Кольцо Элигейт

Глава 1. "Одни"

Это был ноябрьский день. Листья давно опали и разносились ветром по улицам маленького городка в штате Иллинойс. Небо было затянуто серыми тучами, воздух уже был довольно холодным.

В одной из палат больницы Рокфорда лежала старая бабушка. Ей было девяносто девять лет, но она была в здоровом уме и памяти. Она часто рассказывала четырём внукам о своём невероятном прошлом, не упуская ни одной детали. Её истории были завораживающие и безумно интересные. Внуки слушали её внимательно и всегда просили рассказать им что-то ещё. Честно говоря, многие её истории можно было назвать сказкой. Они были о каких-то фантастических приключениях, суперсилах, о спасении мира и прочем бреде, походящие на какой-то фильм, нежели на реальность. Но внуки были ещё совсем маленькие и охотно верили во все её сказки, считая свою бабушку героиней, которую послали на спасение вселенной.

Старушку эту звали Грендел Элигейт. И у неё была опухоль мозга. Не смотря на такую тяжёлую болезнь и столь взрослый возраст, она выглядела довольно активной бабушкой лет шестидесяти пяти. Грендел знала, что через месяца два, уже погибнет. Именно по этому, решила придумать историю, чтобы внукам, которые безумно её любили, было легче справиться с потерей близкого им человека в таком юном возрасте. Она подозвала Эмили, маму всех четырёх внуков. Отец, к сожалению, у малышей, погиб еще около восьми лет назад. Некоторые детишки даже не застали его при жизни. Грендел объяснила своей дочери Эми, что лечение ей не поможет. Она всё равно скоро умрёт от этой проклятой болезни. Эми хоть и не хотела верить во всё происходящее, но в глубине души она знала, что её мать была права. Сдерживая слёзы, Эмили вышла в коридор больницы к своим детям.

Самого старшего сына звали Том, ему было четырнадцать лет. У него были прекрасные карие глаза, как у отца. В его глазах можно было утонуть. Они словно приковывали внимание к себе и не отпускали. У Тома были слегка припухлые губы, густые, ровные брови. Тринадцати летняя сестра Тома, Алиса, всегда ходила с длинной, тёмно-русой косой на голове. Она, наверное, больше всех любила свою бабушку. Так же были еще брат и сестра - Джим и Амина. Им было всего лишь по восемь лет. Они были разными, но такими похожими. У обоих небольшие горбинки на носу и светленькие волосы.

Эмили сказала детям, что бабушка хочет рассказать еще одну невероятную историю и ждёт их у себя в палате. Ребята зашли в палату к старушке и сели рядом с её постелью. Двойняшки с огоньком в глазах стали держать бабулю за руки, Алиса теребила в руках журнал с кроссвордами, а Том просто приобнял сестру.

По выражению лица матери, Томми понял, что Грендел расскажет сейчас не просто очередную сказку, а печальную новость. В отличие от младших брата и сестёр, Том никогда не верил в бабушкины рассказы. Он знал, что это лишь сказки, но с интереснейшим сюжетом, где старушка вставляла себя в повествование, как главную героиню. Но Том любил бабушку. Он просто внимательно слушал и проводил время с ней и родными. Ему это нравилось.

- Ну что, бабуль, что ты нам расскажешь? - С интересом спросил Джим, ёрзая на стуле.

- Родные мои, сейчас вам расскажу об одной загадочной личности, - тяжело вздохнув, продолжила рассказ Грен. – Эту личность звали Грендел и она жила в этом мире для выполнения важной миссии. И когда эта миссия будет выполнена, Грендел отправиться в свой мир, а этот, к сожалению, её придётся оставить.

- Ты сейчас говоришь о себе, бабуль? - спросила Амина с какой-то необъяснимой печалью.

У Тома из глаза упала солёная слеза, но он сразу же убрал её со своей щеки, чтобы никто не заметил этого.

- Да, моя маленькая, я говорю о себе. Скоро моя миссия закончится и мне придётся вернуться домой. Но вы не расстраивайтесь, мы ещё встретимся, вот увидите!

Прошло две недели.

За окном палаты уже совсем холодно. Цветку на подоконнике не хватает солнечного света, он завял и потемнел, стал наклоняться и падать. Ветер шумит. На улице не души. Наступает ночь, становится тихо, очень тихо. На аппарате, к которому была присоединена старушка Грен, кривая линия превратилась в чёткую и прямую. Стал слышен лишь писк аппарата. Врач зашёл в палату к старушке. «Время смерти: 02:50» - записал он у себя в каком-то блокнотике. Врач отключил аппарат из питания и вышел из комнаты. На улице так же темно, в комнате теперь тоже.

Тринадцатое декабря. В большом сером зале стоят стулья, на которых сидят множество людей в чёрных одеяниях. А в центре зала стоит деревянный гроб. А у гроба, на маленьком столике, стоит серая фотография в застеклённой рамке. А на этой фотографии портрет Грендел Элигейт. Свечи отдают тёплый свет на стены в тёмной комнате. Эми подошла к гробу, поцеловала мать в лоб. Слёзы текли из её глаз водопадом. Но, не смотря на всю боль от очередной потери дорогого ей человека, она решилась и взяла микрофон. Эмили встала у тумбочки и стала читать свою речи, изначально которую она написала на листке, промокшем от слёз. Её руки дрожали, как и голос.

