Лавиморт. Академия (не) для изгоев

1

Аннотация к книге "Лавиморт. Академия (не) для изгоев"

Что может быть хуже, чем обнаружить в себе Дар некромантии? Только желание отца поправить свое положение. За мой счет, между прочим! Побег в академию от нежеланной помолвки казался отличным решением... До встречи с Эштоном Ладибрио – высокомерной звездой боевого факультета и... останками нежити на его пиджаке.
Теперь моя задача проста: не влюбиться в самого завидного жениха академии Лавиморт и... выжить. Кто-то открыл охоту на адептов моего факультета. Что, если следующей жертвой стану я?

Я неслась к воротам академии Лавиморт, словно за мной гнались все демоны Нижнего мира. Впрочем, разъяренный отец был ничуть не лучше. Утреннее солнце било в глаза, а подол платья путался в ногах, но я продолжала бежать, проклиная неудобную «приличную» одежду.

— Марита! Немедленно остановись! — его хриплый голос догонял меня вместе с тяжелым дыханием. — Ты позоришь наш род!

Ни за что! Лучше умру, чем выйду замуж за этого старого хрыча Фердеса! При одном воспоминании о его масляных глазках и потных ладонях меня передергивало от отвращения. Ноги гудели от бега, в боку нещадно кололо, но я продолжала мчаться вперед. Потертый саквояж - единственное, что успела схватить, сбегая из дома, нещадно оттягивал руку.

Кованые ворота академии впереди казались спасительным маяком.

Еще немного!

Стоит только пересечь эту черту, и я окажусь под защитой надежных стен. Даже отец не посмеет нарушить право убежища — законы магического мира нерушимы!

— Да чтоб тебя! — мясистые пальцы вцепились в ручку саквояжа. — Ты опозоришь весь род! Подумай о матери!
Обычно аккуратно уложенные волосы на голове отца растрепались, а на щеках играл нездоровый румянец.
— Пустите! — я дернула сумку на себя. — Я не выйду за него! Не заставите! Мама бы меня поняла!

— Глупая, неблагодарная девчонка! — задыхаясь прорычал отец. — Я потратил состояние на твое обучение! Фердес — единственный шанс поправить наше положение! Он готов закрыть глаза на твою... неспособность к стихийной магии.

— Плевать! — саквояж затрещал по швам. — Лучше буду полировать котлы в академии, чем греть постель этому старику!

Краем глаза я заметила какое-то движение слева. Повернула голову и застыла от ужаса — к нам пошатываясь, медленно приближались три полуразложившихся тела. Мертвецы! Настоящие ходячие мертвецы! Их серая плоть свисала клочьями, обнажая потемневшие кости, а пустые глазницы испускали зеленоватый свет.

— Папа... — пискнула я, отшатываясь.

Одна царапина — и мы оба трупы!

Но отец, увлеченный попыткой отобрать сумку, не замечал опасности. А нежить была уже совсем близко — я слышала тошнотворный запах тлена и влажное чавканье их шагов по раскисшей после дождя земле.

Внутри что-то щелкнуло. Темная сила, которую я старательно прятала последние месяцы, вырвалась наружу помимо воли. Едва заметная глазу волна ударила в мертвецов, разрывая их на куски. Меня окатило чем-то склизким и отвратительно вонючим.

— Мерзость какая! — выругалась я, отплевываясь.

Саквояж не выдержал борьбы и раскрылся, разбрасывая мои вещи по земле. Пара платьев, белье, книги — все вывалилось в грязь. Среди них мелькнул медальон матери — единственная ценная вещь, которую я прихватила с собой.

— Ты... ты... — отец попятился, глядя на меня расширенными глазами. Процедил сквозь зубы, потрясая скрюченным пальцем, — А-а-а! Темная?! Моя дочь — темная! Теперь все встало на свои места! Твоя неспособность к стихиям...

И тут же рявкнул, нависнув надо мной:

— Думаешь, сбежав в академию, ты от меня избавилась?! Я не позволю такому дару опозорить наш род! Даю тебе месяц — либо ты добровольно возвращаешься домой, запечатываешься и выходишь за Фердеса, либо я использую все свои связи, чтобы тебя отчислили. Посмотрим, как ты запоешь, когда окажешься на улице без гроша в кармане!

Я торопливо подбирала разлетевшиеся вещи, пытаясь запихнуть их обратно в порванную сумку. Руки дрожали.

Проклятье! Теперь он знает. Хотя какая разница? Все равно я домой больше не вернусь! Лучше быть изгоем-некромантом, чем игрушкой в руках старого извращенца.

— Хотя... - он больно впился пальцами в мой локоть. Я дернулась, пытаясь освободиться, но хватка только усилилась. – Уверен, после беседы ректор меня поймет, как отца.

— Прошу прощения, — раздался позади холодный голос. — Но в стенах академии не приветствуется подобное обращение со студентами.

Я подняла глаза. Рядом стоял молодой мужчина — высокий, широкоплечий, с идеально уложенными темными волосами. Его безупречный кожаный черный пиджак был забрызган останками нежити, а в серых глазах плескалось раздражение. Он смерил презрительным взглядом мою потрепанную одежду, свою, поморщился, стряхивая с рукава какой-то особенно мерзкий кусок и, с легким ругательством, запустил очищающее заклинание.

Судя по нашивкам — боевик-старшекурсник. Он появился словно из ниоткуда, но его присутствие мгновенно изменило атмосферу. Даже отец немного растерялся, ослабив хватку.

— Это семейное дело, — прошипел папа.
— В таком случае, — мужчина чуть склонил голову, — Позвольте мне, как представителю академии, сопроводить вас обоих к ректору. Уверен, лорд Патчис сможет помочь разрешить... недопонимание.

Визуал

Дорогие читатели! Добро пожаловать в новую историю!
Знакомимся с героями, Эштон и Марита. Какая парочка вам больше нравится?

У меня есть еще один вариант, и, если честно, мне он больше нравится в качестве обложки, которая установлена сейчас.

2

Отец побледнел, а я мысленно прокляла несносного боевика. Нужно же было ему вмешаться!

— Темная, значит? — протянул Эштон, разглядывая меня с новым интересом. — Что ж, это многое объясняет. Давно проявилась?
— Не ваше дело, — огрызнулась я, подбирая последние вещи.
— Как раз мое. Я, как староста факультета, отвечаю за безопасность первокурсников. А неконтролируемый темный дар — это угроза для всех.
— Я прекрасно себя контролирую!
— Да? — он выразительно оглядел останки големов. — Заметно. Добро пожаловать в Лавиморт, некромантка.

Он произнес последнее слово с легким презрением, и я вскинула подбородок. Ну да, темная. Ну да, некромантка. И что с того?

Я здесь, чтобы учиться, и никакой высокомерный боевик не заставит меня почувствовать себя хуже!

— Благодарю за теплый прием, — процедила я сквозь зубы, подхватывая многострадальный саквояж. — Кстати, вам очень шли эти... украшения. Придали вам некий шарм. Особенно тот кусочек.

Серые глаза опасно сузились, но я уже шагала к воротам, гордо расправив плечи. Позади раздалось приглушенное ругательство отца и он поспешил нагнать меня.

Судя по всему, легкой жизни здесь ждать не приходится. Но это все равно лучше, чем брак с Фердесом.

Я на миг остановилась у ворот, любуясь зданием академии. Серые каменные стены, увитые плющом, остроконечные башенки, уходящие в небо. .. Все это дарило надежду на лучшую жизнь.

И плевать, что я темная! Я докажу всем, чего стою! Некромантов хоть и ненавидят, они все равно «в цене». Слишком мало носителей дара.

В сопровождении Эштона мы поднялись на третий этаж.

Кабинет ректора встретил нас теплом и запахом свежего чая.

Там Эштон застыл у дверей, за нашими спинами, докладывая о «вопиющем нарушении правил» по обращению с големами.

В животе голодно заурчало — я же не ела со вчерашнего дня. Невольно втянула живот и смущенно потупила взгляд. Переступила с ноги на ногу.. Стыдно то как...

Нам предложили сесть и я устроилась на краешке стула, нервно сжимая пальцы.

Я недовольно покосилась на Эштона — он то что тут забыл?!

Лорд Патчис, высокий седовласый маг, внимательно выслушал гневную речь отца о недопустимости обучения темной магии и требование немедленно отчислить меня. Но я еще даже не сдала вступительные экзамены! Только документы успела прислать!

— Весьма интересно, — только и сказал ректор, когда отец замолчал. Лорд Патчис сцепил пальцы перед собой, задумчиво пожевал губу.— Адепт Эштон, что скажете вы?

Эштон выпрямился и отчеканил, глядя куда-то поверх головы ректора:

— Обучение магов - вопрос государственной безопасности. В том случае, если нет ощутимого результата в их обучении, тогда дар требуется запечатать.

Ректор повернулся к отцу:

– Вы все слышали, лорд Кэламтис. К тому же, империя оплачивает базовое обучение, обеспечивает жильем и питанием, на первый год. А дальше зависит от самих адептов или от их родителей. У нас все равны. - он развел руками и кинул грустный взгляд на чашку, испускающую пар.

Я удивленно взглянула на него. Неужели он встал на мою сторону?

— Именно поэтому, мы не можем отчислить вашу дочь. Более того, по закону она обязана пройти обучение. Темный дар без контроля опасен не только для носителя, но и для окружающих.
— Но позор...
— Позором будет оставить потенциально талантливого мага без образования, — твердо произнес ректор. — Ваша дочь останется в академии. Это не обсуждается. Я принимаю ее, проверку дара проведем позже. Контроль силы - первоочередная задача.

Отец побагровел:
— В таком случае, я лишаю ее поддержки рода! Посмотрим, как она справится без средств и связей!

— Прекрасно справлюсь! — выпалила я. — Лучше быть нищей некроманткой, чем... Чем...

Подстилкой старого ублюдка. Конечно у меня не повернулся язык произнести это вслух, но отец понял.

Папа вышел, грохнув дверью со всей силы. Даже не попрощался.

Я расправила плечи, стараясь не показать, как больно ударили его слова. Все-таки родной человек...
— Как благородно, — прошептал Эштон, слегка наклонившись в мою сторону. — Хотя, полагаю, ты еще не знаешь всех прелестей жизни на минимальном пайке.
— Справлюсь! — упрямо повторила я.

— Что ж, — ректор поднялся. — Вопрос решен. Лорд Ладибрио, проводите адептку в общежитие. И... как лучший студент курса, присмотрите за ней первое время. «Дикий» дар требует особого внимания.

Эштон окаменел. Его губы сжались в тонкую линию, а в серых глазах мелькнуло что-то, похожее на ярость. Но голос остался безупречно вежливым:
— При всем уважении, господин ректор, у меня достаточно собственных обязанностей. Не думаю, что...
— Это не просьба, адепт, — мягко прервал его ректор и уперся руками в стол, — Это приказ. Вы же понимаете важность помощи новичкам?

