Колониzаторы

1

You colonize my heart

And cauterize the scars,

You keep the cold away.

You fireproof my skin

And let it all sink in

Before you leave again.

«Colonize my heart» by Walking On Cars

1

Утро началось как обычно – в обед. Встав с койки, умылась, привычно не смотря в зеркало, – зачем начинать новый день с разочарований. Проверив срочные сообщения и пропущенные вызовы, вышла из отсека и сразу направилась к открытой террасе на верхнем уровне: с высоты открывался вид на величественные горы вдалеке, они всегда манили своей свободой. Любила смотреть только на них, вид у подножия террасы не интересовал. По дороге как всегда ни на кого не обращала внимания, хотя вокруг царила привычная дневная суета. Думала в этот момент об одном: «вот бы в подъемнике ни с кем не столкнуться». Повезло – до террасы добралась в одиночестве. Открыв тяжелый шлюз, наконец смогла вдохнуть воздух нового дня. И вдоволь надышавшись искусственно накаченным кислородом, от души сказала горам вдалеке:

- Как же меня все это заколебало, твою ж…

2

Орма Толз стала капитаном шаттла Варити не по своей воле – будь ее воля, она послала бы всех в черную дыру и слиняла бы еще до отправки миссии на Регул. Хотя она и так послала всех, а вот слинять не успела: миссия была сформирована раньше срока, и Орму под угрозой Трибунала заставили лететь на Регул. Ненароком стала подозревать, что миссию сформировали в ускоренном режиме из-за нее, и не зря: Ор оказалась не в том месте, не в то время, как и всегда. Эта миссия стала для нее альтернативным вариантом заключения, но из двух зол он точно не был меньшим.

Остальные колонизаторы представляли из себя сборище засранцев, которым, как и Орме, «благородно» предложили в обмен на заключение колонизировать неизвестную планету. Были, впрочем, и такие глупцы, что добровольно согласились на эту миссию в один конец. Страшно представить, каким будет будущее население несчастной планетки, если за распространение человеческой ДНК назначили ответственными такой сброд. Когда-то в древности люди в первую очередь тоже отправляли покорять Новый Свет ненужных отбросов общества – их не жалко. Но что из этого потом вышло – всем известно.

Да, это была миссия колонизации Регула – второй официально разрешенной для переселения экзопланеты в трех световых годах от Марса. Казалось бы – рукой подать, а столько проблем. Тогда Ор еще не была капитаном. Даже в самом страшном кошмаре (а такие приходили к ней регулярно) не могла подумать, что ей выпадет такая «удача». Все произошло случайно, хотя ей ли не знать: случайности не случайны.

Одним дивным космическим утром, которое тоже началось для нее в обед, вся размеренная, хоть и скудная на события жизнь Ормы была пережевана и выплюнута в черную дыру под названием Регул. В этом был только один микроскопический плюс – она все-таки достигла поверхности этой планетки, а не застряла навсегда где-то в астероидном скоплении на подлете, как остальные менее везучие колонизаторы.

Ее пассажирский шаттл Варити был лишь одним из многочисленных кораблей флота колонии, оборудованный под полноценный город-дом, в котором в начале освоения Регула должны были жить первые колонизаторы. Так в принципе и получилось. С одной маленькой разницей, что Варити стал единственным кораблем, пробившимся к планете сквозь скопление астероидов, первый капитан которого так нелепо погиб еще на подлете от удара о бортовую панель. Управление пришлось взять на себя первому помощнику, которым и оказалась Ор. Она до сих пор не понимала, как удалось прорваться. Возможно, это произошло по вине того первого астероида, из-за которого погиб капитан: астероид сместил трек шаттла, капитан приложился о панель, повредив модуль ИИ – в итоге пришлось переключиться на ручное управление. Далее сама Орма действовала как автопилот, маневрируя так, что у нее мельтешило в глазах, и кружилась голова от перегрузок. Так она не гоняла даже на запрещенных межпланетных космогонках.

Посадка была жесткой, но шапка местного леса слегка ее смягчила, иначе погибших и раненных было бы гораздо больше. Уцелело лишь около пяти тысяч человек – едва ли сотая часть колонии. В тот день Ор все смотрела и смотрела в сизое местное небо, ожидая увидеть прибытие других шаттлов, но они так и не появились. Оставалось надеяться, что корабли могли сбиться с курса, как и их шаттл, и совершить посадку в удаленной от них зоне. Модуль связи с Марсианским флотом не работал, ИИ не восстановили до сих пор. Аварийный маяк исправно подавал сигналы бедствия, но с ними никто из других колонизаторов так и не связался, спасательные челноки так и не прилетели. Да и зачем? Это ведь колонизация…

Немного радовало, что без перебоев работал защитный купол – он активировался автоматически сразу после посадки. Помимо всего прочего, если на планете все же есть туземцы, особенно, агрессивные, благодаря куполу, они не увидят инопланетян. Хотя какие туземцы: предварительные спутниковые исследования показывали, что планетка чахлая, атмосфера разреженная, поэтому небо почти всегда сине-фиолетовое и без особой климатической активности, а здешняя флора и фауна не отличаются разнообразием, хотя весьма похожа на земную и марсианскую. Местное солнце, красный карлик FDG-1500, грело слабенько, и, если бы не близкое расположение к нему Регула, планета вовсе была бы не пригодна для жизни. Сутки здесь длились около восьми земных часов (Ор не любила измерять время в марсианских солах), а из-за малой орбиты к своей звезде год был меньше земного почти в три раза.

Солнце вообще было самым мерзким зрелищем на Регуле – оно занимало почти полнеба, на закате и восходе становясь едко-зеленым и заливая все вокруг таким же мерзким светом. Вид местного неба вызывал у Ормы животный ужас, она старалась на него не смотреть. Но короткая орбита сыграла еще одну злую шутку с колонизаторами: из-за мощного излучения ни исследовательские спутники, ни телескопы не заметили скопления астероидов и осколков комет, которое плыло следом по орбите Регула – в нем и погибла вся остальная колония. Хотя у Ормы не раз всплывали подозрения, что организаторы миссии прекрасно знали про это скопление…

После того, как все отошли от первого шока, посчитали погибших и раненных и проанализировали состояние шаттла, стало ясно, что выход один – выполнять цель перелета: колонизироваться. И видимо в отместку за то, что остались живы, колонизаторы не придумали ничего умней, как выбрать в качестве своего командира Орму, как бы отчаянно она не отпиралась от этой «привилегии». А остальные ее чуть ли не на руках носили, благодарили каждый день за спасенные жизни, выполняли все распоряжения. Ор видела в этом лишь дурной фарс и с каждым днем все сильней ненавидела свою «должность». И все чаще стала задумываться об идее сбежать из-под купола, но нужно было подготовиться как следует. Если бы вся миссия уцелела, можно было бы сразу приступить к терраформированию, и сейчас Ор уже жила бы отдельно от остального сброда где-нибудь за горами, но пока она не могла такое позволить.

3

Ордин Сатэлус Ди’Грет – император Планты, а ныне правитель стремительно погибающего мира и просто скитающийся воин – был зол. Он был в ярости: ни один из открытых миров до сих пор не оказался пригодным для жизни. Энергии для переходов оставалось все меньше, порталы открывались все реже и захлопывались все быстрей. Народ стал уставать, но терпел и ждал – все беспрекословно верили и подчинялись своему правителю. А правитель был на пределе: еще один неудачный переход, и его каменная выдержка даст трещину. Но перед лицом своих верных подданных он оставался все таким же спокойным, мудрым и уверенным императором.

Это произошло неожиданно для всех, включая самого императора Ди’Грета: их огромный богатый зеленый мир стал гибнуть буквально на глазах. Никто не знал причину, никто не мог найти ответ, никому не удалось остановить катастрофу. Придворные маги что-то лепетали про небесные знамения, про огонь с неба и изменения самой сути мира. Время играло против них, унося день за днем тысячи жизней, уничтожая огромные территории и не щадя никого и ничего. Даже магия перестала быть их помощником: магические источники стали рушиться, оставляя людей без защиты, без последней надежды на спасение.

