Котик

Глава 1. Котовников Олег.(Котик)

Спалось плохо, почему? Да потому что моя девушка Руслана (не понимаю, кто ей такое имя дал) меня кинула, сказала: «Мы не пара, ты со своей работой никогда не женишься». А? Как вам понравится? И мне не понравилось. А что работа? Да, я полицейский, сыщик, оттрубил армию, и друг меня «притащил» в полицию, я не хотел сначала, но потом согласился. Да, мне нравится работа полицейского, при поступлении на работу наш главный сказал: «Ты, Олег, правильно сделал, что к нам пришёл, работа сыщика нужная, знаешь, сколько преступлений совершается каждый день, от мелких до крупных? Не знаешь. Вот работать начнёшь, узнаешь, как сказал дедушка Жеглов, сколько на свете смрадных гадов. Наша задача — найти их да изолировать от общества, ты парень молодой, энергичный, а работа наша требует резвости, бегать придётся много».

С тем и пошло, за три года работы, что только делать не приходилось, ловить, догонять, задерживать...

Вот и сегодня с утра разбудил звонок.

Проснуться не могу... Уф... Допоздна с другом говорили, это не он? Ни свет ни заря.

— Алло? — С закрытыми глазами ответил.

— Котик, привет. Давай в отдел, у нас... происшествие. — Ответил дежурный.— Всех собираю, на выезд.

— Бегу. — Ответил.

Быстро стараюсь собраться, чертыхаясь и спотыкаясь. Не получается. Кое-как с трудом оделся, не до завтрака сейчас, но кофе выпил. Пора.

***

— Привет, что тут у нас, пожар? — Влетел в буквальном смысле слова в отдел.

Наши почти все на месте.

— Привет, Котик, нет, не пожар... Убийство, вероятно. — Ответил капитан Виктор Носов. — Сейчас выезжаем. Ждём Алёшку Панова.

Панов, как всегда, явился с какими-то перьями в волосах, ох и Алёшка, с девками, наверное, до утра прогулял.

— Всем привет, что случилось, пока я спал? Кого ограбили, убили?

Мы засмеялись.

— А ты вообще-то хоть спал? Что-то по твоему виду не заметно. Такое ощущение, что в курятнике всю ночь просидел. — Наш шутник, Димка Дорошин, не смолчит.

Снова смех с утра.

— А ты, Дорошин, спал? — Огрызнулся Алёшка. — Вот и молчи, если у самого рыльце в пушку. Тоже мне приколист.

— У меня, может, и рыльце, а у некоторых ещё и голова в пушку.

Снова ржач, хохма над этим Алёшкой, за что его только бабы любят.

— Всё, пацаны, шутки в сторону, едем. Панов, расчёска при себе есть? Кудри свои причеши, а то как со страшного суда. — Носов у нас старший, он замечание сделал.

Панов достал расчёску, причесался.

— Ну вот, похож стал на сыщика, а то ведь как слесарь. — Посмеялся Дорошин. — Ладно, прав ты, Виктор, шутки в сторону.

В УАЗике, когда уже ехали на место происшествия, спросил у друга.

— Где убийство произошло? — спросил у Санька Морозова, того самого друга, который уговорил меня идти в полицию на работу.

— На Степана Разина, говорят, женщину молодую убили. Тридцать лет с небольшим. Вот такие дела, Котик.

Котиком меня назвали здесь в отделе, когда я проставлялся, Гордеев сказал.

— Фамилия у тебя длинная, Олег, ну что это? «Котовников», давай мы тебя покороче — Котик звать будем, мы ведь как? Панов — Пан, Дорошин — Дорош, Морозов — Мороз, Носов... — Тут полковник посмотрел на капитана, потом на меня. — Ну, в общем, ты понял, Олег, о чём я.

Мы засмеялись все, и Носов тоже.

— А почему не Кот? — спросил его.

Полковник оглядел меня с ног до головы.

— Слишком молодо выглядишь, не по чину «Кот», «Котик» — самое то.

Снова на смех подняли меня.

***

Чуть было не уснул в машине, Санёк толкнул в бок: «Котик, подъём, приехали». А что Котик? Я не сплю, придремал только.

Вошли в квартиру, убитая лежала на полу в луже крови.

— Чем? — спросил Носов участкового, который, собственно, и вызвал нас.

— Вероятно, нож, и не просто кухонный, а охотничий.

— Понятно. Личность установили?

— Да. Лариса Ивановна Звягинцева, педагог, место работы — двенадцатая гимназия.

Звягинцева?! Я не ослышался? Мы с Саньком переглянулись.

