Красная Шапочка для Волкова

1

Ксеня

- Спасибо тебе, Ксенечка ещё раз! Не знаю где бы я сейчас эти лекарства брала, ещё и по такой цене!

Аглая Павловна топчется рядом, пока я спешно обуваю свои меховые ботинки.

- Да это бабуле спасибо. Я-то что? Просто привезла!

Снимаю с вешалки свой пуховик и укутываюсь в красный шарф, тоже присланный моей любимой бабулей из деревни. Собственно, из-за неё я сейчас и нахожусь на другом конце города, в гостях её близкой подруги детства.

У Аглаи Павловны проблемы со здоровьем, а в городе цены такие, что даже я, студентка третьего курса могу позволить себе при простуде разве что Нурофен, или заварной ромашковый чай. Что уж говорить о пенсионерке?

А у моей бабули в нашем городишке есть знакомая в аптеке, которая смогла организовать скидку на лекарства, у которых скоро истечет срок годности. Грех не воспользоваться подобным случаем, подумала бабуля и скупила всё, на что хватило пенсии. Упаковала все это в коробку и прислала мне. Аглая Павловна ходит с трудом, и вот чтобы она по зимним дорогам не рисковала своим и так хиленьким здоровьем, посылку получила я, и привезла ей. Вместе с целой авоськой пирожков, вложенных вдобавок к лекарствам.

«Не забудь, Ксеня, про пирожки! Аглаюшка там сама совсем, небось исхудала, хоть покушает. И себе возьми обязательно! Тоже не голодай!» - наставляла меня она буквально три часа назад, когда я собиралась выезжать из студенческого общежития.

Себе я оставила только несколько штучек, остальные все же привезла более нуждающемуся в них человеку.

- Ой, там непогода разошлась, - вздыхает Аглая Павловна, поглядывая в окно и всплескивая руками, - Как же ты поедешь, Ксенечка?

- Да как-то доберусь, не волнуйтесь! Автобусы ещё ходят.

- Может у меня переночевала бы? Место-то есть!

- Нет, что Вы? Вы и так меня накормили, напоили!

- Ой да что там? Пара пирожочков всего.

Ага, и еще жареная картошка с луком, консервированные помидоры и крепкий черный чай. За что я ей искренне благодарна, так как вкусно покушать я просто обожаю.

Натянув на голову красную вязаную шапку, идущую комплектом к шарфу, забираю свою сумку и на прощанье обнимаю старушку.

- Всё, побежала. Не болейте, Аглая Павловна!

- Ой, ну с Богом, - крестит она меня в след. – Но лучше бы ты осталась!

Кто ж знал, что остаться действительно было бы лучше!

Но я, ведомая желанием попасть в свою скромную, но любимую комнатушку, летела домой. Ну как летела? Выйдя из подъезда и получив в лицо россыпь огромных лопатых снежинок, конечно слегка поубавила свой пыл, но решения не поменяла. За те два часа, что мы ужинали и беседовали в уютной кухоньке старушки, сугробы успели прилично вырасти, а количество падающего снега сверху удвоилось.

Подняв голову, попыталась посмотреть на небо. Полностью серое, затянутое тяжелыми тучами, оно явно не собиралось прекращать извергать снег. Что было не очень хорошо, так как дороги так быстро у нас не чистятся, а судя по машинам во дворах, пытающимся выехать и то и дело застревающим в снегу, процесс поездки домой мог затянуться.

Так, ну и где тут остановка? Остановившись, я полезла в карман за телефоном и открыла «карты». В этой части города я впервые, поэтому местность мне совершенно не знакома. Вроде бы мне нужно вот туда, направо!

Сощуриваюсь, приложив ребро ладони ко лбу, и всматриваюсь в место, где согласно приложению должна находиться остановка. Обозначающих знаков никаких, но женщина вон вроде стоит там какая-то. Вероятно, тоже ждет автобуса!

Запихнув намокший от снега телефон обратно в карман, я покрепче заматываю шарф вокруг шеи и бреду к остановке.

Идти с каждым шагом становится все сложнее. Ноги утопают в тяжелом липком снеге, и не смотря на то, что зиму я просто обожаю, сейчас мне хочется остановить этот невесть откуда взявшийся снегопад.

Давно я не помню такой зимы! Уже несколько лет как совсем немного снегом припорошит и на том всё, хватит с нас сказки. Но явно не в этом году!

Дохожу к месту назначения и ежусь.

Благо хоть, фонари горят, а то бы разглядеть что-либо было еще сложнее.

Женщина, которую я приметила, оборачивается и недовольно оглядывает с головы до ног.

Сама-то в тонкой куртке, высоких лакированных сапогах и без шапки. Странный вид, на самом деле. В такую погоду укутываться сильнее надо, и уже точно не на каблуках рассекать по снежному покрывалу.

Холод начинает проникать под куртку, заставляя меня топтаться на месте, чтобы не окоченеть совсем уж, но не помогает. Мимо приезжают машины, некоторые сигналят, одна даже останавливается около женщины. Вот только этого мне не хватало. Чтобы прицепился сейчас кто-то.

Пока она склонившись к водителю, беседует о чем-то, я отступаю подальше от тротуара. Растираю ладонями плечи и жалею, что не взяла с собой перчатки. Руки страшно покраснели, прямо в тон моему комплекту.

Выдыхая теплый воздух на ладони, наблюдаю, как машина от женщины отъезжает, а проезжая мимо меня, замедляется.

Нет, нет, даже не думайте! Разворачиваюсь спиной к дороге, демонстрируя, что для знакомств я закрыта. Свист шин даёт понять, что водитель теряет ко мне интерес, поэтому я снова возвращаюсь на своё место.

2

Ксеня

В салоне тепло и приятно пахнет терпким мужским одеколоном. Не спортивным, как от моих одногруппников, а более глубоким, с нотками бергамота. Вспоминаю, как бабушка любит заваривать чай с бергамотом, когда я приезжаю к ней в гости, и ненароком улыбаюсь.

Кожу ладоней покалывает, пока я грею их друг о друга и исподтишка кошусь на моего спасителя.

Мужчина ведет автомобиль уверенно, лениво даже, я бы сказала. Одной рукой покручивает руль с эмблемой немецкой автостроительной компании, а вторая лежит на ручке передач. Выглядит немного уставшим.

- Давно здесь? – внезапно спрашивает, метнув в мою сторону короткий взгляд.

- Где?

- Там, - мотает головой назад.

Ааа, это он об остановке.

- Минут двадцать как.

- В смысле? – синие глаза перемещаются с дороги на меня и сужаются.

Под давлением его взгляда я прижимаюсь крепче к спинке сиденья. Потому что уж слишком пристально он осматривает моё лицо и дольше, чем положено зачем-то губы. Они у меня похоже обветрились на морозе, пекут страшно.

- Ну, двадцать минут стояла. Я вообще впервые…

Трель его телефона, что лежит на консоли, прерывает мой порыв рассказать о том, что я впервые оказалась в этой части города. Громила, а именно так я его окрестила про себя благодаря жилистому и спортивному телосложению, берет телефон и принимает вызов.

- Да, Степ? Я же сказал – все вопросы к Макарову. Если он напутал даты, то это его проблемы, а никак не мои, - говорит довольно резко, - Ну хорошо, а от меня ты что хочешь? Как я тебе машину достану на завтра? Ты же видишь, что на улице творится. Придется отложить. Павленко, если там в голове хоть что-то есть, и сам перенесет поездку, потому что в такую погоду только совсем отбитый мозгами рискнет выходить из дома. Да… И вообще я на выходные к себе уехал, так что если какой форсмажор, обращайся к Макарову. Я сказал, я уехал, два дня меня не беспокоить, а косяки свои расхлебывайте сами, иначе место работы новое искать будете! – рявкает и сбрасывает звонок, швырнув мобильный обратно на консоль.

Ничего себе! Были бы у меня фаберже, точно сжались бы от менторского тона, каким были произнесены последние предложения. С опаской немного кошусь в сторону водителя, от которого раздражение хлещет, как из питбуля слюна.

Лицо напряженное, желваки ходуном ходят. Вот это деспот, а не начальник! Отворачиваюсь, решая не привлекать к себе внимание, и утыкаюсь в окно.

Ну и удружила погода! Метель, кажется, только усиливается. Дворники работают без остановки, разгоняя налипающий на окна снег. Людей почти нет, зато машин на трассе тьма.

Правда, местность мне не знакомая. Сквозь снег невозможно разобрать где мы вообще находимся. Думаю, должны ехать в центр, это вроде как объездная дорога. Не будет же он меня до дома довозить. Скорее всего высадит где-то, где транспорта побольше, а там я уже на метро доберусь.

- Значит, впервые говоришь?!

Раздается задумчиво в тишине салона.

- Ну да. Пришла, а там эта ненормальная вопит на меня, что это её район. Испугала до смерти. - стаскиваю с головы шапку, потому что становится жарко.

Тело наконец впитало достаточно тепла, чтобы согреть мои окоченевшие косточки.

- Не удивительно.

Растерянно кошусь на него.

- Что Вы имеете в виду?

- Разницу между ней и тобой.

- Разве это имеет какое-то значение?

- Ещё как!

- То есть судите людей по внешности?

Мужчина снова косится в мою сторону.

- Я понимаю, что конкретно тебе, вероятно, все равно на внешность, ну а я все же предпочитаю таких, как ты.

Это он типа по внешности выбирал кого из нас подвезти?

Не успеваю уточнить, как его телефон снова разражается мелодией входящего звонка. Недовольно цыкнув, мужчина тянется за ним и раздраженно тычет на зеленую кнопку.

- Да? Наталья Ивановна, я уже все объяснил, повторять не буду. Всё, что мы обговорили есть в документах, которые я отправил вам сегодня. – и снова этот его давящий авторитетный тон. Он точно начальник какой-то, не иначе. – Мало ли чего ей хочется! Обойдется! Надо было раньше мозгами думать! Всё! Я за рулём! И Вам не хворать!

Телефон опять в полете отправляется на консоль, а разъяренный громила шумно выдыхает. С силой ударяет по рулю обеими ладонями. Еще немного и дым повалит изо рта. Дракон не иначе.

- Достали!

Похоже, день у него сегодня не задался.

Резко крутанув руль вправо, он внезапно сворачивает с трассы и въезжает на парковку. Пока у меня проскальзывает мысль о том, что вероятно у него заканчивается бензин, водитель объезжает здание и со свистом колёс тормозит машину позади него.

- Так, у меня буквально десять минут. Давай по-быстрому!

Даже не подумав убавить свой менторский тон, он рывком глушит двигатель и вдруг тянется к своему паху.

Эээ…

- Что Вы имеете в виду? – оторопело таращусь на то, как ловко длинные пальцы справляются с пряжкой кожаного ремня.

3

Вадим

Это что сейчас было?

Оторопело таращусь сквозь лобовое стекло на уматывающую от меня девчонку. Шапочка, отбежав метров на десять разворачивается, и ткнув мне для пущей убедительности средний палец, уматывает к шоссе.

Отлично прямо! Флеш Рояль, Волчара. Мало тебе было сегодня проблем на голову, так вот еще одна.

Растираю лицо ладонями, так и не застегнув ширинку. Член раздосадовано ноет, не успев толком даже проснуться. Приподнимаю бедра и застегиваю штаны.

Щеку прилично так жжет после того, как девчонка к ней приложилась. Удар ничего так, видно, что вложила в него всю душу, так сказать.

Откидываю голову на подголовник и тихо ржу. Поверить не могу в происходящее. Впервые в жизни подхватил на трассе проститутку, чтобы качественным минетом себе из мозгов вытравить всю ту хрень, что сегодня с утра кипятила нервы, так и та оказалась не проституткой.

И главное, когда в машину села, я сразу заметил, что слишком она нормальная как для шлюхи. Волосы эти розовые на концах, одежда приличная. Я таких только в эскорте видел, но не будет эскортница по дорогам таскаться. Там обычно девки уровнем ниже стоят.

Но мне настолько было плевать кто она и что, что я не придал этому внимания. А она оказывается сама мне платить собралась за проезд.

Бляяя. Волк, приехали.

И мелкая ведь еще совсем. Сколько ей интересно? Лет двадцать? Сразу видно, молодая и дурная. Была бы умной, объяснила бы спокойно, и ноги не делала бы. А она сразу по мордам. Хотя, наверное, заслуженно.

Набираю в легкие воздух и с шумом его выпускаю. Ну и куда она помчалась? Метет так, что не видно ни черта.

Завожу двигатель и с усилием сдвигаю машину с места. Черт, если так пару раз еще встать, можно и застрять легко.

Откуда вообще этот снегопад взялся? У меня транспорт весь в области стоит, пока теперь разгребут, черт знает когда пригонят к офису.

Медленно еду по заправке, выискивая глазами красную шапку. Не видно нигде. Может внутрь зашла? Торможу на обочине и спешно направляюсь к зданию. Снег клеится к лицу, летит в глаза. Отплевываюсь от снежинок и вхожу сквозь разъезжающиеся двери. Пусто. Одна только продавщица скучающе пялится в телефон.

А это плохо. Была бы Шапка умной, сюда бы забрела. А не в лес дальше поперлась искать приключений на свою молодую задницу.

Разворачиваюсь и возвращаюсь в машину. Стартую с места, возвращаясь на трассу. Обычно здесь все летают, как ненормальные. Сейчас же движение напоминает марш бросок для улиток. Народ боится побить тачки и влететь в аварию. Полицию хрен дождешься в такую погоду.

Зато для меня это плюс. Могу тянуться за всеми и одновременно выискивать горе девчонку.

Спустя метров пятьдесят на горизонте появляется уже знакомая мне макушка в вязаной шапке. Ну, наконец-то. Куда её теперь? Не бросать же здесь. Бедовую такую.

Идет вперед, обхватила себя правой рукой, а левую выставила, голосует.

Сигналю, когда ровняюсь с ней. Быстро оборачивается, но завидев меня, упрямо крутится на пятках на сто восемьдесят градусов.

Нормально вообще? Опускаю стекло и склоняю голову.

- Сядь, Шапка, замерзнешь!

- Иди к черту!

Ещё и огрызается! Обалдела совсем?!

- Сядь сказал, иначе уеду, будешь тут долго ещё идти. Заметет к чертовой матери.

- Пусть лучше заметет, чем с тобой!

Обалдело хлопаю глазами. Точно мозгов ноль. Из принципа не сядет же.

- Да ладно, ну перепутал я. С кем не бывает?

