Кружева от госпожи Феи

Глава 1

Наслаждаясь абсолютной тишиной свадебного салона, носящего скромное название «Леди Шекспир», Титания еще раз перечитала подпись под выложенной в Инстаграм фотографией невесты.

«Вы настоящая фея, воплотившая мою мечту об идеальном свадебном платье в жизнь. С благодарностью, Аделаида». — Губы расплылись в довольной улыбке.

— Знали бы они, что я, Титания Спицына, и есть настоящая фея, которой приятно делать окружающих счастливыми. Правда, Пак? — обратилась с вопросом к белоснежному мейн-куну, царственно восседающему на велюровом диванчике и внимательно прислушивающемуся к голосу хозяйки. — Особенно тех, кто действительно встретил настоящую половинку.

Кот широко зевнул и отвернулся.

– Ты неисправимый скептик! — удрученно продолжила фея. — Она пришла по рекомендации и попросила сшить свадебный наряд. Ей хотелось, чтобы подол украшала вышивка из шелковых нежно-розовых нитей. — Титания нервно постучала карандашом по альбомному листу с наброском платья для Аделаиды. «Голова шла кругом от неопределенности ее заказа, пришлось попотеть».

Титания прошлась вдоль кронштейна с новыми нарядами — те висели в ожидании своих обладательниц. Фея вглядывалась в каждый из них, ища недостатки, пропущенные в творческом порыве.

— Хм… — Призадумавшись, она щелкнула пальцами, и расшнурованные белоснежные ленты на лифе одного из платьев вмиг завязались в красивый бант. Поманив к себе рукой игольницу, фея стала наблюдать за работой иглы. Благодаря бытовой магии идеальные стежки быстро вернули торчащим кружевам былую привлекательность.

— Так-то лучше. — С пальца сорвалась золотая песчинка и ударилась о кофемашину — аппарат включился, загудев механизмом.

Через минуту салон наполнился ванильным ароматом. Подхваченная невидимым порывом, баночка с корицей поднялась с полки и нависла над чашкой, посыпая молочную пенку. Из ящика выпрыгнула ложка и плавно опустилась в бодрящий напиток, начав аккуратно его размешивать.

«Приятно найти применение своим силам».

Пак потянулся и выпустил когти — он был постоянным слушателем Титании, не считая вислоухого красавца с серебристым окрасом — сэра Томаса — и еще одного кота породы мару Ричарда. Правда, сейчас братцев-котов поблизости не было.

И в этот не предвещающий ничего дурного тихий зимний вечер на пороге салона появилось двое мужчин.

Титания отложила альбом в сторону и приветливо им улыбнулась, ничуть не фальшивя. Она всегда была рада видеть новых клиентов, а с этими никогда не встречалась, иначе бы запомнила столь красивые лица с ровным золотистым загаром. После холода на их заостренных скулах появился румянец, а в аккуратных бородках мерцали капельки от быстро тающих снежинок. Их нордические лица напомнили изображения скандинавских богов: русоволосые и статные. Один, с яркими голубыми глазами, невольно притягивал взгляд, а его спутник был несколько бледен и бесстрастен: серые глаза с широкими черными зрачками не выражали ровным счетом никаких эмоций. Он казался Титании пугающей бесчувственной куклой.

Но мужчина все же пошевелился, ссутулившись и втянув голову в плечи, он убрал руки в карманы черного пальто и неторопливо оглядел помещение. От посетителя веяло тоской.

«Жених явно не он, а скорее его спутник», — предположила фея, шагнув им навстречу.

— Добрый вечер, я могу вам чем-то помочь?

Голубоглазый незнакомец слегка поклонился:

— Мы прибыли по поручению короля Арнкела из королевства Лилехейм.

Пол ушел у Титании из-под ног, и, если бы ее не поддержали мужские руки, она бы упала. Едва дыша от волнения и страха, девушка побоялась открыть глаза, старательно изображая обморок, когда ее отнесли на диванчик.

— Говорил я тебе, Мертен, стоило прислать ей письмо. — Мужчина принялся обмахивать фею журналом.

— Тогда бы она сбежала. — Сероглазый вальяжно уселся рядом. — И где прикажешь ее искать?

— Нам велели по-мирному договориться с госпожой Феей.

— Ты уверен, что она та, за кого себя выдает? — собеседник недоверчиво хмыкнул. — Мы целую неделю следили за ее салоном и ничего волшебного не заметили.

— Флейта не могла ошибиться, нить привела нас именно сюда.

