Крадник судьбы

Глава 1

Глава 1

Весна была в самом разгаре. С вишнёвых деревьев дождём сыпались бледно розовые лепестки, кружились в воздухе, превращаясь в тёплую метель, а после ложились на бархатистую траву, на каменные тропинки аллей, малолюдных по раннему времени дня. В танец лепестков вплетался стройный птичий хор, приветствующий недавний восход солнца. Мир и благолепие царили в городском Императорском саду.

Покой, так любимый императорским двором, был внезапно разрушен громких цокотом каблуков и далёкими криками призыва. Первыми всполошились птицы. Они сбились с такта, загомонили невпопад. Следом лепестки вишен будто очнулись от своего однообразного танца, вмиг растеряв порядок и рассыпались в хаотичном кружении, больше похожем на испуг.

Через мгновение на аллею влетела девушка. Звонко хохоча, она понеслась по дорожке, преследуемая женскими сердитыми криками.

— Госпожа! Госпожа! Вернитесь!...

Но девушка даже не оглянулась, только рассмеялась громче и нырнула вбок, туда, где густо зеленела трава, присыпанная бледно розовым покровом главного подарка весны. Звук каблуков тотчас исчез, поглоченный мягкой травой. Девушка, подхватив длинные юбки и озорно улыбаясь, огляделась по сторонам, выбрала направление и со всех ног пустилась бежать.

Озорная улыбка девушки стала шире. В ярких, как голубые сапфиры, глазах искрилась радость. В чёрных волосах, чуть собранных у висков, путались лепестки вишен и искусно сделанные шпильки. Широкие рукава воздушного платья стали похожи на крылья, длинный подол, поднимающий вверх бледно розовые лепестки, стал подобен хвосту дивной птицы. Вся она вдруг превратилась в древнюю неудержимую богиню весны – Сатхэ – ту, что своей кажущейся хрупкостью всегда побеждает лютого богатыря зимы – сурового Шри.

Крики на аллее стали громче. Показались и преследователи. Их было пятеро. Две девушки того же юного возраста, что и беглянка, одетые в простые наряды, и три женщины лет пятидесяти, наряженные богато и ярко.

— Госпожа! Ари! Немедленно вернитсь! – громко требовала пышная краснолицая женщина, одетая в платье из чёрно-красной материи, расшитой серебристыми искрами. Остальные женщины держались чуть позади и негромко покрикивали, как исполнительные цыплята, повторяющие за своей мамой-клушкой. Пышная женщина остановилась, задохнувшись, и немелодично взвизгнула, понимая всю безнадёжность ситуации, – Немедленно!!!

Беглянка, скрытая деревьями, хихикнула, оглянулась и юркнула за ствол трёхсотлетнего вяза, который приметила и который был её целью. Широкий ствол спрятал разрумянившуюся от бега девушку, укрыл от преследования, подарив безопасность и свою защиту. Даже не переводя духа и не отдышавшись, девушка осторожно выглянула из-за ствола, проверяя достаточно ли хорошо она скрылась. Женщины растерянно оглядывались по сторонам, явно потеряв след беглянки. Пышная госпожа, уперев руки в бока, сердито трясла головой, украшенной вычурной причёской, и гневно выкрикивала приказы, не забывая призывать кары небесные на голову сбежавшей.

— Искать! Она не могла далеко убежать! Ах, эта Ари! А-ари! Немедленно назад! Несносная девчонка! Вот я тебе задам! Чего стоите?! Нужно найти эту поганку! А-Ари-И-иии…вернись!

Секундное раскаяние охватило сердце Ари, что мгновенно отразилось на её лице. Девушка перестала смеяться, прикусила губу, сморщив носик, и даже сделала движение вперёд, намереваясь показаться, но вдруг решительно тряхнула головой и, согнувшись, попятилась назад, под прикрытие защитного вяза.

— Прости, госпожа Кани, прости, пожалуйста… — шептала она, пятясь, — это моя последняя шалость… обещаю…

Внезапно она натолкнулась на препятствие. Замерла, намереваясь обернуться, но была схвачена сильной рукой. К губам прижалась крепкая ладонь, пахнущая незнакомыми благовониями. Ари трепыхнулась, пытаясь высвободиться из хватки, но это было всё равно, что мелкая букашка начнёт бороться с паутиной паука. Держали её крепко.

— Обещаю отпустить тебя, если не будешь кричать… — тихий мужской шёпот зазвучал над резко покрасневшим ушком Ари, — кивни, если поняла.

Ари, уже решившая, что госпожа Кани расставила стражников по саду, предвидя побег воспитанницы, расслабилась. Нет, госпожа Кани совершенно утратила бдительность, убаюканная послушанием Ари, потому и побег удался. Это не стражник, а случайный очевидец очередной шалости Ари. Интуиция подсказывала девушке, что он безопасен. Если бы сильный незнакомец хотел ей навредить как-то, то просто бы уволок, не вступая в диалог. Поэтому Ари тихонько кивнула.

— Сейчас я медленно уберу руку и отпущу тебя. Обещай не делать глупостей, — снова зазвучал всё тот же шёпот.

Ари снова кивнула. Ладонь, пахнувшая благовониями, мгновенно исчезла с губ, пропала и рука с тела. Ари резко обернулась, чтобы разглядеть незнакомца. Щёки заполыхали то ли от стыда, то ли от злости.

— Как вы смели хватать меня, невежа! – сдавленным шёпотом заговорила она.

Незнакомец улыбнулся одними губами. В чёрных глазах не отразилась даже капля веселья. Он склонил голову набок, отчего длинные золотые волосы, собранные в высокий хвост, рассыпались по чёрному плащу и отразили свет солнечных лучей. Маленькая прядь, выбившаяся из причёски, упала на лоб, подчеркнув отчаянную черноту необычных миндалевидных глаз и бледность лица.

— Вы, госпожа, первая напали на меня, — губы незнакомца скривила насмешка.

— И чем это я напала? – возмущённо прошептала Ари.

— Своей… — незнакомец окинул девушку взглядом, — хм… спиной. Точнее, нижней частью спины.

Ари вспыхнула ещё ярче, мгновенно вспоминая чем именно натолкнулась на незнакомца. Воспоминание заставило её задохнуться от возмущения и смущения. Ари шагнула вперёд, выставила тоненький пальчик, и яростно зашептала, захлёбываясь от злости.

— А нечего стоять там, где я прячусь! – угроза показалась Ари недостаточной. Она упрямо сжала губы, приподнялась на носочки, чтобы казаться чуть выше, но всё равно едва достала макушкой до плеча незнакомца. Поняв, что усилие было напрасным, она фыркнула и зашептала, — и вообще, вам, господин, следовало отступить назад, а не вводить девушку в смущение! Вы невоспитанны! И вообще, покиньте моё укрытие. Я его первая нашла!

Глава 2

Глава 2

Чёрный плащ взметнулся, окутывая Ари защитным коконом и ароматом благовоний. Незнакомец привлёк оробевшую девушку к себе, одной рукой крепко обхватил её за плечи, а вторую поднёс к губам. Переплёл пальцы в плетении и шепнул.

— Иллюзия…

С пальцев незнакомца слетел огонёк. Появился ветерок, закрутился вокруг Ари, взметнул полы чёрного плаща и улетел. Со стороны аллеи послышались крики госпожи Кани.

— Вот она! АРИ! Немедленно остановись! Ах ты, негодница! Все за ней! Вот я тебе… все за ней! За ней! Пока она опять чего не учудила! Ах, ты ж…

Незнакомец, смеясь, опустил взгляд на недоумевающую Ари. Девушка заметила, что улыбка теперь не только на губах, но и в чёрных глазах незнакомца. И это было очень красиво.

— Хотите посмотреть? – улыбаясь спросил незнакомец.

— А это безопасно? Меня не найдут? – отчего то смущаясь, спросила Ари.

— Совершенно. Они теперь видят вас, бегущей прямо по аллее.

—Правда? – вскрикнула Ари, удивляясь, но тут же зажала рот ладошками.

— Правда, — незнакомец отстранился, забирая с собой защитный кокон плаща и аромат благовоний. – Вы можете выглянуть, но сильно не высовывайтесь, мало ли кто бдительный за вами наблюдает.

Ари кивнула, улыбаясь, прокралась к краю ствола и аккуратно высунулась. По аллее неслась она сама собственной озорной персоной и выглядела в точности, как обычно. Следом за второй Ари бежали преследователи, но не слишком быстро. Медлительная госпожа Кани была знатнее всех, потому никто из свиты не смел её обогнать. На этом и строился расчёт Ари, когда она готовила побег. Опасность обнаружения, конечно, существовала, но даже тут судьба улыбнулась Ари, прислав незнакомца.

— О-о, — протянула Ари, наслаждаясь видом сбегающей себя, — а сколько просуществует иллюзия?

— Пятнадцать минут, — отозвался незнакомец, — этого вполне хватит, чтобы увести погоню подальше. Вы сможете покойно продолжить то, что ради чего совершили свой побег.

— Вполне хватит… замечательно!

Преследователи почти исчезли из виду и только тогда Ари громко рассмеялась. Сама богиня судьбы благоволила ей сегодня, а значит и планы все осуществятся. Ари попятилась назад, но вспомнив, чем в прошлый раз обернулась её беспечность, резко обернулась, отчего её длинные волосы взметнулись бурным водопадом. До незнакомца было ещё несколько шагов. Только сейчас Ари как следует разглядела своего случайного спасителя.

Возрастом лет на шесть старше Ари, которой месяц назад исполнилось двадцать. Красивый, несмотря на некоторую бледность, несвойственную южанам. Высокий, даже слишком. Широкоплечий. В том, как он стоял, чувствовалась уверенность и военная выправка, но не рядового солдата, а боевого мага – воина Императора. О том же намекал длинный плащ с широкими рукавами, в которых так удобно прятать зачарованные стрелки и ножи. Об этом нашёптывали складки ткани плаща, способные остановить добрую часть колюще-режущих орудий. Об этом говорила и причёска, и даже выражение взгляда чёрных глаз. Об этом просто вопила только что применённая магия иллюзий.

Досада отразилась на личике Ари, она совершенно по-детски шмыгнула носом. Незнакомец улыбался, откровенно рассматривая её. Ари вытерла остатки слёз, которые совершенно ничего не значили, просто отточенный годами навык, позволяющий добиваться желаемого, снова сложила ладони и поклонилась. Только теперь в поклоне совершенно не было издёвки.

— Благодарю, вас, господин. – Ари говорила в полный голос. Слова звучали искренне, — вы правда спасли мой день и меня. И прошу ещё раз простить меня, господин, я не успела сразу понять, кто передо мной и говорила без должного почтения. Хоть вы предупредили, что помогаете мне бескорыстно, я всё же считаю себя не вправе пользоваться вашей добротой. За чары принято платить, но у меня совершенно нет денег с собой, поэтому я прошу дать мне ваш адрес, чтобы позже я могла отправить вам достойную плату.

— А у вас злой язычок, юная госпожа, — прищурился незнакомец, — предлагать плату за бескорыстную помощь. Считаете, что всё в этом мире можно купить?

Холодные глаза незнакомца напомнили Ари о зимней ночи. Она поёжилась, но ответила, не отводя взгляда.

— В этом мире много чего нельзя купить за деньги, но чары принято оплачивать. Назовите свою цену.

— Опрометчиво просить назвать цену после услуги, — незнакомец смотрел всё так же холодно, — можно нарваться на проблемы. Вам, юная госпожа, следует быть осмотрительнее.

Ари упрямо смотрела на незнакомца. От ледяного взгляда его чёрных глаз, от едва шевелящихся при разговоре чуть припухлых губ, по коже бежал отвратительный холодок страха. Неужели она совершила ошибку? Но внезапно убивающий холод исчез из глаз незнакомца, сделав их до обиды равнодушными. Он шагнул к Ари.

— Денег мне от вас не нужно…

Вкрадчивый шёпот напугал ещё сильнее, но Ари продолжала смотреть в глаза незнакомца. Напряжение росло, заставляя сердце девушки трепыхаться в ожидании неизбежного, но вдруг мягкая улыбка изогнула губы незнакомца. Одним отточенным движением он протянул руку вперёд, коснулся головы Ари. Прядь волос скользнула по шее девушки и рассыпалась по плечу. Незнакомец продемонстрировал собственную шпильку Ари, украшенную цветком бледной розы.

— Этой платы будет достаточно, юная госпожа.

Ари вскинула руку к голове, пытаясь поправить испорченную причёску. От неосторожного движения из широкого рукава вылетела спрятанная бляшка, завёрнутая в красную ленту, и упала к ногам незнакомца. Ари вспыхнула, тотчас бросаясь к своему сокровищу, но незнакомец оказался быстрее. Девушка ещё и шагу не ступила, а незнакомец уже рассматривал бляшку и ленту. Смущённая девушка протянула руку.

— Верните, это принадлежит мне.

— Подношение богине Сатхэ? – удивлённо спросил незнакомец, подбрасывая сокровище девушки на раскрытой ладони. – Так вот куда вы так торопились…

Всё воспитание Ари слетело в один миг. Она нахально метнулась к раздражающему незнакомцу, выхватила бляшку и ленту.

Немного о литмобе

Для читателей 16+

Глава 3

Глава 3

Отказа незнакомец не принял, поэтому Ари, злобно сопя, плелась следом за ним.

— Привязался, не сотрёшь, — пробурчала она, бросив очередной возмущённый взгляд в широкую спину незнакомца.

Получилось чуть громче, чем она рассчитывала. Голова незнакомца дёрнулась в раздражённом движении, отчего золотой хвост, крепко стянутый заколкой из драгоценного обсидиана, осуждающе качнулся. Ари смущённо зашипела сквозь зубы.

— Вы не слишком вежливы, юная госпожа. – насмешливо бросил незнакомец на ходу.

— Простите, господин, — пискнула Ари, впрочем, ничуть не раскаиваясь в сказанном.

— Боги простят… а я запомню.

— Злопамятный какой, — шепнула Ари чуть слышно.

— Я всё слышу! – ещё более насмешливо отозвался незнакомец, который определённо не должен был разобрать ни словечка.

Ари на ходу хлопнула себя ладонью по лбу. У боевого мага все пять чувств обострены до предела, а значит даже едва уловимый шёпот в трёх шагах от него он не только услышит, но и разберёт каждую буковку.

— Ещё раз прошу прощения! – напевно протянула Ари, ускоряя шаг.

Незнакомец только буркнул что-то неопределённое, но замедлился, дожидаясь, когда девушка его догонит. Дождавшись этого, незнакомец пошёл неспешно, стараясь придерживаться шага Ари. Шли они молча, вскоре девушку начало раздражать это молчание, но ещё больше взгляд незнакомца, то и дело скользивший по ней. Странный взгляд – изучающий, но невидящий, внимательный, но равнодушный. В такие моменты Ари ощущала себя маленькой мышкой, за которой следит сытый кот. Жрать не жрёт, но и из виду не выпускает.

— Позвольте вопрос, господин, — наконец не выдержала она.

Незнакомец одарил Ари ещё одним взглядом и молча кивнул. «У него рот для красоты приделан что ли?» - мысленно возмутилась девушка. Однако вслух сказала иное.

— А что вы делали под вязом в такую рань?

Незнакомец ухмыльнулся краешком рта. Ари было подумала, что не получит ответа, но незнакомец просто сказал.

— Ждал кое-кого.

Короткий ответ совершенно не устроил Ари.

— Свидание, да? С девушкой?

Снова короткая усмешка, не означавшая ничего.

— Можно и так сказать.

Ари подождала продолжения, но незнакомец равнодушно шагал дальше, не забывая бросать свои раздражающие взгляды. Девушка негромко фыркнула, распалённая любопытством, но тут же исправилась, вспомнив о том, кем являлся её спутник и что подобные вопросы непринято задавать малознакомым людям, а тем более мужчинам.

— Прошу прощения. Ветерок нос щекочет.

Незнакомец качнул головой вместо ответа. Разговора не получалось, и было непонятно, зачем этот господин навязался в провожатые. Ари недовольно поджала губы, буркнув под нос что-то вроде «очень надо» и поймала падающий вишнёвый лепесток. С досадой отбросив его в сторону, она ускорила шаг, чтобы просто отойти подальше от раздражающего незнакомца, который даже беседу поддержать не желает, а чего-то прилип.

— Позвольте и мне задать вам вопрос, юная госпожа, — заговорил незнакомец, загадочным образом не отстававший от яростно шагающей Ари, — почему вы сбежали? Ведь подношение Сатхэ не является чем-то запрещённым. Вы вполне могли проделать это вместе со своей свитой, но предпочли сбежать. Почему?

Почему? Ари засопела, соображая, стоит ли отвечать, но поразмыслив, легкомысленно махнула рукой.

— Я вам отвечу, господин, — просто сказала она, поглядывая на спутника, — мы с вами незнакомцы на мгновение скрестившие пути, а значит больше не встретимся. Я не знаю вашего имени, не имею понятия, чем вы занимаетесь и кто вы. А вы совершенно ничего не знаете обо мне. Значит я могу быть откровенной. Могу открыть вам тайну. Сегодня мне положено идти совсем к другой богине, более солидной и ответственной, и молить её о милости. Свита бы меня просто не пустила к Сатхэ, поэтому пришлось сбежать. – Ари внезапно погрустнела, — скоро я перестану быть собой, а стану совершенно другой личностью. Даже мысли у меня станут другими.

— У вас скоро свадебный обряд? – догадался незнакомец.

— Он самый. – грустно подтвердила Ари, но тут же замахала руками, — вы не подумайте, мой наречённый прекрасный человек. Он добр, заботлив и внимателен ко мне. У него прекрасная внешность, превосходный характер. Он происходит из достойного во всех смыслах рода. Он безупречен и я его, возможно, не достойна.

— Но что-то вас всё равно печалит?