- Здесь собрались все, кому была дорога моя мать. Я очень любила Грендел, думаю, как и она меня. Несмотря на её возраст, она была готова жить ещё, как минимум, лет 20. Да-да, это звучит странно, но она была невероятно сильная и активная для своего возраста. Это был какой-то феномен, её было бы будто лет 40-50. Но болезнь, которую и врагу не пожелаешь, забрала её… забрала не в своё время. Помню, как в детстве она со мной и моей сестрой, которой, к сожалению, тоже уже нет в живых, ходила в парки и скверы, играла с нами в прятки и рассказывала свои невероятные истории. Да, фантазия у неё была великолепная. Хоть в юности я верила в её рассказы. Они были чудесными и интересными. Такое чувство, будто всё, что она рассказывала, действительно было на самом деле. Она не уделяла нам много времени и внимания, обычно с нами сидели няньки, а потом мы уже справлялись и сами, но я знаю, она любила нас. Но её вечные дела и работа забирали всё свободное время. А сейчас она в покое.- Эми стало плохо, и она ушла в другую комнату, вытирая слёзы, лишь добавив - Прощай, мама.

Глава 2. «Новости о переменах»

Утро было раннее. Пока младшие брат и сестра спали, Том уже встал и готовил на кухне себе яичницу. Он был в старой полосатой майке и шортах, которые являлись ему пижамой. Том зевал, и казалось, будто бы он ещё спит.

- Мама, наверное, уже ушла на работу. – Подумал он.

Скорлупа от яиц валялась на старом кухонном столе. Тёплый утренний свет заходил в гости в квартиру через открытое настежь окно. Прохладный, свежий воздух гулял по всей комнате. Блики отражались на плитках. Было спокойно.

«Дзынь-дзынь». Издался звук из прихожей. Том побежал к входной двери, оставив свой завтрак жариться на сковороде. Посмотрев в глазок, Том увидел какую-то женщину лет сорока. Она была низенькая и пухленькая. Её длинный серый плащ напоминал Тому тот самый фильм про детектива Шерлока Холмса, который он так любил смотреть по телевизору, вечерами пятницы.

- Вы кто, мисс? - спросил парнишка.

- Я Лидия Стайл, сотрудник органов опеки. - Сказала эта женщина каким-то противным голосом, в котором были слышны нотки ненависти ко всему живому, кроме себя, и показала своё удостоверение через глазок.

Том насторожился и почувствовал что-то неладное. Когда он отпёр замок и открыл дверь, женщина сразу же вошла в коридор. Она краем глаза увидела глиняные часы с декором из мини-колонн на стене, и произнесла, сморщив нос:

- Какая же безвкусица!

Том лишь в непонимании смотрел на социальную работницу. Она сняла и кинула свои грязные сапоги в угол у шкафа-купе и прошла на кухню. Мисс Стайл отодвинула стул, села всем своим тяжёлым весом и оглядела глазами квартиру. Она была уставшая, второй подбородок даже вспотел. По её мимике было понятно, что квартирка кажется ей совершенно маленькой и уродливой. Мальчик в недоумении от происходящего спросил, попивая чай:

- Что собственно происходит и для чего вы здесь?-

- Прости парень, но мне нужно сообщить ужасную новость. Мне жаль, но твоя мать – Эмили Элигейт, была найдена мёртвой сегодня утром.

Несмотря на столь печальную ситуацию, в голосе Лидии не было слышно ни капли сожаления к ребёнку. Она говорила хлоднокровно, ей было всё равно. Такое для неё было уже привычкой. Но то и ясно, она каждый день делает подобное, ей наверное уже надоела эта работа, события не удивляли и были привычны.

У Тома побелело лицо. Он сам стал похожим на мертвеца. Спокойный, тёплый день становился уже не столь радостным, был ледяным для мальчика. Светлое небо закрылось плотными тучами, яичница подгорала на сковороде. У него закаменело лицо, не было видно не единой эмоции, лишь невинная слеза катилась по его загорелой щеке.

- Нет! Я не верю в это! Вы лжёте! Это розыгрыш?

- Ты глупенький? Всё взаправду, мне жаль.

- Вы можете сказать хотя бы, как она умерла, - присел на стул и спросил твёрдым и равномерным тоном юноша.-

- Она совершила самоубийство ночью в каком-то клубе. Она была в состоянии опьянения. Проколола себе шею маникюрными ножницами.-

Томми пытался трезво оценивать ситуацию. Ему было и грустно, и обидно. Том был зол на мать, не мог поверить, что это правда. Его чувства были смешанны и не понятны. Но она взял себя в руки и оставался холоден.

- Что с нами будет?

- Вас развезут по приютам. Скорее всего, в разные. Буди своих младшеньких, я вам даю около часа на сборы, а после мы сразу едем вас распределять по детским домам. Мне жаль, Том.

Мальчик ушёл с тем же бесчувственным выражением лица в ванную комнату.

