Кровавая корона. Книга 1.

ПРОЛОГ. Проклятие в тенях.

ПРОЛОГ.

Проклятие в тенях.

1923 год, Ноктюрн-Сити. Эпоха сухого закона.

Дождь хлестал по асфальту, как плеть надзирателя, превращая улицы Ноктюрн-Сити в зеркала из луж, где отражались первые неоновые вывески — те, что ещё мигали робко, обещая исполнение греха за монету. Город рос, как опухоль на побережье Атлантики: первые небоскрёбы-скелеты из стали и бетона уже тянулись к небу, а внизу, в лабиринте переулков старого города, кипела настоящая жизнь. Или то, что от неё осталось. Сухой закон сделал контрабандистов королями, а гангстеров — богами. Но даже боги иногда молятся, когда тени над ними сгущаются.

В подвале «Шёпота Шторма» — нелегального бара неподалеку от заброшенного склада у доков — воздух был густым от дыма сигар и виски, протащенного контрабандой из Канады. Джаз лился, как кровь из свежей раны: саксофон стонал, барабаны отбивали ритм сердцебиения толпы. Здесь собирались те, кто не верил в закон: бутлегеры с обожжёнными руками из-за самогоноварен, проститутки в платьях, что колыхались, как волны в шторм, и мужчины вроде Аштарона, мужчины из тех, кто держал этот город за горло.

Аштарон сидел в углу, в полумраке, где свет от единственной лампы падал на его лицо, отбрасывая резкие тени. Ему было на вид лет тридцать пять, но глаза — их взгляд был намного старше, как у волка, который очень долго был лидером стаи. Стаи жестокой и хитрой, стаи, которая привыкла убивать.

И Аштарон был их бесспорным вожаком. Высокий, худощавый, в стильном костюме из дорогой шерсти, сшитом на заказ в Чикаго, он курил, выдыхая дым кольцами, что вились, словно змеи. Руки его, покрытые шрамами от ножевых драк, сжимали стакан с виски. И этот стакан в этой комнате единственный, кто был свидетелем ярости, зреющей внутри этого стильного и опасного человека.

Банда Аштарона, «Ночные Когти», контролировала половину поставок спиртного в Старом Городе, злачном квартале Ноктюрн-Сити, а их конкуренты – из банды «Красных клыков» - вторую половину.

И накануне они подстрелили «его» лейтенанта полиции, по кличке Малыш Джо, прямо в переулке у клуба «Вспышка». Кровь Малыша Джо ещё не высохла на мостовой, а Аштарон её чуял. Как и чуял он конец привычного порядка. Или начало чего-то нового, чего-то большего.

Дверь, скрипнувшая на несмазанных петлях, медленно отворилась. В комнату постучал Микки, верный заместитель Аштарона, и воздух вокруг него, казалось, вибрировал, как струна, готовая вот-вот лопнуть.

В свете тусклой лампы, висевшей под потолком, как уставший страж, его лицо проступало из полутьмы: острые скулы, пронизанные легкой щетиной, глаза – два темных озера, в которых таилась смесь усталости и ярости. Микки замер на мгновение в проеме двери, оглядывая взглядом пространство комнаты и своего босса в полумраке. Затем он шагнул вперед, и комната наполнилась его присутствием, опасностью и неизбежностью перемен. Его шаги уверенные и размеренные, эхом отдавались по потрепанному паркету.

Медленно, но неотвратимо, Микки направился к массивному столу босса, тому самому, что стоял в центре комнаты, из потемневшего дуба, усеянный стопками пожелтевших бумаг. Микки приближался, полный той тихой решимости, что предвещает разговоры вполголоса и тайны.

— Босс, эти ублюдки из Клыков перекрыли наш канал в порту, — прошептал Микки, склоняясь над столом, лицо его блестело от пота. — Крысы шепчут, что следующим будет старый склад на нашей территории, а потом примутся за тебя.

Аштарон ответил не сразу. Он допил виски, чувствуя, как жидкость жжёт горло. Но истинная жажда грызла его изнутри. Не алкоголь, нет. Что-то глубже. С тех пор, как он увидел ту тень в зеркале на старом складе — не собственное отражение, а нечто иное, шепчущее в тени, обещающее силу. Американскую мечту: с грязных улиц к богатству и величию. Но в Ноктюрн-Сити такие мечты обычно заканчивались кровью.

— Пусть приходят, — наконец сказал он, низким, словно гул мотора, голосом. — Я буду там. Один.

Микки побледнел. — Босс, это самоубийство!

Аштарон криво усмехнулся. — Может, и так. Но сегодня... сегодня я заключаю сделку, которая изменит всё.

Ночь опустилась на город, как саван. Дождь барабанил по крыше заброшенного склада на окраине порта — ржавого монстра из железа и дерева, где когда-то грузили хлопок, а теперь стояли и гнили бочки с контрабандой.

Аштарон вошёл один, без оружия, только с карманным фонариком в руке, луч которого резал тьму, как нож. Воздух пах плесенью и дождем, вдалеке выли сирены — полиция, или просто ветер?

Он дошёл до центра зала, где пол был усыпан осколками стекла, и остановился. Его ждала тень. Не человек, но нечто бесформенное, пульсирующее, сущность из тени.

Аштарон слышал шепотки о ней от старых иммигрантов: о тени, о древнем боге, проснувшемся в недрах Старого Города, когда в нем зажглись первые электрические лампы. Демон? Бог? Но в те времена слова и слухи не имели значения — только сила.

— Ты пришёл, — прошептал голос, эхом отразившийся от стен. И звучал он, как помехи в радиоприёмнике: шипение, треск, слова, слитые в одно. — За бессмертием. За властью над этим... городским адом.

Тень заколыхалась, формируя контуры — лицо без черт, глаза как чёрные провалы. — Всё имеет цену. Особенно сделки. Ты получишь всё, о чём ты мечтаешь. Но ты станешь паразитом. Бессмертным, но голодным. Кровь — твоя еда. Укусы будут рождать таких же. Но помни, есть пророчество: Кровавая Корона, спрятанная в недрах вашего Ноктюрн-Сити. Древняя, металл, слитый с магией. Она может стереть вас всех и тебя, и того, кого ты создашь, — или сделать вас богами. Выбирай: власть или забвение?