Кошка генерала Теней. Восемь жизней до тебя

Глава 1 Я падаю между мирами, а тень находит меня.

Это была моя восьмая жизнь. Восемь попыток, восемь разных мест — и всё равно я не могла найти его. Ту единственную душу, созданную в пару моей. Я бродила по мирам, как вечный странник, а моё сердце ныло от пустоты, которую ничто не могло заполнить.

И вот я снова бежала. По мокрому асфальту мегаполиса, сквозь слепящий свет неоновых реклам и рёв машин. Я преследовала запах — едва уловимый, но бесконечно знакомый. Он манил меня, тянул за собой, как невидимая нить. В голове пульсировала одна навязчивая мысль: «Это он… Он…» Я знала. Где-то далеко, но он есть. Сердце билось в такт шагам, каждый вздох обжигал лёгкие. Я бежала, не разбирая дороги, перепрыгивала через низкие ограждения, лавировала между толпой. И в тот миг, когда я оттолкнулась, всеми четырьмя лапами, от очередного парапета, ожидая ощутить под ними твёрдую опору, её не оказалось. Я провалилась в пустоту. Не крикнула — лишь вдохнула глубже. Падение превратилось в стремительный вихрь, тьма сомкнулась вокруг, а тот самый, долгожданный запах стал вдруг осязаемо близким, обволакивающим. Запах моей истинной пары.

Я не кричала, когда мир разорвался.

Крик — роскошь для тех, кто уверен, что его услышат. Я же падала между слоями реальности, сжатая до формы, которую могла удержать. До шерсти, до когтей, до дыхания, которое не требует слов.

Камень ударил в бок. Холодный. Чужой.

Я перекатилась, цепляясь когтями за мокрую мостовую, и замерла, прижавшись животом к земле. Запахи ударили сразу — металл, дождь, магия. Много магии. Она была повсюду: в стенах, в воздухе, в самом небе.

Я подняла голову.

Город был странным гибридом двух эпох. Каменные здания с остроконечными крышами и стрельчатыми арками тянулись ввысь, но их фасады прорезали гладкие панели из тёмного стекла, по которым бежали потоки световых рун. Вместо факелов в железных скобах мерцали вмурованные в стены кристаллы, а высоко над мостовой, едва не задевая шпили, бесшумно скользили изящные магические конструкции, похожие на механических птиц из сияющего сплава.

Это был мир стихий. Я чувствовала его кожей. Камень покорно лежал подо мной, Ветер ласкал вибриссы, где-то вдалеке глухо дышало Пламя кузниц, а Тень… Тень внимательно наблюдала. Она здесь была гуще, плотнее, почти осязаемой.

Тело ныло после перехода. Моя внутренняя сила,я сама, та, что прошла через все жизни, откликалась слабо, будто свернувшись клубком от страха. Моё мурчание — мой единственный дар в этой форме — пока было лишь слабым, тёплым эхом в груди.

Мне нужно было исчезнуть. Найти щель, переждать, осмотреться, принюхаться.

Но запах крови изменил всё. Он тянулся через весь переулок, красной нитью в самом прямом смысле — тонкой аурой боли и могущества — уводя в самый дальний угол, в безлюдное место, куда хотелось скрыться и мне.

Он был тяжёлым, густым, пропитанным болью и магией. Магией — сильной, упрямой, той, что не сдаётся даже тогда, когда должна. Этот запах бил в нос, заставляя забыть об осторожности. Он был частью того самого шлейфа, что привёл меня сюда.

Я двинулась сама, не думая. Ведь теперь была уверена: это он. Так бывает — тело решает раньше разума.

Скользила вдоль шершавой стены, прячась в тенях, которые здесь были почти живыми. Они тянулись за мной, шептались на языке скрипа камня и шороха песка, но не трогали. Пока я была для них маленьким, неопасным зверем. Пока.

Под разрушенной галереей, где каменная кладка осыпалась, а магические огни мигали, словно на последнем издыхании, я увидела его.

Он сидел, прислонившись к колонне, и даже в этом положении занимал слишком много пространства. Доспехи — тёмные, словно впитавшие ночь, украшенные тонкими серебристыми линиями рун — были разорваны в нескольких местах. Наибольшая рана зияла на боку, и алая кровь, смешиваясь с дождевой водой, стекала по пластинам, чтобы бесследно исчезнуть в движущихся, ненасытных тенях у его ног. Меч лежал рядом, в пределах досягаемости руки. Лезвие было матовым, не отражавшим света.

Я замерла.

Опасность исходила от него даже сейчас, в полубессознательном состоянии. Его магия не спала — она дышала вместе с ним, собиралась в воздухе плотной, угрожающей дымкой, похожей на стаю чёрных, голодных зверей. Один неверный шаг, одно резкое движение — и от меня не осталось бы и мокрого места.

Но он был ранен. Смертельно. И этот запах… он сводил с ума.

Шагнула вперёд. Камень под лапой тихо хрустнул.

Его глаза открылись. Тёмные. Холодные. Глубинные, как колодцы в забытых лесах. В них не было ни паники, ни страха — только мгновенная, ледяная оценка угрозы и безмолвная готовность убить.

Тени у его ног взметнулись, натянулись, как струны.

Я замерла на месте, а затем медленно, очень медленно опустилась на камень, вывернувшись и показав незащищённый живот — жест древний, универсальный, понятный даже тем, кто давно забыл язык зверей. Жест полной покорности.

— …Кошка? — его голос был хриплым от боли, но твёрдым.

Я не ответила. Не могла.

Вместо этого я сделала то единственное, что умела в этом облике. Подошла ближе.

Он напрягся. Пальцы в перчатке судорожно сжали рукоять меча. Я кожей чувствовала, как его магия вздыбилась, заколебалась на грани удара… и застыла.