Подойдя к зеркалу, он минут пять пялился в своё каменное отражение. Но потом в него будто бы кто-то вселился. Его детское личико покраснело, сморщилось. Слёзы текли ручьём. Он сжал руку в кулак и стал избивать отражение в стекле. Бил, бил со всей злостью. Он разбил свою руку в кровь, осколки зеркала валялись на полу. Парень успокоился и смотрел уже в разбитое и окровавленное зеркало с той же злостью. Расколотое отражение, расколотый Том. Но он умылся и взял себя в руки. Посмотрев в большой осколок зеркала, он выдохнул и пошёл будить своих брата и сестёр. Лидия Стайл сделала вид, что не видела окровавленные руки и покрасневшее лицо Тома, а лишь ела какую-то булку, которую взяла из блюдца, стоявшего на столе.

Сонные дети собрались.

- Том, зачем ты собрал все наши вещи в пакеты? Куда мы пойдём? - Спросила брата Амина.

- Простите меня, я не знаю, но обещаю, нас никто не разлучит. - Ответил Томми.

- А где мама? Я хочу к маме, Том!

Старший брат практически снова заплакал. Но смог сдержаться.

- Извини меня, Ами, я не знаю, где мама. Наверное, она на работе.-

Дети отправились во двор. Там была припаркована небольшая розовая машинка, чем-то напоминавшая жука.

- Присаживайтесь, детишки. Только не запачкайте мне сидения. Это дорогущая ткань!- сказала мисс Стайл.

Ребята пристегнулись. Маленькая Амина заснула, облокотившись на плечо старшей сестрёнке Алисе, которая лишь пустым взглядом смотрела в окно. А Джим всю дорогу расспрашивал Тома, сидящего на переднем сидении о том, куда они держат курс.

- Томми (так ласково дети называли старшего брата), а куда мы едем?

Глава 3. «Первая разлука»

Наутро детей ожидало новое путешествие. Оно положило конец и начало всему. Со своими пакетами, семья Элигейт уже стояла на улице. Помимо них, там же, были еще около тридцати детей.

- Ребята, не волнуйтесь, чтобы не случилось, всё будет хорошо в итоге, вы поняли? – сказал Том.

- Хорошо, братик. Но что может случиться? - спросила Амина

- К сожалению, нам придётся некоторое время пожить в дали друг от друга. Придётся каждому быть самому за себя, вырасти в одиночку. Но вы у меня сильные, вы же Элигейт, вы справитесь! Я тоже буду справляться, по крайней мере - пытаться.

- Томми, ты говоришь правду? Я не хочу быть один, я боюсь, и мне очень страшно!- произнёс Джим и начал плакать.

Через несколько минут подъехал большой жёлтый автобус. Все дети зашли и расселись, кто куда.

- Алиса, сядь с Джимом, а я сяду с Аминой, чтобы успокоить их. Только не слова про то, что мама нас бросила. - Сказал Том шёпотом.

Младшие сели к окнам, а старшие рядом с ними. Том проверил наличие списка в кармане. Он был на месте. Автобус двинулся в путь. За окном было солнце, снег разносило по ветру. Он казался таким волшебным и праздничным. По тротуаром шли люди, одетые в тёплые куртки и шапки. За прилавками магазинов всё уже пестрило новогодними украшениями. По дворам стояли ёлки, развешанные цветным дождиком и шарами. Огоньки мерцали везде, куда можно было только взглянуть. Аниматоры в костюмах Санта-Клауса и эльфов веселили местных прохожих, раздавая листовки с рекламой супермаркетов.

- А помнишь, как мы праздновали Рождество? Санта приносил нам подарки. Я так любил просыпаться утром и бежать к ёлке, стоящей на кухне, и искать под ней коробочки, завязанные бантом. Или смотреть в рождественские носки, весящие над камином, на наличие в них шоколадок. Я помню, как на двери висел венок, который ты сделала в школе на каком-то уроке. Я помню, как бабуля переодевалась в снегурочку и приносила нам печенья и огромные коробки с игрушками. А в этом году у нас Рождества не будет, да? - обращался Джим к Алисе, сидевшей рядом с ним.

- У тебя будет Рождество! Понимаешь, ты сам управляешь своей жизнью, Джим, и можешь устроить себе Рождество, даже летом! Я тоже вспоминаю о наших праздниках, мне очень не хватает той атмосферы… и бабушки… Но прошлое, это лишь моменты из нашей жизни, которые уже прошли. Время не вернуть. Не смотря на то, произошло что-то хорошее или плохое в прошлом, не важно, час назад или несколько лет, это останется лишь неизменным воспоминанием. А хочешь ты его оставить в своей коробочке с воспоминаниями в голове, или нет, уже решать тебе, Джим. Если тебе вдруг станет когда-то больно и плохо, то просто открой эту коробочку, как старую капсулу времени, и просмотри воспоминания в ней, как фотографии в альбомах. Это поднимет тебе настроения, даст мотивацию и согреет тебя в душе, даже в самый лютых холод. Но и нельзя надолго оставаться в этой коробочке воспоминаний, а то она не будет больше пополняться и ты будешь жить только ради прошлых моментов, вместо того, чтобы создавать новые. Я искренне надеюсь, что будущие моменты в наших жизнях нам захочется отложить в ту самую коробочку воспоминаний в голове, а не выкинуть куда подальше и забыть, как страшный сон. – Ответила ему Алиса.