- Со мной, - выкрикивает, останавливаясь. – Со мной не бывает. Я похожа на шалаву?

- Ты думаешь, это подходящее место для того, чтобы это выяснять?

Сзади сигналят, потому что я прилично снизил скорость, чтобы ехать с ней наравне.

- А я не собираюсь выяснять! Езжай куда ехал!

Выпрямляется и вздернув нос, шагает вперед. Одной ногой проваливается в сугроб, но тут же неуклюже выбирается из него и быстро мазнув по мне глазами, идет дальше.

Чувствую, как начинаю беситься.

Дорогу заметает, еще немного и ехать станет совсем невозможно, а она тут обиженку корчит. Идиотка. Ну и мерзи здесь! Может, хоть мозги появятся и поймет что в жизни приоритетно!

Поднимаю стекло и психанув, вжимаю педаль газа в пол. Пока проезжаю мимо, кошусь в зеркало заднего вида. Девчонка, заметив, что я уехал, тут же сгорбливается и притормаживает. Останавливается, чтобы снова вытянуть руку вперед.

Пока еду, покрываю её отборным матом.

Кто остановит сейчас в такую погоду? Кому ты вообще сдалась? Все думают только о том, как бы не вляпаться и до дома доехать безопасно, а не подвозить девчонку с трассы.

Это еще хорошо, если не примут за шалаву.

Бляяя. Резко сбавляю скорость и съезжаю на обочину. Включаю аварийку.

Не хватало только, чтобы кто-то подхватил Шапку и решил воспользоваться её одиночеством. Не все волки добрые. Есть такие, кто захочет обогреть, даже если ей это и не нужно будет.

4

Ксеня

Едем мы долго и очень медленно. Но лучше уж так, чем мерзнуть на трассе.

Вадим вручил мне термос с кофе. Горьким конечно, и без сахара, но носом крутить на этот раз я не стала. Уж если из-за него мне пришлось окоченеть, то кофе его я выпью без зазрения совести.

- Ты как вообще оказалась на том месте?

Замечаю, как скашивает на меня любопытный взгляд и поворачиваюсь к нему.

- На остановке что ли?

- Там не совсем остановка. Ты до неё не дошла.

Оу, вот оно что получается.

- Я подумала, что дошла. Смотрю, стоит женщина, ну думаю, ждет автобус, встану и я рядом. Вдвоем все же на таком безлюдном месте не так страшно. К ней машина подъехала, я испугалась, подумала пристаёт кто, отошла, от греха подальше. А она потом как накинется на меня, угрожать начала, я сначала ничего не поняла, но потом подъехал ты и пришлось выбирать – ты, или озлобленная барышня, которая отчего-то требует от меня убираться подальше.

Вадим хмыкает, а потом устало трёт переносицу.

- И ты, конечно, выбрала меня.

- Ну да. На свою голову. Уж лучше бы…

- Что? Осталась бы там, пока тебя кто-то другой не подхватил и не воспользовался услугами на все сто?

Хмурюсь и закатываю глаза.

- Только не надо теперь корчить из себя принца! Ты задел мои чувства. Никогда не думала, что меня можно спутать с одной из этих, уличных.

Меня снова передергивает, а Вадим смеётся.

- Я тебя принял за одну из них только потому что ты стояла на их месте. В остальном в тебе ничего от них нет.

- Ну, тебе уж лучше знать. Видать часто пользуешься услугами.

Договорить не успеваю, как вдруг он шлепает ладонью по моим губам. Не сильно, но довольно таки ощутимо.

- Уважение, Шапка, уважение к старшим!

- Чегоо? – оторопело пялюсь на громилу, едва не выронив термос. – Ещё раз меня ударишь, учти, я дам сдачу!

- Да что ты? На карате ходила?

- Без него обойдусь. Обиженная девушка похлеще каратиста!

Ну это надо, а! Губы пекут прямо! Не от силы удара, а от соприкосновения его кожи с моей. И щеки краской наливаются, ужас прямо какой-то.

- Не напугала. Но если ты еще раз позволишь себе так со мной говорить получишь уже не по губам, поняла?

- Ппффф! Кристиан Грей на минималках?

- Кто?

- Любитель пользоваться плеткой.

- Зачем мне плетка? У меня своё оружие, - отдирает от руля руку и демонстрирует мне свою открытую ладонь. Большую, раза в два больше чем моя собственная. – И поверь, пристанет она так, что в следующий раз хорошенько подумаешь прежде чем мести языком, как помелом.

- Ох, извините Вадим, простите не знаю Вашего отчества. Может мне ещё и в реверансе перед Вашей светлостью приседать всякий раз, когда Вы проходите мимо?

- Вадим Алексеевич, вдруг запомнишь! И нет, можешь обойтись без реверанса!

- Вот спасибо.

- Да пожалуйста, я добрый сегодня.

- Разве? Когда говорил по телефону таким не выглядел.

- С тобой добрый, Шапка.

Я цокаю и поднимаю термос, чтобы сделать глоток, но Вадим протягивает руку и отнимает его. Не стесняясь пьет прямо после меня, а после вручает его мне обратно.

- Это всё таки мой кофе, могла бы и поделиться.

- Это не гигиенично, вообще-то, - бурчу, захлопывая крышечку и отставляю термос в подстаканник точно зная, что после него пить не буду.

У громилы звонит телефон и пока он принимает звонок, я позволяю себе немножечко его рассмотреть. Ну раз уж нам придется провести сегодняшнюю ночь под одной крышей, должна же я знать приметы, на всякий случай. Авось придется портрет составлять в полиции, мало ли что он себе позволит.

Ручища вон огромные какие, плечи такие, что не обхватить, вылит словно из гранита весь. Взрослый, сильный, совсем не похож на всех моих знакомых парней. Лицо строгое, скулы широкие и острые. Губы большие, красивые. Обе полные и на вид мягкие. Волевой подбородок, на правой щеке небольшая родинка. Мужчина гладко выбрит, на указательном пальце кольца нет. Стоп. С чего это я на пальцы вдруг перешла? Длинные такие, с узловатыми костяшками.

Одергиваю себя и отворачиваюсь к окну. Примет насмотрелась сполна, на этом достаточно!

На одном из поворотов мы сворачиваем, а потом вдруг резко проседаем с правой стороны. Я от неожиданности хватаюсь за ремень безопасности.

- Бл*дь, перезвоню, Сань, - Вадим резко обрывает звонок и глушит двигатель.

Выходит из машины и обходит её.

Чувствую, что стоим мы неровно, как будто машину покосило вправо. Похоже, влетели в яму.

- Придется толкать, - рокочет низкий голос, когда Вадим снова забирается внутрь салона. Вроде был на улице всего несколько секунд, а уже весь в снегу. – Водить умеешь?

- Немного. Но прав у меня нет.

- Права и не нужны. Надо, чтобы принцип понимала.

5

Ксеня

Спустя минут пятнадцать тщетных попыток выбраться из ямы, я уже в красках представляю как мы тут замерзнем насмерть. Завтра, или может даже спустя несколько дней наши синие окоченевшие тела найдут, позвонят моим родителям и расскажут, что их примерная дочь отличница завершила жизнь в компании сорокалетнего мужчины.

Уже представляю истерику мамы и шок папы. А бабуля скажет, что я непутевая и с того света меня достанет, чтобы надрать задницу и ещё раз объяснить, что садится в машину к незнакомым мужикам категорически запрещено.

Это было её одним из любимых наставлений с детства. Первое – не брать у незнакомых игрушки и сладости, и второе – не садиться к ним в машину. А кофе вместо сладостей считается? Если да, то я точно заслужила кожаного ремня бабули.

В какой момент темную улицу освещает свет фар, возвращая меня к реальности. Кто-то едет! Боже! Может мы все таки не умрем?

Резко оборачиваюсь, как раз, когда Вадим тоже заметив автомобиль, выходит на дорогу и преграждает ему путь.

Ты ж мой умничка! Не дай им возможности равнодушно проехать мимо!

Машина тормозит, а Вадим кладет ладони ей на капот.

- Что у вас тут? – из пассажирского окна высовывается мужская голова.

- Засели крепко, - кричит Вадим. – помощь нужна!

Он уже похож на снеговика, весь покрыт снегом, но ни одной жалобы я от него не услышала. Разве что пару матов, но это нормально. В такой ситуации грех не использовать крепкое словцо.

- Мужик, мы сами застрянем! Ты видишь метет как? Постоим десять минут, а потом с места не сдвинемся.

Вот же бесчувственные скоты!

Спешно выскакиваю из машины и проваливаясь в снег, подбегаю к высунувшемуся мужику, не имеющему сострадания.

- Помогите нам, пожалуйста! – хватаю его за руку и отчаянно трясу, - Будьте человечными! Мы же замерзнем здесь, а у меня малыш, - левой рукой накрываю плоский живот, стараясь выпятить его на такой максимум, на который только способна. Спасибо бабе Аглае за борщ и пирожки, которые пришлись как нельзя кстати, - Я так его жду! И муж мой ждет!

Даже стараться над выдавливанием слез не нужно, они сами брызжут из глаз благодаря крупному снегу.

Хоть физиономия мужика и выглядит не слишком довольной, но во взгляде все же мелькает сочувствие. Он бросает спешный взгляд на мой живот, который сейчас не прикрыт курткой. Чуть откланяюсь назад, чтобы казалось, что он больше и для убедительности вожу по нему рукой. Видела, так беременные постоянно делают.

- Да куда уж тебя деть, девчонка ведь совсем ещё, - первым сдается водитель и махнув рукой, выбирается из машины.

Второму ничего не остается, как последовать за ним.

- Спасибо Вам, спасибо, - практически визжу, и разворачиваюсь обратно к машине.

Пробегая мимо Вадима, замечаю его смешливый взгляд и показываю ему язык. Вот что бы он без меня делал?

- Собрались, мужики, - командует кто-то, я же выполняю возложенную на меня работу: выжимаю сцепление, а потом давлю газ.

Ну давай, пожалуйста, миленькая!

Чувствую, как машина подо мной начинает медленно двигаться. Пульс несется вскачь.

- Ксеня, давай влево!

Послушно выполняю приказ моего громилы и уже через несколько секунд наконец ощущаю выравнивание. Машину больше не косит. По инерции давлю на газ и выезжаю на дорогу. Проезжаю на всякий случай несколько метров вперед, и останавливаюсь.

Аааа! Боже мой, Боже мой, Боже мой!

Выскакиваю из машины и несусь к мужчинам.

- Спасибо вам огромное, - набрасываюсь по очереди на каждого.

Целую их от радости в щеки.

Тот, что пассажир, только отмахивается от меня, а водитель доброжелательно улыбается.

- Да не за что!

- Есть за что, вы нам жизнь спасли! Как Вас зовут?

- Александр.

- Чудесно! Я назову сына в вашу честь, - вспоминаю о том, что живот забыла выпятить и спешно возвращаю на него ладонь.

Александр смеётся, а его хмурый товарищ подталкивает его в спину.

- Поехали уже, заметет сейчас всех четверых.

- Да, да, погнали. Спасибо мужики! – Вадим спешно жмет им руки, а потом обнимает меня за талию и кивает в сторону машины, - Пойдем, беременная моя.

Возвращаюсь на своё место, а Вадим занимает водительское. Быстро заводит двигатель и начинает движение. Пока стояли салон охладился, жутко холодно. Даже пар изо рта валит. Я кутаюсь посильнее в куртку и только сейчас замечаю какие синие у Вадима руки.

Сам он одет в один только свитер, который, я уверена, насквозь промок от снега. Пока машина согреется уйдет минут пять, не хватало ещё, чтобы он заболел.

- Так, снимай свитер, - командую, берясь за руль.

- Что прости? – он хмуро косится в мою сторону.

Губы синие, видно, что замерз ужасно. Бедный!

- Раздевайся, Вадим! Ты мокрый насквозь от снега. Схватишь воспаление легких. Вот почему куртку не надел? Зачем было в одном свитере туда переться? Герой нашелся!

6

- Давай, Шапка, проходи, - клацая зубами, подгоняет меня в спину замёрзший Вадим.

Ударив по выключателю, включает в доме свет. Буквально бросив в угол пакет с продуктами, которые привез с собой в багажнике, быстро сбрасывает с себя обувь.

- А у тебя здесь уютненько.

Оглядываюсь по сторонам, снимая с себя шапку с шарфом.

Вадим улепетывает на кухню, пока я расправляюсь с замком на куртке, а потом с сапогами.

Дом у него небольшой, но, судя по всему, построен недавно. Дизайн выполнен в теплых тонах. В прихожей помимо его ботинок и моих сапог обуви больше не наблюдается. Даже тапочек. А это значит, что скорее всего, живёт он один. Если вообще живет здесь, потому что в доме на самом деле жутко холодно. Я уже даже успела пожалеть, что разделась.

Подув на свои ладони, и потерев их между собой, отправляюсь на горящий свет и попадаю на кухню. Что я там говорила про то, что мне холодно? Забудьте! В одну секунду меня бросает в жар, потому что прямо по центру кухни стоит Вадим без своего насквозь промокшего свитера и активно растирает ладонями руки и плечи. Скорее всего водкой, если судить по характерному запаху.

Не знаю от паров ли спирта или ещё от чего-то другого, но я самым наглым образом рассматриваю голый торс моего громилы.

Кстати, я не зря дала ему это прозвище. Сейчас понимаю, что оно подходит ему как нельзя кстати. Твердые мышцы перекатываются под упругой кожей, а пресс… Мама моя дорогая. Я в жизни не видела таких твердых кубиков. Почему-то на ум приходит доска для стирки, на которой бабуля в деревне раньше белье стирала. У меня даже кончики пальцев покалывать начинают от иррационального желания потрогать их.

Торс у него крупный, сбитый, как у тренеров в тренажерном зале.

А под кожаный ремень на джинсах убегает тонкая полоска жестких темных волос.

Шумно сглатываю, потому что фантазия дорисовывает их дальнейший путь. Хочется приложить ладони к щекам от собственных столь похабных мыслей.

- Что-то новое увидела? – насмешливый мужской голос нагло отрывает меня от созерцания прекрасного, а я только сейчас понимаю, что таки прижала ладони к горящим щекам.

Резко опускаю руки.

Вадим пытается дотянуться до спины, при этом продолжая громко стучать зубами.

- Ага. Побрить бы тебя, волосатый жуть! – подхожу ближе и взяв бутылку водки, которую обнаруживаю на столе, наливаю себе немного в ладонь, - Разворачивайся!