— Виктор Иванович, можно мы посмотрим? Фамилия знакомая, у нас учительница в одиннадцатом была по фамилии Звягинцева. — Санька подошёл к капитану.

Он пожал плечами.

— Смотрите, не запрещается. Может, какие зацепки из прошлого появятся, не зря же кто-то её... На тот свет отправил.

Подошли поближе... Она, Лариса Ивановна, постарше стала, но всё такая же красотка.

— Семейное положение? — Виктор говорил с участковым.

— Не замужем, живёт одна. Друг есть, соседи говорили, ходил к ней кто-то... В общем, тёмная история.

— Замок не осматривали, не сломан?

Участковый вздохнул.

— На первый взгляд следов взлома нет, возможно, сама открыла, впрочем, может, у преступника ключ был. Такая вот получилась петрушка.

— Кто обнаружил труп? — никак не отреагировал на «петрушку» капитан.

— Соседка Лидия Фёдоровна Каширина, утром рано мусор вынести собралась, увидела, что у Звягинцевой дверь приоткрыта, стала звать: «Лариса Ивановна», та молчит, ну соседка звала, звала — тишина. Сама заходить не стала, позвонила мне.

Капитан посмотрел на меня.

— Котик, понятых организуй, а ты Морозов, соседей опроси, может, кто-нибудь видел что-то, может, слышал, может, даже знает друга убитой.

Потом он обратился к эксперту-криминалисту Михаилу Владимировичу Филиппову.

— Дядь Миш, ну что скажешь, когда приблизительно смерть наступила?

— Сейчас 10:00, примерно восемь-девять часов назад, между двумя и тремя ночи. Точнее скажу после вскрытия.

Кое-как нашёл понятых, и начали осмотр квартиры, всё делали тщательно, искали любую мелочь. Ничего особенного не нашли, в кошельке кредитки, деньги. Значит, ограбление отпадает.

— Панов, записывай. Носов занялся обычным делом, всё надо зафиксировать на снимках, после описать в протоколе, потом писанина с понятыми, долго провозились, наконец-то труп увезли.

— Мороз, а помнишь, она Меркулова посадила? Якобы была попытка изнасилования? — Вспомнил школьную историю. — На суде Меркулов клялся, что не думал об этом никогда.

Глава 2. Меркулов и полицейские.

Мы с Сашкой собрались к Меркулову, адрес узнали, семейное положение тоже, женат, дочке четыре года. Севка работает в сервисе автомехаником.

— Давай вечером к нему, как раз дома будут все, а днём он на работе. — предложил я.

Морозов устало вздохнул, а что ты вздыхаешь, устал? Думаешь, я нет? Да тоже устал, целый день почти на ногах, и до сна ещё не скоро.

— Котик, у Севки ребёнок маленький, надо купить что-нибудь, конфет там или шоколад, игрушку какую-нибудь.

-- Зайдём в магазин, купим, не проблема.

***

Подъехали к дому Меркулова в девятом часу. Дома ли наш Сева, какой стал? Интересно. Позвонили в дверь.

— Кто там? — женский голос.

— Откройте, полиция. — Показал в глазок удостоверение.

За дверью ойкнули, и тот же женский голос: «Сева, это полиция», мужской: «Ну и что? Открывай!». Нам открыли.

Севка посмотрел на нас. Узнал, естественно.

— Проходите, полиция, рад вас видеть. — Усмехнулся он.

— Здравствуй, Всеволод, мы к тебе по делу. И мы действительно из полиции. — Показали ему удостоверения.

Он покачал головой.

— Рад за вас. Да... И что вас привело ко мне? Я закон не нарушаю, впрочем, и не нарушал его никогда, сам не пойму, за что сидел. Меня оболгали, башку разбили, да ещё...-- Махнул рукой.

— Папа, смотри, какая у меня кукла! — К нам вбежала маленькая девочка.

Такая красивая девочка. Сева поднял её на руки.

— Красивая, такая же, как и ты. Видишь, у меня в гостях дяди, и у нас серьёзный разговор, ты, пожалуйста, к маме пойди.

— Как зовут тебя, принцесса? — Сашка улыбнулся, взглянув на девочку.

— Оля. — Ответила она.

— А меня Саша, вот это тебе. — Мороз подал ей пакет с конфетами и игрушкой. — Это от нас с Олегом.

Девочка подошла к нам, взяла пакет.

— Спасибо, Саша, спасибо, Олег. — Она посмотрела на меня своими карими глазами.