Смысл их разговора стал постепенно доходить до Титании, и она ухватилась за чью-то сильную руку. Мертен резко втянул воздух и спросил:

— Вам… уже лучше?

На нее смотрел тот самый посетитель с равнодушным лицом, но уже не тускло-серыми, а яркими и внезапно ожившими глазами. Его равнодушие куда-то исчезло, сметенное гаммой чувств и ощущений. Однако стоило ей отпустить его руку — бесстрастная маска вернулась обратно.

— Вы пришли меня убить? — хрипло спросила она.

«Ждала ли я этого дня? Ждала, но не думала, что он наступит именно сейчас, когда в моей жизни все только-только наладилось, и я наконец-то вздохнула спокойно. Слишком рано расслабилась… упустила момент слежки. Неужели они пришли за моей кровью?»

Мужчины удивились, их темные брови взметнулись вверх.

— Послушайте… — Перед ней на корточках сидел голубоглазый скандинавский бог. Он не касался ее, и его взгляд не выражал ничего, кроме обеспокоенности. — Я принц Ириан. Мы с лордом Мертеном прибыли в ваш мир, чтобы просить о помощи.

Глава 2

Титания проснулась чуть позже десяти часов. На календаре суббота — законный выходной. Посылки с готовыми нарядами она отправила еще две недели назад, и сегодня телефон заливался тонкой мелодией пришедших сообщений. Она знала, что в них написано. «Спасибо. Вы волшебница! Так быстро, я даже не ожидала!» — и другие благодарности от счастливых клиентов.

С отправкой посылок в разные города и страны Титания затягивать не любила. Была бы ее воля, вместе с салоном она создала бы и магическое почтовое отделение, чтобы облегчить себе и покупательницам жизнь.

— Кошатины! — Титания окликнула питомцев, и в воздух поднялся пакет с кормом. На его шуршание из разных углов квартиры выскочили сэр Томас, Ричард и Пак. Коты крутились на месте, а над ними летал пакет, дразня их и забавляя Титанию, сидящую на стуле и попивающую кофе. В раковине журчала вода: заколдованная губка мыла посуду, а тарелки со звяканьем ложились на сушилку.

Пак замер и, недовольно дернув хвостом, обиженно мяукнул.

— Ну ладно, хватит с вас издевательств! — великодушно проговорила фея. — Но вы же знаете, как полезны физические нагрузки.

В именную миску каждого питомца высыпалось отмеренное количество корма: Титания тщательно за этим следила, прежде чем щелкнуть пальцами. Пакет вернулся обратно в кладовку, а дверь закрылась, чтобы коты не смогли добраться до своего лакомства.

Пока они усердно хрустели шариками и сердечками, Титания отставила чашку в сторону и поманила альбом с карандашом и ластиком. Предметы легли на стол и, собрав мешающие волосы в хвост, фея принялась рисовать новые эскизы платьев для конкурсанток.

— И без портретов можно сделать наброски, а потом подобрать каждой что-то готовое. Осталось придумать, как же перенести на их тела магические кружева. Хм… это старинное заклинание. Таким я никогда не пользовалась. — Она задумчиво покусала кончик карандаша и решила позвонить маме.

Фее вспомнилось, как в пору окончания университета Роза Спицына познакомилась во флористической лавке (своей собственной) с интеллигентным мужчиной. Им оказался англичанин Ричард Браун, приехавший в Москву читать лекции по ботанике. Как удачно! Родство интересов дало возможность раскрыться их взаимным чувствам. Роза оставила дочь и с новообретенным супругом уехала в изумрудную Ирландию, где у Ричарда был свой дом (он покинул шумный Лондон и перебрался на работу в Дублинский университет).

Именно в честь приемного отца Титания и назвала одного из питомцев.

Вначале к новому члену их маленькой семьи она отнеслась настороженно. Ей не хотелось, чтобы материнское сердце страдало вновь, ведь отец оставил их, когда Титании было пять лет, и уже тогда своим детским умишком она понимала, как сильно мать переживает одиночество и как ей грустно. Фея без любви чахнет, угасает, не говоря о том, что в мире без магии жизнь волшебниц значительно короче. Но, к счастью обеих Спицыных, Ричард Браун оказался прекрасным человеком и заботливым мужчиной.

Титания видела, какими глазами этот несколько худощавый профессор в потертом на локтях пиджаке, но всегда чистой рубашке смотрит на ее мать и как та млеет от этого взгляда. Свадьбу сыграли скромную, Роза надела первое сшитое Титанией подвенечное платье.

