Королевство Риордания. Книга 1: графиня Харель

Глава 1

Я ехала в карете и рассматривала столицу нашего королевства, Изрегейт. Когда видела город в последний раз, то была слишком маленькой и ничего об этом не помнила. Мысль посетить его снова никогда не прельщала меня, и этой поездке я совсем не радовалась. Однако надо было признать, что столичный город впечатлял.

Из окна я любовалась красивыми каменными домами аристократов, выстроенными в три этажа, и роскошными фасадами. Здания отличались архитектурными стилями и цветом кирпича. Рассматривала каналы рек, по которым плыли лодки, нагруженные товарами. На личных и общественных судёнышках переправлялись пассажиры. Бесчисленное количество мостов соединяло берега реки, делящие весь город на множество небольших островков. Длинной чередой вдоль каналов тянулись дома ремесленников и дельцов с торговыми витринами на первых этажах, украшенные вывесками и подвесными вазонами с цветами. Весь город утопал в зелени, насаженной в каменных клумбах. Столица очаровывала и восхищала.

То тут, то там, просто прогуливаясь или торопясь по своим делам, сновали существа различных рас. Выделялись эльфы и их темные сородичи – дроу, встречались гномы, орки, маленькие гоблины… Но больше всех было людей. Так как именно эта раса является, самой многочисленной в нашем королевстве. Изрегейт же слыл оплотом магов.

Сама я провела большую часть своей жизни на юге королевства в герцогстве Сорель, землях моего дяди, фельдмаршала Южного фронта, герцога Эштона Даэрона Сореля, большая часть которых была покрыта песком и ранее принадлежала территориям выходцев нижнего мира - демонам. Там мой отец, герцог Норис Хардин, королевский артефактор, вел раскопки и изучал древние остатки их цивилизации, некогда населявшей ту территорию. В главном городе герцогства Сорель - Сарнгейте, фактически военном гарнизоне, прошла большая часть моего детства. И вот уже два года я училась там же, в академии магии.

Моя мать, Эмили Норис Хардин, в девичестве Эмили Даэрон Сорель, умерла, когда я была еще младенцем, поэтому воспитывали меня отец и дядя. И вот теперь моя маленькая семья снова уменьшилась: месяц назад в результате обрушения свода гробницы, где вел раскопки отец, всю экспедицию завалило, а я осиротела. Когда завалы разобрали, выяснилось, что никто не выжил. Мы похоронили отца в родовом имении Гланде. Дядя вернулся на фронт в пустоши. А неделю назад мне пришел королевский приказ явиться на аудиенцию в столицу. И я была вынуждена ехать во дворец нашего короля вместе с управляющим, являющимся одновременно поверенным моего отца.

Напротив меня, утирая пот с лица надушенным платочком, от которого по карете разносился приторный запах мускуса, сидел достопочтенный лаэрд Густав Вишер. Он явно нервничал, так как ему предстояло впервые посетить дворец, а также выступать от лица несовершеннолетней герцогини перед королем, что для человека среднего сословия было весьма нетипично и ответственно. И сейчас лаэрд Вишер потел, краснел и малодушно трясся от возложенной на него моим дядей ответственности и «ноши» в виде моих интересов. Но, несмотря на это, выглядел он весьма решительно и постоянно повторял про себя заученный наперед текст, чтобы не выглядеть глупо перед королем, растерявшись. Его сосредоточенное лицо и едва шевелящиеся губы, повторявшие мысленный текст, вызывали у меня улыбку и сочувствие. Сам фельдмаршал поехать не смог. Дела на фронте резко ухудшились, требуя его личного присутствия и командования. Поэтому дядя доверил управляющему держать слово за него, как опекуна несовершеннолетней герцогини.

Страх поверенного я понимала. И дело тут было не в том, что предстояло отстаивать интересы целого герцогства в моем лице. Трудность заключалась в отсутствии титула у нашего управляющего имением. Да и магией его боги не наделили. Не сильно «важная птица» по меркам аристократии. Но мой отец лаэрда Вишера очень ценил как честного и замечательного хозяйственника, ну и просто хорошего человека. Также ему доверял и дядя, что решило вопрос о кандидатуре моего представителя при дворе именно в его пользу.

Уважением аристократии в нашем королевстве могли пользоваться только маги. Вот у них были определенные привилегии, и чаще всего они по окончании обучения в академиях вместе с дипломом получали какой-нибудь низший титул и земли, если конечно не наследовали их. Надо отметить, что магов на самом деле рождалось немного. В основном дар передавался по наследству у таких существ, как эльфы, вампиры, гоблины, наги, ну и некоторых других. У людей, гномов, орков дар мог и не наследоваться от родителей, а возникать спонтанно. Однако все же чаще появлялся, если хоть один из родителей имел магическую искру.

Что касалось остальных жителей королевства, то наиболее уважаемые, получившие образование и должное воспитание, занимающие высокие должности в обществе и при дворе, но не имеющие магии, заслуживали почтенного обращения «лаэрд». Аристократия пользовалась их услугами, но не особо уважала. Именно они работали в домах слугами, в государственных учреждениях клерками, занимались торговлей и ремесленничеством, выполняли всю нужную и необходимую обществу работу. И совсем уж презираемым высшим сословием было простонародье. Существа без магической искры, образования и воспитания, достаточного количества денег не могли занимать ни руководящих, ни служебных постов. И таких в королевстве была большая часть.

Я расправила складки на юбке своего темно-синего траурного платья. Являться в резиденцию Его Величества в оттенках черного цвета было ужаснейшим нарушением дворцового этикета. Дозволялись платья любого однотонного темного цвета и вуаль, которую я сейчас откинула с лица, так как в карете было душно.

Лаэрд Вишер, грузный обрюзгший мужчина шестидесяти лет, в парике, снова промокнул лицо надушенным платочком и тяжко вздохнул. А я, бросив на него короткий взгляд, подумала, что все же надеяться лучше на себя и свой характер при разговоре с королем. Я знала, что ждет меня во дворце, какие перспективы могут быть у монарха на осиротевшую, вполне взрослую герцогиню. Успокаивало, что дядя никогда бы не оставил меня в патовой ситуации: у нас были свои планы на эту встречу, а в самой безвыходной ситуации я смогу его призвать через амулет. Но это самый крайний вариант.

