Корона Гвенхейда

Глава первая

Стоило Делвину и Астрид вернуться в холл Белого Дворца, их встретили три десятка лейб-гвардейцев и пятеро чародеев Башни Волшебников. Солдаты вскинули ружья, направив на чету Дирхейлов черные раструбы дул, маги подняли силовые посохи. Последовало короткое движение магии, и тяжелые двери, ведущие на дворцовую площадь, на которой чуть ранее окончил свою жизнь Кледвин Волфалер, с грохотом захлопнулись за спиной, отрезая возможность побега. Делвину не требовалось оборачиваться и дергать за ручку, чтобы понять — та не поддастся. "Похоже, легко объясниться не получится", мелькнула невеселая мысль.

Вперед, протолкнувшись через гвардейский строй, вышел Элиас Рипер. Эмиссар Башни, выступавший посредником между чародеями и узурпатором, выглядел совсем не так дружелюбно, как во время попоек с Делвином. В руке он держал пистолет, и его ствол также был направлен на Делвина.

— Бросайте оружие на счет три, — сказал Элиас, — иначе вам не жить.

— Наверно, если я скажу, что мы ни в чем не виновны, ты все равно не поверишь.

— Хотел бы поверить, но, пожалуй, действительно не смогу. Лорд Дирхейл, извлеките, пожалуйста из ножен свой фамильный клинок, медленно и аккуратно положите к ногам, пните в мою сторону. Леди Дирхейл, сделайте тоже самое с имеющимся у вас мечом. Если попытаетесь применить боевые заклинания или выкинуть какой-либо еще фокус, вас пристрелят в ту же секунду.

Сказано было с бесстрастным лицом и достаточно убедительно.

Медленно, как ему и приказали, Делвин вытащил Убийцу из ножен, посмотрел на руны, сейчас погасшие, но готовые в любую секунду по его мысленному приказу вспыхнуть пламенем. Возникло искушение пробудить силу меча, попробовать вырваться с боем. "Если нас пленят, то церемониться не станут. Вполне могут замучить или казнить, за убийство узурпатора, которого я сам еще недавно называл королем". Вместе с тем капитан Дирхейл хорошо понимал — вероятность погибнуть при попытке бегства куда выше. Враги слишком превосходят числом. "Тогда я стану причиной гибели и Астрид, и нашего нерожденного ребенка".

Не дожидаясь, пока он решится, Астрид решительным движением выхватила меч, которым убила Кледвина Волфалера. Несколько бойцов вздрогнули, готовые нажать на спусковые крючки, но Элиас жестом приказал им не стрелять. Астрид разжала пальцы — и оружие со звоном упало на мозаичный паркет. Жена ударом ноги отправила меч в направлении Элиаса, и после короткого колебания Делвин последовал ее примеру. Гвардейцы, конечно, так и не сняли их с прицела. Делвин прикинул, может ли накрыть всех противников разом одним боевым заклинанием, как Аматрис штаб Альфонсо Мервани в Наргонде — но, к несчастью, до Принца Пламени ему было далеко.

— Его величество король Кледвин приказал ни мне, ни кому бы то ни было еще не выходить на дворцовую площадь или не открывать выводящих на нее окон, под страхом смерти, — сообщил Элиас. — Он собирался провести магический ритуал, исключавший, по его словам, чье бы то ни было постороннее внимание. Однако только что со мной связался лорд Феннел, — речь шла о ректоре Башни, — и приказал немедленно поднимать солдат. Далековидцы сообщили, что на его величество состоялось покушение. Успешное.

Делвин и Астрид молчали.

— Ничего не желаете рассказать? Коллинс, — обратился Элиас к одному из офицеров, — проверьте, что с королем. — Гвардеец с нашивками капитана и еще десять солдат обогнули Делвина и Астрид. Двери вестибюля с грохотом распахнулись перед ними, отворенные магией. — Лорд Феннел сообщил, что король мертв. Его ментальный отпечаток погас, попытки связаться с ним телепатически также не увенчались успехом.

— Мы действительно проводили ритуал, — Делвин наконец нашелся со словами, вспомнил про заготовленное объяснение. — Его величество желал низвергнуть алгернский флот вторжения в Бездну, расположенную за пределами нашего мира. К сожалению, в ход заклинания вмешались. Принц Стефан и Имперский Орден, воспользовавшись магическим каналом, который мы проложили в их сторону, готовя атакующее заклинание, прежде ударили сами. Кледвин Волфалер погиб.

— Мы пытались его защитить, — добавила Астрид, — но не смогли.

