Сектор 51. Солнечная система. Орбита Юпитера.
На большом голографическом дисплее вращалась проекция голубой планеты, с белыми прожилками облаков.
Кайрен Орваль сидел откинувшись в кресле положив ноги на гладкую панель управления звездолетом. Сенсорные кнопки ярко светились неоновым светом, на фоне тускло освещенного капитанского мостика. Посередине, под дисплеем стальным блеском сверкала надпись “Некс”
— Красиво… — пробормотал Кайрен глядя на проекцию планеты.
— Капитан, согласно пункту три служебной инструкции «О поддержании боевого духа командного состава», я обязан доложить, что ваш новый скафандр красного цвета визуально улучшает ваши антропометрические показатели. А если коротко он вам очень идет.— послышался позади монотонный голос помощника капитана.
– Хм, ты правда так считаешь? — удивился Кайрен
Он встал с кресла и подошел к идеально плоской стене, выделяющийся на фоне плавно изогнутых линий интерьера звездолета.
– Некс, зеркало! — скомандовал капитан.
Стена превратилась в огромную отражающую поверхность. Кайрен позировал, словно на подиуме, и улыбался от счастья, глядя на свое отражение. Скафандр переливался рубиновым цветом в лучах потолочного прожектора. По гладкой блестящей поверхности космических доспехов скользили белые нити света, сходясь в круглый энергетический накопитель на груди капитана.
— Да чтоб твои микросхемы, прожег ионный ветер! — закричал Кайрен повернувшись к своему помощнику— Арк, ты же долбаный дроид, Ты просто набор алгоритмов! Да еще и устаревшая модель! Откуда тебе вообще знать идет мне костюм или не идет? Я и без тебя знаю, что я в нем безупречен! — он встал в позу перед зеркалом, сложив руки на груди и подняв подбородок. — Вселенная у моих ног!
— Прошу прощения, капитан, я переоценил необходимость подтверждения очевидных фактов и мне , разумеется, не хочется вторгаться в столь важный процесс взаимного обожания вас и вашего отражения, но вынужден сообщить, что до прохода горизонта врат сектора 51 я успел получить сообщение от вашего отца. Вы хотите прослушать его?
— Да чтоб меня разорвало гравитацией! Он точно знает, что я опять опоздал по срокам! Ничего хорошего я там не услышу!
— Да вы правы. Я, разумеется, не настаиваю, но если верить моим скромным аналитическим способностям, отцовский гнев в этом сообщении превышает все предыдущие рекорды, как минимум на двенадцать процентов. Так включить запись?
Кайрен сел в кресло, откинул спинку и закрыл глаза.
— Давай включай…— выдохнул он.
— Есть капитан!
Из динамиков раздался гневный голос пожилого человека:
“Какого ксарианского упыря тебя до сих пор нет в секторе пятьдесят один?! Ты вообще читаешь служебные каналы или окончательно превратил мой корабль в прогулочную яхту? Из сектора 51 пришёл красный код. Красный, Кайрен. Это значит — всё бросил и летишь! А ты где болтаешься? На какой-нибудь заповедной планете, пьёшь ионные коктейли и делаешь вид, что проверяешь работу наблюдателей?
Подними свою задницу из шезлонга, запускай варп и прыгай через ближайшие врата в сектор пятьдесят один!
Если ты ещё раз облажаешься на заповедной зоне…
Если ещё раз твои выходки окажутся в отчетах Совета…
Звездолёт ты мне вернёшь. И будешь сидеть в канцелярии приемной комиссии, разбирать анкеты кадетов и ставить печати до конца своей жизни.Поверь, сын, через неделю такой работы ты сам попросишься на рудники ксарита!
Ради всех звёзд, Кайрен… — голос отца на мгновение стих, а затем прозвучал уже устало, почти обреченно: — Постарайся на этот раз ничего не испортить!”
На капитанском мостике воцарилась тишина. Было слышен едва заметный гул разогретого гравитония под поверхностью пола звездолета.
— Чего он так злится? Я все свои косяки исправлял! — Кайрен скрестил руки на груди.
— Да но приходилось привлекать дополнительных специалистов для устранения проблемы. А некоторые проблемы так и не получилось устранить.
— Это какие?
— На планете Лорен вы посадили звездолет прямо на глазах местных аборигенов. Теперь образ корабля орталианского флота – это местное божество.
— Мы же провели процедура зачистки! — возмутился Кайрен.
— К сожалению, это невозможно сделать на большом количестве свидетелей.
— Подумаешь, ну теперь у них новое божество! Что плохого в божестве?
— Вы разрушили аутентичность местной культуры. Вы разве забыли чем занимается наш Департамент заповедных зон?
— Я думаю, что мы занимаемся ерундой! Каждый раз говорю отцу, что нужно принести туда нашу галактическую цивилизацию, наши технологии. Чего жалко поделиться что ли? А Мой отец в ответ: “Незачем нести цивилизацию туда, где нет ничего ценного” и бла бла бла!
— С вашего позволения, не соглашусь. Вы говорите о благородной миссии, я же оперирую цифрами. Аутентичность культуры — это не просто красивые слова, это тридцать семь процентов дохода с туристических секторов. Вы в свою очередь портите ценные активы федерации.
— Да вот только ценные активы федерации не знают, что они кому то принадлежат. Они, как аквариумные букашки даже не могут понять, что происходит вокруг. А так хочется им открыть глаза и показать Мир! Обожаю смотреть на лица этих аборигенов, когда они видят меня. Кстати некоторые из них очень даже милые…
— Позвольте уточнить, Вы про планету Тарисса, где вас считают Богом?