Кришт: Судьба Ищейки

Глава 1

Камень. Вокруг один чертов камень, который окружал Слепа с рождения. Темная серая масса, которая пахнет унынием и безысходностью. Всю свою жизнь он прожил в объятиях этих серых масс, которые прекрасно сочетались с его жизнью - скучной, однообразной и безальтернативной. Любой человек, приходящий с поверхности, мог легко сказать, что запах Подземного города - это запах уныния во всех его красках.

- Ты все еще уверен, что мы здесь что-то найдем, малец? Мне кажется, мы копаем личный сортир яков — ворчал Кампел.

Кампел был худощавым мужчиной, лет сорока пяти, с острыми чертами лица, длинным носом и карими глазами. Лицом он был похож на москита. Но по личным характеристикам он скорее напоминал угонта — вонючего слизняка, который норовит сожрать твои отходы ещё до того, как ты отойдешь от дырки нужника.

- Уверен, — сухо ответил Слеп. — Здесь ходит порода, я уже устал тебе это повторять, мы точно здесь найдем руду.

Слеп начинал жалеть, что повёлся на уговоры Кампела, и отправился с ним на поиски нелегальной добычи. В Подземном городе многие промышляли добычей вне нормативов и сливом всего, что выше нормы, контрабандистам. Это не так выгодно, но более предсказуемо, а иногда и безопаснее, чем участвовать в Кветеке – местной лотерее за еду.
Для Слепа безопасность стояла на первом месте. Ему было всего двадцать два года, он родился здесь и так ни разу не видел то пресловутое солнце, о котором ему рассказывал его друг Гор. Однако, этот факт не помешал Слепу вырасти в жилистого парня среднего роста, который мог подолгу работать в шахтах без передышки. Его волосы были измазаны черной пылью пещер, если бы он смог их отмыть, оказалось бы, что они светло-золотого цвета.

— Ходит порода, ходит порода… — кривляясь, передразнил Кампел. — Когда же она уже свалит отсюда и покажет нам свои голенькие жилки, а? — Он сам хихикнул со своей же пошлой шутки. — Слушай, малыш, я с тобой уже не первый день работаю. Видел, как ты эти жилы чуешь — как шавка косточку в помойке. Но мы торчим здесь уже слишком долго. И знаешь, что я думаю? Может, у тебя никакого дара и нет. Может, ты просто забитый пацан… без папочки

— Закрой пасть! — рявкнул Гор, подкатывая тележку почти в упор к Кампелу. — Ты уже несколько часов только и ноешь, что надо было копать в другом месте. Без него ты бы сейчас копал дерьмо яка, думая, что это - кришт!

Гор был неудобно высоким для шахт. Массивные плечи, грубые черты лица, густая борода, в которой постоянно путалась пыль, и взгляд — спокойный, усталый, но всегда внимательный. Его легко было принять за туповатого здоровяка, но за этой горой мышц скрывался умный и наблюдательный человек. В его левом ухе была небольшая серебряная серьга, которая буквально провоцировала других обитателей шахт на конфликт с ним. Однако другие его параметры достаточно быстро отрезвляли местных.

– Как будто я единственный кто бы спутал дерьмо яка с криштом, его не видели здесь лет пятьдесят! Одни только рассказы о том, как кто-то его здесь нашел, небось его тут никогда и не было. А нас бросили сюда, и просто повесили морковку перед лицом, чтобы мы шли за этим до конца наших жизней. И даже если кто-то из нас его и найдет… стоит только заикнуться, и в черепе у тебя будет дырка. Сделают свои же. А потом скажут, что перепутали с земляным червем. – Он вскинул руки к своду пещеры, будто вознося молитву, и с притворным пафосом воскликнул: - Все ради Блага!

После этих слов наступила тишина. Та самая, что бывает, когда кто-то вслух произносит мысли, от которых все старательно отворачивались. Все знали: кришт не видели в этих шахтах уже полвека. Возможно, его и не было вовсе — просто сказка, которую рассказывали новоприбывшим, чтобы те не вешались в первую неделю.

А ведь именно мыслью о нем здесь многое живет. Кришт — редчайшая порода, полная энергии. Он питает всю империю: от шахт до храмов, от магических артефактов до военных машин. Без него человечество, скорее всего, бы не выжило.

И именно поэтому за находку такого камня люди могли получить Благо. Каждый человек мог сам выбрать свое. Для кого-то это проход в высшее общество, для других - прикосновение к богам.

Для таких, как Слеп и его товарищи, — это шанс. Шанс вырваться. Шанс обеспечить свою семью. Шанс перестать быть никем. Шанс увидеть солнце. Даже если ради этого придётся отдать всё.