Поэтому единственно возможным решением было покинуть этот мир, в одночасье решивший стать врагом для своего народа. Пока еще не все маги погибли, пока не все порталы и источники были разрушены, и мощи для перехода было достаточно, император приказал собрать все самое необходимое и всех выживших, погрузиться в защитные оболочки и начать переход. Он надеялся, маги рассчитывали, а народ верил, что переход будет один. Но что-то пошло не так…

За первым непроглядным в буквальном смысле миром, где царила вечная тьма, последовал второй, где воздух отравлял все живое. За вторым – третий, в котором жили жуткие монстры и гигантские плотоядные деревья, сожравшие добрую треть запасов и несколько тысяч переселенцев. После пятого мира Ор сбился со счета, а количество подданных и ресурсов неумолимо сокращалось. Но больше пугало понимание, что если и на этот раз ничего не получится – идти больше некуда…

Получилось. Относительно удовлетворительно. Новый мир встретил скитальцев небом цвета весенней агвы и зеленоватым светилом почти в полнебосвода. Смотреть на это странное небо Ор не любил – он даже себе не признавался, что откровенно побаивался такого удивительного вида. И все чаще вспоминал любимое бирюзовое небо и ярко-желтое светило Планты, которое очень редко закрывали тучи в сезон большой воды.

Все остальное стало устраиваться, хоть и пришлось столкнуться со многими трудностями, но все они мерки перед лицом неминуемой гибели, если бы и этот мир оказался непригодным для жизни. Чудное светило имело еще одну неприятную особенность: оно кружилось по небу как волчок – день и ночь сменяли друг друга намного быстрей, чем на Планте. Было весьма трудно привыкать к такой карусели.

Эфиром Новой Планты почти невозможно было дышать – первое время спасала защитная оболочка, но без магической подпитки она теряла силу день ото дня. Лишь когда маги нашли хилый источник неподалеку от Высоких гор, удалось преобразовать и сделать пригодной для жизни территорию вокруг него. Там и разбили первое поселение.

Погода не баловала разнообразием: сильных ветров вообще не наблюдалось, тепло держалось почти на одном уровне, и природа была вполне терпимой для спокойного существования. Страшное небо не закрывали даже редкие облачка, но это было только на руку вынужденным переселенцам, чтобы большая вода не затопила с трудом возведенные времянки.

Только местная растительность и живность была не благосклонна к переселенцам Планты: скудные травы и редкие перелески не могли прокормить несколько тысяч усталых жителей. Поначалу хватало взятых с собой припасов, но они быстро истощились. Пришлось выдвигаться на поиски пропитания, благо к тому времени маги успели зарядить от источника амулеты, которые можно было брать с собой.

Первым, конечно, разведать землю вызвался сам Ор, хотя подданные уговаривали его поберечься, ведь он – единственный защитник и опора многострадального остатка некогда процветающего мира. Но бывший император был тверд в своих решениях. Ему повезло: недалеко от поселения он обнаружил реку и пойменный лес. Позже выяснили, что местное зверье мелкое и малопитательное, зато рыбы в реке водилось великое множество, в том числе хищной. Дары скудной земли и деревьев не радовали вкусом, но на первое время годились в пищу и такие.

Перед тем, как первый раз отведать богатства природы нового мира, маги все досконально проверили, убедившись в отсутствии ядов и других внутренних хворей. А император и тут выразил желание быть первым и захотел отведать все, что было выловлено, поймано и собрано. Со страхом и надеждой, глотая голодные слюни, жители смотрели на трапезу Ора, ожидая последствий… Таковых не было – правитель одобрил новый скудный рацион, а довольные подданные с радостью накинулись на «пиршество».

Долго так продолжаться не могло: скоро из соседнего леса повылавливают большинство зверья, обтрясут все деревья и выкопают все корнеплоды, и придется опять искать пропитание. Император приказал магам найти способ воспроизведения съестных ресурсов, так как выживших мастеров садоводов и агрономов в рядах переселенцев почти не осталось. Нужно было учиться заново сажать, разводить, пахать и выращивать.

Больше всего Ор боялся набега законных жителей этих земель, хотя до сих пор никто в гости к ним не жаловал. Но император не позволял расслабляться и ежедневно выставлял часовых и сменную охрану по периметру их территории. Да и вопрос с разведкой соседних земель оставался открытым. Заходить дальше, чем на тридцать сквартов, Ор пока не мог при всем желании, потому что амулеты быстро разряжались, а заряжать их было весьма долго и тяжело. И это была, пожалуй, главная проблема – нужно было искать новый, более сильный источник, а как его найти, если уходить далеко не получалось? Он приказал магам найти способ, чтобы амулеты дольше держали заряд. А сам стал готовиться к первому большому переходу. Только пока никого не посвящал в свою задумку, чтобы план не сорвался. Ора манили Великие горы, под защитой которых они обрели свое первое жилье.

4

Однажды утром, когда на западе светило Новой Планты только выползало гигантским брюхом из-за Великих гор, на противоположной стороне небес вспыхнуло еще одно маленькое светило. Яркой искрой оно стало спускаться по небосклону, стремительно приближаясь и увеличиваясь в размерах, оставляя за собой страшный черно-синий след. Искра летела прямо на их поселение, не на шутку перепугав его жителей, да и самого Ора. Однако, пролетев с диким ревом и свистом крыльев тысячи драконов почти над их головами, она скрылась по ту сторону Великих гор. А потом последовала мощная вспышка света и могучий грохот. Как будто сами горы сотрясались и гудели, люди чувствовали колебание земли под ногами, а небо над горами с той стороны еще полдня горело белесым заревом.

Император потребовал объяснения этого явления у магов, но они ничего внятного сказать не смогли. Опять стали лепетать про небесные знамения и огонь с неба. Только не это! Если снова начнет гибнуть и эта земля, они обречены! Сил и энергии на создание портала просто нет.

Проведя в панике и воплях весь следующий день, поселенцы порядком устали, потом наступила апатия, вслед за ней пришло смирение. Чему быть, того не миновать. Тогда люди стали строить погребальные холмы и украшать свои хлипкие жилища по традиции Планты, как на Большой праздник новолетия. Сказать, что император Ди’Грет был все это время в диком напряжении – ничего не сказать. Он ходил как древний истукан гввайя, которым злые маги управляли извне. Отдавал приказы, собирал советы, что-то говорил, но делал все по инерции. В мыслях и чувствах царил хаос вечной черноты.

Лишь спустя тринадцать циклин, жители стали успокаиваться, понимая, что пока ничего страшного не произошло. Ведь в их мире уже давно начались бы гибельные изменения. Тогда у Ора созрел окончательный план. Он объявил на общем совете, что отправляется за Великие горы на разведку. Что бы ни упало с небес за горами, это нужно увидеть – вдруг оно представляет опасность. Обойти горы не представляло возможности – горная гряда тянулась с севера на юг, насколько хватало глаз. Поэтому существовал только один путь – сквозь горы. А в глубине души Ор даже радовался упавшей искре: наконец он сможет под достойным предлогом покинуть поселение, конечно, оставив своего наместника и помощников. А попросту говоря, император поскорей хотел сбежать от невыносимой суеты и проблем нового, пусть и крохотного мирка, иначе его разум улетел бы далеко в небо, как птица Чайя.

Готовили Ора всем поселением долго и весьма основательно. Император как мог, терпел, но то и дело поторапливал народ со сборами. Внутри все зудело от нетерпения в предвкушении предстоящего перехода – в мыслях Ордин был уже далеко за горами. Наотрез отказавшись брать кого-либо из охраны с собой, в дорогу императору дали только двух лучших маваутов – так назвали крепких пушистых четвероногих зверей, единственных из местной живности, кого удалось приручить. Они вместе с часовыми всегда охраняли территорию, были сильными и, вместе с тем, дружелюбными, хотя частенько громко вопили по ночам, изводя своими «песнями» всю округу.