Ари остановилась, повесив голову. Замер и незнакомец.

— Понимаете… — девушка морщила носик, подбирая слова. Даже незнакомцу, случайному попутчику невозможно всё рассказать, — я больше не смогу носиться по садам, словно за мной гонится ветер. Не смогу громко хохотать, увидев что-то весёлое. Не смогу просто наслаждаться сладкой ватой и карамельными яблоками, купленными в торговых рядах. Не смогу встретиться с подругами без предварительного предупреждения и без сопровождения супруга. Много чего больше не смогу сделать, даже если мой будущий муж будет не против. Этого не разрешается делать достойной супруге и достопочтенной жене…

— Наоборот, — поправил её незнакомец.

— Ай, да какая разница?! – возмущённо распахнула глаза Ари и сердито уставилась на раздражающего незнакомца, — Достопочтенная жена или достойная, суть в том, что ходить мне придётся плавно, речи вести разумные, улыбаться сдержанно. И вообще, я стану унылой копией себя самой, обречённой соблюдать сотни правил, которые станут моей жизнью, дабы не опорочить ненароком доброе имя моего супруга и всего его рода. Поэтому сегодня я дала себе последний день, чтобы попрощаться с прошлым, в котором, пусть и не часто, но было место веселью. Сейчас схожу к Сатхэ, поблагодарю её за всё, а потом в торговые ряды, на главную площадь и на центральный мост, чтобы запустить фонарик. Не золотистый из дорогой бумаги, которые запускают все благородные дома, а аляпистый, совершенно дешёвый, но такой живой.

Незнакомец хитро прищурился.

— Карамельные яблоки и цветные фонарики стоят денег, а вы говорили, что при себе у вас ни копейки.

Глава 4

Глава 4

Величественная плакучая ива богини Сатхэ одиноко возвышалась над поляной. Её крона достигала небес, образуя кружевной купол, надёжно укрывавший почитателей древней богини от палящего солнца и проливного дождя. Под корнями ивы лежали многочисленные подношения – сокровища сердец её главных почитателей. Деревянные марионетки и тряпичные куклы с улыбающимися фарфоровыми лицами; немудрённые деревянные кораблики с бумажными парусами; вертушки с цветными лопастями; деревянные сабли и оловянные солдатики, покрытые патиной времени.

Нижние ветки ивы пестрели цветными лентами и звенели колокольчиками потемневших серебряных бляшек, исписанных детскими именами.

— Интересно, сколько из них уже стали взрослыми, вырастили своих детей и ушли в прах? – задумчиво проговорила Ари, осторожно прикасаясь кончиками пальцев к бляшкам. Серебро меланхолично позвякивало в ответ на ласку. — Они так же продолжали верить в милость непостоянной Сатхэ, как в далёком детстве?

Ари вынула из рукава бляшку, завёрнутую в ленту, запрокинула голову и огляделась в поисках свободной ветки. Её высокий спутник и тут пришёл на помощь, найдя почти пустую ветку, покрытую россыпью тонких прутиков, поросших длинными листочками. На ветке красовалось несколько бляшек и тёмно-синих лент.

— Не думаю. Иначе здесь были бы не только детские игрушки. Прошу, юная госпожа, эта ветвь вполне подходит для вашей цели, — незнакомец пригнул ветку пониже, — поторопитесь, ива не любит грубости. Хоть она и гибкая, но сломать можно даже её.

Ари благодарно улыбнулась, подошла ближе, быстро привязала ленту и бляшку. Незнакомец осторожно отпустил ветку, но серебряные бляшки всё равно застучали, соприкасаясь от движения. Ари подошла к стволу ивы, положила под корни небольшой свёрток. Вздохнув, она сложила ладони, поклонилась дереву и, выпрямившись, что-то прошептала одними губами, чувствуя спиной взгляд незнакомца.

Между лопаток жутко свербело. Хотелось почесаться или дёрнуть плечами, чтобы стряхнуть назойливое внимание, но Ари, закончив молитву богине, грациозно повернулась и неспешно пошла к незнакомцу. Он наблюдал, не отводя немигающего взора чёрных глаз. Ари обошла незнакомца по дуге, остановилась, задумавшись. Несколько мгновений тишину святилища Сатхе нарушал только ветер, играющий ветвями ивы и серебряными бляшками, звучащими как колокольчики.

— Господин, — заговорила Ари, не оборачиваясь, — благодарю вас за помощь. Берегите себя. Сегодня я зажгу фонарик и для вас. Прощайте. Больше мы не увидимся…

— Как знать…— негромко отозвался незнакомец.

Даже не взглянув на своего недолгого знакомого, Ари покинула сень святилища, прошла по заросшей травой тропке и вскоре вышла на широкую дорогу. Она остановилась, испытывая непреодолимое желание оглянуться, но только дёрнула головой и быстрым шагом пошла вперёд, туда, где вовсю уже разгоралось гуляние. Над столицей зажигался палящий полдень.

Если бы Ари оглянулась, то наткнулась бы на немигающий взгляд холодных глаз незнакомца, неподвижно стоящего на самой границе тени купола ивы. Он следил за девушкой до тех пор, пока её лёгкая фигурка окончательно не исчезла из виду, скрытая разношёрстной толпой.

— Как знать, — повторил он, отступая назад.

Первым делом незнакомец прошёл под ствол ивы. Носком сапога он тронул свёрток, который Ари оставила как дар богине. От движения шёлковый платок развернулся, являя в свет немудрённое подношение –хрупкое зеркальце в перламутровой оправе, фарфоровую фигурку летящего лебедя и венок из серебряной проволоки и горного хрусталя. Недобро прищурившись, незнакомец присел на корточки, вглядываясь в подношение. Губы незнакомца скривились в оскале, обнажая белоснежные зубы. Он вытянул ладонь, которая зависла над подношением в паре сантиметров. Посидев так несколько мгновений, незнакомец резко поднялся, и позвал.

— Айго, выходи.

Из тени ивы сплелась фигура высокого мужчины. Нечёткая, как марево.

— Господин… — глухо заговорила фигура, продолжая уплотняться.

Незнакомец между тем нашёл ветку, на которую Ари привязала ленту и бляшку, притянул к себе и теперь внимательно разглядывал.

— Докладывай, — разрешил незнакомец.

Тень окончательно оформилась. В двух шагах от незнакомца стоял высокий худощавый мужчина в тёмном с серебром наряде. В чёрных волосах блестели золотые пряди, собранные в тонкие косички и украшенные на концах маленькими колокольчиками. Появившийся был чем-то неуловимо похож на незнакомца: та же стать; тот же немигающий тяжёлый взгляд, но не чёрных, а совершенно золотых глаз; те же уверенные движения воина; такое-же бледное лицо. Только мимика появившегося была более живой.

— Скорбящие так и не объявились, — хрипловато ответил Айго, с интересом следя за действиями того, кто его позвал, — разведка ошиблась. Зачем ты возишься с этими безделушками, Лэй? Они чистые, как роса. Тут только аура Сатхэ.

Незнакомец, имя которому оказалось Лэй, продолжил молча всматриваться в бляшку Ари. Простояв так некоторое время, Лэй вытянул ладонь над бляшкой. От серебряной поверхности оторвался туманное отражение и втянулось в ладонь Лэя. Недовольно цыкнув, он отпустил ветку, отчего бляшки загрохотали в истерике. Айго только ухмыльнулся. Лэй выругался сквозь зубы.

— Мне идти следом? – догадался Айго.

— Иди. На ней моя метка.

Айго хрипло рассмеялся.

— Иллюзия не помогла?

Лэй равнодушно посмотрел на Айго.

— Слепок вышел идеальный, только бессмысленный. Дева чиста, как слеза младенца.

— Абсолютно? – удивился Айго.

— Да. – Лэй вынул из рукава шпильку Ари, покрутил перед глазами, — это и настораживает. Слишком много совпадений, чтобы эта встреча была простой случайностью.

— Что тебя так в ней насторожило?

— Девушка что-то недоговаривает, — Лэй нахмурился, — а я люблю ясность.

Он и сам до конца не понимал, чем так зацепила его внимание эта птичка, случайно влетевшая под тень вяза. Он рассеянно крутил шпильку Ари между пальцев и думал. Глаза? Пожалуй, что они… слишком необычный цвет. Такой сапфировый оттенок радужки Лэй встретил второй раз в жизни. И если сегодняшняя встреча была крайне нелепой, то от первой у Лэя на память остался кривой шрам на груди, аккурат напротив сердца.

Глава 5

Глава 5

Мэв нигде не было. Ари крутила головой, поднималась на носочки, но подругу найти не выходило. Мешала толпа, заполняющая дорогу. Люди толкались, натыкаясь на стоящую на пути Ари и недовольно ворчали.

— Опять опаздывает! Никогда вовремя не приходит! – возмутилась Ари, подхватывая юбку и выбираясь из толпы к краю арочного моста, где было меньше народу.

Вбежав на мост, девушка забралась на широкие перила и уселась, свесив ноги над рекой. Под мостом проплывали маленькие лодочки, в которых миловались парочки, а лодочники управляли лодками, притворяясь, что им не интересны милования молодёжи. Впрочем, может и не притворялись. Если каждый день на протяжении десятка лет видеть такие страсти, то реагировать точно перестанешь. Наешься сладкой патоки любовных речей.

Из толпы раздался звонкий голос, в котором Ари тотчас признала Мэв.

— Ари! Ари! Эй! Я тут!

Обернувшись на крик, Ари увидела Мэв – раскрасневшуюся королеву мужских сердец Остера, а теперь и столицы. Как всегда свежая Мэв одним взмахом пушистых ресниц раздвигала толпу, которая волнами расходилась в стороны, дабы ничем не испортить совершенства идущей быстрым шагом рыжеволосой девушки в скромном наряде адептки Академии Чар. Даже вездесущая пыль и палящие лучи солнца старались не прикасаться к красоте Мэв, чтобы ненароком не испортить воплощённую безупречность.

— И как это у неё всегда получается? – задумчиво протянула Ари, перекидывая ноги через перила и спрыгивая на мост.

Подойдя, Мэв горделиво приосанилась, встряхивая густой рыжей копной, отчего в волосах мелодично зазвенели вплетённые колокольчики. В зелёных в коричневую крапинку глазах зажёгся огонёк радости. Ари сразу догадалась, о причинах, но вопросительно воскликнула, желая услышать подтверждение догадки.

— Сдала?!

— Да! – воскликнула Мэв, хватая подругу за руки, — первый ранг!

— Поздравляю!!!

Девушки, крича на все лады и держась за руки, восторженно запрыгали по кругу в победоносном танце. Прохожие поглядывали на них с улыбками, совершенно не догадываясь о причинах веселья. Когда первая волна радости схлынула, танец остановился сам собой.

— Я так рада за тебя, Мэв!

— А я-то как рада, — хмыкнула Мэв, поправляя сбившуюся причёску, — первый ранг получили всего трое, остальные на пересдачу в следующем году. Одно обидно, до десятого ранга мне придётся ещё лет пять-семь потеть и грызть гранит науки. А некоторые куски гранита крайне нудные…

— Кто бы сомневался, что развитие магического потенциала не всегда в радость, — хмыкнула Ари, вынимая из рукава крохотный свёрток и протягивая его подруге, — вот держи. Чтоб гранит подсластить.

— Яблоки? Ранетки? В красной карамели?

— Они самые. Лопай и побежали, уже три пополудни, скоро процессия начнётся. А я ничего не хочу сегодня пропустить. Тем более шествие Мастера Смерти к Спящему.

Мэв развернула свёрток, вынула одно яблоко в карамели, сунула в рот, а остальные спрятала в напоясную сумочку.

— На ходу поем, — невнятно сказала она, беря Ари за руку, — мне тут места заняли. Надо успеть, а то желающих многовато.

Девушки торопливо пробирались сквозь толпу, которая становилась только гуще. Мэв была права, желающих посмотреть на кортеж Мастера было много. Мастера Смерти появляются в Империи от силы раз в одно-два столетия, а женятся и того реже, предпочитая образ жизни уединённый и таинственный.

Через сорок минут, свеженькая, как майский день, Мэв вывела взмокшую Ари к трибунам, специально установленным вдоль дороги ради шествия. Несколько мгновений Мэв крутила головой, высматривая кого-то на втором уровне трибун, предоставляя Ари шанс передохнуть. Но девушка не успела толком перевести дыхание, как Мэв уже опять тянула её куда-то. Отдавшись на волю подруги, Ари просто шла, увлекаемая вперёд и вверх. Вскоре Мэв свернула в сторону, ведя Ари за собой. Ещё несколько минут ходьбы и девушки остановились у троицы парней, которые сразу же расплылись в улыбках перед Мэв.

— Мэв… Мэв… ты пришла… — хором загомонили они, восхищённо глядя на девушку.

— Ребята, — мелодично отозвалась Мэв, отправляя парней в нокаут очередным взмахом ресниц, — спасибо, что посторожили. Оставьте нас, будьте любезны.

Разочарование отразилось в глазах парней, явно мечтавших о возможности провести этот час в компании красавицы, но Мэв не дала им не шанса, послав повелительный взгляд из-под стрел ресниц. Парни мгновенно поникли и безмолвно исчезли, оставив девушкам самые удобные места.

— Фух! Вот и замечательно, — выдохнула Мэв, облокачиваясь на хлипкие перила, — пойдём. Смотри, как и обещано – лучшие места. Тут до храма всего метров пятьсот, значит мы увидим всё самое лучшее в шествии. Наслаждайся, подруга!

Ари благодарно улыбнулась и выдохнула, понимая, что прогулка наконец окончена и можно дать отдых уставшим ногам. По примеру подруги она облокотилась на перила и принялась с интересом посматривать на пустующую пока дорогу, по которой уже расстелили чёрное сукно, расшитое золотой вязью.

— Красиво, — протянула восхищённая Ари.

—А? ты про что? – закрутила головой Мэв, — а про ткань… это не просто красиво. Это защитные знаки, чтобы никто не мог напасть на Мастера и сорвать шествие.

— На него могут напасть? – удивилась Ари, — он же Мастер Смерти, разве есть желающие потягаться с ним? Кто будет осознанно идти на гарантированную гибель?

Мэв самодовольно усмехнулась, в очередной раз поражаясь неосведомлённости подруги, далёкой от хитросплетений интриг и течения магических сил.

— Потому и желающих много, что он Мастер Смерти. Один он сумел пошатнуть баланс сил так, что на Императора не то, что покушаться, смотреть боятся. Однако, если найдётся тот, кто совладает с его силой, то нам всем почти наверняка крышка. Этот кто-то должен быть очень могучим. Или хитрым, – Мэв вдруг хихикнула, прикрыла рот ладошкой и склонилась к подруге, а потом зашептала, — в Академии ходили слухи, что самая большая опасность для шествия сам Мастер Смерти.

Глава 6

Глава 6

— Ну ты даёшь! – восторженно протянула Мэв и ткнула в сторону Ари обглоданной куриной ножкой, — нахамить самому Мастеру Смерти… Я в восторге от тебя, подруга. Беги теперь подальше, чё я ещё могу сказать. Царствие тебе небесное вместо земного счастья в предстоящем браке. Ага. Надгробье тебе закажу из голубой яшмы. Под цвет глаз.

Мэв гнусно захохотала.

— Всё так паршиво? – уныло простонала Ари, откидываясь на спину.

Мэв бурно закивала, придвинулась к подруге и жарко заговорила.

— Вот смотри, он же Мастер! Понимаешь? А ты его облаяла, оскорбила платой за безвозмездные чары и ещё использовала как рабочую силу. Хана тебе, смертная. Тут даже десятый ранг огребёт по первое число, а у тебя магический потенциал как у столовой ложки, — Мэв покрутила носом, что-то взвешивая в уме, — нет. У ложки всё же повыше будет.

— Мэв, зараза! – вскипела Ари снова усаживаясь, — вот так вот ты меня утешаешь? Да?

— Слушай… у него ведь твоя шпилька. Точно проклятие наведёт, — загробным голосом заключила Мэв.

На мгновение Ари представила, как Мастер мстительно наводит проклятие на бледную розу и фантазию уже нельзя было остановить. Река, мирно несущая свои воды в метре от девушек, вдруг превратилась в огненный поток. Песок заколол остриями шипов мифического дерева мести. Сердце бухнуло в пятки. Следом уползла душа. Могильный холод охватил тело девушки, сумеречное небо вспыхнуло звездой и послало бесшумного вестника непременной гибели – лунного зверя Аю. Ари икнула.

— Ты сейчас с-серьёзно? – дрожа, спросила она у Мэв.

Мэв ткнула обглоданной куриной косточкой в Ари, а потом кровожадно провела по своей шее.

— Серьёзней некуда. Тут ещё такая оказия. Рагланд всего в дне пути от Облачных Гор. Будете с Мастером соседями. На чай ходить можно опять же, подарками в первый день весны обмениваться. – Мэв прищурилась, — Кстати, можешь завещать мне своё бренное тело? Я его продам некромантам. На опыты.

Глядя на икающую Ари, Мэв попыталась устрашающе оскалиться, но не выдержала и сорвалась в хохот.

— Нет, ты бы себя видела! – смеялась Мэв, потрясая в воздухе куриной костью, — сдалась ты ему, как собаке пятая нога! Я же говорю – он меня перворанговую чаровницу как противника не воспринимает, а уж тебя с нулевым магическим потенциалом и подавно. Он же походя тебе помог и забыл уже. Думаешь, у Мастера только и делов, что помнить об очаровательной пятой точке малознакомой девицы? Не, ну про это красавчик Лэй Сохэн может и помнит…

—МЭВ! – взревела покрасневшая Ари.

— Ой, не будь неженкой! Ты через три дня замуж выходишь, а там не только про пятую точку…

— Ну всё, Мэв, тебе конец! – не выдержала Ари.

