Космическая Одиссея

Капитан Макаров

Глава 1

Капитан Макаров натянул на голову гермошлем и подсоединил его к костюму. Системы синхронизировались моментально: кислород, подогрев, камеры, датчики, запись данных, контроль жизненных показателей и ещё масса всего, включая такие функции, о которых не знал даже сам Александр. Одной из таких была функция, добавленная инженерами в последнюю версию костюма после жалобы Себастьяна Вельса на то, что он никак не мог почесать нос в открытом космосе, что сильно докучало ему в течение нескольких часов работы. Теперь почесать любой участок кожи можно было слаботочным импульсом, лишь подумав об этом или попросив систему голосом. Конечно, это была блажь, но инженеры не могли оставить обращение без решения. К тому же решение новых задач всегда было главным увлечением отдела, в том числе и потому, что нередко решение незначительных проблем в итоге приводило к серьёзным изобретениям.

Макаров был готов к выходу. Перед ним стояла вполне тривиальная задача. Поворотный механизм солнечной панели заело, панель следовало снять, закрепить на временном креплении, разобрать и почистить механизм или заменить его в случае необходимости и вернуть всё на место. Работа для молодого инженера или робота. Но единственный робот был занят в ботаническом отсеке, а молодых инженеров на борту не было.

Александр подошёл к верхнему шлюзу, который был расположен ближе всего к солнечной панели. Он был готов дать системе команду открыть дверь шлюза, когда почувствовал, что что-то щекочет его руку. Макаров машинально посмотрел на правое предплечье. Чуть выше кисти на руке сидела бабочка. Красивая, небесно-голубой окраски, с нежной, словно кружевной, белой полосой по краям крыльев. Конечно, он не мог почувствовать её прикосновения через костюм, это были очередные чудеса инженеров. Функция тактилизации работала по подобию активных наушников: толчок или удар глушился костюмом насколько это возможно, а лёгкое прикосновение передавалось на кожу и при необходимости усиливалось, дабы космонавт не пропустил важных взаимодействий с окружающим миром. Александр смотрел на прекрасное создание, а в голове его неслись тысячи мыслей, но ни одну из них в этот момент он не смог бы облечь словами. Оцепенение длилось пару секунд, потом бабочка вспорхнула и полетела в сторону тридцать седьмого отсека в правом крыле. Погружённый в мысли капитан Макаров открыл шлюз и вышел в открытый космос. Он машинально выполнял работу: разобрал, почистил, собрал и протестировал поворотный механизм. А голова его была занята тем ворохом мыслей, что промелькнул у него перед выходом. Бабочка. Не могло её быть здесь. Не должно было быть. Но она была.

Он думал о том, что уж раз она здесь, то лететь ей нужно было не в правое крыло, а в нижний этаж, где робот Раз копошится в ботаническом отсеке. Он гнал от себя эту мысль, как неконструктивную и вообще не о деле. Думал об опасности, которую она может представлять для корабля и лично для него. Думал о том, как она могла сюда попасть и в какой стадии своего развития: гусеницей на растениях, взятых с Мелони, куколкой в ящиках с продуктами, купленных на Кехуре, или, может, залетела уже взрослой особью на Сервегейсе? Он знал, что ни одна из этих версий несостоятельна, и всё-таки бабочка есть. Красивая бабочка. Как на Земле.

— Капитан, ваше дыхание и пульс нестабильны. Вы чем-то обеспокоены?

Чёртова система иногда раздражала Макарова, потому что порой знала о нём больше, чем он сам.

— Да, Слава. У нас на борту насекомое. Чешуйчатокрылое.

— Этого не может быть.

— Перед выходом в шлюз ты передала мне его прикосновение к правой руке через тактилизацию костюма.

Славе тоже потребовалась пара секунд для осознания.

— Значит, может.

Макаров снял панель с временного крепления и стал прикреплять на место.

— В чём проблема, капитан?

— Занеси в бортовой журнал. В поворотный механизм попала пыль. Механизм почищен, протестирован, работает в полном объёме.

— Занесла.

— Зачем нам вообще нужны эти солнечные панели, я думал, мы давно можем обходиться энергией вибрационного двигателя?

— Находясь внутри звёздной системы, мы почти полностью обеспечиваем себя солнечными панелями, свет стабилен, а вибрации в незнакомой системе могут быть непредсказуемы, так что двигатель переведён в безопасный режим.

— Как скажешь. Жираф большой, ему видней.

— Это поговорка?

— Крылатое выражение. Строчка из песни.

— Я запомнила.

Макаров вернулся на борт, снял костюм, аккуратно повесил его в ячейку и расправил складки. Он вообще очень бережно относился к костюмам и кораблю, считая их произведениями инженерного искусства. На Земле Александр всегда заходил в отдел технических разработок, и всегда не с пустыми руками. Профессия разведчика позволяла ему привозить диковинные вещи почти каждый раз. В последний раз, когда он зашёл к инженерам на чай, он принёс им камень. И всё бы ничего в этом камне, да только каждый видел его своим цветом. Двенадцать человек из отдела разработки костюмов видели двенадцать разных расцветок. Были и полосатые, и пятнистые, и ярко-жёлтый, и тёмно-синий, и безжизненно-серый. На шум пришла девушка из отдела кораблей, и уже через десять минут выяснилось, что на двадцать семь корабельщиков камень смотрит двадцатью четырьмя расцветками. Как сам Макаров понял эту особенность минерала, работая один? Не спрашивайте, длинная история.

Капитан зашёл в свой кабинет, сел в глубокое уютное кресло и погрузился в размышления.

— Слава, вызови Раза сюда.

— Да, капитан.

---

Глава 2

Капитан Александр Юрьевич Макаров был разведчиком. Бюро Исследования Галактики (БИГ) управляет одновременно одиннадцатью экспедициями к различным звёздным системам галактики Млечный Путь. БИГ является большим межнациональным проектом. Кроме Бюро, несколько частных корпораций вкладывают огромные средства в разведку и разработку полезных ресурсов нашей галактики. Некоторые уже даже начали получать от этого свою прибыль. Целью разведки считается сбор общей информации о звезде и планетах. Главным образом, Бюро интересуют минеральный состав и доступность для добычи полезных ископаемых. С тех пор как была изобретена нуль-транспортировка для межзвёздных перемещений и вибрационные двигатели для внутрисистемных, доставка ресурсов из разных уголков галактики стала потенциально выгодной и целесообразной. Кроме того, Комитет по Безопасности Космических Путешествий и всех биологов Земли интересовали сообщения о любых найденных формах жизни. С развитием космической разведки стало понятно, что инопланетяне гораздо проще, примитивнее и дружелюбнее, чем человечество привыкло изображать в фантастических фильмах и книгах. Впрочем, многие не оставляли надежды встретить то, что можно было бы назвать «разумной» формой жизни. Ведь, несмотря на внушительную цифру исследованных систем и планет, в масштабах галактики это даже не капля в море. Всё ещё впереди, утверждают оптимисты.