И вот, спустя почти четверть цикла настал день перехода. Самое главное – это амулеты, ими Ора обвешали, как дерево Иль на праздник новолетия. Не менее важным оказалось защитное оружие и ядовитые дротики ову – их берегли еще со времен ухода с Планты как самое эффективное средство защиты от неизвестных. Дротики усыпляли врага на одну циклину. Остальное, не особо нужное по мнению императора барахло Ор оставил у подножья гор сразу же после того, как покинул территорию поселения. Ни к чему лишний груз на горбу, а все необходимое он надеялся добыть во время перехода, в том числе пропитание. А мавауты тем более должны о себе позаботиться.

Ничего не зная о земле, куда идет, ориентируясь только на жуткое светило, Ордин Ди’Грет столкнулся со множеством опасностей и проблем. Самой главной было практически полное отсутствие в горах пригодной воды. Но Ордин быстро смекнул, что мавауты прекрасно чуют источники в виде горных ручейков, озер и даже луж. А еще он надрессировал зверей охотиться и приносить ему добычу: псы справлялись с этой задачей весьма эффективней самого Ора. А он не хотел тратить лишние силы, магию и время на выслеживание редкого зверья: в горах с пропитанием было еще хуже, чем с водой. Приходилось иногда питаться одними травами и корнеплодами, пробивавшимися сквозь скалы. Ор старался тщательно запоминать свой маршрут и места, где встречались вода и живность – ведь ему предстоит еще как-то возвращаться.

Он шагал по горным долинам, спускался в ущелья и поднимался на высокие пики. И когда очередная гора оставалась внизу, с ее вершины Ор с надеждой смотрел на запад – туда, где появлялось каждое утро светило нового мира. Но вместо того, чтобы наконец закончиться, на горизонте возникали все новые и новые вершины – казалось, им не было конца и края. Это был океан гор. Каким самонадеянным был император, когда полагал, что пройти сквозь эти горы будет быстрей, чем обойти их! Теперь он считал, что Великие горы во все стороны одинаково огромны. Одно придавало сил: где-то там, на западе должно быть место, куда упала его искра, и Ор обязан ее найти, иначе все зря.

И вот, он шел уже восемнадцатую циклину и стал поддаваться хандре. Перед глазами постоянно мельтешили скалы, горы, камни, ущелья и вершины одинакового зеленовато-коричневого цвета. Они стояли перед глазами даже, когда Ор засыпал – даже во сне он видел одни горы-горы-горы…

А мерзкое зеленое светило прыгало по небу как мячик. Так и сойти с ума не мудрено. Он устал и физически, и морально. Со вторым было туже всего. А когда вчера Ор вдруг потерял одного из маваутов, совсем опечалился, решил сделать большой привал и все обдумать. Бессмысленно шагать вот так, изо дня в день. Еще неделя такого перехода, и разум Ора окончательно улетит птицей Чайя.

5

Это был не ветер, ведь его в этом мире почти не бывало. Даже в Великих горах, стоя на самой вершине, Ор не ощущал особого колебания эфира, а небо всегда было чистым, выставляя напоказ свое страшное светило. Оно мерещилось Ордину наравне с горами в самых мучительных кошмарах: вот гигантский зеленый диск склоняется над императором, дико смеется ему в лицо и становится еще зеленее, а потом заглатывает Ора целиком, как песчинку. Обычно после этих видений он просыпался в холодном поту и продолжал переход уставшим и морально истощенным.

Но новый звук не прекращался, наоборот, становился все отчетливей. Даже оставшийся зверь поднял голову и стал беспокойно озираться, принюхиваясь и прислушиваясь к непонятному шуму. Ордин тоже прислушался: звук шел сверху, он походил на жужжание – как будто к нему приближался рой назойливых мух жаду. Неужели в этих горах водятся подобные насекомые? Вдруг зверь выскочил на ближайший пригорок и стал истошно лаять, а Ор наоборот спрятался в свое укрытие между скал и приготовил арбалет.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом он увидел ЭТО. Нечто, похожее на большую птицу, плавно кружилось в воздухе над голосящим маваутом, но при этом не приближалось к нему близко. Иногда его движения было резкими, иногда оно плавно перетекало в небе с одного места на другое. Жужжание исходило от этой птицы и вызывало любопытство вперемешку со страхом неизвестного.

Ор привык сначала обезопасить себя, а потом разбираться с этим неизвестным. Поэтому, недолго думая, нацелил арбалет и выстрелил из укрытия прямо в неведомую птицу. Она по инерции отлетела выше вслед за стрелой, пронзившей ее круглое брюхо со множеством странных быстро вращающихся крыльев. Но в момент удара из нее брызнула не кровь, а пучок сверкающих искр, как будто внутри у птицы вместо крови были маленькие звезды. Это очень удивило и сильней разволновало императора. Он приказал псу принести добычу и через минуту, выйдя из укрытия, склонился над птицей.

Его маги убеждали Ора, что весь новый мир населен почти такими же животными и растениями, какие встречались на Планте. Но ЭТО не походило ни на одно из уже известных зверей и птиц! Может, за Великими горами совсем другой мир, устроенный чудным образом, и в нем обитают столь странные создания? Любопытство пересилило страх, к тому же птица больше не шевелилась, пронзенная мощной стрелой арбалета, и Ор стал изучать ее, а попросту, решил распотрошить.

Птица оказалась весьма тяжелой. Ее брюхо имело странную блестящую окраску, в нем Ор даже смог разглядеть свое отражение. А крыльев оказалось целых восемь: по четыре с каждой стороны – они легко двигались и вертелись от малейшего прикосновения. Шкура птицы была как настоящая броня: на ощупь холодная, жесткая, ее почти невозможно было содрать. А когда с трудом получилось вскрыть ей брюхо, Ор издал удивленный возглас: внутри не было мяса, органов и даже крови – внутренности состояли из непонятных камешков, ниток, блестящих кристаллов и прочей странной требухи. Такого раньше никогда не приходилось видеть даже на Планте – а их природа была богата и удивительно прекрасна в отличие от скудной Новой Планты.

Птица имела еще одну страшную особенность: едва прикоснувшись рукой к ее внутренностям, пальцы Ора мгновенно обожгло: как будто их одновременно ужалила сотня жаду. Ор дернулся и в страхе стал рассматривать руку – неведомая птица оказалась ядовита? Но кожа на руке только слегка покраснела – видимо, защитные магические амулеты помогли избежать отравления.

Подумать дольше Ору не дали: оставшийся зверь вдруг куда-то ринулся и радостно заголосил. Ему отозвался другой лай – тот, которого он вчера потерял и уже не надеялся найти! Лай слышался совсем неподалеку, и Ордин, как был с птицей в руке, так и побежал следом за маваутом, забыв про опасность и радуясь вернувшейся пропаже.

Радость была недолгой. Выбежав из-за холма, Ор остановился как вкопанный: оба его зверя кружились и весело тявкали вокруг странной фигуры, которая их гладила и мягко похлопывала по спине. Это был человек, маленький худощавый человек, одетый с ног до шеи в странный блестящий наряд. А его голову до самого носа скрывала толстая черная маска, пряча глаза, и в носу торчала странная сережка.