Она подскочила на ноги, подбежала к реке и принялась черпать воду ладонями. Брызги, искрящиеся в закатных лучах солнца, полетели в Мэв, окатили её с ног до головы. Чаровница, ставшая похожа на мокрую дворовую кошку, взвизгнула, кинула в Ари куриную косточку и подскочила.

— Я буду мстить! – захохотала Мэв, сигая в воду вслед за подругой.

Ари, взвизгнув, попыталась убежать, но оскользнулась на каменистом дне и с головой ушла под воду. Испуганная Мэв поспешила на помощь.

— Ари, Ари, — запричитала девушка, хватая подругу за руку.

Но хитрая Ари вынырнула и дёрнула Мэв за собой, утягивая в воду. Через мгновение мокрые девушки вынырнули и принялись плескаться, звонко визжа и хохоча. Крики, возня, смех долго оглашали пустынный берег, пока солнце окончательно не скрылось за горизонтом, а на небе не рассыпались вечерние созвездия. Только тогда озябшие, но счастливые девушки выбрались на берег.

— Стой, — клацая зубами приказала Мэв, — подсушу.

— Угу, — послушно отозвалась Ари, дрожа от холода.

Чары сработали мгновенно. Не зря Мэв в столь юном возрасте уже вышла на первый ранг. Платья запахли горячим утюгом, волосы улеглись в причёски. Озноб исчез сразу, но Мэв решила всё же развести огонёк, который больше согревал души, а не тело. Усевшись возле костра, девушки доели припасы из корзинки. Ари вытащила приготовленные фонарики.

— Поджигай! – приказала она Мэв.

— Легко! – усмехнулась она, а потом удивлённо протянула, — а почему три?

— Один я обещала запустить за Мастера Смерти. Правда, тогда я ещё не знала, кто он, но теперь боюсь, что если не исполню обещание, то он точно нашлёт на меня проклятие. А я, знаешь ли, не желаю выглядеть на свадьбе жабой или того хуже…

— Опять ты за своё! – фыркнула Мэв, но фитили подожгла.

Цветные фонарики медленно поднялись в воздух и устремились вверх, к звёздам, подгоняемые ветром. Девушки сели на песок и замерли, наблюдая за полётом.

На Ари вдруг накатила тоска. Она подтянула колени к груди, обхватила их руками, упёрлась подбородком и печально смотрела на молчаливую реку, отливавшую серебром в отсветах восходящей луны. Она, ещё ущербная, медленно выползала из-за горизонта, заливая окрестности бледно-голубым светом.

— Чего загрустила? – тихо спросила Мэв, ощущая тоску подруги сердцем.

Ари вздохнула, оторвала взгляд от воды и попыталась передать то, что сейчас творилось в её душе.

— Не знаю, Мэв. На душе неспокойно. Тревожно, но объяснить не могу. – Ари помолчала, подбирая слова, — предчувствие беды какой-то. Не знаю…

Мэв грустно посмотрела на подругу, тяжело вздохнула, придвинулась ближе и обняла её за плечи. Несколько минут они молча сидели, прижавшись друг к другу.

— Наверное, это предсвадебный мандраж, — сказала Мэв, — говорят, все невесты переживают перед свадьбой. Ты точно уверена, что тебе уже пора замуж? Тебе только-только исполнилось двадцать, ты едва вступила в брачный возраст, а уже того… Почему твои так торопятся?

Тяжёлый вздох Ари заставил сердце Мэв сжаться от грусти.

— Свадьба дело решённое. Ты же знаешь, что мы с шестнадцати лет обручены с Таро, а о браке сговорились ещё тогда, когда нам не было и восьми. – глухо заговорила Ари, — Тогда стало известно, что на поприще чар у меня глухо, как в норе у кратора.

Глава 7

Глава 7

Сила вела себя странно. То текла ровно, то вдруг взбрыкивала необъезженным скакуном, то превращалась в иссохший навеки родник. Лэй, с детства привыкший к постоянству эфира, злился. Словно он внезапно забыл, как дышать и теперь приходилось делать волевое усилие, чтобы меха, спрятанные в груди, качали воздух, необходимый для жизни. Вдобавок ко всему, Лэй, отличавшийся крепким здоровьем, вдруг ощутил недомогание. Озноб медленно вползал в тело, пробирался к сердцу, рождал мутную пелену, норовящую забраться в его, Лэя, голову, и навести там смуту. Муть мешала думать, не давала сосредоточиться и добавляла раздражения обычно спокойному Мастеру Смерти.

Читать не получалось. Буквы расползались, строчки слипались, смысл прочитанного ускользал. Лэй в раздражении отпихнул донесения в сторону. Часть бумаг слетела со стола и осенними листьями опала на пушистый ковёр. Лэй цыкнул, приподнялся было, чтобы собрать бумаги, но передумал, сел и откинулся на спинку кресла, запрокинув голову. Теперь раздражение перекинулось на высокий потолок, который давил, как крышка гроба. Скривившись, как от зубной боли, Лэй закрыл глаза и попытался сосредоточиться, чтобы вернуть равновесие силы.

Дверь в кабинет открылась. На пороге появился Айго с дымящейся чашей в руке.

— Господин, я отвар принёс, — хрипло сказал Айго, закрывая дверь.

— Поставь на стол, — отозвался Лэй, не открывая глаз.

Айго бесшумно пересёк комнату и ответил уже от стола.

— Выпить надо. Легче будет.

Лэй молчал, чувствуя, как нарастает раздражение, которое должно было уйти. Зашелестели бумаги. Понятливый Айго наводил порядок. Лэй вздохнул и выпрямился, открывая глаза. Знакомый рабочий зал вдруг стал ненавистным, как тюремная клетка. Очередной взбрык силы заставил Лэя рвануть ворот рубашки, ставший удавкой. Айго, чувствующий господина, как самого себя, смотрел беспокойно. Лэй учуял его взгляд, качнул головой и взялся за чашу. Стенки чаши обжигали руки, но это принесло неожиданное облегчение. Лэй поднёс отвар к губам, сделал глоток.

— Докладывай, — приказал он, — читать не могу.

— Совсем плохо?

Простой вопрос вызвал приступ необоснованной ярости. Захотелось метнуть чашу в ни в чём неповинного Айго, взреветь и разнести зал, превратив его в руины. Лэй зашипел сквозь зубы, медленно выдохнул. Эфир всколыхнулся, выравниваясь.

Айго, внимательно наблюдающий за метаморфозами господина, на всякий случай отступил назад.

— Понял, не дурак. – Айго на всякий случай низко поклонился, — с какого места докладывать?

— С начала.

Лэй постарался не заметить напряжённого взгляда Айго, чтобы не всколыхнуть едва успокоившуюся силу, и сосредоточился на обжигающем питье. Отвар, как ни странно, помогал отвлечься от всего. Даже от сосущей пустоты, нарастающей в груди.

— Информации много, господин, но в ней нет ничего существенного. Обычная девушка.

Тяжёлый взгляд Лэя метнулся к Айго. Тот кашлянул и продолжил.

— Древний род Арманд, ничем особенно не выделяющийся. С магическим потенциалом беда. За всё время было всего три чаровницы, едва достигшие пятого ранга, и один маг лечебник шестого. – размеренно заговорил Айго, кося взгляд на острый меч в ножнах, стоящий на подставке в трёх шагах от Мастера, — Род занимается торговлей деревом, тканями. В собственности несколько серебряных шахт, солевые колодцы и один рудник с камнями вишу. Камни в основном мелкие, но поговаривают, что глава рода крупные оставляет себе. Девушка единственная дочь, есть ещё сын - наследник. Магический потенциал нулевой у обоих. С шестнадцати лет обручена с Таро Хвандо. Род Хвандо состоит с близких отношениях с Армандами, торговые дела часто ведут вместе. Ари Арманд близко дружит с Мэв Ферон, адепткой Академии Чар.

— Какой ранг?

— Сегодня получила первый. Магистры считают одарённой и пророчат ей хорошее будущее.

Айго замолчал. Лэй кивнул, разрешая продолжать.

— Полтора года назад Ари Арманд перенесла тяжёлую болезнь, едва не лишившую её жизни. – Айго неопределённо хмыкнул, — Болезнь едва не сорвала планы отца.

— Брак?

— Он самый, господин. Брак договорной. Тут больше капиталы и связи важны, чем счастье молодых.

— Старая история. – чаша почти опустела. Лэй ощутивший облегчение, поднял взгляд на Айго, — что-то ещё?

— Рагланд проверил. Ничего существенного. К свадьбе готовятся. Кстати, обряд очищения у жениха прошёл сегодня.

— Хмм… надеюсь, жениху так же хреново, как и мне, — с мстительным удовольствием сказал Лэй.

Айго оскалился в хищной улыбке.

— Не надейся. Магический потенциал нулевой. У него только озноб. Может несварение ещё.

Чаша пролетела в сантиметре от головы скалящегося Айго, который знал, что так и будет, а потому легко уклонился.

— Мог бы и соврать, — рыкнул Лэй, откидываясь на спинку кресла.

— Мог, но не стал. – кивнул Айго, — полегчало?

— Да.

— Я продолжу тогда. – хмыкнул Айго, — свадьба в тот же день и час, что и у тебя.

Лэй нахмурился, напряжённо посмотрел на Айго.

— Эй, ты со своей подозрительностью скоро в безумца превратишься! – взревел Айго, — знаешь, сколько ещё очистительных обрядов было сегодня только в центральном храме Спящего? А сколько брачных обрядов будет в тот же час, что и у тебя?

— Сколько?

— Знал, что спросишь, — самодовольно ухмыльнулся Айго, — тридцать четыре. Будешь всех проверять?

Лэй бессильно махнул рукой.

— Прости, я сегодня сам не свой.

— Вижу, потому не злюсь. Сегодняшний день Ари Арманд провела именно так, как говорила тебе. Единственное исключение это адептка Мэв. С чаровницей Ари встретилась незадолго до твоего обряда.

— Видел их на трибунах. Она сбежала, как только я снял маску.

— Ожидаемо, что девушка понятия не имела с кем столкнулась, потому и сбежала. После этого они обе отправились на рынок, закупили еду и фонарики. Потом долго отдыхали на берегу реки. Запустили фонари.

Глава 8

Глава 8

Весеннее тепло исчезло, словно его и не бывало. Непостоянная Сатхэ наслала на столицу серый дождь, моросящий уже третий день. Холодный, нудный и надоедливый дождь смыл краски с улиц, превратил остатки цветов вишни в грязные лохмотья. Всё стало серым, как мрачные одежды ритуальщиков, увозящих тела к месту погребения.

Уныние природы передалось Ари. Она прислонилась лбом к стеклу и молча смотрела на серую хмарь, в которую превратилось синее небо. За спиной причитала суетливая госпожа Кани.

— Ари! Ты непременно должна начать готовиться…

— Зачем? – равнодушно отозвалась Ари.

Госпожа Кани вскрикнула. Ари представила, как тётушка всплеснула руками, привычно округлила рот. «Сейчас начнётся» — подумала Ари и угадала.

— Зачем? – возмутилась госпожа Кани, — как это «зачем»?! до свадебного обряда всего шесть часов, а ты ещё даже не причёсана! Неслыханно! Невесте подлежит принять ванну с ароматными благовониями, так покровительница Меда велит, дабы тело приготовить к таинству венчания. Благовония облегчат твоё прохождение сквозь око Спящего…

Тётушка упоённо проповедовала, монотонно повторяя истины из книги Спящего – божества, что спит и видит сны о каждом живущем. Ари почти сразу перестала прислушиваться к размеренному повествованию, которое слилось с ритмом усилившегося дождя. Крупные капли забарабанили по стеклу и почти сразу слились в тонкие струйки, которые вскоре превратились в сплошной поток, окончательно смывший улицу. Мир перестал существовать. Ари вздохнула, провела пальцем по щеке и с удивлением обнаружила капли слёз.

— Тётушка, — негромко приказала она, — готовь ванну. К оку Спящего надлежит идти чистой.

Госпожа Кани осеклась на полуслове. Ари украдкой вытерла слёзы и повернулась. Лучезарная улыбка озарила её бледное лицо.

— Пора, тётушка. Время на исходе.

— Ох, деточка, — лицо госпожи Кани вдруг сморщилось, губы мелко задрожали, — ты совсем взрослая стала. Ответственная.

Тётушка всхлипнула и прижала шёлковый платок к глазам. Ари, усилием воли удерживая улыбку на губах, подошла к тётушке и обняла её.

— Ну, будет, будет, — ласково заговорила она, кивая остальным прислужницам, терпеливо ожидающим приказов, — сейчас девушки всё подготовят, а ты поможешь подобрать правильные благовония. Никто лучше тебя с этим не справится, тётушка.

Прислужницы засуетились. Захлопали двери, запахло паром и ароматными маслами. Госпожа Кани так и продолжала всхлипывать в объятиях Ари, а та и не была против. В конце концов, кто, как не госпожа Кани терпеливо сносила все шалости Ари? Кто, как не заботливая тётушка сидела возле постели болеющей девушки? Кто, как не госпожа Кани горячее всего переживала все успехи и неудачи Ари?

— Надо бы косы тебе расплести, — всхлипнула тётушка и промокнула влажные глаза платком, — я знаю такое масло, от которого твои волосы заблестят, как чистый шёлк!

Тётушка взяла Ари за руки, отступила назад. Прищурившись и всхлипывая, госпожа Кани осматривала девушку оценивающим взглядом. Ари изо всех сил старалась не показывать, что ей сейчас совсем нехорошо, что сердце сдавливает предчувствие неминуемой беды, что хочется упасть на кровать и завыть тонко, моля смирных божеств о спасении. Эта сосущая тревога как поселилась в сердце в тот прощальный вечер на берегу реки, так и осталась по сей день. Даже обряд очищения не принёс успокоения, а вопреки надеждам, только усилил её.

Чтобы не тревожить добрую тётушку, Ари просто улыбалась. Улыбалась так, чтоб у тётушки не возникло и тени сомнений в искренней радости от предстоящей свадьбы. Однако обдурить внимательную госпожу Кани было непросто.

— Ц-ц-ц, бледновата ты что-то, — посетовала тётушка, взгляд скользнул к растёгнутой у горла ночной сорочке и замер на подарке Мэв, — амулетик надо бы снять. Не подходит он к свадебному обряжению. Вот ни капли не подходит. Дешёвый слишком…

Госпожа Кани потянулась к амулету, блеснувшему рубиновой кровью, но Ари поспешно отпрянула, прижимая амулет ладонью. Может движение было слишком резким, потому как тётушка нахмурилась и изумлённо воскликнула

— Ари! Опять за своё?!

— Прости, прости пожалуйста, тётушка, — запричитала Ари, крепко прижимая амулет двумя руками, — это амулет Меды. Мэв подарила. Я его оставлю.

— Меды? – недоверчиво протянула тётушка, — ой, ли?

— Клянусь! – Ари убрала ладони, показывая амулет, на котором стояло клеймо милостивой богини, — Мэв расстаралась. По… по моей просьбе. Не могу же я всю жизнь поклоняться только Сатхэ…

Ари врала самозабвенно, но выступивший румянец едва не сдал её с потрохами. В другой день бы внимательная госпожа Кани уловила нотку лжи, но сегодня она решила, что это румянец смущения.

— Ох, ну совсем, совсем взрослая, — запричитала тётушка, вновь поднося платок к глазам, — даже про это подумала! Ох, деточка!

Предвидя новые потоки слёз, Ари схватила тётушку за руки и закружила по комнате.

— Хватит причитать, госпожа Кани, — смеялась Ари, утягивая тётушку к ванной комнате, — мы так и будем рыдать в три ручья или на свадьбу будем наряжаться? Ты не забывай, как только я отправлюсь к Спящему ты тотчас выдвигаешься в Рагланд! А когда там встретимся, будет пир! Фейерверки…

— Пусти, пусти, негодница, — причитала тётушка, но больше для виду, — совсем закружила! Ох!

Ари выпустила руки госпожи Кани и повелительно хлопнула в ладоши.

— Всё! Собираться! Быстро!

Быстрые руки расплели косы, сдёрнули сорочку и направили в пышущую паром ванну. Ари окатили остро пахнущей жидкостью, растёрли мылом и жёсткой мочалкой. Снова окатили, но теперь чистой водой. После пришёл черёд ароматическим маслам. Три пары рук втирали их в кожу и волосы, разминали плечи, растирали ладони. Затем пришёл черёд жидкого мыла, сваренного в храме Меды. Мыло пахло мёдом и летней жарой, а кожа после него светилась солнцем.

Вскоре Ари потеряла счёт намыливаниям, омовениям и намасливаниям. Она просто отдалась в верные руки прислужниц под командованием госпожи Кани, терпеливо ожидая, когда уже ей позволят покинуть ванную комнату. Ари всё пыталась найти причину тревоги, причину того, отчего так сжималось сердце, что временами становилось трудно дышать, но так и не поняла. Всё время казалось, что она что-то забыла, что-то важное, что-то жизненно необходимое. Но что?! Ответ так и не нашёлся. Ни во время купания, ни во время одевания и причёсывания.

Глава 9

Глава 9

Мозаичный пол под ногами Ари вдруг колыхнулся, утратил плотность. Сердце забилось часто, словно от бешеного бега. В голову кто-то вонзил раскалённые гвозди, причиняя бездну боли. Ари зашаталась, беспомощно хватая ртом воздух, ставший вдруг плотным. Амулет на шее истерично вибрировал, окончательно превращая сознание в спутанную паутину.

— Я… нет… вы.. – прошептала Ари, едва удерживаясь на грани сознания, — где Таро… почему?...

Слова царапали горло. Глаза обманывали. Ведь не могло быть так, что Ари сейчас тут, неизвестно где, но рядом со страшным Мастером Смерти, который держит обнажённое оружие у самого её горла.

