Кощей не плачь! 2: Слияние

Пролог

Если вы думаете, что видели всё — Чистилище с пельменями, говорящего кота с дипломом психолога и начальника, который женился спустя триста лет ожидания, — значит, вы просто никогда не присутствовали на межведомственном совещании, когда сталкиваются лбами отдел Реинкарнаций, отдел Праздников и отдел Исторических Аномалий.

Меня зовут Степан. Я все еще замначальник, маркетолог и живой человек в Министерстве Того Света. Я пережил бунт искусственного интеллекта, путешествие во времени и свадьбу Кощея. И теперь, сидя в промерзшем до костей его кабинете, я понял, что все это было лишь легкой разминкой перед настоящим Армагеддоном.

А началось всё, как обычно, с дыма. Но на этот раз дымил не принтер.

В то утро дым валил из вентиляционной шахты, и пах он не горелой проводкой, а смесью степного ковыля, старой крови и гуталина.

— Опять Горыныч новую диету тестирует? — лениво спросил Кот Баюн, не открывая глаз. — Третья голова вчера записалась на сыроедение. Говорит, хочет похудеть к лету, которое никогда не наступит.

Вместо ответа дверь с грохотом распахнулась, и в кабинет влетела Кикимора. На её болотном платье блестели осколки льда.

— Степан! — завопила она. — Там это... там этот... из Хроно-ямы вылез! И он требует начальника!

— Какой еще Хроно-ямы? — не понял я.

— Исторической! — Кикимора всплеснула руками. — Ну, там где души героев маринуются! Вылез такой... в кольчуге, с бородой до пояса и с табуреткой. Сказал, что он Князь Олег, и что он сейчас тут всем покажет кузькину мать за свою сломанную судьбу!

Не успел я отреагировать, как по коридору пронесся грохот, и в дверной проем, пригнувшись, вошел ОН.

Это был мужчина лет сорока на вид, но взгляд имел тысячелетний. Кольчуга на нем была начищена до блеска, но из-под нее торчал воротник строгой офисной рубашки. В одной руке он держал шлем, в другой — увесистую дубовую табуретку, на которую он, судя по всему, опирался как на посох.

— Я требую аудиенции у того, кто управляет этим вертепом! — рявкнул он голосом, от которого у меня заложило уши.

Баюн приоткрыл один глаз и тут же зажмурился.
— Вещий Олег, — прошептал кот мне на ухо. — Не связывайся. Характер скверный, карма дырявая, а судится с Небесной Канцелярией он уже одиннадцать веков. Привык побеждать.

— Князь, — я примирительно поднял руки. — Кощей Бессмертныч сейчас на планерке. Могу ли я...

— Планерка?! — Олег грохнул табуреткой об пол так, что из его угла выпала замерзшая фигурка Горыныча. — Я тысячу лет ждал, пока ваша хваленая «1С:Душа» соизволит исправить ошибку в моем деле! Мне волхвы предсказали смерть от коня, а в системе прописано: «Смерть от укуса рептилии. Степень тяжести: летальный исход от обиды». Что это за формулировка?!

Он швырнул на стол свиток, который явно был распечаткой из базы данных. В графе «Причина смерти» действительно стоял код ошибки «404: Змей не найден».

— Это технический сбой, — начал я, но Олег не слушал.

— Сбой?! Да я из-за этого сбоя всю жизнь коней боялся! Я, Вещий Олег, покоритель Царьграда! А тут мне ставят диагноз «психосоматика, спровоцированная багом». Я требую реинкарнации в теле человека, а не этого...

Он кивнул на свое отражение в стекле, где вместо обычного лица мелькнуло нечто с чешуей.

Я понял: это катастрофа. Кармический сбой такого уровня мог обрушить всю систему.

Но тут дверь открылась снова, и в кабинет, стряхивая с плеч снег, вошел Второй.

— Здравы будем, коллеги, — произнес густой бас. — Простите за опоздание. В Нави, оказывается, пробки даже для летучих саней.

В кабинете резко похолодало градусов на двадцать. Вошедший был огромен, в расшитой синим бархатом шубе, но с планшетом в руках. За ним семенила девушка в белом пальто — красивая, строгая, с глазами, полными зимней тоски по отпуску.