Эштон едва заметно склонил голову:
— Конечно, господин ректор.

Когда мы вышли из кабинета, Эштон резко развернулся ко мне. От его надменной учтивости не осталось и следа:

— Занятия в академии начинаются в восемь. Опоздаешь хоть на минуту — пожалеешь, что вообще переступила порог академии. И поверь, — красивые губы искривила холодная усмешка, — я сделаю все, чтобы ты поняла: некромантам здесь не место.
— Я не боюсь тебя, — вздернула подбородок я.
— Пока не боишься, — угрожающе поправил он. — Но это ненадолго... темная.

Эштон развернулся и стремительно пошел прочь по коридору.

3

— Эштон! Лорд Ладибрио! — окликнула я удаляющуюся спину. — Постойте!
Эштон остановился, медленно обернулся, приподняв бровь:
— Что еще?
— Ректор велел проводить меня в общежитие и присмотреть первое время, — напомнила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

По красивому лицу скользнула презрительная усмешка ои н выразительно скривился:
— Я похож на няньку? У меня есть дела поважнее, чем водить за ручку новеньких.
— Но ректор...
— Найдешь кого-нибудь другого, — отрезал он. — Или заблудишься. Мне, честно говоря, все равно.

Он дернулся было и замер, запрокинул голову и прикрыл глаза. Через силу выдавил:

— Для начала иди к распорядителю общежитий.

Эштон резко развернулся и быстро пошел прочь, оставив меня одну посреди коридора. Я прикусила губу, сдерживая непрошеные слезы. Нет, я не позволю этому напыщенному индюку испортить мне первый день в академии!

Шмыгнула носом и осмотрелась. На этаже было пусто, только в дальнем конце коридора маячила одинокая фигура, склонившаяся над какой-то книгой. Набравшись храбрости, я поспешила к нему:

— Простите! Не могли бы вы помочь? - старательно улыбнулась.

Божечки! Главное не расплакаться.

Парень вздрогнул, захлопнул книгу и поднял на меня удивленные карие глаза. Худощавый, бледный, словно недоумертвие, с встрепанными русыми волосами и в очках, сползающих на кончик носа.
— Д-да? — запнулся он, поправляя очки. - Вы ч-что-то хотели?
— Я новенькая, и мне нужно к распорядителю общежитий. Не подскажете дорогу?
— О! — он заметно оживился. — Я... Могу проводить.
— Спасибо! — с искренней благодарностью выдохнула. — Я - Марита.
— Варг, — представился он, пряча книгу в сумку. — На какой факультет поступила?

Я замялась. После реакции Эштона было страшновато признаваться.
— Некромантия, — тихо сказала. – вроде бы. Но это не точно.
К моему удивлению, Варг не отшатнулся и не скривился.
— Правда? — в его глазах зажегся искренний интерес. — Потрясающе! Я столько читал о некромантии, но у нас так мало темных магов...
Варг указал нужное направление и мы медленно пошли по коридору, он, тем временем, продолжал:
— И поговорить не с кем! — продолжал он с жаром. — Точнее, некроманты тут все какие-то необщительные, и я их, честно говоря, понимаю. Но ведь если задуматься, – он резко повернулся ко мне с фанатично загоревшимися глазами, – и некромантия, и целительство имеют дело с энергией жизни, только подход с разных сторон! В научных трудах подано все так сжато и старательно избегают этой темы! Но ведь это — неправильно! Вот если бы вместе попробовать...

Он внезапно остановился, смерив меня пристальным взглядом, в котором читалось что-то среднее между научным интересом и детским любопытством.

— Слушай, а как ощущается угасающая жизненная энергия? – выпалил он и закусил губу.

— Варг! – я приподняла бровь, пытаясь скрыть улыбку. – Притормози!

Пришлось, опуская подробности, немного рассказать о себе.
— Ох, прости, — смутился он и поднял руки в защитном жесте. — Я когда увлекаюсь, меня заносит. Пойдем, покажу дорогу.

Варг потянул из моих рук саквояж и мы неспешно двинулись дальше.

— Просто я три года ломаю голову, как энергию жизни усилить, а вы работаете с её... хм... противоположной стороной. Это же потрясающе! Я на целительском. Хотел на боевой, если честно, но не прошел испытания. Слабоват оказался. — он невесело усмехнулся. – Ты уж извини, если я тебя заболтал. Я тяжело схожусь с людьми, поживешь здесь, сама поймешь, почему. Поэтому, – он неуклюже развел руками, – Лучшие друзья — книги. Давай я тебе про академию расскажу. Видишь вон те горгульи? Это магические стражи. Вместо глаз у них артефакты, в которую твои собратья сливают излишки силы...

Я с интересом слушала. Варг оказался ходячей энциклопедией — за несколько минут я уже знала и негласные традиции академии и как используются артефакты-накопители, которые пополняют адепты.
— А вот и кабинет распорядителя, — остановился он у массивной двери с металлическими накладками. — Только не пугайся леди Морвен. Она строгая, но справедливая.

— Спасибо тебе огромное! — искренне поблагодарила я. — Ты меня очень выручил.
— Не за что, — улыбнулся он. — Если что, я обычно в библиотеке пропадаю. Заходи, если будут вопросы. Буду рад помочь!

Я робко занесла руку, чтобы постучать в дверь, и этот момент дверь распахнулась. Передо мной стояла высокая и худая, как жердь, женщина с буклями, прямой спиной и цепким взглядом.
— Новенькая? — окинула она меня оценивающим взглядом.

— Д-а, Марита Кэламтис, - поспешно представилась я.

— Заждалась уже. Что ж, посмотрим, куда тебя определить...

Я обернулась попрощаться с Варгом, но он уже исчез — словно растворился. Странно, я даже шагов не слышала.
— Ну что застыла? — прикрикнула леди Морвен. — Заходи!
Я поспешно юркнула в кабинет. Распорядительница уже листала какие-то бумаги:

— Так-так... Марита Кэламтис... Ага! Некромантия... — она подняла на меня острый взгляд. — Темных селим отдельно. Есть свободная комната в отдельном здании, в восточном крыле, рядом с другими адептами твоего факультета.
— А много у нас некромантов? — осторожно поинтересовалась я.
— Трое, считая тебя, — отрезала она. - С твоего потока.

Я неприлично вылупилась и гулко сглотнула. Это что же, получается, некромантов вообще мало?!

— И поверь, девочка, это к лучшему. Меньше проблем.
Она протянула мне ключ:
— Третий этаж, комната триста семнадцать. Вещей много?

4

Я достала выданную схему академии и попыталась сориентироваться. Кажется, нужно идти направо, потом...

Лавиморт больше напоминал маленький город, чем учебное заведение.

Учебные и жилые корпуса раскинулись на огромной территории, разделенной на несколько зон.

В центре, напротив главного въезда, возвышался главный корпус. От него расходились крытые галереи, соединяющие его с другими зданиями. Если посмотреть сверху, то получится пятиконечная звезда. Ровно по числу факультетов.

В главном корпусе располагалась администрация и просторные амфитеатры для лекций.

По галереям можно было легко перейти в соседние здания, где проходили практикумы и основные занятия по специализациям.

Общежития для адептов мирно расположились между концами этой «звезды».

Особняком стояли только тренировочные залы для физической подготовки и корпуса факультета некромантии для практических работ.

Наши, некромантские корпуса, находились так далеко от остальных, что создавалось впечатление, будто академия пытается нас спрятать.

Словно руководство Лавиморта стыдилось того, что мы обучаемся в их стенах.

Я застыла на перекрестке между зданиями. Рука окончательно устала и я бросила саквояж на землю
— Эй, чего застыла?— за спиной раздался звонкий голос. – Новенькая что ли?
Я обернулась. По дорожке в мою сторону спешила рыжеволосая девушка с россыпью веснушек на носу. На ней было форменное платье - тоже адептка.
— Да, только приехала. Вы не подскажете, как пройти вот сюда? - а развернула схему и указала нужное мне здание.

Она прищурилась, склонив голову к плечу:

— Некрос ? – На мой непонимающий взгляд пояснила, что так называют всех некромантов здесь. - Пойдем, покажу дорогу. Мне в ту же сторону. Заодно расскажу, что тут к чему.

Она подхватила меня под руку, увлекая за собой.

— Меня зовут Сара. - открытая теплая улыбка преобразила лицо девушки, превратив ее в красавицу.

— Э-э... - я не успела сказать ни слова, оторопев от напора девушки. – Марита... Стой, мои вещи... - я вырвала руку и вприпрыжку вернулась за саквояжем.

— А чего ты его несешь? – спросила она, гладя на мою скособоченную фигуру.

Я поморщилась — признаваться в собственной слабости не хотела, но рано или поздно правда вылезет наружу. Лучше сама скажу:

— Не могу. Стихии — не моё. А что? Так заметно? Ну, что я темная. - я пнула камешек, наблюдая за его полетом.

— Я вижу. Ведьминский факультет. Я и рада бы многое не видеть, но от себя не убежишь, - пожала она плечами. - Да расслабься ты, просто в этом корпусе одни некросы...

Я слушала щебетание Сары, и на душе становилось легче. Может, все будет не так уж плохо? В конце концов, я уже не одна. У меня уже есть целых двое знакомых!

Оказалось, что Сара учится курсом старше. Или двумя — я не запомнила.

Она рассказала, что есть комендантский час и выходить из корпуса после него строжайше запрещено, да на то и запрет, что его нарушают. И посоветовала на ночь запирать окно:

—Мальчики «ходят» через окно «в гости» к девочкам.

Я не совсем поняла, что она имеет в виду, но решила не уточнять. Потом узнаю...

—Администрация за этим строго следит, и даже ввела дополнительные нагрузки, чтоб у адептов «дымились» не штаны, а мозги, и после занятий, кроме как об отдыхе, ни о чем думать уже не могли. Да только это мало помогает, - со смешком уточнила она. - Вот твой корпус. Давай, доведу до этажа.

За спиной хлопнула тяжелые двери здания, и одновременно с этим хлопком до меня дошло, о чем толковала Сара... Мне стало так жарко! Даже уши горели!

О! Божечки! Мой!

Сара расхохоталась, глядя на меня:

— Разберешься! Слышала, тебя к Ладибрио приставили.

— А ты откуда знаешь? - я едва не упала, споткнувшись на ступеньке от неожиданности.

— Да уже все в курсе, что ты големов разнесла, а он тебя привел к ректору. «Каждый порядочный адепт должен докладывать о вопиющем нарушении правил», - очень похоже изобразила голос ректора Сара и снова рассмеялась.