— Отвечай! – приказал Мастер.

Лэй Сохэн с ненавистью смотрел на бледную девушку перед собой. Рука дрогнула, подчиняясь ярости Мастера. Кончик меча скользнул в сторону. Ари почувствовала, как по обожжённой коже покатилась прохладная капля. «Кровь, - поняла Ари – моя кровь». Понимание не принесло ничего, даже ужаса. Всё казалось глупой игрой, сном. Ночным кошмаром, преследующим в болезни. Полтора года назад эти сны, насланные лихорадкой, жгли тело и душу Ари огнём, лишали дыхания, запутывали сознание так, что она не различала, где реальность, а где горячечный бред.

— Опять они… — шепнула Ари, глядя в безумную тьму глаз Мастера, — опять кошмары… Это не по-настоящему. Это всё болезнь… да, она.

Вслед за воспоминаниями о болезни, накатило осознание, что надо прервать этот ужас. Вырваться из кошмара любым способом. Любым.

Девушка не успела ничего сделать. Тьма, хлынувшая из глаз Мастера Смерти затопила её, поглотила душу, выбила шаткий пол из-под ног. Мир исчез.

— Айго! – взревел Лэй, отбрасывая меч в сторону.

Он метнулся вперёд, подхватил обмякшую девушку. По мозаичному полу прогрохотали шаги верного Айго. Он остановился возле оскалившегося в ярости Лэя и увидел девушку. На его удивление, девушка была не та, что ожидали.

Не дав Айго и рта раскрыть, Лэй отрывисто приказал.

— Меч убрать. Проверь алтарь.

— Что с алтарём?

— Она поранилась, — рявкнул Лэй, — исполняй!

Айго проводил господина непонимающим взглядом, но меч поднял. Только тогда до него дошёл смысл слов. Алая капля краснела на острие меча. Айго кинулся к алтарю, всё ещё мерцающий светом Спящего. Тщательно осмотрел каждый сантиметр камня, но ничего не нашёл. Для верности проверил чарами – чисто. Алтарь остался неосквернённым.

— Ух, да что тут творится? – нахмурился Айго, быстрым шагом направляясь следом за ушедшим господином.

Господина он нашёл на площадке зимнего сада. Под мраморными колонами на кресле бессильно лежала бесчувственная Ари, а Лэй застыл в трёх шагах от неё – злой и мрачный, как кратор, вырванный из спячки. Айго замер, запуская чары.

— Что? – рявкнул Лэй, не отрывая взгляда от Ари.

Айго оскалился. Чары говорили, что от девушки, магический потенциал, который был нулевым, отчаянно несло чарами, но чарами странными. Айго такое не видел никогда. Отголоски только встречал, но не такой силы.

— Магия. Старая. – отчитался он, подходя ближе, — сейчас ещё проверю.

Айго сплёл пальцы в сложном плетении, развёл ладони в стороны, запуская направленный поиск. Огненный ветер сорвался и понёсся вперёд. Через секунду он закружился вокруг Ари. Холодное пламя лизало пальцы девушки, осторожно прикасалось к платью и причёске, ласково стелилось к ногам. Но внезапно огонь заколыхался и ринулся к шее. Капля за каплей он стекался туда, пока тяжёлым сгустком не завис над кровавым рубином амулета.

Лэй, внимательно наблюдавший за процессом поиска, негромко выругался сквозь зубы.

— Сейчас сниму, — сориентировался Айго.

— Осторожно, проверь на защиту.

Лэй отступил назад, оставляя простор для манёвров. Айго неслышно прошёл к креслу, опустился на корточки. От скрещённых пальцев потянулась тонкая нить, вспыхивающая радугой. Кончик нити прикоснулся к тонкой цепочке, оплёл её и пополз к хрупкому замочку.

— Так… защита есть, слабая. Мгновение… — Айго свёл пальцы, но…

Тонко звякнула нить, разрываясь на ошмётки. Амулет полыхнул багрянцем, выпуская острый шип, мутно-мёртвый. Айго среагировал быстро, выплетая защиту и нападение разом. Шип свистнул и влетел в колонну, точно над головой бесчувственной Ари.

— Твою ж… — ошарашенно проговорил Айго, поднимаясь, — он же разрушиться должен был!

— Он защищается, — негромко произнёс Лэй, — этот амулет перенёс девушку ко мне. Очередное совпадение?

Лэй подошёл к креслу, присел рядом и взял Ари за ладонь, разворачивая её так, чтобы открыть внутреннюю сторону запястья, на котором полыхала брачная метка Спящего – розовый пион. Лэй поднёс свою руку и сравнил метки. Идентичные до каждого лепестка. И что хуже всего – вокруг пиона расцветала его, Лэя, родовое имя.

— Обряд считается совершимся и свершившимся. Обратной дороги нет. Проклятье, — Лэй отпустил руку Ари.

Айго, мявшийся позади господина, подал голос.

— Разреши заняться девушкой, потом всё остальное.

Лэй рывком поднялся на ноги, махнул рукой.

— Вперёд. Приведи в сознание… мою супругу.

Айго кинулся к девушке. Чары, повисшие на кончиках пальцев, медленно втягивались под кожу Ари. Бледность постепенно исчезала. Румянец медленно возвращался к её щекам и губам. Лэй, скрипнув зубами от временного бессилия, сел в кресло, стоящее напротив.

Всё, что он мог сейчас сделать – это наблюдать и ждать, когда чары Айго подействуют. Когда эта хрупкая девушка откроет свои сапфировые глаза и начнёт врать, чтобы избежать смерти, которую Мастер Смерти может ей гарантировать. И ответ девушки не имеет особого значения. Тот, кто решился на такие чары, обречён.

**********************************************

♡ А пока ждём продолжения, представляю вам ещё одну книгу литмоба “Печать судьбы”от Зои Ясиной

“Воровка против стража Империи. Соучастники поневоле”

Глава 10

Глава 10

Боли не было, но страшно хотелось пить, что даже радовало, ведь это значило, что болезнь точно отступила. Ари облегчённо вдохнула, ощущая, как остатки кошмара уходят из памяти, и пошевелилась, проверяя своё состояние. Всё тело затекло, отчего казалось чужим. Ари поёрзала, устраиваясь поудобней и попыталась позвать госпожу Кани. Но вместо слов с губ сорвалось хриплое шипение. Ари кашлянула и повторила попытку.

— Тётушка, воды…

Голос был тусклым, больным. Горло саднило. Ари кашлянула и открыла глаза.

Кошмар не исчез.

Мастер Смерти неподвижно сидел в кресле напротив. Всё ещё в свадебном облачении, которое подчёркивало бледность кожи и яркое золото волос. Глаза Мастера были закрыты. Руки лежали на подлокотниках, открытыми ладонями к верху. Грудь ровно вздымалась. Казалось, Мастер крепко спал.

Ари резко выпрямилась, закрутила головой, созерцая кошмар, который стал слишком реальным. От резких движений голова закружилась, накатила муть. Ари сглотнула, ухватилась за подлокотники и замерла. Дурнота отступила. Теперь уже осторожней, Ари подняла голову. Вокруг высились белые колоны, подпирающие высокий, полностью застеклённый потолок, сквозь который просачивался мутный сумеречный свет наступающей ночи. В просторном зале, полном воздуха, красовались чудные растения. Одни росли в кадках, другие пробивались из-под мозаичного пола, словно часть узора мозаики. Фонари, расставленные по залу, медленно загорались, не давая приближающей ночи проникнуть в зимний сад.

Умиротворяющая картина, если бы не застывшая фигура Мастера напротив.

Вопрос прозвучал неожиданно.

— Имя.

Мастер продолжал сидеть, как каменный, только губы чуть шевельнулись. Ари показалось, что это остатки кошмара говорят, но губы Мастера снова шевельнулись.

— Назови имя.

— Моё? – растерялась Ари странному вопросу.

Мастер приоткрыл один глаз, ухмыльнулся краем рта, но ухмылка вышла пугающая.

— Своё я знаю. Ты – кто?

— Ари Арманд, — уверенно отозвалась Ари.

Оба глаза Мастера открылись. Тяжёлый немигающий взгляд застыл на девушке. Ари показалось, что яркие фонари вдруг померкли, а воздух наполнился прохладой.

— Ты уверена? – глухо прозвучал очередной странный вопрос.

— Вполне…

— На руку посмотри.

Ари вскинула руку и ахнула. На запястье расцвёл пион Спящего, а вокруг застыли знаки родового имени. И эти знаки Ари не узнавала.

— Что… что это?

Мастер сказал негромко.

— Моё родовое имя. Теперь мы супруги.

— Это невозможно! – Ари соскочила с кресла, но тут же осела, — невозможно… так не должно быть… это бессмысленно!

Ужас поселился в сапфировых глазах Ари. Она бессильно уронила руки и неподвижно смотрела перед собой. От сказанного путались мысли. Ари надеялась, что это ошибка, что око Спящего случайно вынесло её сюда, что всё можно исправить, что это просто неудача. Но родовое имя уже отпечаталось на запястье, а значит, Спящий провёл обряд венчания. И это необратимо.

Мастер Смерти, всё ещё скалясь своей пугающей усмешкой, посмотрел на девушку, потом на колонну за её спиной.

— Ты просила воды. Сейчас всё будет, – сказал он и добавил, — Айго!

Айго появился сразу, словно давно ждал зова господина. В руках он держал поднос с графином и бокалом. Повинуясь лёгкому кивку господина, Айго поставил поднос на тумбу, рядом с креслом, наполнил бокал водой и протянул девушке. Ари не шевельнулась, только подняла испуганный взгляд. Айго насильно впихнул ей в руки бокал.

— Пей.

Ари поглядела на бокал, перевела взгляд на Айго и вдруг в каком-то тошнотворном страдании залпом опрокинула бокал. Вода освежила, позволила вернуться в реальность, но ясности это не принесло. Нарушить священный обряд венчания, который проводит Спящий, невозможно. Нет такой силы, которая бы могла изменить волю спящего божества, видящего сны о каждом живущем. Если только…

— Это вы! – глухо проговорила она, — это вы сделали! Только вам под силу вмешаться в свадебный обряд Спящего! Никто из ныне живущих не обладает таким потенциалом, чтобы изменить предначертанное!

Мастер смотрел на бледную от страха девушку и молчал, стараясь не сорваться в ярость, которая тяжёлыми толчками пыталась вырваться из-под контроля. Сила неподчиняющаяся, сошедшая с ума, рвалась наружу, желая растереть мелкую помеху в порошок. Разорвать защиту проклятого амулета, а потом пойти по следу за тем, кто затеял игру с ним, с Лэем.

Айго, ощутивший бурю, вмешался.

— Господин…

Взгляд Мастера метнулся к непрошенному советчику. Айго дёрнул щекой и придвинулся чуть ближе к девушке.

— Господин, — повторил он, — подумайте.

Мастер поднял чёрные глаза вверх и увидел, что ночь уже вступила в свои права. «Утром. Утром она подчинится» - подумал он.

Снова зазвучал глухой голос.

— Зачем это мне, маленькая птичка? Только для того, чтобы поймать тебя в клетку? Для чего?

Айго удивился равнодушию, зазвучавшему в голосе господина, но порадовался, что буря, кажется, миновала и сегодня вечером девушка останется цела.

— Вы Мастер Смерти. Я оскорбила вас, нагрубила. Вы решили отомстить. Наслали проклятие. – чеканила Ари, — что вам чья-та жизнь.

Мастер рывком поднялся с кресла. На его бледном лице выразилась ярость.

— Считай так. – проговорил он хриплым от сдерживаемой ярости голосом, — если что-то я и умею делать, так это забирать чужие жизни. И делаю я это превосходно. Хочешь удостовериться?

Ари молчала, боясь шелохнуться, и даже молиться не отваживалась. Она чувствовала присутствие Айго, который врос рядом, как столб, и надеялась, что он чем-то поможет. Но Айго не вмешивался.

— Амулет, что висит на твоей шее, — заговорил хриплым, сорванным голосом Мастер, — принёс тебя сюда. Откуда он?

— Амулет Меды из храма, — с трудом разлепляя губы, прошептала она.

— Из храма, — тем же хриплым голосом повторил Мастер, — сама купила? Почему снять не могу?

Глава 11

Глава 11

Ари висела безвольной куклой. Отбитые ладони горели. Голова болела от тяжёлых украшений, вплетённых в волосы, и кружилась от множества переходов, которые петляли лабиринтом. Спина ныла от неудобного положения, но всё это ни шло ни в какое сравнение с тем, что сейчас творилось на душе. Страх, ужас, паника – жуткая смесь чувств, которые свили тугой комок и давили на несчастное сердце девушки. Мастер игнорировал удары Ари, не слышал мольбы, не внимал слезам. Он просто шёл, молча неся жертву на плече. Ари казалось, что это никогда не закончится. Но смирные божества сжалились. Мастер замедлился, а потом остановился.

Одним движением он снял девушку с плеча и положил на кровать. Ари застонала, облегчённо растягиваясь на мягком матрасе, но через секунду подобралась, отползла в сторону, села и уставилась на Мастера, замершего перед кроватью. На его бледном лице отпечаталась мука, на лбу выступила испарина, мутный взгляд в никуда, губы утратили краски. Всё указывало на то, что Мастер мучается если не от недуга, то от тяжёлых мыслей. Ари непременно бы его пожалела, если бы сама не находилась в опасности. И опасность исходила от Мастера.

Собрав всю смелость, она спросила.

— Что вы хотите со мной сделать?

На удивление вышло вполне твёрдо. Мастер перевёл невидящий взгляд на девушку. Край губы дрогнул, приоткрывая зубы.

— Я не решил. – он помолчал, — пока не решил.

— Свою вину на меня и Мэв переложить пытаетесь? Думаете, это мы сговорились и сумели обойти чары Спящего? Вы в своём уме?

Чёрные глаза налились злостью. Ари тут же пожалела о сказанном, но что сделано, то сделано.

— В своём уме? – усмехнулся Мастер, — ты права, птичка. Я не в своём уме. И ты меня злишь.

Что произошло дальше, Ари не успела осознать. Смазанное движение и пугающая тьма взгляда Мастера уже рядом. Горячечное дыхание обожгло кожу, и жёсткие пальцы Мастера оказались на подбородке девушки.

— В мирах упорядоченного есть четыре неизбежности. К одной из них ты приблизилась вплотную, птичка. Попробуй клюнуть меня ещё раз, и я подарю тебе её. – Мастер посмотрел в глаза перепуганной Ари, а той показалось, что прямо в душу, — напомнишь мне, какие это неизбежности?

— Рождение, свобода, одиночество… — прошептала Ари.

— Ты назвала три. Озвучь четвёртую, — прошипел Мастер.

Ари задохнулась, не отваживаясь назвать требуемое. Но взгляд Мастера, наполненный живой тьмой, продолжал пожирать душу. Надо было это остановить, пока не стало слишком поздно.

— Смерть, — шепнула она.

Пальцы с подбородка тут же исчезли. Мастер снова стоял перед кроватью, равнодушный и страшный.

— Ты останешься здесь. Покои защищены чарами Спящего и охранными заклятиями. Никто не сможет сюда проникнуть, но и ты не выйдешь, пока я этого не позволю. – проговорил он пугающим сорванным голосом. – Если что-то понадобится, вызови слуг. Они выполнят твою просьбу.

Мастер развернулся и пошёл к выходу. У самых дверей он небрежно бросил.

— Не пытайся сбежать. Не приближай неизбежность.

Двери закрылись за его спиной и только тогда Ари осмелилась сделать вздох.

***

Лэй твёрдо знал, что случайностей не бывает. Случайность — это шанс, которым человек сумел воспользоваться, а если этот шанс использован, то какая это случайность? Поэтому поверить в то, что девушка случайно возникла в жизни Лэя, поверить было нельзя. Случайно появилась в то утро, когда Лэй ждал Скорбящих Сестёр, случайно появилась на трибунах и привлекла внимание, случайно заменила невесту во время свадебного обряда. Тройная случайность и тройной шанс, который кто-то использовал. В совпадения Лэй тоже не верил, зная, что совпадения это часть плана. Всегда. И это неизбежность, подобная смерти.

В мирах упорядоченного действовал непреложный закон, гласящий, что всё в мире должно быть уравновешенно. Чрезмерная радость и горе нарушают хлипкое равновесие. Чрезмерная слабость и сила тоже. Такой силой стал Лэй и он спровоцировал работу ещё двух законов. Не менее важных.

Первый – если равновесие нарушается, то грядут изменения, которые всё приведут в порядок. Второй – появятся силы, которые будут стремиться уничтожить источник нестабильности.

Изменения появились два года назад. Следом появилась и сила. Скорбящие Сёстры вышли из небытия, чтобы вернуть упорядоченному нужный порядок.

Но во всех законах всегда существует оговорки. За Скорбящими Сёстрами стоял кто-то ещё. И этот кто-то был таким же нарушителем равновесия, как и сам Лэй. Это значило только одно –равновесие нарушало собственные законы.

Лэй невидяще смотрел на закрытую дверь свадебных покоев. Оттуда не доносилось не звука. Девушка не пыталась сбежать.

— Охранять, — приказал Лэй слугам, застывшим перед дверью, — на любой звук реагировать. Расставить стражу по периметру. Смотреть в оба.

Лэй оскалился от пустоты, прочно засевшей внутри него после свадебного обряда. Пустота выводила из себя, приносила ощутимую физическую боль. И бессилие. Невозможность сделать то, что требовалось, злила до безумия, до исступления, которое Лэй едва сдерживал.

— Везде свои правила, — прошипел Лэй, — надо дотерпеть до утра.