Немалых размеров спина послушно оказывается на уровне моих глаз. Едва не присвистываю. Аккуратно наливаю на кожу жидкость и тут же растираю её. Вонь просто кошмарная, но я даже внимания не обращаю, потому что впервые контактирую с наполовину голым мужчиной.

Нет, у меня были парни, конечно. Парочка всего. Я так то больше на учебу всегда уклон делала, а не отношения, которые всегда так или иначе заканчиваются расставанием. Но все же бывшие у меня в арсенале имеются. И хоть до секса у нас с ними не доходило, но все же я видела парней без футболки. Ключевое слово тут «парни», вы поняли, да? Хиленькие, щупленькие, как цыплята. Вадим же на фоне их … нет, не петух, конечно. Жеребец, вот!!!

От ощущения упругой кожи у меня искрит под ладонями. Неторопливо размазываю спирт по плечам, возвращаюсь к лопаткам. Ммм, теперь хоть буду знать как ощущаются мышцы! Еще надо вот тут, на пояснице потереть!

- Ты гладишь, или растираешь, Ксень? – хохотнув, оборачивается засранец. Я не успеваю убрать ладони и скользнув пальцами по его коже, уже утыкаюсь ими в пресс, - А то кажется ты меня хочешь разогреть совсем в другом смысле этого слова.

Возмущенно вскидываю голову и натыкаюсь на дерзко вздернутую бровь и смеющиеся глаза.

- Тогда я точно согреюсь. Кстати, самый лучший вариант при охлаждении.

- Какой? – слегка туплю я, продолжая отчего-то мять твердую стиральную доску.

Ох, бабушка была бы в восторге!

- Секс. С такими поглаживаниями, как у тебя, я решу, что ты именно к нему меня готовишь!

- Совсем уже? - Резко отдергиваю руки. - Обойдешься! Вообще, самый лучший вариант – это горячая ванная! Почему бы тебе не попробовать? Говорят, помогает!

- Здесь бойлер. И пока он нагреется пройдет несколько часов, - Вадим видимо, осознав, что больше я ему помогать не собираюсь, снова берется за бутылку.

Вот только вместо того, чтобы растирать себя, открывает ящик и достает оттуда две рюмки. Разливает по ним вонючую жидкость, и вручает мне одну.

Брезгливо морщу нос.

- Я такое не пью.

- Придется, чтобы не заболеть. Сейчас пока прогреется дом и заработает бойлер, продрогнешь.

Без желания беру стопку и веду над ней носом. Гадость какая, фу!

- Давай-давай, не морщись.

Вадим опрокидывает рюмку и щурится. Приоткрыв рот, выдыхает оттуда воздух, а потом проходит мимо меня и скрывается в коридоре. Я так и не решаюсь выпить. Стою настраиваюсь на это действие, когда он возвращается с пакетом.

- Погоди, сейчас колбасы дам.

Выкладывает на стол палку сервелата, сырную нарезку, сырое мясо, картошку, помидоры и огурцы. Там ещё что-то остается, но Вадим снимает с магнитного держателя нож, и нарезает пару колбасных кружочков.

7

- Держи. - Вадим протягивает мне большие теплые вязаные носки серого цвета. - Тапок не нашлось, но думаю, в этом не замерзнешь.

- Ого, откуда у тебя такие? – улыбаюсь, с интересом рассматривая плотную крупную вязку.

- Мама из деревни прислала. Не нравится?

- Нравится, почему же? Моя бабуля тоже постоянно мне шлёт вязанные вещи. Твоя любимая красная шапка с шарфом, кстати её рук дело. Только вчера получила.

- Хм. Так ты бабуле спасибо скажи. Если бы не этот ядрёный цвет, я бы тебя и не приметил на той остановке.

- То есть я такая неприметная, хочешь сказать? – картинно дую губы, на которые мужчина уж больно пристально смотрит.

Рефлекторно прикусываю нижнюю, а он сощуривается.

- Наоборот. – переводит взгляд мне в глаза и усмехается, - Хочу сказать, что ты в ней как мухомор в лесу. Близко не подойдешь…. ну потому что кому он сдался, такой ядовитый, но увидишь издалека точно.

Чегоо? Ошарашенно округляю рот вместе с глазами, а этот засранец громко хохочет.

- Замечу, что какой бы ядовитой я не была, ты всё же меня сорвал. – Бровь Вадима издевательски ползет вверх. – Собрал. Грибы же собирают… - Не то… - В смысле позвал в машину, я имела в виду.

- Я понял – понял, - посмеивается громила, - На вот. Иди переоденься! Губы уже вон синие, замерзла небось.

Ах, так он поэтому на них смотрел?

Спорить не буду, конечно. От стен дома действительно исходит леденящий холод, который уже добрался до моего щуплого тельца и искусал всю.

- Спасибо. А тут у нас?

- Мои спортивные штаны, футболка и …. Вязанный свитер!

Отлично. Вязанные - они обычно очень теплые.

- Всё чистое. Переодеться можешь в спальне. Ночевать, кстати, будешь там же.

Проследив за тем, куда указывает Вадим, я забираю вещи и отправляюсь на свет. Ну, в смысле в конец коридора.

Спальня оказывается большой и уютной. По центру внушительная двуспальная кровать, в стену встроен шкаф, а у окна письменный стол и стул со спинкой. Стильно и со вкусом. Особенно мне нравятся эти бра на стенах.

Всё-таки он точно какая-то шишка. На такой ремонт обычный рабочий зарабатывать будет себе долго. Хотя, может он всю жизнь и зарабатывал, кто его знает.

Закрываю дверь и снимаю с себя одежду. Боже, как же холодно! Пританцовывая на месте, чтобы не окоченеть, натягиваю сначала мужскую футболку, которая оказывается на меня просто огромной. Ну, конечно, с такими плечами он, наверное, носит XXL, а то и три икса. Футболку заправляю в штаны, а поверх неё накидываю свитер.

Где там драгоценные вязанные носочки? Отыскав их глазами среди вороха вещей, быстро облачаю в них ноги и дрожу. Оборачиваюсь к зеркалу на шкафу и прыскаю от смеха. Мдааа. Похожа на вешалку в ресторане. Тонюсенькая, а вещей на ней как на капусте.

Ох, ну зато приставать не будет. Кажется, это было моим главным условием, когда я соглашалась поехать с Вадимом. Испытав нерациональный и невесть откуда взявшийся укол разочарования, выхожу из спальни.

Так, кажется, в эту дверь Вадим заходил, когда включал бойлер. Жму на выключатель и заглядываю в комнату. Точно, ванная. Ступаю внутрь и открываю кран. Руки от ледяной воды немеют, поэтому быстро ополоснув жидкое мыло, я вытираю их полотенцем.

Решив, что имею право немного полюбопытствовать, оборачиваюсь по сторонам. На подставке в душевой кабине сиротливо стоят мужской шампунь с гелем для душа и мочалкой. В стакане на раковине одна зубная щетка. Будет ли наглостью с моей стороны заглянуть в ящичек под раковиной? Наверное, да. Но я все равно это делаю.

За дверцей небольшая коробка, по содержанию которой я могу сделать вывод, что это аптечка. А рядом с ней несколько пачек презервативов.

В лицо ударяет краска, пока я быстро захлопываю дверцу обратно.

Что ж, с личной жизнью у него похоже проблем нет.

Нахмурившись своим мыслям, выключаю свет и возвращаюсь на кухню. В чайнике уже кипит вода, а Вадим нарезает на разделочной доске свинину.

- Чай завари, пожалуйста, - просит, не оборачиваясь.

- А чашки?

- Здесь, - кивает на одну из подвесных полок. – Чай тоже там. В наличии только черный.

- А с бергамотом нет? – подхожу к столу и вытаскиваю две чашки.

Вадим косится в мою сторону и его губы насмешливо кривятся.

- Я поищу ремень, а то кажется с тебя сейчас всё слетит.

- Да нормально, - отмахиваюсь я, - зато тепло.

- Ну смотри. С бергамотом нет.

Жаль. Почему-то захотелось именно с ним. Пока завариваю чай, понимаю почему. Потому что от вещей помимо порошка исходит именно этот тонкий аромат. Тот же, что я услышала в машине, когда только села к Вадиму.

- Ну, рассказывай, - подталкиваю ему чашку и опираюсь бедром на стол, наблюдая за умелыми манипуляциями с мясом.

- Что именно?

- О себе. Твоя девушка не будет против, что ты привёз к себе меня? – беру свою чашку и слегка подув, отпиваю глоток чая.

- У меня нет девушки, - Вадим щедро солит мясо и посыпает его перцем. Перемешивает в миске руками, - Была бы, я бы не сажал тебя к себе в машину.

8

- Бабуль, всё в порядке! – повторяю в третий раз, отвешивая себе воображаемый подзатыльник за то, что не позвонила моей чрезмерно мнительной бабушке.

- Я уже думала случилось что, - ворчит она, - Аглая сказала ты давно ушла, и трубку не берешь. Ксенька, по жопе бы тебе дать за то, что нервы мои не бережешь!

Вадим тихо смеётся себе в кулак, потому что голос из динамика слышен на всю кухню.

- Ну я не хотела, бабуличка. Так получилось. Погода ужасная, добиралась очень долго, - бросаю в него веточкой укропа и глазами показываю, чтобы молчал.

Не хватало мне только допроса о том, кто тут ржёт на заднем плане и почему у него такой низкий голос.

- Надеюсь, не на попутках?

- Нет, конечно, - нагло вру, веселя этим громилу только ещё сильнее.

Он теперь уже откинулся на спинку кухонного дивана и в открытую слушает наш разговор.

- Смотри мне. Нет им доверия мужикам этим. Только одно нужно. Затащить в машину и…

По приоткрывающемуся рту Вадима понимаю, что он сейчас выдаст себя своим хохотом, поэтому не раздумывая дергаюсь к нему и прикрываю ему рот ладонью.

- Бабуля, я взрослая девочка и прекрасно знаю, что им нужно. Поэтому на попутках ни-ни.

Засранец сощуривает глаза и качает головой, мол «ай-ай-ай». Посмотрела бы я на него на моем месте. Моя бабуля похлеще любого генерала будет. Уж лучше её не злить.

Вадим мягко убирает мою руку со своего рта, но улыбаться не прекращает. Тянется за бокалом с вином и делает несколько глотков.

- Умница. Ну хорошо, отдыхай тогда. Спасибо, что Аглае пирожки отвезла. Она там не совсем еще истощала?

- Нет, живенькая. Пирожки, кстати, очень вкусные.

- Я ещё пришлю. Тебе с мяском или капустой? – смягчается бабуля.

Ей всего-то надо, чтобы я плотно кушала, тогда добрее неё на свете нет.

- И с мяском и с капустой. И можно ещё с вишней.

- Хорошо, Ксенечка. Ну побегу я, там новости начинаются вечерние.

- Пока-пока, целую.

Сбрасываю вызов и облегченно выдыхаю.

- Так ты сегодня пирожки отвозила? – откровенно насмехается издеватель.

- Да. Ну давай, посмейся. Красная шапочка отвозила пирожки. Ты же к этому клонишь.

- Именно. А знаешь почему?

От склоняет голову на бок и сверлит меня своими глазищами. Ух они у него какие! Загляденье!

Интересно, это вино уже действует, которое мы с ним распиваем за поеданием ужина, или я просто только сейчас разглядела?

- Потому что ты волк! И клыки у тебя большие, ага, я помню!

- Волк я не из-за клыков, - усмехается он, - просто у меня фамилия Волков.

Чувствую, как мои брови ползут наверх, а потом начинаю смеяться.

- Да ладно! Не бывает таких совпадений.

Вадим разводит руками.

- Как видишь, бывают.

Мы доедаем наш ужин, ещё немного болтая. Я рассказываю о том, что почти все детство провела с бабушкой. Мои родители ещё давно уехали на заработки в другую страну, и всё, что я о них помню – это как каждый раз мы с бабулей забирали деньги, которые они присылали ей на моё воспитание.

Когда мне было пятнадцать, они вернулись, забрали меня, пытались делать вид, что мы нормальная семья, хотя ни я, ни они так не чувствовали. Мы были чужими друг другу. Они не знали что я люблю, а я даже не пыталась узнать что нравится им. Спустя три месяца вот таких потуг, они снова собрались и укатили заграницу. Я была только рада. Такой формат отношений мне гораздо более близок и знаком.

Я снова вернулась к бабушке, а потом уехала, когда поступила в столичный университет.

- Вот уже три года как я живу в общежитии, - заканчиваю свой рассказ, который Вадим выслушал к моему удивлению с интересом.

- Бабушка твоя молодец, - говорит он, - и по поводу попуток она права.

- Ну, я уж теперь это знаю на собственном опыте, - показываю ему язык.

- Ты доела? Может в зал пойдём? Там должно быть теплее, - предлагает, кивнув на мою пустую тарелку.

- Пойдём.

Собрав всю посуду, Вадим загружает её в посудомойку, а сам берет начатую бутылку вина, свой бокал и кивает мне на мой.

- Или тебе уже хватит?

- Нет, я чувствую себя вполне адекватно.

Вино и правда, очень вкусное и легкое. Не скажу, что меня совсем не ведёт, но в голову оно не ударило аж настолько, чтобы сильно захмелеть.

Встаю, забрав свой бокал, и иду следом за Вадимом.

В большом уютном зале мы устраиваемся на диване.

- Что смотреть будем? – спрашиваю его, когда мужчина берется за пульт.

- Не знаю. Ты что предпочитаешь?

- Комедию можно какую-то.

Он долго роется в списке фильмов, потом выбирает один из них, и садится рядом.

Диван вибрирует под его весом.

9

Вадим под моим заинтригованным взглядом ставит на стол квадратную черную коробку, на которой серебристыми буквами написано «Ты и я. О тайном».

Я выдаю нервный смешок.

- Ты со всеми девушками играешь в неё?

Стараюсь завуалировать легкомысленной улыбкой невесть откуда взявшийся укол ревности.

- Ты первая, - громила садится рядом и открывает крышку, - это мои друзья придурки подарили мне. Прикольнуться решили. Но я ещё её не открывал.

В доказательство своим словам Вадим достаёт пачку с карточками, обтянутую заводской плёнкой. Что ж, ладно, верю.

- Передумала? – сощуривается, не спеша разрывать пленку, и пытливо смотря на меня.

- Нет. Просто не хотела бы, чтобы ты меня с кем-то сравнивал в этой игре.