Внутри что-то екнуло и я задумалась о завтрашнем дне.

— Не дрейфь! — подбодрила она. — Он, конечно, та еще заноза, но дело свое знает. Глядишь, и научит чему полезному. Если раньше не убьет, конечно, — хихикнула она.

— Спасибо, утешила, — проворчала я.
— Да ладно тебе! Прорвемся! — она остановилась у двери с номером триста семнадцать. — Вот твоя комната. Располагайся. А вечером загляну, расскажу последние сплетни.

Я открыла дверь и огляделась. Небольшая, но светлая и уютная комната с окном в сад. Кровать, шкаф, стол, книжные полки... Вполне сносно, хоть и тесновато. Особенно порадовало наличие ванной комнаты. Тесно, но все равно хорошо!

Осталось только узнать, где постирать испорченные вещи.

В углу, рядом со столом, уже стоял мой чемодан. Я начала раскладывать одежду, попутно размышляя о превратностях судьбы. Еще утром я была не уверена, что моя затея выгорит. А теперь я — адептка!

Пусть нас всего три человека, но это же не один, верно?

Внутри кольнуло сожалением — с мамой я так и не попрощалась. Если бы не бабуля, я бы и сбежать не смогла. Надеюсь, папа не пойдет к ней скандалить.

5

Мне снился дождь. Частые тяжелые капли барабанили по крыше, по стенам. Вдалеке раздался раскатистый гром. Кто-то звал меня, но голос доносился издалека.

– Кэламтис!

Я с трудом разлепила глаза и не сразу сообразила, где нахожусь Незнакомая комната, узкая кровать... Академия Лавиморт!
Дверь сотряслась от нетерпеливого стука

– Кэламтис! Немедленно открой дверь! – раздался раздраженный мужской голос. Дверь пнули.

Я вскочила с кровати, запуталась в складках ночной сорочки и, с грохотом рухнула, на пол.

Демоны!

Эштон Ладибрио! Что ему понадобилось в такую рань?!
В панике метнулась к двери, потирая ушибленное колено.

А-а-а! Я не одета! Где же оно?! Схватила первое, что попало под руку.
– Одну минуту! – крикнула я, лихорадочно обматываясь покрывалом.
– У тебя было достаточно времени выспаться. Открывай, иначе я выломаю дверь!

Подскочила к двери и распахнула ее. На пороге стоял боевик – высокий, статный, в безупречно сидящей форме. С отвратительно идеально уложенными темными волосами. Серые глаза смотрели с плохо скрываемым раздражением.

– Ты проспала встречу с комиссией, – процедил он сквозь зубы. – И теперь я вынужден тратить свое драгоценное время, чтобы доставить тебя туда.
– Какую встречу? – растерянно спросила, пытаясь пригладить растрепанные волосы. – Ты сказал про занятия...

– Проверка магических способностей и установка ограничителей. Все первокурсники-некроманты должны были явиться к восьми утра.
– Но мне никто не говорил...
– Разумеется, – ядовито фыркнул Эштон. – Ты же была слишком занята, чтобы зайти в деканат. Пойдем, нас ждут. А из-за тебя опаздываю уже я.

– Прошу прощения... – пробормотала я, чувствуя, как начинают гореть уши. – Я сейчас, быстро...

– У тебя ровно пять минут на сборы, – отрезал он. – И да, форму ты получишь после распределения. Надеюсь, у тебя есть что-то... приличное.

Метнула взгляд на свое единственное «приличное» платье, висевшее на спинке стула. Темно-синее, немного потертое на локтях, но все еще вполне достойное. По крайней мере, я на это надеялась.
Ровно через пять минут я выскочила в коридор, на ходу застегивая последние пуговицы. Эштон окинул меня нечитаемым взглядом, но воздержался от комментариев.
– Следуйте за мной, адептка. И постарайтесь не отставать.

Он развернулся и зашагал по коридору. Мне пришлось почти бежать, чтобы поспеть за его широким шагом.
– Я вообще не понимаю, почему ты так враждебно настроен. Я тебе что-то сделала?
– Ты некромантка, – бросил он через плечо. – Этого достаточно.
– И что с того? Это такой же дар, как любой другой.
Эштон резко остановился и развернулся ко мне. Его глаза яростно сверкнули.
– Такой же? – процедил он. – Может, расскажешь это десяткам жертв нежити?!

Я отшатнулась, прижав пальцы к губам. Неконтролируемый выброс «дикой» силы привлекает умертвий. К сожалению. Поэтому многих некромантов запечатывают, если их не разорвет раньше

Увы, некроманты не всегда могут сдержать нежить. А эти твари опасны- любая нанесенная ими рана приводит или к мучительной смерти, или к магической коме. Говорят, раньше некроманты были сильнее... Сейчас все, что им подвластно легкий контроль умертвий. Да, еще призраки...

Брр... Меня хоть эта беда миновала.
– Я .. Я не выбирала этот дар.
– Именно поэтому вам нужны ограничители, – отрезал Эштон. – Чтобы защитить нормальных людей от таких, как ты.
Внутри закипело от возмущения, но я прикусила язык. Я понимала – спорить бесполезно. Предубеждение против некромантов въелось в общество слишком глубоко.

Мы молча пересекли двор и подошли к отдельно стоящему одноэтажному зданию

Там мы прошли просторный холл, с установленными вдоль стен стульями,

Наконец мы остановились перед массивной дубовой дверью. Эштон постучал и, дождавшись разрешения, открыл ее передо мной. Мы вошли в просторный зал, где уже собралась комиссия – ректор Патчис и несколько других, пока незнакомых мне преподавателей.

– А, адептка Кэламтис – недовольно протянул ректор. – Как любезно с вашей стороны все-таки присоединиться к нам.

Мне словно кипятком в лицо плеснули:
– Прошу прощения за опоздание, – пробормотала , не решаясь поднять взгляд. Мне было безумно стыдно — я и правда вчера заболталась с Сарой и так рада была тому, что меня приняли... Но в расписании о проверке ничего не говорилось!

– Адепт Ладибрио, – кивнул ректор. – Благодарю. Можете быть свободны.

Я заметила, как Эштон сжал челюсти, но он лишь коротко поклонился и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
– Приступим, – сухо сказал незнакомый мужчина. Высокий, с впалыми щеками, на нем был костюм в нашивкой, значение которой я не знала. – Встаньте в центр круга.

Я повиновалась. На полу был начертан сложный магический узор, который едва заметно светился. Члены комиссии окружили меня, держа в руках какие-то артефакты.

– Сейчас мы проверим уровень вашего дара и его специфику, – пояснил ректор. – Постарайтесь расслабиться и не сопротивляться.

Дорогие читатели! Книга и автор очень нуждаются в вашей поддержке! Пожалуйста поставьте лайк 💥, вам это ничего не стоит, а автору это очень приятно и книге это неоценимая поддержка!

Всех люблю, спасибо!💖💖🌹

6

Только сейчас я заметила еще двух человек – парней, сидевших у стены. Видимо, такие же первокурсники, как и я. Мы обменялись косыми взглядами и я сосредоточилась на нетерпеливо постукивающим носком туфли ректоре.

Следующий час стал одним из самых унизительных в моей жизни. Меня заставляли выполнять простейшие заклинания, словно я была неразумным ребенком. Проверяли реакцию на различные артефакты, брали каплю крови для какого-то ритуала. Я чувствовала себя подопытным кроликом.

Почему то для меня оказалось до слез обидно проходить проверку под мрачными взглядами других адептов... Неужели нельзя было наедине?!

Успокаивала себя тем, что на занятиях проще не будет. Там тоже отвечаешь при всех.

– Любопытно, – пробормотал мужчина, сидевший особняком. Он внимательно изучал мои результаты. – Даже очень.

– Что именно? – не выдержала я. Я устала стоять и томиться в неведении. Ведь они ничего не говорили! Только приглушенно шептались, так, что ничего нельзя было разобрать, и писали, писали, писали..

– У вас довольно сильный дар, адептка Кэламтис, – ответил Патчис. – Но он... нестабилен из-за смешения со стихийными силами. Такое соотношение я встречал очень давно у... – он озадаченно потер пальцами лоб и нахмурился, - Не могу вспомнить, запамятовал. Ну, да это и не важно. Вам потребуются ограничители.

Я похолодела и прикусила губу. Ужас! Ограничители – это специальные браслеты, которые надевают на особо опасных магов. Или на тех, кто не может контролировать свою силу. Слова Эштона я всерьез не восприняла — ну не понравилась я ему, такое бывает. Захотел уколоть и что? Мне он тоже не очень то симпатичен. А ректор подтвердил мои худшие предположения: придется позориться.

Ну же, скажите, может я не одна такая здесь?!

– Это стандартная процедура, не расстраивайтесь. – успокаивающе произнес господин «впалые щеки», доставая из шкатулки два серебряных браслета. – Ничего постыдного. Посмотрим вас через пару месяцев занятий, и, вполне вероятно, они уже будут не нужны.

Он сдвинул на кончик носа очки, которые нацепил, когда делал записи в толстый журнал, оценил мой расстроенный вид и мягко сказал:

– Это для вашей же безопасности, Марита.. Стихийная магия плохо уживается с некромантией. Подойдите, пожалуйста.

Браслеты защелкнулись на моих запястьях. Они оказались холодными и неожиданно тяжелыми.

– Теперь о распределении, – продолжил Патчис. – В этом году у нас всего пять первокурсников-некромантов, включая вас троих.

– Пять? – выдохнула я. – Всего пять?
– Дар некромантии редок, – пожал плечами «впалые щеки». – И не все решаются его развивать.

Некромантия считалась недостойным занятием для «благородных» магов. Многие предпочитали подавить этот дар, чем стать изгоем в обществе. Но, когда появлялась нежить, почему-то спешили именно к некромантам, а не тем же боевикам.

Разорвать на кусочки, спалить — много ума не надо. Тут решает скорость реакции, а некроманты могут успокоить, сделать умертвия «сонными», если так можно сказать. Это они сразу после «пробуждения» неповоротливые, а вот когда уже «походили»... Вполне себе «живчики».

К счастью, «вставали» они редко.

Ограничителями «одарили» меня одну, После распределения нас отпустили. Я хотела познакомиться с будущими одногруппниками, но они, даже не удостоили меня внимания и сразу ушли к кастеляну. Ну и ладно, не больно то и хотелось!

Я увязалась за ними следом и получила, наконец, новенькую форму.

О, форма была прекрасна! Черная в красную клетку юбка струилась по ногам, черная же блузка сидела идеально, а на плече красовалась эмблема-значок факультета некромантии - серебряный ворон.

Симпатично! Выглядит даже лучше, чем мое старое платье.

Запасной комплект формы уже лежал в шкафу, и впервые за долгое время я, к своему стыду, чувствовала себя... прилично одетой.