Тогда для нее это было лишь хобби — она не планировала получать от него заработок. Слава, ее жених, только посмеивался, считая, что с высшим образованием дизайнера она может заработать куда больше не вышивкой, а если устроится в журнал мод. Но все собеседования провалились по той простой причине, что у Титании отсутствовал опыт работы. Никому не нужны выпускницы ни с красным дипломом, ни с золотым (если бы такой был).

И Славе пришлось смириться с ее работой в «убогом» ателье, где она с горем пополам уживалась с вечно ворчливыми и склочными дамами от тридцати до шестидесяти пяти лет. Они только и знали, как перемывать окружающим косточки, а всех клиентов именовали «зажравшимися москвичами» или «насосавшими фифами». Швеи сидели в тускло освещенном помещении, пропахшем нафталином и дешевым вином, которое попивала их подслеповатая начальница Евдокия Викторовна — дама постбальзаковского возраста с короткими вьющимися, словно змейки, волосами и красными острыми ногтями, не единожды впивавшимися в хрупкое плечо Титании. Женщина сетовала, что вынуждена прозябать в этих облезлых стенах ради оплаты учебы дочери и что та никак не выйдет замуж за какого-нибудь обеспеченного мальчика из благородной семьи.

Постепенно благодаря проявившимся талантам у Титании прибавилось работы. Помимо обычных заказов от клиентов на нее взваливались задания и от начальницы. Видите ли, ее Любочка-дочка хочет вот такой пиджачок, а зачем его покупать и тратить сорок тысяч, если Титания сможет пошить аналогичный за меньшую сумму дома у Евдокии, а Любочка будет моделью. Отказать Титания не могла: во-первых, это прекрасный опыт — пошить что-то новое и набить руку, а во-вторых, это уникальная возможность создать наряд собственного дизайна из оставшегося материала.

Так, за работой Титания не заметила, в какой момент упустила жениха, и он оказался в постели с другой.

Она вернулась домой пораньше, чтобы встретиться с хозяйкой квартиры. В тот месяц они не успели внести плату, потому что Титании задержали аванс. И вдруг услышала резвящихся в спальне любовников.

Девушка тихонько собрала вещи, предварительно запечатав магией дверь «переговорной», подхватила котенка Пака и засунула его в корзинку-переноску. Оставив все в коридоре, она вошла в спальню.

Глава 3

Через свадебный салон по винтовой лестнице Титания провела Мертена на второй этаж квартиры. В нее можно было попасть и через общий подъезд с внутренней стороны дома, но фея предпочитала личный вход.

В связи с неожиданным визитом лорда ей пришлось забыть о так и не купленном мороженом и подумать о защитных амулетах, подвешенных при входах в квартиру.

Это были ловцы снов. На их создание Титания потратила не один день, вспоминая бабушкины магические уроки. Амулеты вышли на славу — главной их функцией было не пропустить человека с дурными помыслами, желающего навредить хозяйке.

Первым гостем, проверившим один из амулетов, стал ухажер. Вначале у них с Титанией все шло хорошо и относительно спокойно, не считая некоторой одержимости Николая идеями насчет ее свадебного салона. Сначала они встречались по работе, обсуждая дизайн «Леди Шекспир», затем Коля помогал с обустройством, рекламой, не забывая при этом ухаживать за Титанией: дарил пышные букеты, дорогие подарки, устраивал романтические прогулки и ужины. Все то, от чего разомлела бы любая девушка.

Титания с трудом преодолела недоверчивость к кавалеру и стала подумывать: «Не он ли мой второй шанс на счастье?» Как оказалось, ее ожидания были ошибочными.

Однажды Николай озвучил предположение о том, что салон «Леди Шекспир» после их свадьбы станет принадлежать ему, как и все ее дизайнерские идеи для нарядов. Поспешный разговор о замужестве, а также слова Николая заставили ее серьезно призадуматься: «Нужна ли я ему без салона, своих идей и клиентов? Нет, не нужна, и он мне такой не нужен». Она заявила об этом Николаю, и мужчина в порыве гнева замахнулся на нее. Тогда-то защитный амулет сработал в полной мере, вышвырнув несостоявшегося жениха из квартиры сквозь дверь, где тот как следует приложился головой о стену.

Приехавший на «скорой» по вызову соседки врач оставил пометку: «У пациента сотрясение мозга и перелом руки».

Николай восстановился после длительного лечения, но о Титании и ее салоне напрочь позабыл и больше не появлялся в ее жизни.

