Коллекционер

Глава 1

Дождь стучал по мостовым Венеции мелкими холодными каплями, превращая древний камень в зеркальную поверхность. Лия поежилась от холода, торопясь по узкой улочке от академии к своей крошечной съемной комнате.

Ноги гудели после четырехчасовой репетиции, мышцы ныли от боли. Синяки на ногах от бесконечных прыжков и падений казались наградой за упорство.

Мама бы гордилась, подумала она, поправляя мокрую прядь волос. Прошло два года с той страшной ночи, когда пьяный водитель разрушил ее мир, забрав родителей. Тетя Марта так и сказала, отправляя ее в Венецию: «Наконец-то я избавлюсь от твоих танцев по дому. Там хоть какая-то польза будет».

В кармане зазвонил телефон сообщение от соседки по комнате.

«Уехала на выходные с Марко. Не скучай! Сара»

Лия горько усмехнулась. Даже единственная знакомая в этом городе была для нее случайной попутчицей, а не настоящей подругой. Она никого здесь не знала по-настоящему. Никто не заметит, если она завтра не придет на занятия. Никто не будет ее искать.

Завернув за угол к старому мосту, она услышала звуки борьбы, доносившиеся из открытого окна палаццо напротив. Любопытство оказалось сильнее усталости Лия подошла ближе, скрываясь в тени колонны.

Сквозь роскошные витражные стекла она увидела мужчину в дорогом костюме, стоящего на коленях. Двое других, в черном, держали его за руки. Лия хотела отвернуться, но не смогла как завороженная, она смотрела на разворачивающуюся драму.

– Джованни всегда был слишком жадным,– донесся низкий голос с легким акцентом.– Но ты, Карло, превзошел его.

В поле зрения появился четвертый мужчина высокий, широкоплечий, двигающийся как хищник. Даже со спины было видно, что он главный. Что-то в его осанке, в том, как остальные застыли в ожидании его слов, говорило о безусловной власти.

–Пожалуйста,– прохрипел тот, что стоял на коленях.– У меня есть семья...

– У всех есть семья,– ответил незнакомец, доставая из пиджака что-то блестящее.– Но не все предают доверие.

Лия зажала рот рукой, сердце бешено колотилось. Это было не кино и не игра. Сейчас здесь убьют человека, а она смотрит на это через окно, как на представление.

Хлопок был приглушенным, почти незаметным. Тело упало на мраморный пол.

– Уберите это,– приказал убийца, не оборачиваясь.– И найдите, куда он дел мои деньги.

Лия попятилась, но ступила в лужу. Всплеск воды показался ей пушечным выстрелом в тишине ночи.

Человек у окна резко повернулся. Их взгляды встретились.

Время остановилось. Темные глаза смотрели на нее с холодным любопытством, как энтомолог изучает редкий образец. Лицо было словно высечено из мрамора четкие скулы, прямой нос, жестко сжатые губы. Красивое и безжалостное одновременно.

– У нас есть зритель,– произнес он, не отводя взгляда.

Лия бросилась бежать.

Ноги сами несли ее по лабиринту венецианских улиц. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, в ушах шумела кровь. Она слышала шаги позади: тяжелые ботинки стучали по камню, приближаясь с каждой секундой.

Боже, помоги мне, пожалуйста!

Девушка свернула в еще более узкий переулок, споткнулась о неровность тротуара и упала, ободрав ладони о камень. Шаги стихли. Лия замерла, прислушиваясь и боясь пошевелиться.

Тишина была оглушительной.

– Вставай.

Голос прозвучал прямо над ухом. Глубокий, спокойный, с едва уловимой хрипотцой. Лия медленно подняла голову. Он стоял перед ней: высокий силуэт на фоне тусклого фонаря. В руке он небрежно держал пистолет, как будто это была обычная вещь вроде ключей или телефона.

– Ты увидела то, чего не должна была видеть, cara mia.

Лия поднялась на дрожащих ногах, прислонившись спиной к стене. Глаза застилали слезы, но она заставила себя смотреть на него.