Однако, как было сказано ранее, в шахтах, где оказались наши друзья, кришта уже не было давно. И каждый человек в этих пещерах был волен сам выбирать как ему стоит жить здесь. Кампел выбрал не верить в сказку про кришт и выживать здесь любыми способами. Слеп же предпочитал работать в поте лица, в надежде, что если кришт и существует еще где-то в этих шахтах, то он своим трудом сможет его найти первым.

После очередного удара киркой, Слеп почувствовал как будто кто-то начал дышать внутри горной породы. Он провёл ладонью вдоль стены.

– Кампел. - Он говорил тихо. - Ты чувствуешь?

– Чего? Очередной бред про "просадку"? - Кампел закатил глаза. - Может, у тебя сопли просто потекли?

– Сквозняк, - прислонился Слеп к стене.

– Да, точно - Гор подошел и прислонил свою руку. - Скала явно не цельная.

– Ну-ка подвинулись, малыши, - проворчал Кампел, это было особо иронично, учитывая что Гор был хоть и младше, однако выше его на три головы. - Я сейчас со всем разберусь.

Он начал судорожно долбить своей киркой по стене. Он был так воодушевлен, что чуть не задел голову Слепа. Спустя несколько минут, стена поддалась и образовалась темная щель, а он смог заглянуть внутрь.

– Черт подери, да там кажется есть какой-то проход, и он не природный - он было начал лезть внутрь, однако мощным рывком Гор вытащил его назад за пояс.

– Куда ты собрался? Ты рехнулся, полоумный? Мы не знаем насколько оно устойчиво, надо укрепить вход, тут может все обвалиться за секунды! - гаркнул на него Гор.

– Слушай ты, здоровяк, ты что-то больно часто орать начал! Если ты и дальше так орать будешь, то нас точно тут накроют и всех отправят на “перевоспитание”. И тогда ты будешь поспокойнее. - завизжал Кампел.

Глава 2

Подземный город представлял собой большой трудовой лагерь под землей. Его центр располагался в природной пещере исполинского размера, в которой находились главные здания, такие как храм, дом коменданта, епископа и дома распорядителей, а также ритуальная площадка для Квитека - “лотереи" за выживание. Остальные обитатели этого города жили в относительно небольших рукавах пещер, уходящих вдаль от основного центра. У них не было красивых домов, которые были в распоряжении высшего общества, и в основном они жили в каменных лачугах или общих бараках, выдолбленных в стенах пещер.

Сборы на новую экспедицию заняли время. В первую очередь необходимо было получить разрешение распорядителей. Они были основными управляющими самих групп, выходящих на разведку и добычу жил. Как правило, это были бедные дворяне — изгои среди своих — но это ничуть не приближало их к шахтерам, и уж точно не делало их более сочувствующими им.

Они следили, чтобы шахта приносила нужное количество ресурсов, ведь если кто-то в столице будет недоволен результатами, то их достаточно быстро заменят на другие более эффективные кадры. И для наблюдения за этим всем был поставлен комендант, который является прямым ставленником Короля. Чтобы распорядители не обманывали корону.

В случае Подземного города, распорядители стали отправлять группы в “долгую” добычу, по истечении которой шахтеры приносили в лучшем случае минимальные нормы, а семьи распорядителей начинали обрастать предметами роскоши.

Кампелу пришлось неплохо сточить свой язык о задницу своего распорядителя, чтобы их группу отправили в “долгую” добычу. Он был мастером в подобных переговорах. Ему удалось получить это разрешение, не говоря ни слова о том, сколько они будут должны в случае успеха, и сколько они найдут — что в их положении было даже важнее. Так он всегда мог сыграть карту дурака и, если что, отказаться от своей доли, если распорядитель останется недоволен результатами. Однако, если добыча вовсе не удастся, то наказана за провал будет лишь одна сторона этого договора.

В то же время, распорядители никогда не рисковали своей головой, поэтому, если таким нелегальным добычам нужно было дополнительное снаряжение, шахтёры всегда могли обратиться к контрабандистам, которые управляли всей теневой жизнью Подземного города. Они служили своеобразными артериями, по которым текло всё то, что обычно было недоступно для жителей. Кроме того, именно через них шло богатство распорядителей к их семьям, что обеспечивало контрабандистам определенную защиту от неожиданных проблем.

Общением с контрабандистами и снаряжением экспедиции занимался Гор, по какой-то причине они всегда были достаточно уважительны с ним и никогда не пытались его облапошить, по крайней мере со слов Гора. Возможно, это по причине того, что Гор выглядел как человек, которого не особо хотелось бы обманывать, представляя последствия, а возможно, он решил не пугать своих друзей тем, как он умеет решать вопросы в случае непростого конфликта.