Человек, видимо, тоже заметил Ора: резко встал напротив, и в его руке, откуда ни возьмись, оказалась непонятная толстая палка, такая же блестящая, как его наряд и пойманная ранее птица. Тут человек слегка склонил голову набок и указал своей палкой на эту «птицу», что-то произнеся на непонятном языке. Потом этой палкой человек указал в самого Ора и опять что-то произнес, и судя по тону произнес весьма воинственно и угрожающе. Но его голосок был совсем тоненький, и Ор подумал, что это ребенок, девочка, потому что человек был малого роста. Только по этой причине Ор не стал нападать на чужака, который был явно не рад встрече с ним, а неуловимым движением достал ову. И когда человек на секунду отвлекся к крутившемуся рядом зверю, выстрелил усыпляющим дротиком прямо в его тонкую шею, которая почти не была защищена странной тканью. Чужак в блестящем наряде дернулся, что-то пробормотал, но рухнуть на землю не успел: Ор подскочил и придержал обмякшее тельце, которое оказалось легче маваута.

6

Любопытство и здесь взяло верх. Неужели император нашел представителя поселенцев нового мира? Ордин не удержался и попробовал снять черную маску с глаз чужака, которая оказалась очень твердая на ощупь. Ничего не вышло – маска не поддавалась. Только тут он сообразил, что поблизости могут находится и другие чужаки. Дал сигнал маваутам, чтоб пронюхали местность поблизости, а сам легко закинул свою «добычу» на плечо и отнес в укрытие.

Пока занимался обустройством лежанки для чужака (хотя, все-таки, чужачки), незаметно наступила ночь Новой Планты – светило моментально спряталось на востоке за Великие горы. Ор дождался зверей, но они никого так и не нашли, хотя приволокли в зубах еще один странный предмет: тяжелый и массивный, он блестел также, как наряд девчонки. Скорей всего, это была ее дорожная котомка. Ор сразу догадался, что эта вещь принадлежит чужачке, и птица, по-видимому, тоже была ее. А Ор убил эту птицу – нехорошо. Вдруг, это был ее товарищ, как мавауты императора? И ведь одного из зверей нашла как раз эта чужачка. Проснется, надо бы извиниться, вот только как с ней объясняться, если языка не понять? Ладно, попробует жестами, а пока есть время проверить ее котомку.

Сделать это оказалось не под силу даже дюжему императору: он пытался расковырять котомку кинжалом, стрелами, булыжником – бесполезно. Как будто неведомая сила отталкивала все предметы, что прикасались к этой вещи. Очевидно, это была чужестранная магия, только ее присутствия император не ощущал, на нее не реагировали даже защитные амулеты. Но если девчонке ведомы новые источники, обязательно нужно о них узнать. А для этого каким-то образом нужно найти с ней общий язык.

Потом любопытство Ора совершенно вышло за грани разумного: он предпринял еще одну попытку внимательно изучить чужачку и попытался снять ее нелепый мешковатый костюм. Но и тут его ждало разочарование: неведомая сила, что не дала снять ее маску и вскрыть котомку, и здесь защищала свою хозяйку – не давала даже прикоснуться к ее одежде, отталкивая и руку, и кинжал – хорошо, что, хотя бы ову, пропитанный особым составом, смог достичь цели.

Тогда Ор решил разглядеть ту малую часть лица, что не была спрятана за маской. На лице не было видно щетины, кожа была чистая, очень светлая, нежная на ощупь. Догадка императора оказалась верна – это была или девочка, или совсем юная девушка – фигуру под ее блестящим нарядом было совсем не разглядеть. Тем более странно, что она гуляла одна в таком безлюдном месте. Детей Платны до самого переменного возраста редко отпускали гулять одних. В носу девчонки была эта странная сережка, но Ор ее не стал трогать – видимо, украшение. Женщины Планты тоже любили всякие побрякушки, а император всегда щедро одаривал своих наложниц самыми изысканными драгоценностями. Интересно, согласилась бы эта чужачка на подарок императора? С этими мыслями Ор лег рядом с девчонкой и моментально уснул.

Утро для императора началось, когда на Новую Планту опустилась очередная ночь. Он вышел из укрытия и решил пойти на охоту вместе с маваутами. Когда проснется девчонка, нужно ее чем-то накормить, запасов почти не осталось. А потом он попросит ее, нет, – потребует показать источник, который наделил ее вещи и одежду столь странной защитной магией. А после он заберет чужачку в свое поселение – как доказательство наличия другой разумной жизни за Великими горами. Мысли императора бежали также быстро, как он сам, перескакивая с выступа на выступ, догоняя и перегоняя зверей, выслеживающих скудную местную дичь.

А вдруг чужачка не одна, и когда обнаружится ее пропажа, за ней в погоню выйдут другие? Они могут быть опасными и сильными врагами, раз у них есть такая магия! Возможно, их будет намного больше, чем все небогатое войско его поселения. Тогда не миновать беды – император сильно рискует, забрав девчонку с собой. Но оставить ее он не мог: она уже вошла в его мысли, пробралась под кожу, зародила в голове рой вопросов. А самое главное – Ордин хотел посмотреть, как она выглядела без своего наряда, хотел увидеть ее лицо, понять, сколько ей лет. Дальнейшие откровенные мысли Ор старался отгонять от себя: ведь она, судя по всему, совсем ребенок! Нет, определенно, долгий переход влияет на состояние разума, а столь же долгое воздержание плохо влияет на ход мыслей.

Когда опять сгустились противные зеленоватые сумерки, уставший Ор наконец вернулся с небогатой добычей к своему укрытию, где еще должна была спать чужачка. Но ее на месте не оказалось. Паника не успела зародиться в сердце императора, потому что в затылок что-то больно врезалось, и чернота накрыла разум.

7

Ор готовилась к выходу из-под купола с особой тщательностью. Каждый день изучала данные с разведдронов, собирала статистику, проводила исследования. Хоть ИИ все еще не работал, имеющегося программного обеспечения было достаточно, чтоб проанализировать все риски выхода за купол.

Риски были на грани фола. Но даже это не остановило Орму от идеи-фикс. Кажется, ее стало одолевать настоящее помешательство – даже во сне виделись далекие высокие горы: она все шла и шла к ним, стирая ботинки до дыр, но чем быстрее Ор бежала навстречу, тем дальше и недоступней казались горы. И тогда она просыпалась с испариной на лбу и отчаянием в душе.

Но Ор была не из тех, кто все бросает на полпути. И как бы тяжело ни дались сборы в тайне от всей колонии, наконец, они были завешены. У людей могли бы возникнуть ненужные вопросы, опасения, страхи – еще чего доброго, заперли бы ее тут, под куполом для ее же «блага». Тогда кукуха точно бы улетела одна, без Ормы, далеко-далеко за те самые горы.

Данные анализа показали, что за купол можно выходить в облегченном скафандре, который защищал от мощной солнечной радиации, и в атмосферном фильтре, что корректировал состав воздуха, потому что местной смесью газов можно было дышать только через раз. С собой взяла лишь бронированный кейс со всем необходимым, мобильный флайборд и единственный дрон: заряжать остальные все равно негде: солнечные батареи местное бестолковое солнце не заряжало – вся колония работала только от токамака. Аккумулятор позволила взять тоже один, он создавал защитное электромагнитное поле, наподобие мини-купола. Заряда должно хватить на несколько земных недель – да, Орма вела счет по земному времени, хоть давно жила на Марсе, подсознательно сопротивляясь этой мерзкой ситуации, в которую попала по воле случая и одного глупого поступка в прошлом…

И вот собственноручно назначенный день Х настал. Долго думала, как отвлечь свое стадо и максимально скрытно выйти за купол. Скрепя сердце, решила устроить относительно безобидную, но долго восстановимую диверсию в техотсеке. И сама же велела всем инженерным службам немедленно приступить к ее устранению, сообщив при этом, чтобы работали тщательно, без спешки, и еще раз протестировали все приборы и оборудование напоследок. А всех остальных колонизаторов, насколько это было возможно, отослала к западным границам колонии, где якобы заметила интересных птиц, забредших под купол. Велела их найти, по возможности изучить. И чтоб наверняка – полностью разрядила все оставшиеся разведдроны, чтобы особые умники не кинулись искать Орму с их помощью, если все-таки пропажа обнаружится раньше, чем успеет удрать подальше от колонии.