Вторым недоброжелателем стала соседка с верхнего этажа. Эта дамочка нагрянула к Титании, стоило фее открыть салон. Изольда Львовна потребовала не просто пошить ей платье, а сделать это бесплатно, по-соседски. С собой в качестве подарка она принесла банку с ярко-красным домашним вареньем, но стоило ей ступить на порог фейской квартиры, как ловец замерцал видным лишь одной Титании предупреждающим фиолетовым светом.

Запахло палеными волосами, и высокая гулька на голове Изольды загорелась пламенем, как если бы это была солома. В панике женщина уронила банку на пол, пытаясь затушить прическу платком и истошно вопя, она прыгала на одном месте. Но вместо оказания помощи Титания мрачно смотрела на лужу из заплесневевшего варенья. «Живя в долгах как в шелках, я не намерена делать никаких скидок любителям халявы, даже за варенье. Тем более испорченное», — подумала она и, незаметно наколдовав ведро воды, выплеснула его на соседку.

От мнимой доброты Изольды не осталось и следа. Последнее, что услышала Титания перед тем, как захлопнуть дверь, — ругательства в свой адрес.

С тех пор, если вдруг появлялся человек с дурными помыслами, амулет всегда предупреждал. А дополнительным сигналом стали питомцы. Однажды в дверь Титании позвонила подруга по университету, разливаясь соловьем: «Сколько лет, сколько зим!» К ней на встречу выскочил Пак и укусил за щиколотку. Шерсть на его загривке встала дыбом, он шипел и с прищуром глядел на гостью. Амулет не успел сработать, потому что мнимая подруга так и не смогла войти в квартиру, сославшись на то, что, возможно, от нее пахнет собакой, вот котик и забеспокоился.

Как позже рассказала другая однокурсница, эта особа на правах старой дружбы приходила в гости и… обворовывала, стоило хозяйке зазеваться или уйти в другую комнату.

Титания очень хотела, чтобы и с лордом Мертеном амулет сработал. Однако ни ловец, ни коты на него не отреагировали. Питомцы как лежали каждый на своем нагретом местечке, так и не сдвинулись с них. При виде гостя Пак и ухом не повел, разве что широко зевнул и уткнулся мордочкой в гладкие лапки.

Внутри Титании шла борьба: с одной стороны, ей было бы приятно увидеть, как полыхает амулет и как лорда отшвыривает на пыльные ступеньки, по которым он прокатился бы на своей аристократической заднице, кубарем вылетев из подъезда, как пробка из бутылки шампанского. А с другой… Девушка разжала стиснутые зубы и едва заметно выдохнула с облегчением: лорд ей не опасен и действительно не принес с собой ничего, кроме материала для работы.

«Как принц Ириан и обещал, мне не причинят зла. Даже если Мертен вздумает размахивать здесь мечом и угрожать, это будет ложью, и амулет подтвердит».

Отмахнувшись от ненужных мыслей, Титания поставила коробки на стол и развязала ленты.

— Ага, значит, вы принесли мне образцы… Прекрасно. — Она вытянула губы трубочкой, внимательно рассматривая материал. Особенно ее заинтересовали пуговицы всевозможных форм и размеров, инкрустированные драгоценными камнями. Атлас лент, еще не нагревшийся после улицы, приятно холодил руки. Но самой большой ценностью оказались ткани: золотистая парча, фиолетовый и бирюзовый атлас — из них фее захотелось немедленно сотворить платье, достойное не простой участницы, а королевы. Легкий шифон салатового цвета просился для наряда какой-нибудь светловолосой красавицы.

Глава 4

Ночью Титании приснился кошмар, в котором лорд Мертен схватил ее и перенес в магический мир, где она, как животное, была заключена в клетку. Вокруг нее толпились незнакомые люди — они визгливо смеялись, пронзая слух своими голосами. В нее тыкали острыми палками, в их взглядах плескались ненависть и жажда крови.

Рядом с ней встали принц Ириан и лорд Мертен. Один из них схватил ее за мерцающие крылья, а другой дернул за волосы, и от боли девушка вскрикнула, проснувшись в собственной кровати. Ее волосы тянул Ричард, растопырив лапу с когтями и довольно урча. Часы показывали начало восьмого утра.

В наступающем за окном рассвете Титания жадно хватала ртом воздух, радуясь, что это был всего лишь сон и она не маленькая слабая девочка, которая не может себя защитить. Она — сильная фея, и злить ее — опасно.

— Я слишком много работаю, вот и снится всякая чушь, — хрипло произнесла она, стараясь не потревожить спящего в ногах Пака.