Глава 2

Управляющий Вишер уехал из дворца в нашей герцогской карете, я - с ректором в карете академии. Черный с гербом на дверце экипаж, ничем не отличался комфортом от нашего. Разве что имел внутри запах мужского парфюма. Я, откинув вуаль, выглянула в окно.

- Вы голодны? – задал вопрос ректор уже моей академии.

Этикет предписывал леди сказать нет, так как истинные аристократки всегда мало ели и следили за фигурой. Но не ела я с самого утра, а сейчас был уже далеко за полдень. Видя мои моральные страдания, Сенье хмыкнул.

- Хотите, - констатировал он. – Обед в академии уже закончен, поэтому предлагаю поесть в городе. И думаю, нам нужно кое-что обсудить.

Я согласно кивнула. Куда мне торопиться? Вещи должны доставить только к вечеру. На лекции я сегодня не успеваю. Я никогда не училась очно в академии, мне предстояло все узнать и разобраться в процессе. Но предстоящие сложности не пугали. Гораздо худшим исходом была бы вынужденная помолвка. Поэтому, чтобы меня не ждало впереди, в моих силах со всем справиться и все преодолеть. Ведь я - дочь своего отца, а он никогда не отступал перед трудностями.

Карета подъехала к роскошному зданию с большой верандой, на которой размещались столики. За ними сидели красивые леди в сопровождении кавалеров, присутствовали представительные господа, о чём-то увлечённо между собой разговаривая и решая важные дела, и достопочтенные мамаши со своими отпрысками.

От дверей ресторации к карете подскочил лакей, приподняв шляпу, открыл нам дверь. Лорд Сенье вышел и подал мне руку. Спрятав лицо под вуалью, я тоже вышла. Пахло выпечкой и еще чем-то вкусным, от этих ароматов у меня разыгрался аппетит. У плохих поваров так не пахнет, подумала я. Мой желудок немедленно отреагировал и стал требовать обеда.

Нас сопроводили к дверям и услужливо их приоткрыли. Миновав основной зал ресторации, мы поднялись на второй этаж, где для наиболее дорогих гостей имелись отдельные кабинеты. Администратор провел нас в зал в бежевых оттенках с небольшим красивым столиком у окна. Из него открывался вид на парк, который находился напротив ресторации, и на центральную улицу, по которой неспешно прохаживались горожане.

Атмосфера была вполне уютной. Стоило нам присесть, как в зале зазвучала негромкая музыка. Тут же подошел гранд-администратор и с поклоном принял заказ. Я доверила свой выбор мужчине, так как местной кухни не знала, а на юге были свои гастрономические предпочтения.

Пока готовили еду, нам принесли напитки: ректору какое-то изысканное вино, мне - сок дерева вейя, придающий сил и бодрости. Настало время спокойно поговорить.

- Вы же обучались дома, герцогиня? – задал первый вопрос ректор.

- Да, лорд Сенье. В академии только сдавала экзамены раз в полгода, - ответила я.

- В нашей академии вам предстоит учиться и посещать лекции со всеми. Переживаете?

- Ничуть не волнуюсь по этому поводу.

Лорд отпил из бокала вино и задумчиво посмотрел на парк.

- Вы должны понимать, что обучение в академии столицы отличается от академии пустоши. У нас, по правилам, не обращают внимания на титулы. Хотя, должен признать, на самом деле это немного не так. Так же внутри студенческой среды есть свои негласные правила. Но не думаю, что стоит афишировать вашу фамилию и титул. Как считаете?

Я не хотела, чтобы ко мне предвзято относились или же пытались заполучить в качестве жены.

- Согласна с вами, лорд Сенье. Но что вы предлагаете? – вздохнув, спросила я.

- Как вас называли дома? – поинтересовался ректор.

- Лея.

- Прекрасно. Ваше имя мы сократим. Ваша матушка в девичестве носила фамилию Сорель и титул графини, объединим ее с вашей, получим Харель. Как вам псевдоним – Лея Харель?

Я заулыбалась, мне понравилось то, что ректор не забыл о матери. Новая фамилия была очень красивой и ни о чем не могла сказать окружающим.

- Мне очень нравится, лорд-ректор.

- Хорошо. Для всех вы будете графиней Леей Харель, о документах я похлопочу. Скажем, что вы дальняя родственница вашего дяди, герцога Сореля. Он сейчас отсутствует, следовательно, и перевод легко объясним. Только в моем учебном заведении несколько другая программа обучения, отличная от Академии темного искусства Сарнгейта, и помимо задания, которое вам поручил король, вам придётся сдать экзамены и зачеты по некоторым предметам. То есть академическую разницу.

Об этом я не переживала, мое обучение гораздо опережало программу третьего курса, а по некоторым и пятого. Единственное волнение вызывала боевая подготовка. В академии с военным уклоном я не все нормативы сдавала хорошо, хотя дядя постоянно мучил на полигоне. Но как над кроликом не издевайся, львом он не станет. Махание мечом было не для меня. Единственным оружием, которым владела сносно, были лук и стрелы. Я изготовила самонаводящиеся наконечники-амулеты, и долгое время блистала и удивляла тренера, пока мою хитрость не раскрыл дядя.

Снова вздохнув, ответила:

- Надеюсь, проблем у меня не возникнет.

Принесли еду. И подавальщик поднял колпак с моей тарелки. Не знаю, как это блюдо называлось, но пахло оно божественно. Рот наполнился слюной, и продолжать беседу было уже сложно.

Глава 3

Экипаж довез нас до моего будущего места обучения. Резные ворота с гербом академии неспешно открылись, и карета, проехав внутрь двора, остановилась у главного здания.

- Выходим, - распорядился ректор, - по территории передвигаются пешком. Я провожу вас до корпуса. И снимите с головы вуаль. Отныне вы - графиня Лея Харель, не забывайте об этом! Траур в академии не соблюдают, у адептов единая форма, украшения также не приветствуются. Попытайтесь не выдать себя. Держитесь непосредственно. Рано или поздно ваше инкогнито откроется, но мы постараемся сохранить тайну как можно дольше.

Я послушно сняла с волос вуаль.

- Оставьте здесь, - прозвучало еще одно распоряжение. – Идемте.

Руку при выходе из кареты мне уже не подали, выбралась сама. Ректор быстро зашагал ко входу. Я же с интересом вертела головой по сторонам, рассматривая Объединенную королевскую академию магии.