- А где же мама? Почему она не с нами? – опять задал вопрос Джим.

Алиса, немного обдумав, ответила младшему брату:

- Понимаешь, я точно не знаю где она сейчас, но думаю, она любит нас и хочет, чтобы с нами всё было хорошо. Том говорил, что она вроде бы сейчас в какой-то поездке по работе, так что не волнуйся, Джим, мы рядом и это главное.

Через час их автобус сделал первую остановку. Сопровождающая, которая ехала с детьми, встала со своего места и начала выкрикивать, чтобы все её услышали:

- Те, кого я сейчас назову, встаньте со своих мест и выстройтесь друг за другом между двумя рядами сидений. И так, Питер Мелис, Бетти Стивенсон, Роберт Таун, Джим Элигейт и Арина Веласки! Выстройтесь со своими пакетами друг за другом.

Она говорила громко, будто через магнитофон, и торопилась.

- Что? Джим уже уходит? Самый первый? - расстроено удивился Том, обернувшись к позади сидевшим Алисе и Джиму.

- А что мне делать? Алиса, Том, Амина, я не хочу вас покидать. Я не хочу быть один, не бросайте меня! - сказал Джим. Он даже заплакал. Алиса крепко обняла брата и тоже проронила слезу, произнеся:

- Джим, просто делай то, что тебе говорят. Подружишь с самыми сильными, на всякий случай, чтобы если что случиться, они смогли тебя защитить!

Том встал со своего места, Амина повторила за ним. Они обняли младшего брата и не хотели отпускать, но их прервал звонкий и раздражённый крик сопровождающей:

- Я же сказала! Всем сидеть на своих местах. Вы совсем глупые? С вами, малявками-сиротами, свихнуться можно! Те, кого я назвала, выйдете из автобуса со своими вещами. Если вы что-то забудете, мы не будем потом бегать и искать это.

Эти пятеро детей вышли из автобуса. Джим лишь помахал своим сёстрам и брату, не переставая лить слёзы. Сопровождающая лишь передала детей какой-то женщине, а потом вернулась в автобус.

- Хватит ныть! - сказала эта женщина Джиму, - ты же парень!- сказала она.

- Почему парням нельзя плакать, это же лишь биологический процесс. Все люди плачут, не в зависимости от того, парень ты, или девушка. Это лишь проявление чувств. Мне так говорила мама. - Возразил Джим.

Глава 4. «Джим Элигейт»

Та женщина, которая встречала детей, видимо застряла в 60-х, когда ещё женщин, которые имели мужественный характер и в основном носили штаны, могли счесть за ненормальных и «мужиками». А мужчины, которые могли заплакать в обществе или носить длинные волосы, так же считались у большинства людей в то время пародиями на «девушек» и слабаками. Эта женщина подняла свою руку с накрашенными в малиновый цвет ногтями. Она дала детям понять, что на неё надо посмотреть и обратить внимание. Женщина начала произносить свою речь:

- Ну что, отбросы общества. Вам будет нелегко. Ах да, я забыла представиться. Я мисс Джин, ваша будущая воспитательница, учитель, товарищ, враг, куратор… Считайте, как хотите. Сейчас следуйте за мной. Нам надо будет пройти несколько улиц и мы доберёмся до вашего детского дома, где вы проживёте до своего совершеннолетия.

Все детишки следовали указанию мисс Джин и шли за ней. Ребята вертели головой и рассматривали то, куда попали. Везде разруха, старые кирпичные дома еле стоят. Кирпичи отпадают, оставляют в домах разломы, как будто в пещерах. В этом районе даже остались до сих пор деревянные дома. Они наклонены в сторону, будто если сейчас немного подует ветер, эти дома унесёт на другой конец города, как свёрнутый бумажный мусор. Все стены обрисованы яркими словами, рисунками. В основном везде были написаны какие-то названия разными тегами. Все улицы были каким-то сплошным музеем граффити. За мусорными баками, из которых всё содержимое вывалилось и разнеслось по району, лежат промокшие коробки, а рядом лежат бородатые мужики в лохмотьях. Не понятно, спят они после очередной пьянки или мертвы от передоза.

- Куда я попал… - с ужасом, шёпотом сказал какой-то рыжеволосый мальчик. Его ярко-зелёные, как изумруд, глаза, бегали, переключаясь с одного объекта улиц, на другой. В его глазах был виден страх, страх будущей жизни, да и в принципе страх настоящей. Джим шёл рядом с ним и решил начать с ним диалог:

- Эй, привет. Ты же вышел из автобуса вместе со мной. Да… Тут страшно, В нашем городе было лучше. Но мы справимся. Я кстати Джим. А как тебя зовут, почему ты здесь?

Тот мальчик с удивлением и покрасневшими от слёз глазами посмотрев на Джимми, ответил:

- Я Питер. Питер Мелис. Может называть меня просто Пит. Мой отец умер во время военной службы, когда я был ещё совсем маленький. А мама умерла около двух недель назад. Её убили. А ты, что ты забыл здесь?

- Наши с тобой истории похожи. Мой папа умер, когда я еще даже не родился, а мама… Я понятия не имею где она. Но у меня есть сёстры и брат.

- А где сейчас твои брат и сёстры?