— Пытались защитить человека, взявшего в вас плен, недавнего врага, повинного в гибели короля Эйрона, которому капитан Дирхейл служил, и в падении Тенвента? Прежде охотившегося за вами обоими? Незаконно, как считал генерал Марлин и его сторонники, захватившего власть в Гвенхейде? Уверен, у вас бы нашлись множество причин ударить ему в спину, воспользовавшись подходящим случаем.

— Король Кледвин пощадил нас и приблизил к себе. И назначил меня герцогом.

— Ладно, Делвин, разберемся, врете вы с леди Астрид или все-таки нет, — Элиас спрятал пистолет в кобуру. — Лирен, — обращение к еще одному офицеру, — уведите герцога и герцогиню Баллард обратно в отведенные им покои, подайте ужин, выставите охрану у дверей, наблюдайте. Магистр Корлен, — теперь Элиас чуть повернул голову в сторону одного из чародеев, — проследите, чтобы антимагическое поле оказалось активировано в отведенных герцогу и герцогине дворцовых покоях, во избежание применения ими боевых или иных заклинаний.

Несмотря на поздний час, королевский дворец, еще недавно казавшийся вымершим, теперь стремительно охватывали волнение и суматоха. В коридоры высыпали лакеи и горничные, бросавшие на Делвина и Астрид, сопровождаемых отрядом солдат, тревожные взгляды. Мелькнуло несколько аристократов и придворных дам, слышался взбудораженный шепот. Мимо прошло еще две группы гвардейцев, тоже направлявшихся в сторону вестибюля. Свет магических ламп ярко заливал галереи и залы, а в памяти Делвина то и дело возникал сгорающий в огне Кледвин Волфалер. Делвин и представить не мог, что его жена владеет подобной магической силой, хотя и помнил, как она в гостинице "Кальмар и Чайка" справилась с посланцем узурпатора.

Глава вторая

Страна теней окружала их — переменчивая и непостоянная, неизменно меняющая форму, простирающаяся вокруг на никем не измеренное расстояние. Окружающий пейзаж пребывал в движении; он преображался, стоило возглавляемому Аматрисом отряду сделать всего десяток шагов. Сперва он напоминал темное отражение Тельгарда. Покинув искаженную вариацию Триумфальной площади, куда их из реального мира привела червоточина, Аматрис и его спутники двинулись одним из столичных проспектов, здания на котором несколько раз за минуту поддавались ряби, искажаясь и перестраиваясь.

Фасады колебались, подобно отражению на стоячей воде. Они обрастали прихотливой лепниной и тотчас теряли ее, серели бетоном заместо мрамора, сверкали панорамным зеркальным стеклом. Многоэтажные башни поднимались на месте привычных многоквартирных домов — еще выше, чем строения Старого Сити, взлетая на высоту в шестьдесят и наверно даже в сотню этажей почти до самого затянутого темнотой неба, обращая проспект подобием горного ущелья.

Отряд держался выложенного прямоугольной плиткой широкого тротуара, а по центральной части улицы, покрытой темным асфальтом, проносились, возникая из ниоткуда и вскоре бесследно пропадая, странные экипажи, не запряженные лошадьми, приводимые в действие, наверно, неким магическим двигателем. При движении машины не издавали шума, казались призрачными, и за темными стеклами кабин не удавалось разглядеть людей. Небоскребы, напоминающие виденные Патриком в книгах о Старой Земле, вспыхнули тысячей оконных огней, затем принялись беззвучно рушиться, обращаясь к земле водопадом бетонных глыб, дождем разбитого оконного стекла. На каждом стеклышке по-прежнему горело отражение пламени.

Патрик приник к земле, накрывая своим телом Марту, схватил за руку и потянул вниз оторопевшего от подобного зрелища, неподвижно застывшего Боба, попытался сотворить защитное заклинание — однако Аматрис даже не шелохнулся. Принц Пламени, неизменно одетый в черное, положивший ладони на рукояти обоих мечей, стоял впереди, глядя на падающие каменные обломки, а те пропадали, истаивали туманом прежде, чем коснуться земли.

На месте развалившихся высотных башен уже формировались новые здания, непривычных очертаний, все меньше напоминающие знакомую с детства столицу Гвенхейда. Поток самоходных машин сделался гуще, каплевидная форма сменилась более резкими очертаниями корпуса. Защитное заклинание, которое Патрик формировал, рассыпалось в щепки, разрушенное чужим вмешательством — Патрик ощутил, как Аматрис вмешался в сотворение чар, расплетая их.