Объединенной её называли из-за того, что здесь обучались адепты, владеющие и тьмой, и светом, а также маги-универсалы. Другие учебные заведения имели свои направления. Например, академия эльфов специализировалась только на светлой магии, дроу – на темной, академия Сарнгейта готовила в основном боевых магов и считалась универсальной, с усиленной боевой подготовкой. Здесь же и темные, и светлые учились совместно в общих группах, изучая все аспекты магии.

Здание главного корпуса было построено из серого камня в классическом стиле и имело четыре высоких этажа. Фасад украшали внешние колонны и красивая лепнина. Мы прошли здание насквозь и вышли во внутренний двор с фонтаном. Главный корпус по форме был выстроен буквой «п» и соединялся еще с одним двухэтажным строением открытыми переходами.

- Это столовая, - кивнул лорд Сенье, указывая на корпус впереди, - а на втором этаже располагается библиотека. В подвале - хозяйственные помещения, там можно получить форму у гоблинов. Не советую с ними ссориться - злопамятны.

Мы не стали заходить в здание столовой, а прошли сбоку через переход и вышли в еще один двор, уже круглый. Вокруг располагались четыре здания: два боковых побольше в четыре этажа и два небольших - в три. Постройки имели невысокие потолки, поэтому были ниже главного корпуса.

- Это общежития: слева – мужское, справа – женское. Часть первых этажей занимают преподаватели, которые живут не в городе, все остальные комнаты принадлежат студентам. Левое дальнее здание - общежитие команд, правое – лаборатории некромантов, зельеваров и артефакторов. За ними находятся полигоны для тренировок и зверинец. А дальше - парк с озером.

Внутренний двор соединял все здания дорожками, которые сходились в центре, по кругу располагались лавочки. Лужайки внутреннего двора были засажены травой и имели клумбы. Все красиво и аккуратно. В то же время возникало ощущение некоторого уюта и особой студенческой романтики. В академии Сарнгейта не было ни двора, ни лужаек - одни сплошные боевые полигоны, на которых адепты тренировались даже во время перерывов между занятий. Еще одно существенное отличие - здесь обучалось много девушек.

Во втором дворе адептов было гораздо больше, чем в первом. Сейчас студенты сидели на лавках и общались между собой. Девушки собирались стайками и щебетали. Парни больше читали. Я обратила внимание на форму темно-синего цвета, которая у парней состояла из сюртука и брюк, у девушек - из укороченного жакета и юбки или же закрытого платья. Подол у юбок костюмов был несколько короче, чем у платьев, едва прикрывал колени и не имел белого подъюбника. У платьев подол доходил до середины голени.

- Форму девушек пришлось разнообразить. Раньше носили только жакет и юбку, но студенческое братство несколько лет назад выдвинуло требование ввести еще и платья. Пришлось уступить, - заметив мой интерес к одежде адептов, пояснил ректор, улыбнувшись.

Дополняли образ галстуки-бабочки, представляющие собой скрещенные широкие ленты. На костюмах они были черные, на платьях - белые. Из обуви парни носили или туфли, что соответствовало теплой весне, или высокие до колена сапоги. На ногах девушек были чулки различных цветов, чаще белые или бежевые, а еще красные, синие и черные. Видимо, устав академии не запрещал такого разнообразия. Обуты девушки в черные ботинки на невысоком каблуке, на мой взгляд, вполне удобные.

Лорда Сенье встречали легкими поклонами головы. При его приближении разговоры стихали. А вот меня разглядывали с интересом. Я выделялась из толпы длинным неформенным платьем до стоп по дворцовым правилам, расшитым черными шелковыми нитями. Украшений по случаю траура не надела и сейчас радовалась этому.

- Надо было сначала вас переодеть, - заметил ректор.

Мы дошли до общежития команд и вошли в дверь. Холл здания был не длинным, но широким, имел еще одну дверь и боковую лестницу. По ней поднялись на третий этаж и вошли в коридор, представляющий собой стеклянную галерею с видом на двор общежитий и единственной дверью посередине. В дальнем углу стоял г-образный диван.

- На первом этаже - комнаты некоторых преподавателей, в том числе и моя. На втором – команды Тарина Клутвина. Ваша команда проживает на третьем. Двери активируются прикосновением к ручке, – продолжал пояснять ректор.

При такой защите чужие, у кого нет доступа, зайти не смогут. И это хорошо.

– Посторонних в общежитие не водить, за этим следит дух-комендант. Гарольт! – позвал лорд Сенье.

Дух материализовался через секунду и предстал в человеческом обличье и плаще-хламиде. Лицо было скрыто капюшоном, внутри которого светились синие глаза. Вид у него был внушительным. Широкий разворот плеч и цвет глаз давали возможность предполагать, что это боевой дух. Но точно можно определить, только увидев боевую форму.

Глава 4

Проснулась я от трели моего артефакта.

- Кенор, заткнись, - недружелюбно рыкнула и снова закрыла глаза.

Будильник замолчал, но через время звуки раздались снова и громче. Я со стоном села в постели. Сознание медленно прояснялось, заставив вспомнить, что у меня впереди занятие по артефакторике.

- Доброго утречка, умелица, - раздалось в темноте комнаты.

Я взвизгнула и подскочила. Свет к комнате зажегся, посреди комнаты стояла молоденькая гоблинша Лешка из ателье. В руках у нее был поднос, а под мышкой сверток.

- Напугалася? – улыбнулась она мне. – Благодарность от тетки Марфы.

С этими словами гоблинша поставила поднос с кофейником, чашкой и блюдом с ароматными пирожками на стол. До меня донесся запах кофе. Настроение тут же улучшилось. Встала с кровати и, налив кофе в чашку, с наслаждением отпила.

- Доброе утро, Лешка. Спасибо тебе и тете Марфе, - обрадованно поблагодарила я.

- И тебе спасибо, умелица, наши швеи не нарадуются твоей поделке.

- Лешка, а всем утром приносят кофе?

- Ишь-чё, обрыбятся, лодыри окаянные! – возмутилась девчушка. – Сколь лет в академиях научаются, а простому люду и «спасибки» не скажут!

Гоблинша развернула пакет и повесила готовое платье на спинку стула.

- Ты кушай, вона какая худющая… Аль дома не кормили?

- Кормили, - ответила ей и пошутила: - Видно, не в коня корм.

- Не в коня, значица, - задумчиво и осуждающе она посмотрела на меня. – Ничё откормим!