Сверилась с расписанием, подхватила тетрали и поспешила на первые занятия. Сегодня только вводные, потому я со спокойной совестью и сидела вчера допоздна с Сарой. Это все Эштон! Демоны его задери! Чтоб ему икалось всю ночь! Перепугал меня утром, почем зря!

В большой лекционной аудитории собрались первокурсники всех факультетов. Кожаные куртки боевиков, зеленая форма - целителей, синие - стихийников, коричневые - зельеваров. Нас, некромантов, в черном, как и сказал Патчис, было всего пятеро. Я покосилась на свой значок. И правда — вороны...

– Адепты! - голос ректора Патчиса разнесся по залу. - Добро пожаловать в Академию Лавиморт. Первое и главное правило - безопасность. Второе - дисциплина...
Нас просветили, что часть практических и теоретических занятий мы будем посещать вместе с другими факультетами.
Я слушала вполуха, украдкой разглядывая других адептов, пока не услышала:

– ...Совместные занятия боевой и физической подготовки для факультетов некромантии и боевой магии...

Что?! Я едва не подскочила на месте. Краем глаза заметила, как несколько боевиков демонстративно поморщились.
Похоже, будет «веселее», чем я ожидала.

После лекции я поспешила в столовую. Желудок предательски урчал - я не ела со вчерашнего дня, только то, чем угостила Сара, завтрак пропустила, а на питание поставили только сегодня...

В коридоре я столкнулась с группой старшекурсников, гоготавших возле дверей в аудиторию, и постаралась их обойти, помня предупреждения. Мне неприятности не нужны...

7

Я инстинктивно одернула рукава новенькой блузки, пытаясь скрыть тускло поблескивающие серебряные браслеты. Эти «украшения», из уже нагретого телом металла, казались чужеродными, неправильными. Словно клеймо позора...

– А может, проверим, насколько хорошо они работают? - круглолицый, в кривым носом, боевик создал огненный шар и перебросил с одной руки в другую.

– Только если хочешь проверить, насколько хорошо работает твоя голова после встречи с моим сглазом, - звонкий голос заставил нас всех обернуться.

Я облегченно выдохнула. Сара! Она, в коричневой форме зельевара, стояла, уперев руки в бока. Ее рыжие волосы словно пылали в ярком свете солнечных лучей, падающих сквозь окно.

– О, малышка Сара решила заступиться за темную? - лениво усмехнулся невысокий коренастый парень.

– Малышка Сара может сварить такое зелье, Тед, что ты неделю будешь пускать слюни, вместо подготовки к экзаменам, - она подмигнула парню и тот отступил на шаг. – И поверь, дорогуша, противоядия у меня нет. Разлила. – она развела руками в стороны и, с честными глазами, заверила, - Совершенно случайно!
Боевики переглянулись и, нехотя, расступились.

– Ладно, ворона.

– Еще увидимся...

Почему-то я не сомневалась, что «вороной» назвали меня.

Сара взяла меня под руку:

– Пойдем. Эти петухи не стоят нашего времени.
– Спасибо, - прошептала я, когда мы уже отошли. – Я не знала, что только я ношу ограничители...
– Я не стала вчера говорить, чтобы тебя не расстраивать. Твой дар сильнее, чем у большинства, - Сара понизила голос. – Поверь, это не недостаток, а преимущество. Просто некоторым нужно время, чтобы это понять...

Хотелось бы и мне в это верить.

В шумной многолюдной столовой я наскоро пообедала сытной кашей с компотом и поспешила в библиотеку. Там получила выданные учебники (чтобы принести все книги, пришлось сбегать в библиотеку два раза — за один все унести не смогла), и припустила в свою комнату. На вводном занятии, которое для первокурсников оказалось сегодня единственным, нам выдали на самостоятельное изучение несколько тем к завтрашнему дню.

Хочу прийти подготовленной, мне оплошностей больше допускать нельзя!

Я была так рада, что избежала участи стать женой Фердеса, что даже не удосужилась узнать о проверке, а ведь ректор сразу, сказал еще в кабинете!

Я прекрасно понимала, что нянчить меня никто не будет и я могу отсюда вылететь за неуспеваемость или любое нарушение дисциплины: с каждого из адептов, как с будущих магов высшей категории, очень большой спрос. Это за аристократов платят родители, они могут себе позволить вольности.

Первый год обучения всем оплачивает империя, и, в дальнейшем, если хочу учиться на бюджетной основе, я должна сдать все экзамены на высший балл. Как сказала Сара — прорвемся. Выбор у меня небольшой. Слава Богам, в теории я подкована, с этим проблем у меня никогда не было, в отличие от стихий. И я очень надеялась, что мне помогут подобрать индивидуальные программы, пусть и придется платить за это бессонными ночами.

Но лучше так, чем попасть в лапы старого мерзавца, которому решил меня сбагрить отец.

Дальнейшее обучение в Лавиморте было бесплатно только в одном случае — если адепт учился на высший бал по всем предметам. Будет три таких адепта, или десяток- не важно. На выходе империя получает первоклассных специалистов, которые должны будут отработать по контракту. Пять лет — для целителей, семь — некроманты и остальные. Кому то это кажется ужасным, но для меня это уверенность в своем будущем. Это аристократы могут не напрягаться, за них уже все оплачено, вся жизнь распланирована.

В Лавиморте давали прекрасное образование, именно поэтому мы с бабулей остановились на нем. К тому же, это старейшая академия в империи и единственная, которая принимает студентов независимо от происхождения. И... Здесь самый высокий процент выживаемости среди некромантов, а их... нас, и так мало.

Осталась сущая малость: продержаться четыре года. Я не целитель, которые учатся долгих шесть лет. Мне еще повезло, что некромантов принимают без экзаменов, требуется лишь подтверждение темного дара. Слабое, но, все же. преимущество.

8

Я подхватила увесистые томики учебников и устроилась на широком подоконнике в своей комнате. Вгрызлась в сухие строчки формул и теоретических выкладок. Большая часть из прочитанного мне знакома, хоть в чем-то повезло.

Временами делала пометки в тетради, наблюдая, как потянулись первые студенты после занятий. Мысли, то и дело, крутились вокруг вчерашнего разговора с Сарой и утреннего собрания.

Система баллов в академии Лавиморт оказалась сложнее, чем я предполагала. Каждому первокурснику давали сто баллов лояльности – своеобразный кредит доверия.

Вчера Сара, пока я с аппетитом уплетала пирожки с вареньем и мясом, которые она притащила ко мне в комнату, подробно объяснила, как это работает.

Сегодня на вводном занятии декан подтвердил её слова. За опоздания снимают пять баллов, за пропуск занятия без уважительной причины – десять. Неуважение к преподавателям может стоить двадцати баллов, а нарушение правил, особенно тех, что касаются безопасности – все пятьдесят.

Я содрогнулась — мое эпичное появление скорее всего уже слизало половину «кредита». Надо будет потом узнать...

Темноволосая, в новенькой форме стихийника, девушка с первого ряда недовольным тоном спросила ректора:
– А что насчет аристократов? Мы же платим за обучение...

«Впалые щеки», который оказался деканом факультета целителей — лорд Дришвин, усмехнулся:

– Деньги не позволяют купить право нарушать правила, адептка Трошман. Система баллов едина для всех. При нуле – отчисление, независимо от происхождения и состояния кошелька ваших родителей. В Лавиморте не терпят... небрежности.

Правда, восстановить потерянные баллы оказалось непросто. Нам перечислили основные способы: участие в общественной жизни академии (плюс пять баллов за организацию мероприятия), помощь преподавателям с исследованиями (от десяти до двадцати баллов), победы в соревнованиях (тридцать баллов за первое место).

Есть еще специальные задания. Но их дают редко и только тем, кто действительно хочет исправиться. Приятно было узнать, что бюджетники могут рассчитывать на стипендию при высших баллах и это меня обнадежило. Средств, что дала бабуля, очень мало, хватит только на мелочи. Если не вытяну....

Придется искать подработку. Даже не представляю, где и какую. Ведь в учебное время выходить за пределы территории академии запрещено, да еще комендантский час...

Невольно поежилась — боюсь, что я, при всем своем усердии, схлопочу в первый же день минус полтинник. И с треском вылечу.

Покосилась на ограничители — вся надежда на них. Ладно бы у меня просто не получалось какое-то заклинание, они у меня просто выходили из под контроля в самый неподходящий момент.

Дома я с трудом смирилась с клеймом «никчемной пустышки» и тем, что буду должна подчиняться либо отцу, либо мужу, но потом.... Наверное я — ненормальная.

От радости, что у меня проснулся темный дар, я едва ли не плакала.

Я вздохнула, вспоминая события, которые привели меня сюда. Полгода назад я даже не подозревала о своем скрытом «наследии».

Все началось с той злополучной птицы...

Я гуляла в саду нашего поместья – вернее, того, что от него осталось после смерти матери и финансовых проблем отца. Весна только начиналась, деревья стояли голые, и я легко заметила маленькое тельце под старой яблоней.

Воробей – совсем крошечный, еще с желтым окрасом на клювике. Видимо, только научился летать. Сердце екнуло от жалости и я присела рядом. Всегда тяжело видеть смерть, даже если это просто птица...

Не знаю, что заставило меня протянуть руку и коснуться холодных перышек. Но в тот момент лютый холод поднялся изнутри. Словно ледяная волна прокатилась по венам и в глазах потемнело. Когда я проморгалась и зрение обрело четкость, воробей сидел на земле, рассматривая меня поочередно то одним глазом, то другим, поворачивая головку набок. А потом он... взлетел.

Я застыла, не веря своим глазам. Птица описала круг над моей головой и уселась на ближайшую ветку. Ничто в ней не вызывало подозрений: лишь в глазах на свету играли зеленые блики.

Следующие две недели были ужасны.

Куда бы я ни пошла, воробей следовал за мной! Он молча сидел на подоконнике, когда я занималась, порхал над головой во время прогулок, а однажды даже пробрался в нашу столовую и устроил переполох: он не удержался на качающейся люстре и спикировал прямо в суп гостившей у нас тетушки.

Я сидела, боясь поднять взгляд. Это — скандал!..

Вот вроде все понимаешь, а признать... Сложно.

Страшно было уже потом...

9

Бабушка первая заметила неладное.

Она в тот же вечер пришла ко мне в комнату и не «с пустыми руками».

Обычно спокойная леди Китнис металась по моей спальне, глядя на меня с подозрением. В свои восемьдесят лет она выглядела отлично: стройная, гордая, с голубыми глазами, которые, казалось, видели тебя насквозь.

Она проявила недюжинную дотошность и засыпала меня кучей вопросов.

В конце концов я выложила ей все, как есть. И разрыдалась.