- Их всех развезут по разным приютам.

- Давай будем дружить? Если у нас будет выбор, то поселимся в одной комнате.

Джимми пожал плечами.

- Да, давай. Почему бы и нет.

Спустя минут пятнадцать, делегация детей дошла до места назначения.

- Ну, вот мы и пришли, - повернулась к детишкам лицом мисс Джин и продолжила говорить. – Тут вы проведете свое оставшееся детство.

Здание, к которому они подошли, имело три этажа. Окна были разбиты, а на первом этаже заколочены деревянными досками. Здание разваливалось. Краснее кирпичи, из которых был построен приют, ломались на части и обломками отпадали на землю. Стены, как и все другие в городе, были покрыты многочисленными граффити, непристойными словами и рисунками. Дверь у этого приюта отсутствовала. Заходи, кто хочет, хотя никому этого бы не хотелось. Дети зашли внутрь. Там было много маленьких комнат, так же без дверей, как и само здание. Мисс Джин снова начала что-то говорить:

- Дети, селитесь, где хотите. А я ушла.

- Эй, давай поселимся в этой комнате. – Указал на какую- то комнатушку на первом этаже Питер.

- Нет, Пит, ты чего. Тут даже нет окон. Всё заколочено. Нам надо поселиться на втором этаже. - Ответил ему Джим.

Два друга поднялись на второй этаж и стали искать свободные комнаты. Все были заняты, к сожалению. Кроме одной. Они зашли в неё. Там стояло три кровати. Но на одной из них что-то уже лежало. То ли какие-то шмотки, то ли пакеты с чем-то.

- Джим, тут видимо кто-то уже живёт.

- Ну и ладно, думаю, этот человек не будет против соседей.

Джим бросил свои пакеты на одну из пружинистых кроватей и присел отдохнуть. Питер так же занял единственную свободную кровать. В комнате воняло перегаром и потом, стены были изрисованы. А в единственном, на половину сломанном шкафу, все полки были обклеены жвачками. Через несколько минут в комнату заходит парень, лет двенадцати. Жуя жвачку, он сморщил лицо и в недопонимании, раздвинув руки, спросил:

- А вы ещё кто таки, мелкотня?!

-Мы теперь тоже тут живём. Я Джим, а это Пит.- Сказал Джимми и встал с кровати. Он подошёл к этому мальчику и протянул ему руку.

- Эм, ладно. – Подняв брови, ответил юноша, - Я Микки. Но меня больше интересует, почему вы поселились в этой комнате!? Обычно все обходят её стороной, потому что здесь живу я – глава этого места.

- Другие комнаты заняты на этом этаже. На первом этаже нет окон, а на третьем слишком жарко будет летом, из-за нагрева крыши. А зимой было бы слишком холодно. Отопление, я заметил, тут слабо работает. – Ответил Джим.

Глава 5. «Амина Элигейт»

Автобус уехал, а маленькая Амина бродит где-то в лесу и пытается найти дорогу назад. На снегу оставались маленькие следы, но когда малышка пыталась найти по ним путь, лишь путалась и ещё больше уходила вглубь леса. Она шла между деревьев, покрытых небольшой белой шубкой снега. Амина кричала, пыталась ориентироваться по пенькам и стволам обваленных деревьев, но всё было понапрасну. До самой темноты она скиталась по лесным тропам. Когда силы совсем закончились, девочка практически валилась с ног. Она села у какого-то дерева и облокотившись на ствол, рассматривала свои пальцы. Ей становилось очень страшно. Из леса, казалось, издаются какие-то непонятные звуки, то ли вой, то ли крики о помощи, а где под кустом сидит монстр из кошмаров. Конечно же, это были её фантазии, которые делали страхи правдоподобными и красочными. А чтобы все ужасные мысли не залезали ещё глубже к ней в голову, она отвлекала себя небольшой игрой. Амина представляла каждый свой палец куклой. Ногтевая пластина была их головой, а лицо она уже воображала сама. Например, большой палец она представляла каким-нибудь толстым мэром сфантазированного городка, а мизинец его энергичным сыном. Каждому пальцу она давала свою роль и играла ими, как куклами, чтобы отвлечься. Она так часто делала, когда ей было скучно одной, или происходила какая-то стрессовая ситуация. Этому, ещё года четыре назад её научила Алиса. Как-то старшая сестра уходила в школу, мамы и братьев дома не было, и Амина осталась одна. Она начала плакать и устраивать истерики. Ей было страшно оставаться одной. Одиночество сводило её с ума. Телевизор Амину не интересовал, а её любимое занятие – рисование, переставало быть на мгновение любимым. Амина привыкла всё делать с семьёй, а без них у неё начинались паники, и пропадал интерес ко всему. И Алиса, чтобы Амине не было так одиноко и страшно, придумала игру с пальцами.

- Амина, я, мама и братья не всегда сможем быть рядом. Когда то тебе придётся справляться без нас. Но, а пока, чтобы ты не скучала, я тебе расскажу об одной забавной игре «Рунигуми» (название она придумала на ходу). Это игра, в которой ты можешь представлять нас, да и вообще любых людей, в виде своих пальцев. Пальцы будут твоими куклами. Ты можешь сама придумывать сюжеты, одежду, характеры, всё что захочешь! Ты сможешь играть в любое время и в любом месте, даже когда рядом не будет людей.