- Девушки…

Качнув головой, он таки рвет упаковку и выкладывает карточки. Тянется за инструкцией и пробегается по ней глазами.

Я же в этот момент тянусь за колодой.

Мной руководит интерес и желание понять, что же меня ждёт. На первой же карточке смущение наползает на лицо, а живот стягивает.

«Доставьте своему партнёру оральные ласки».

От шока роняю всю колоду прямо себе на колени. Вадим скашивает на меня взгляд, наблюдая за тем, как я их лихорадочно собираю.

- Слушай, наверное, я не готова, - бурчу, чувствуя, как сердце начинает из груди выскакивать.

Вадим усмехается.

- Здесь пять категорий. Пятая – это секс с проникновением, а также оральный и анальный.

О Господи! Таращусь на него, точно зная, что лицо моё сейчас напоминает помидор.

- Мы можем её просто убрать, - предлагает, хрипло смеясь, - оставим четыре.

- А что в этих четырёх?

- Вопросы, легкие задания, и максимум… петтинг.

Низ живота обжигает горячей волной. Петтинг – это я знаю. Не настолько же ханжа всё таки. С моими бывшими парнями у нас бывали ласки. Мне они не особо нравились. Почему-то было дискомфортно и эффекта «вау» не происходило.

Поднимаю глаза и почти не дышу. Пристальным взглядом Вадим смотрит на меня и от этого взгляда у меня снова сонм мурашек по коже расползается.

- Х-хорошо, - опускаю глаза.

Боже, Ксеня, ты как себя ведешь? Робеешь, блеешь? Приди в себя, девочка!

Но тело сковывает несколькими разными эмоциями – стыдом, предвкушением и сильнейшим волнением. Впервые испытываю такой оглушающий коктейль.

- Шапка, ты боишься? – склонив голову на бок, Вадим касается моего подбородка и заставляет посмотреть на него.

- Нет. Просто я знаю тебя всего пару часов.

- Мы можем не играть. Но если подумать, то в этом ничего выходящего за рамки нет. Завтра мы разъедемся и никогда больше не увидимся. Сексом, как таковым заниматься не будем. Просто приятно проведём время. Не испытывай я к тебе влечение, я бы не предложил.

Ох, мамочки! Разве же можно вот так открыто говорить о том, что он испытывает ко мне влечение?

- Решать тебе. Я не хочу быть тем, кто настаивает. Сама сказала – к тебе не приставать, - кончики его губ ползут вверх, а у меня сердце заходится в аритмии.

Если мы будем играть, то эти губы с большой вероятностью меня поцелуют. И Вадим прав – мы больше не увидимся, поэтому можно позволить себе небольшую девичью слабость.

- Я решила. Играем. Только пятую категорию убирай.

Рассмеявшись, он достаёт все карточки с красной «рубашкой», и оставляет других цветов.

Выкладывает карту с множеством ходов.

- Так, бросаем кубик. На какого цвета кружок попадаем, такую категорию и вытягиваем. Если становимся на чёрный, то снимаем с себя одну деталь одежды.

- Тут ещё и раздеваться надо? – ошалело пялюсь на карту. – Мы же замёрзнем.

- Не думаю, Ксеня! Мне уже жарко!

Ох, так то мне тоже.

- Давай ещё вина. Для смелости.

Вадим берет бутылку и доливает нам алкоголя. Делаю сразу несколько больших глотков. Предвкушение разгоняет кровь, мне кажется я и пьяная и трезвая одновременно.

Мы разыгрываем кубик кто ходит первым и выпадает эта честь Волкову.

Он бросает кубик, тот показывает цифру два. Категория синего цвета. Это вопросы.

Тянет верхнюю карту.

- «Какая часть тела женщины (мужчины) тебя больше всего возбуждает?»

Вопрос для Вадима, а нервничаю я.

- Грудь, - отвечает он спустя пару секунд размышлений. – Люблю её сжимать во время секса. И облизывать соски.

- Это уже ответы на дополнительные вопросы, - резко выставляю вперёд руку, останавливая поток горячительной информации. От слова «соски», произнесённого им, у меня между ног укололо. – Здесь не спрашивается что ты любишь с ними делать.

Хохотнув, Вадим передаёт мне кубик.

Так, пожалуйста, что-нибудь не слишком развратное. Зажмурившись, кидаю его, а когда открываю один глаз, вижу цифру один. Это у наааас…

Чёрный цвет. Слава Богу! Стаскиваю с себя носки и победоносно улыбаюсь.

- Отделалась лёгким испугом.

- Боишься, что съем тебя? – отбирает у меня кубики Вадим.

- А ты не съешь?

- Съем, как только представится возможность!

Ой, мама…

- Так, оранжевый. – берёт карту и переводит на меня взгляд, в котором я читаю нечто опасное.

Поворачивает её ко мне лицевой стороной.

«Поцелуйте своего партнёра с языком».

Шумно сглатываю. Горло пересыхает, а пульс взлетает до отметки «Осторожно, вы сейчас отключитесь».

Отложив карту, Вадим забирает у меня бокал. Отставив его на стол, обхватывает моё запястье горячими пальцами и тянет к себе.

- Сядь на меня.

Икаю от напряжения.

Ощущение, словно кто-то выпустил из комнаты весь воздух и запустил сюда яд. Дышать тяжело, легкие сводит. Чувствую, как разумом овладевает туман, пока перекидываю ногу через мужчину. Оказавшись на его коленях, не знаю куда себя деть от смущения.

- Расслабься, Ксеня. Это просто поцелуй.

Ну для кого просто, а для кого и не просто!

Его ладонь неторопливо зарывается в мои волосы, давит на макушку, подталкивая меня к его лицу. Приходится положить ладони на крепкую грудь, чтобы не завалиться.

10

Мы играем всего полчаса, а я уже узнала о Вадиме столько, сколько не знала ни об одном парне. Его любимая поза в сексе – когда девушка стоит на коленях, задом к нему. Он любит минет, и у него однажды был секс втроём.

Стараясь не провалиться под землю от смущения и того факта, что мы с ним наполовину голые благодаря часто попадающимся чёрным кружочкам, я в очередной раз бросаю кубик.

Два. Шагаю по карте фишкой и останавливаюсь на синем цвете. Что ж, вопросы – это легко, правда?

Тяну верхнюю карту и пробегаюсь по тексту глазами, а потом озвучиваю его:

- Хотели бы вы стать наблюдателем полового акта между вашими знакомыми? Или принять в нём участие, и чтобы наблюдали за вами?

Вадим с интересом склоняет голову, а я стараюсь на него лишний раз не смотреть. На громиле из одежды остались одни лишь боксерки. Я уже успела исподтишка рассмотреть и подкаченные ноги с выпирающими мышцами, и … внушительный бугор, который после наших разговоров стал мягче, но не настолько, чтобы можно было сказать, что он вовсе расслабился.

На мне хотя бы есть белье со штанами. Хотя и это не спасает. Когда я сняла футболку, атмосфера в комнате сильно изменилась, став тяжелой и искрящейся. Лишь на секунду взглянув на Вадима, заметила, каким он взглядом смотрел на мой простенький белый лифчик.

- Не хотела бы, - отвечаю поразмыслив.

- Почему? – интересуется он.

- Потому что мне это не интересно, во-первых. А во-вторых, не хочу каждый день видеть потом этих самых знакомых и вспоминать о их гениталиях.

Вадим выдаёт смешок.

- А участвовать?

- Чтобы на меня смотрели?

- Мхм.

Прикидываю и испытываю внутренний протест.

- Нет. Эксгибиционизм не моё. Если я занимаюсь любовью со своим молодым человеком, то это должно быть строго между нами, а не выставлено напоказ.

Ого, рассуждаю так, будто у меня когда-то вообще был секс. Но в целом, если представить, что был, то я бы точно не смогла заниматься им перед кем-то другим.

- У тебя когда-нибудь была подобная практика? – зачем спрашиваю не знаю, но чувствую как краснеют кончики ушей.

- Вот попадётся мне этот вопрос и отвечу, - издевательски подмигнув, засранец сгребает кубик с карты и трясет его в ладони. - Ещё немного, и я выиграю.

Намекает на то, что его фишка ближе к финалу, чем моя и бросает кубик на карту.

- Это мы ещё посмотрим, - ехидно корчу ему рожицу.

Проигрывать я не люблю, поэтому сделаю все от меня зависящее, чтобы победить. Хотя пока что даже заклинание «Колдуй баба, колдуй дед» не сильно помогает. Кубик словно заговоренный каждый раз выдаёт ему большее количество очков.

- Четыре. Красный цвет, - разводит руками, передавая мне обратно кубик.

Красный – у нас пропуск хода из-за того, что эту категорию мы отмели. Ок. Бросаю я.

Оранжевый.

Сердце пропускает ход, а потом подлетает к горлу. Всё внутри меня мгновенно вспыхивает. Оранжевая категория недалеко ушла от красной, поэтому пока я тянусь за картой, дышать получается с трудом.

Подняв её, с опаской поворачиваю к себе лицевую сторону и читаю сразу вслух:

- Возбудите вашего партнера. При этом он не имеет права вас касаться. Трогать его можете только вы.

Не поворачивая головы, медленно кладу карту на стол. Боже мой, Боже мой, Боже мой!

Волоски на коже поднимаются, я чувствую, как Вадим смотрит на меня, и шумно сглатываю.

Осмелившись, встречаюсь с сощуренным глазами, и чувствую, как меня начинает мелко потряхивать.

Вскинув руки, Вадим послушно опускает их вдоль своего тела и вскидывает бровь, бросая мне вызов.

Мельком опускаю взгляд на его трусы…. Что ж, если учесть, что он и так наполовину возбуждён, значит много времени не понадобится.

Хотя если честно, внутри горит неуёмная потребность снова оказаться на его большом горячем теле.

«Грязная, грязная Ксеня!»

Так, ладно. Что ж я, мужчину не возбужу? Думаю, это я смогу. Тем более, как мне кажется, я даже хочу этого. Почувствовать свою маленькую власть над ним.

Повернувшись полубоком, я подползаю к Вадиму и снова седлаю его.

Он смотрит на меня открыто, слегка приподняв подбородок, а я горю под этим его взглядом заживо. Ещё немного и превращусь в горстку пепла.

Осторожно кладу ладони на мужскую грудь, и испытывая необъяснимое удовольствие от соприкосновения с упругой кожей, неспешно веду ими вверх. Изучаю, глажу, пробираясь к крепкой шее.

Его взгляд перемещается мне на грудь, которая сейчас буквально в каких-то жалких десяти сантиметрах от него, и я вижу, как нервно дергаются его губы. Мышцы под моими пальцами сокращаются.

У меня во рту собирается слюна, когда я вновь смотрю на большие губы. Хочу ещё поцелуй… Как в прошлый раз.

Склоняюсь, но вместо того, чтобы поцеловать его, прижимаюсь губами к горячей коже мощной шеи. Вадим шумно выдыхает и слегка дергается. Боковым зрением замечаю, как его ладони складываются в кулаки, а на руках проступают нити тугих вен.

11

Вадим

Я уже забыть успел как это, когда девушка так искренне смущается. Щеки Ксени ярко алого цвета, в глазах тревога вперемешку с возбуждением. Такая сладкая девочка.

Медленно, чтобы не спугнуть её, передвигаюсь пальцами по упругой девичей коже, миную не привлекательные чашки лифчика и осторожно веду подушечками поверх них. По рукам электричество несется прямиком к паху.

У меня и так стоит колом после наших игр, а от откровенных прикосновений к Ксене и вовсе пробки вышибает.

Шапочка, забыв о своём остром языке, судорожно втягивает носом воздух и дергается назад.

- Может, давай остановимся? – шепчет тихо-тихо.

- Тттшш, не убегай, девочка! – хватаю её за талию и возвращаю обратно.

Моё обещание не трогать её кануло в лету. Не могу не трогать, когда в моих руках такой лакомый кусочек.

На моей практике такие были уже давненько. По молодости разве что, когда только универ закончил. В последнее время из-за загруженности на работе, частых поездок и банального отсутствия отдыха, отдаю предпочтение опытным женщинам, знающим как доставить удовольствие и не претендующим ни на что большее. Хватило с меня серьезных отношений на пол жизни вперед.

А вот девственниц вообще стороной обхожу.

Обходил.

Надо бы по рукам себе надавать, но разве ж можно отказаться, когда Ксеня так губу свою прикусывает, а её полная грудь часто вздымается от волнения.

- Не бойся, я тебя не обижу!

Неторопливо завожу руки ей за спину и щелкаю застежкой. Стягиваю по плечам лямки белья, едва не подавившись собственной слюной.

Соски, собравшиеся в тугие бусинки, призывно торчат. Грудь аккуратная, вздернутая, красивая. Охренеть, какая красивая.

Перед глазами от взорвавшейся похоти начинают разлетаться цветные мушки, вся кровь из мозга стекает в трусы.

- Блядь, Шапочка, ты прекрасна!

Ксеня сглатывает и начинает дрожать. Метнув взгляд ей в лицо, чтобы удостовериться, что это не от страха, вижу, как зрачки затопили всю радужку её ясных глаз.

Девочка на взводе не меньше меня.

Как вообще можно было так долго оставаться нетронутой? Она же чистый секс. И фигурка и характер, за который её хочется приручить и оттрахать. Сначала нежно, чтобы искусала свои мягкие губки, а потом жестко, чтобы визжала и кричала, а потом терлась прирученной кошечкой и мурлыкала.

Провожу пальцами внизу, под её грудью, а когда Ксеня прикрывает глаза, наконец трогаю её соски. Вздрагивает, как удара током и хватается за мои запястья.

- Вадим…

Испуганный взгляд устремляется в меня, но я кратко качаю головой.

- Не говори, что ты отступаешь, Ксеня! – хриплю, как наркоман, - мне казалось, ты не из пугливых.

Зацепивший меня при нашей встрече огонь, вспыхивает в её глазах, но тем не менее рук моих она не отпускает.

Так и держится, вцепившись пальцами в запястья, пока я медленно обвожу коричневые ореолы. Те скукоживаются ещё сильнее, по груди бегут мурашки.

Меня ведёт так сильно, что кажется, я впервые за многие годы готов просто спустить в штаны от того, что трогаю сорвавшую тормоза девчонку.

Ксеня вонзается зубами в свою нижнюю губу, и я хочу также.

За затылок притягиваю её к себе.

- Не бойся.