Слеп был полезен группе своим талантом рудокопа во время добычи и поисков руды. Однако во время подготовки экспедиции его талант был не особо полезен. Иногда он бегал по поручениям Кампела, чтобы передать то или иное послание, иногда помогал Гору с подготовкой снаряжения. Но большую часть времени он потратил на общение с семьей.

В то время, когда он сидел со своей матерью и белокурой сестрой у себя на кровати, в их пещерной лачуге, он все чаще ловил себя на мечтах о том, что наконец сможет обеспечить свою семью. А иногда к нему приходили совсем безумные, по меркам Подземного города, мысли, что у него хватит добычи для выкупа подставных документов у контрабандистов, и он сможет вывести свою семью наружу. Это не всегда означало свободу, многих людей ловили и отправляли на перевоспитание, после которого стремление к свободе куда-то испарялось.

“Я сделаю все, чтобы ты смогла увидеть солнце, Мия” - сказал ей Слеп, когда она, несколько лет назад, подбежала к раненому червю ургонта, одному из самых мерзких существ в пещерах, и начала гладить его пластинчатый панцирь, роняя слезинки из своих зелёных глаз. Ее детская наивность и любовь к этому мрачному и опасному миру умиляли его и в то же время не давали ему отчаяться и просто умереть где-то в глубинах шахт. Слеп был готов на все, чтобы выполнить это обещание.

Спустя две недели подготовки команда вернулась в пещеру, найденную во время их предыдущей вылазки. Им пришлось расширить проход, чтобы туда смог пролезть камнегрыз - крупное животное с мощными лапами. Его морда тупая и грубая, с мощными челюстями. Маленькие глаза скрыты под складками кожи, но это не мешает ему ориентироваться: камнегрыз отлично чувствует вибрации земли и двигается уверенно даже в темноте.

В этот раз у них было намного больше времени для обследования окрестностей. Они уже и забыли о том, насколько огромна была пещера, которую они нашли. В середине пещеры был подводный водопад, перетекающий в реку. Его начало невозможно было разглядеть от того, что свет от факелов был не способен достать настолько высоко. Кроме тоннеля, по которому река уходила куда-то в неизвестность, от пещеры ветвилась более десятка других проходов в глубины подземелья. Часть из них была насыщена железом, оловом, серебром и другими металлами. Один факт нахождения среди всего этого, насыщал их окрыляющими чувствами.

Кампел и Слеп разбили палатки недалеко от воды, пока Гор устанавливал охранный камень, который достал у контрабандистов. Обычно такой камень мог защитить лагерь на несколько часов, убивая любое существо размером хотя бы с половину человека, появившееся в его радиусе.

После обустройства лагеря они вместе занялись подготовкой рабочей зоны и сборкой небольших тележек для перевозки добытой руды. Кампел тщательно осматривал колеса и смазывал их смесью масла и пыли, чтобы избежать скрипа. Слеп проверял фонари и крепления – трещины в стекле могли привести к пожару или отравлению дымом, а значит, их нужно было менять заранее

Глава 3

Тьма. Тотальная, поглощающая тьма окутала глаза Слепа. Как человек подземелий, он ощущал на себе множество оттенков тьмы, но эта была другой — плотной… и душащей.

Факел… — пронеслось в голове.

Он сжал в руке холодную рукоять — пламени не было.

Ещё мгновение назад он шёл за Гором, и огонь светил ярко. А теперь — ничего. Ни жара, ни света. Только пустота.

Он вслепую нащупал огниво. Пальцы дрожали. Зажав факел между ног коленями, Слеп, начал бить огнивом, стараясь поймать искру. Металл заскрежетал о камень, выбивая искры надежды… надежды на то, что тьма вокруг не задушит его окончательно. Сердце стучало в ушах. Еще удар. Еще. Наконец одна искра легла на сухой мох и слабое пламя прогнала пугающую тьму.

Слеп осмотрелся. Он стоял в квадратной комнате высотой примерно в два его роста, воздух был затхлый, пропитанный древностью. Под потолком, на стенах, виднелись полосы фресок, будто рассказывающих историю борьбы и распада существ, формы которых никак не получалось осмыслить даже смотря прямо на них.

Эти рисунки начали его завораживать. Он слышал музыку труб, будто они протяжно мычали, и барабаны, что били ритм, словно кирка, долбящая по камню. Камень. Жилы. Кампел. Гор.

Где Гор? Где Кампел? Он зашёл сюда за Гором.

Щелчки, которые двигались к нему из темноты пещер. Он резко обернулся назад. Там, где недавно был проход, теперь лишь гладкая стена. Ни звука, ни движения.

— Чёрт подери… — прошептал он. — Что тут происходит?

Он тряхнул головой. Ладно, может, это и к лучшему. Эти щелчки — их звук был недобрым, таким, от которого в жилах стыла кровь.