Всё ещё скалясь, он посмотрел на стражников, затем на ненавистные двери, за которыми скрывалась девушка – ключ ко многим вопросам. В исступлении заметались мысли, что можно решить всё одним движением, что можно выплеснуть весь гнев и пустоту, произнеся всего одно слово. А после, дождавшись утра, спуститься в нижний мир и отыскать проклятый остров, где живут Скорбящие и используя все чары, выбить ответ. А дальше придёт свобода от всего.

Но вместо этого Лэй развернулся и пошёл прочь.

********

♡ А пока ждём продолжения, представляю вам ещё одну книгу литмоба “Печать судьбы”

от Алёны Ягинской

“Артефактор. Проклятие гиблых земель”

Глава 12

Глава 12

Серый рассвет медленно просачивался сквозь застеклённый потолок зимнего сада. Вместе со светом приходило облегчение. Пустота, холодившая душу скользкой змеёй, уползала, испугавшись рассвета. Эфир, безумный, чужой, постепенно становился тёплым, знакомым. Приручённым зверем он проникал в тело, ластился, извиняясь за непокорство и бунт, наполнял силой. Исступление и боль растворялись в сумраке нового дня.

Лэй вдыхал рассвет.

Первый луч солнца окончательно развеял бессилие. Мастер Смерти стал собой – собранным, спокойным, сильным.

Этот луч принёс не только исцеление, но и новости. В тени колонны появился Айго. Он опустился на колено перед креслом и опустил голову. Золотые пряди сверкнули, отражая утреннее солнце.

— Накажи меня, господин, — глухо проговорил Айго.

Сидящий в кресле Лэй, выпрямился.

— За что тебя наказывать, Айго?

— Я не справился.

Лэй удивлённо поднял глаза на Айго. Не справился?

— Говори.

Стоящий на колене Айго заговорил, но головы так и не поднял.

— Чаровница Мэв Ферон исчезла. Комната в общежитии Академии в разорении. Есть следы борьбы.

Виновато было, вероятно, облегчение, пришедшее с рассветом, которое подарило спокойствие. Лэй, вместо того чтобы разозлиться или вспылить, усмехнулся. Уперев голову в согнутую руку, он добродушно протянул.

— Отследить следы магии, конечно, невозможно, потому что общежитие наполнено чарами разной степени сложности. Плюс само жилое здание находится на источнике силы. – Лэй мечтательно закрыл глаза, — становится всё интересней и интересней.

Айго поднял голову.

— Я отправил людей на розыск. Магистрам не сообщил.

— Разумный выбор, — Лэй открыл глаза и мрачный огонь сверкнул в них, — чем меньше людей знают о подарочке на мою свадьбу, тем лучше. Отправь людей проверить дом жениха Ари. Заодно проверь и мою наречённую. Думаю, она поменялась местами с Ари, но всё же стоит посетить и её дом. Я полагаю, пора нам с супругой встретиться. Поговорить по душам. Чаю выпить. Травяного. Приготовь.

Лэй поднялся с кресла, потянулся, разминая оживающие мышцы, и скользящей бесшумной походкой охотящегося зверя пошёл к выходу из зимнего сада. Тихий смех понёсся под колонами, но от этого смеха холод бежал по коже. Айго проводил взглядом господина и только тогда встал с колена. Видимое добродушие Лэя ничуть не обмануло его. Ярость, присущая многим, была не так опасна, как мягкая улыбка Мастера Смерти, взявшего след. Начиналась сложная игра, в которой Мастер не желал быть пешкой.

Айго хмыкнул в предвкушении. Появилось что-то, что сумело развеять скуку Лэя. Значит, грядут весёлые временя. Улыбка скользнула на губах верного Айго, и он исчез в тени колоны, чтобы вскоре возникнуть у стражей, отдать там приказ, а потом снова исчезнуть, чтобы появится на кухне. Там он отдал распоряжения, а сам принялся колдовать над котелком. Вскоре аромат пряных трав и свежих цитрусов заполнил кухню, перебивая ароматы готовящейся трапезы. Травяной чай выходил на славу.

Спустя час Лэй, сменивший одежду и принявший освежающую ванну, сидел за столом в пиршественной зале. Напротив него жалась новоиспечённая супруга. Она сменила одежду, убрала свадебные украшения из волос, но от обязательной причёски жены отказалась, заплетя волосы в косу. Из украшений на ней был только амулет Меды.

Бледность лица Ари и тёмные круги под глазами, говорили о бессонной ночи. Дрожащие пальцы рук – о нервном состоянии. Девушка прятала взгляд за опущенными веками, руки старалась не показывать, спину держала ровно, но Лэй всё равно видел её страх. Он долго смотрел на Ари, решая с чего начать. И решил.

— Вчера я был груб, — ровным тоном произнёс Лэй, — прошу меня простить.

Девушка вздрогнула, подняла затравленный взгляд, но тут же спрятал глаза под пушистыми ресницами. Говорить она не решилась.

— Свадебные обряды плохо влияют на состояние духа магов и чаровниц, — тем же ровным голосом продолжил Лэй, — ярость сжирает нас, сила сходит с ума. Контролировать себя почти невозможно. Сила Спящего помогает преодолеть эти му́ки, однако твоё появление спровоцировало слишком сильную реакцию. Даже Спящий не сумел с ней справится. Ты понимаешь, что подменная невеста у алтаря, это не совсем обычное происшествие?

Девушка кивнула, а потом заговорила тихим голосом.

— То же самое я могу сказать и о себе. Вы думаете, что я сильно обрадовалась, увидев вас рядом с собой?

— Не думаю, — хмыкнул Лэй, поглядывая на амулет Меды. Сейчас он был спокоен, чары, заточённые в кровавом рубине, спали. – Для тебя это тоже было неожиданностью. Но было ли это неожиданностью для Мэв, твоей подруги? Знала ли она, что запечатывает на тебе? Догадывалась ли она о подарке, который приготовила на твою свадьбу?

Слова попали в цель. Девушка подняла голову, подалась вперёд. Дрожащие пальцы крепко вцепились в край стола.

— Что с Мэв? – горячо сказала она, — что вы с ней сделали?

Лэй улыбнулся. Перевёл взгляд на стол. Улыбка стала шире. Он взял нож, поднял его выше, чтобы поймать отражение солнечного луча.

— Занятно, — вкрадчиво произнёс Лэй, любуясь безупречной чистотой ножа, — ты готова разорвать горло любому, когда речь заходит о твоей подруге. Маленькая птичка смело бросается на коршуна, лишь бы не дать в обиду ту, которая привела её к этому самому коршуну.

— Ничего занятного тут не нахожу, — твёрдо ответила Ари, — это естественная реакция любого человека, чьего друга обвиняют в незаконных чарах.

Взгляд Лэя метнулся к Ари и застыл на ней. Девушка в этот раз не дрогнула.

— Откуда ты знаешь, что в незаконных? – голос Лэя стал мурлыкающим, — я этого не говорил.

Ари вспыхнула, но от своего не отступила.

— Не надо быть чаровницей, чтоб это понять. Всем известен Спящий и свадебный обряд. Невесту переносит к тому, с кем была совершенна помолвка, закреплённая обетами, которые дают в храме Спящего. Это непреложная истина.

Глава 13

Глава 13

Слуги исчезли мгновенно, едва Айго махнул рукой.

— Сюда её, — хищно приказал Мастер, поднимаясь на ноги и одним движением снося всю посуду со стола.

Истерично брызнул хрусталь, разбиваясь о мозаичный пол. С печальным хрустом распрощались с жизнью деревянные стулья, разлетевшиеся по приказу Мастера. Воздух наполнился запахом далёкой грозы и беды. Из стола выхлестнулись звонкие цепи – голубые, как лунный свет, и прозрачные, как горный воздух. Айго подхватил замершую Ари и положил на стол. Цепи тотчас же захлестнулись вокруг запястий девушки, накрест обхватили её тело, плотно оплели ноги. По цепям, затрещав, побежали зеленоватые искры.

— Какая прелесть, — оскалился Мастер, отступая на шаг, — старые чары. Очень старые. Плесенью побитые… следи за её сердцем. Чары могут быть подвязаны на него… Давай!

Мастер Смерти вытянул руку. Стол, повинуясь, вдруг встал на дыбы, поднялся в воздух и завис, поворачиваясь вокруг собственной оси. Девушка безвольно обвисла, только странные цепи удерживали её тело от падения. Мастер Смерти сложил ладони перед собой, развернул их так, что пальцы легли на запястья, а затем медленно начал разводить. Искры на цепях сошлись в безумном танце, заметались вокруг амулета, полыхавшего кровавыми отсветами.

— Господин… — Айго сплёл пальцы в перекрёстном плетении помощи, — сердце заходится!

— Удерживай сколько можешь, — глухо отозвался Мастер.

Между его ладоней нарастало мертвенное свечение, точная копия отсвета призрачных цепей. Запах грозы смешался с ароматом розового масла. И словно в ответ на это, тело Ари изогнулось дугой. Из груди вырвался протяжный стон.

— Господин! – закричал Айго, направляя очередную порцию чар к телу девушки.

— Продолжай! – рыкнул Мастер, соединяя кончики пальцев между собой.

Громыхнуло так, что задребезжали стёкла в высоких арочных окнах. Вокруг стола заметался ветер, в котором путались багровые отсветы кровавого глаза амулета.

— Крадник… — зашипел Мастер Смерти, — крадник судьбы. Дерьмо собачье!

Сотня мутных шипов прыснула в стороны, метясь в Мастера, но ветер поглотил их всех без остатка. Очередной раскат грома и багровое бешенство амулета вдруг утихло. Зелёные искры плотно оплели его рубиновый глаз. Тело Ари обмякло, удерживаемое цепями. Голова бессильно упала на плечо. Опухшие веки приоткрылись, поддёрнутый маревом страдания взгляд безошибочно нашёл Мастера Смерти. Лицо Ари при этом оставалось совершенно безмятежным, словно девушка сладко спала.

— Ты слышишь меня? – задал вопрос Мастер.

— Да, — шевельнулись губы девушки.

Лицо оставалось всё таким же безмятежным, губы едва открывались, словно за безмолвную куклу говорил чревовещатель, спрятавшийся за столом. Но видимо именно это Мастер и добивался.

— Зачем ты пришла в имперский сад? Кто отправил? – задал он первый вопрос.

— Сбежала… от всех. Сатхэ ждала… Мэв… фонари… потом нельзя, потом свадьба…никто не отправлял…

Безжизненный голос звучал монотонно. Так говорили умертвия, так пытались общаться создания тёмной пустоши. Твари, лишённые возможности решать живы они или мертвы.

— Как узнала, где я нахожусь, — задал очередной вопрос Мастер.

— Не знала… случайно нашла… дерево большое… я пряталась.

— Почему бледные розы в волосах?

— Люблю цветы…— в мутном взгляде Ари впервые промелькнул проблеск сознания, — в саду росли… дома.

Мастер заметил это и отправил к цепям очередную вспышку мертвенного света. Девушка вздрогнула, ясность из глаз исчезла.

— Лэй, не перегибай, — вмешался Айго, — сердце слабеет. Амулет пьёт её.

— Знаю, — прошипел Мастер, — вижу.

Мастер Смерти продолжил допрос, но Анри выдавала уже известную информацию. Род её и жениха, Мэв и амулет Меды, как подарок. Она ничего не знала и не подозревала ни о чём, пока не оказалась у алтаря вместе с чужим женихом. Про Скорбящих Сестёр не знала, про нижние миры знала только то, о чём знали все. Но когда Мастер начал задавать вопросы о прошлом, случилась странность. Девушка не смогла уйти далеко в воспоминания. Как только вопросы коснулись болезни, случившейся полтора года назад, Ари забилась в цепях.

— Больно! – кричала она, — нет! Хватит! Больно! Тётушка…

Мутные глаза закатились в приступе, на губах показалась розовая пена. Тело заходилось в накатывающих судорогах.

Айго, с пальцев которого эфир тёк уже постоянным потоком, бросил вопросительный взгляд на Мастера. Тот, продолжая выплетать сложные заклятия, всё равно его заметил.

— Не могу снять. Эта дрянь пьёт кровь её сердца, — дёрнул щекой Мастер, — сниму амулет – убью девушку.

— Если оставим? – нахмурился Айго.

— Смогу поддержать её жизнь, вливая свою силу, — отозвался Мастер, — пока не найдём того, кто наложил крадник. Влей в неё побольше сейчас, я попытаюсь максимально ограничить работу этой дряни…

Ветер, поднявшийся в пиршественной зале, разметал дорогие занавеси, смёл картины и вазы с цветами. Непрерывное громыхание грома оглушало. Мертвенный голубой свет метался вокруг Мастера и тёк к столу, чтобы плотным коконом оплетать тело девушки. Яркая вспышка озарила пиршественную залу, всё заволокло блеклой мутью тумана, а когда он рассеялся, то картина изменилась.

Осколки стола разлетелись по мозаичному полу. Бесчувственная девушка покоилась на руках Лэя. Айго стоял на коленях. В его чёрных волосах, тускло мерцали золотые пряди, в которых откуда-то появились соломинки.

— Я отнесу её в комнату. Надо оказать помощь. Приведи лекаря от детей разлома. – сорванным голосом приказал Лэй.

Глава 14

Глава 14

Молчание в комнате нарушало только позвякивание фарфоровой ложечки. Кант – лучший лекарь детей разлома – готовил сложную смесь, способную спасти человека даже на смертном одре. Впрочем, Ари сейчас вполне напоминала такого человека. Бескровные губы на бледном, лишённом красок лице; тёмно-синие, почти чёрные круги вокруг глаз; сумрачные тени на впалых щеках.

Вмешательство Лэя в магию кровавого рубина дорого стоила девушке. Лэй это понимал, но поступить иначе не умел. Даже после тщательной проверки осталось много вопросов. По всему выходило, что Ари случайная жертва, буквально разменная монета в игре кого-то хитроумного, однако чутьё подсказывало, что не всё так просто. Своему чутью Лэй доверял и не безосновательно. Поэтому, пока он решил выждать и понаблюдать.

Рано или поздно девушка выдаст себя. Случайным жестом, словом или действием. Лэй знал, что ей понадобиться в том случае, если она не жертва, а соучастница. К этому он был готов.

— Что там, Кант? – спросил Лэй, подходя со спины к лекарю.

Дитя разлома обернулся. Шёлком блеснули каштановые с красноватым отливом волосы, собранные в многочисленные косички. На гладком юношеском лице мелькнуло недовольство, и тут же пропало, сменившись обычным благожелательным спокойствием. Розовые губы дрогнули в улыбке – ободряющей, вселяющей надежду. Милая внешность юноши, но с ней страшно контрастировали глаза – серьёзные, полные мыслей и печалей. Казалось, их владелец пережил не одну жизнь. Такие глаза должны были принадлежать глубокому старику, а не этому розовощёкому юноше.

— Гораздо лучше, чем могло бы быть, Лэй, — бархатистым баритоном ответил Кант, — ещё пару минут и закончу. Потребуется твоя помощь, Лэй.

— Что нужно?

— Хэх, ты и сам знаешь, — Кант качнул головой, возвращаясь к чаше, в которой булькало малоаппетитное варево, — капля силы, крошка тепла, щепотка любви.

Лэй раздражённо дёрнул щекой.

— Не заводи свою любимую песню, лекарь.

Кант улыбнулся, не переставая помешивать фарфоровой ложечкой.

— Эх, Лэй. Всем это нужно. Тепло и любовь. Даже тебе.

— Это только твои слова, Кант, — сухо сказал Лэй, закладывая руки за спину.

Было понятно, что подобные разговоры лекарь и маг вели не раз, и ни разу не пришли к общему знаменателю.

— Как скажешь, Мастер. Как скажешь, — покорно согласился Кант, поднимаясь с места. Он поднял взгляд на Лэя, — пора. Всё готово.

Варево в чаше булькнуло, надулось мутным пузырём, который внезапно опал, открыв совершенно неожиданный вид. Малоаппетитное варево превратилось в радужный напиток, отсвечивающий лиловыми отсветами и испускающий аромат ирисок.

— Силы влей немного, только, чтоб дева сумела пригубить микстуру, — объяснял Кант, глядя на Лэя печальными глазами старика, — и поддержи её. Сомневаюсь, что у неё будут силы сидеть. И не противься, — хмыкнул он, глядя, на недовольный вид Лэя, — как никак, теперь она твоя супруга по закону Спящего. Ты ведь не хочешь превратить его в сны в кошмары, Лэй?

— Кант, ты до отвращения нудный, — оскалился Лэй, но покорно подошёл к кровати и сел рядом с Ари, — бери свою чашу. Побыстрей с этим покончим, не хочу тратить твоё драгоценное время, лекарь.

Лекарь только улыбнулся, беря чашу в руки. Лэй принял это как сигнал. Он осторожно просунул руку под спину бесчувственной Ари, приподнял её и уложил головой на свою грудь. Под внимательным взглядом Канта, протянул руку так, чтобы она располагалась точно над сердцем девушки и бросил взгляд на лекаря.

— Понемногу, Лэй, понемногу, — сказал тот, подходя ближе, — помни – у неё нулевой потенциал. Айго мог вливать безгранично, а ты… потенциал у тебя гораздо выше, чем у твоего помощника. И отличается полярно.

— Знаю. Следи, — кивнул Лэй.

Вокруг ладони Лэя заметался бледный свет спящих болот – голубой, мгновенно сменяющийся яркой зеленью, которая вдруг вспыхивала розовой ватой персиковых деревьев. Свет устремился к груди девушки, толчками проникая внутрь.

— Ещё немного… ещё… — повторял Кант, внимательно следивший за изменениями пациентки, — стоп. Хватит!

Свет втянулся в ладонь Лэя. Девушка пошевелилась. С порозовевших губ сорвался слабый стон. Ресницы затрепетали, приоткрывая измученный взгляд.

— Ах, умничка какая, — заворковал Кант, оказываясь рядом с Ари, — ну-ка, красавица, выпей лекарство. Сразу полегчает. Старый Кант дурного не предложит.

