Конкурс Снегурочек. Новогодняя сказка

Сцена первая. Неурочное пробуждение

Эта сказка написана в подарок.

Поздравляю всех с Новым годом! Желаю исполнения вашей мечты!

1.

Когда была я Бабою Ягой, то отличалась сварливостью, злобностью и склочным характером. Стыдно признаться, ведь даже человечиной не брезговала.

И если бы не Новый год, так и осталась бы я отсталой, вредной и необразованной. Но чудеса всё-таки случаются, чему стало свидетельством моё волшебное преображение.

Впрочем, лучше я эту новогоднюю историю расскажу по порядку, чтобы и самой не запутаться, и желающих исповедь мою сердечную слушать волшебной новогодней сказочкой потешить.

Обычно раньше была я к праздникам равнодушною, особенно к зимним. А чего там заморачиваться, раз мне, коль захочу, каждый день праздник и есть. А уж зимой и подавно я проку в праздниках не видела.

В лесу, где всегда жила в своей избушке на курьих ножках, снега-то как навалит на все тропы в округе что даже дверь отворить сложно.

Я к подобному заточению заранее подготавливалась: засолки из кореньев, маринады из мухоморчиков ещё с лета запасала. Поэтому всегда готова залётных путников ими попотчевать, чтобы они поскорее смертным сном уснули и не заметили, как моим обедом стали.

А как наедалась впрок, так тут же спать до весны заваливалась сытая и довольная, точно медведь в спячку в своей берлоге, потому как казалось мне, зимой скучно и делать нечего.

Так бы и теперь случилось, если бы не оттепель.

Проснулась я среди зимы голодная, да злая. Послушала, как с сосулек вода капает и решила, что весна преждевременно грянула. Выглянула в окошко — снег, как лежал, так и лежит, только чуток подтаял, но тут же вновь с неба падать стал, на солнышке зимнем серебром искрясь.

Как я той оттепели кратковременной теперь радуюсь.

Не случись её, так и поныне не узнала бы я ни о новогоднем празднике, ни о его чудесах. А тогда, помнится, проклятьями, как горохом, сыпала, на переменчивость погоды роптала, всемирное потепление сердито ругала. Едва сама себя тем криком не оглушила.

В общем, облаяв всласть незапланированную оттепель, я решила нос из избушки на белый свет высунуть сквозь скрипучую дверь, в надежде, что какой-нибудь путник заплутал и обедом моим стать вполне может.

Не успела дверцу приоткрыть, как на голову со всех сторон шум и гам обрушился, аж уши заложило. Птицы щебечут, звери подвывают, да перекрикиваются. Даже старая моя избушка на куриной ножке пританцовывать затеяла, словно и правда среди зимы весна грянула.

Тут я совсем озверела, потому как не люблю, когда все без меня радуются. Чувствую, злобой захлёбываюсь и на грубости перехожу. Насупилась, свистнула по-разбойничьи и крикнула что есть мочи:

- Чу тут расшумелись, Бабе Яге спать мешая?!

А в ответ все в один голос, перебивая друг дружку:

- Новый год настаёт! Подарки под ёлкой! Дед Мороз желания заветные исполняет!

Расслышать-то эти новости во всеобщем шуме я, конечно, смогла: в зверином рычании, да птичьем щебетании, но вот поверить никак не могла. Недоверчивой по жизни бреду. С тех пор как Кощей в незапамятные времена жениться обещал и обманул, предатель, больше никому не верю, не проверив прежде.

Решила я к старому дружку наведаться и расспросить, как следует, обо всей этой суете. Кошей ведь никогда не спит, как и не ест тоже. Всё про всех знает, о многом рассказать может, если захочет, конечно.

Я его давно знаю.

Верить ему ни на грош не рекомендуется, а послушать вполне можно. Умным, гад, уродился, аж страшно. От ума его вся беда с нами и приключилась.

История наша с ним хоть и волшебная, но простая и грустная — совсем несказочная история.

Помнится, веков двадцать тому назад была я простой травницей. Людей лечила, молодого волхва-кудесника (чародея по-нынешнему) любила и о наших с ним детях мечтала. А он бессмертием бредил, вечной жизни жаждал.

И нашёл-таки способ, как в вечность проскользнуть.

Меня вот тоже бессмертной сделал, а жениться не стал. Жизнь, сказал, теперь вечная, так ещё сто раз окольцеваться успеем.

Вот с того времени характер-то у меня и испортился.

Невзлюбила я людей до того, что даже съесть их готова была. А дурные привычки, скажу я вам, быстро прилипают, и избавиться от них после того очень трудно.

Кощей же, напротив, совсем есть перестал. Всё о бессмертии своём заботится, чистоту внутренностей сохраняет, оттого на скелет ходячий стал смахивать.

