Глупо думать, если обкрадываешь людей, пусть даже и «нехороших», что тебя не настигнет так сказать расплата.

Но два года мне везло. Два чёртовых года — ни одной серьёзной зацепки, ни одного следа, который бы привёл прямо ко мне. Я научилась быть невидимкой, я была Робин Гуд в юбке.

Я расслабилась. Словила звёздную болезнь. Дура.

Он отстраняется, возвращается к стулу, садится снова. Теперь смотрит прямо в глаза. Улыбка исчезла, но взгляд всё тот же — спокойный, почти сочувствующий.

— Знаешь, что самое смешное? — говорит он тихо. — Я ведь не злюсь на то, что ты их взяла. Деньги — это всего лишь цифры. Меня бесит другое. Ты сделала это красиво. Очень красиво. И я хочу, чтобы ты делала так же красиво… но уже для меня.

— А если я скажу «нет»?

Он пожимает плечами. Легко, как будто мы обсуждаем, куда пойти ужинать.

— Тогда Робин исчезнет. Навсегда.

Глава 1

Три года назад...

— Власова? Ты тут? – слышу голос Лиз и неохотно поднимаю глаза от ноутбука. – Вот о чем я тебя спросила?

Смотрю на подругу, а в голове — только цифры и строчки кода. Понятия не имею, о чём она говорила, поэтому виновато поджимаю губы.

— Так и знала, — дуется она. — До сих пор не понимаю, почему я с тобой дружу. Подруга из тебя так себе.

— Прости. Я просто…

— Да-да, — закатывает глаза — Ты просто учишься, ты просто работаешь, ты просто… бесишь.

Она откидывается на спинку стула и демонстративно скрещивает руки на груди, но уголки губ всё-таки предательски подрагивают — злится по-настоящему она не умеет.

Вздыхаю и наконец закрываю крышку ноутбука.

— Ладно, сдаюсь. Расскажи ещё раз. Обещаю — слушаю.

— Вечеринка...

— Я пас. – перебиваю и пытаюсь вернуться к кодированию, но Лиз не дает меня этого сделать. Она ловко перехватывает мою ладонь и прижимает её к столу, не сильно, но достаточно уверенно, чтобы я поняла — сейчас она настроена серьёзно.

— Нет-нет-нет, Власова, даже не думай. Ты уже три раза подряд отказывалась, четвёртый я тебе не прощу. Там будет нормальная музыка, нормальные люди и, главное, — ноль кода, ноль терминалов, ноль «ой, сейчас допишу одну функцию и приду». Ноль. Совсем.

— Лиз, мне правда некогда. У меня дедлайн через четыре дня, а я ещё даже не добралась до основной логики…

— Дедлайн подождёт. А твоя социальная жизнь — уже нет. Тебе двадцать три, Карин. Двадцать. Три. Ты уже официально взрослая, а ведёшь себя как первокурсница, которая забыла, что кроме компа бывают ещё и живые люди.

Она делает театральную паузу, потом понижает голос до заговорщического шёпота:

— И там будет Стас.

Меня буквально передергивает. Вот кого кого, а Стаса я видеть точно не готова.

— Лицо по проще Кар, выглядишь будто тебя сейчас стошнит.

Я выдыхаю через нос, пытаясь собрать лицо в более-менее нейтральное выражение.

— И зачем мне идти туда, где гарантированно будет мой бывший? Хоть одно разумное объяснение Лизок?

— Например утереть ему нос. Показать что ты совсем не та, кем он тебя считает. Подойдет?

— Нет – тянусь к ноутбуку и снова Лиз перехватывает мою руку. – Нет. Не хочу ничего ему доказывать. Ни носа, ни себя, ни того, какой я стала. Я и так знаю, какая я. А он… он пусть думает что хочет.

Лиза не отпускает сразу. Держит секунду-две, будто проверяет, не сорвусь ли я обратно к работе. Потом медленно разжимает пальцы, но взгляд остаётся цепким.

— Ладно, — говорит непривычно спокойно. — Тогда объясни. Почему тебе так страшно его увидеть?

Я открываю рот, чтобы отшутиться, отмахнуться, сказать что-нибудь про «да ну, ерунда». Но слова застревают. Потому что она права. Это не просто «неудобно». Это страшно.

— Я просто не хочу.

— Не прокатит подруга. Мы идем. И... господи, ну помоги мне, я хочу познакомиться с Богданом.

— А это еще кто?

Лизок краснеет (а это уже серьёзный сигнал), откашливается и понижает голос, будто рассказывает государственную тайну:

— Богдан Ковалёв. Основатель «Нетлифай». Это... его вечеринка.

Я моргаю, пытаясь осознать.

— Подожди. Нетлифай? Ты серьезно? Нас уволят сразу если узнают что мы там были? Это же прямые конкуренты.

Лиза машет руками, как будто отгоняет невидимого комара.

— Да тише ты! Не прямые, а… параллельные. Ну да, они делают платформу для хостинга фронтенда, а мы в своей конторе тоже потихоньку лезем в эту сторону с новым продуктом. Но это же не значит, что нас с тобой сразу в чёрный список занесут и на улице оставят. Это просто… неформальная тусовка. Афтерпати после большой конференции по веб-разработке и безопасности. Никто не будет проверять бейджи и спрашивать: «А вы из какой компании, и зачем вы сюда пришли?»

Я смотрю на неё скептически.

— Не смотри на меня так. Я просто хочу увидеть его в живую, он же...

— Красавчик? Это хочешь сказать?

Лиз краснеет, а после хихикает как дурочка.

— Ну а разве нет? Он... он просто... о-о-ох! Высокий, смуглый, темноволосый, а голос... господи какой у него голос, а глаза? Ты видела вообще его глаза?

Она делает паузу, облизывает губы и смотрит куда то в сторону. Будто прямо сейчас он стоит за моей спиной. Я даже оборачиваюсь.

— Пожалуйста, умоляю, пойдем.

Лиза почти шепчет последнюю фразу, но в голосе такая смесь мольбы и панического восторга, что я невольно улыбаюсь.

— Ты ведь не отстанешь да?

Она улыбается.

— Если меня уволят....

— Не уволят. Обещаю.