Кудряшка.Лось.Точка невозврата.

Глава 1 Эффект домино

В баре «Хобот» пахло дорогим виски, вяленым мясом и чужими амбициями. Это место находилось на нулевом этаже бизнес-центра «Бошо́», и после восьми вечера здесь было не протолкнуться от тех, кто сегодня еще не успел спустить пар.

Ксения лавировала между столиками, неся над головой два бокала с «Аперолем». Ярко-рыжий коктейль в ее руках колыхался в такт движению ее собственных кудрей. Высокая грудь, обтянутая тонким черным джемпером, так и норовила выпрыгнуть из зоны декольте, но Ксению это не волновало. Она привыкла к мужским взглядам. Более того, за те годы работы в корпорации, где мужчины-руководители делятся на два типа — «самодуров» и «павлинов», — она научилась использовать их внимание как разменную монету. Четко, холодно и по делу. Никаких глупостей.

Она уже почти дошла до своего столика, где ее ждала подруга, как вдруг мир вокруг резко качнулся.

Чья-то широченная спина в темно-синем пиджаке, явно сшитом на заказ, резко развернулась, и локтевой сустав этого «гиганта» впечатался прямо в ее запястье.

— Черт!

Бокалы жалобно звякнули, оранжевая жидкость выплеснулась через край, щедро оросив рукав ее джемпера и, что самое обидное, рубашку этого неловкого типа.

— Твою мать, — рявкнул бас.

Ксения подняла глаза и наткнулась на раздраженный взгляд зеленых глаз. Перед ней стоял мужчина. Высоченный, под два метра, широкоплечий, с аккуратной рыжеватой щетиной и модной стрижкой, уложенной так, будто он только что с обложки журнала для успешных мужчин. На правой руке, которой он сейчас недовольно стряхивал капли с рубашки, из-под манжеты выглядывал край татуировки.

— Это моя рубашка от Бриони, — процедил он, даже не взглянув на нее толком, а лишь оценивая масштаб урона на своей груди. — Ты смотреть должна, кудряшка.

Скепсис, который Ксения копила годами, вскипел в ней мгновенно.

— Я-то смотрю, — хмыкнула она, отчеканивая каждое слово. — В отличие от некоторых лосей, которые в баре разворачиваются, как ледоколы в проруби. На лбу надо фонарик привязывать, если сам себя не видишь.

Иван наконец перевел взгляд с рубашки на обладательницу голоса. Васильковые глаза, обрамленные густой копной каштановых кудрей, смотрели на него с вызовом и ледяным презрением. Обычно женщины так не смотрели. Обычно они сразу начинали кокетливо извиняться, предлагая загладить вину. А эта... «лось», «фонарик»?

— Слышь, красавица, — он растянул губы в нагловатой ухмылке, включив режим «обаятельный хам». — Если тебе нужен был повод снять с меня рубашку, могла бы просто подойти и сказать. А портить вещь — моветон.

Ксения фыркнула так громко, что соседний бармен обернулся.

— Мечтать, как известно, не вредно. Вредно — думать, что твои мечты кого-то, кроме тебя, интересуют, — парировала она, вытерла салфеткой мокрый рукав и, не удостоив его больше взглядом, гордо вильнула бедрами в сторону своего столика.

Иван проводил ее взглядом. Аппетитная, черт возьми. И язык — бритва. Такая просто так рубашку снимать не будет. Он хмыкнул, махнул рукой официанту, заказал ещё виски и забыл о ней. Ну, или почти забыл.

***

Через час компания Ивана, состоящая из пары лысоватых партнеров и двух длинноногих девиц из отдела маркетинга, оживилась. Настроение у всех было приподнятое, отмечали сделку, которая обещала принести отличную прибыль. Одна из девиц, блондинка Катя, строила Ивану глазки весь вечер.

— Вань, пойдем покурим, — промурлыкала она, хватая его за локоть.

— Не курю, — отрезал он, но, заметив разочарование в ее глазах, добавил: — Но могу подышать воздухом.

Они вышли в коридор, ведущий к черному ходу. Коридор был пустой, только тускло горела лампа да виднелась приоткрытая дверь подсобного помещения.