В общем, обратиться я к старому дружку могла, только прежде обязательно подкрепиться требовалось и хоть чуток от сытости подобреть, а то ведь с голодухи и на Кощея кинуться готова буду, чего он очень не любит. Рассердится и отвечать на вопросы откажется.

Сцена вторая. Старый друг - хуже новых двух

В общем, плюнула я на деликатесы, перекусила по-простому запечённым зайцем и к Кощею, считай, впроголодь на метле умчалась.

- Ну, чего тебе, старая? Тороплюсь я! Разве не видишь?

Старый дурак был груб, впрочем, как и всегда. Обычно он только с девушками любезничал, да и то лишь с красивыми.

А какая я ему «старая»?

Мне всего-то двадцать один век едва минуло. А сам-то он годков на пять постарше будет. Но выступать я не стала, не для того прилетела, чтобы цапаться по пустякам.

Я с ним тоже особо не любезничала, чтобы понимал, с кем дело имеет.

- Не «нукай», не запрягал! Скажи лучше, что за Новый год такой все праздновать собрались? Бегают взад-вперёд, как полоумные, остановиться не могут.

- Ты что из лесу? - вытаращился на меня Кощей, как на новые ворота.

- А откуда же ещё, - не стала спорить я. - Из него, родимого.

- Вот я и гляжу, что дремучею ты совсем, Яга, стала, - хохотнул лысый паразит совсем ко мне без уважения. - Новый год — это волшебный праздник, который бывает лишь раз в году и только зимой.

- Чем же он такой волшебный? - стало мне вдруг интересно, хотя чародейства я на дух не переношу с тех самых пор, как, вместо замужней, бессмертной стала.

Нынче же подумалось с робкой надеждой, что может быть волшебство не только вредным, но и полезным бывает.

А вдруг оно моё одинокое положение как-нибудь изменить сможет?

- Как это чем? - удивился Кощей моему незнанию таких простых вещей. - Говорят, что когда в новогоднюю ночь уходит старый год, а на смену ему приходит новый, даже самые несбыточные желания исполняются.

К тому же, совершенно бесплатно.

Представляешь!

Вот поэтому этот праздник все ждут с такой радостью и нетерпением.

Такого я представить не могла, издавна привыкшая, что за всё хорошее в этой жизни платить приходится. Так что выходит, Новый год — действительно на самом деле волшебный праздник.

Ух, как сразу и себе захотелось новогоднего праздника с его чудесами, прям до дрожи в коленках. Знать бы ещё, как до этого чуда добраться и желание заветное о личном счастье для себя, любимой, выпросить.

Но в лоб о том я у Кощея спрашивать не стала. Ведь заметив мой жгучий интерес он из чистой вредности или соврёт, или рассказ на самом интересном месте оборвёт, чтобы мне покрепче насолить.

Поэтому решила я зайти издалека и разузнать подробности окольными путями. Авось чего и прояснится.

- Сам-то куда наряжаешься? - спросила как бы между прочим, не показывая особой заинтересованности.

- На конкурс, конечно, - небрежно бросил Кощей в ответ, и тут же хвастливо добавил: - Судить приглашают!

- Тебя судить будут? - с живым любопытством уточнила я. - Неужто, наконец, кара всё-таки тебя настигнет за все твои злодеяния, аспид!

-Эй, полегче, карга старая! - не остался в долгу Кощей, но пояснил всё же: - Я судьёй на конкурсе Снегурочек буду, который на новогоднем празднике в столице Тридевятого царства затевается.

- С чего это вдруг тебя и в судьи записали? - никак не могла поверить я.

- Потому как я известный ценитель красоты. В красавицах издавна разбираюсь и кого попало в Снегурочки не выберу, - гордо подбоченясь, ответствовал Кощей.

- Стоп! - внезапно вспомнила я. - Что-то такое про конкурс этот я совсем недавно от Васьки слышала.

- Опять съела кого-то, - брезгливо скривился Кощей. - Никак не можешь без этих злоупотреблений обойтись. А в результате их: неблагозвучная отрыжка и зловонное дыхание.

- Не бубни, - привычно огрызнулась я, отмахиваясь от его занудной лекции о сохранении бессмертного организма в чистоте и порядке, а также о непозволительности засорять его всякими там белками углеводами и прочей органикой. - Ничего я не ела! Ну, почти.

Да, и чего там есть-то?

Одни тонкие косточки, да глазищи огромные. С того точно не насытишься, а только аппетит зря разыграется.

С другой стороны, такую мудрость ещё поискать. По нынешним временам подобная учёность — настоящая редкость. Чего не спросишь, так на всё ответ даёт.

У себя бы на откорм оставила, чтобы всегда обо всём знать, так сбежит же, зараза. Я таких знаю. Сегодня в нервах орёт: съешь меня. А стоит успокоиться — поминай как звали.

Вот тебе и задача.

Есть, или не есть?

Хотя что с той еды проку — одна белобрысая коса в качестве бонуса, только и всего.