Сэр Томас лежал в своей корзинке у батареи, а Ричард недовольно мяукнул, стоило Титании отодвинуть его от себя. Свесив ноги с кровати, фея поплелась в ванную.

«Почему бы не собрать весь материал и не уехать в бабушкин дом, в Плес? — Будучи ребенком, она проводила там каждое лето и отмечала Новый год. — Смогла бы отдохнуть и поработать. Интересно, что у меня получится из тканей. Отличная практика по оттачиванию швейно-фейских способностей. Заодно нужно найти старый прабабушкин справочник с рецептами и узнать, что необходимо для заклинания кружев». Прополоскав горло и поставив зубную щетку в стакан, девушка взглянула на свое отражение в зеркале и кивнула самой себе:

— Так и сделаю, а то засиделась в этой загазованной Москве.

Сборы заняли чуть больше часа. Чтобы перенести все вещи в машину, Титании пришлось немного побегать: не применять же магию, ведь в коридоре может объявиться какая-нибудь любопытная и глазастая соседка.

Так оно и произошло, когда рядом открылась дверь и в коридор с пакетом мусора, шаркая тапочками, вышла Надежда Казимировна.

Старушка жила здесь еще до того, как Титания купила квартиру и въехала в нее.

— Доброе утро, Тита. Куда собралась в такую рань? —Она прошла мимо девушки к мусоропроводу.

— Доброе! Да вот к бабушке в Плес, а то засиделась в Москве — пора бы и самой отдохнуть от работы. Рождество, как-никак! — весело ответила Титания, вынося корзинку-переноску с котами и радуясь, что ей не пришлось брать с собой портреты участниц: хватило нескольких фото на телефон.

— Это дело хорошее! Ну, удачи, аккуратнее там, на дороге, — пожелала старушка, кутаясь в длинную шаль, из-под которой торчала ночная рубашка.

— Спасибо, и вам не хворать! — Со спокойной душой фея закрыла квартиру и осторожно спустилась к машине.

На Ричарда и Томаса она набросила заклинание сна — эти двое плохо переносили дорогу, — а вот Пак выбрался из переноски и устроился на переднем сиденье, восседая как король.

— Ну что, старина, поехали. — Титания повернула ключ зажигания, и машина приветливо заурчала.

Порыв магии смахнул с крыши и бампера снег, стекла засверкали чистотой, а в салоне быстро потеплело. Маленький «Опель» двинулся в путь в сторону Ивановской области.

На стекле витрины свадебного салона Титания оставила объявление о временном закрытии: «Хозяйка салона в отпуске. Все заказы принимаются онлайн. По срочному пошиву обращайтесь по номеру телефона».

«Я наработала хорошую базу и могу позволить себе короткий отпуск, — подумала фея, ведя машину. — Представляю выражение лица Мертена, когда он узнает, что я уехала. Пусть снова сыграет на дудке или обзаведется мобильным телефоном». За сохранность салона она не переживала: он был под надежной магической защитой, и если Мертен вздумает навредить, то ему не поздоровится.

***

Пять часов в пути пролетели незаметно, будучи разбавленными остановками на заправке, горячим кофе со сладким сиропом, сытными хот-догами и выгулом Пака, который бесстрашно бегал в кустики и возвращался обратно, запрыгивая на сиденье и оставляя на обивке снежные следы.

Только при въезде в Плес колесо машины неудачно увязло в снегу, и та забуксовала на месте, издавая натужное гудение.

Недовольно хлопнув по рулю, Титания надела куртку и вышла на улицу. Без магии здесь было не обойтись, иначе куковать ей на холоде, ожидая проезжающего мимо водителя. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что рядом никого нет, фея провела по воздуху руками, и снег под машиной растворился, оставив кусок чистого сухого асфальта.

— Так-то лучше, — шепнула она и спокойно продолжила путь.

Проезжая через город, Титания наслаждалась поистине волшебными видами сказочного места. Между белых холмов ютились бревенчатые домики, освещенные теплыми светлячками фонарей и рождественскими гирляндами. Здесь в каждом заборе, узорчатых ставнях и пестрых крышах чувствовалось нечто родное, заставляющее глаза увлажниться, а сердце — забиться чаще. Заснеженный уголок природы и уюта на берегу Волги, широкую полосу которой покрывали медленно ползущие льдины. Летом к причалам подплывали речные кораблики, чьи пестрые флаги развевались на ветру, а поток туристов растекался по старинному городу. Люди заполняли гостиницы, чтобы прикоснуться к достопримечательностям Золотого Кольца России-матушки.