Дальнейшее произошло быстро. Катя, недолго думая, толкнула дверь подсобки ногой, втащила Ивана внутрь и, прижав его к стеллажу с коробками, впилась в его губы. Иван, расслабившись, положил руки ей на талию. Мысли его были далеко — о сделке, о выгодных условиях, и о той странной брюнетке с васильковыми глазами, которая его отшила.

— Ты такой... — прошептала Катя, опускаясь на колени.

Иван запрокинул голову, прикрыв глаза. Пальцы сами собой сжались в кулаки. Он не любил это дело в подсобках, как студент, но отказывать, когда предлагают, не привык. Катя возилась с ширинкой, и он скользнул рассеянным взглядом по двери, приоткрытой на пару сантиметров.

И тут он ее увидел.

Ксения шла по коридору в сторону туалета. Она проходила мимо подсобки, когда случайный шорох заставил ее повернуть голову. В щель между дверью и косяком открывалась идеальная картина: полумрак, стеллажи, мужская фигура, прислонившаяся к ним, и женская голова, ритмично двигающаяся у его паха.

Ксения хотела уже брезгливо отвернуться и пойти дальше, как вдруг мужчина поднял голову.

Их взгляды встретились.

Глаза в глаза.

Васильковый лед против зеленого пламени.

Ксения застыла. Внутри у нее все оборвалось и одновременно сжалось в тугой, неприятный комок. Это был не стыд, нет. Это было странное, горькое разочарование. Всего час назад этот наглый, самоуверенный красавчик смотрел на нее с живым, пусть и хамским, интересом. А сейчас... Сейчас его взгляд был мутным от удовольствия, расслабленным, но, когда он увидел ее — в его зрачках полыхнуло что-то острое. Досада? Злость? Или... узнавание?

Визуализация

Иван,37 лет

Ксения,33 года

Глава 2 Перемирие

Через неделю Ксения готова была пристрелить своего начальника отдела маркетинга. Собственно, именно эту мысль она и озвучила подруге Лене, когда узнала, что корпоративный выезд на майские будет совмещен с тимбилдингом с компанией-смежником.

— Представляешь? Вместо того чтобы нормально пожарить шашлыки и забыть о работе на три дня, мы должны будем изображать командный дух с какими-то левыми людьми, — Ксения кидала вещи в спортивную сумку с таким видом, будто закладывала боезапас. — И всё ради того, чтобы «наладить партнерские связи». Господи, ненавижу это слово.

— А я слышала, что та компания — золотая жила, — Лена подкрашивала губы перед зеркалом. — У них там такие мужики работают, что хоть стой, хоть падай. Особенно их заместитель генерального директора. Высокий, рыжий такой…

Ксения замерла с носком в руке.

— Рыжий?

— Ну, не рыжий, а такой… с рыжеватой щетиной. Брутальный. Глаза зеленые, как у кота. Говорят, холостой, но гуляет так, что весь город знает.

Ксения медленно опустилась на кровать. Рыжеватая щетина. Зеленые глаза. Брутальный. Картинка из подсобки «Хобота» всплыла перед глазами с фотографической четкостью. Полумрак, стеллажи и женская голова, ритмично двигающаяся у его паха.

— Нет, — сказала она вслух.

— Что нет? — не поняла Лена.

— Ничего. С кем угодно, только не с ним.

— Ты его знаешь?

— Видела один раз. Этого достаточно.

***

Судьба, как известно, имеет отличное чувство юмора. Утром первого мая, когда две команды выстроились на лужайке перед домом отдыха для приветственного инструктажа, Ксения увидела Ивана сразу. Его невозможно было не заметить — он возвышался над своей группой, как маяк, и смотрел куда-то в сторону леса с нарочитым безразличием.

Но когда он повернул голову и их взгляды встретились, Ксения поняла: безразличие было напускным. В его зеленых глазах мелькнуло то самое острое выражение, которое она запомнила из подсобки. Только теперь к нему примешивалось что-то еще. Злость? Азарт? Она не стала разбираться.

— Команды! — гаркнул ведущий, румяный парень в камуфляже. — Сегодня у нас большая игра в пейнтбол. Разбиваемся на пары, получаете маркеры и — в бой! Помните: главное — не победа, а участие. И безопасность, конечно.