Замечаю, как расширяются её глаза, когда я набрасываюсь на сладкие губы. Толкаюсь сквозь них в жаркий рот и одной рукой мягко сжав грудь, вылизываю её язык. Тихий стон ударяется мне в глотку, а её ладошки утыкаются в грудь. Будто отталкивает, но я игнорирую.

Хочу, чтобы она узнала, что такое оргазм.

- Вадим, что ты делаешь? – шепчет, когда я отрываюсь и выглядя, вероятно, как умалишенный целую её ключицу. – Этого не было в задании.

- Не хочу больше играть.

- А что ты … ох!

Её рот округляется, а глаза наполняются паникой, когда мой язык оказывается на твердом соске.

Плохо…

- Тихо, не бойся! Секса не будет, я не трону тебя, обещаю! – горячо шепчу ей в рот, чтобы не вздумала бояться.

Это не та эмоция, которая мне от неё нужна.

- Просто сделаю тебе приятно.

Мысль о том, что после нашего расставания, девочка на всю жизнь запомнит меня, как первого, кто заставил её кончить, стягивает нервы в узлы.

Снова целую мягкие губки. На этот раз осторожнее. Шапочка, хоть и дерзкая, а всё же не пресыщена ласками. Возвращаю руки ей на грудь и обведя большими пальцами соски, легко их сжимаю.

Ксеня вздрагивает и снова стонет.

Даа.. Рай для моих ушей!

Опускаю руку ниже, миную пупок и ныряю ей в штаны.

Вцепившись в меня пальцами, Ксеня напрягается всем телом, и отрывается, чтобы смотреть мне в глаза.

- Будет хорошо!

Не проникая в трусики, нащупываю чувствительный бугорок.

- Ты доводила себя сама до оргазма?

12

Боже мой, боже мой, боже мой!

Залетаю в комнату, закрываю дверь и прижимаюсь к ней затылком.

Щеки пылают, между ног приятная истома.

Зажмуриваюсь и закрываю лицо ладонями, как будто Вадим все ещё смотрит на меня, а я физическую не вывожу этого взгляда.

Тёмного, порочного, до безумия магнетического. С ума сойти сколько в нем желания плескалось!

На меня так никогда не смотрели ещё. Будто он голодный волк, а я жирный кусок мяса, в который он хочет вонзиться зубами.

И этот нахал вонзился.

По телу проносится судорога, стоит вспомнить его зубы и язык на моих сосках.

Обречённо стону и прохожу к кровати.

Тяжело опускаюсь на неё, качая головой.

Прелестно, Ксеня, просто прелестно.

Двадцать один год ты держала оборону, не подпуская к себе проверенных парней, а Волчаре за пару часов знакомства дала себя облапать и довести до оргазма.

Абсурд происходящего зашкаливает.

В коридоре раздаются шаги, а я забываю как дышать. Судя по звуку, Вадим входит в ванную, там несколько минут шумит вода, а потом он проходит мимо моей спальни.

Я затаиваюсь, как мышка, пока не слышу звук закрывающейся двери.

Только после этого облегченно выдыхаю.

Мне бы тоже душ не помешал. Обилие влаги между ног приносит дискомфорт.

Чёрт, я сказала обилие? Да, именно так. Потому что ещё никогда там не было так мокро.

Краснея от стыда, воровито выглядываю из спальни и тихонько прошмыгиваю в ванную комнату.

Здесь парко, зеркало запотело. Раздеваюсь, забираюсь под горячие струи воды, а сама зачем-то думаю о том, как пару минут назад здесь принимал душ Вадим. Абсолютно голый…

Стискиваю бедра, потому что эта мысль отдаётся в теле жгучим возбуждением. Я чувствовала его орган промежностью, видела, как он был готов, когда ласкал меня.

Вадим хотел меня. По настоящему. Взрослый, опытный Вадим.. Хотел абсолютно не имеющую никаких познаний в сексе меня!

Прикусываю щеку изнутри, чтобы не улыбаться так широко. Сумасшествие какое-то.

"Алло, где твой страх и чувство самосохранения, Ксеня?" Запоздало вопит мой внутренний голос. Точнее, он - то вопил весь вечер, но я его намеренно игнорировала, потому что… Чёрт, стыдно признаться, но находиться в лапах этого зверюги мне было очень приятно. Будоражило и сносило голову от его поцелуев, так разительно отличающихся от тех, к которым я привыкла. От его наглого напора. Я понять не успела как ему удалось все это провернуть.

Но не жалею. Уже завтра каждый из нас будет жить своей жизнью, а Вадим в моей памяти останется как мужчина, с которым я забыла о том, о чем не забываю никогда - о безопасности. С ним даже опасность была волнительной.

Вытеревшись, я надеваю футболку и возвращаюсь в спальню. Ныряю под теплое одеяло и улегшись на бок, смотрю в окно. Крупные хлопья снега даже не думают останавливаться. Ветер подхватывает их, взвивает вверх, а потом тащит вниз и так по кругу.

Залипнув на ярком свете фонаря, я отключаюсь.

А просыпаюсь от чувства, будто я лежу не в кровати, а в сугробе. Снег повсюду. Подо мной, на мне, проникает в нос и замораживает внутренности.

Стуча зубами, открываю глаза. Рядом со мной одеяло, которое я похоже сама с себя сбросила, а поверх одеяла плед… которого ещё ночью здесь не было.

Резко подскакиваю. Вадим заходил ко мне?

Тянусь ледяными пальцами за одеялом с пледом и буквально обматываюсь ими.

Холодно жуть!

Сколько интересно, времени?

Беру с тумбочки телефон, но он оказывается выключенным. Села батарея. Прекрасно! Нужно будет попросить зарядное устройство.

Дрожа от холода, натягиваю на себя вчерашнюю, выданную мне Вадимом одежду, накидываю сверху одеяло и выхожу из комнаты.

Дверь в спальню хозяина открыта, но внутри его нет. Постель аккуратно застелена. Хм.

Прохожу дальше по коридору, заглянув в зал и на кухню. Никого.

Ничего не понимаю. Часы на стенке в кухне показывают одиннадцать.

Это я столько проспала? Боже! А Вадим уехал? Не разбудил меня и свалил, оставив здесь?

Внутри вспыхивают паника, сквозь которую я слышу знакомый голос. Едва различимый, но все же это он. С улицы. Точно, звуки идут с улицы!

Захожу в зал, и тут же застываю, когда вижу разложенную на журнальном столике игру. События прошлой ночи пролетают перед глазами, мгновенно резонируя мне вниз живота.

"Не о том думаешь, Ксения!"

Точно!

Положив одеяло на диван, направляюсь в прихожую. Обуваю свою сапоги, пуховик, на голову водружаю шапку.

Вещи холодные и от этого не согревают, а наоборот.

Сцепив зубы, выхожу на улицу.

Увиденное шокирует.

Снег больше не идёт, спасибо ему, но за ночь его навалило столько, что высота сугробов вокруг дома доходит до моей талии.

С ума сойти! Изумленно осматриваясь, замечаю прочищенную дорожку к воротам и иду по ней.

Когда выхожу на улицу, то понимаю, что уехать мы сегодня вряд-ли куда-то сможем. Дорогу замело. А прямо по центру неё Вадим и другие мужчины, расчищают путь.

Похоже, вышли все соседи, потому что тут человек семь, не меньше.

Оглядывая масштабы бедствия, иду туда, где все.

- Вадь, думаешь, дальше надо? - кричит один мужчина с другой стороны дороги, обращаясь к Вадиму и стирая со лба пот.

- Да, давай ещё немного! Надо у Василича дров взять будет, а для этого к нему дойти как-то надо.

У меня сердце подскакивает и отчего-то радостно скачет по грудной клетке при виде Волкова.

При утреннем свете он оказывается ещё выше, и привлекательнее. Хотя, куда уже больше? Мне казалось, что вчера я рассмотрела его во всех деталях, но сейчас понимаю, что готова рассматривать ещё.

Мужчина, словно почувствовав меня, поворачивает голову. Легко улыбается, но взгляд при этом у него остаётся цепкий и серьёзный.

- Доброе утро, Ксень, - смотрит мне прямо в глаза.

- Доброе, - не зная куда себя деть от смущения, обвожу рукой рядом присутствующих, - смотрю, утро у тебя началось не с кофе?

13

- Я могу чем-то помочь?

Вадим пожимает плечами.

- Мы планируем взять дров и развести костёр. Как на счёт незапланированного шашлыка?

- Отлично. Я люблю шашлыки.

- Ну вот и здорово. Можешь пока пойти отдохнуть, я позову.

- Не хочу, - морщу нос, замечая как женская половина направляется в один из домов. - может я смогу быть полезной там?

Вадим прослеживает мой взгляд, а потом удивлённо на меня смотрит.

- Серьёзно?

- Да. Почему нет?

Сощурившись, несколько секунд исследует меня и ведёт плечами.

- Ну, если ты готова, то давай. Девчонки против не будут, думаю. Пойдём.

Сняв с руки варежку, он обхватывает мои пальцы своими горячими и ведёт в сторону ворот.

У меня в грудной клетке начинаются сердечные танцы. Черт, оказывается, это приятно, когда он вот так меня держит. Даже страшно от того как сильно мне это нравится.

- Ириш, - зовёт Вадим, пройдя через ворота.

Молодая женщина в короткой шубке оборачивается. На мгновение в её глазах мелькает удивление при виде меня, но оно тут же убегает, стоит ей спуститься и подойти ближе.

- Да, Вадь?

- Ксень, это Ира. Моя соседка, - представляет её Вадим.

- Очень приятно, здравствуйте, - с интересом рассматриваю ухоженную красивую женщину.

Ей лет тридцать на вид, может тридцать пять. Глаза живые, энергичные, фигура стройная.

Выглядит идеально, словно у неё есть свет и ей удалось привести себя в порядок перед выходом. В отличии от меня.

- А это Ксеня, - произносит Вадим.

- Ксеня… - воаросительная интонация Ирины заставляет меня напрячься.

Кто я ему? Проститутка по ошибке? Девственница, развратно кончившая вчера у него на коленях? Боже, что не ответ, то просто взрыв.

- Моя гостья, - легко отвечает Волков, - говорит хочет вам помочь.

- Правда? - изумленно округлив глаза, женщина как-то странно смотрит на Вадима. - мы только рады будем!

Что у них за реакция такая, будто это нонсенс, что я помочь хочу?!

- Супер. Только давай без лишних разговоров, ладно?

Перевожу взгляд на Вадима и мне кажется, что они ведут между собой какой-то непонятный мне диалог.

- Поняла.

- И остальных предупреди.

- Сделаем, - кивнув, она возвращает на меня взгляд и приветливо улыбается, - ну пойдём. Познакомимся ближе.

Я направляюсь за ней в дом, а когда оборачиваюсь, Вадим все ещё стоит на месте и смотрит мне вслед.

- Проходи! Раздевайся, сейчас соорудим овощи и бутерброды.

Сняв куртку, замечаю на себе улыбающийся взгляд и понимаю, что это одежда Вадима на мне вызвала подобную реакцию.

- Вчера было холодно, - оправдываюсь, а Ира весело отмахивается.

- Очень. Но у нас теплее, мы развели камин, так что не замёрзнешь. Проходи.

Мы входим на кухню, где уже суетятся другие женщины и девушки.

- Девчонки, это Ксеня, - громко представляет меня Ирина, - гостья Вадима.

- Оу, - четыре пары любопытных глаз пробегаются по мне от макушки до кончиков носков.

Они по очереди представляются, странно переглядываясь между собой. Вероятно, думаю откуда я взялась.

- Ты можешь пока достать хамон и выложить на тарелку, - Ира указывает мне на холодильник, и пока я иду к нему, что-то шёпотом говорит.

Наверное, то, о чем просил Вадим - не слишком цепляться ко мне с расспросами.

- Так значит, ты с Вадиком? - девушка, по виду чуть моложе остальных, становится рядом со мной и вынимает их пачки сыр, игнорируя то, о чем минуту назад шепталась Ирина.

- Не то, чтобы мы вместе, - отвечаю размыто.

- Так вы не встречаетесь?

- Нет.

- Аа, тогда понятно. А то я думаю как же К…

- Настя! - вздрагиваю от того, как резко звучит голос приветливой Ирины и перевожу на неё опешивший взгляд. - Не докучай девочке расспросами!

- Так они не вместе! - возмущается эта самая Настя.

- Ты меня слышала?

Закатив глаза, девушка цокает и возвращается к сыру.

- Не обращай внимания, солнце, лучше расскажи о себе.

На лицо хозяйки дома возвращается дружелюбие, когда она переводит свое внимание мне.

- Да собственно, ничего интересного. Я студентка. Учусь на политолога.

- Ммм, где мои студенческие годы?

- Ой дааа. Завидую тебе, Ксенька, - подхватывает другая, полная девушка с удивительно добрыми глазами, - Я бы сейчас с удовольствием вернулась в то время.

- А я - нет, - недовольно кривит нос Настя, - ненавижу учиться.

- Это видно, Настен, учёба явно тебе пользы не принесла, - снисходительно изрекает Ирина, вызывая у меня улыбку.

У меня, и у всех остальных.

Мы нарезаем овощи, делаем бутерброды. Я бегу домой, чтобы переодеться и привести себя в порядок. Не хочется на фоне таких ухоженных женщин чувствовать себя чукчей. Вадим посмотрит на них, потом на меня и подумает, что я гадкий утёнок.

Так как из косметики у меня только туш и блеск для губ, я использую их, одеваю свою одежду и возвращаюсь обратно.

Во дворе замечаю мужчин. К ним присоединились ещё некоторые и теперь они все вместе курят, пьют откуда-то взявшееся пиво и жарят мясо.

На несколько секунд дольше зависнув на Вадиме, разглядываю его профиль. Чувствую как в области рёбер приятно стягивает, пока смотрю на него. Странные ощущения. Сладкие и волнующие одновременно.

- Ксень, иди к нам, - выглянув из дома, зовёт меня Ира. - Решила переодеться?

- Да, жарко было, - отвечаю, входя внутрь.

- Я же говорила, что у нас тепло.

Пока я снимаю куртку, она задумчиво наблюдает за мной.

- Вы давно знакомы с Вадиком?

- Честно? Ещё даже суток нет.

- Как так?

- Мы познакомились в метель. Недопоняли друг друга. Я думала он едет в город, а он думал, что мне нужно загород, - выдумываю на ходу. Говорить о том, что Волчара собирался воспользоваться услугами проститутки не шибко хочется.

14

Вадим

- Ой, как тут вкусно пахнет!

