Когда ведьмы плачут

Убийство в Гринхилле

Первое, что почувствовала Элинор, когда переступила стёртый деревянный порог старой хижины - невыносимый смрад смеси гнилых зелий и разлагающейся плоти. Убийство. Второе за эти две недели и первое непосредственно в деревушке Гринхилл. Такое могло произойти где-нибудь в Вудграде или Роттшире - двух крупных городах, соперничающих за право называться столицей всех северных районов Континента и где, с приходом короля Дракара Кровавого, уже который год процветает охота на ведьм. Вот только здесь, в Гринхилле, что в нескольких днях пути на север от Вудграда и в неделе пути от Роттшира; в этой глуши, затерянной в тёмных чащах лесов и промёрзших горах, куда сложно найти дорогу даже самому матёрому путнику, а новости доходят с задержкой в несколько недель. Здесь подобное происшествие немыслимо.

Девушка брезгливо поморщилась от запахов и посильнее закуталась в дорожный чёрный плащ. Она, с некой злорадной брезгливостью, перевернула ногой труп крупной крысы брюхом к верху. Разбухшая, местами начавшая разлагаться, на её мордочке ещё можно было увидеть ободок запёкшейся крови. Несомненно, существо, как и хозяйка этой халупы, умирало в агонии; и главный вопрос был: чем она была вызвана, болезнью, ядом или магией? Нахмурившись, Элинор неспешным шагом направилась к месту убийства. Её тяжёлые шаги, отдавались глухим стуком каблуков дорогих, хотя и заметно поношенных, сделанных из кожи виверны, сапог и разносились по всему, застывшему в могильной тишине, помещению.

В смерти нет ничего привлекательного. Элинор убеждалась в этом всякий раз, когда видела очередной труп. С каждым разом тела были в ужасном состоянии; над жертвами издевались самыми жестокими и зверскими способами. Трудно было представить, что на такое способен человек или любой другой представитель высших рас. Девушка ещё могла понять такую бесчеловечность, вызванную духами или древними существами, что населяли Континент наравне с людьми и нелюдями. Согласно учениям Старших, такие существа не способны на эмпатию и действуют лишь в своих собственных интересах. Вот только, когда до кровавой расправы опускались существа разумные и, принятые считаться в обществе, мудрыми, у стервятницы всё в душе холодело от ужаса. Какое существо способно на такую злобу и жестокость?

Этот случай не был исключением. Ведьма была раздета до гола. Её грудина - вскрыта. Сердце - удалено. Гениталии изуродованы. Конечности выкручены в суставах, а пальцы сломаны. Несчастную подвесили к тяжёлой балке под потолком в самом центре хижины и сделали из места её убийства своеобразный алтарь. Под ноги жертве поставили грубо обтёсанный камень, зеркально гладкий, но его края были острее лезвия бритвы. Некогда чёрный, сейчас он был полностью залит кровью жертвы. Рядом, на полу, старательно разложенные с одинаковым интервалом друг от друга, лежали пучки трав: шалфей, можжевельник и розмарин. Между ними стояли свечи; они уже давно догорели и сейчас напоминали лужу воска. Видимо, каждый предмет этой зловещей композиции должен был нести определённый символизм, но для Элинор он всё ещё был непонятен.

Девушка вплотную подошла к трупу ведьмы, аккуратно переступая через подтёки воска на деревянном полу хижины. Ещё одна загадка, объединяющая это дело с первым - оно произошло неделей раньше в Вудграде - дом не загорелся от количества зажжённых свечей. Было ли это связано с тем, что преступник лично контролировал ситуацию? Или же всему виной неестественная сырость этого места?

Стервятница аккуратно отодвинула прядь некогда пепельных, а сейчас багровых от крови, волос с лица жертвы. В отличии от первого убийства, эта ведьма была молодой и, некогда, красивой, что шло вразрез с устоявшимися характеристиками типичных ведьм, проживающих на Континенте. Здесь, как было написано в учениях Старших ведьмы все были уродливыми, кривыми, с недоразвитыми частями тела и признаками лицевого вырождения. Видимо, эта ведьма была чужачкой. Возможно бежала из Больших Вод в попытке спастись от чёрного мора, что сейчас бушевал за океаном, а нашла гонения и смерть. Интересно, почему она выбрала Гринхилл? Это не та деревушка о существовании которой узнаёшь сразу по прибытию в порт. Значит, у неё был осведомитель. Вопрос лишь в том: был ли он среди существ или зверья? В любом случае, это - небольшая зацепка в ворохе сплошных загадок. Возможно, ответ на этот вопрос помог бы понять причину, почему именно эта ведьма стала второй жертвой преступника? За что ей удалили глаза и сердце, и чем она заслужила такие мучения?

- Что скажете? - Звенящую тишину хижины прорезал тихий, переполненный ужаса, голос старосты деревни.

Это был невысокий человек лет шестидесяти, одетый в длинную тяжёлую мантию тёмно-коричневого цвета, подпоясанную широким кожаным ремнём к которому были прикреплены мешочки с травами. Его большие, глубоко посаженные, голубые глаза, сейчас казались ещё больше из-за первобытного ужаса, что застыл в них. Острый, худой подбородок слегка подрагивал от внутренней дрожи, а тонкие губы - побледнели. Казалось, что даже его, некогда каштановые, волосы, в которых уже давно пробивались седые пряди, посветлели и покрылись инеем страха.

- Ведьма была убита не раньше двух суток назад. - Глухо, из-за кожаной птичьей маски на лице, проговорила Элинор. - Я могу заключить это по личинкам насекомых в брюшине жертвы. Вы когда-нибудь сталкивались с подобным?

- Никогда. - Выдохнул староста. - За все шестьдесят семь лет, что живу здесь, ничего подобного не видел.

- А атрибуты ритуала? Травы? Этот камень?

- Шалфей, можжевельник и розмарин - распространённые травы для ритуалов очищения от злых духов. - Нервно теребя рукав мантии и стараясь не смотреть в сторону убитой ведьмы, проговорил мужчина. - Они используются... использовались для многих заговоров. Да и просто люди их собирали, сушили и плели обереги. А такого камня я никогда не видел. В наших краях таких нет.

- Понятно. - Выдохнула девушка, решив не акцентировать внимание на страхе старейшины быть разоблачённым в магических практиках.