- Лешка, а можно договориться со столовскими гоблинами, чтобы кофе по утрам варили? – спросила молодую мастерицу. - А вечером чтобы чай попить можно было?

- А чё ж нельзя? Можно, - ответила благодушно гоблинша. – У них жизня тож не сахар. Подсобишь и благодарностей не оберешься.

- Что нужно сделать? – заинтересовалась я.

Лешка хитро сощурила глаза.

- Помывочные щетки смогешь сделать?

Задумалась на секунду. За утренний кофе и вечерний чай стоило постараться.

- Идет, - согласилась я, прихлебывая кофе.

- Форму-то вчерашнюю заберу, нашивки пришью, да в талии подправлю. Негоже красавице ходить, как пугало. Ты давай-ка приводь себя в порядок, да на занятие поторопись. Разнос оставь, попозжее заберу. Покедова!

И Лешка исчезла. Допив кофе, пошла собираться.

Умывшись, с помощью гребня-артефакта сделала себе прическу. Некоторые девушки в академии ходили и с распущенными волосами, что меня порадовало. Дома я всегда часть волос собирала на затылке в одну красивую сложную косу, оставляя остальные падать на спину свободными подкрученными волнами. Под эту прическу и был настроен второй гребень, так что привести себя в порядок труда не составило. Краситься не стала, делала это редко, только слегка припудрила лицо, чтобы скрыть конопушки.

Вернувшись в комнату, принялась одеваться, попутно поедая пирожок с мясом и запивая следующей чашечкой кофе. Надев белье, я влезла в нижнюю сорочку, надела подъюбник и платье с галстуком. Немного покрутившись перед зеркалом, осталась довольна внешним видом. Форма мне действительно шла и подчеркивала фигуру. Подхватив сумку и мешочек с заготовками для артефакта, побежала на практику.

Корпус с лабораториями располагался между моим общежитием и женским, поэтому добежала я за две минуты. Лаборатория артефакторов, судя по указателям, находилась на третьем этаже. Войдя в фойе, увидела толпу адептов, ожидающих занятия. Они собирались небольшими группками и разговаривали между собой.

Артефакторские факультеты были всегда немногочисленными, так как артефакторика считалась сложной и опасной наукой. Часто неправильно сделанные артефакты взрывались. Чтобы они работали, нужно уметь подобрать необходимую фазу луны и звезд, правильно рассчитать векторы силы, углы преломления потоков магии в схемах, выбрать камни и сделать зелья, уметь делать алхимические сплавы и плавить металлы. Хорошим артефактором стать сложно и не всем по силам. К тому же весьма дорого. Нужны редкие кристаллы, дорогостоящие металлы и драгоценные камни, специальные инструменты и приборы. Можно работать и с более дешевыми аналогами, но тогда и свойства зачарованных предметов были слабее. Конечно, стоимость артефакта во много превышала стоимость материалов, но и их нужно сначала купить. Бедному и среднему сословию артефакторика была просто не по карману, поэтому обучались, как правило, весьма обеспеченные существа.

Я никогда не задумывалась о стоимости тех материалов, которые мы с отцом использовали, и всегда просто брала то, что нужно. Если считала необходимым вставить бриллиант или взять дорогой металл, я брала именно их. Уже готовую работу анализировал отец и указывал мне на возможность использовать более дешевый аналог. Он учил не только делать хорошие магические вещи, но и оценивать их рентабельность и доступность. Приучил понимать, что бытовые артефакты должны быть доступными обычным существам.

В академии адепты могли получить все материалы на кафедре, но тогда готовые изделия становились собственностью академии, как и их разработка. Учебные заведения получали хорошую прибыль от них. Если адепт использовал свои заготовки, то артефакт принадлежал только ему. Новые разработки патентовали и продавали на артефакторские фабрики, с которых изделия поступали в свободную продажу. И лишь немногие, самые талантливые, работали на индивидуальные заказы. Их артефакты считались уникальными и очень ценились.

Глава 5

И уже второй раз за это утро меня будил Кенор. Едва смогла разлепить глаза. Линетта с удивлением уставилась на птицу:

- Что это?

- Мой будильник-органайзер, - ответила я.

- Лея, это очень дорогой артефакт! Ты его сама сделала?

- Нет, это - подарок, - встав, собрала с пола одеяла и подушки, отнесла в свою комнату.

Мы привели себя в порядок в уборной и отправились на завтрак.

В столовой сидели за тем же столом. Он был негласно закреплен за командой Тенебрея. А вот соседний был, как оказалось, команды Клутвина и сейчас совсем пустовал.

Линетта вяло ковыряла свою запеканку на тарелке и печально вздыхала. Я же наслаждалась яичницей.

- Чего грустная? – проявила участие к девушке.

- Скоро я тут не смогу сидеть и буду вообще, кажется, ходить голодной.

- Почему?

- Дядя запретил садиться за этот стол из-за Тома, а с другими адептами у меня натянутые отношения. В столовой все столы фактически распределены межу студентами, и подсесть к кому-то, с кем не дружишь, сложно.

- Ты хочешь сказать, что родство с ректором и статус девушки одного из членов команды не останавливают других адептов?

Линетта снова вздохнула:

- Это и является основой конфликта. Все думают, что хорошие оценки мне ставят, потому что из рода Сенье. А то, что девушка Стомиана – предмет зависти со стороны адепток. Он-то меня защитит, но мстить будут в мелочах, в общежитии и на парах.

Такое положение дел племянницы ректора заставило задуматься:

- А ты разве не можешь сидеть за столом как моя подруга? Только парням можно приглашать за свой стол?

Девушка посмотрела на меня удивленно:

- Подруга? Ты меня считаешь подругой?

Я пожала плечами:

- Подруг у меня особо не было. Но мне нравится с тобой общаться. И совсем не против продолжить, да и не знаю тут больше никого.

Линетта обрадовалась:

- О, Лея, это было бы так здорово! И дядя ничего уже точно не скажет. Спасибо тебе! Спасибо огромное! – она чуть не прыгала от радости.

После завтрака мы пошли на пары. В главном корпусе нам пришлось разойтись: у меня были занятия на втором этаже, у Линетты - на четвертом.

Я пошла искать свою аудиторию. Первой парой стояла история артефакторики. Нашла кабинет быстро. Адепты сидели только с нашего курса, ждали начала занятия.