Настя опирается ладонью мне на плечо и тянет носом над костром.

- Что, голодные уже? – посмеивается Виталик, заметив то, как она как бы невзначай прилипает ко мне.

Сосед переводит на меня смеющийся взгляд.

Эта девчонка невыносима. Переехала сюда с родителями месяца три назад, и с тех пор только и делает, что бегает ко мне за солью или другими вещами, явно не нужными ей. Родителям в принципе всё равно где и чем она занимается. Они оба неделями пропадают в городе, абсолютно не интересуясь дочерью. Вероятно, полагая, что деньгами с лихвой компенсируют отсутствие внимания с их стороны.

- Очень! Да и вас не хватает. В компании девчонок скучно.

- Подавай кастрюлю, будем снимать мясо, - прошу её, после того, как проткнув кусок шашлыка, понимаю, что он уже готов.

Покрутившись из стороны в сторону, девчонка замечает чистую кастрюлю, и протягивает мне.

- Вот.

- Ну держи, раз уж пришла.

- Я? – слегка опешивает, с опаской косясь на свою идеально белую шубу. – Может, кто-то другой?

- Давай сюда, - забирает посуду Веталь, - мне мою куртку не так жалко будет.

Сняв шашлыки с огня, мы отправляемся в дом Ждановых.

Женская половина, завидев нас, начинает тут же суетиться, освобождая место в центре стола для мяса. Шапка тоже неловко подходит ближе.

Наверное, чувствует себя не в своей тарелке. Одни незнакомцы вокруг.

Ловлю её взгляд и подмигиваю, давая понять, что она не одна. Девочка мягко улыбается в ответ и краснеет, хотя глаз не отводит. Не знаю почему, но меня это торкает. Знаю же, какой у неё язык острый, а с ночи она как податливое желе, которое мне хочется раскатать во рту и долго-долго смаковать.

- Ну что, садимся? - Олег, мой сосед из дома слева, потирает ладони и занимает свободный стул. - Голодный, как Волк.

- А что на счёт самого Волка? – заискивающе хихикает Настя, занимая место рядом с тем, где я сейчас стою, вероятно считая, что я сяду именно здесь, - Голодный, Вадюш?

Мужики ржут, а я бросаю взгляд на Ксеню. Внутри лопается воздушный шар от того, как в её глазах вспыхивает огонь, пока она смотрит на Настю. Всего на секунду, но я успеваю его поймать. Кайф.

- Насть, ты же знаешь, какими выносливыми могут быть волки, - произношу я, - Эти звери способны голодать очень долго, прежде, чем найти себе пропитание.

Не оправдав её ожиданий, обхожу её, и подхожу к Шапочке. Под пристальным взглядом навязчивой соседки отодвигаю для Ксени стул.

- Садись.

Девочка не заставляет себя ждать. Выпрямив спину, грациозно опускается, а я ненароком цепляюсь взглядом за её декольте. Вид сверху что надо. Две верхушки упругих полушарий, которые ещё ночью были у меня во рту. По телу электричество прокатывается и цепляет собой каждое нервное окончание.

Дьявол, да, я голодный!

Сажусь рядом с моей заблудившейся в лесу красавицей и сразу тянусь за своей бутылкой пива. Делаю несколько больших глотков, чтобы смочить сухость в горле. Не хватало ещё полыхнуть бугром в штанах перед всеми соседями.

- Положить тебе мяса? - склоняюсь к ней ближе, чтобы напитать себя сладким запахом.

Я утром, когда вошёл к ней, чтобы вторым одеялом укрыть, так и застыл около постели. Шапочка лежала, свернувшись калачиком и отбросив одеяло. А мои глаза нагло гуляли по её аппетитной заднице, соблазнительно выпяченной назад. Утренняя эрекция, которая успела исчезнуть из-за нещадного холода в доме, вернулась и дала о себе знать мощным приливом крови к паху. Едва не завыл там, и буквально по рукам себя бил, чтобы не начать лапать беззащитно спящую девочку.

Пока укрывал её все же позволил себе провести ладонью по стройному бедру. Меня током шандарахнуло так, что еле на месте устоял.

Черт, будь она не девочкой, мы бы грелись с ней уже иным способом, а так… Приходится накладывать ей шашлыки.

- Ну что, когда бы мы ещё собрались, да? - посмеивается Илья, вытягивая свою руку со стаканом коньяка вперёд, - Повод нельзя придумать лучше.

- И не говори. - бойко поддерживает его Катюха. - А то вечные отмазки у всех, то один не может, то другой. А тут припекло и уже без соседей никак.

- Ну тогда, за внеплановые сборы! Едим, бухаем, пока к нам не раскопают дорогу.

Десяток, а то и больше бокалов со звоном ударяются друг о друга, и на секунду воцаряется молчание, пока все выпивают.

- Очень вкусно, - произносит Ксеня, откусывая кусок мяса и активно жуя его.

Стреляет в меня своими глазками.

Я довольно улыбаюсь.

- Больше не переживаешь о том, что кушать нечего?

- С таким - то Волком рядом мне от голода смерть не грозит, - откровенно повторяет манеру речи Насти, вызывая у меня смех.

Вот он язычок острый. Проваливаюсь в её насмешливый взгляд, и вижу в нём что-то еще, помимо желания кольнуть меня. Что именно, понять не успеваю, потому что с другой стороны рядом с Шапкой садится сын Илюхи.

15

- Да чтоб тебя!

Ругнувшись из-за очередной тщетной попытки взломать чертов замок, растираю замерзшие ладони.

Мы уже минут десять тут топчемся, а он ни в какую.

- Что? Не хочет? И что же мне делать сегодня? А если я вообще домой не попаду, что мне на улице ночевать? – хнычет Настя.

Ооо, намёк её я понимаю очень ясно, поэтому попытки взломать систему только усиливаю. Не хватало только, чтобы ко мне напросилась. У меня грандиозные планы на Шапочку и никакие соседи не должны стать помехой!

- Дай брелок, - протягиваю руку и Настя вкладывает в него небольшой брелок, которым также можно открыть дверь.

Зажав кнопку, перезагружаю его, бесконечное количество раз жму на красную кнопку, и тот заглючив, заставляет замок на двери отщелкнуться.

Слава яйцам!

- О Боже, наконец-то! – Настя бросается на меня с объятиями и звонко чмокнув в щеку, вбегает в дом. – Ты подождешь меня? Я переоденусь и пойдём!

Усмехнувшись над попыткой, кладу брелок на тумбу.

- Нет, Настён, дальше сама.

Девичье лицо вытягивается от удивления, а глаза наполняются обидой.

- Вадь, как сама-то? А если он снова захлопнется?

- Отключи его!

- Как? Света нет!

Мляяя.

- Значит, сделай так, чтобы можно было в дом попасть другим способом. Есть такой?

Задумавшись на пару мгновений, растерянно кивает.

- Да. На кухне другой замок, не электронный, но у меня нет ключа.

- Ищи! – равнодушно жму плечами, - Я не буду больше пытаться вскрыть твою дверь. Мне есть чем заняться.

Поджав губы, пилит меня обиженными глазищами. Красивая она. Даже очень. Эдакая дочь богатеньких родителей, умеющая за собой следить. Волосы прямые, длинные, до самой талии, губы слегка подкачены, придавая рту сексуальный вид, да и в целом мордашка очень даже ничего.

Но не торкает меня абсолютно. Даже чисто физиологически не клюнул бы. Нет в ней огонька, а навязчивых барышень я в принципе не жалую.

- Я схожу на кухне гляну.

- Давай.

Пока она уходит, оглядываюсь по сторонам. Вот вроде всё есть у неё, а почему-то ведёт себя как капризный ребенок. Хотя возраста она вроде того же, что и моя Ксеня.

Моя? Ухмыляюсь этой мысли. Нет, конечно, не моя. Или скажем так – моя в моменте.

- Нашла, - вернувшись, Настя невесело поднимает руку с ключом.

Ну да, как будто она не знала о его существовании. Подхожу и обхватываю её плечи руками. Девчонка тут же вскидывает на меня полный обожания и надежды взгляд.

- Насть, давай договоримся. Попробуй какое-то время не демонстрировать никому из парней симпатию.

- Почему? Ты ревнуешь? – прикусывает губу, подаваясь вперед.

О Господи…

- Нет. Мне вообще по боку. Но чисто по человечески больше не могу молчать. Чтобы тебе потом не пришлось себя жалеть, позволь парням за тобой поухаживать. Они это любят. Добиваться неприступную девушку.

Нахмурившись, девчонка отходит от меня и смотрит так, будто я вдруг стал для нее врагом номер один.

- Типа я вешаюсь на тебя, да?

- Называй это как хочешь. Но над советом моим поразмышляй, - разворачиваюсь и ухожу.

Жалко будет её, если так и не перестанет бегать за мужиками. Себе же хуже только сделает.

Перейдя через улицу, прохожу через большие ворота на территорию дома, поднимаюсь по ступеням и вхожу в дом. Здесь веселье во всю. И тепло очень. Надо будет и себе камин сделать для таких вот случаев.

Из холла бросаю взгляд в зал, но место, где должна находиться Шапка пустое. Как и соседнее, на котором сидел Руслан.

Скинув ботинки, прохожу вглубь, осматривая помещение по всем сторонам, но их нет.

Подхожу к Ире, и положив ей руки на плечи, спрашиваю на ухо:

- Девочку мою не видела?

Окатив меня вопросительным взглядом, усмехается.

- Девочка твоя пошла с Русланом на улицу, - а потом кладет свою руку поверх моей, - Вадь, не слишком она для тебя маленькая? А?

- В самый раз, - усмехнувшись, возвращаюсь в коридор, накидываю куртку и выхожу на крыльцо.

Выудив из кармана пачку сигарет, подкуриваю одну. Дым окутывает легкие, проникает в кровоток.

Ну, и куда ты пошла, Шапочка?

Опираюсь локтями на деревянное ограждение и терпеливо курю. Далеко все равно не уйдет, рано или поздно придется вернуться.

Так и происходит. Не успеваю я докурить вторую сигарету, как парочка входит в ворота. Идут, о чем-то беспечно переговариваясь, Рус восхищенно глазеет на Шапочку, она вроде тоже ему улыбается. Не так, как мне, но всё же.

А у меня от одного её вида внутри всё мелко дребезжать начинает. Шапка эта вязаная красная, как красная тряпка, честное слово. И розовые кончики волос. Меня они очень вставляют. Разбавляют образ хорошей девочки.

16

Ксеня

Под пытливым взглядом Руслана захожу в зал и опускаюсь на диван, предварительно схватив со стола свой бокал с вином. Делаю несколько глотков, чтобы смочить пересохшее горло. Мне не стыдно за то, что произошло. Мы почти друг друга не знаем.

Надо же, Вадим не постеснялся перед Русланом заявить на меня права. Я думала, будет до конца вечера представлять меня всем своей гостьей, вежливо держа на расстоянии. Прилипая к хрусталю губами, улыбаюсь, как дурочка.

Значит, с этой Настей у него ничего нет. Хотя, она точно была бы не против. Но кто я такая, чтобы думать о незнакомой девчонке больше, чем о себе? А я так-то тоже не против, потому что этот дерзкий Волчара мне самой безумно нравится.

Скашиваю взгляд на Вадима, только сейчас вошедшего в зал. Крепкий, мускулистый. Он закатил рукава своего свитера, а я залипаю на его покрытых тугими венами руках и массивных часах на левом запястье. Под кожей прокатывается дрожь, потому что я очень хорошо помню эти руки на своем теле.

Вадим поворачивает голову в мою сторону, будто слышит мои мысли, подмигивает мне, а потом подходит к столу. Пьет пиво прямо из банки и обходит диван, на котором я сижу, чтобы встать прямо за моей спиной. Волоски на затылке моментально поднимаются от его близости и электризуются.

Спинка дивана прогинается, а потом моего уха касается горячее дыхание.

- Зачем ты обнимаешь пустой бокал, Ксень? – насмешливый голос касается мочки моего уха.

Чёрт, я и не заметила, как выпила всё вино.

- Это я намекаю, что пора бы его обновить, но никто не замечает.

Усмехнувшись, он прихватывает зубами мочку моего уха, заставляя меня в ужасе обвести присутствующих взглядом, но никто на нас не смотрит.

Вадим забирает из моих пальцев бокал и вернувшись к столу, наполняет его красным вином. Вручает мне его и садится рядом. От соприкосновения с его плечом меня током бьет.

- Пей, Шапочка, мне надо, чтобы ты была мягкая и послушная, как вчера, - склоняется и тихо проговаривает мне на ухо.

- То есть, без вина не выдержишь противостояния и сдашься? – стреляю в него глазами, и замечаю, как уголки красивых губ издевательски ползут вверх.

- Проверим?

Вообще, это было бы правильно. Проверить как я поведу себя без алкоголя в крови и узнать смогу ли выдержать его напор. Отстоять так сказать свою девичью честь, будучи при здравом уме.

- А давай, - потянувшись, оставляю бокал на столе. – Вот и проверим кто сильнее.

- Тут дело не в силе, - его палец касается моего запястья и поглаживает его, а глаза скользят по моему лицу и задерживаются на губах, - совершенно не в силе, Ксень.

Я сглатываю. Знаю, что не в силе. Но проверить всё же стоит, чтобы я потом не говорила, что виной всему алкоголь. Если уж корить себя за что-то, так это за то, что сама поддалась на его провокации.

- Волков, как на счёт бильярда? – звучит со стороны голос хозяина дома.

Вадим нехотя переводит на него взгляд.

- Можно, - пожимает плечами.

- Я тоже так думаю. Сейчас детвора спустится, Ира им тут включит музыку, пусть попрыгают. Думаю, до завтра свет починят, нашей зарядной станции должно хватить. А мы пока раскинем пару партий.

- Здесь побудешь или с нами пойдешь? – спрашивает Волков, вернув внимание мне.

- А вы игроков принимаете, или только зрителей?

- Ты играешь? – в глазах мелькает искреннее удивление.

- Да.

- Веталь, - поднимает голос Вадим, не отрывая от меня продолжительного взгляда, - тут нам вызов бросают.

- Да ладно? Кто мы такие, чтобы его не принять? – разводит руками мужчина, а я улыбаюсь.

- Спасибо, но вы зря меня недооцениваете. Образ домашней милой девочки может быть обманчив.

Знаю, что кокетничаю, но мне до дрожи приятно вызывать самые разные эмоции у Вадима. Сейчас он с другими мужчинами смеётся, и встаёт с дивана, поднимая меня за собой за руку.