Ксения натянула защитные очки и краем глаза следила, как Иван надевает разгрузку. Движения у него были четкие, отточенные. Видно, что не в первый раз. Она вдруг поймала себя на том, что разглядывает его слишком пристально, и тут же отвернулась.

— Так, — Лена возникла рядом, как чертик из табакерки. — Я договорилась, чтобы ты была в паре с тем самым красавчиком.

— Ты что сделала?! — зашипела Ксения.

— Не благодари. Хочу, чтобы ты наконец расслабилась и получила удовольствие. Он, кстати, тоже согласился. Сразу, между прочим.

Ксения посмотрела на Ивана. Тот стоял, скрестив руки на груди, и смотрел прямо на неё. На губах играла та самая наглая ухмылка, от которой у неё неделю назад свело скулы от злости.

— Отлично, — процедила она. — Просто отлично.

***

Лес встретил их прохладой и запахом прелой листвы. Они шли молча, держа дистанцию метров в пять. Иван впереди, Ксения сзади. Он двигался бесшумно, несмотря на свои габариты, и это бесило её ещё больше. Потому что она то и дело наступала на ветки и чертыхалась сквозь зубы.

— Ты можешь идти медленнее? — не выдержала она.

— А ты можешь не топать, как слон? — отозвался он, не оборачиваясь.

— Если ты забыл, слон здесь ты, — огрызнулась Ксения. — Лось. Я уже говорила.

Иван резко развернулся, и она едва не врезалась в него. Он оказался так близко, что пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо.

— Слушай, красавица, — начал он.

— Ксения, — перебила она. — Меня зовут Ксения. Хотя для тебя можно просто «вы». Если сможешь.

Он прищурился. Вблизи его глаза оказались ещё более пронзительными — зеленые с золотистыми крапинками. И пахло от него не виски, как в баре, а свежим воздухом, кожей и чем-то терпким, мужским.

— Иван, — сказал он тихо. — Можно просто Ваня.

— Я запомню, — холодно ответила она, — но вряд ли воспользуюсь.

Он хмыкнул, но не отошел. Стоял и смотрел на неё сверху вниз, и Ксения чувствовала, как под этим взглядом у неё внутри начинает закипать что-то опасное.

— В прошлый раз, — начал он вдруг, — в баре…

— Ах, в баре, — перебила она с ядовитой любезностью. — Ты про тот момент, когда твой локоть встретился с моим бокалом? Да, помню. Рубашка дорогая пострадала, да? «Бриони», кажется?

Иван дернул скулой.

— Я не про рубашку.

— А про что же? — Ксения изобразила удивление. — Про то, как ты решил, что я специально тебя облила, чтобы снять с тебя одежду? Оригинальный подход к знакомству, надо признать.

— Я был не прав, — выпалил он и тут же понял, как это прозвучало. — Черт. То есть... я погорячился. Нахамил. Извини.

Глава 3 Точка кипения

После пейнтбольного побоища обе команды напоминали дивизию, только что вернувшуюся с передовой. Разноцветные пятна краски покрывали разгрузки, камуфляжные штаны и даже лица особо невезучих бойцов. Но адреналин в крови требовал выхода, и организаторы повели народ к реке — узкой, но быстрой, с песчаным пляжем и деревянным мостками для купания.

— Вода бодрящая, мужики! — крикнул кто-то из передних рядов.

— Еще бы! Май же только, — отозвались сзади, но раздеваться никто не стеснялся.

Ксения шла чуть позади основной группы, пытаясь оттереть с запястья особо въевшуюся жёлтую краску. Мысли путались. Губы до сих пор горели после того поцелуя в шалаше, хотя прошло уже больше часа. Она то убеждала себя, что это просто случайность, игра гормонов, то ловила себя на том, что ищет взглядом его рыжую макушку среди толпы.

— Ты чего такая задумчивая? — Лена возникла рядом, как всегда, бесцеремонно. — О, у тебя щека красная! Тоже попало?

— А? — Ксения коснулась лица. — Нет, это так... загорела, наверное.

Лена прищурилась.

— Ксюх, ты врешь. У тебя вид такой, будто ты тайну хранишь. Тайну особой важности. Ммм?..

— Ничего я не храню, — отмахнулась Ксения, но щеки предательски порозовели. — Вон, река уже.