Бабушка прижала меня к себе, погладила по голове, как маленькую, и шепнула:

– У тебя дар некроманта, девочка моя...

Она вложила в мои судорожно сжатые пальцы простенькое украшение, которое передавалось в семье каждое поколение, утешающе похлопала по руке и грустно улыбнулась:

– В моём роду все носители темного дара, милая. Просто мы научились это скрывать. Последний некромант родился целых три поколения назад – твой прапрадед. Именно он создал этот медальон, а потом передал своему сыну. С тех пор сила спала, проявлялись лишь слабые магические способности или вообще никак. Мы держали это в тайне. – Она нервно коснулась седых волос, уложенных в неизменный аккуратный пучок, поправила кружевной манжет на рукаве.

В те времена некромантов преследовали и обвиняли во всех бедах, контроль над умертвиями обрели намного позже. Наша семья решила, что безопаснее забыть о своем наследии. Но кровь — не водица.

Я замерла, не в силах поверить услышанному. Всю жизнь думала, что знаю о своей семье всё, а тут вдруг такое!

Я с круглыми глазами узнала, что мама всю жизнь прожила в страхе перед внутренней канцелярией. Хоть она и была обычным стихийным магом, носила медальон, чтобы «на всякий случай». Она отказалась передать его мне, потому что у меня не было признаков темного дара.

В груди больно ужалила обида. Мне не доверяли! А если бы дар не проснулся, я бы вообще не узнала?!

Бабуля не хотела ругаться с мамой, которая таяла с каждым днем.

– Мы все думали, что дар некромантии в нашей линии угас навсегда, – продолжила бабушка, поглаживая медальон в моих руках. – Твоя мать, я, твоя прабабка – все мы лишь носители мертвой магии, с небольшими стихийными способностями. Я не ожидала, что дар проснется в полную силу именно в тебе.

Медальон оказался с секретом. Именно он следующие полгода меня спасал от спонтанных всплесков.

Теперь стало понятно почему способность к стихийной магии была слаба.

Темным магам редко подчиняются другие стихии – силы конфликтуют. Некромантия сильнее, и чтобы усилить стихийную магию, используют усилители. Но большинство предпочитают запечатать такой дар, чтобы не навлечь беду.

Я скрывала свой дар как могла. Избегала похорон и больниц, старалась не подходить к больным животным. Однажды наша кошка принесла полуживую мышь, и я, испугавшись, с придушенным писком, бросилась бежать. Отец посмеялся: «Типичная женщина, что с тебя взять.»

Но полностью скрыть дар невозможно

Воробья удалось упокоить только с помощью специального ритуала, который тайно, когда уехал отец, провела приглашенная бабушкой знахарка. А еще через неделю мы с бабулей оправили письмо в академию Лавиморт...

Ответа с замиранием сердца я ждала все лето.
Вынырнула из воспоминаний — на улице уже смеркалось. Я и не заметила, что время ужина почти закончилось. Поспешила в столовую и оказалась там самой последней. Прихватила на ночь несколько пирожков и поспешила обратно

В комнате я снова сверилась с расписанием.

Первым занятием на завтра стояла физподготовка, и от этого холодело в животе. Я никогда не отличалась атлетическим телосложением, а последний год и вовсе провела за книгами. Готовилась к поступлению.

Отец решил, что если из меня не вышел стихийник, то на службу мелким клерком сгожусь. Институт для «пустышек» для его дочери — в самый раз.

Сара говорила, что физподготовка – один из важнейших предметов для некромантов.

– Пока проводишь ритуал, ты уязвима, твою безопасность обеспечивают боевики. – объясняла она. – А если окажешься одна - нужно уметь защищаться. И поверь — лучше бега еще ничего не придумали...

Я приготовила сумку к занятиям и рухнула в кровать. Уже на грани сна я подпрыгнула — окно! Но постель... такая теплая, мягкая, что я решила - вряд ли найдется сумасшедший лезть ко мне — все-таки я «некрос», кому я нужна? К тому же- второй этаж. И спокойно уплыла в объятия сонных духов.

Утром привычно подскочила с первыми лучами и достала тренировочную форму – широкие черные штаны с завязками на щиколотках и серую тунику с эмблемой академии. Ткань была зачарована, чтобы не стеснять движений и отводить влагу. Дорогая вещь, но необходимая. Это - единственное, за что в академии пришлось заплатить. Включая тетради и пишущие перья.

Страх перед первым занятием грыз изнутри. Что, если я окажусь самой слабой? Минус-баллы за неуспеваемость я точно не могу себе позволить.

В дверь постучали – Сара. Она жила в корпусе, находящимся по соседству.
– Готова к первому испытанию?– улыбнулась она, усаживаясь на мою кровать.
– Если честно, нет, – я заплела волосы в тугую косу. – Боюсь опозориться.
– Все через это проходят, – она пожала плечами. – К тому же, у некромантов своя программа. Никто не ожидает от вас акробатических трюков.
– Но базовую защиту мы должны освоить, – я проверила, хорошо ли затянут пояс туники. – А я даже не знаю, с какой стороны к этому подступиться.
– На завтрак пойдешь?

– Не-а. Там сейчас народу полно, а портить с утра настроение не хочу, - я кивнула на сверток со вчерашними пирожками и предложила Саре угоститься.

Она быстро сбегала за чаем — на каждом этаже была крохотная кухонька с самонагревающимися артефактами для нужд студентов. Мы быстро перекусили и засобирались на выход.
Сара протянула мне флягу с водой:

10

Эштон стоял, эффектно привалившись плечом к дверному косяку и скрестив руки на груди. Темная ткань натянулась на широких плечах, а короткие рукава форменной рубашки красиво подчеркнули бицепсы.

Он смотрел на меня так, словно я была особо мерзким видом нежити.

День становился все лучше и лучше...

Моя бровь удивленно взлетела: такой правильный, лучший адепт своего курса и тут? Интересно, а в чем он провинился? Тут же одернула себя — это не мое дело.

Я приехала учиться, вот и буду...
– Итак, – продолжил магистр Прайт, – сегодня проверим вашу физическую форму. Начнем с простого – пробежка по залу. Хотя... - он задумчиво потер мочку уха и продолжил, - Нет. Погода хорошая, так что, все на улицу.!

– Десять кругов, по стадиону! Живо! – скомандовал преподаватель. – Эштон, проследи за отстающими.
Мы нестройной гурьбою высыпали на улицу. Девочки, проходя мимо посторонившегося в проходе Эштона, усиленно покачивали бедрами, строили ему глазки и томно вздыхали.

Я недовольно скривилась — парень и парень. Чего такого то?! Хотя у самой, когда подошла моя очередь, сердечко предательски участило свой бег. Тьфу ты! Зараза! Я просто не хочу с ним связываться.

Вздернула подбородок и, выходя из зала самая последняя, промаршировала мимо Эштона, чеканя шаг, как заправский гвардеец с идеально прямой спиной.

На улице я сделала жадный вдох и зажмурилась — даже не заметила, как задержала дыхание.

Осеннее солнце на ясном небе ласково грело, прохладный утренний ветерок гонял пожелтевшие листья.

После короткой разминки мы, нестройной группой, трусцой побежали по мягкой гравийной дорожке.

Я решила держаться в середине бегущих, экономя силы. Краем глаза заметила, как Эштон лениво прохаживается вдоль стадиона, изредка покрикивая на самых медленных. Магистр Прайт устроился за конторкой под легким навесом и заполнял журнал, не обращая на нас никакого внимания.

Мысленно возблагодарила богов за то, что бабуля гоняла меня каждый день к завтраку за пирожными. И чтоб они были непременно свежие! И да, только из рук любимой внучки, другие она есть не будет!

Иной раз я с трудом терпела ее капризы, потому что времени она давала мне на это очень мало. Не ахти какая тренировка и единственное, что хоть как-то разнообразило мою жизнь, вырывая из книжных объятий, но бег в гору в кондитерскую ради того, чтобы бабуля написала письмо в академию, того стоил! Она же мне ответ отдала в распечатанном конверте, до последнего заставляя меня переживать!

По крайней мере, здесь я не опозорюсь.

– Некромантка, – вкрадчивый голос прозвучал неожиданно близко, – не филонь. Я же вижу, что можешь быстрее.
Я стиснула зубы. Да чего э тоЭштон ко мне привязался?!

– Благодарю за заботу, – процедила я, стараясь не сорвать дыхание, – но я как-нибудь сама разберусь со своим темпом.
– Неужели? – Эштон насмешливо фыркнул. – Извини, но теперь это моя «забота». Ты же помнишь о «просьбе» ректора?
– Я не просила меня опекать!
– А меня не спрашивали, – он пожал плечами и пристроился рядом, легко поймав мой шаг.

– Помнится, ты сам сказал, что в няньки не нанимался, - раздраженно выдохнула я. Говорить на бегу — плохая идея.

– Ускоряйся, Марита. Или тебе помочь?

В его ладони замерцал огненный шарик. Я задохнулась от возмущения:
– Ты не посмеешь!
– Проверим? – он расплылся в наглой ухмылке.
Шарик полыхнул и превратился в едва заметную плеть и... Меня довольно чувствительно огрело по пятой точке!

Не столько больно, сколько обидно!

Я сбилась с шага и завертела головой: никто, никто даже не заметил!

Гадство!
Пришлось прибавить скорость. Проклятый боевик! Через пару кругов я уже тяжело дышала, но упрямо держалась впереди.

Только не показывать слабость!

– Молодец, – неожиданно произнес Эштон. Снова пристроился рядом. – А теперь держи этот темп до конца.

Я едва не споткнулась от удивления. Это что? Похвала?!

– Держись от меня подальше. - я стиснула зубы и вырвалась вперед, оставляя Эштона позади.
Через пару минут со мной поравнялась светловолосая девушка:

– Даже не смотри в его сторону. Он будет мой. - она прошипела ядовитой змеей, даже не сбив дыхание.

– Больно надо...

– Я предупредила. Таким как ты — место на задворках.

Девушка, имени которой я даже не знала, припустила вперед, мотнув на прощание волосами, стянутыми в высокий конский хвост, а я запнулась и с трудом удержала равновесие от выставленной чье-то подножки. Две адептки — рыжеволосая и брюнетка, - обогнали меня и пристроились след в след этой белобрысой и оглянулись, довольно оскалившись. Одна из них, рыжая с круглым лицом, провела ладонью по горлу и подмигнула.

Я скривилась: фи, классика. Местная аристократка решила обозначить территорию? И почему я не удивлена? Видимо положение ее семьи достаточно высокое, раз она уже успела обзавестись подпевалами. Скорее всего у них и собственного мнения-то нет. Надо держаться от них подальше.

Ввязываться в разборки в мои планы не входит.