- Но, Алиса! У меня же есть куклы, да и я могу все нарисовать.

- Ты права, но намного интереснее придумать всё самой, от и до. У кукол лица однотипные, а воображая сама, ты может придумать что угодно! Хоть бороду, хоть очки с сердечками! Да и не всегда у тебя под рукой будут куколки Барби и альбомы с цветными маркерами.

Когда Амина играла в лесу в Рунигуми, она воспроизводила их семейный Новый год. Как живая бабушка в очередной раз рассказывает внукам завораживающие истории, а мама готовит стол к любимому, всеми людьми, празднику. Жареная курица, тарелка с фруктами, бутерброды с форелью на столе… Искусственная ёлка, стоящая в уголке комнаты, с пластиковой звёздочкой на макушке. А на ней висят шарики в блёстках, мишура и дождик. В порыве воображения девочка даже позабыла, что находиться в лесу, вдали от семьи и дома, совсем одна, а не на том «будущем Новогоднем празднике». Но уже стемнело. В луже немного подтаявшего снега отражается яркая луна и звёздное небо. На морозе у девочки уже покраснели руки и лицо. Сама того не заметив, она свернулась калачиком, как маленький ёжик, и уснула. Кажется, что надежды нет. На таком холоде, одна, неизвестно где, без еды и воды…

Шансов на выживание мало. Как вдруг случается чудо, будто ангелы спустились с небес. Команда спасателей и волонтёров, которая искала весь день пропавшую девочку в лесу, наконец-то отыскали её. Проснувшись от шума спасателей и света фонариков, она практически ничего не поняла. Один из мужчин в ярко-оранжевом жилете, взял девочку на руки и укутал в тёплый, вязанный плед. Окончательно проснулась малышка уже в машине скорой помощи. Яркий свет ослепил её. Амина прикрывала лицо руками и не понимала, что происходит. Они ехали по какому-то одинокому шоссе. Милая молодая девушка, лет двадцати, начала диалог с малышкой:

- Ты помнишь, как тебя зовут? - спросила она милым и нежным голосом.

- Я Амина Элигейт.

- А сколько тебе лет, Амина, помнишь?

- Мне восемь, мисс.

Эта девушка обернулась к главному врачу и произнесла:

- Память вроде в порядке, мистер Маквил.

Потом она снова обратилась к Амине:

- Как твои дела? Ты не испугалась, находится одна в лесу? Как твоё самочувствие? Хочу сказать, что ты очень сильная. Мы поможем, и с тобой будет всё хорошо!

- Всё нормально, мисс, я в порядке. А куда мы едем, где Томми, Алиса и Джим?

- Они уже разъехались по своим новым домам, и мы тебя везём в новый дом!

Девушка протянула Амине тёплое какао с зефиром и несколько больших бутербродов. Так же она дала ей какие-то таблетки. Видимо для поддержки иммунитета и успокоения.

- Они даже не попрощались со мной… Мы теперь с ними, наверное, даже не увидимся! – расстроено и практически плача, тихо сказала Амина

- Они не виноваты, им пришлось ехать.

- Сколько нам ещё ехать?

- Долго. Можешь поспать, Амина.

Малышка съела свой сухой поёк и прилегла на бок. Она сильно утомилась и перенесла огромный стресс, из-за чего сразу же уснула.

Глава 6. «Сны Алисы»

Какая же была жизнь тогда у Алисы? Скажу вам, её судьба сложилась не так гладко, как у Амины. Начну вам рассказывать о её жизни с того самого момента, как она уже заехала в свой приют. Её глаза были красные, как будто залившиеся густой кровью. Из глаз текло солёное море, а лицо сморщилось, как у старой бабушки. Она пыталась казаться сильной, но в душе будто бы всё погибло. Новость о маме, переживания на счёт братьев и сестёр… На них всех многое тогда навалилось, но Алисе было с этим справиться тяжелее всех. Как будто гигантский булыжник лежал у неё на груди. Застряв в своих мыслях, она даже не заметила, как оказалась в одной из комнат детского дома. Вытерев свои мокрые щёки, она протёрла глаза и огляделась по сторонам.

Это было небольшое помещенье. На потолке висела стеклянная, светящаяся груша. Она свисала лишь на тонком проводе и освещала комнату, в столь морозный день, тёплым светом. Там стояло две кровати. Они были довольно опрятные, как в старом детском лагере. Каждое покрывало было заправлено под матрас, а подушки стояли треугольниками. Обои имели приличный вид, но они будто были украдены у какой-то старушки-кошатницы. Алиса выглянула в окно. Комната была на первом этаже. В прямоугольном стекле девочка увидела своё отражение, а потом стала разглядывать вид. На улице уже темно. Как-никак вечерняя зима… Фонари освещают улицу, из-за чего снег сверкает так, что видно каждую снежинку. Яркий полумесяц висит на чёрном небе. Вдруг осмотр Алисы прервала милая девочка, которая тихонько ткнула в её спину пальцем. Это оказалась соседка Алисы. Она была в синеньком платье, с заплетёнными светлыми косичками. По ходу знакомства Алиса узнала, что девочку зовут Мила и ей шестнадцать лет. А выглядела она совсем по-детски. Ни кто бы даже не подумал, что она старше одиннадцати лет! Но оказалась она довольно хорошей. Они подружились и каким-то образом стали разговаривать о корейской музыкальной группе.