Тихонько сев на последний ряд, приготовила учебник и тетрадь. Бегло пролистала его. Предмет был для этого курса новым, на первом и втором преподавали историю королевства. Я историю артефакторики знала средне. Даты и всех артефакторов, кто когда какой магический предмет создал, помнила весьма слабо, а вот знаменитых и их изобретения знала хорошо. Мой учитель дома постоянно этим терроризировал, заодно спрашивая последовательность ритуала создания каждого артефакта.

Зашел преподаватель - гном с длинной седой бородой и в очках. Адепты, поднявшись, почтенно поздоровались с мэтром Нимином Геверфутом, который залез по лесенке на высокий стул у кафедры, уселся и начал читать лекцию. Он особо не обращал внимания на адептов пред ним и был погружен в свои записи и размышления. Адепты, опустившись обратно на места, занялись своими делами: в основном тихо переговаривались между собой. Мэтра мало кто слушал. Мое самопишущее перо исправно записывало лекцию в тетрадь, а я вслушивалась в рассказ преподавателя. И сейчас очень скучала по своему учителю - мэтру Бошуру, который мог увлечь интересной байкой создания артефакта или же хроникой становления артефакторов, рассказом как они становились великими. Эти истории у него были похожи на сказки.

Тема лекции была посвящена классификации артефактов. Снова ничего нового для меня. Четких критериев, по которым артефакт можно определить, к какому классу он относится, не существовало. Границы классификации были весьма условными. Конкретика существовала только между понятиями амулет и артефакт.

Амулет – это изделие артефакторики, который имел короткий срок службы и не подлежал восстановлению после того, как ломался или полностью разряжался. Артефакт – вещь постоянная, длительная, или не имеющая срока службы. Но не все они были одинаковыми, существовала их иерархия, то есть уровень класса.

Артефакты первого класса могли выполнять только одну конкретную функцию и требовали постоянной перезарядки. В них стояли кристаллы-накопители магии с низким качеством, самые простые. Если кристалл не заряжать вовремя, то он переставал работать. От постоянной подзарядки нарушалась структура в самом артефакте, и в итоге он выходил из строя. К этому классу относились бытовые магические предметы, которые использовались простым народом и имели широкое распространение, - холодильные шкафы, самогреющие печи, самозаполняющиеся чернилами перья и другие вещи, необходимые в хозяйстве.

Артефакты второго класса выполняли несколько функций одновременно, но тоже требовали подзарядки. К ним можно причислить мое самопишущее перо, оно само заполнялось чернилами и записывало устную речь, не реагируя на фоновый шум. Ну и стоили такие артефакты, соответственно, дороже.

Артефакты третьего класса подзарядки уже не требовали. В их состав входили полудрагоценные и драгоценные камни. Металлом-основой чаще было серебро. Камень-накопитель таких артефактов сам тянул энергию из пространства и мог нарушать работу артефактов более низкого качества.

Глава 6

Вернувшись к себе в комнату, переоделась в домашнее платье и отправилась составлять схему для артефактов гоблинам. Я впервые зашла в лабораторию, которая полагалась команде по магическим играм.

В довольно просторном помещении напротив друг друга у стен располагались лабораторные столы со шкафчиками для зелий и артефакторики. Осмотрев все полки, я обнаружила баночки с порошками, пучки трав. На столе зельевара стояли два котелка с горелками, имелась и вытяжная вентиляция. Над артефакторским нашла заготовки металлов, некоторые недорогие камни, инструменты. На столешнице имелась горелка для плавления металла, внизу вделана маленькая доменная жаровня. К самому столу крепилась большая лупа, которую использовали для работы с мелкими механизмами и камнями, тут же, в углу, установлен станок для крепления артефактов. Посередине комнаты еще два стола с пустыми стеллажами над ними были приставлены друг к другу для работы стоя. Освещали их низко висевшие светильники. Напротив находилось окно практически во всю стену с выходом на полукруглый широкий балкон. Все было вполне современно и удобно.

Удовлетворившись осмотром, убрала казенный стандартный набор артефактора подальше в ящик стола. Им я пользоваться не собиралась. У меня имелся свой, отцовский, который с трепетом развернула. В холщовом невзрачном органайзере, в отдельных гнездах, хранились папины артефакторские инструменты. И на каждом стоял его вензель. Пальцы пробежались по видавшему много работы и весьма затертому комплекту.

Я всхлипнула, вспоминая сколько раз, наставляя, отец направлял мою руку с этими инструментами и учил работе. Перед глазами встали воспоминания, как, сидя у него на коленях и держа еще маленькими руками плоскогубцы или кусачки, училась правильно плавить металлы, вставлять камни, поправлять плетения магических нитей.

Слезы сами побежали по щекам. Как же мне хотелось еще раз ощутить себя рядом с ним за столом, спорить о необходимости применения той или иной руны, плетений, камня, металла. Увидеть его одобрительную улыбку, когда могла доказать свою правоту, или снисходительный взгляд, когда ошибалась, и он терпеливо объяснял мой просчет. Не будет больше интересных совместных экспедиций, не будет смешных подшучиваний друг над другом, не будет теплых отцовских объятий. Еще недавно родные руки брали эти предметы и работали ими, а теперь никогда больше этого не будет. Никогда…

Стояла и смотрела на набор, и даже не помнила, в какой момент после смерти отца уложила его в свой чемодан.

- Не помешал?

Обернулась на голос. В дверях стоял лорд-ректор.

- Я стучал, но вы, видимо, не слышали, - пояснил он.

Быстро стерла слезы рукой.

- Нет, - всхлипнув, ответила Лонгрену Сенье.

И отругала себя за не вовремя показанную слабость. Плакать при посторонних людях гордость не позволяла, не так меня воспитывали. Выдохнула, успокаиваясь.

Ректор ободряюще улыбнулся:

- Я зашел сказать, что скоро вернутся команды. Во второй группе артефактором является орк Уквеа Ликх, вам предстоит обучить его изготавливать амулет Хардин. Несмотря на то, что он является конкурентом вашей команды, Ликх - хороший специалист. Лучший за много лет обучения на факультете артефакторики. Остальным я бы не стал доверять такую работу. Скажу, что за каждый кристалл он будет получать оплату. Его семья небогата, и деньги ему нужны. Заготовками я вас обеспечу. То, что имеется на складах факультета, не используйте. Компоненты могут рассекретить. Составьте для меня список. Думаю, свою работу Уквеа постарается выполнять качественно, а вы проверите каждый изготовленный амулет. Работать будете в одной из лабораторий факультета по вечерам. Я приказал, чтобы вам никто не мешал, декан Сомерсет проследит. Если Ликх согласится, то ему придётся поставить печать молчания. Вы же понимаете, что разработка не должна быть известна кому-либо еще?