После пробежки последовала растяжка. Я старательно выполняла упражнения, игнорируя пристальный взгляд серых глаз. Но, когда очередь дошла до наклонов, я не выдержала:

– Может, хватит пялиться? - несносный боевик прохаживался за нашими спинами и, как назло, остановился за моей. Очень, знаете ли, неприятно чувствовать прожигающий взгляд между... «лопаток».
– Слежу за правильностью выполнения, – невозмутимо ответил он. – Спина прямая, колени не сгибать.
– А мне кажется, ты просто отрабатываешь повинность! – я резко выпрямилась.

Его взгляд похолодел:
– Не льсти себе, некромантка. Я действительно слежу за техникой. Никому не нужно, чтобы вы раньше времени загремели в лазарет.
– Вот и смотри за другими! – я почувствовала, как внутри поднимается злость.

11

После изматывающей тренировки я поплелась в раздевалку, мечтая только об одном – принять душ и переодеться. Мышцы ныли, а на спине противно подсыхала туника. Проклятый Эштон! Из-за него пришлось выкладываться на полную.

В раздевалке уже толпились другие первокурсницы. Я заметила, как несколько девушек демонстративно отодвинулись, когда я проходила мимо.

Хмыкнула. Похоже, для меня это уже привычно. После того, как я надела черную форму и браслеты, такая реакция стала нормой.

– Фу, какая вонь! – раздался капризный голос. – Девочки, вы чувствуете? Прямо как в конюшне!

Я обернулась. У шкафчиков стояла та самая высокая светловолосая девушка в идеально сидящей тренировочной форме. Туника красиво натянулась на груди, а поясок подчеркивал тонкую талию. Несмотря на активное занятие, она умудрилась остаться безупречной – ни капли пота, блестящие гладкие локоны уложены волосок к волоску.

– Мира, ты права! – подхватила одна из ее спутниц,та самая, рыженькая пухлощекая девица. – Кажется, кто-то не знаком с элементарными очищающими чарами.
Вот и «познакомились». Я прищурилась: Мира, значит...

– О, так это же наша некромантка! – Мира картинно зажала нос. – Теперь понятно. Должно быть, общение с трупами накладывает отпечаток.

Я стиснула зубы. На этом потоке я - единственная девушка - «некрос». Не знаю, на сколько моего терпения хватит... Напомнила себе: связываться с такими — себе дороже.
Ее подружки захихикали. Я заметила, как остальные девушки старательно делают вид, что ничего не происходит.

– Знаешь, – Мира порылась в сумочке и достала красивый флакончик, – у меня есть духи из новой коллекции «Лунное дыхание». Стоят целое состояние, но тебе я готова одолжить. По-дружески. – Она улыбнулась с фальшивым сочувствием. – Все же надо помогать... обделенным.

– Благодарю, но обойдусь, – я старалась говорить спокойно, хотя внутри все кипело. – Предпочитаю естественные ароматы.

– О да, – вторая подпевала Миры, худощавая брюнетка, демонстративно поморщилась. – Запах плебейства сложно перебить даже лучшими духами.

– Лучше пахнуть простолюдинкой, чем змеиным ядом, – не выдержала я.

Улыбка Миры стала ледяной:
– Что ты сказала?!
– Ты прекрасно слышала. – Я начала методично складывать вещи в сумку. – И если тебя так беспокоят запахи, могу посоветовать хорошее заклинание для прочистки носа. Говорят, помогает даже от заносчивости.

– Как ты смеешь! – Мира побледнела от злости. – Ты знаешь, кто я такая? Мой отец...

– Понятия не имею, кто твой отец, – перебила я. – И, честно говоря, мне все равно. А теперь извини, мне нужно привести себя в порядок.

Я направилась к душевым, кожей чувствуя ее испепеляющий взгляд.
– Ты пожалеешь об этом, некромантка, – прошипела она мне вслед. – На коленях будешь ползать!
– Уже трепещу, – бросила я через плечо.

Только оказавшись под струями воды, я позволила себе выдохнуть. Теперь у меня появился не только самовлюбленный надзиратель-боевик, но и взбалмошная аристократка, которой я чем-то не угодила.

И все-таки... что-то в поведении Миры показалось мне странным. Слишком наигранным, что ли... Словно она специально устроила это представление.

Но зачем? Неужели ей это чем то поможет? Разве что самолюбие потешить.

В школе, где я училась еще когда жила дома, учащиеся были более сдержанны.

Даже мне мама с детства закладывала мысль о том, что не деньги делают человека. Ведь все может измениться в один миг, и кто захочет протянуть руку помощи тому, кто еще вчера нос воротил? С нами именно это и произошло. Может мама уже тогда что-то знала.. Но теперь ее уже не спросить. К сожалению...

Я тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Сейчас надо думать о другом – например, как не опоздать на следующую пару. И желательно по дороге не встретить ни Эштона, ни новоявленную «подругу» с ее свитой.

Н-да. Такими темпами я скоро от собственной тени начну шарахаться.

Выйдя из душа, я с облегчением обнаружила, что раздевалка опустела. Только у дальнего шкафчика копошилась какая-то первокурсница – кажется, с целительского. Она бросила на меня испуганный взгляд и поспешно отвернулась.

Я вздохнула. Похоже, статус «некроса» и стычка с Мирой окончательно закрепили за мной статус изгоя. Что ж,.. Переживем.

В конце концов, я здесь не за друзьями.

Но... где-то глубоко внутри кольнуло одиночеством. Всего пара дней в академии, а я, кажется, уже успела обзавестись врагами. Страшно представить, что будет дальше...

Застегивая форменную блузку, я поймала свое отражение в зеркале. Ничего особенного – обычная девушка со светлыми волосами и упрямым взглядом.

Только темные круги под глазами выдавали усталость последних дней.
Ничего.

Как сказала Сара - прорвемся.

После изматывающей тренировки я поплелась в раздевалку, мечтая только об одном – принять душ и переодеться. Мышцы ныли, а на спине противно подсыхала туника. Проклятый Эштон! Из-за него пришлось выкладываться на полную.

В раздевалке уже толпились другие первокурсницы. Я заметила, как несколько девушек демонстративно отодвинулись, когда я проходила мимо.

Хмыкнула. Похоже, для меня это уже привычно. После того, как я надела черную форму и браслеты, такая реакция стала нормой.

– Фу, какая вонь! – раздался капризный голос. – Девочки, вы чувствуете? Прямо как в конюшне!

Я обернулась. У шкафчиков стояла та самая высокая светловолосая девушка в идеально сидящей тренировочной форме. Туника красиво натянулась на груди, а поясок подчеркивал тонкую талию. Несмотря на активное занятие, она умудрилась остаться безупречной – ни капли пота, блестящие гладкие локоны уложены волосок к волоску.

– Мира, ты права! – подхватила одна из ее спутниц,та самая, рыженькая пухлощекая девица. – Кажется, кто-то не знаком с элементарными очищающими чарами.
Вот и «познакомились». Я прищурилась: Мира, значит...

12

Часы складывались в дни, а те — в незаметно пролетевшие недели. Пока что мне удавалось избегать открытых столкновений со старшекурсниками, точнее, я от них убегала. От старшекурсников.

Почему-то ко мне привязалась та самая троица, с которой я столкнулась сразу же после вводного занятия.

Увы, но наш поток дружным назвать было можно с большой натяжкой. Одолжить конспект, учебник, или спросить совета — всё! На большее рассчитывать не приходилось. Не пакостят — и то хорошо. Но поддержать?

Моих однокурсников не трогали, видимо по той простой причине, что они все - парни. Пара украшений на лицах и минусовка баллов у обоих сторон охладили пыл у задир.

Так что для меня ничего удивительного в том, что пристального внимания удостоилась лишь я одна, не было. Их интересуют ограничители? Как бы не так!

Ни за что не поверю.

Но… тратить время и выяснять отношения мне было жаль. Его и так не хватает - после общей теории магии начались занятия по специализациям, и частенько они продолжались до самого вечера.

Я изучила почти все темные тропки, переходы и коридоры, стараясь избежать конфликтов и травли. В самой академии старалась держаться на виду, среди людей. Словесные перепалки, если их не поддерживать, ерунда.

Общие предметы для всех потоков оставались одинаковыми: теория магии, магическое право, история магии и государства, и теория зельеварения. Ну и куда ж без неё – физическая подготовка.

Но, если у зельеваров, целителей и стихийников после месяца тренировок прибавились лишь навыки самообороны, то нам, «чёрным воронам» Академии Лавиморт, как ласково называл нас магистр Норгор, предстоял другой путь...

Последняя неделя в академии выдалась особенно тяжелой. Я едва успевала переводить дух между занятиями, а вечером буквально падала на кровать, не в силах даже открыть конспекты. Профессора словно с цепи сорвались — каждый считал своим долгом нагрузить первокурсников по максимуму.

Единственным желанием, которое я испытывала почти постоянно, было лечь в кровать, накрыться подушкой и проспать хотя бы до обеда.

О большем я уже не мечтала…
Сегодня меня разбудил звон разбитого стекла, и в комнату ворвался холодный воздух через разбитое окно.

Я резко подскочила, откинула с лица спутанные волосы и машинально потянулась к часам.

Проспала! На завтрак времени нет!

Быстро умылась, постукивая зубами натянула форму - на улице уже чувствовалось дыхание близкой зимы и через дыру в стекле ощутимо сквозило, и припустила на занятия.

Опаздывать нельзя!

Сегодня первая пара у Траволда, а он весьма придирчив.

Я не стала трогать ни камень, ни пытаться заткнуть брешь в окне. По пути забежала к кастеляну, пусть сами разбираются. Вредителя не найдут, но хоть стекло заменят.

Это -уже второе. За прошедшую неделю...

Лаборатория зельеварения, уже привычно, встретила меня смесью ароматов. Сегодня здесь витал горьковатый запах полыни, терпкий - валерианы и едва уловимый - сухих полевых цветов.

Я заняла место в дальнем углу, подальше от пристального взгляда декана, профессора Траволда.

С виду легкие открытые стеллажи, выставленные вдоль стен, высотою от пола до потолка, широкие столы по всей аудитории, каждый из них - на три человека, и высокие стрельчатые окна.

Все вместе создавало ощущение воздуха и не перегруженного пространства. Вопреки моим ожиданиям здесь всегда было свежо, а запахи, появляющиеся во время занятия прии варке , улетучивались почти мгновенно.

Мне нравились занятия по зельеварению. Профессор, мужчина слегка за пятьдесят, с резко обозначенными скорбными складками у рта, очень интересно рассказывал про травы, зелья и их назначения.

Но нагружал он тоже знатно. К каждому занятию мы должны были самостоятельно изучить свойства растений и пропорции, в которых оно добавляется. Так что на практические занятия мы должны были являться полностью подготовленными.