Пока Ари не успела ничего сообразить, Кант протянул руку, приподнял ей подбородок двумя пальцами и ткнул в губы чашу, заставляя выпить содержимое. Ари сделал первый глоток, закашлялась. Но лекарь удовлетворённо кивнул. Краски возвращались к лицу девушки, а тени отступали.

— Мастер, помоги, — ласково кивнул Кант.

Лэй осторожно приподнял девушку, у которой сил явно прибавилось, и похлопал её по спине. Ари широко распахнула глаза, но лекарь не дал ей опомниться, опрокидывая всю чашу прямо в рот. Девушка сделала большой глоток, но снова подавилась, теперь больше от испуга. Потому что Лэй решил проявить тактичность.

— Не бойся, птичка, тут не отрава.

Ари трепыхнулась, кашляя, но была остановлена руками Лэя. Кант тихонько хихикнул, унося чашу на столик. Когда он обернулся, то увидел занятную картину, которую уже и не надеялся лицезреть на своём веку. Неприступный Мастер Смерти нежно прижимал к себе совершенно оторопевшую девушку и вытирал своим собственным платком следы лекарства с её раскрытых губ.

— Дева, ты скоро поправишься. – хитровато прищурился Кант и начал собирать свой чемоданчик, — с таким-то уходом совершенно не о чем переживать. Ну и моя микстурка посодействует. А об остальном тебе твой супруг расскажет. Старому Канту пора уходить. Дела ждут.

Лекарь подхватил чемоданчик, поклонился и неторопливо покинул покои.

— Господин, — хрипло проговорила Ари, как только двери за лекарем закрылись, — не могли бы вы меня отпустить? Мне не комфортно.

Лэй вздохнул.

Глава 15

Глава 15

Ари смотрела на Мастера, в глазах которого металось отчаянное веселье. Она уже знала, что ответит ему, но эта извращённая радость злила до безумия. Мелькнула мысль, что стоит отказаться, только ради того, чтобы погасить это веселье. Ари прогнала её, потому что жизнь на кону стояла. И чья это жизнь было совершенно понятно.

— Хорошо, — сказала Ари, — будет так. Мы заключим соглашение.

Живая тьма в глазах Мастера Смерти блеснула, припухшие губы растянулись в пугающей улыбке предвкушения.

— Верный выбор, птичка.

Ари рванула ворот платья на груди, который внезапно стал тесным, и с ненавистью посмотрела на Мастера Смерти.

— Выбор? Где вы видите выбор? Это ловушка.

— Если эту ловушку расставляла не ты, птичка, то опасаться тебе нечего. – спокойно ответил Мастер, — я помогу тебе, ты – мне. Оба будем в выигрыше.

Ари тоскливо посмотрела на далёкое окно, забранное решётками. Сердце предвидело все муки, которые только грядут. Мастер Смерти вцепился в Ари и решил использовать как приманку. Что там будет, одному Спящему известно, но выбора не было. Была только клетка, толстые прутья которой смогут гарантировать выживание.

Злое безрассудство овладело душой Ари. Она смело вскинула голову, пристально уставилась на Мастера.

— Сходила замуж, — бесстрашно сказала она, и её глаза сверкнули, — знаю, что рискую сейчас всем, но какое теперь это имеет значение? – Ари подняла руку, развернула её так, чтобы Мастер видел метку Спящего, — эта метка уже обрекает меня на сомнительную радость существования, а то что вы будете поддерживать мою жизнь несёт некую иронию. Не находите? Наша связь оказалась гораздо теснее, чем казалось.

— О нет! – усмехнулся Мастер, — боюсь, ты, птичка, зря жалуешься. Помнится, ты совершенно не хотела идти за своего наречённого? Как видишь, смирные божества милостивы. Они исполнили твоё желание.

— Хм… весьма своеобразно исполнили.

— Видимо так просила, — тихо сказал Мастер, поднимаясь с места, — в целом наш спор теряет смысл. Протяни руку.

— Зачем?

— Закрепим договор, чтобы ты не решила его нарушить.

— Серьёзно? – зло рассмеялась Ари, протягивая руку, — вы шутник, господин.

Мастер Смерти только раздражённо дёрнул щекой. Он подошёл к кровати, протянул руку и обхватил тонкое запястье девушки. Ари машинально повторила его движение.

— Будет немного покалывать, — предупредил Мастер.

— Без разницы.

Мастер хмыкнул на равнодушные слова Ари. Вокруг сплетённых рук зеленью заметались тонкие нити, рождающие замысловатый узор. Ари почувствовала, как забегали мурашки по коже. Ласковые и тёплые. Стало щекотно, но внезапно щекотка сменилась резкой болью, словно мурашки решили прогрызть проходы под кожу. Ари зашипела от боли, дёрнула рукой, но выдраться не смогла. Пальцы Мастера держали крепко.

— Потерпи, — неожиданно ласково сказал Мастер, — сейчас всё закончится.

И всё стихло, повинуясь ласке в голосе Мастера. Ари выдохнула, вопросительно посмотрела на него.

— Теперь мы связаны ещё крепче, птичка. Всё, как я и обещал, — спокойно сказал Мастер, продолжая удерживать запястье Ари, — теперь обсудим нашу ситуацию.

— Руку отпустите, — сверкнула глазами Ари, — затекла.

Слова девушки вызвали очередной приступ веселья у Мастера. Он насмешливо приподнял брови и, вместо того, чтоб выполнить просьбу Ари, провёл пальцы под ладонь девушки и сплёл их с её пальцами. Ари задохнулась от возмущения, но Мастер невозмутимо сел на кровать. Ехидная улыбка заиграла на его губах.

— Ты теперь моя супруга, птичка. Привыкай к моим прикосновениям. – вкрадчиво сказал он, — и называй меня любимый. Особенно на людях.

Ари шарахнулась.

— Вы из ума выжили?

— Нет, птичка. Это часть нашего соглашения, — улыбка Мастера погасла, как закат, утонувший в облаках, — ты будешь усиленно изображать любящую супругу, а я, в свою очередь, заботливого мужа, который души не чает в тебе.

— Зачем?

— Потому что ты часть чьей-то игры. Мой свадебный обряд не для кого не был секретом, то, как ты в него попала, говорит, что именно тебя выбрали на роль триггера. – Мастер отпустил руку Ари, но продолжил сидеть, внимательно разглядывая девушку, — на тебя наложили крадник.

— Что это за дрянь?

— Ты права, это та ещё дрянь. Она ворует твою судьбу, удачу, любовь. – пояснил Мастер, — зависит от того, что выбрал маг или чаровница. Это очень древняя магия, почти исчезнувшая из миров упорядоченного. Но твоя подруга как-то сумела разыскать эти чары и не просто разыскать, а филигранно применить, изменив твою судьбу.

Ари вспыхнула, протянула руку и ткнула пальцем в грудь мастеру.

— Это. Не. Она. – раздельно произнесла Ари, — она бы никогда не причинила мне вреда.

— Ты так в этом уверена? – качнул головой Мастер, — разве?

— Да! – уверенно заявила Ари.

— А если она думала, что несёт тебе благо? Если она неверно истолковала чары? – вкрадчиво проговорил Мастер.

— Всё равно, — уже не так уверенно ответила Ари.

— Бессмысленный спор. Мы узнаем правду, только тогда, когда разберёмся в этом сложном деле. Теперь новости. Твой наречённый Таро Хвандо успешно провёл свадебный обряд со своей невестой, с которой был обручён четыре года назад. Через три дня состоится свадебное торжество, на которое стечётся множество народа.

Мастер смолк, Ари услыхала, как шумит ветер за крепкими стенами комнаты-клетки, как шаркает множество ног по невидимым коридорам, как заливается соловей на свободе. Несколько минут она прислушивалась к звукам, пытаясь понять смысл слов Мастера.

— Как такое возможно? – шепнула она, — ведь это со мной Таро был обручён.

— Крадник не просто изменил твою судьбу, он украл твою жизнь и подарил её моей бывшей невесте. – равнодушно сказал Мастер, — теперь твоя жизнь и судьба принадлежат ей. А её – тебе. Никто не помнит тебя больше. Твои малочисленные знакомые и родственники считают, что она Ари Арманд. Даже родители.

Глава 16

Глава 16

Прошло много времени, прежде чем утихли рыдания. Ари отстранилась, попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой.

— В тот вечер, когда я последний раз видела Мэв, в душе поселилось беспокойство. Предчувствие терзало меня, — шепнула она, — наверное сама судьба предупреждала, а я… решила, что это всё глупости. Предсвадебный мандраж. Отмахнулась. Зря, очень зря. Доверяла ей… Какая глупость.

Ари закрыла лицо ладонями.

— Ты уже ничего не могла изменить, — откликнулся Мастер.

Ари закивала, отняла ладони от лица и подняла взгляд. Мастер нахмурился. Взгляд Ари стал пустым, выцветшим, словно слёзы смыли все оттенки синевы из сапфировых глаз девушки. Мёртвые это были глаза.

— Господин, вы сказали, что все меня забыли, — тихо сказала Ари, — но почему вы меня помните?

Мастер по-кошачьи склонил голову к плечу, недобро прищурился, но ничего не ответил, вглядываясь в бледное лицо Ари.

— Не скажите? – тихо заговорила Ари, — не хотите или не можете?

— Не могу и не хочу, — сухо сказал Мастер, — но кое-что всё-таки объясню. Есть силы, что хотят забрать мою жизнь. Они изначально выбрали тебя и отправили ко мне. Они давно пытаются забрать мою жизнь. Не нравлюсь я им, — хищно улыбнулся Мастер, — а ты чем-то приглянулась. Подскажи, чем именно? Владеешь боевыми искусствами?

— Я? – отшатнулась Ари.

— Ты, птичка. Тебя отправили сюда с одной целью – убить меня.

— Вы бредите? – вдруг разозлилась Ари, — я в жизни ни на кого руку не поднимала и крови боюсь!

На это Мастер поднял брови и надменно усмехнулся.

— Ты правда думаешь, что забрать жизнь можно только разлив ведро крови? Наивное дитя. Существует множество вполне бескровных методов. Но не будем об этом, ты и так выглядишь недавно поднятым умертвием. Боюсь, продолжи я свою разъяснительную лекцию, ты не просто будешь похожа, ты превратишься в умертвие. – Мастер встал, подхватил Ари под руки и усадил в кресло, сам остался стоять, — всё это неважно. Тебе нужно знать, что раз я тебя помню, то это значит только одно. Это условие изначально заложили в крадник, а тебя выбрали по определённым параметрам.

Ошеломлённая Ари молчала.

— Я понимаю, что всё это кажется моими кознями, — сухо заговорил Мастер, — поэтому, мы с тобой отправимся на свадебный пир твоего несостоявшегося супруга. Ты сможешь убедиться в правдивости моих слов. Там будет вся твоя семья, друзья и…

— И Мэв может появиться, — перебила Ари его, — вы это хотели сказать.

— Именно, — кивнул Мастер, отмечая, что мертвенная бледность начала сходить с лица девушки, а во взгляде появилась осмысленность, — возможно, мы сможем ей задать пару вопросов. Ты сможешь.

Он умолчал о многом, всё ещё не доверяя девушке. Да и не в обыкновении Лэя было говорить много, объяснить причинно-следственные связи тем, в ком он не был уверен или чей статус не позволял много знать по определению. Сейчас Ари нужна была ему для выяснения деталей и использовать он хотел её по максимуму. А для этого она должна быть здоровой и весёлой, на сколько это вообще возможно в её положении. Лишение судьбы это сложная ситуация. До абсурда.

— Сейчас ты должна отдохнуть, — вздохнул Лэй, — я пришлю прислугу. Они помогут тебе привести себя в порядок. Горячая ванна тебе не помешает.

Ари машинально кивнула.

— Ужин принесут сюда. Ты слишком слаба, чтобы покидать эту комнату. Не раздумывай слишком много над своим новым положением. Обижать тебя я не стану, если ты не натворишь глупостей.

— Все глупости уже свершились, — обречённо сказала Ари.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — сухо ответил Лэй, направляясь к дверям, но остановился и не оглядываясь сказал, — вечером я навещу тебя.

Ари вспыхнула.

— Для чего?

— Не бойся, долги собирать не буду. – усмехнулся Лэй, — твоя жизнь теперь прочно зависит от меня. Чтобы амулет не выпил тебя, мне нужно вливать в тебя свою силу. Ради этого приду. Отдыхай и не о чём не тревожься.

Лэй открыл дверь, но Ари снова заговорила.

— Господин, — звонко сказала она, — истерик больше не будет. Это временная слабость. Хоть меня и лишили прошлого, одного они не сумели сделать. Они не могут забрать мою личность. Я Ари Арманд, а значит я справлюсь со всеми невзгодами и верну себе свою жизнь.

Лэй оглянулся. Ари стояла у кресла. Прямая, с гордо вскинутым подбородком. Всё ещё бледноватая от пережитого шока, но в сапфировых глазах горела ярость и решительность.

— Я рад, птичка, — улыбнулся Лэй, выходя за порог, — но теперь ты Ари Сохэн. Не опорочь моего имени и будь такой же решительной дальше.

— Буду, — звонко ответила Ари закрывающейся двери.

Лэй давно ушёл, а Ари так и продолжала стоять, глядя прямо перед собой, пока не появились девушки прислужницы.

— Мыться, — твёрдо сказала Ари, — свежая одежда, еда. И откройте окна. В покоях совсем нет свежего воздуха.

— Да госпожа, — откликнулись прислужницы.

Они засуетились, торопясь выполнить поручение новой госпожи. Застучали быстрые ноги, понеслись ароматы благовоний, растворённых в горячей воде. Из распахнутых окон потянуло вечерней свежестью.

Суета напомнила Ари о последнем дне, когда судьба всё ещё принадлежала ей. Причудилось, что вот-вот откроются двери и на пороге появится суетливая госпожа Кани. Она упрёт руки в пышные бока, качнёт головой, украшенной вычурной причёской, и сурово оглядит покои. А после раздастся громкий приказ, больше похожий на нагоняй.

— Почему ещё ничего не сделано? Ари, негодяйка, опять отлыниваешь?!

Ари с робкой надеждой глянула на открывающуюся дверь, но злая реальность напомнила о себе. В покои вошла девушка прислужница, неся в руках сложенные полотенца. Горькая обида сдавила горло Ари, в глазах защипало. Истерика собралась вернуться и обрушиться ледяным ливнем. Ари тряхнула головой, отгоняя предательскую слабость, глубоко вдохнула, и пошла за прислужницей.

Мастер Смерти был прав. Горячая ванна — это то, что сейчас было нужно Ари.

Глава 17

Глава 17

Ари, одетая в ночную сорочку и шёлковый халат, терпеливо ждала, когда девушки закончат возиться с её волосами. Как ни странно, дико хотелось есть, но причёсывание всё никак не заканчивалось. Ари вспомнила, как ловко управлялась с непокорными прядями госпожа Кани, улыбнулась и тут же погрустнела.

— Долго ещё? – чуть резче, чем намеревалась, спросила Ари.

Девушки ойкнули, заторопились. Гребень в руках одной из них дрогнул, зацепил прядь. Ари зашипела, чем ввела прислужниц в ещё большее смущение. Они внезапно опустились на колени.

— Простите, госпожа… — хором выдохнули обе.

Ари нахмурилась. Не привыкла она, что прислужницы ведут себя, как перепуганные овечки, падая на колени от каждого слова госпожи. Ари едва не подскочила на ноги, чтобы поднять девушек, но опомнилась. «Рагланд в дне пути от Облачных Гор» - всплыли в памяти слова Мэв.

— Где мы? – спросила Ари.

Девушки переглянулись. Одна из них, робко пряча глаза, осмелилась ответить.

— В родовом поместье господина Сохэна, госпожа.

Ари вздохнула.

— Я понимаю, что не на улице. Территориально где стоит этот дом?

— Облачные Горы, госпожа.

— Ясно, — нахмурилась Ари, — волосы высушу сама. Принесите ужин.

— Да, госпожа.

Девушки поднялись с колен, не осмеливаясь даже поднять взгляд на Ари, и попятились к дверям. Ари дождалась, пока они исчезнут за дверями, и только тогда встала, прошлёпала босыми ногами к раскрытому окну, где за толстыми решётками плескалась ночная тьма. Обхватив пальцами толстые прутья решётки, она приподнялась на носочки, прижалась лицом к прутьям и всмотрелась в ночь. Высоко в бархатном небе горели яркие, огромные, как чайные блюдца, звёзды. Из-за неразличимой горы медленно выползала луна, пока невидимая ещё, но чётко освещающая край неба и контур горного пика.

— Полнолуние, — прошептала Ари, прикинув что-то в уме, — сегодня полнолуние.

Взгляд от неба переметнулся к подножию горы, где блеклыми светлячками, светились уютные огни поселения. Ветер приносил запах тумана, горных трав и лёгкий аромат дыма. Где-то надрывно лаяла собака, ей вторила ещё одна, но дальше.

— Там кто-то живёт, — угадала Ари, — люди? Или умертвия? Нет, умертвия не любят огня, а оттуда дымом несёт. Значит люди. Как странно…

По ногам дуло, мокрые волосы холодили шею и плечи, но Ари продолжала всматриваться в ночь, впитывая новые запахи, новые звёзды, совсем непохожие на те, что были дома. Мысли метнулись к воспоминаниям о доме, но почти сразу в голове всплыла красавица-чаровница Мэв и сердце больно сжалось. Ари выпустила прутья решётки, захлопнула створки окна и вернулась назад. Забравшись с ногами на кровать, она укуталась в одеяло, словно в детской попытке спрятаться от предательства.

— Мэв, Мэв, это ведь не можешь быть ты? – спросила она, зная, что никто не ответит, — тебя ведь использовали? Ведь так?