— Дед Мороз, — представился гигант, доставая визитку с надписью: «Начальник Департамента Сезонных Чудес и Праздничной Логистики. Внедрение радости под ключ». — А это моя внучка и главный аналитик, Снегурочка. Мы тут по поводу слияния.

— Какого слияния? — хором спросили мы с Вещим Олегом.

— Межведомственного, — отчеканила Снегурочка, разворачивая перед нами голограмму с диаграммами. — Небесная Канцелярия постановила: в целях оптимизации магических потоков и кармического баланса, Отдел Реинкарнаций, Департамент Праздников и Отдел Исторических Аномалий объединяются в единую структуру.

В кабинете повисла гробовая тишина, нарушаемая только скрипом челюсти Вещего Олега и треском замерзающей тины на платье Кикиморы.

— Я, Вещий Олег, должен работать в одном отделе с... Дедом Морозом?! — прошипел князь.

— А я с этим? — Дед Мороз брезгливо ткнул пальцем в Олега. — У него энергетика агрессивная. Дети его письма читать не будут.

Снегурочка вздохнула и посмотрела на меня с сочувствием:
— Канцелярия дала три дня на то, чтобы вы утрясли разногласия и представили план работы. Иначе всех троих отправят в Чистилище. На перевоспитание. К амброзии.

Кот Баюн спрыгнул со шкафа, потянулся и философски заметил:
— Кажется, Степан, твоя практика никогда не кончится. Зато скучно не будет. Вещий Олег требует ремонта судьбы, Дед Мороз требует кондиционер, а Кощей сейчас, наверное, ищет, где бы спрятаться на ближайшие триста лет.

И я понял, что он, как всегда, прав.

Где-то в сердце системы замигал красный огонек ошибки, а на моем старом телефоне, впаянном в руническое дерево, высветилось новое сообщение от «1С:Душа»: «Внимание! Обнаружено 2 критические аномалии: Князь (Змей) и Мороз (Жара). Рекомендуется запуск протокола „Степан, разберись“. Удачи, ты нам нужен живым».

Я закрыл лицо руками. Это будет очень, очень долгий год. Даже для бессмертных.

Приказ о слиянии

Кабинет Кощея, который после ремонта и свадьбы начал наконец-то напоминать нормальное рабочее место, теперь больше всего походил на филиал Чистилища после взрыва типографии. И это я ещё не учитывал визитёров.

Я сидел за своим столом (мне наконец-то выдали официальный) и смотрел на троих существ, которые только что перевернули мою загробную жизнь с ног на голову.

Слева, развалившись на стуле и брезгливо рассматривая свои когти (которых час назад не было), сидел Вещий Олег. Великий князь, покоритель Хозар, человек, чьё имя гремело от Новгорода до Царьграда. Сейчас он походил на очень злого, очень бородатого IT-аудитора, которому только что сказали, что его проект закрыли из-за бага в седьмом поколении. Поверх кольчуги он так и не снял офисный пиджак, отчего выглядел как участник корпоратива «Стиляги Древней Руси». В руках он крутил свою знаменитую табуретку, которая, как я подозревал, была не просто мебелью, а мощнейшим артефактом.

Справа, занимая собой полкабинета, восседал Дед Мороз. Огромный, в шубе, расшитой звёздами и логотипами (я разглядел «Microsoft Teams» и «Яндекс.Такси»), он держал на коленях планшет и тыкал в него пальцем толщиной с мою руку. От него веяло холодом, но не таким, от которого мёрзнут руки, а тем, от которого мёрзнут души — сухим, канцелярским, чиновничьим холодом.

Рядом с ним стояла Снегурочка — единственная, кто не излучал агрессию. Она напоминала мне Ведану в первый день знакомства: такая же сосредоточенная, слегка растерянная от окружающего хаоса, но с железным стержнем внутри. Вместо посоха у неё был стилус для планшета, а вместо боярской шубы — строгий кардиган.

За моей спиной, на шкафу, сидел Кот Баюн и демонстративно умывался, показывая, что он тут вообще ни при чём.

В дверях, зажатая между Горынычем и Кикиморой, стояла Ведана. Моя Ведана. Она пришла с новым компотом (вишнёвым, антистрессовым) и теперь смотрела на происходящее так, будто мы решили устроить в отделе филиал Кунсткамеры.

— Итак, — я нарушил тишину, которая длилась уже целую минуту. — Давайте по порядку. Князь, вы говорите, что система ошиблась и записала вас в… рептилоиды?