– Я... я никому ничего не скажу,– прошептала она.– Я даже не знаю, что я видела. Я просто шла домой после танцев...

Мужчина подошел ближе, вглядываясь в ее лицо при свете фонаря. Его взгляд скользнул по мокрым волосам, испуганным зеленым глазам, дрожащим губам.

– Балерина,– констатировал он.– Сколько тебе лет?

– Девятнадцать,– выдохнула Лия.

Что-то мелькнуло в его взгляде удивление? Сожаление? Но выражение его лица осталось невозмутимым.

– Как тебя зовут?

– Лия... Лия Морган.

– Английское имя. Ты не местная.

– Нет, я... я здесь учусь. В академии,– слова слетали с губ сами собой, словно он вытягивал их из нее магнетической силой взгляда.

Мужчина убрал пистолет в кобуру под пиджаком. Лия вздохнула с облегчением, но радость была преждевременной.

– Идем,– приказал он, беря ее за руку. Хватка была крепкой, но не болезненной. Теплые пальцы контрастировали с холодом в его голосе.

– Куда?– Лия попыталась вырваться, но он легко удержал ее.

– Поговорим в более подходящем месте.

Он вел ее через лабиринт улиц к каналу, где у причала покачивался элегантный черный катер. Водитель в темных очках сидел за рулем, словно ждал именно их.

– Пожалуйста,– Лия остановилась у воды.– Отпустите меня. Я обещаю...

Незнакомец повернулся к ней, и она замолкла. В его глазах плескался холодный огонь.

– Ты можешь ненавидеть меня, малышка,– сказал тихо, помогая ей войти в лодку.– Но отсюда для тебя нет пути назад.

Глава 2

Катер мчался по темным водам Большого канала, рассекая волны как нож. Лия сидела напротив своего похитителя, судорожно сжимая руки. Он молчал, глядя на проплывающие мимо палаццо с такой же невозмутимостью, с какой другие люди смотрят телевизор.

В свете фонарей девушка могла рассмотреть его лучше. Лет тридцати с небольшим, в безукоризненно сшитом костюме, который стоил больше, чем она тратила на жизнь за полгода. Часы на запястье отливали золотом, а от него исходил тонкий аромат дорогого парфюма, смешанного с опасностью.

Кто он? Мафиози? Наемный убийца?

– Как вас зовут? – решилась спросить она.

Мужчина перевел взгляд на нее. В полумраке его глаза казались почти черными.

– Энрико, – ответил после паузы. – Энрико Моретти.

Фамилия показалась смутно знакомой, но Лия не могла вспомнить, где слышала ее раньше. Катер причалил к частному пирсу возле огромного палаццо XVI века. Мраморные фасады отражались в воде, а готические окна смотрели на канал слепыми глазами.

– Добро пожаловать в мой дом, – сказал Энрико, помогая ей выйти из лодки. Лия оглянулась на водителя, но тот уже отчаливал, оставляя ее наедине с незнакомцем.

Внутри палаццо дух захватывало от роскоши. Мраморная лестница с резными перилами вела на второй этаж, а стены украшали картины, которые Лия видела только в учебниках по истории искусства. Тициан, Тинторетто, Веронезе – настоящие шедевры эпохи Возрождения.

– Впечатляет? – заметил Энрико, проследив за ее взглядом.

– Это... это музей?

– Нет. Частная коллекция, – в его голосе прозвучала гордость. – Я коллекционирую прекрасные вещи.

Он провел ее в просторную гостиную с огромным камином. Антикварная мебель, персидские ковры, хрустальные люстры – все кричало о богатстве и власти.

– Садись, – указал на бархатное кресло. Лия осталась стоять, скрестив руки на груди. Страх постепенно сменялся злостью.

– Чего вы от меня хотите? Зачем привели меня сюда?

Энрико налил себе виски из хрустального графина, не предложив ей. Сделал глоток, смакуя напиток.

– Ты оказалась в неподходящем месте в неподходящее время, – сказал наконец. – И теперь это моя проблема.