Мэв чаровница. Смелая, сильная, способная, верная. Верная… Ари вдруг с каким-то отчаянием поняла, что Мэв никогда не позволяла себя использовать. Никогда и никому. А это значит…

— Древние чары, — шепнула Ари, вспоминая последнюю встречу с подругой, — заплесневелая магия плетения дорожного полотна. Мэв… Как ты могла? Зачем ты это сделала? Зачем ты так со мной?

Одеяло полетело в сторону. Ари соскочила с кровати, заходила по комнате, запуская остро отточенные коготки в мокрые волосы. Всё сходилось. Мэв обнаружила заклятие крадника, когда открыли старые архивы Академии. Нашла источник, умыкнула по своей привычке тащить всё, что связанно с чарами в свою комнату, а потом решила создать артефакт. Оставалось понять зачем она применила крадник на Ари, избрав для роли супруга совершенно непредсказуемого Мастера Смерти.

— Мэв! Для чего ты это сделала? – простонала Ари, останавливаясь посредине комнаты. Понимание пришло мгновенно, придавив виной, — я, это я виновата! Только я! Я всё жаловалась тебе и жаловалась, а ты, моя бедная Мэв, решила спасти меня от ненавистного брака. Вот почему ты до последнего тянула, решая, отдавать мне амулет или нет, а я дурная заставила тебя это сделать! Боги, всё понятно!

Осознав такую простую истину, до которой всё никак не могла дойти, Ари заплясала на месте, поняв, что всё можно быстро решить. Достаточно найти Мэв, поговорить с ней, и чаровница всё исправит. Проблема решилась довольно просто, надо было только перестать закатывать истерики.

— Да-да! – вопила Ари, кружась по комнате, — она всё исправит! Это ведь Мэв!

Вернувшиеся девушки-прислужницы, застали Ари неистово смеющуюся. Не осмеливаясь даже взглядом осудить поведение новой госпожи, они неслышно расставили еду на столике, и только тогда робко позвали.

— Госпожа, ужин подан.

Ари закашлялась и покраснела от смущения, но всё же нашла в себе силы непринуждённо махнуть рукой, отпуская прислужниц. Есть в их присутствии было выше её сил. Смущение не позволяло.

— Так, что там у нас?

Повеселевшая Ари заглянула под крышку блюда, откуда потянуло пряным соусом. На большом блюде лежала тушёная говядина с зеленью и молодым картофелем. На соседней тарелке нашлись пышные медовые лепёшки, а в кувшине грушевый чай.

— Хм, мои любимые блюда. Откуда они знают? – удивилась Ари, но тут же отмахнулась, — без разницы! Еда! Я как будто сотню лет не ела.

Ари быстро расправилась с ужином, позвала прислужниц. Пока те собирали пустые тарелки, она отчаянно зевала, мечтая только об одном – лечь спать. Однако, Ари помнила, что Мастер должен прийти, чтоб напитать силой. Ждать было не охота, поэтому она обратилась к прислужницам.

— Пригласите господина Сохэна.

Девушки поклонились, но их ответ не порадовал.

— Господин Сохэн отбыл.

— Сказал, когда вернётся? – скривилась Ари.

— Господин никогда не отчитывается перед слугами, госпожа, — виновато ответила одна из девушек.

— Отлично. Когда господин вернётся, сообщите ему, что я уснула, не дождавшись, — приказала Ари, идя к кровати, — погасите свечи и не беспокойте меня до утра. Я хочу выспаться.

Глава 18

Глава 18

Тёмная вода билась о камни. Накатывала на сумрачный берег, в тщетной попытке преодолеть препятствие, встречала отпор и с шипением отползала обратно. Остро пахло солью и гниющими водорослями. В лицо бил пронзительный ветер, но вместо свежести приносил тлетворный запах безысходности. Ари стояла на незнакомом берегу, одетая в глухой костюм, плотно облегающий тело. Непривычная одежда напиталась влагой, холодила кожу. Ари смотрела на волны, но спиной чувствовала опасность, которая подкрадывалась со спины. В мыслях шёл отсчёт «три, два, один». На счёт «один» Ари присела и резко развернула тело, но что-то выбило землю из-под ног. Ари упала… и проснулась.

Она лежала на полу, запутавшись в одеяле. Сквозь распахнутые окна лился утренний свет и холодный воздух, пропахший влагой. Саднило плечо, пострадавшее от падения.

— Да, демоны! – Ари приподнялась, распутала одеяло и встала, опираясь на кровать.

Смятая постель была пуста. Ари влезла на кровать, потрогала подушку, на которой ночью уснул Лэй. Ткань давно остыла, но ещё хранила отпечаток головы.

— Значит, ночью ушёл, — шепнула Ари с досадой в голосе.

Удивившись этой досаде, она раздражённо дёрнула головой, потянулась за халатом, аккуратно сложенный на краю кровати, осознавая, что прислуга уже приходила, оттуда и открытые настежь окна. Накинув халат, Ари поспешила закрыть окна.

Облачные Горы скрывались под слоем плотного тумана, да ещё и лило, как из ведра. Дождь шипел, разбиваясь о невидимые горы, совсем так, как волны во сне. Будь тут госпожа Кани, то она бы разобрала сновидение по крупицам, истолковав его по девицам Ленор и Манн, по древним трактатам и по рисованным картам. Но госпожи тут не было, поэтому Ари справилась сама, выбрав простую логику.

Она никогда не видела такого странного берега, никогда не носила плотную одежду, обтягивающую всё тело, никогда не ощущала таких запахов. Чуждо это было ей, выросшей в тепличных условиях дочери главы рода. Дождь во сне превратился в волны неведомого моря, а всё произошедшее в последние дни – в ощущение опасности, которое выбивало почву из-под ног.

Понимание почти стёрло сон из памяти, оставив только ощущение тревоги и нудно саднящее плечо, которое не доставляло особых проблем. Ари, вспомнив, о чём собиралась поговорить с Лэем, поспешила позвать прислугу. Одеваясь, она узнала, что её ждут к завтраку. Это одновременно обрадовало и раздосадовало. Обрадовало то, что заключение в комнате-клетке закончилось, но досадно было то, что Лэй не стал дожидаться пробуждения и объяснений Ари. Ведь то, что она поняла, сильно облегчало жизнь обоих, а этот непредсказуемый Мастер просто отмахнулся!

Распалённая Ари почти вбежала в столовую залу. Взгляд сразу выхватил высокую фигуру, замершую у стола.

— Лэй! Ты вчера отказался меня слушать, а ведь я важное узнала! – выкрикнула она, направляясь к Мастеру.

Мужчина среагировал на голос, обернулся и Ари запнулась. Она обозналась. Это был давешний золотоглазый помощник Мастера.

— Доброе утро, госпожа! – он задорно улыбнулся, поклонился. В чёрных волосах блеснули золотые, под цвет глаз, пряди, — как спалось? Надеюсь, ваше самочувствие сегодня не вызывает опасений?

Голос золотоглазого – хрипловатый, насмешливый – немного походил на голос Мастера, но в нём было больше жизни и задора. Ари неспешно подошла, вглядываясь в помощника. Она помнила ощущение защиты, которое исходило от него в памятный день перемещения к алтарю, поэтому страха не испытывала.

— Доброе, — кивнула она, — а где Лэй?

Помощник улыбнулся и неожиданно подмигнул.

— Отбыл, отбыл! – замахал он руками, — такой занятой наш господин. Всё в бегах, всё в делах. Вот как из ваших покоев вышел, так и отбыл. Едва успел одежду сменить. Обещался к вечеру вернуться. Непременно. А вас передал в мои руки. Меня, кстати, Айго зовут. И вы, госпожа, зовите. Я весь в вашем распоряжении.

Он снова поклонился, но вышло это как-то комично. Ари хмыкнула, отмечая разницу между Лэем и Айго. На первый взгляд два похожих человека, выточенных из цельного куска скалы, а на деле огромная разница. Сейчас она не понимала, как могла перепутать. Наверное, виной был высокий рост и похожая фигура.

— Айго, — приветливо улыбнулась Ари, разглядывая помощника, — зовите меня Ари.

— Как я могу! – наигранно испугался Айго, глядя на девушку насмешливыми золотыми глазами, — вы моя госпожа и точка!

— Ваше право.

Айго отодвинул стул, приглашая Ари к столу, после засуетился вокруг, предлагая блюда и болтая.

— Надеюсь, ночь прошла спокойно и вы отдохнули? Да уж, ситуация у вас… нет, у нас, конечно, патовая. Такая суета вокруг свадебного обряда, такая суета! Все в ужасе! Лэй, злой, как кратор! Искры, путаница, взрыв! Кант носится, варит свои микстурки… кстати, после завтрака вас ждёт на осмотр Кант. Он лекарь, — пояснил Айго, заглядывая в глаза Ари, — впрочем, вы уже познакомились. А потом, вам придётся пострадать немного.

— Что? – Ари поперхнулась.

Айго округлил глаза, почесал переносицу и расплылся в улыбке.

— Швея придёт. Мерки снимать и шить новый наряд. Она госпожа придирчивая, упорная и настойчивая, так что часа на два страдания обеспечены. – Айго удивлённо поднял брови, разглядывая нахмурившуюся Ари, — а вы о чём подумали?

— Ни о чём, — кисло ответила Ари, возвращаясь к еде, — зачем мне швея?

— Так вы с Лэем едете на приём. Позабыли?

— Нет. Помню. К Таро, — сдавленно ответила Ари, — мне нужно срочно переговорить с Лэем. Это важно.

— Вечером, всё вечером. Но вы можете поделиться мыслями со мной, госпожа.

Ари кивнула. Есть сразу расхотелось, но она заставила себя дожевать то, что лежало на тарелке, краем уха прислушиваясь к тому, что говорил Айго. Тот нахваливал швею, обещал какое-то совершенно немыслимо прекрасное одеяние, которое сразит всех наповал, гарантировал успех. Ари внезапно увлеклась, даже настроение улучшилось. Айго тут же это приметил.

Глава 19

Глава 19

Магистр Пек потел. В подвалах архива Академии стоял сухой холод, необходимый для сохранения бумажных записей, который не смягчался даже от тепла горящих факелов. Сизый иней окутывал каменные стены, дыхание вылетало паром и оседало инеем на ресницах и бровях, но почтенный магистр обливался по́том.

— Это как? – взвизгнул магистр, вглядываясь в свиток, — как такое возможно?!

Архивариус содрогнулся в поклоне, служки позади него поспешили упасть на колени и распластаться на ледяном полу.

— Магистр, мы проверили все труды и записи. Дважды. Проверяли всю ночь, – просипел архивариус, — ошибки быть не может.

— Не может? Не может?! Как не может?! Проверяйте снова!

Свиток в руках магистра задрожал. Пухлые пальцы разжались, выпуская пергамент. Магистр Пек дрожащей рукой утёр потное лицо. Ему представилось, как его, восьмирангового, снимают с должности, добытой таким трудом, и гонят позорным образом из Академии. Сколько лести, сколько интриг применил магистр, чтобы занять хлебную должность, и всё рушилось из-за какой-то вшивой книжонки! Он злобно пнул ни в чём не повинный пергамент, который вместо того, чтобы отлететь, с насмешливым свистом свернулся в свиток.

— Дерьмина! – взвыл магистр и принялся неистово топтать свиток.

Белоснежная хламида, которой так гордился Пек, путалась в ногах, толстые щёки тряслись то ли от движений магистра, то ли от ужаса, сковывающего его сердце. Потные кулаки сжимались, а в круглой, лишённой волос, голове Пека шёл мыслительный процесс – как выжить, как сохранить добытое тяжким трудом? Неожиданно всплыли воспоминания о сплетнях и разговорах, которые вёл магистр. Пустяшные в общем-то разговоры, да и сплетни тоже, но в новых обстоятельствах они окрасились совсем другими красками и заиграли, зацвели опасностью. Магистр замер. Невидящий взгляд застыл на согбенном архивариусе. Но не его видел сейчас магистр, а золотоволосого красавца с пугающей тьмой в глазах.

— Не простит, — застонал магистр, — всё припомнит. Всё намажет. Конец мне. Ох, я несчастный!

Пек заломил в страданиях пухлые руки, схватился за голову и забегал по кругу. Гулкие шаги отражались от заледеневших стен, били по ушам топором палача. И эти же звуки вернули Пека на землю.

— Вон! – заорал магистр, указывая пальцем на деревянную дверь, ведущую к хранилищу, — все вон! И проверять, проверять!

Голос сорвался в визг. Архивариус поклонился ещё ниже, попятился, а следом и служки поползли, не отваживаясь подняться на ноги. Тяжело хлопнули скрипучие двери. Магистр остался один. Вцепившись в ворот мехового жилета, накинутого по случаю посещения холодных архивов, Пек ненавидяще уставился на измятый свиток.

— Уничтожить… скрыть все следы проверки. Пока время есть, — просипел он, простирая ладонь над свитком.

Магический огонь, готовый сорваться с пальцев, вдруг исчез, а сам магистр зашипел раненной змеёй. Он взвизгнул, подбежал, тряся щеками, к пергаменту схватил его и сунул в пламя ближайшего факела. Пергамент вспыхнул, обуглился по краям и почти мгновенно превратился в пепел. Но даже это магистра не успокоило. Он собрал весь пепел и мстительно изничтожил простейшими бытовыми чарами чистоты. Только после этого трясущегося магистра отпустило.

Пек отряхнул руки, прищурился, оглядываясь по сторонам, а потом неожиданно резво помчался к дверям, на ходу сдирая с себя меховой жилет. Не сбавляя шага, он промчался по коридорам архива, мимо удивлённых стражников, взлетел по лестнице и поспешил дальше, распугивая удивлённых адептов и игнорируя приветственные оклики преподавателей. Магистр торопился и не остановился, пока не достиг собственного кабинета. Рявкнув на ходу секретарю, чтоб его не беспокоили и никого не впускали, магистр запер дверь на ключ и кинулся к книгам учёта.

План был прост: следовало добавить в список пару имён и тогда его, Пека, судьба перестанет быть такой беспросветно чёрной.

Он схватил толстый том, в который скрупулёзно записывали всех, получивших допуск на посещение архивов, раскрыл нужную страницу, ткнул толстым пальцем и медленно повёл вниз, пока не нашёл нужные даты.

— Ать, гадство! – хрюкнул магистр, переворачивая страницу, – всё против меня!

Страница была заполнена до конца, а на следующей уже значились имена всех, кого направили на проверку архивов. Оскалившись, магистр отбросил книгу учёта. Она гулко упала на стол вишнёвого дерева – предмет особой гордости магистра Пека.

— Пропал, — простонал Пек, закрывая лицо руками, — пропал. Совсем… хотя нет… подождите-ка!

Книга снова оказалась в толстых пальцах магистра. Нужная страница нашлась мгновенно. Магистр всмотрелся в ровные строчки записей и расцвёл в улыбке. Придвинув чернильницу, он макнул перо и, подражая подчерку секретаря, внёс несколько исправлений внизу страницы. Удовлетворённо крякнув, магистр отодвинул раскрытую книгу, достал измятый платок не первой свежести, и принялся оттирать пальцы от чернил.

— Синие чернила лучше всего оттирать квасцами, — вдруг прозвучало за его спиной, — следов не остаётся.

От визга магистра задрожали витражи в арочных окнах. Магистр развернулся в полуприсяде и узрел того, кого видеть не желал ни сейчас, ни потом. Золотоволосый человек в складчатом чёрном плаще стоял посреди обожаемого Пеком кабинета и оценивающе смотрел на магистра сквозь вырезы в ажурной маске.

— Г- господин, — прохрипел магистр Пек, косясь на дверь, которую собственноручно запер, — рад в-вас видеть…

Всё ещё находясь в полуприсяде, он попытался изобразить поклон, но едва не свалился под пристальным взглядом золотоволосого.

— Так рад, что дверь запер на ключ, а секретарю приказал никого не пускать?

Брошенный меткой рукой гостя тяжёлый с медным отливом ключ полетел на стол. Магистр вздрогнул от звона, прозвучавшего песней похоронной скорбницы. Золотоволосый невозмутимо провёл ладонью перед лицом, рассеивая ажурную маску.

— По привычке, — пискнул магистр, покрываясь пятнами под тяжёлым взглядом тёмных глаз Мастера Смерти, — привычка, господин, будь она неладна!

Глава 20

Глава 20

В глазах Сына Неба светилась отеческая забота. На губах блуждала мягкая улыбка. Он молча кивнул, едва качнув головой, но верная Онэр всё заметила. Хранительница выступила вперёд и сказала.

— Поднимитесь. Император готов вас выслушать.

В малом зале советов на колене ждали двое: Мастер Смерти и Советник Кода, не старый ещё чернобородый мужчина, хрупкий, как любой книжник, но то была обманчивая стройность жилистого хищника, готового в любую секунду перейти из спящего спокойствия в дерзкую атаку, смертельную для жертвы.

Советник Кода Ноа бросил хитрый, с прищуром взгляд на Мастера Смерти, медленно поднялся, нарочито припадая на правое колено. Раздался тихий, едва слышимый стон, но этого было достаточно, чтобы чуткий Император послал советнику внимательный взгляд, полный сочувствия. Советник благодарно его поймал и улыбнулся одними кончиками губ, мол: «служба важнее собственного здоровья». Второй взгляд правителя, направленный к Лэю Сохэну, советник предпочёл не заметить. Ведь то было прямое разрешение говорить первым.

—Владыка Неба, — заговорил Лэй, используя полузабытый титул Императора, — было проведено тщательное расследование, в ходе которого подтвердились подозрения относительно магистра восьмого ранга Пека Озкана, временно исполняющего обязанности ректора Академии. В ходе следствия были выявлены неоднократные факты подлога, халатности и откровенного пренебрежения обязанностями.

