Кросс по грозовым тучам

Вынужденное возвращение

Тим поправил китель и подошел к голографической панели управления кораблем. Данные о системах функционирования узлов и агрегатов, показатели внешней среды жили своей жизнью. Всплывали, неспешно мигали огоньками и растворялись в бликах боковых экранов. Он протянул руку, останавливая одну из вертикально бегущих строк. Нет смысла тянуть время, превращать ожидание в пытку неопределенности.

До внешних шлюзов Тим отправился пешком. Пара роботов-диагностов выскользнула из-под ног и, бешено вращая шарнирами, протиснулась в карман силового блока. Авиетка уже ждала. Переливалась фасеточным телом, согревалась, накапливала мощность. У открытого люка торчал Сэм, пытаясь пригладить всклокоченную шевелюру.

- Боялся, не успею тебя проводить, - выдохнул он.

Вид у Сэмюэля Кэмпбелла, черт его возьми, был слишком встревоженный. Будто предчувствовал то, о чем сам Тим старался не думать.

- Ну и не успел бы, - напрягся он. - Лучше бы отчалил к жене, чем хватать меня за штаны. Она тебя два года не видела.

- Еще один день ничего не изменит, - упрямо замотал головой Сэм. - Я тебя дождусь и потом полечу.

- Незачем это, - Тим нервно дернул плечом и посмотрел в сторону.

Пора отправляться по координатам Планетарной прокуратуры на Филиппины. Полет от океанского космопорта к побережью совсем короткий. И Тим медлил. Желал невозможного. Надеялся, что супердоктор Кэмпбелл запросит связь с судейскими и объяснит им, что капитан Граув не может быть свидетелем защиты в этом деле. Что он не очнулся после камеры глубокого сна, обезумел от перегрузки форсированного кросс-перехода. Ничего не помнит и никого не узнает. Ха! Как же. Бредовая фантазия.

- Просто вали в свой отпуск, - зло бросил Тим, словно Сэм действительно мог воплотить его тайные желания, но сдрейфил. - Я сделаю, что им нужно, и полечу назад.

- Не вздумай. С ним. Встречаться, - четко и с нажимом произнес Сэм.

- Что?!

Тот сделал шаг и вцепился в запястье. Интерком на руке встревоженно пискнул.

- Ты знаешь, что. И я знаю. Но все равно хочешь это сделать, Тим? Хочешь, несмотря ни на что.

Его тревога заставила отступить необоснованную злость. Стало неловко, даже стыдно.

- С чего ты взял? Мне не обязательно с ним встречаться, чтобы дать показания.

- Вот именно. Особенно в твоем случае, - выдохнул Сэм и отпустил руку. - Просто дай им надеть на тебя обруч и заглянуть в воспоминания. Этого будет достаточно. Помни, Ирт - изоморф, о нем нельзя думать, как о человеке.

- Это ты мне рассказываешь? - хмыкнул Тим.

- Да, извини, - тряхнул он головой и отступил от входа в авиетку. - Сделай все правильно и прилетай обратно.

- Как скажешь, док.

Подчиняясь мыслеприказу, створ внешнего шлюза корабля пополз вверх. Ворвавшийся океанский ветер взметнул русые кудри Сэма. От забытого земного воздуха сладко закружилась голова.

- Кстати, Сэм! - крикнул он, словно прилетевший с ветром шум океана мог заглушить голос, - готово ли твое пиво?

Тот заулыбался, на щеках проступили ямочки.

- Доходит в углу операционной. Я сниму пробу. Думаю, мы выпьем по кружке, когда ты вернешься.

- Выпьем, конечно.

Тим развернулся и зашел в отсек. Дверь за спиной притянуло к обшивке. Авиетка мягко приподнялась над палубой, выдвинула из брюха дополнительный киль, мощно и бесшумно рванула вперед. Под прозрачным, изогнутым вниз носом машины замелькала поверхность живого, неспокойного океана. И зачем он соврал несколько мгновений назад? Соврал себе или Сэму?

Хорощо бы не появляться на Земле еще пару лет. Спокойно тянуть дни на Дальних Пределах Федерации. Развозить грузы по малонаселенным станциям. Но выбора не оставили. Приказ судейского ведомства вернуться на Землю капитан второго ранга Тимоти Граув игнорировать не мог. Путь обратно был не таким долгим, как хотелось бы, - чуть больше месяца. Тим даже отказался от глубокого сна и день за днем нарезал круги по пустому гулкому кораблю. Вступал в беседу с окошком криокамеры Сэма, рассказывал о сомнениях и страхах. Тот, как и всегда, терпеливо слушал, но с закрытыми глазами выглядел непривычно суровым, осуждающим.

Тим до сих пор не был уверен, как поступит на самом деле. Все зависит от того, как сложатся события и разговоры. Сколько они уже держат Ирта? Сначала шло расследование, потом суд, потом апелляция. На ней изоморф все же назвал имя Тимоти Граува. Как свидетеля защиты. Объяснил ли он суть их связи? Вряд ли. Флаа не стал бы этого делать. Для неприятных и грязных дел у него всегда существовал Чага. И вот снова... Серый тревожный океан казался последней линией обороны. Еще год назад между Тимом и Иртом лежал бесконечный, хоть и истыканный кросс-переходами космос. Теперь всего лишь пара сотен километров холодной воды. Вызов Тима с Дальних Пределов выглядел как ловушка, которой не избежать, как ни старайся. Ведь за три долбанных года он так и не смог полностью избавиться от зависимости.

Впереди показались острова архипелага. Один из них, Тим понятия не имел, какой именно, разрастался многоцветным городом. Вечность прошла с тех пор, как он видел эти колышущиеся в воздухе и свете здания-гиганты. Детство Тим провел на Марсе, где энергию экономили и не сооружали полуторакилометровые высотки из свободно парящих друг над другом модулей. Каждый из этих живых, вписанных в общее здание домов был красив. Наружу выступали веранды, плелись волшебные сады, искрились бассейны. Целыми сегментами модули смещались вслед за солнцем, разворачивались спиралями или клонились к земле. Трудно оторвать взгляд, хотя для жизни Тим предпочитал неподвижный камень под ногами и рвущий одежду марсианский ветер. А еще простые композитные поверхности и долгие переходы межзвездных крейсеров.