Я кивнула. У короля пришлось повторно дать клятву - это стандартная процедура для индивидуальных артефакторов. Печать не позволяла разглашать тайну, сдавливая горло и мешая говорить. Мастер, нарушивший слово, очень мучительно умирал, и его душа уже никогда не могла возродиться, попадая во мрак. Говорить о работе можно лишь в присутствии тех, кто был посвящен в секрет, а снять клятву могли только заказчик или Светлые и Темные лорды, имеющие для этого достаточную силу.

Подойдя к центральному столу, достала перо и лист бумаги и написала список необходимых трав и порошков. Перечень подала лорду Сенье.

- Камень, который идет основой, – акварилит. У меня с собой только два, уже гравированных. Они редкие и добываются в герцогстве Хардин, в горах Глан. Наш управляющий лаэрд Вишер знает, что временно они не идут на продажу. Все добытые камни отец лично перебирал и гравировал, - сообщила главе академии известные факты.

- Я свяжусь с вашим управляющим. Спасибо, Лея.

Повисло молчание.

- Лея, я не специалист по женским эмоциям и боюсь сказать что-то не то сейчас. Но хочу, чтобы знали, что ваш отец когда-то отказался от многого ради вас. Он очень вас любил. И был хорошим другом и воином. Мне тоже больно вспоминать, что его уже нет с нами. Вы характером с ним очень похожи.

Ректор ушел, а слезы хлынули повторно, и остановить я их не могла. Выплакав свою боль в который раз, медленно успокоилась.

Взяла свою старую тетрадь и начала чертить схему матрицы. Как работать с иглами, я понимала. Справилась быстро. Не возникло затруднений и с металлическими скребками. А вот с деревянными щетками пришлось знатно потрудиться. Дерево служило плохим проводником магии. Проблема с щетиной заключалась в том, что она могла стереться быстрее, чем будет служить артефакт. Продумала основу, долго рассчитывала и подбирала камень-проводник, он же послужит накопителем магии. А дальше шла схема силовых линий. Возвращаясь к своим конспектам, я вспоминала, как работать с деревом. Сложно, но не невозможно. Чертила, стирала, делала расчеты по формулам, снова перечерчивала, пока не остановилась на варианте полностью меня удовлетворившем.

Глава 7

Следующей парой у меня была артефакторика. Основной предмет стоял в расписании каждый день. Три раза в неделю шли практические занятия, которые проводили рано утром, и четыре раза в неделю - лекции.

В этом году изучали артефакты третьего класса. Нам подробно рассказывали особенности создания артефактов созидания, которые потом и следовало сделать на практической части. Лекцию читал тифлинг, полудемон. Вид у этих существ всегда был устрашающим и весьма разнообразным. Чаще они имели красную кожу, растущие почти от бровей рога, загнутые назад, красные глаза и острое лицо. Встречались представители этой расы и с другим цветом кожи - все зависело от того, кто родители. Магией они владели чуть хуже, чем настоящие демоны, но ничем не уступали всем остальным, поэтому в городах их было много.

Тифлинг-преподаватель был весьма стандартной расцветки и вида. Имел заостренную бородку. Звали преподавателя мэтр Сусак Фархт, и, видимо, он и вел у курса практическую часть, потому как к некоторым адептам обращался с едкими замечаниями по поводу их ошибок на практических работах. Меня тифлинг периодически сверлил взглядом и спрашивал, когда кто-то не мог ответить. Я стойко отстреливалась краткими фразами, не углубляясь в подробности, и старалась отвечать строго по учебнику. Задав несколько вопросов, преподаватель отстал, поставив оценку «превосходно».

После пары отправилась переодеваться в свое общежитие. У меня оставалось полчаса на отдых и подготовку к следующему занятию. Когда зашла, в гостиной уже поджидал гоблиненок Кинеш, в руках держал поднос с чайником и пирогом.

- Мастер-повар наказали вам, почненнейшая госпожа, передать. Казали, шоб вас покормить, а то дракон окаянный не дал рагу отведать шефского.

И поваренок поставил поднос на столик у диванов. Настроение сразу улучшилось, и раздражение ушло. Приятно, когда о тебе кто-то помнит и заботится.

- Спасибо, Кинеш, - поблагодарила я.

Гоблиненок поклонился и исчез. Пошла переодеваться в форму, потом не спеша выпила чай и позволила себе съесть небольшой кусочек вкусного порога. Наедаться перед тренировкой не хотелось. Затем заплела волосы и отправилась на боёвку. Пока шла к полигону, обратила внимание, какими презрительными взглядами меня провожали некоторые адептки. Другие же, которых было меньшинство, наоборот, улыбались и кивали приветливо. Парни оживлялись и перешептывались. Внимание мне не нравилось и лишь раздражало.

На поле стоял орк Нагас. Он широко лыбился мне во все острющие зубы, и от этого клыки особенно выделялись. Сегодня по расписанию было занятие по боевой защитной магии. Нас снова выстроили в шеренгу, и после разминки последовал приказ создать возвратный щит отражения. Он не только отражал боевое заклинание, но и возвращал его противнику. Создать такой щит было сложней, чем обычный. На плетение требовалось больше сил и времени, и в бою его практически не использовали. Но при сдерживании атаки противника с численным преимуществом он был эффективнее. Адепты худо-бедно справились с заданием, и в нас полетел по диагонали град огненных зарядов, настолько интенсивный, что больше похож на проливной дождь. Почти сразу я услышала вскрики адептов, не удержавших защиту. Удары заклинаниями были не опасными, но били разрядом и оставляли подпалины на форме. Через минуту атака прекратилась, и Нагас прошелся вдоль шеренги, проверяя степень повреждений у адептов. Сопровождал осмотр шутливыми комментариями и прибаутками. Было смешно. Дошел до девушек. Осмотрел первых и сделал заключение:

- К концу занятия у нас есть шанс наблюдать массовый стриптиз.

Парни зашептались и начали посмеиваться. Орк шел вдоль шеренги и поцокивал языком, ухмыляясь. Дошел до меня, оглядел, одобрительно поджал губы и двинулся дальше. Затем мы снова создали щиты, и снова полетели заряды. Сам Нагас укрылся куполом и, прохаживаясь вдоль шеренги, объяснял ошибки. Заряды летели сериями, давая адептам время на отдых.