А сама, не долго мешкая, вышла с восточной границы купола рано утром, когда местное уродское солнце как раз закатывалось своей огромной махиной за горизонт и слепило глаза едкой зеленью. Ощущение, как будто вырвалась на свободу, сбежала из клетки, душной тюрьмы, в которой добровольно-принудительно была заложником. Даже все опасения по поводу слежки позабылись, как только Ор окунулась в сумрак леса, росшего сразу за куполом. Здесь сквозь бурую листву кособоких высоких деревьев даже зеленая лепешка, мельтешившая на небе, казалась не такой страшной и удручающей.

Но, к сожалению, лес быстро закончился. Это произошло уже в первые сутки пути. А сразу за резко обрывающейся кроной раскинулось бескрайнее поле, похожее на древнюю земную саванну до того, как та превратилась в выжженную пустыню. Ор приуныла: теперь ничто не загораживало для нее мерзкий небесный светильник, и он с удвоенной силой, словно наверстывая упущенное, принялся мозолить ей глаза, ведь она шла строго на восток – прямо за солнцем. Выпустила ненадолго дрон, чтоб оценить размеры местной саванны, и приуныла сильней: шагать до гор предстояло еще пару-тройку земных суток.

Не выдержав, Орма активировала мобильный флай и решила сократить время, хоть и обещала себе использовать его только в крайнем случае, чтоб не тратить драгоценный заряд. Зато уже к концу дня наконец достигла первой невысокой гряды, покрытой проплешинами бурой травы. Это придало сил, но напрочь лишило терпения, и Ор понеслась по холмам на флайборде, выключив его лишь у подножия следующей гряды, когда вместо суховатой травы под ногами зашуршали острые бурые камни, а холмы выросли до размеров «взрослых» скал.

Теперь придется лезть и карабкаться самой, спрятав борд в кейс, потому что при сильном перепаде высот в условиях разреженной атмосферы флай дестабилизировался и норовил провалиться в глубокое ущелье. Сперва Ор решила найти гору повыше и взобраться на нее, чтоб осмотреть окрестности, не прибегая к дрону. Но сколько бы она ни шла, то горы были отвесные, то попадала в ущелье – навигатор и сканер пространства здесь работали плохо, приходилось ориентироваться в основном по солнцу, время от времени прячущемуся за очередной бурой горой. Пришлось в первую горную ночь забиться в небольшую пещеру под отвесной скалой и обдумывать дальнейший план. Выхода не было: нужно активировать дрон.

8

На следующее утро Орма сперва не поняла, где она, и с минуту пялилась на острые камни нависающего над ней края скалы, в рассветных лучах отливающие зеленым. Поморщившись, решила, что зеленый и иже с ним отныне – ее самый ненавистный цвет. А через секунду поняла, что в пещере не одна, и паника мгновенно накатила ледяной волной. Орма забилась в дальний угол, вскинув активированную рикошетку, которую на всякий случай всегда держала при себе. Переключив спектр защитного шлема, ведь в глубине было темно как в подвале, ей удалось в подробностях рассмотреть пришельца, немного успокоиться и даже улыбнуться.

- Пёсель?

Напротив выхода из пещеры сидел крупный пушистый серый зверь, забавно водя широким носом и слегка дергая длинным хвостом. Он был похож на земного хаски или маламута, только больше раза в полтора. Животных Орма любила – они, в отличие от людей, никогда не предавали, поэтому решила попробовать завязать контакт с этим странным созданием. Псина, возможно, поняв, что ее уже не боятся, сама подошла ближе, а потом и вовсе уселась у ног Ормы и стала смешно тявкать. Получается, он пришел, пока Ор спала, и все это время был здесь, очевидно, тоже укрываясь от зябкой горной ночи в относительной безопасности пещеры. Агрессии пес не выказывал, наоборот – ластился совсем как ручной.

Стоп! Ручной? До Ормы дошло – это ЧЕЙ-ТО пес! Все это время Ор мечтала, что найдет других колонизаторов, а, возможно, и местных туземцев. Но поняв теперь, что контакт возможен как никогда, ей стало страшно по-настоящему. Ведь она здесь совсем одна, а вдруг туземцы агрессивные? Вдруг сами колонизаторы сочтут ее возможным конкурентом за скудные ресурсы на столь недружелюбной планете? В подтверждении своих мыслей Ор нащупала под густой шерстью псины ошейник – он был сделан из странного материала, похожего на биопластик, искусно сплетённый и выкрашенный в синий цвет. Биочипа, трекера или хотя бы бирки с именем не было, но на это и не стоило особо надеяться.

Теперь придется в любом случае использовать дрон. Перед этим решила попробовать выйти с псом на «контакт»:

- Пёсель, чей ты? Где твой хозяин, дурашка?

Тот все также сидел у ее ног, даже не повернув ухом на звук ее голоса. В древности существовала теория, что домашние животные, долго живущие у хозяев в одной стране, привыкают к их языку и не понимают другие. Пес никак не среагировал, а значит, это не домашний зверек колонизаторов, ведь все земляне и марсиане давно говорят на интерлингве. Пришлось сделать неутешительный вывод – это псина туземцев. Стоило Ор встать и выйти из пещеры, пес пошел за ней. Возможно, он заблудился и потерял хозяина, а след в скалистых горах взять не смог. Придется помочь с поисками.

Выйдя на относительно ровное плато, активировала разведдрон, не став поднимать его на максимальную высоту из опасений быть найденной. В ближайшем периметре все было чисто, и Орма уже хотела отправить дрон обратно, но, взглянув в большие жалобные глаза псины, вздохнула и продолжила сканирование местности. Поиски могли затянуться, поэтому Ор переключила скан на тепловизор, чтоб поскорей уловить хоть что-то живое.

Что-то живое само себя нашло: вдруг раздался сигнал, а потом пошел звук – это был радостный лай. Переключившись на обычный спектр, Ор увидела, как на ее дрон брешет почти такой же пес, как тот, что пришел к ней.

- Ну вот, нашелся твой товарищ, пёсель. – Улыбнувшись, она опять взглянула на «своего» пса, но ее тут же привлек сигнал дрона, вернее, оповещение о том, что этот сигнал потерян. Изображение пошло помехами почти мгновенно, а это означало, что дрон либо взорвался, что практически невозможно, либо… его кто-то уничтожил. А вдруг, тот второй пес смог подпрыгнуть так высоко, что достал дрон и прокусил его?

Пока Орма стояла и просто тупила, переваривая дурные мысли и с надеждой пытаясь воскресить оборудование удаленно, неподалеку послышался лай. Ему отозвался пес, стоящий рядом с Ор. Не может быть, ее так быстро обнаружили! Второй пес, точно такой же, как «ее», выбежал из-за пригорка и радостно прискакал к окончательно ошалевшей Орме. Она присела перед вторым зверем и автоматически ощупала его шею – на ней был точно такой же ошейник, как и на первом – что и требовалось доказать. И эти два дружка наверняка нашли ее по запаху, или как там у зверей все происходит, а следом, возможно, сюда уже спешит их хозяин за своей «добычей».

В подтверждении своих панических догадок из-за пригорка, откуда минутами ранее выбежал второй пес, показалась фигура. То был странного вида огромный человек, внешне почему-то напомнивший Орме древних земных викингов – таких же грозных и лохматых. Ор резко встала и вскинула рикошетку – радовало, что чужак был всего один: «это точно не колонизатор» – первая мысль. Вторая: «надо бежать», но тут она увидела в его руке свой дрон, вернее, то, что от него осталось, и терпению Ормы пришел конец:

- Ты угробил мой дрон! Что тебе нужно?