Была бы возможность, я бы с удовольствием перевелась на его факультет.

– Сегодня готовим успокаивающее зелье повышенной концентрации, - декан выписал на доске рецепт каллиграфическим почерком. – Для некромантов, - он мгновенно нашел меня взглядом в углу и едко процедил, - двойная порция валерианы. Ваша неконтролируемая энергия может свести на нет весь эффект. Важно точно дозировать силу при зарядке.

Я стиснула зубы. С первого занятия декан не упускал случая напомнить во всеуслышание о моей “особенности". Если первое время я гадала, чем не угодила, - ведь я не единственный некромант не то, что на потоке, а в Лавиморте вообще.

Варг, с которым я изредка пересекалась в библиотеке, “успокоил”:

– Не обращай внимания. Траволд ко всем некромантам так относится. Но сразу готовься к тому, что сдавать придешь не один раз. Адептам с его факультета приходится намного сложнее.

Не могу сказать, что меня перестало задевать такое отношение, но… через пару недель стала смотреть на ситуацию более отстранённо.

Спорить с деканом - себе дороже. Мне нужна стипендия и я ее выгрызу. Пересдача - это минус баллы.

13

Норгор небрежно кинул конверт на стол, взял указку, и, постукивая ею по столу в такт каждому слову, веско обронил:

– Каждый, хорошо воспитанный и уважающий себя некромант, должен уметь защищать не только себя, но и своих боевых товарищей и мирное население.

Почему то это постукивание прокатилось морозом по коже. Морган говорил это на каждой паре, с самого первого занятия. Наш с бабушкой расчет был на то, что даже некромант вполне может направить свой дар в «мирное» русло и здесь у меня есть небольшой выбор. Лучше, чем ничего.

Норгор, тем временем, заложил руки за спину и прошелся вдоль доски:

– Как вы знаете, Империя признала боевой дуэт «некромант-боевик» наиболее эффективной рабочей парой. Студенты боевого факультета также изучают дисциплины по призраковедению и упокоению мёртвых, но в значительном «облегчённом» варианте. Вы же, как те, на кого ложится серьёзная ответственность, отвечаете не только за свою жизнь, но и за жизнь вашего напарника.

Магистр остановился и каждому проникновенно посмотрел в глаза. Мы все тоже прониклись. Ага. До мелкой дрожи, волной пробежавшей по телу.

Из школьного курса истории магии каждый знает, что много сотен лет назад произошла катастрофа — наши земли были осыпаны множеством метеоритов. Большие и маленькие, они буквально испещрили материки, привнеся с собой нечто чуждое.

Что-то, после чего люди болели и массово гибли.

А потом, среди выживших, появились маги...

А потом, еще позже, появились ОНИ. Те, кто выходит из сумрака. Ужасные ходячие существа.

Мерзкие твари.

Умертвия.

Поначалу никто не знал, откуда они берутся, пока не связали их появление с таинственным светом, который озаряет небо несколько раз в году.

Позже, спустя долгие годы исследований, выяснилось, что небесное сияние возникает там, где проходят земные магические потоки, а восставшие — те, в ком была хоть капля магической силы...

Я слушала проникновенную речь декана и утешала себя мыслью, что смогу устроиться в какое-нибудь тихое ритуальное агентство или, на худой конец, в отдел криминалистики. Правда, придётся ещё два года стажироваться, но это сущая мелочь по сравнению с той свободой, которая маячила впереди.

Только вот как быть с тем, что я до одури боюсь этих самых умертвий? А ведь впереди практика в морге. Как раз на следующей неделе…

Как подумаю - так оторопь берет. До противной липкой испарины.

– Все студенты боевого факультета и факультета некромантов будут работать вместе на практике. Каждые полгода пары меняются. Вам нужно научиться контролировать свои эмоции. То же касается и боевых магов. Не думайте, что они просто горы мышц. Они обязаны защитить вас, если понадобится.

Ходят легенды, что раньше некроманты могли полностью подчинять себе нежить. А потом эту способность утратили. Никто не знает, почему в наше время некроманты не имеют «полной» силы и чаще именно они, то есть мы, имеем нестабильный дар, поэтому связка боевик-некромант уже давно вошла и прочно заняла свое место в структурах среди военных.

Крупных восстаний нежити уже не было давно. К счастью, сейчас почти все захоронения контролируются и тщательно зачищаются, но нет-нет и бывают единичные вспышки. Но и этого для неприятностей – выше крыши.

– И, кто бы что ни говорил, ваши достоинства неоспоримы. Запомните раз и навсегда: нет ничего хорошего или плохого. Есть только то, что лежит на самом дне человеческой души. Вы – элита академии,

Я с трудом удержалась, чтобы не хмыкнуть вместе с парнями. Элита, ну и загнул!

Что ж этой самой «элите» выделяют такие старые помещения? И относятся, как к низшему сорту?

Справедливости ради надо сказать, что воротили от нас нос не все. Чаще просто игнорировали, словно мы — пустое место.

Нормальные люди есть, но их намного меньше, чем хотелось бы. От меня вон, даже собственный отец и тот отвернулся. Все, что осталось между нами — его гневные письма с угрозами.

Норгор развернул список и зачитал имена тех, с кем мы должны будем тренироваться.

Я не поверила своим ушам и подняла руку, но Норгор отмахнулся, дескать — потом.

– Так, вводную часть я завершил, переходим к сути. С завтрашнего дня вы начнёте тренировки в своих парах. Выбор по личным предпочтениям отсутствует. К сожалению, несмотря на то, что задействованы все четыре курса нашего факультета, из -за нашей малочисленности некоторые боевики остались без пары. Поэтому будет больше ротаций, но первокурсники останутся без изменений. Ваши пары закреплены на семестр. Единственное исключение – адептка Кэламтис. Ваше назначение ректор Патчис подпишет после контрольных замеров силы.

Я с облегчением выдохнула.

– Не торопитесь радоваться, Марита. Проверка назначена на конец месяца, и если вы не покажете нужных результатов, то вы сами знаете, что вас ждет.

14

– Ну, рассказывай! - потребовала Сара, когда я присоединилась к ней и Варгу за столиком во время обеда. Вокруг нашего столика, занятого в самом дальнем углу,

Они сидели в «зоне отчуждения» - в самом дальнем углу в столовой, который я облюбовала — тут никто не мог проходя мимо пнуть или случайно опрокинуть на сидящих содержимое тарелок. Да и скрыты мы были от лишних глаз неширокой пилястрой. Всё, что здесь мешало — гул голосов других адептов.

– Пока ничего. После контрольных замеров решат, с кем меня «ставить», – я пожала плечами и подцепила вилкой кусочек мяса. От наслаждения прикрыла глаза — все-таки кормят здесь бесподобно.

– Не советую сильно набивать желудок, - Варг с легким стуком поставил на стол чашку и, не глядя на нас, перелистнул страницу книги. Сколько я с ним знакома, он все время что-то читает. - Там до уборной бежать далеко.

– Я проспала и осталась без завтрака, - попыталась я оправдаться. - Не хочу опять позориться бурчащим желудком.

– Ты про что? - непонимающе уставилась на него Сара.

– У нас сегодня первое практическое занятие по умертвиям, – пояснила я, наблюдая, как вытягивается лицо Сары. – Будем «наглядно»... изучать.
– О, Тьма! – простонала она. – И ты так спокойно об этом говоришь? Теперь понятно, почему вы оба такие бледные с утра ходите.

– Профессиональная деформация, – хмыкнул Варг, наконец-то оторвавшись от книги. – Кстати, если что – у меня есть успокоительное зелье. Специально для тебя приготовил.
– Для меня? – я удивленно приподняла бровь.

– Ну не для Сары же. Она крепкий орешек, – он усмехнулся и покосился на Сару.

– У «орешка» аппетит из-за вас пропал, - недовольно скривилась Сара и отодвинула от себя тарелку.

Эти двое меня искренне умиляли.

Еще в начале семестра Варг и Сара даже не здоровались друг с другом в коридорах. Когда я взвыла, получив за первую неделю занятий минус двадцать баллов на зельеварении и, едва не плача от собственного бессилия, судорожно готовила доклад для восстановления баллов в библиотеке, Варг, нашедшийся там же, пересел ко мне и спокойно объяснил то, что до меня упорно не доходило.

Позже Сара обиделась, что я не пришла за помощью к ней — у неё-то это основное направление. А теперь, они постоянно препираются и подначивают друг друга. Причем явно получая от этого удовольствие, хоть и ни за что не признаются. Так что теперь наши девичьи посиделки изредка разбавляет мужское присутствие.

Иногда - в обход правил после комендантского часа.

– Может выберемся в город? Утром - туда, а вечером обратно. - Варг посмотрел на нас из-под нахмуренных бровей не поднимая головы от книги.

– У меня денег нет, - я со вздохом отказалась и сверилась с часами. – И на носу дурацкая проверка...

– Один день отдыха никому не вредил, - хмыкнул Варг. - Я тоже не особо «богат» , - просто погулять среди нормальных людей...

– Так и скажи, что проголодался, - прошептала заговорщицким шепотом Сара и округлила глаза.

Варг поморщился:

– И это тоже...

– Вы про что? Тут прекрасно кормят.. - я непонимающе посмотрела на них. Сара и Варг переглянулись. - Я чего-то не знаю?

– Я хочу… нормальной еды. - на этих словах Варга Сара подавилась и закашлялась. Я привстала, чтобы похлопать ее по спине. – Мне просто нужно выбраться, иначе я скоро свихнусь. Сегодня снилось, что я сращивал сломанные ножки у стула.

– А мне снятся формулы низших умертвий. Я скоро бредить заклинаниями буду. – Пожаловалась я.

– Это нормально, - снова уткнувшись в учебник отозвался Варг. – Так ты идешь с нами? Жалко пропускать такой день.

Раз в месяц адептам разрешалось выходить из академии в город — кто пускался во все тяжкие, кто спешил закупить нужные мелочи, но выйти в город спешили все.

– Увидимся, - я поднялась и закинула на плечо сумку. – Обещать ничего не буду. Я подумаю.

Повернулась, собираясь уйти, как Варг хлопнул себя по лбу и тихо рявкнул:

– Стой! – он быстро посмотрел по сторонам и передал мне маленький флакон, который я тут же спрятала. – Зажми нос и выпей. Тошнить не будет.

Я поблагодарила и поспешила в дамскую комнату. Уже там, стараясь не принюхиваться, выпила залпом зелье и до слез закашлялась от вязкой горечи.

– Фу, гадость какая,.. - прополоскала рот водой из-под крана и отправилась на занятия.