Я мельком наблюдала за Кираной, у нее тоже были проблемы с защитой. Щит не держался дольше тридцати секунд, а минимальные атаки длились минуту. Создавать новый под ударами она не могла.

Под конец занятия орк отобрал тех, у кого получалось лучше, и поставил на атаку в пять минут. Одиннадцать адептов, среди которых была я. Удары стали еще мощнее. Я держала щит, контролируя дыхание и вливая в него силу равномерно. Краем уха слышала, как Нагас выводил студентов, у которых заслон разрушался. Наконец удары прекратились, и я спокойно на выдохе убрала защитное плетение. Орк, стоявший сбоку, несколько раз хлопнул руками, выражая восхищение. На поле осталась я одна.

- Молодец, адептка Харель, ты – боец. Недаром в военной академии училась. Адепты бегом марш. Норму помните?

Все побежали. Я активировала артефакты музыки и двинула за остальными. Пробегая мимо старших курсов, которые нашим девушкам выкрикивали насмешки по поводу дыр на форме, и двигаясь к выходу из полигона, увидела разочарованные взгляды, которыми парни сопровождали меня.

Вернувшись в гостиную общежития, приняла душ и переоделась в домашнее платье. На ужин решила не идти, доела пирог с уже остывшим чаем и занялась своими делами. Прежде всего выполнила домашнее задание. Потом составила список зелий для Кираны и отложила для нее из кошелька пять злотых. Из стола в своей комнате достала мешочек, в котором хранила кристалл, полученный от короля. Забрала тетрадь, в которой записывала все исследуемые и изобретенные артефакты, книгу по проклятиям Левхада и пошла в лабораторию.

Открыла тетрадь на формуле амулета здоровья, перечеркнула и сверху исправила: «Амулет Хардин». Взяла чистый листок бумаги. Вынула из мешочка кристалл и рассмотрела сначала на свету. Форма не поменялась, трещин нет - хорошо.

Глава 8

После лекции отправилась в столовую, как на казнь. Есть хотелось, а отбиваться от поклонников – нет. Почему-то в обед происходили самые отчаянные домогательства. И уже в корпусе столовой вдруг решила свернуть в сторону кухни. Быстро спустилась по лестнице, подошла к двери с надписью «Кухня. Посторонним вход воспрещен!» Постучалась и робко открыла дверь. В помещении на удивление было как-то пусто. Пробегающий мимо гоблин крикнул в другую сторону:

- Господин Грнос, поспешайте! Скоро госпожа уважаемая артефакторша придёт.

Я не поняла, это они про меня? Ждут уже что ли? А откуда знали, что решу к ним зайти? Главный повар, переваливаясь и стягивая с головы колпак, не спеша шел мимо меня.

- Добрый день, господин Грнос, - поздоровалась со старшим гоблином.

Повар остановился и окинул внимательным взором.

- А ты чей-т тутава делаешь?

Я замялась и опустила взгляд.

- Прячусь, - призналась, глубоко вздохнув.

Он понимающе покивал:

- Доконали, тролли окаянные?

- Доконали, - согласилась с ним.

Повар по-доброму улыбнулся.

- Ну оголодавшей не оставим. Нам такой корунд[1] самим за надобность. Гекла! – позвал он громко.

Откуда-то сверху послышался недовольный голос:

- Ну чаво?

- Топай сюдой! А то наминать тесто поставлю!

Послышался топот ног и по лесенке спустилась кругленькая гоблинша. Увидела меня и удивилась:

- А мы вас, ледя, в столовке выглядываем. Чичас ужо два кавалера вас дожидаются!

Я ужаснулась и тут же обрадовалась, что не пошла все-таки на обед в общий зал.

- Поклади-ка госпоже наилучшей адептке че-нить отобедать, - распорядился главный по кухне. – Не получит Вешка сегодня букету!

Пожилая гоблинша быстро кинулась выполнять распоряжение. Меня усадили за тут же протертый стол и поставили тарелки с супом, салатом с отбивной, куском пирога и стакан с графином сока. Я с наслаждением принялась есть.

Гекла убежала наверх и вскоре по лестнице спустилась целая толпа гоблинов-работников кухни. Наперебой начали рассказывать, что происходило в столовой. Двое моих потенциальных ухажеров сначала дожидались меня, а когда я не пришла, устроили драку между собой. Разнимали сцепившихся орк Нагас и преподаватели. Потом явился ректор и назначил им наказание с отработкой в некромантском бестиарии.

Гоблины, впечатленные дракой, стали вспоминать всякие забавные случаи, которые происходили в академии с участием адептов. Мне рассказали, что студентки любят активно пользоваться зельями и периодически подливают их в напитки понравившихся парней. Что особой любовью и популярностью пользуются именно участники команд по магическим играм. Гоблинши наперебой оценивали их привлекательность и «человеческие» качества. О команде Тенебрея они отзывались в основном положительно и всячески жаловались на «банду злыдней-демонюк» Клутвина. Особо старалась Вешка, которой все же достались два букета цветов, оброненных в бою адептами. Она рассказывала, как Ризгас периодически рассыпает еду на столе, чтобы было больше грязи, и ей приходится убирать. Хвалили орка Нагаса, который, оказывается, является старостой боевых стихийных магов пятого курса, за справедливость и строгость. И если бы дракон Стомиан Гохре не участвовал в играх, то и стал старостой, так как он самый сильный боевой светлый маг в академии.

- Почему же не Стомиан Гохре является капитаном команды, если он самый сильный? – задала я логичный вопрос.

- Энт тому, шо никто не ведает наверняка поскольку силён Тенебрей. Бывало, так отходит на тренировке кучку-другую позазнававшихся боевиков, шо по неделе отлеживаются в лекарне нашей. Да умно он руководствует командой, - ответила мне Гекла.

А разошедшиеся гоблины рассказывали дальше. Услышала о том, как Элдрин Ризгас умудряется встречаться сразу с пятью девушками, при этом ловко водя каждую за нос. И они друг о друге либо знают, либо догадываются, но думают, что именно она является той самой - единственной. Как старший Ризгас портит периодически жизнь младшему, и они дерутся на полигоне. Оказывается, решать споры, если дело доходит до драки, адептам официально разрешают на тренировочной площадке, но под присмотром старост и преподавателей, в общем, тех, кто вовремя может драчунов разнять и остановить. А так, как сегодня в столовой, строго-настрого запрещает устав академии.