Пляж оказался небольшим, но уютным. Песок, примятая прошлогодняя трава по краям, мостки, уходящие в воду метра на три. Кто-то из мужиков уже стаскивал футболки, кто-то с разбегу прыгал в воду, поднимая фонтаны брызг и матовые возгласы — вода и правда была ледяной.

Ксения нашла взглядом Ивана сразу. Он стоял у самой кромки воды, стягивая через голову футболку. И тут она поняла, что не зря Лена называла его красавчиком.

Под футболкой оказалось тело, от которого у любой женщины перехватило бы дыхание. Широкие плечи, покрытые ровным загаром, переходили в рельефную спину с выступающими лопатками и четко очерченным позвоночником. Каждая мышца жила своей жизнью, перекатываясь под кожей при малейшем движении. Татуировка, край которой Ксения заметила еще в баре, теперь открылась полностью — замысловатый узор покрывал всю правую руку от плеча до локтя, перетекая на лопатку. Что-то кельтское, древнее, хищное.

Когда он повернулся боком, готовясь нырять, Ксения увидела идеальный пресс — твердые кубики, уходящие под резинку боксеров, и тонкую дорожку волос, спускающуюся от пупка вниз. Боксеры темно-синего цвета облепили бедра, подчеркивая внушительный рельеф там, где полагается.

Она сглотнула. Во рту пересохло.

Вокруг Ивана уже вились девушки. Высокая брюнетка из его команды с телом модели, расстегивая верх купальника, делала вид, что ей нужно помочь с застежкой. Блондинка попроще, но с формами, откровенно пялилась на его задницу, даже не скрываясь. Две другие, которых Ксения видела мельком на брифинге, просто стояли рядом и ржали над его шутками, слишком громко и слишком фальшиво.

Но Иван, кажется, ничего не замечал. Он нырнул, рассекая воду мощными гребками, вынырнул на середине реки, отряхнул голову — и его взгляд сразу, безошибочно, нашел Ксению на берегу.

Она стояла в простом черном купальнике — раздельном, но не откровенном, скорее спортивном. И все равно выглядела так, что у Ивана перехватило дыхание. Мокрая после пейнтбола, с растрепанными кудрями, падающими на плечи, с раскрасневшимися щеками и этими васильковыми глазами, которые сейчас смотрели прямо на него. Высокая грудь в черном лифе вздымалась от быстрого дыхания, тонкая талия переходила в крутые бедра, обтянутые спортивными шортиками. Длинные ноги, чуть тронутые первым загаром, блестели на солнце от воды.

Он забыл, как дышать.

Ксения, поймав его взгляд, вдруг смутилась. Опустила глаза, потом снова подняла. Внутри всё дрожало мелкой дрожью — то ли от холода, то ли от того, как он на неё смотрел. Будто видел впервые. Будто хотел съесть.

— Ты так и будешь стоять? — Лена толкнула её в бок. — Иди в воду, пока не закоченела.

— Иду, — Ксения медленно пошла к мосткам.

Она знала, что он смотрит. Чувствовала кожей этот взгляд, тяжелый, жаркий, несмотря на ледяную воду. Ступила на мостки, прошла до самого края. Вода внизу темнела глубиной.

— Смелая? — раздалось совсем рядом.

Ксения обернулась. Иван подплыл к мосткам и держался за край, глядя на неё снизу- вверх. Вода стекала по его лицу, по губам, по ресницам. Он был так близко, что она видела каждую крапинку в его зеленых глазах.

— А ты боишься? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— За тебя боюсь, — усмехнулся он. — Вода ледяная. Сердце остановится.

— У меня крепкое, — ответила Ксения и, недолго думая, прыгнула.

Вода обожгла, сжала тело в ледяной корсет, вышибая воздух из легких. Когда она вынырнула, судорожно хватая ртом воздух, Иван был рядом. Совсем рядом. Его руки оказались на её талии, поддерживая, не давая уйти под воду.

— Сумасшедшая, — выдохнул он ей в губы.

— Сама справлюсь, — прошептала она, но не отстранилась.

Вода вокруг них бурлила, кто-то плескался рядом, кричал, смеялся, но они слышали только друг друга. Его пальцы на её талии чуть сжались, поглаживая мокрую кожу. Её руки легли ему на плечи, чувствуя под водой гладкость мышц, прохладу татуировки.