15

Изучение и опыты над восстановлением умертвий проводились в самом дальнем корпусе, что стоял особняком от остальных зданий. Я с внутренней дрожью ожидала начала занятий — идти через парк, да еще одной в темноте — занятия, как в насмешку, поставили на конец дня, - страшновато.

Ничего, вместе с Лейсом и Джаником — одногруппниками, - дойду. Эти с виду нормальные. На их помощь не надеюсь, не заступятся. Но хоть в темноте, в самой плохо освещенной части дорожек будет не так жутко. Главное, не отставать...

В подвальное помещение с тяжелой скрипучей дверью, где проходили занятия, я входила на подгибающихся ногах, следуя по пятам за «своими» парнями.

Свежий, на удивление, воздух с тонким, едва уловимым ароматом бальзамирующих и дезинфицирующих составов. Мы такие готовили на уроках зельеварения, поэтому я их сразу узнала.

– Ну-с, адепты. Добро пожаловать в святая святых. В ближайшем будущем вы здесь проведете еще достаточно много времени. Ах, да, свои вещи можете оставить вон там, – магистр Макронус толкнул неприметную дверь в стене, за которой оказалась небольшая комната отдыха, оборудованная парой небольших мягких диванов и неглубоких кресел с низкой полукруглой спинкой.

– Напомню, что Грань между жизнью и смертью тонка, - продолжил Макронус. – Малейшая ошибка может привести к катастрофе. Вы должны научиться контролировать свой дар, иначе он поглотит вас.

– Адептка Кэламтис, - он повернулся ко мне. - Ваш дар особенно силен. Это и благословение, и проклятие. Вы должны быть вдвойне осторожны. Сейчас вы все, как неофиты, сольете излишки магии во избежание казусов.

Он выставил перед собой на столе пять кристаллов-накопителей:

– Потом часть вашей силы пойдет на охранные контуры академии. Надеюсь, все помнят, как это делать?

Мы дружно покивали и поспешили выполнить распоряжение.

Пока заполняла накопитель, я огляделась: помещение выкрашено в неяркий серый цвет. С приглушенным искусственным светом от магических сфер. Зарешеченные узкие окна-бойницы под потолком добавляли в атмосферу тревожности.

То ли гнетущая атмосфера самого места давила, то ли недавняя новость о близкой проверке так огорошила меня, но мысли были далеки от того, чем именно я должна была заниматься. Да ещё и само здание было обвешано таким количеством охранных чар, что становилось не по себе – магией шарашило так, что волоски на руках вставали дыбом.

Мои ограничители слегка нагрелись и я, с легким стуком, поставила накопитель на стол. Готово. Усилием воли отбросила страхи и стала внимать магистру Макронусу — мужчине лет тридцати с усталым взглядом.

– Кто помнит, что первым делом нужно проверить у почившего?

Мы дружно переглянулись, но никто не спешил дать ответ.

Глубоко вздохнула и, неуверенно, ответила:

– На теории некромантии нам уже объясняли, что первым делом нужно проверить силовые узлы, расположенные в определенных точках, и замерить фоновые магические процессы.

Для этого требовалось пустить импульс сырой силы, строго дозированный. Меня пугал сам контакт с мертвой энергией — собственная сила ощущалась сгустком льда, вымораживающим изнутри.

Говорят, что «работа» по профилю делает некромантов чересчур «щедрыми» на эмоции, что ни капли не удивляет. Когда сила течет по венам, наружу, все цвета и краски мира словно выгорают, тускнеют. Такое чувство, что радость жизни теряешь...

– Так, молодцы. А теперь будем познавать, так сказать, на практике. Адепты Лейс и Дэйни, приготовьте "объект".

Парни переглянулись и побледнели. У меня самой по спине пробежал холодок. Преподаватель, не глядя на них, ткнул пальцем в холодильную дверь под номером три, за которой располагалось тело, едва прикрытое простыней. Пока Лейс и Дэйни выкатывали каталку, я к горлу подступил ком.

Тяжело сглотнула и проследила, как позеленевший Джаник закрыл рукой рот и выскочил наружу. Предупреждал меня Варг, чтоб я не обедала, но оставшийся без ужина и завтрака желудок требовал своё. Если бы не зелье, бежала бы сейчас вместе с Джаником. Надо будет Варга поблагодарить...

Занятие продолжилось практикой: нам показывали на "наглядном" пособии расположение узлов и силовых линий, и мы учились чувствовать потоки темной энергии, направлять их. Магистр начал с Лейса, и по мере отработки навыка, отпускал адептов по одному.

Я покосилась на окна-бойницы и взмолилась:

– Можно я следующая? На улице темнеет...

– В свою очередь, – отрезал Макронус. – Если вы так боитесь темноты, то вам следовало сидеть дома, а не лезть туда, где место настоящим мужчинам. Территория безопасна, а вы не всегда будете под защитой охранных контуров. Привыкайте, адептка Кэламтис.

Как назло, Макронус отсавил меня «на закуску». К концу занятий у меня кружилась голова, а браслеты обжигали кожу.

Я обессиленно погасила «контуры» и отозвала силу, хлестнувшую изнутри ледяным хлыстом.

– Неплохо, - Макронус кивнул. – Но вам нужно больше практики. На сегодня свободны.

Темнота опустилась на академический парк такая густая, что казалось, кто-то набросил черное покрывало. Я торопливо шагала по аллее, крепко прижимая к груди тетради.

Шла и молилась про себя, ускоряя шаг. Только бы успеть!

16

Перед глазами пронеслись воспоминания последних дней – редкий прием пищи проходил спокойно, как сегодня. Без издевательских ухмылок в столовой. Потому я выбрала «зону отчуждения» - там никто не сидел.

«Случайно» опрокинутый поднос с едой, грязные намеки и похабные записки в учебниках — досадные мелочи. Камни, что влетали в мое окно, были обернуты бумагой. «Посланием». Спасибо, что не в голову и не в лицо.

Сара предупреждала держаться от этой троицы подальше.

– Эти ублюдки избили и опорочили девчонку в городе прошлой весной, – шептала она мне. – Дочь торговца. Но дело замяли – их папаши в Королевском совете заседают. Думаешь, почему их до сих пор из академии не вышвырнули, несмотря на все жалобы?!

Я старалась быть незаметной, ходить другими коридорами. Но они будто чуяли – подлавливали в малолюдных местах, прижимали к стенке.

– Эй, некромантка, покажешь нам свою «темную» магию? – и похабные жесты.

До сих пор меня спасало чье-то внезапное появление.

Однажды Тэд схватил меня за волосы, притянул к себе:

– Может, тебе просто нормальный живой мужик нужен, а, малышка? – я тогда вырвалась, разбила ему нос заклинанием – неделю потом пряталась по углам, пока заживало. К моей тихой злой радости целитель ему не помог.

За это с меня Патчис снял баллы, которые не стал снимать за големов. А то, что у меня ограничители заперли магию на неделю и поджилки тряслись, ему было плевать.

Я - легкая добыча для троих боевиков-старшекурсников. Особенно если их отцы могут замять любой скандал. Преподаватели делали вид, что ничего не происходит – кому охота связываться с детками высокопоставленных аристократов?

– Держись подальше от Тэда и его дружков, – умоляла Сара. – Они как стая волков – чуют слабость. И никто им слова поперек не скажет, что бы они ни сделали...

Я постеснялась спросить Сару, каким образом она избежала их «внимания» и вообще смогла ли...
Страх противными щупальцами сжал внутренности и я сорвалась на бег, не оборачиваясь.

Топот ног за спиной нарастал.

– Стой, дурочка! – раздалось совсем близко. – Все равно догоним!

Пульс отчаянно грохотал в ушах. От бега мне стало неимоверно жарко и тело мгновенно покрылось испариной.
Я петляла между деревьями, не обращая внимания на колики в боку, но они неумолимо приближались.

Впереди замаячило здание, кажется, там были склады. Точно знаю, что переход между ними короткий, переход-галерея. Успеть бы...

Боги, хоть кто-нибудь...

Внезапно воздух прорезала огненная плеть – яркая вспышка на долю секунды осветила землю вокруг. Попыталась перепрыгнуть через нее, но не успела – вторая плеть обвилась вокруг щиколотки. Нога подвернулась, и я рухнула на землю, больно ударившись коленями.

– Попалась! – торжествующе воскликнул почти не запыхавшийся Тэд, нависая надо мной. – Что, набегалась?
– Отвали! – попыталась встать, но он грубо схватил меня за плечи и вздернул вверх.
– А то что? Позовешь на помощь? – он противно ухмыльнулся. – Здесь никого нет, детка. Только мы.

– Может, хватит уже за мной таскаться? Найдите себе другое развлечение! - я бессильно трепыхнулась в попытке вырваться.
– Она еще огрызается, – рассмеялся второй боевик, Ганс, кажется. – Люблю, когда они с характером.

Тэд сделал два шага и прижал меня к дереву:
– А знаешь, ты права. Хватит бегать. Пора и развлечься... - он вжался в меня всем телом и запустил руку под юбку.

Двое его дружков подскочили и перехватили мои руки с разных сторон.

Страх, ненависть, ужас.. Меня передернуло от отвращения и затошнило.

– Отпусти, тварь! – прорычала я, отчаянно дергаясь в их руках.

Звякнула пряжка ремня.

– Чулочки... – Тэд потерся об меня пахом и больно сжал левое бедро, задирая мою ногу повыше, царапая кожу ногтями.

Все, что я смогла сделать — с ненавистью плюнуть ему в лицо. От души.

Резкий удар под дых выбил из меня воздух. Я задохнулась. Кожу на лице обожгло от резкой боли, и на миг мир вокруг меня потемнел.

– Слабак! Только силой и можешь... - сипло, сквозь кашель выдавила я.

– Отвали от неё.
Холодный голос со стороны, донесшийся сквозь грохот в ушах, окатил ледяной волной.

Я с новой силой забилась, жалобно всхлинув:

– Помогите... – Демоны! Но я была рада даже ему. Эштон... Плевать на позор.

Рука Теда, сжимавшая мое бедро, стиснула еще сильнее. Синяки, которые непременно останутся на теле – меньшая из проблем.

Меня начала сотрясать крупная дрожь. Проклятый дар снова рвался наружу, грозя выйти из-под контроля. Браслеты обжигали кожу, несмотря на то, что я почти все, что имела, слила в накопители.

– Ты плохо слышишь, Тэд? Я что-то непонятно сказал?! – Эштон отлепился от стены и встал, слегка набычившись. Его руки расслабленно повисли вдоль тела, но эта поза казалась обманчивой.

Меня резко отпустили и я рухнула на колени. Ощутив свободу, я, стараясь не обращать внимания на боль в ноге, поспешила спрятаться за спиной Эштона. Как бы там ни было, хотел он того или нет, сейчас он – единственный, кто услышал мои молитвы.