Надо искать выход отсюда. Это место было очень похоже на те места, в которые шахтерам ни в коем случае нельзя заходить. Любой, кто найдет подобное, обязан доложить об этом жрецами.

После таких находок, в городе появлялись Ищейки — специальный отряд Короля, который занимался экспедициями по поиску кришта и разведкой еретических руин. Ведь опасности там угрожали не только физические: эти места могли поколебать саму веру в душах людей.

Лучше не испытывать судьбу. Нужно найти друзей как можно скорее и исчезнуть отсюда, не оставляя даже следов.

Он шагнул вперёд, выходя из комнаты в коридоры этого таинственного места. Он вспомнил мать, как она говорила ему всегда оставаться осторожным, не рисковать, не попадать в переделки. А теперь он здесь — в этом богами забытом месте, и всё из-за своих решений.

Слеп шел по длинным коридорам руин рассматривая фрески и редкие барельефы неизвестных существ с волчьими пастями и человеческими телами. Периодически, он проходил мимо небольших залов, которые как будто были созданы для поклонения неизвестным богам.

В какой-то момент, он забрел в большое помещение в центре которого стоял черный постамент, как сама тьма, за пределами его факела. На его верхней поверхности виднелось небольшое углубление, в котором когда-то что-то хранилось.

— Отвали уже от меня! — донесся раздраженный голос, и он был чертовски знаком.

Слеп вздрогнул и вскинул голову. Рядом, где-то в соседнем проходе, слышалась ругань. Он сразу узнал тембр — это был Кампел. А второй голос… Гор. Они были живы!

Слеп рванулся вперед, факел метался в руке, отбрасывая на стены дикие тени. Он свернул за угол и, затаив дыхание, выглянул.

Кампел и Гор стояли в небольшой нише между двумя колоннами. Гор навис над товарищем, вцепившись в его сумку и яростно дергая её на себя.

— Покажи, что ты там нашёл, чёрт тебя подрал! — прорычал Гор. — Я же вижу, как ты трясешься над ним! Прячешь, да? Думаешь, я не замечу?

Кампел стиснул зубы, удерживая сумку у груди. Его лицо пылало от ярости.

— Ты совсем сбрендил, верзила? Что я, по-твоему, там прячу? Обоссанные портки? Ты свои обосрал, так решил мои заодно изгадить?

У Слепа внутри что-то оборвалось. Он смотрел на них и не узнавал. Это были не друзья. Это были два идиота, которые чуть ли не лезли в драку из-за чёртовой сумки.

Он сжал пальцы на рукояти факела.

Мия.

Он видел лицо сестры. Видел мать. Видел, как они остаются одни, если он не вернется.

А эти двое? Они сейчас готовы перегрызть друг другу глотки.

— ЗАТКНИТЕСЬ! — голос прорвался сам собой, сорвался на крик, разнёсся по залу, гулко ударив в потолок.

Кампел и Гор замерли. Слеп шагнул ближе, ярость горела в его голосе:

— Я шел в темноту за вами. Один. Не знал, вернусь ли. Потому что вы для меня — больше, чем просто сменщики.

Он перевел дыхание.

— А вы… вы орёте, как дети. Как будто не поняли, куда вляпались. Тут не место для ссор. Мы не в шахтах. Мы в каком-то поганом храме, где стены дышат, а сзади щелкает что-то, что хочет нас сожрать. И если я не вернусь — никто не будет кормить мою сестру. Никто не поможет моей матери. Никто.

Голос дрогнул. Но Слеп не дал себе замолчать.

— Так что-либо вы оба берёте себя в руки, либо идите к чёрту. Но я иду дальше. Живым.

Гор шумно выдохнул, будто сдулся. Посмотрел на Слепа из-под тяжелых бровей, потом перевел взгляд на Кампела.

— Ладно…- буркнул он. — Я просто… мне не нравится что здесь твориться, и я знаю, что Кампел что-то скрывает, но сейчас и вправду важно вернуться отсюда живыми.

Он отпустил сумку и отошел от Кампела. Кампел подтянул ее ближе к груди обхватив как будто он был самым чутким папой на свете, а рюкзак его новорожденным сыном.

— Ты же меня знаешь, Гор. Я жадный, но не идиот. Если бы я нашел что-то опасное — первым делом, дал бы тебе подержать.

Он перевел взгляд на Слепа с нескрывающейся усталостью.

— Ты молодец, парень. Раньше думал, что ты только киркой махать можешь. Но теперь вижу — есть у тебя хребет. — он похлопал слепа по плечу — Идемте, я тут чуть дольше вашего, мне кажется я знаю как отсюда выбраться.

Слеп и Гор переглянулись.

У них обоих возник один и тот же немой вопрос: «А насколько дольше ты тут, Кампел? И если ты знал выход — почему не вышел?»