Я действительно играю неплохо. Как-то так вышло, что на курсе из подруг у меня только Аня. Но последние месяцы она все больше проводит времени со своим мужчиной, с которым познакомилась благодаря ее бывшему парню. А если быть точнее, то отец этого парня и есть её новый мужчина. Но я за неё рада. И мужик он адекватный. Чем-то на Вадима похож, только чуть менее мускулистый и волосы у него темнее.

В общем, чтобы не скучать в свободное от учебы время, коего бывает у меня не так уж и много, приходится проводить время с ребятами. Они у нас адекватные и вызвались научить меня играть в бильярд, чтобы я не просто сидела и смотрела на их игры, а принимала непосредственное участие.

- Итак, Ксеня, с кем будешь играть? – спрашивает мужчина, чьего имени я не помню.

- Со мной, - отвечает за меня Вадим.

- А чего это? Я может тоже хочу с красивой девушкой поиграть? – возражает хозяин дома.

- Тебе Иришку позвать? – взяв кий со стойки, Вадим натирает наконечник мелом.

- Она не умеет.

- Так научи.

- Пытался. Она мне полотно чуть не порвала, когда в очередной раз промазала по шару. Хватит, - выставляет руки вперёд, а я смеюсь.

17

Вадим отталкивается от ограждения, спускается по ступеням и идёт прямо на меня.

Бабочки в моем животе, словно напившись алкогольного коктейля, взмывают к горлу, а потом начинают бешеной стаей носиться из стороны в сторону. Касание тоненьких крыльев вызывают у меня неописуемые ощущения. Щекотку, восторг, ожидание и предвкушение.

Что там бабушка говорила о том, что волков надо бояться? Неа, бабуль, прости, но единственное чего я не испытываю – это страх. Внучка у тебя бракованная какая-то, честное слово.

Пятясь назад под его безотрывным взглядом, едва не оступаюсь, а потом визжу, когда Волков рывком подхватывает меня под колени, поднимает над землёй и куда-то несёт.

- Поставь меня, - смеюсь, ударяя его по плечам, но смех мой в секунду прекращается, когда Вадим вдруг открывает рот и прикусывает мою грудь прямо через плотную ткань куртки. - Эй! – возмущенно охаю.

- Додразнилась, Красная Шапочка, - рычит, вынося меня за ворота.

Проносит по дороге, открывает калитку своего участка, захлопывает её ногой, а когда я уже думаю, что меня пронесло и ответки в виде холодного снежка не будет, он внезапно сбрасывает меня прямиком в сугроб.

Я проваливаюсь в мягкую перину, не успевая толком сообразить что к чему. Вокруг меня белая пушистая стена в пару десятков сантиметров, а довольно ухмыляющийся Волчара увенчивает эту картину, стоя прямо надо мной и сложив руки на груди.

- Ну ты Гад! - возмущённо отплевываюсь от снега, что ссыпается мне прямо на лицо. - Быстро поднимай меня!

- Где твои манеры, Шапка? А ну ка попроси меня хорошенько, - рычит, ухмыляясь.

- Уважаемый Вадим Алексеевич, не будьте такой вредной задницей и вспомните о том, что вы джентльмен. Не полезно вот так бедной невинной девушке валяться в холодном снегу.

- Из тебя такая невинная, что руку отцапаешь только так.

Тем не менее Вадим протягивает мне ладонь, я хватаюсь за неё, но вместо того, чтобы встать, резко тащу его вниз.

Не удержавшись, его нога едет, и он падает прямо на меня. Лишь в последнюю секунду успевает увернуться, чтобы не врезаться в мой нос лбом. Героический поступок, я благодарна. Боюсь представить, что было бы с моим аккуратным носиком, расквась он его. Вот только Вадиму повезло меньше. Спасая меня, он ткнулся лицом в гору снега.

Прыскаю от смеха, валясь обратно под силой тяжести этого громилы.

Снеговик не иначе!

- Это тебе вселенная отомстила за меня, - хохочу, наблюдая за тем, как он поднимает голову и смотрит на меня сквозь снег на ресницах.

Секунда, две, а потом вдруг набрасывается на мои губы и целует. Контраст ледяной кожи, покрытой снежинками и обжигающих ощущений вызывают мощный всплеск адреналина в крови.

- А это тебе я отомстил, - рокочет, топя нас в снегу еще сильнее.

Наглый язык врывается в мой рот, я стону, с охотой встречая его своим. Машинально обнимаю Вадима за плечи, и тут же взвизгиваю, потому что снег с его одежды попадает мне под воротник. Превращаясь в ледяные мокрые дорожки, стекает по шее.

- Холодно, - стучу зубами, и тут же понять не успеваю, как оказываюсь стоящей на ногах.

Вадим берет меня за руку и заводит в дом.

Притиснув к стене, стаскивает с меня шапку, тянет вниз молнию на пуховике, а я сама того не замечая также раздеваю и его. Холодными пальцами расстегиваю куртку. Поддеваю её ладонями и сбрасываю с широких плеч. Под ней очень горячее мужское тело, облаченное в свитер.

Присев на корточки, Вадим расстегивает мои сапоги. Я сглатываю собравшуюся во рту слюну, наблюдая за тем, как опасный хищник помогает мне с обувью. Это трогает что-то внутри меня неожиданно сильно.

После этого Вадим разувается сам, и я оказываюсь в его руках. Оплетаю торс ногами, пока он снова вгрызается в мой рот поцелуем.

Божечки, как жарко-то! В доме что, отопление появилось?

Он проносит меня по коридору, вносит в свою спальни и сбрасывает на кровать.

Нависнув сверху, смотрит в глаза.

Я смущаюсь, но не настолько, чтобы попросить его остановиться.

- Снова будем играть? – облизываю пересохшие губы.

Взгляд синих глаз прослеживает движение моего языка, и я вижу, как они у него становятся темнее. Наполняются чем-то неизведанным и таящим нечто, от чего у меня между ног искрит.

- Нет, Ксеня. Игры закончились. Мы и без заданий прекрасно знаем чего хотим, правда?

- Не знаю.. я.. – путаюсь в словах, потому что на самом деле я не знаю готова ли доходить до самого главного. Щеки пекут от смущения, внутри меня борьба, - хочу, но…

Вадим склоняется и цепляет мою нижнюю губу зубами.

- Расслабься, ладно? Мы не сделаем того, чего ты не захочешь.

Удовлетворившись его ответом, согласно киваю.

- Язык мне дай свой.

Послушно высовываю язык и испытываю сильнейший укол возбуждения, когда он обхватывает мой язык губами и всасывает его к себе в рот. Глаза непроизвольно закатываются, я вздрагиваю всем телом.

- Теперь ты.

Быстро разлепляю ослабшие веки и чувствую, как сквозь мои губы скользит его язык. Упругий, влажный. Вкусный. Боже, какой он вкусный.

Посасываю его, как это делал Вадим пару секунд назад, и слышу его шумный выдох.

Выпрямившись, мужчина забрасывает назад руку и снимает с себя свитер. Ох, мама дорогая. На улице еще довольно светло, чтобы при дневном свете оценить всю мощь и красоту его тела. И хоть вчера я уже имела возможность поставить ему твердую «отлично», сегодня он подтверждает, что оценка моя выставлена не зря.

- Поднимись, - тянет меня за руку, а когда я встаю, цепляет край моей кофточки и тянет её вверх по моим рукам.

Дрожь пробирает тело, когда теплые пальцы касаются пуговки на моих джинсах и расстегивают её.

- Весь день ждал, когда сделаю это, - признаётся, опуская по моим бедрам жесткую ткань.

- А что так? С Настей не успел сбить напряжение? – сама не знаю зачем продолжаю эту тему.

Это ведь так глупо, но ничего с собой поделать не могу.

18

Я впервые трогаю мужчину. Жесткая джинсовая ткань вонзается в кожу, пока мои пальцы обхватывают твердую эрекцию.

Вадим шипит, а потом выпрямляется. Дергает пуговицу, ширинку и не разрывая со мной зрительного контакта, становится на пол.

Избавившись от джинсов, тянет вниз трусы. Большой член покачивается, пока он снимает их, а у меня дышать получается через раз. Неотрывно смотрю на гладкую красную головку, увитый венами ствол. Сердце скачет в грудной клетке, словно сдуревшее, а во рту слюна собирается.

Что за реакция, Ксеня? Где ожидаемый стыд? Щеки ощутимо пекут, но стыд – это не та эмоция, которую я испытываю.

Между ног простреливает электричеством, когда Вадим становится коленями на кровать и тянет меня к себе, вынуждая приподняться.

- Возьми его, Ксень, - обхватив моё запястье пальцами, приближает мою руку к своему паху.

Сажусь на постели, чтобы было удобнее, и закусив губу, делаю, как он просит.

Кожа там мягкая, но сама твердость каменная.

- Крепче сожми, - хрипит Волков.

Стискиваю пальцы, и слышу, как он шумно втягивает сквозь зубы воздух. Ого, мне нравится. Осторожно веду вверх, а потом вниз. Вадим в этот момент прижимает меня к себе, буквально расплющивая между нашими телами его член и проталкивается языком мне в рот.

- Хочу тебя, - простреливает мое горло, - блядь, Ксень.

Опускает руку, кладет её поверх моих пальцев и сильно давит, тем самым еще крепче сжимая их вокруг ствола. Начинает быстро двигать ими, пока я не улавливаю темп.

Отстраняется. Бешеный взгляд синих глаз вызывает дрожь. Я видела, когда мои парни были возбуждены. Шептали что-то невразумительное, терлись об меня, но вот так, как сейчас смотрит на меня Волчара еще не смотрел никто. Словно он не ел минимум год и готов сейчас меня растерзать. Голодный, голодный Волк.

Вадим запрокидывает голову назад, убирая свою руку и позволяя мне самой доставлять ему удовольствие. Смотрю, как двигается его острый кадык и сжимаются челюсти. В животе узлом стягивает и спазмом отдаётся в самый низ. У меня там болеть начинает, когда он возвращает на меня взгляд и обводит большим пальцем мои губы.

- Пососёшь? – в нетерпеливом ожидании давит на нижнюю.

Открываю рот, чувствуя, как по языку скользит солоноватая кожа. Кончик губ Вадима дергается, будто он еле себя сдерживает. У меня голова кругом идёт. По телу вспышки разносятся, собираясь там, где болит всё сильнее и сильнее.

Смыкаю губы вокруг его пальца и несмело втягиваю его в себя. По тому, как член в моих руках становится ещё тверже, понимаю, что всё делаю правильно.

- Рехнуться можно, - обжигает дыханием Вадим, проталкивая палец ещё дальше.

Я согласна. Кажется, у меня уже помутился рассудок, потому что разве может всё внутри звенеть от восторга при виде того, как он хочет меня. Неопытную, вообще не понимающую как правильно делать.

Волков трахает мой рот свои пальцем, то продвигая его глубже к моему горлу, то почти доставая наружу. Черный взгляд безотрывно следит за этими его грязными движениями. Желваки ходуном ходят на стиснутых скулах, мышцы на груди вздрагивают. Вадим внешне напоминает готовый взорваться вулкан.

Достав свой палец из моего рта, он ведёт им вниз, оставляя на коже влажный след от моей же слюны. Добирается до груди и вжимается им в сосок. Растирает твердую горошину, запуская табун мурашек на коже. Я выгибаюсь навстречу его дерзким ласкам, при этом активнее двигая рукой. Сжимаю пальцы, Вадим напрягается еще сильнее.

Резко за затылок дергает меня на себя и вгрызается в мой рот. Наши языки сталкиваются, его руки нагло сжимают мою грудь, перемещаются на мои ягодицы. Он вжимает меня в себя, глухо стонет.

- Быстрее, Шапка.

Стараюсь, как могу, хочу подарить ему такое же удовольствие, как он мне только что.

Свободной рукой обнимаю его за шею и вонзаюсь ногтями в кожу. В этот момент Вадим сильно содрогается всем телом и мой живот покрывает густая вязкая субстанция.

Я замираю, Вадим тоже. Продолжая тяжело дышать в мой рот, накрывает мою щеку ладонью.

- Прости, - усмехается, опуская взгляд вниз. – Хотя выглядит это охуенно.

Тоже смотрю вниз. Едва не сгорая от стыда вижу белую сперму на своей алой коже. На пальцах и головке члена Вадима тоже.

Ой, мамочки…

- Пойдём. Не хватало, чтобы ты еще в обморок грохнулась. Слишком много открытий для тебя в эти выходные.

Встав с кровати, Вадим помогает мне подняться и как маленького ребенка ведет в душ.

- Это же тоже открытие? – спрашивает через плечо, пока налаживает воду.

В ванной темно из-за отсутствия света, его лица я не вижу, но кажется слышу собственнические нотки в голосе.

- Хочешь потешить своё самолюбие?

- Хочу удостовериться в собственных догадках.

- Вадим, у меня не было секса и всего остального, что с ним связано, если ты об этом. Поэтому, да – ты одно сплошное открытие.

Как же я рада, что он не видит меня сейчас. Я горю, как никогда.

- Я рад. Иди сюда! Вода в бойлере еще не до конца остыла, нам повезло.

19

Лежу какое-то время в кровати, прокручивая в памяти то, что произошло между мной и Волковым, и сама себе удивляюсь. Мне двадцать один год, с моими бывшими парнями у меня не заходило дальше легкого петтинга через одежду. Свиданиям и встречам я предпочитала учебу.

А тут на тебе. Спустя сутки знакомства с мужчиной я уже оргазм настоящий испытала (при чём не раз), узнала что такое кунилингус, и подержала в руках член.

Просто прорыв какой-то. Ане расскажу, не поверит! Не всё расскажу, конечно, так, в общих чертах, но она точно не поверит, потому что думала, что я монахиней буду ходить лет до тридцати, пока не устроюсь на высокооплачиваемую работу и не буду уверена в завтрашнем дне. «Только тогда ты сможешь расслабиться и подпустить к своей поросшей паутиной малышке мужика», говорила она.

Ха, Ань. Не угадала.

Смеясь над собственными мыслями, встаю, надеваю трусики, и укутываюсь в одеяло. За окном уже стемнело, в доме мало что видно.

Зачем-то беру в руки сдохший мобильный, пытаясь включить его, но тщетно. Надеюсь бабуля не успела еще сильно распереживаться. Иначе завтра к нам дорогу расчищать будут не очистительные машины, а трактор из её села. Она найдёт меня где угодно, уж я-то знаю.