- Ого, ты тоже их знаешь?! - Указала пальцем Алиса на плакат, который висел на стене.

- Да, я их фанатка! Какие тебе нравятся их песни?

- Ох, мне нравятся все их песни, а в особенности «Fire».

- У меня точно также! Все прекрасны, но именно эту могу слушать бесконечно.

Эти их разговоры отвлекли Алису от недавнего. Она даже смогла спокойно уснуть. Но, в отличии от момента засыпания, сон был совсем не обычный. Алиса проснулась, и перед её лицом оказалось какое-то толи существо, толи человек. Оно улыбалось, очень странно и жутко. Гигантские выпуклые глаза смотрели прямо в лицо девочки, будто бы пробираясь в душу. Они не моргали, не было даже век и бровей. Очень тонкие губы, которые были практически до ушей, кровоточили, алые струйки текли из этой страшной улыбки. На практически лысой голове было немного очень коротких, редких и чёрных волос. А лицо было очень тусклое, белое, круглое. Будто бы у этого существа нет в организме не единой вены, не течет в нём живая кровь. Оно поворачивало голову и смотрело прямо в душу Алисе. Не открывая рта и не произнося не слова, оно будто бы звало сиротку. Алиса с полузакрытыми глазами, как под гипнозом, встала с кровати и пошла прямо за этим монстром. Она ничего не чувствовала, не боялась, что было очень странно.

Существо вело её прямо по коридору. Спустилась по лестнице и дошла до какой-то стены на первом этаже. Вдруг существо испарилось, оставив девочку в пижаме, напротив этой стенки. Были приклеены обычные обои с цветочками. Но именно эта стена отличалась от других оттенком обоев. Другие были будто бы высветленные, как от старости. А именно этот кусочек был свеж и нов. А помимо этого, обои в нижнем уголке были немного надорваны либо не доклеены. Алиса протянула руку к обоям и уже по настоящему, проснулась. Она резко подняла тело с кровати. Капли пота текли по её шее. Она не понимала, что это было. Сон был слишком реалистичен, подобного она не испытывала до этого никогда. Руки вцепились в коленки и дрожали, как старая стиральная машинка. Дыхание участилось, но когда Алиса поняла, что это был просто сон, она успокоилась и снова положила свою голову на подушку. Девочка долго вертелась, смотрела в потолок и не могла уснуть. Сон был будто бы не сон, но по другому объяснить такое было нельзя. Не заметив даже, уже наступило утро, а Алиса не сомкнула глаз после того кошмара. Утром она и её соседка собирались с другими детьми в коридоре на завтрак. Столовая была на первом этаже. Чтобы спуститься вниз, есть два пути. Один слева – ведёт к левому крылу первого этажа. И справа. Логично, он ведёт к правому крылу.

Алиса, пока что, была только в правом крыле. Когда она приехала в приют, её повели в комнату через него. Но в столовую они направились через левое.

- У вас тут всё так странно устроено! – Сказала Алиса, оглядывая витражные фонарики.

- На самом деле, тут не плохо. – Ответила Мила. – Кажется странным, но ты привыкнешь. Дело в том, что это старое здание, оно было построено ещё в начале девятнадцатого века. Тут были и больницы, и школы, и просто жилые дома. А сейчас его сделали детским домом. Даже интерьер тут ещё старинный! А планировку даже и не думали менять!

- Ого, ты так много знаешь об этом месте!

- Я просто умная, люблю узнавать что-то новое от воспитателей и психологов.

Алиса осматривала коридоры. Обои были такими же, как в её сне. Но из головы мысли не уходили.

«Обои как в том кошмаре. Но эти обои расклеены по всему зданию. Вчера заметила их, а мозг воспроизвёл во сне. Это лишь моё воображение из-за стресса! Всего то! Надо успокоиться»

На вид нельзя было даже догадываться, что у Алисы были какие-то волнения. Она лишь с улыбкой бросала взгляд то с одной полки на другую, то на какую ни будь лампочку. Она не собиралась ничего говорить о ночи своей соседке, Алиса ей ещё не сильно доверяла.

Глава 7. «Тайна новеньких обоев»

Через несколько дней, на уроке иностранного языка, к ребятам в класс зашёл их физрук – Ник. Он не хотел, что бы к его фамилии прибавляли слово «мистер». По его мнению, это делало его каким-то слишком важным и старым. Ник так же отвечал за развлечения детей, которые у них бывали редко. Он пришёл не просто так. Ник прервал скромную учительницу и встал посередине класса. Широко расправив плечи, физрук сообщил о новости. Послезавтра, дети едут в горы на три дня. Кататься на лыжах и сноубордах, да и просто веселиться. Это было подарком детям сиротам от благотворительных компаний. Завтра, все дети будут проходить медицинский осмотр. По итогу здоровые поедут, а те, кто простудились, температурят или кашляют, останутся в приюте. Весь класс обрадовался, дети засмеялись, и стали активно обсуждать новость. Учительницы была не очень смелой и тихо вела уроки. Она лишь поправила свои очки и с испуганным видом наблюдала за радостными учениками.