Человек стоял, не двигаясь и явно не понимая ее, а рука с рикошеткой уже подрагивала от напряжения. Тут псы, как назло, стали крутиться и толкать в ноги, а Ор не хотела ненароком задеть их рикошеткой. Она отвлеклась на зверей всего на секунду, но это было фатальной ошибкой: что-то больно кольнуло в шею, не до конца защищенную облегченным скафандром. Ноги сами подкосились, вмиг став ватными, уплывающим сознанием Ор поняла, что ее подстрелили, как воробья: обидно.

- Вот козлина… – И отключилась.

9

Пришла в себя моментально, сразу вспомнив, что произошло накануне. По встроенным сканерам проверила, что прошло не более суток. По ним же удостоверилась, что ее усыпили неизвестным веществом, к счастью, оно не нанесло какого-либо ущерба состоянию. Осторожно пошевелив конечностями, поняла, что не связана, это давало слабую надежду на «адекватность» похитителя. Впрочем, при всем желании, чужак бы не смог снять с Ормы или повредить ни скафандр, ни шлем, которые были защищены все еще активным полем. Правда, остается открытым вопрос: как дротик смог пройти сквозь его защиту? Неужели результаты анализа оказались ошибочными, и радиация в горах настолько сильна, что разрушает поле? Или с какой силой надо было выстрелить, чтобы пробить защиту – меткий, зараза, знал, куда целиться: в самый незащищенный участок.

Ор огляделась: она оказалась почти в такой же пещере, где сутками ранее пряталась сама, только это была гораздо шире – очевидно, пещера служила логовом для чужака. Псов рядом не оказалось, что обрадовало еще сильней. В довершении увидела лежащими рядом с ней свой развороченный дрон, а главное, кейс – вот это настоящая удача! Видимо, чужак совсем недооценил опасность, которую может представлять Орма: какой самонадеянный или глупый. Хотя для нее он все равно был опасен: так незаметно и молниеносно выпустить усыпляющее вещество – для этого нужно иметь отточенную ловкость и меткость, да и размеры чужака внушают опасение. Хвалить его дальше было бы верхом наглости – не заслужил, дрон теперь в помойку, а с ними и так дефицит в колонии.

Оставалось понять, что теперь делать, и план должен родиться как можно скорей, потому что чужак со своими псинами может вернуться в любую минуту. В подтверждении этих опасений поблизости заслышался знакомый лай. Орма моментально вскочила, схватив рикошетку, которую к счастью тоже оставили при ней, и спряталась за валун в дальнем углу пещеры: сгущались очередные регуловские сумерки, и в глубине скал все покрылось мраком. Но переключив спектр визора, ей был прекрасно виден мощный силуэт, появившийся в проходе – оставалось надеяться, что ее он не заметит.

Не заметил вроде. А Ор не придумала ничего лучше, как подойти сзади и садануть рикошеткой по затылку чужака, отчего тот покачнулся, но обернуться так и не успел – обмяк – этот прием всегда работает даже с такими великанами. Плюхнулся на свою же импровизированную кровать, рядом с которой стоял, обнаружив пропажу «добычи». Ранить его Ор не хотела, но вытащить капсулы с транквилизатором из кейса попросту не успела – этим себя и оправдывала, мысленно извиняясь за увечья, нанесенные чужаку. «Ну, он такой крепкий на вид, должен быстро оклематься». А вот этого допускать нельзя, и теперь можно было спокойно достать транквилизатор и вколоть трек для надежности.

Псы оказались глуповатыми (очевидно, как и их хозяин) и даже не поняли, что произошло – наверно, подумали, что их хозяин очень устал и резко заснул. Поэтому они преспокойно легли у входа в пещеру и тоже стали клевать носом. Орме же было не до сна. Еле перевернув и уложив эту махину, она наконец всадила трек и только потом решила разглядеть свою «добычу» повнимательней.

А зрелище было интересное: на чужаке был странный мешковатый костюм из толстой светлой материи, на ощупь как настоящая кожа какого-то животного – Ор никогда не видела такого материала вживую: на Земле и Марсе все давно делали из акрилона и продуктов его переработки из-за нехватки природных ресурсов. Его шея, руки и даже щиколотки были украшены странными узорами тату, вдобавок, на шее висела гирлянда из непонятных массивных подвесок в виде разноцветных кристаллов. Светлые волнистые волосы были едва не длиннее, чем у Ормы. Чужак в целом выглядел как брутальный хипстер-переросток.

А его лицо она разглядывала с особым вниманием – не зря издали он напомнил ей древнего варвара: суровое и сильное, в обрамлении густой рыжеватой бороды, оно завораживало, на него хотелось смотреть и любоваться. Любопытство настолько завладело Ормой, что она решила приоткрыть его верхнее веко, чтоб внимательней рассмотреть, какого цвета должны быть глаза у такого человека.

Они оказались цвета земного неба, и Орме вдруг стало очень тоскливо и грустно: совершенно не к месту вспомнился не по своей воле оставленный дом, земное небо, а не марсианское, розово-серое, которое она терпеть не могла, как и небо Регула. На Земле небеса на закате переливались желто-оранжевыми оттенками, а не мерзкой зеленью, как здесь. Орме всегда нравилось любоваться земным закатом, если подворачивалась такая возможность – каждый закат был неповторим и прекрасен. Но крайние полгода перед отправкой Миссии ей приходилось «любоваться» лишь куском бетона, который был виден из крошечной фрамуги в ее камере на Марсе, а потом еще два года полета закатов она вообще не видела…

Нет, нужно что-то делать и как можно скорей. Варианта было всего два: удрать обратно под купол, пока викинг не проснулся, забыть обо всем и до конца своей невеселой жизни отсиживаться с остальными колонизаторами, медленно деградируя вместе с ними день ото дня. Но этот вариант предполагал короткий срок существования. К тому же таких, как этот варвар, могло быть намного больше – рано или поздно ее колонию, даже скрытую куполом, могут обнаружить, а наладится ли к тому времени хотя бы связь с Марсом – едва ли.

Второй вариант – окунуться в новое «приключение» с головой, хотя Орма и так уже нашла на свой зад проблем выше крыши. Но отпускать синеглазого она уже не хотела. «Его глаза напоминают об оставленной Земле: хоть будет, на что любоваться на чужбине, перманентно вспоминая о родине» – ее кукуха придумала столь пафосное оправдание своему очередному наиглупейшему поступку.

10

Ор тяжело открыл глаза и осмотрелся по сторонам. Он сразу все вспомнил и понял, что чужачке каким-то образом удалось его обездвижить, несмотря на все защитные амулеты. Саму виновницу этого происшествия он рядом не нашел, хотя и не особо на это надеялся.

Слабости и боли Ордин не почувствовал, хотя и не знал, сколько пробыл в черной бездне. Осмотрел себя и понял, что у него забрали все оружие и амулеты. Сперва испугался, когда осознал, что находится без магической защиты, ведь без силы магии в мире Новой Планты даже нормально дышать нельзя. Но успокоившись, понял, что с ним все в порядке: Ор ощущал бодрость и привычную силу – это просто удивительно! Чужачка, должно быть, привела его к своему источнику магии, по-другому и быть не могло. И наверняка перед этим специально его обезвредила, чтобы Ор не запомнил дорогу.

Ее можно понять, такие артефакты всегда хранили в тайне от врагов все жители Планты, а девчонка видит в Оре именно врага – немудрено, ведь он усыпил и похитил ее. Вернее, попытался похитить, но каким-то образом эта чужачка оказалась проворнее самого императора Планты… бывшего императора, вернее, императора бывшей Планты. Да не суть, главное – понять, где он, и как далеко от поселения находится источник. А еще не мешало бы вернуть амулеты: возможно, девчонка взяла их, чтобы зарядить силой магии своего источника, но на такую щедрость вряд ли можно рассчитывать.