Как-то пошли мы компанией к одному мальчишке в сарай, играли там в бутылочку. Не помню сколько нам лет было. Тринадцать-четырнадцать примерно. Никому, естественно, не сказали о наших грязных подростковых планах. Играли тихонько, чтобы ни звука нельзя было услышать, хотя сарай и так находился на отшибе села. И что вы думаете? Бабуля как-то прознала где мы, и влетела внутрь с метлой в руках, разогнав нас, как мышей по углам. На вопрос – как она меня нашла, ответила, что у неё радар на меня настроен. «Из любой задницы тебя вытащу, Ксенька. А целоваться с сельскими пацанами – это та еще задница. С городскими тоже, но там хоть перспектива получше. Только гляди мне, чтобы близко не подпускала, а то ж этим иродам только дай зеленый свет, под юбку сразу залезут».

Ну, тут спорить с ней я не стану. Даже взять Вадима. Я моргнуть не успела, как его наглые ручищи уже были под моей юбкой. С моего позволения, вроде как, но всё равно наглые.

Прохожу по дому, но куда иду – не ясно. В темноте мало что видно, а Вадима нет по ощущениям уже прилично долго.

Ну и где он запропастился? Я так-то и соскучиться уже успела. Неужели снова та Настя пришла и в дом его свой потащила?

Не успеваю мысленно обложить её благим матом, да и его заодно, как дверь в коридор открывается. Вместе с Вадимом внутрь попадает поток ледяного воздуха и луч яркого света.

Щурюсь от того, что он приходится прямо на меня.

- Ксень, ты чего как привидение по дому разгуливаешь? – усмехается Волков.

- Скучно стало, решила пройтись.

- По темноте?

- Ну, ты же не сказал мне где свечки, вот и приходится.

- Иди подержи.

Вручив мне невесть откуда взявшийся фонарь, он ставит на тумбу сумку с термосом, пухлый пакет, снимает с себя куртку и разувается. Растирает красные ладони и подойдя ближе, разводит полы одеяла, в котором я укутана.

Рывком притягивает меня к себе, вынуждая столкнуться с его холодной одеждой.

- Эй, ты холодный, - возмущаюсь, но не отталкиваю.

Наоборот – свожу руки, укрывая его теплым коконом.

- Конечно, я для нас воду добывал и на костре кипятил. Согревай добытчика.

Те самые вышеупомянутые наглые руки накрывают мои ягодицы. Мало того, что наглые, так еще и жутко холодные.

- Ты мне зад застудишь, - шиплю, когда он поднимает меня и заставляет обхватить его ногами.

- Как застужу, так и вылечу.

- Зад?

- Зад.

- Так, вот не надо пошлых намеков. Мой зад неприкосновенная территория.

Волчара хитро лыбится и тычется своими губами в мои.

- Уверена?

- На все сто.

- Ну ладно, - несет меня в сторону кухни и усаживает прямо в одеяле на стол, - отдохнула?

Тут же краснею и теряюсь. Смотрю на него в темноте кухни, а пульс всё быстрее и быстрее…

- Ну, вообще-то ещё нет.

Хриплый тихий смех отзывается теплой волной в моей груди. Вадим качает головой и обхватывает мое лицо ладонями.

- Что ты всё о сексе, да о сексе, а Шапка? Ненасытная какая. Я вообще-то про физический отдых говорил. Подремала чуток?

Заражаюсь его хорошим настроением и тянусь к губам. Вадим мгновенно целует меня. С ходу запускает в рот язык, удерживая за затылок, притягивает к себе, а я балдею от удовольствия.

Это вообще нормально, что мне хочется все время его трогать и целовать? И чтобы он меня трогал и целовал.

- Нет, не дремала, - отрываюсь, чтобы отдышаться и прикусить слегка пекущие от его щетины губы, - Как-то не хотелось. Надо было с тобой пойти.

- Не надо, там мороз еще сильнее опустился. Точно зад бы отморозила. Так, а ну-ка дай фонарь.

Вновь укутавшись в одеяло и продолжая сидеть на столе, наблюдаю, как Вадим уходит в коридор, а через секунду возвращается с термосом и пакетом.

20

- Вадим…

- М?

Наглые руки Волкова на моей талии, сжимают её, мнут, пока его губы целуют мою шею. Я горю, запустив пальцы в его короткие волосы и то ли стону, то ли скулю, пока он вжимает меня промежностью в свой напряженный член. Между ног сильно пульсирует, кажется, что еще немного и я взорвусь от этого невыносимого трения.

- Доиграем в игру?

Отстраняется, пьяно смотря на меня. В глазах черти бесятся, взгляд возбужденный и голодный. Точь-в-точь отражающий мой собственный.

Сомневаюсь, чтобы это так подействовал кофе с коньяком, который мы выпили еще двадцать минут назад, а потом перебрались в зал на диван.

- Мы ее доиграли. Я проиграл, если ты забыла, - напоминает, скосив взгляд на нетронутую карту игры.

Наши фишки стоят на тех же местах, где мы их вчера оставили.

- Сделаем вид, что не проиграл, - прикусываю губу, а потом быстро добавляю, пока не передумала. – И добавим красных карточек.

Бровь Вадима удивленно взлетает, а сам он откидывается на спинку дивана.

- Красных карточек… - скорее констатирует, чем переспрашивает.

Смотрит на меня сощурившись, а у меня сердце из груди рвется. Возможно, моё решение опрометчиво, потому что мы с ним никто друг другу, но впервые в моей жизни я чувствую, что хочу этого. Хочу, чтобы мой первый раз произошёл с мужчиной, который одним своим взглядом возбуждает меня сильнее, чем все мои бывшие парни вместе взятые, а также корейские мальчишки, на которых я заглядываюсь во время просмотра любимых дорам.

Вадим опытный, знает что и как нужно сделать, а я уверена, что если мы разъедемся и больше никогда не увидимся, я не пожалею, что сделала это именно с ним. Кто знает, когда я еще встречу мужчину, к которому буду испытывать хотя бы десятую долю таких чувств, как к Вадиму?

- Да, только без анального секса и орального, - предупредительно вскидываю указательный палец. – К таким экспериментам я пока не готова.

Волков усмехается.

- Ксень, мы с тобой оба до чёртиков возбуждены, и я понимаю твоё желание. Но буду честен. В первый раз ты скорее всего, удовольствия не получишь. А если ты хочешь именно этого, то я могу заставить тебя кончить другими способами. Не обязательно заниматься классическим сексом.

- Ты не хочешь меня? – машинально закрываюсь, а он хмыкает.

- Шутишь? Я еле в руках себя держу. Но уверена ли ты, что потом не пожалеешь?

- А ты настолько плох, что есть такая вероятность?

С вызовом смотрю ему прямо в глаза, и вижу, как черные зрачки наполняется решимостью. Он запрокидывает назад голову и сощуривается.

- Выбери те красные карточки, на действия которых ты готова решиться, - отвечает на мой вызов.

Ой, мамочкиииии. Неужели я пойду на это?

Сглатываю, чувствуя, как все внутри меня начинает вибрировать от предвкушения. Тянусь к колоде, которую мы заранее убрали и начинаю отметать слишком откровенные варианты. Меня бросает в жар от одних только заданий. Здесь даже есть секс втроём и совместный поход в секс-шоп.

«Встань на четвереньки, чтобы твой партнер вошел в тебя сзади» и на этой же карте вариант для мужчины «Жестко трахни свою партнершу у зеркала».

Жёстко – это пока не про меня. Возможно, позже, со временем, но пока однозначно нет.

Поднимаю взгляд на Вадима и вижу, как он пристально следит за каждым моим движением.

- Оставлю самые скучные для тебя. Уверена, ты тут уже всё перепробовал, - стараюсь звучать легкомысленно, хотя на самом деле от волнения мне немного не по себе.

- Это какие же по твоему мнению скучные?

- К примеру, эта.

Поворачиваю к нему лицом карту с надписью: «Поласкай себя на глазах у своего партнера».

- Ты думаешь, это скучно?

- Для меня – нет. А для тебя – не знаю. Ты все же более опытный.

- С таким успехом и сам секс можно назвать скучным, - усмехается Вадим, - ведь по сути ничего не меняется. Одни и те же движения, действия, ласки. Но ведь дело не в процессе, Шапочка. Дело в том, с кем конкретно это всё происходит. К примеру, если ты сейчас запустишь руку к себе в белье и начнешь ласкать себя на моих глазах, я с вероятностью в сто процентов не досмотрю до конца.

- Потому что… тебе будет скучно?

- Потому что я настолько возбужусь, что захочу вылизать тебя сам.

О Господи. Едва не роняю все выбранные карты.

- То есть, если это сделает какая-то другая девушка, ты хочешь сказать, что не возбудишься?

- Возбужусь. Но не факт, что захочу помочь ей закончить начатое.

Медленно втягиваю через нос воздух. Мне нравится, что Вадим честен со мной. Помню, как один мой бывший клялся, что у него не встает ни на кого кроме меня. А спустя два дня после того, как он расстался со мной, так и не добившись от меня секса, уже трахал в машине мою однокурсницу. Быстро решил, невставаемую, то есть нерешаемую проблему.

- Тогда… будем играть? – спрашиваю тихо, а Вадим отрицательно мотает головой.

- Дай мне карты.

21

Просыпаюсь от того, что мне жарко.

Настолько, что спина мокрая, а одеяло прилипло к коже.

Неужели, это мы так с Вадимом нагрели воздух, что в спальне до сих пор настолько тепло?

Разлепляю глаза и замечаю, что за окном уже светло. Интересно, сколько времени?

Поворачиваю голову на тихое сопение слева и не могу сдержать улыбку. Прикусываю губу, глядя на мирно спящего волка. Тихонько поворачиваюсь на бок, чтобы рассмотреть смягчившиеся черты его лица. Между ног тут же саднит в ответ на моё легкое движение.

Мгновенно вспоминаю всё, что Вадим вытворял со мной ночью и стыдливо утыкаюсь лицом в подушку. После нашего первого секса он ещё раз довел меня до оргазма пальцами, а потом я его. Так же, как и в самый первый раз.

Никогда бы не подумала, что метель может стать виновницей моего грехопадения. При чем, не одноразового. Впрочем, я не против. Мне всё понравилось.

Как и то, что сейчас у меня в груди щемит от того, что я имею возможность наблюдать за Вадимом спящим. Внутри рождается желание не вставая дождаться пока он проснется. Почему-то мне не хочется пропустить ни единой минуты его пробуждения. Встретиться с ним взглядом, увидеть как он расплывается в своей довольной улыбке.

Но зов природы оказывается не менее сильным. Решив, что могу быстро сбегать в туалет и вернуться, выбираюсь из-под одеяла и тихонько ступая по полу, выхожу из спальни.

Делаю свои дела, а когда выхожу из ванной комнаты, улавливаю непонятные звуки. Вчера вечером звенящая тишина звучала иначе. Иду на звук, а когда приближаюсь к кухне, понимаю, что это холодильник.

Он работает!!!

Ударив по выключателю, обнаруживаю свет на кухне.

В этот же момент различаю за окном шум какой-то машины. Подойдя к нему, понимаю, что это снегоуборочная. Проезжает мимо нашего дома, собирая все сугробы, в которых мы вчера валялись и играли с соседскими детьми в снежки.

Значит, нас все же выпустят из заточения.

Не могу понять я больше рада этой новости, или наоборот. Неужели, мне настолько нравилось быть отрезанной от всего мира с Вадимом, что я готова пожертвовать даже банальной электрикой, лишь бы причин для того, чтобы выбираться в свет у нас не нашлось ни одной?

Ужас, Ксеня! Подумай о собственной бабушке.

Точно! Бабуля!

Сорвавшись с места, спешу в зал. Вадим заранее подготовил два зарядных устройства, чтобы как только дадут свет, мы могли подключить к ним своим телефоны.

Присаживаюсь на диван, сначала включив свой, а потом и его.

Бедная техника, это же надо, без работы больше суток. Они хоть включатся?

Первым включается мобильный Вадима. Мой из-за того, что старичок, загружается намного дольше.

В первый день, пока мы ехали в машине, я успела заметить какие цифры вводил Волков, когда звонил кому-то. Из любопытства тогда скосила взгляд, а сейчас понимаю, что не зря. Хоть телефон ему запущу, и он уже нормально зарядится.

Едва ввожу цифры, как на экране появляется кружок, все иконки мигают и постепенно в шторке всплывают оповещения из приложений.

Так, ну с его вроде справились.

Откладываю его телефон и тянусь за своим. Мой все ещё загружается. В ожидании перевожу взгляд снова на экран мобильного Вадима, на котором одно за другим появляются сообщения.

Может, близкие его, пытались выяснить жив ли он. Меня сейчас ждет та же участь от бабушки.

Но сообщения не заканчиваются. Сыплются без остановки.

Снова беру его телефон, опускаю шторку. Вдруг что-то срочное, так я его хотя бы разбужу.

Выделенное жирным шрифтом имя Карина цепляет взгляд. Нахмурившись, пробегаюсь по текстам превью.

«Вадим, я тебя уже два часа жду…»

«Ты домой приедешь вообще?»

«Я поговорить хотела… опять…»

На автомате, забыв о том, что лезу в чужую переписку, тычу на сообщения и впиваюсь глазами в текст всех подряд.

«Вадим, я тебя уже два часа жду… ужин приготовила, старалась»

«Ты домой приедешь вообще?»

«Блин, Волков, ты меня игнорируешь что ли?»

«Вадим, перезвони… пожалуйста… Я же жду тебя»

«Опять с бабами своими? Обалдел совсем?»

«Любимый, ну ответь.. я уже испереживалась вся. Надеюсь у тебя все хорошо? Мне же нервничать нельзя, а я места себе не нахожу»

Телефон выпадает из моих рук, а перед глазами уродливые буквы, как навязчивые мухи летают.

С бабами… любимый… нервничать нельзя…

Желудок скручивает, реальность крутится на бешеной скорости.

У Вадима есть женщина… И она беременна?

Снова хватаю телефон и пролистываю вверх. На даты не смотрю, но вижу от неё сообщения с сердечками.

Резко подскакиваю с места. Поверить не могу. Как? Как так вообще? Он же и словом не обмолвился! Он нет… а Настя да. Она же пыталась спросить кто такая Ка… но её остановили.

Боже, они все знали, что он не свободен и молчали! Зачем? Развлекались так за мой счет? Неадекватные какие-то! Больные!