Лэй, склонив голову протянул доклад. Онэр поспешила его принять и передать Императору. Воцарилось молчание, прерываемое только шелестом страниц. Наконец, Император оторвался от чтения.

— Доказательства существенные.

Лэй склонил голову в знак признательности, на что получил от Императора разрешение продолжать.

— В связи с предоставленными доказательствами, прошу Владыку Неба пересмотреть указ о снятии магистра Эноха Талипа с должности ректора Академии. – Лэй опустился на колено, сложил ладони и закончил, — прошу вернуть магистра Эноха на должность ректора в кратчайшие сроки.

Этого советник вынести не сумел.

— Император, считаю такие выводы скоропалительными, — невозмутимо сказал Кода, устремляя вежливый взор на правителя, — магистр Энох… кхм… был снят с должности не просто так, а под гнётом обстоятельств, к которым названный имел прямое отношение. Нецелесообразно отменять указ, который остановил деятельность, не побоюсь этого слова, опасного человека. Всё-таки неокрепшие умы могли попасть под влияние и попали, вспомните хотя бы тех старшекурсников…

— Расследование показало, что старшекурсники, а именно: чаровница Науза, маги Ми́ха и Окан не нарушали правил Академии. Все доказательства были сфабрикованы магистром восьмого ранга Пеком Озканом, о чём подробно изложено в докладе, — Лэй перевёл взгляд тёмных глаз на советника, — названный Пек Озкан лжесвидетельствовал, когда обвинял магистра Эноха в использовании запретных чар.

Советник Кода поёжился под взглядом Мастера, взглядом, который мало кто мог вынести. Чтобы скрыть замешательство, Кода прикрыл веки, огладил пышную бороду и, качая головой, сказал.

— Магистр Пек весьма почитаемый человек, Мастер Смерти. Ваше заявление порочит его имя и бросает тень на всю Академию.

— Час назад Пек лично об этом поведал, советник, — невозмутимо ответил Лэй, и добавил, — на допросе.

Удар попал точно в цель. Советник Кода вздрогнул спиной, перестал дышать на мгновение. Лэй, прищурившись, ждал. Проверку в Академии скрыть было невозможно, но благодаря помощи магистров, стоящих на стороне Эноха, Пек узнал о ней в последний момент. Это решило весь ход задуманного. Пек начал метаться, чтобы скрыть улики, а вот сообщить о собственном провале магистр не успел. Не сумели об этом донести и люди советника, остающиеся в неведении, что удалось сделать благодаря помощи тех же магистров, мечтающих, чтобы Энох вернулся и навёл порядок в Академии. Пек многим костью в горле сидел, но тронуть его не было возможности, потому что всем было известно – магистр Пек Озкан ставленник советника Коды.

— На допросе? – спросил советник, — на каком основании магистр попал к вам на допрос, Мастер Смерти?

— Вы пытаетесь обвинить меня в превышении полномочий? – деланно изумился Лэй.

— Ни в коем случае! Однако, магистры Академии защищены словом Императора, а значит неприкосновенны. Лишь владыка может решать их судьбу.

Лэй криво усмехнулся.

— Вы обвиняете меня в измене?

Советник замахал руками.

— Да разве я смею? Но ваши действия вызывают у меня настороженность, — Кода прищурился, — всем известна ваша дружба с магистром Энохом. И ваша, мягко сказать, антипатия к магистру Пеку. Нет ли тут личного умысла?

— Владыка Неба знал о неправомерных действиях магистра Пека. Я получил разрешение действовать по обстоятельствам. – сухо ответил Лэй, — не ищите тут личных мотивов, советник. Арест магистра Пека происходил под гнётом доказательств, а не из моей личной прихоти.

— Да, да, разумеется. И что же такого магистр натворил, хотелось бы мне знать, что вы арестовали его?

Лэй кинул взгляд на Императора. Тот, с вниманием следивший за спором, кивнул.

— Магистр восьмого ранга Пек Озкан, — заговорил Лэй, глядя в глаза советника, — допустил в хранилища Академии постороннего.

— И всего-то? – невозмутимо хмыкнул советник, но взгляд его забегал.

— Действительно, сущая мелочь. Ведь архивы тщательно оберегаются лишь из глупой прихоти магистров. – сухо ответил Лэй, отмечая, как мелкие капли пота выступают на высоком лбу советника, — этот посторонний – адептка Мэв Ферон…

— Адептка? Так какая же это посторонняя? Подающие надежду учащиеся Академии могут использовать архивы в целях повышения уровня.

— И могут приносить в Академию запретные труды, считающиеся утерянными, выдавая их за книги из архива? – прищурился Лэй, — вы можете сказать, какую цель преследовала Мэв Ферон? Каким образом она, будучи первокурсницей, сумела заполучить подобный труд? Кто стоял за ней и что планировал тот неизвестный, отдавая подобные вещи в руки Мэв Ферон? А последствия сего? Способны вы, советник Кода, представить их? Как вы правильно отметили – она была подающей надежды адепткой. Магистры прочили ей высокий ранг в будущем. Однако она бесследно исчезла и найти её не удалось до сих пор, советник. Как и выяснить мотивы её действий.

Глава 21

Глава 21

Айго обманул. Страдать пришлось много. Упорная портниха – сухощавая женщина со строгим пучком и жёстким лицом – измывалась над Ари не пару часов, а все пять. Бесконечное число раз она снимала мерки: в покое, в движении. То руки заставляла поднять, то изогнуться всем телом под странным углом, то вытянуть ногу или изящно присесть, то застыть в странной позе. Когда портниха сухо заявила, что мерки сняты, Ари облегчённо выдохнула, но не тут-то было!

По взмаху руки жестокой женщины два десятка помощниц внесли отрезы тканей и пытка возобновилась. Теперь портниха подбирала нужный цвет, оттенок, вышивку. Снова и снова она прикладывала отрез к телу Ари, накидывала на плечи или обматывала вокруг талии. Если ткань подходила, портниха удовлетворённо кивала, не издавая ни звука, и тогда помощница откладывала отрез в сторону. Если же отрез не устраивал суровую женщину, то презрительно изогнутая бровь и жёсткое «Ц-Ц!» сообщало об этом. Тогда помощницы мгновенно складывали отрез и уносили его в неизвестном направлении.

Ари, пытавшаяся по началу как-то контролировать процесс, окончательно сдалась. Она равнодушно поднимала руки, поворачивалась вокруг себя, кивала, если к ней обращались, но совершенно не вслушивалась в слова. Голова была занята совершенно другим.

Ари мечтала, как отомстит гадкому Айго, толкнувшего её на расправу к жёсткой портнихе, больше похожей на сурового генерала, безраздельно управляющего войском. Помощницы в нём стали лейтенантами; иголки и булавки – мечами и стрелами; ткани – смертельными заклятиями.

План Ари становился всё суровее по мере течения времени. Если сначала она хотела просто отругать Айго, то через несколько часов уже мечтала оторвать ему голову. Лелея свою месть, Ари неожиданно осознала, что мстить надо не Айго, а его хозяину – ненавистному Мастеру Смерти, отдавшему приказ. Право, глупо ненавидеть меч, если его направила рука человека. И в этот момент пытка внезапно закончилась.

Портниха сухо поблагодарила молодую госпожу за ожидание и посильную помощь, кивнула помощницам и всё это швейное воинство удалилось, унося свои страшные орудия войны. Измочаленная Ари осталась одна. Она, ещё не до конца уверившаяся, что всё закончилось, бессильно опустилась прямо на пол, хотя недалеко стояли превосходные кресла, и растянулась во весь рост. Блаженная истома охватила всё тело девушки и только сейчас она поняла, как устала.

Посещение портних для Ари, происходящей из богатого рода, было не в новинку. Однако такого изверга, тщательно вымеряющего каждую клеточку тела, девушка встречала впервые. Обычно всё ограничивалось замером груди, талии, спины и плеч; после коротко обсуждали самый модный фасон на данный момент и выбирали ткань, которую хотела Ари. Всё занимало около получаса-часа.

Но тут мнения заказчика не учитывалось вовсе, словно это не имело никакого значения!

Ари перевернулась на живот, подпёрла подбородок рукой и пожаловалась лёгким шторам на окнах.

— У Мастера Смерти совсем нет сердца. Он просто грубый солдафон!

Занавеси кивнули, подгоняемые сквозняком из приоткрытого окна. Ари с удивлением заметила, что от дождя и следов нет, а солнце медленно ползёт по изумительно голубому небу и уже скоро доползёт до заката. Она поднялась, прошла к окну и откинула занавеси. Снаружи расстилалась горная гряда, вершины которой тонули в облаках густого тумана. По зелёным склонам двигались крохотные точки. Всмотревшись, Ари поняла, что это скот, возможно овцы или белошёрстные козы, чья шерсть шла на прославленные ковры востока Империи. Захотелось рассмотреть всё это великолепие ближе, но пути туда были неизвестны. Решив, что заставит Лэя отвести её туда в счёт уплаты долга за страдания у портнихи, Ари вышла из комнаты. Хотелось есть, ещё сильнее мечталось полежать в горячей ванне, чтобы снять с уставшего тела ломоту.

Снаружи её никто не ждал. Ари обрадовалась, понимая, что надзор снят окончательно, и направилась в ту сторону, откуда они пришли вместе с Айго несколько часов назад. Однако вскоре, спустя несколько переходов и поворотов, радость уступила место тревоге. Ари перестала понимать куда идёт. Как назло, не было не единой души, способной подсказать правильное направление. Только бесконечные анфилады комнат, переходящие в крытые переходы, которые выводили то к новым комнатам и залам, то к неожиданным местам по типу открытых площадок, где ранее Ари встречалась со странным лекарем.

Поняв, что заплутала окончательно, Ари не стала метаться в панике или жалобно звать на помощь. Уткнувшись в новую дверь, она приоткрыла её и осторожно высунулась наружу, решив, что если теперь не встретит людей, то просто пойдёт обратно. В глаза ударили лучи закатного солнца. Повеяло ароматом мокрой хвои и горячей водой. Ари открыла дверь, вышла и с удивлением увидела, что запутанные пути обители Мастера Смерти вывели её к парящей купели с горячими источниками.

— Неплохо Мастер тут устроился, — восхищённо присвистнула Ари, резво спускаясь по каменным ступеням.

Большая, даже гигантская купель больше походила на небольшое озерцо, с трёх сторон окружённое высокой оградой из камня. В стремительных сумерках, которые наступают в горах, Ари не сумела понять реальная это часть скалы или же стена, возведённая искусными руками мастера. К купели вела мозаичная тропинка, которая вдруг расстилалась широкой площадкой, на которой стояла парочка лежанок со сложенными толстыми полотенцами и купальными хламидами из хлопка.

К воде Ари спустилась, когда сумрак уже стал синим. Девушка опустилась на корточки, потрогала воду, оказавшейся довольно горячей, но не обжигающей, и сожалением вздохнула, понимая, что слишком поздно добралась до такой редкости, как горячий источник. Купаться в темноте, да ещё и в незнакомом месте рискованно, пусть даже это и специально подготовленная купальня. Хотя соблазн был велик. Во-первых, горячие источники чудесным образом наполняют тела силой, заживляют раны и вообще благотворно действуют на организм. А во-вторых, купель не предназначалась для простых смертных и явно была излюбленным местом отдыха Мастера Смерти. Искупавшись здесь, Ари бы отомстила засранцу за портниху, хотя бы тем, что влезла в его личное пространство. Но, видимо не судьба.

Глава 22

Глава 22

Зеркало портала колыхнулось, выпуская Лэя. Стены родного кабинета встретили приветливой тишиной. Лэй рванул пряжку плаща, скинул его не глядя, и сел в кресло. Устало откинувшись, он закрыл глаза. Мерзотное ощущение накрепко прилипло к коже. Хотелось отмыться, сжечь одежду, только чтобы исчезло это ощущение липкой гадости, не дающей покоя. Так случалось каждый раз после встреч с советником Кодой и объяснений этому не было.

Энох говорил, что так бывает от общения с людьми, для которых ненависть является основным лейтмотивом жизни. Был ли Кода Ноа таким? Скорее да, чем нет. Преследуя свои цели, он не гнушался ничем и никогда не останавливался перед препятствиями, действуя из тени, из пустоты и всегда чужими руками. Его же, советника Коды, руки всегда оставались чистыми, хотя давно уже по локоть погрузились в кровь и тлен упорядоченного.

В прочных тенетах, расставленных советником, гибли подручные и невинные. На невинных Кода не обращал внимания, а про подручных сразу забывал, прекрасно зная, что даже под пытками его имя не сорвётся с их губ, скованных клятвой на крови. Законные чары, которые на месте убивали того, кто приближался к порогу открытия своей главной тайны.

Вот и теперь в происходящем проглядывали тонкие красные нити, которые дёргал Кода тонкими пальцами книжника. Поведение и прощальные слова советника прямо говорили, что он как минимум в курсе случившегося во время свадебного обряда, но доказательств его причастности не было. Опять не было.

Пальцы Лэя сжали резные подлокотники кресла. Старинное дерево жалобно застонало ломаясь. Лэй открыл глаза, разжал сведённые злой судорогой пальцы. На высокий ворс ковра упали деревянные крошки и сразу исчезли, затерявшись в сложном рисунке, выдуманном ковровщиком. Лэй поискал их глазами, не нашёл и снова откинулся на спинку кресла. Однако через мгновение уже встал, прошёл к распахнутому окну, вдохнул ночной воздух, который остудил голову и принёс успокоение.

Несколько минут Лэй просто смотрел в ночную тьму за окном, а потом, словно наконец, решив, что делать, поднял руку и начал писать прямо в воздухе. Буквы вспыхивали, сплетаясь в слова, пока Лэй не повёл рукой, словно смахивая написанное. Тогда текст сложился в стремительную ласточку, вычерченную огнём на холсте ночи. Прозвучало всего одно слово и ласточка вылетела в окно. Лэй проводил её хмурым взглядом.

— Какая твоя истинная цель, советник Кода Ноа? – тихо проговорил он, наблюдая, как послание исчезает в темноте.

А после развернулся и твёрдым шагом покинул кабинет. Желание отмыться от встречи с Кодой только нарастало. Обычная ванна не подходила, потому что слабо справлялась с подобным. Наполнить силами и очистить от чужих эманаций могли только горячие источники. К ним Лэй и направился.

Неладное он почуял сразу, едва ступил на мозаичную дорожку. Парящая купель ярко светилась, оповещая, что кто-то уже наслаждается драгоценными водами источника. В несколько шагов Лэй преодолел расстояние до раскинутых лежаков и сразу понял, кто виновник. С края одного из лежаков свисала женская одежда, а на мозаике площадки валялись брошенные туфли, расшитые мелкими цветами.

— Освоилась уже, — прищурился Лэй, стягивая рубашку с плеч.

Он вгляделся в воду, но не нашёл девушку. Пар поднимался слишком густо. Лэй беспокойно откинул рубашку, подошёл к воде и в этот момент по отвесной скале скользнула быстрая тень. Она резво взобралась наверх, пробежала несколько шагов по краю и застыла с поднятыми вверх руками.

Лэй ухмыльнулся, внимательно разглядывая гибкую фигуру своей неожиданной супруги. Намокшее бельё не скрывало, а только подчёркивало стройное, но необычно сильное тело. Капли воды дрожали на бархатистой коже плоского живота, на чётко очерченных, крепких, как у мечника, руках, на сильных бёдрах.

Девушка, не замечающая, что за ней наблюдают, качнулась, блаженно улыбнулась и, резко оттолкнувшись, прыгнула вниз. Гибкое тело изогнулось и исчезло, скрытое клубами пара. Вода тихо плеснула. Лэй отошёл назад, скрылся в тени, дожидаясь, пока нарушительница вынырнет и поднимется на сушу.

Ждать пришлось недолго. Первой показалась голова Ари, следом на мозаику легли тонкие ладони. Девушка оперлась на руки, подтянулась и в мгновение ока оказалась на площадке. Выпрямившись, Ари откинула за спину мокрые волосы и засмеялась. Лэй невольно залюбовался гибким телом, мокро отсвечивающим в свете фонарей. Вода струилась по гладкой коже, капала с чёрных прядей.

Девушка не пряталась и не пыталась прикрыть обнажённое тело. Напротив, она склонила голову, отжала лишнюю воду из волос и сладко потянулась. Под кожей прочертились натренированные мышцы.

— Вот так тебе, Лэй Сохэн! – вдруг мстительно засмеялась Ари и ткнула пальцем в воображаемого врага, — будешь знать теперь…

— И что я буду знать? – Лэй вышел из тени.

Ари охнула, отступила на шаг назад и уставилась на него.

— Ты здесь…

— Угу.

— Понятно, — Ари нервно поправила волосы, сморщила нос, но ни капли вины не отразилось на её лице.

Лэй прищурился, разглядывая девушку. Та вдруг отвела ногу назад, незаметно перенесла на неё вес тела. Лэй коварно улыбнулся и двинулся вперёд.

— Так что я должен знать? – негромко повторил он, останавливаясь у лежака.

Ари насупилась.

— Ничего.

— Разве?

— Да, — руки девушки напряглись, — пустяки, господин. Сплошные глупости.

Лэй, не сводя взгляда с Ари, взял халат с лежака и только тогда Ари вспыхнула, как маков цвет, ойкнула и прикрылась руками. Её взгляд остановился на мускулистой груди Лэя, сполз к плоскому животу, а потом резко метнулся к лицу. Щёки Ари стали ещё краснее.

— Очнулась? – усмехнулся Лэй, — я уж думал не вспомнишь.

Он встряхнул халат, разворачивая его, и вплотную подошёл к Ари. Та не отшатнулась, не попыталась убежать. Просто смотрела исподлобья и сердито сжимала губы. Лэй накинул халат ей на плечи.