— Не дергайтесь попусту, граф Телфрин, и не тратьте зазря магические резервы, — проговорил Принц Пламени, когда Патрик, Марта и Боб поднялись на ноги. — Подобные фантомы не причинят никакого вреда. Мы минуем невоплощенные ныне вероятности, одну за другой. Тельгард, каким он мог бы стать, развивайся история иными путями. Не контролируй наши предки распространение принесенных ими из родного мира технологий, позволь они тем применяться. Некоторые из этих картин, возможно, еще реализуются в нашем собственном будущем — или, точнее, наше будущее может напоминать это неслучившееся настоящее, если Дейдра продолжит развиваться по нынешнему пути. Если Башня и Орден вновь не наложат на народы и королевства ярмо.

— Крепко вы их ненавидите, — пробормотал Боб.

— Я вырос, когда они правили миром. Я имею на это причины.

— Мы поняли. Часто об этом рассказываете. Вы нас ведете обратно в охотничий домик Телфрина, я так понимаю. А что случится, если мы отклонимся? Зайдем в какой-нибудь переулок, двинемся дальше, наобум, куда ноги ведут? Куда мы придем, господин Тревор?

— Я стараюсь держаться орбиты привычной реальности. Покинем ее — и увидим, что вокруг другие миры. Тысячи миров. Мириады. Мультивселенная. Включая родину Звездного народа, Старую Землю. Включая Бездну, посреди которой стоит башня драконов. Включая места, о которых я даже никогда не слышал и не читал, но чьи отзвуки видел, сходя с ума, бестелесный, последние пять сотен лет. Впрочем, капитан Кренхилл, не советую отклоняться. Скорее вы потеряетесь, как граф Телфрин и госпожа Доннер в прошлый раз. Сделаетесь добычей обитающих поблизости тварей.

— Не хотелось бы, — сказал Боб.

— Тогда идите след в след. Ну, не буквально.

Образы Тельгарда растаяли — смазались и потекли чернильными кляксами, растворяясь в воздухе. Земля по обе стороны от пути, выбираемого Аматрисом, потрескалась и вспучилась, вздыбилась, выросла склонами холмов, обнажаясь скальными отрогами.

Выложенный мелкой плиткой тротуар сменился под ногами потрескавшимися большими прямоугольными бетонными плитами, как на старых трактах, связывавших весь континент, проложенных раньше всех войн и во многих местах давно как следует не ремонтированных. Сорная трава пробивалась сквозь дорожное полотно, сухая и ломкая. Воздух похолодел, сделавшись совершенно не летним, и Патрик отметил, что при дыхании у него изо рта вырывается пар. Марта, настороженно озиравшаяся, достала один из своих пистолетов, в последний раз разряженный при встрече с Кледвином, и принялась заряжать. Второй, в кобуре на правом бедре, уже был готов к бою.

Темные стены и башни венчали холмы — сложенные из кирпича и из каменных блоков, местами осыпавшиеся, покрытые мхом, ощерившиеся зубцами. Огромные статуи возносились в промежутках стен — фигуры в ниспадающих одеждах, опирающиеся на жезлы, лишенные лиц, с головами, не имеющими никаких выпуклостей, напоминающими яйцо.

— Вы говорили про них, — вновь подал голос Боб. — Назвали Строителями.

Глава третья

Дальнейшая дорога заняла около часа. Патрик сделал такой вывод, отслеживая движение минутной стрелки хронометра, прихваченного им в фамильном столичном особняке перед тем, как его покидать. В Димбольде у него раньше имелись собственные карманные часы, даже несколько, дорогих, с серебряным и платиновым корпусом и украшенных драгоценными камнями. И это не считая настенных с кукушкой и механического будильника, обычно, впрочем, никогда им не используемого в силу отсутствия привычки вставать по утрам.

Ни один из хронометров Патрик не успел взять, когда второпях собирался из города в то треклятое утро несостоявшейся дуэли с Битнером. Вроде бы старался ничего не упустить, готовясь к нежданно случившемуся путешествию, но иногда бывает, сколько бы ты ни проявлял предусмотрительность, одна мелочь все равно ускользает. Тогда такой мелочью оказались часы.

Теперь, глядя на их стеклянный экран, Патрик чувствовал хотя бы относительную связь с привычным ему раньше миром. Хотя и напоминал себе, конечно, что время тут идет несколько набекрень. Аматрис обещал, что на сей раз временный поток, которым он движутся, не должен слишком сильно расходиться с реальностью Дейдры. Так, во всяком случае, Принцу Пламени подсказывало чутье. И все равно Патрик побаивался, что когда они выберутся из портала обратно, то на земле минует добрая сотня лет, совсем как в сказках про зачарованные холмы. "Становится понятно, на чем такие сказки основаны. Возможно, их герои тоже путешествовали между мирами".