Ругали изо всех сил адептку пятого курса эльфийку Мейниру Саталé, которая донимает других девушек и встречается с капитаном второй команды - Тарином Клутвином, а раньше пыталась соблазнить Корина Тенебрея. Но когда ничего не вышло, переключилась на другого капитана. Девушка с подругами изводит адепток низших сословий и пакостит им в академии. Поведали, как она в прошлом году заперла сокурсницу в клетке с виверной, а некромантке с пятого подлила зелье страсти, за что адептку отчислили за домогательства к магистру Шиарну, ведущему боевую магию.

Поток сплетен не прекращался, но я с интересом внимала всему, что мне рассказывали, так как жизнь в академии была в новинку и хотелось знать заранее, что от кого ожидать.

Когда допивала сок, вниз спустилась Кирана и очень удивилась, встретив меня в кухне:

- Тебя чуть ли не весь боевой факультет ищет. Переживают, куда делась.

Глава 9

Глава 9

Проснулась я в полчетвертого, сегодня в расписании снова значилось раннее занятие по практической артефакторике. Зато в такие дни не стояли пары после обеда, что радовало. Приведя себя в порядок, подхватила сумку и побежала в корпус. Утром накрапывал небольшой моросящий дождик, и было пасмурно.

Адептам нашей группы предстояло повторить артефакт, показанный магистром Сомерсетом, а вел занятие мэтр Фархт. Мне дали свободное задание, и я, жалея, что не взяла своих материалов, решила сделать артефакт невидимости. Он бы мне сейчас пригодился.

На восходящее солнце сам артефакт создавать нельзя, но основу и составляющие подготавливали именно утром. Закончить не успела, так как за время занятия это было невозможно, поэтому сделала только часть работы. Тифлинг придирчиво оценил заготовки и остался доволен, после чего отпустил.

До завтрака было целых два часа, и очень хотелось еще немного поспать. Но расслабляться себе не позволила, решив, что успею отдохнуть после обеда. Спокойно выпив кофе с пирожком, переоделась и отправилась на пробежку. Кирана догнала меня, когда я подходила к полигону. Утренняя тренировка боевиков шла как обычно. От нее их не спасли бы и падающие метеориты.

Мы побежали. Чтобы составить компанию подруге, снизила скорость на один круг. Как и вчера, боевики присоединились к пробежке, высказывая мне свои симпатии. На втором круге я ускорилась, оставив Кирану позади, активировала артефакты музыки и побежала в привычном для себя темпе. Еще издали, почти добегая второй круг, заметила на земле силовые плетения проклятия и снизила скорость, рассматривая его. Обездвиживающее, какое-то корявенькое. Недоуменно остановилась. Когда бежала первый круг, ловушки не было, значит, поставили недавно и намеренно. Проклятие не опасное, но жертва будет парализована в этом случае минут на десять, так как силы в проклятие влили немного. Оглянулась. Вокруг меня никого не было, а сзади догоняли два адепта.

- Нас, крошка, дожидаешься? Решила поменять имя рода?

Оригинал, блин!

- Вам демонически не идет открывать рот! Вы не пробовали сначала думать? - ответила наглецу.

Его товарищ поперхнулся смехом. Оба перешли на шаг, подходя ко мне в весьма дружеском настроении. Понятно, что для них перепалка носит характер флирта.

- Вы же проклятийники? – спросила более миролюбиво, глянув на нашивки формы.

Оба синхронно кивнули.

– Там проклятие, - указала пальцем.

Ребята подобрались и приблизились к плетению. Когда они перестали пялиться на меня, то и мозги сразу включились! Рассмотрели…

- Не «наши» ставили, - сделал профессиональный вывод второй адепт.

- Угу, «наши» бы такую халтуру не сотворили, - ответил его «оригинальный» друг, имея в виду факультет проклятий.

- Грязно играют, - выплюнул второй, разозлившись. И обратился уже ко мне: - Умная крошка, молодец, что не вляпалась в ловушку! Ты по травке обойди и беги себе дальше, мы тут сами разберемся, кто таким «талантливым» оказался. Поверь, получит сполна!

Не став обращать внимание на обидное «крошка», предупредила:

- Там моя подруга сзади еще бежит, предупредите, пожалуйста.

- А то! Нам твоя подруга за ненадобностью. Не обидим.

По траве обежала опасное место. Пробегая следующий круг, отметила, что адептов на том участке стало уже гораздо больше. Заметила среди них и Нагаса. Они о чем-то спорили на повышенных тонах. Когда завершила тренировку, меня догнала Кирана:

- Лея, представляешь, там проклятие!

- Знаю, - буркнула я, делая наклоны к земле. - Могла попасть, если бы не была внимательной.

- О-о! – протянула она, повторяя за мной движения. – Сочувствую… Это уже вредительство какое-то! От букетов к проклятиям… Как-то уж сильно резкий скачок.

Настроение испортилось.

Первым занятием сегодня были «Основы проклятий». И я снова писала зачет. Поэтому меня от Кираны отсадили и выдали длинный лист с заданиями. Закончила раньше, чем пара подошла к концу. Сдала тест и сидела, дослушивая лекцию, так как зачет не освобождал меня от домашней работы.

С девушкой удалось пообщаться только на третьей паре по основам некромантии.

- Слушай, Лея, ты же дружишь с племянницей ректора? – спросила подруга.

- Да, - ответила ей.

Кирана немного замялась и, наклонившись ко мне, полушепотом продолжила:

- Предупреди ее, чтоб заходила в комнату сегодня аккуратно. Когда шла на первую пару, видела, как девочки с этажа накладывали заклинание у двери, замышляя какую-то гадость.

Я даже бросила готовиться к занятию:

- Кирана, а нельзя сказать об этом коменданту?

Соседка смутилась:

- Если я скажу, тут же будет известно, кто доложил. А меня саму… сильно недолюбливают.

Тяжело вздохнула. Какой же беспредел тут творится!

- Хорошо, обязательно скажу. Спасибо.

Началось занятие, и мы замолчали, слушая преподавателя. Когда прозвенел колокол, все вышли из аудитории и направились в сторону столовой. Адепты торопились на обед, и было довольно многолюдно.