Ор огляделся: странные палаты, в которых он находился, даже нельзя было ни с чем сравнить – он такого прежде никогда не видел. Всюду блеск, белизна стен, чистота и странный запах. А еще – тихое равномерное гудение, будто за стеной спрятался рой жаду. Ордин встал со своей узкой неудобной койки, которая была ему слишком мала, прошелся по палатам – они не впечатлили размерами. Кроме койки, в ней больше ничего и не было, но на одной из стен висело темное зеркало. Ор захотел проверить, магическое ли оно, – вдруг удастся найти портал и попробовать переместиться из этой чистой белоснежной клетки.

Но как только он попытался дотронуться до зеркала, раздался странный щелчок, и из ниоткуда вдруг стал говорить голос:

- «What’s your name?» …

Голос был женский, тоненький, скорей всего, он принадлежал той самой чужачке. Казалось, он раздавался ото всюду и эхом скользил по гладким стенам его тесных палат. Ор завертелся волчком, но не смог понять, где же стоит чужачка, неужели она стала невидимкой благодаря своей магии?

- «Do you understand me? What. Is. Your. Name? Who. Are. You»?

- Я не понимаю тебя, чужачка! Покажись и назови себя! – Ордин попытался объяснить голосу очевидное, раздражаясь все больше, но голос все говорил и говорил. Императору стало казаться, что тот разговаривает сам с собой: ни слова не понять.

Тут Ор догадался, что источником голоса может быть темное зеркало в стене – все-таки оно магическое и через него хитрая, но трусливая чужачка пытается с ним общаться, не показывая себя. Ор подошел вплотную к зеркалу, положил обе ладони на его поверхность, оставляя крупные отпечатки и запотевший след своего дыхания.

- «Stay away from the repeater!» – Голос тоже стал злиться, но Ор лишь хитро ухмыльнулся, поняв, что нашел свою похитительницу:

- Что тебе от меня нужно, чужачка? Ты принесла меня к своему источнику магии? – Ору на миг почудилось, что в темном зеркальном пространстве он видит блестящий силуэт, а, может, это было лишь его отражение. – Назови себя, если боишься выйти ко мне. Я – император Планты и Новой Планты Ордин Сатэлус Ди’Грет… Можно просто Ор. – Сам не понял, зачем это добавил: своим малым именем он разрешал называть себя только близким людям. Правда, таких с некоторых пор совсем не осталось.

- «Оr? Did you say «ОR»? – Голос стал удивленным и взволнованным, неужели чужачка знает про него?

Тут вообще произошло невероятное: одна из белых стен вдруг зашевелилась и наполовину исчезла. В образовавшемся проеме возник темный небольшой силуэт, который уверенно шагнул в палаты и вплотную приблизился к императору.

- Did you say «ОR?» Do you know me? – Ордин стал разглядывать гостью, не скрывая любопытства и восхищения.

Наконец он увидел лицо своей похитительницы и не мог перестать на нее смотреть: маленькая зеленоглазая ульха – вот, на кого она была похожа. В мире Планты так называли древний народ, по легендам когда-то обитавший в дремучих горных лесах Севера. Это были маленькие чудесные создания с зелеными, как лесная листва, глазами и золотыми, как светило Планты, волосами. Они обладали необычайным мощным даром, и благодаря им в мире Планты появилась магия. Правда, согласно этим легендам, ульхи имели крылья и могли свободно летать, почти как драконы.

Поэтому Ор обошел чужачку сбоку и заглянул ей за спину в надежде увидеть это чудо, но крыльев не обнаружил. А чужачка, видимо, испугавшись, отскочила в сторону и опять наставила на Одина свою блестящую палку, откуда она ее только взяла?

- Do not come to me! Do you know me? – Опять она посмотрела прямо в глаза императора, отчего тот будто на мгновенье вернулся в свой разрушенный мир и увидел зеленые леса и луга цветущей Планты. Ее глаза напомнили ему не по своей воле оставленный дом, которого больше нет, и Ору вдруг стало так тоскливо, что он не смог сдержать грустного вздоха. А потом сразу мелькнула мысль: он ни за что не отпустит эту бескрылую ульху – она напоминает ему о родном крае…

Чужачка в этот момент замешкалась и зачем-то ощупала свое лицо, потом с досадой что-то пробурчала себе под нос и опять заговорила:

11

О том, как пришлось добираться до купола с новыми «пассажирами», Ор вспоминать не хотела. На борд пришлось взгромоздить обездвиженную тушу викинга в полулежачем состоянии, кое-как зафиксировав его пневморемнями, ведь габариты флая были абсолютно не приспособлены для перемещения объектов такого размера. Заряда с таким весом точно не хватит даже до середины маршрута. Но в голову Орме пришла безумная идея сделать его прирученных псов ездовыми собаками. Такой дикий каламбур получился: викинг, который должен жить на севере, едет в упряжке ездовых псов, которыми в древности на Земле тоже пользовались люди Крайнего Севера – Ор рассмеялась от души, хотя этот смех больше напоминал нервную истерику крикливой чайки.

Всю дорогу приходилось контролировать свой странный обоз, потому что тело то и дело норовило сползти или перевернуться вместе с флаем, а псы оказались то ли не до конца выдрессированы, то ли настолько глупы, как, впрочем, и их хозяин, что все время норовили увильнуть с маршрута. А ведь еще предстояло придумать, как проскочить под купол незамеченной с таким «грузом». Все чаще по дороге обратно Ор задумывалась, а не бросить ли всех в буквальном смысле, и убежать самой? Но прятаться от проблем было поздно, да и не выход это – такую мудрую истину Орма уяснила еще на Марсе, на своей шкуре испытав ее суровую правоту.

В итоге до купола они доползли в два раза медленней, чем до этого Ор очутилась в горах. Но их появление удачно совпало с «ночной сменой», ведь колония тоже продолжала жить по земному времени. Ор была уверена, что в это время все колонизаторы спят аки детки в тихий час, даже дежурная смена. И сигнал проникновения за периметр они просто не услышат. Включила усиленную защиту своего скафандра, чтобы сначала в одиночку незаметно пробраться в управляющий модуль. Отключила сигнализацию и детекторы слежения, убедившись, что дежурные спят как младенцы, пуская слюни на бортовую панель. И, захватив транспортный бот-погрузчик, наконец перетащила свою «добычу» в колонию.

Только Ор обрадовалась, что удалось незаметно пробраться с тушей викинга, как возникла проблема с его псами. Они занервничали и не хотели забегать следом, почуяв чужеродную им атмосферу под куполом. Пришлось их пока оставить, ждать долго было опасно, позже придумает, как их адаптировать под микроклимат колонии. Бедолаги понимали, что их хотят оставить, рвались вслед за хозяином и Ормой, но потом сразу отскакивали и громко скулили. Еще ненароком разбудят местных сонь, тогда проблем не миновать. Она, как могла, приласкала зверей, пообещав вернуться за ними завтра, и отогнала их подальше в лес.

Тут, наконец, до нее дошло, что и чужак может не перенести измененной атмосферы под куполом, ведь он тоже из местных, а значит, есть риск сильно навредить ему. Пришлось на ходу подключать мобильный анализатор среды, который Орма брала в свое неудавшееся путешествие – он показал, что атмосфера купола безвредна для организма викинга. Это было очень подозрительно и могло оказаться ошибкой, но времени на раздумья не было: Ор решила рискнуть – над результатами анализатора подумает позже.

Викинга оприходовала в стерильном изоляторе медблока, чтобы сразу обследовать на наличие инфекций и провести полный анализ. Потом закрыла эту зону для остальных, объявив тревожный уровень в связи с опасностью заражения, чтобы сюда никто не посмел совать любопытные носы. Впрочем, Ор и не лукавила, закрывая себя вместе с «пришельцем» на карантин – не известно, что она могла подцепить в своем нежданном путешествии, хоть скафандр и ионная обработка должны были удалить все опасные для жизни микробы.