— Ну теперь к маме беги. Лена, возьми Олю, мне с ребятами поговорить надо. — Проводил девочку Севка. Он возмужал, так-то был здоровый, а сейчас... Геракл. Наверное, одной рукой без ключа гайки откручивает.

Я достал из второго пакета бутылку виски, рабочий день закончился, можно и выпить.

— Давайте немного выпьем, да поговорим в более подходящей обстановке.

Севка махнул рукой.

— Идёмте, поговорим, хотя, если честно, с людьми вашей профессии говорить не очень хочется, доверия к полиции нет.

— Вот и расскажешь нам, почему его нет. Доверия. — Кивнул я головой.

Севка достал из холодильника огурцы солёные, нарезки какие-то, поставил три стопки. Налили, выпили. Закусили.

— Правда, пацаны, не врубаюсь, что вам от меня надо.

— Поговорить, думаю, времени у тебя нет много, так вот расскажи, что тогда случилось в кабинете химии? — Сашка хлебнул воды.

— В деле всё есть, не читали? — снова усмехнулся он.

— Читали. Там нестыковок много, поэтому решили уточнить детали, думаю, тебе нужно сейчас нам всё рассказать. — Кивнул я головой.

Меркулов с минуту изучающе смотрел на меня и на Сашку, потом, видно, понял что-то.

— Неужели дело на пересмотр отправили? Или княгиня покаялась? Не верится что-то. Не того склада стерва.

— Дело в том, что Звягинцеву Ларису Ивановну убили сегодня ночью. — Сообщил ему Сашка.

— Зарезали ножом. — Подтвердил я.

Меркулов подозрительно посмотрел на нас.

— Убили? И что? Меня подозревают в убийстве?

— У тебя мотив есть. Месть. — Кивнул головой Сашка.

Севка молчал, обдумывая услышанное.

— Я никого не убивал, не насиловал и не собирался этого делать. Почему меня всегда обвиняют? Вы же знали Ларису Ивановну, не маленькие были. Понимали, какая она. Тогда я встречался с Леной, сейчас она моя жена. Мы были влюблены, оба молодые, я был на седьмом небе от счастья. И тут Лариса, что ей было нужно? Она хотела со мной переспать. Одолела. С ног свалила. Пыталась встретиться со мной везде, даже домой приходила. Я ей объяснил, что это неправильно, она мой учитель, хотя это она должна была мне объяснять, а не я ей. Вот тогда-то она решила мне отомстить за то, что отверг её. В тот злополучный день по телефону позвонила, попросила в химкабинете шкаф передвинуть, «мы с Верой никак не можем», Вера... Курилова, одноклассница наша.

Ну, думаю, они там двое, не станет же она при Верке меня разводить на секс. Зашёл, тишина, до стола дойти не успел, как меня по башке чем-то ё...ли! Да так, что в глазах потемнело. Когда в себя пришёл, не пойму, шея вся ободрана, княгиня в синяках, а у меня голова кружится, попытался подняться — никак не могу, брюки полуспущены, наружу всё... Пацаны, такого позора никому не желаю. Говорю, меня не слушают, тут полиция, что дальше? Как говорится, погрузили Севку в воронок да и увезли. Потом начался кошмар самый настоящий. Ведь я и следователю всё рассказал, и адвокату. Адвоката мне дали, но он и пальцем не пошевелил, чтобы помочь, платить нам с матерью нечем ему было. Эх!

Севка помолчал немного.

— Зато прокурор на суде просто изгалялся надо мной, а что я мог? Как защититься? Пацан, восемнадцать лет тогда было. Поверили Ларисе Ивановне, а не мне. Вы говорите, убили её? Значит, не мне одному жизнь испортила, нашёлся кто-то, не стерпел обиды. И пошла она в ад, туда ей и дорога. Я вообще всю ночь дома был, вчера на работе устал, спал как убитый. Подтвердить только Лена может, но она жена, заинтересованное лицо.

Мы молчали, слова сейчас не нужны, Севку мы знаем, учились вместе, врать он не способен. Почему тогда школа не встала на его сторону? Ни характеристик в деле нет, ничего. Очень странно. Обычная судебная халатность? Нет. Показательный суд, типа молодёжь сейчас распущенная, ученик чуть было не устроил акт насилия прямо в школе, и устроил, избиение — это своего рода тоже насилие, повторяю, насилие в стенах школы, или там гимназии, или что у нас было-то? Лицей. Учительница пострадала. А судьба парня мало кого волновала.

— Давайте ещё по одной, помянем княгиню, учительница всё-таки была. — Сашка налил снова.