— Не в рептилоиды, — Олег снова выпустил когти и тут же спрятал их обратно, смутившись. — В «особо опасный элемент с высокой вероятностью мутации». Я, между прочим, князь! У меня дружина, флот, я щит на врата Царьграда прибивал! А ваша «1С» выдаёт мне направление: «Рекомендовано: инкубация. Срок: вечность».

— У нас в протоколе есть такое? — спросил я у кота.

— Семьсот двенадцатый, пункт «Змей Горыныч особые случаи», — не открывая глаз, ответил Баюн. — Обычно применяется к дальним родственникам драконов, которые не смогли вовремя сдать кармический баланс. У Олега, видимо, была очень нервная жизнь.

— Жизнь у меня была, как у всех! — рявкнул князь. — Воевал, торговал, пировал. А потом этот конь… — он запнулся. — Конь, которого я боялся из-за дурацкого прогноза, издох. А я, чтобы показать, что мне плевать, пнул его череп. И оттуда вылезла эта… тварь. И укусила меня в ногу! Это разве смерть от коня? Это смерть от собственной гордости и плохой гигиены!

— А в системе это классифицировали как «контакт с неопознанной рептилией», — вздохнул я, просматривая распечатку. — Стандартная ошибка распознавания образов. Ваши в одиннадцатом веке ещё плохо отличали змей от коней. Тем более… мёртвых.

— Вот именно! — Олег стукнул табуреткой. — Я требую пересмотра дела!

— Это мы решим, — я сделал пометку в планшете. — Теперь к вам, дедушка.

— Не «дедушка», — холодно поправил Дед Мороз. — Начальник Департамента Праздничной Логистики. У нас тоже KPI, отчёты по радости и план выдачи подарков. А теперь, из-за этого слияния, моя Снегурочка вынуждена объяснять вашему… э-э-э… Горынычу, почему в отделе нельзя курить прямо из пасти.

— Я не курю! — возмутилась средняя голова Горыныча из коридора. — Я балуюсь!

— Балуется он, — буркнул Мороз. — Температура в его дыхании — тысяча градусов. У меня нормативы по теплосбережению, коллега. Если ваш Змей будет работать в моём отделе, мы разморозим все ведомственные ёлки до Нового года.

— Так до Нового года ещё полгода, — напомнила Ведана, ставя компот на стол.

— В Нави время относительно, девушка, — парировал Мороз. — Для меня Новый год — каждый день. Это мой бизнес. А ваш Змей — это форс-мажор.

— Не мой, — машинально поправил я.

В этот момент дверь снова открылась, и в кабинет, запыхавшись и поправляя корону, влетел Кощей. Следом за ним, с неизменной папкой, вошла Кощеевна.

— Всё, я на месте, — выдохнул Кощей, садясь в кресло. — Ведана Мудрая сказала, если я не разберу этот бардак, она заколдует меня в лягушку и сдаст в террариум к Олегу. Князь, привет. Дед, здравствуй.

— Бессмертный, — кивнул Олег.

— Мороз, — кивнул Дед.

Они обменялись взглядами, от которых у меня по спине побежали мурашки. Тысячелетний князь и тысячелетний волшебник. С двумя разными взглядами на порядок.

— Так, — Кощей взял себя в руки. — Степан, докладывай.

Я встал. Вставать перед начальником, когда ты его заместитель, было моей маленькой слабостью. Создавало иллюзию, что я всё контролирую.

— Ситуация такова, — начал я, разворачивая голограмму с приказа Канцелярии. — Небесная Канцелярия, уставшая от жалоб на дублирование функций, решила объединить три отдела: наш (контроль качества реинкарнаций), Департамент Сезонных Чудес (праздники, подарки, утренники) и Отдел Исторических Аномалий (герои, чьи судьбы пошли по кривой дорожке из-за технических сбоев).

— То есть, — подал голос Кот Баюн, — мы теперь должны не только отправлять души на перерождение, но и делать так, чтобы им там было весело, и чтобы они не обижались на ошибки прошлого?

— В общих чертах, да, — кивнул я.

— А кто будет главным? — спросила Снегурочка. — В приказе это не указано. Сказано только «утрясти разногласия».

Все посмотрели на Кощея. Кощей посмотрел на меня. Я посмотрел на потолок, где, судя по всему, начал проступать баг в матрице в виде маленького чёрного облачка.