На следующий день Орма, как и обещала, вернулась за псами, найдя способ адаптировать их с помощью мобильных дыхательных блоков, приспособив их на подобии ошейников. Потом промучилась с их перевозкой на погрузчике: накрыла животных тентом, зафиксировав на пандусе, но дурные псины, испугавшись закрытого пространства, пытались выскочить из-под укрытия, истошно скуля. Психанув, влепила им по дозе транквилизатора, чуть было не раскрыв себя.

Вымотавшись морально и физически, Ор только через сутки смогла приступить к обследованию своего главного «пациента». Пока держала его в стазисе, но долго это продолжаться не могло, чтобы не навредить мозгу. Первым делом сняла и обследовала все его «украшения»: как выяснилось, они выдавали излучение в неизвестном науке спектре – ни один прибор не смог идентифицировать их принадлежность к какому-либо химическому элементу. На молекулярном уровне эти предметы, самый большой из которых был размером с ладонь, имели во внутреннем строении кристаллическую решетку, внешне тоже напоминали кристаллы кварца или аметиста. Как же не хватает БИИ, чтобы все выяснить как следует! И ведь ни с кем из колониальных медиков и инженеров толком не посоветуешься, не выдав без подозрений истинной причины расспросов. Но даже полученной информации хватит на месяцы, если не годы исследований. Жаль, Орма не была ученым-биологом или метахимиком, ей всегда были ближе точные науки и техника, особенно, летательная – небо было у нее в крови. Да что уж вспоминать…

Псы по набору ДНК были очень схожи с земными собаками, но был и ряд особенностей и мутаций, скорей всего, обусловленных местной природой. Ор не знала, есть ли на Регуле бешенство, но опасно было оставлять не привитыми диких, хоть и прирученных животных. К счастью, все процедуры и манипуляции они перенесли стабильно и к Орме стали привязываться: как говорится, кто кормит, тот и хозяин. Вот только она сама не хотела ни к кому привязываться, даже клички животным не давала – просто псы, два молодых самца.

А вот, что делать с другим «молодым самцом», Орма понятия не имела. Его она просканировала, как умела, следуя инструкциям ПО медицинского модуля. Опасности в молекулярном и инфекционном плане викинг не представлял, хотя и его ДНК в разы отличалась от ДНК людей, что еще раз доказывало – это туземец: «регулянец», нет, «регулианец», да не суть!

12

Исчерпав все возможные тесты и обследования, Ор наконец решила вывести туземца из стазиса, а сама, как нашкодивший малыш, сбежала в соседний с его палатой бокс. Одной удобной особенностью его размещения было то, что палаты связывал блок голосового оповещения и дистанционного наблюдения. Проще говоря, Ор могла наблюдать за «пациентом» через непробиваемое стекло ретранслятора, которое с его стороны казалось лишь тонированным зеркалом. А также могла при желании с ним общаться через динамик, но такой вариант развития событий вряд ли был возможен – надо понять, умеет ли вообще этот великан говорить: за краткое время, проведенное с ним в горах, туземец не произнес ни слова.

Датчики подали сигнал о пробуждении «пациента», а Орма устроилась поудобней по другую сторону зеркала, как будто в старинный театр пришла – даже неловко стало на мгновение. Но на всякий случай подготовилась: зарядила транквилизатор и рикошетку, даже скафандр опять надела, трусиха.

Чужак медленно поднялся со стандартной медицинской койки, которая ему в лежачем состоянии доходила разве что до колен, и сразу стал крутить головой, оглядываясь вокруг. Датчики мозговой деятельности мгновенно взлетели и стали вываливать обилие данных – результаты показывали удивительную регенерацию, высокую нейронную активность и кучу других любопытных параметров. Все это свидетельствовало, что перед Ормой именно гуманоид, по всем параметрам до странности похожий на крепкого, отлично развитого человека. Мелькнула глупая мысль – вдруг он тоже колонизатор, только не с Земл? Но Ор всегда отличалась буйством фантазии.

Тем временем странный «туземец» (в том, что он туземец, уже начала сомневаться) стал с тревогой осматривать себя, видимо, догадавшись, что его любимые украшения и оружие исчезли. Тут же сделал суровое лицо – неужели догадался, что это Орма их позаимствовала? Потом встал во весь свой громадный рост и стал изучать палату. Все-таки не зря Ор спряталась в соседнем отсеке – этот чужак оказался весьма сообразительным – сразу стал внимательно изучать «зеркало». Ор напомнила себе, что оно бронированное, и ее не видно с той стороны, но стало не по себе. А когда он попытался дотронуться до стекла, не выдержала:

- Как вас зовут? – И почему она задала именно этот вопрос, клуша? Нет, не так: почему она вообще задала ему вопрос?! Ведь не хотела вступать в контакт.

Викинг завертелся, пытаясь выяснить, откуда идет звук, но тщетно – звуковые колонки, встроенные под потолком палаты, были надежно скрыты за обшивкой стен.

- Вы понимаете меня? Как. Вас. Зовут? Кто. Вы? – Она действительно решила, что если говорить членораздельно, чужак ее лучше поймет? Наивная – сразу же было понятно, что он не знает интерлингва и вряд ли захочет вступать в контакт. Но вот тут она ошиблась.

- Non ti capisco, straniera! Fatti vedere e fatti un nome! – Орма подпрыгнула от неожиданности в кресле, едва не шмякнувшись задом на пол.

Его голос звучал грозно, низко вибрируя и отражаясь эхом в динамике и где-то внутри самой Ормы. Он вошел с ней в контакт! Он заговорил и не просто заговорил, но ответил ей, распознав в ее фразе вопросительную интонацию. Только ответная интонация чужака Орме не понравилась – викинг был весьма раздражен, только вспышки гнева не хватало! Рука инстинктивно сжала трек с транквилизатором.

- Прошу успокоиться, я не причиню вам вреда. Вы находитесь в безопасном месте…

Ор попыталась по привычке втолковать великану правила безопасности, позабыв на мгновенье, что он ни звука не понимает. Заткнулась только, когда ранее метавшийся по палате чужак вдруг остановился и резко повернулся к «зеркалу». Как дикий зверь, плавно подошел к нему вплотную, положил свои огромные ладони на его поверхность и поднял глаза. Орма замерла напротив, все мысли испуганными воробьями упорхнули куда-то в область пятой точки.

Викинг смотрел прямо на нее – прямо ей в глаза! Но КАК? Неужели он ее видит? Возможно, это одна из мутаций или не изученная пока особенность чужого организма. Чужак слегка пошевелил пальцами, но Орме с перепугу показалось, что его ладонь собирается превратиться в кулак – только не это, он хочет разбить стекло?

- Отойдите от ретранслятора! – Ор попыталась придать своему голосу грозности, только чтобы скрыть накатившую панику. О чем она думала?! В одиночку пойти на контакт с инопланетянином, ничего о нем толком не выяснив? Дурында, как есть дурында – если бы была чуть умней, не оказалась бы вообще на этом гнилом Регуле…

В ответ на ее слабую попытку приказать викинг лишь грозно усмехнулся – он догадался, что Ор за стеклом, это катастрофа. Понуро опустив голову на приборы, до нее наконец дошло, что все фразы чужака старательно записывал и анализировал автоматический распознаватель речи. Наконец выйдя из ступора, Орма стала обрабатывать уникальные данные. Было очевидно, что датчик не смог распознать язык викинга, но стал пытаться соотнести полученные словесные структуры с интерлингвом, для этого в ПО медблока была своя нейросеть. Жаль, что это была лишь пара фраз: давай, великан, поговори еще.

- Cosa vuoi da me, straniera? Mi hai portato alla tua fonte di magia? – Он опять смотрел прямо на Орму, это до жути пугало, но она наоборот подошла вплотную к ретранслятору, впитывая в себя каждое слово, каждый звук, произнесенный странным чужаком. – Identificati se hai paura di venire da me. Sono l'imperatore della Planta e della Nuova Planta Ordini di Satelus D'Gret… Puoi semplicemente Оr.

Его последнее слово током прошибло мозг. Как? Он произнес ее имя.