– Я никому не скажу! – воскликнула Лия. – У меня здесь нет друзей, некому рассказывать. Я вообще почти ни с кем не общаюсь.

– Знаю, – его ответ заставил испытать шок. – Лия Морган, девятнадцать лет, сирота. Живет в Венеции три месяца, снимает комнату на Кастелло. Учится в Академии Палукка на стипендии. Родители погибли два года назад в автокатастрофе в Лондоне. Единственный родственник – тетя Марта Уилсон, которая была не против избавиться от племянницы.

Кровь отлила от лица Лии. Он знал о ней все. Значит, следил? Или узнал за те полчаса, что они добирались сюда?

– Откуда вы...

– У меня есть ресурсы, – перебил Энрико. – И ты права – тебя действительно никто не будет искать. Что упрощает дело.

– Какое дело? – прошептала она.

Энрико подошел к окну, глядя на канал. Силуэт его фигуры четко вырисовывался на фоне ночных огней.

– Карло Романо был информатором полиции, – сказал он без эмоций. – Продавал информацию о моих операциях. Сегодня он получил то, что заслужил.

– Вы убили его.

– Да.

Простота, с которой он это признал, ужаснула ее больше, чем сам факт убийства. Никаких оправданий, никакой попытки приукрасить реальность.

– А теперь вы убьете меня, – констатировала Лия, удивляясь собственному спокойствию.

Энрико повернулся к ней, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление.

– Нет, – сказал он медленно. – Я не убиваю детей. И уж тем более – невинных балерин с глазами оленя.

– Тогда что?

Мужчина подошел ближе. Лия почувствовала исходящее от него тепло, услышала его дыхание. Инстинкт велел отступить, но она заставила себя стоять на месте.

– Ты останешься здесь, – сказал тихо. – Под моим присмотром. До тех пор, пока я не решу, что с тобой делать.

– Это называется похищение, – выдавила она.

– Это называется самосохранение. Мое и твое.

Энрико поднял руку и легко коснулся ее щеки. Лия дернулась, но он уже убирал ладонь.

– У тебя есть выбор, малышка, – его голос стал еще тише, почти гипнотически. – Ты можешь сотрудничать и жить в комфорте. Или сопротивляться и усложнить жизнь нам обоим.

– А если я закричу? Вызову полицию?

Уголки его губ слегка приподнялись – не улыбка, а скорее снисходительная усмешка.

– Кричи. Здесь толстые стены, а ближайшие соседи привыкли не слышать лишнего. Что касается полиции... – он сделал паузу, – в Венеции у семьи Моретти много друзей в правоохранительных органах.

Холод пошел по спине Лии. Моретти. Теперь она вспомнила, где слышала эту фамилию. В новостях, в шепоте людей на улицах. Одна из самых влиятельных криминальных семей Северной Италии.

– Я вижу, ты вспомнила, – заметил Энрико. – Хорошо. Это избавит нас от лишних объяснений.

Лия опустилась в кресло, ноги больше не держали. Реальность происходящего наконец дошла до нее. Она попала в лапы к мафиози, и никто на свете не знает, где она находится.

– Что вы со мной сделаете? – спросила она, ненавидя дрожь в собственном голосе.

Энрико допил виски и поставил бокал на стол. Подошел к ней и присел на корточки перед креслом, заглядывая в глаза. Лия попыталась отвернуться, но он мягко взял ее за подбородок.

– Ничего плохого, – сказал он. – Если будешь послушной девочкой.

В его прикосновении не было агрессии, но Лия чувствовала скрытую под внешним спокойствием силу. Этот человек мог сломать ее одной рукой, но предпочитал действовать по-другому.

– Джанлука покажет тебе комнату, – продолжил Энрико, отпуская ее. – Там есть все необходимое. Завтра мы поговорим о правилах.

– Каких правилах?

– Правилах выживания в моем мире, cara mia.

Он поднялся и направился к двери. У порога обернулся.

– И Лия? – его голос заставил ее вздрогнуть. – Даже не думай о попытках сбежать. Я найду тебя везде. И тогда мне придется применить менее... цивилизованные методы убеждения.