- Ладно, дети! Замолчали и слушаем мисс Шон! – громко произнёс Ник и ушёл в другой класс.

Ника все уважали и любили. Он был для всех как общий старший брат. Дети послушали его и продолжали учиться. Алиса посчитала это идеальной возможностью узнать, что прячется за манящей стеной. Со следующим днём наступил медицинский осмотр. Дети становились в очереди около кабинета медицинской сестры. Осмотр происходил быстро. Горло не красное, температуры нет – значит здоров! Дети через минуту уже выходили из кабинета с улыбками на лицах. Алиса долго думала, как можно притвориться больной, чтобы осуществить свой план. Она вспомнила, как раньше Томми, чтобы не идти в школу ел грифель от карандаша. Это вызывало у него временную температуру, и он весь день отдыхал перед экраном телевизора. Алиса взяла свой простой карандаш, средней жёсткости, и ушла с ним в ванную комнату. Девочка отгрызала и сломала оболочку грифеля, и когда добралась до него – съела весь. Ей было уже всё равно на последствия. Алиса бы сделала всё что угодно, чтобы остановить поток ужасающих и любопытных мыслей.

Девочка встала в очередь. И вот, через несколько минут она уже сидит с градусником в подмышке. Медсестра взяла ртутный термометр и начала его двигать на свету, что бы увидеть показатель.

- Тридцать девять и девять!

Её это удивило. Она ожидала, что все дети окажутся здоровыми.

- Срочно на карантин! Отправляйся к мисс Винди и покажи ей эту справку! - Сказала медсестра и прогнала девочку из кабинета. У Алисы появилась хитрая ухмылка на лице. Она пыталась избавиться от неё, что бы актёрская игра была идеальна. Алиса смогла привести себя в печальный вид. Хитрюга зашла в кабинет и положила справку на стол к директрисе.

- Ты больна? - Удивилась директриса, читая содержимое важной бумажки.

- Угу! – Грустно, опустив голову, ответила Алиса.

- Вчера ты выглядела вполне здоровой. Хотя организм – сложный механизм и непостижимый. Иди за мной.

Директриса отвела девочку в стационар. В него поселяли временно детей на карантин, чтобы они не заражали других.

- Мне тут теперь сидеть?

- Да, может быть, к тебе подселят кого-то ещё.

Вечером в эту комнату к Алисе поселили маленькую девочку, лет семи. У неё оказалось красное горло и насморк.

- Алиса, позаботься о ней. Вам придётся тут быть одним три дня. Ну как одним… Я тоже остаюсь. - Сказала мисс Винди и ушла.

Эта новость немного огорчила Алису. Всё-таки без Винди узнать тайну этого места было бы в разы легче.

- Привет, я Хлоя! Тебе грустно, что ты не поехала?

- Ну, приветик. А я Алиса, приятно познакомиться! Конечно, мне грустно. А тебе?

- Мне тоже, я так хотела посмотреть на горы!

- Не волнуйся, малышка, ещё увидишь и не раз!

На следующий день все уехали, кроме старой поварихи, медицинской сестры и директрисы. Весь день Алиса разговаривала с новой маленькой подружкой о том, о сём. Они обсуждали фей и принцесс из диснеевских мультфильмов. Но ночью, Алиса решила действовать, как и задумывала.

Она дождалась, когда маленькая соседка уснёт ночью. Это случилось около одиннадцати, но девочка ждала потом где-то час, чтобы убедиться в том, что Хлоя точно спит. За тем она тихонько вышла из комнаты и прошла на первый этаж. Алиса заметила кладовую комнату. Там она собиралась взять кувалду, на всякий случай. Но вот незадача, на двери весит замок. Но для Элигейт это не проблема! Совсем недавно, она и её брат, взламывали комнату сопровождающей. Алиса вытащила у себя из волос заколку и засунула в щель замка. Она провернула украшение пару раз по часовой стрелке, потом один раз против часовой, и замок свалился на холодный пол. Алиска открыла дверь, отыскала кувалду и бегом направилась к стене. А то мало ли что, вдруг за ней опять следят. Вы наверное думаете, что как маленькая и хрупкая девочка смогла унести кувалду. Так вот, она не была маленькой и беспомощной. Алиса была сильной, как физически, так и морально, несмотря на худое телосложение. Вот она подошла к стене, включила фонарик и положила его напротив, чтобы он освещал пространство. Алиса, недолго думая, оторвала этот кусок особенных обоев. Бумага отошла очень легко. То что было за этими узорами, то что манило её с самого первого дня, наконец-то показалось. Это была кирпичная стена с заколоченными досками дверью. Алисе не терпелось узнать, что же там внутри. Она с размаху ударила кувалдой по деревянной части кирпичной стены. Щепки разлетались во все стороны, а звук удара раздался на всё здание. Алиса покраснела и повторила удар. Это было сложно. Но доски сломались, и девочка смогла зайти внутрь. Оказалось, это была пристроенная комната, тайная комната. На потолке висела верёвочка, которая включала свет. Алиса дёрнула за неё и увидела то, что останавливало дыхание и заставляло сердце биться чаще.