Отряд двинулся дальше, по-прежнему предводительствуемый Аматрисом. Теперь рядом с соурейнским принцем, пять столетий назад опустошившим половину континента, шел ректор Феннел, и не похоже было, что персона Аматриса вызывает у мага из Башни особенный трепет. Глава Института двигался легкой походкой, с интересом поглядывая по сторонам и порой перекидываясь с Аматрисом небрежными репликами. Нечто наподобие "посмотрите, какой дивный пейзаж, а погода тут часто меняется? Случалось ли мокнуть под дождем или мерзнуть от снега?"

Приведенные Феннелом чародеи заняли позицию в арьергарде группы, не считая двоих, державшихся позади него на несколько шагов. Вероятно, личных телохранителей. Патрика не оставляло чувство, что теперь он вновь сделался пленником, совсем как в Тенвенте.

Оказавшись рядом с капитаном Дирхейлом, Патрик задал вопрос:

— Нравится раз за разом менять сторону?

— Не совсем понимаю, о чем вы, граф Телфрин.

— А по мне так, лорд Дирхейл, понимаете просто прекрасно. Сперва вы являетесь ко мне на порог, вырубив моего лакея и призывая немедленно ехать спасать родное королевство, а то и весь мир. Затем срываете мой поединок с бретером, не позволив мне самолично отстоять честь оскорбленной тем дамы. Способствуете бегству из Димбольда, хотя ладно, бежать бы все равно пришлось. Рассказываете, как желаете отомстить Кледвину, убившему моих и ваших родных. Понукаете и принуждаете участвовать в борьбе, всецело мне безразличной. И вот, не видевшись с вами всего ничего, я застаю вас в компании дядюшки Кледвина, узурпатора и тирана, прежде порицаемого вами. Наблюдаю, как вы ни капельки не мешаете сжигать еще добрый десяток моих и ваших родственников. Восхитительно, лорд Дирхейл.

Делвин ответил угрюмым взглядом искоса и дернул щекой.

— Лучше бы ты его не задирал, — проронила шедшая по левую руку Марта.

— Некоторые вещи следует обсудить. Хочется определиться, до какой степени вам в сущности можно верить. — "Особенно после того, как ты спелся с Феннелом, готовым при необходимости продать родную мать в рабство".

— Мне представлялось, на Триумфальной площади мы достигли некого понимания. Договорились о дальнейшем союзничестве, не выдвигая претензий, — Делвин старался говорить вежливо, но чувствовалось, изнутри его распирает. — Если разобраться, неблаговидных поступков за вами побольше, чем за мной, Телфрин. Вы бросили меня и Астрид в Тенвенте, и независимо от ваших мотивов, по сути вы сами толкнули меня на союз с узурпатором. Никакой другого возможности выжить самому и уберечь Астрид у меня просто не оставалось. В Белом Дворце нам встретился Кельвин, оставивший вашу сторону после того, как вы хладнокровно отравили его лучшего друга. И поправьте если не ошибаюсь, я почему-то больше не вижу в вашем отряде Луиса.

— Кому вообще есть дело до Луиса? Все давно забыли про этого человека.

— Не фиглярствуйте. Речь о вашем давнем товарище. Его убили в бою? Он точно не с леди Сильвией, иначе бы вы его упомянули.

— Луиса убил я. Он предал нас, еще в Наргонде. Навел людей Кледвина на "Кальмара и Чайку", тогда погиб сержант Лоттерс и едва не попала в плен Астрид. Мы узнали дня три назад, совсем недавно. Луис попытался сбежать, мы поймали его и как следует расспросили. Я пронзил ему горло шпагой, и признаться, остался весьма удовлетворен подобным исходом. Предателей не стоит щадить.

— Будет вам ссориться, — не оборачивая головы, спереди бросил Аматрис. — Сочтемся, что как человек я намного хуже вас обоих. Если со мной вы кое-как разговариваете, извольте не собачиться и между собой.

— Здравая мысль, — поддержал Боб. — Граф Телфрин, не будьте несносны.

— Запели как аристократ, Роберт. С чего бы?

— Сами говорили, что скоро могу сделаться дворянином. Пусть я деревенщина и не ровня столь высокой компании, — одноглазый солдат хмыкнул, — я не дурак. Нахватался разных слов, пока служил в Тельгарде и путешествовал в вашей компании. Не вижу смысла этими словами не пользоваться.